Священнослужители Нижегород. губернии по материалам прессы

Вишняков Иван,
кандидат первого курса Московской Академии, куда поступил из преобразованной Славяно-греко-латинской Академии. В 1818 году определен учителем еврейского и французского языков и секретарем Правления. В 1820-1821 годах преподавал словесность, а затем церковную историю. В то же время с октября 1822 года состоял экономом Семинарии и низших училищ. В конце 1824 года рукоположен в священника к Нижегородскому кафедральному собору, с увольнением от учительской при Семинарии должности. В марте 1826 года определен членом строительного при Семинарии комитета и в этой должности «занимался в продолжении трехлетней стройки каменного семинарского корпуса в особенности хозяйственною частью и смотрением за исправностью работ», как значится в его аттестате. От должности эконома Семинарии уволился в 1834 году. Скончался 5 мая 1842 года в сане священника Рождественской церкви. (...) Женился в 1822 году.
(Это из книги Тихова о нижегородской семинарии за 1818-1840 гг.)


А в интернете попался некий Николай Иванович Вишняков (1828--,1849) сын священника, православного вероисповедания, в 1849 окончил Нижегородскую духовную семинарию, в 1856 медицинский факультет Казанского университета, в 1856 старший военный врач при окружном штабе Восточно-Сибирского военного округа, в 1879 статский советник, в 1886 в отставке, кавалер орденов Св. Станислава 3 и 2 ст., Св. Анны 3 и 2 ст., Св. Владимира 3 ст., женат на Елизавете Николаевне, за ним в г.Казани каменные трехэтажный и двухэтажный дома, каменная лавка. помещ. двн.-Казань-губ. Род внесен в 3-ю часть дворянской родословной книги Казанской губернии по определению Казанского дворянского депутатского собрания от 1889.08.19, утвержден указом Герольдии от 1889.12.22. [Казанск.дв-во... Казань,2001]

Возможно, данный Николай Иванович - сын именно этого Иоанна Вишнякова.

Алексей Константинович Воскресенский
МИХАЙЛЫЧ (продолжение)

Явившись в с. Сицкое, он тотчас же вступил в брак с дочерью своего предшественника - Мариамною. Но скорби, сопровождавшие его на всем его жизненном пути, не замедлили поселиться в его жилище: не прошло и года, как молодая жена молодого псаломщика, моя белье на речке, упала в воду и … утонула. Молодому вдовцу пришлось вступить во второй брак с дочерью священника соседнего села, от которой он имел 4 сыновей и 8 дочерей, а денежные его доходы не превышали 70 руб. в год, поступавшие, притом в буквальном смысле, копейками. Несмотря на свою бедность и убожество, Михайлыч, как стали звать его прихожане, каждый праздничный день считал неукоснительною обязанностью уделять свою лепту на свечку к св. иконам и на церковное блюдо. Не знакомый с роскошью, он никогда не позволял себе напиться даже чаю раньше окончания литургии в праздник, а о сохранении постов и говорит нечего.

Он строжайшим образом требовал от детей своих, чтобы они молитвою начинали день свой и ею же заканчивали его. Для них не делалось никаких исключений и в смысле воздержания в постные и праздничные дни. В постоянных земледельческих трудах, Михайлыч должен был бросать свою лошаденку и спешить за версту в церковь, чтобы окрестить какого-либо ребенка или отпеть усопшего, делая это без ропота. Нет кума при купели – Михайлыч заменяет его; нужно кому-нибудь написать письмо – куда идти? – к Михайлычу; нужно заночевать на празднике прихожанину из дальней деревни? – к Михайлычу; нужно обстоятельно поговорить о каком-либо деле? – к Михайлычу. Словом – Михайлыч был ближайшим и родным человеком для всех: никогда от него не услышишь ни ропота на бедность, ни стенания на несправедливость людскую, ни на жизненные огорчения.

Из жизни его известно нам, со слов сына его, два случая, в которых с очевидною ясностью возможно усмотреть, что смиренный человек находится под особенным благодатным осенением Промысла Божия, о которых мы и расскажем словами его сына.

«Родитель мой, в течение 32 лет послуживший Церкви Божией в скромном звании чтеца, будучи вверен своею матерью покрову и заступничеству Св. Николая, был благоговейным почитателем Великого Чудотворца. И Угодник Божий – как бы в воздаяние любви к нему моего родителя - двукратно спасал его от, казалось бы, неминуемой смерти. Первый из этих случаев чудесного заступничества Святителя совершился на моих глазах, когда я был всего лишь шестилетним мальчиком. Отправляясь повидать своего родного брата – священника с. Пуреха, Нижегородской губернии, жившего от нас в 15-верстном расстоянии, отец взял и меня с собою. …У дяди в это время производилась какая-то постройка, и он попросил моего отца съездить с ним в лес за бревнами. Ни на минуту не желая расстаться с отцом, увязался и я с ними. Благополучно мы прибыли на место. На обе подводы навалили несколько тяжелых бревен и отправились обратно.

Выехав из леса на большую дорогу, мы мирно приближались уже к селу. Вдруг слышим сзади себя оглушительный звук ямщицкого поддужного колокольчика и видим бешено мчащуюся на нас тройку. Я шел рядом с возом, а отец с дядей мирно беседовали между собой. Было очевидно, что кучер не будет в состоянии удержать лошадей. Дядя как-то успел отскочить, а отец, желая дать возможность бешеной тройке промчаться мимо, не задев меня, сделал прыжок, предполагая поместиться на возу, но, не рассчитав быстроты движения, перепрыгнул воз и - очутился под ним… Задние колеса переехали его. Мы оцепенели от ужаса. Лошади как бы инстинктивно остановились сами собою. И случилось тут чудо Божьего милосердия: через несколько секунд отец поднялся без посторонней помощи, и только необыкновенная бледность выдавала то душевное его волнение, которое он пережил в течение этих нескольких страшных мгновений.

Происшедший случай, вопреки ожиданиям, не имел для здоровья отца никаких худых последствий. Помню только, как, возвращаясь обратно домой и поравнявшись с часовнею, в которой находился образ Св. Николая, благоговейно осеняя себя крестным знамением, отец заметил со слезами на глазах: «Вот, сынок, кто спас меня от смерти». И в этих немногих словах сказалось все его беспредельное благоговение и благодарность к дивно покрывшему его своею милостью Святителю, которого он, как рассказывал впоследствии, от всей души призвал себе на помощь в минуту самой смертной опасности».

«Второй чудесный опыт молитвенного заступления Святителя Христова имел место в жизни моего родителя за несколько лет до его кончины. В позднюю осень, когда реки уже были скованы льдом, случилось ему быть в одной из деревень своего прихода. Умедлив здесь до глубокого вечера, в темноте осенней ночи, возвращался он на своей лошади домой. Незаметно для самого себя он погрузился в глубокую дремоту, а лошадь, предоставленная самой себе, сбившись с дороги, попала в полынью. Очутившись в ледяной воде, к ужасу своему, убедился, что выбраться из нее не представлялось никакой возможности. К довершению отчаянного положения, барахтаясь в воде, он вывалился из саней; лошадь отчаянным усилием как-то выбралась на лед и – убежала, а он, в намокшей тяжелой одежде, неудержимо тянувшей его ко дну, с членами тела, почти парализованными нестерпимым холодом, остался в реке. Непроглядный мрак глубокой осенней ночи, значительное расстояние от человеческого жилья, ломающийся от усилий его лед, уходящие силы – все это не подавало никакой надежды на спасение. Теряя последние остатки своих сил и уже, обессиленный, погружаясь в глубину, утопающий мысленно воззвал к дивному Чудотворцу: «Святителю Христов, спаси меня от потопления, хотя ради детей!» «И сам не знаю, - рассказывал родитель, - как я очутился на твердом льду, и, мокрый, окоченевая, мог добраться до дому».

Трудно и бедно было существование Михайлыча, но он терпеливо переносил эти невзгоды, никому не жалуясь. Большинство священников, с которыми ему приходилось служить, относилось к нему любовно, но бывали случаи, когда он подвергался и незаслуженным оскорблениям. Смиренно переносил он эти незаслуженные обиды, своею кротостью обезоруживая оскорбителей. Имея полнейшую возможность переменить свой приход на более лучший, Михайлыч не сделал этого: «Люди, - говорил он, - всюду люди. Что ж, уж куда послал Господь, - там и век свой доживать надобно».

- Подожди, Михайлыч, - скажешь ему, бывало, - вот, Бог даст, жалованье положат, - поправишься.

- Где уж нам? - ответит. - Когда солнышко взойдет, до тех пор роса глаза выест.

И, действительно, не дождался. За семь лет до смерти Михайлыч заболел, было, болезнью, подобною раку желудка, но полковой врач, к которому своевременно обратился он, вылечил его тогда, сказав, что через пять лет он снова будет болеть. Прошли эти годы, и Михайлыч заболел водянкою. До последней возможности перемогался он, считая всякую болезнь роскошью, позволительной только богатым. Но болезнь делала свое разрушительное дело, так что он не мог уже и работать, хотя к службам ходил через силу. Он не обманывал себя надеждой на выздоровление и спокойно говорил с посещавшими его прихожанами о близости конца. Полежал он месяца три и в земской больнице, но умереть возвратился в родное село.

28 января 1899 года послал он за духовником своим – о. Афиногеном. Исповедался, приобщился, удостоился таинства елеосвящения и через несколько минут после того тихо уснул навеки на 50-м году от рождения.

2 февраля, в праздник Сретенья Господня, три священника совершили над ним отпевание, и весь приход, бывший в церкви, проводил своего любимца – Михайлыча – в могилу, от души молитвенно сказав ему «вечную память»

Восемнадцать уже лет спит Михайлыч под убогим крестом, но память о нем жива и доныне в его приходе. «Хороший был человек, Царство ему Небесное!» - говорят все, кто его знал при жизни. А сколько у Господа таких смиренных рабов Его – служителей Церкви, которые не совершили никаких великих и выдающихся деяний, но жизнь которых разливала окрест себя тихий и кроткий свет христианского упования?!..


Село Сицкое (1888 год Адрес-календарь Нижегородской епархии)

Иркутская Духовная Консистория сим объявляет духовенству Иркутской епархии, что место помощника настоятеля при Верхнеудинском Одигитриевском соборе праздно, за увольнением занимавшего оное священника Андрея Аргентова на родину в Нижегородскую епархию, и кто оное пожелает занять, то вошел бы о том прошением к Его Преосвященству.
("Иркутские епархиальные ведомости" 1875 год)

окончание

Троицкій Иванъ Алексеевичъ.
сынъ дьячка нижегородской епархіи, родился въ 1853 году; по увольненіи изъ 4-го класса арзамасскаго духовнаго училища, въ 1870 году определенъ псаломщикомъ къ крестовой церкви нижегородскаго архіерейскаго дома съ принятіемъ въ хоръ архіерейскихъ певчихъ; въ 1876 году перешелъ въ московскую митрополичью капеллу; 10-го марта 1878 года рукоположенъ во діакона въ село Лысково нижегородской епархіи; въ 1880 году перемещенъ къ Христорождественской церкви заштатнаго города Починокъ; въ 1883 году перемещенъ въ село Кимру корчевскаго уезда
тверской епархіи; 1-го ноября 1885 года переведенъ къ Вышневолоцкому
собору; 20-го ноября 1887 года перемещенъ къ харьковскому кафедральному
Успенскому собору на штатное діаконское место; 10-го мая 1893 года выбылъ
въ г. Екатеринославъ на должность протодіакона екатеринославскаго Преображенскаго собора.

http://news-finance.org.ua/index.php?start=256