О вечных ценностях мира людей. Истории, сказки, притчи : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

История об одном студенте

Эрнест Резерфорд, «отец» ядерной физики и лауреат Нобелевской премии, рассказал следующую историю, служащую великолепным примером того, что не всегда удается легко и просто дать единственно правильный ответ на вопрос.

"Некоторое время назад коллега обратился ко мне за помощью. Он собирался поставить самую низкую оценку на экзамене по физике одному из своих студентов, в то время как этот студент утверждал, что заслуживает высшего балла, т.к. дал правильный ответ на экзаменационный вопрос. Оба – и преподаватель, и студент – согласились положиться на суждение третьего лица, незаинтересованного арбитра. Выбор пал на меня.

Экзаменационный вопрос гласил: "объясните, каким образом можно измерить высоту здания с помощью барометра".
Ответ студента был таким: "нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр на длинной веревке до основания здания, а затем втянуть его обратно и измерить длину веревки, которая и покажет точную высоту здания".

Случай был и впрямь непростой, т.к., с одной стороны - ответ был верным, а с другой - ответ имел мало общего с применением знаний из области физики.

Я предложил студенту попытаться дать другой ответ. Дав ему шесть минут на подготовку, я предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов. По истечении пяти минут он так ничего и не написал в экзаменационном листе. Я спросил его, сдается ли он, но он заявил, что у него есть несколько решений проблемы, и он просто выбирает лучшее.

Заинтересовавшись, я попросил молодого человека приступить к ответу, не дожидаясь истечения отведенного срока. Новый ответ на вопрос гласил: "поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения. Затем, используя формулу L=(axt2)/2, вычислите высоту здания".

Тут я спросил моего коллегу, преподавателя, доволен ли он этим ответом. Тот, наконец, сдался, признав ответ удовлетворительным. Однако студент упоминал, что знает несколько ответов, и я попросил его открыть их нам.

- Есть несколько способов измерить высоту здания с помощью барометра, - начал студент. Например, можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и длину его тени, а также измерить длину тени здания. Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания.

- Неплохо, - сказал я. - Есть другие способы?
- Да. Есть очень простой способ, который, уверен, вам понравится. Вы берете барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки. Сосчитав количество этих отметок, и умножив его на высоту барометра, вы получите высоту здания. Вполне очевидный метод.

Если вы хотите более сложный способ, - продолжал он, - то привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше. Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания.

В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться с вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии.

Наконец, - заключил он, - среди множества прочих способов решения данной проблемы лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего и скажите ему: "Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания".

Тут я спросил студента, неужели он действительно не знал общепринятого решения этой задачи? Он признался, что знал, но сказал при этом, что сыт по горло школой и колледжем, где учителя навязывают ученикам свой способ мышления".

Студентом этим был Нильс Бор (1885-1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии по физике (1922).

Однажды Фукс (Егор Борисович, историк и адьютант Суворова) зачитывал Суворову заметки русского очевидца: «По вступлении войск в Неаполь, калабрийцы буйствовали с беспримерной кровожадностью: убивали всех якобинцев, грабили дома, неистовствовали с несчастными женами и безвинными детьми. Христианская армия в ужасах превзошла революционную. На улицах жарили пленных, поднимая на штыки. Были чудовища, которые сосали кровь из убитых. Русские смотрели с омерзением на такие бесчеловечия. Они исторгали невинные жертвы из рук убийц и этим героизмом в человеколюбии покрыли себя славой, которая в летописях здешних пребудет вечно».

Слушая Фукса, Суворов содрогался, а потом встал, перекрестился и сказал: «Трусы всегда жестокосердны!».

Суворов часто вдохновлял солдат словом: «Вы чудо-богатыри! Вы витязи! Вы русские! Неприятель от вас дрожит!».

Солдаты знали, что победа всегда там, где Суворов. Стоило Суворову появиться перед армией, как боевой дух солдат моментально взлетал. В сражении при Треббии Фукс увидел, как одно лишь появление Суворова перед солдатами на коне в своей белой рубашке заставляло солдат быстро восстанавливать расстроенные боем ряды. Он рассуждал о великом полководце со стариком Дерфельденом:
- Одно его присутствие восстанавливает порядок!
- Я такую картину наблюдаю уже тридцать пять лет, - отвечал Дерфельден, - это какой-то священный талисман, который довольно только развозить по войскам и показывать, чтобы одерживать победы!

О легендарном переходе Суворова через Альпы Ф.Энгельс сказал: «Этот переход был самым выдающимся из всех совершенных до того времени альпийских переходов». Перед началом перехода Суворов обратился к своим солдатам: «Вот там, - он указал в сторону гор, - безбожники французы. Их мы будем бить по-русски! Горы велики. Есть пропасти, есть водотоки, а мы их перейдем-перелетим. Мы русские!».

Переход русской армии через альпийские хребты был невероятно трудным. С ранней зари до глубоких сумерек солдаты шли ускоренным маршем. Многие, поскользнувшись, гибли в пропастях. 25-тысячная армия, как огромная гусеница, медленно ползла по горным перевалам. Часто приходилось переходить вброд глубокие по пояс горные речки. Все эти дни лил сильный дождь, ночи выдавались холодные с сильным северным ветром. Было холодно и сыро, люди мерзли даже у разведенных костров. Тяжел был подъем на Росшток, но едва ли не труднее оказался спуск. Солдаты, как о счастье мечтали о встрече с неприятелем на равнине.

Пока Суворов штурмовал Чертов мост, французский генерал Массена разгромил корпус Римского-Корсакова, а генерал Сульт разбил австрийцев, которые больше любили поспать, чем воевать. Теперь французам на всем швейцарском театре военных действий противостоял один Суворов со своей маленькой армией, измученной долгим переходом, лишенной продовольствия и артиллерии. Французы заперли выход из Мутенской долины, и русская армия оказалась в каменном мешке.

Суворов собрал совет: «Австрийцы нас предали. У Массены свыше 60 тысяч солдат, а у нас нет и полных двадцати. Идти назад – стыд! Это значит отступать, а русские и я никогда не отступали. Вокруг горы. Помощи ждать неоткуда. Одна надежда на Бога, другая – на величайшую храбрость войск. Нам предстоят труды величайшие в мире: мы на краю пропасти! Но мы русские! Спасите честь и достояние России и ее самодержца!» - с этим последним возгласом старый фельдмаршал встал на колени.

Багратион вспоминал: «Мы прямо остолбенели и все невольно двинулись поднять старца героя. У Александра Васильевича слезы падали крупными каплями. О, я никогда не забуду этой минуты! Меня трясла какая-то могучая сила. Я был в незнакомом восторженном состоянии, что если бы явилась тьма врагов, я готов был бы с ними сразиться. То же было со всеми, тут находившимися».

Вилим Христофорович Дерфельден, старший после Суворова, сказал: «Мы видим, что нам предстоит. Но ведь и ты знаешь нас, преданных тебе душой. Всё перенесем, не посрамим русского оружия! А если падем, то умрем со славою. Веди нас, отец! Мы русские!». - Клянемся в том перед Богом! – воскликнули все остальные.

Суворов слушал речь Дерфельдена с закрытыми глазами. Поднял голову, открыл заблестевшие глаза и начал отрывисто говорить: «Надеюсь! Рад!.. Благодарю! Разобьем врага, и победа над ним и над коварством будет!». Подошел к карте и стал объяснять диспозицию.

«Мы вышли от Александра Васильевича, - вспоминал далее Багратион, - с восторженным чувством, с самоотвержением, с силой воли и духа: победить или умереть со славой, закрыв знамена нашими телами».

В Мутенской долине русская армия под командованием Суворова нанесла сокрушительное поражение французам и вышла из окружения.

После швейцарского похода Суворов, сделавшись личностью легендарной, находился в фокусе всеобщего внимания, восхищения и поклонения.

Император Павел пожаловал Суворову звание генералиссимуса всех Российских войск. При этом пылко сказал: «Другому этой награды было бы много, а Суворову мало! Ему быть ангелом!».

В разных странах появлялись статьи, брошюры, портреты в честь русского фельдмаршала. В Германии выбили медаль с профилем Суворова и надписью: «Суворов – любимец Италии» - на одной стороне и «гроза галлов» - на другой. В лондонских театрах в честь Суворова произносились стихи. Вошли в моду суворовские пироги, суворовская прическа.

Победоносный английский адмирал Нельсон писал Суворову: «Меня осыпают наградами, но сегодня удостоился я высочайшей награды: мне сказали, что я похож на Вас».

Король Карл-Эммануил, изъявил желание служить в армии под началом гениального русского полководца, именовал Суворова «бессмертным» и сделал его «великим маршалом пьемонтских войск».

Военные историки не раз высказывали предположения о том, какова была бы судьба Италии, если бы там задержался Суворов, так жаждавший встречи с Бонапартом. Они отмечали, что трудно сравнивать почти независимого Бонапарта с подневольным главнокомандующим. Однако по широте взглядов и остроте ума, по силе железной воли Суворов не уступал, а в некоторых вопросах военного искусства превосходил Наполеона.

Весеннее.
Красивая парижская история.
Цветы от Маяковского

О любви Владимира Маяковского к Лиле Брик все помнят по двум причинам: с одной стороны, то была де…йствительно великая любовь великого, поэта; с другой - Лиля Брик со временем превратила статус любимой женщины Маяковского в профессию. И уже никому не давала забыть об их странных и порой безумных отношениях; о букетике из двух рыжих морковок в голодной Москве; о драгоценном автографе Блока на только что отпечатанной тонкой книжечке стихов, - обо всех иных чудесах, которые он подарил ей.

А ведь Маяковский творил чудеса не только для нее одной, просто о них постепенно забыли. И, наверное, самая трогательная история в его жизни произошла с ним в Париже, когда он влюбился в Татьяну Яковлеву.

Между ними не могло быть ничего общего. Русская эмигрантка, точеная и утонченная, воспитанная на Пушкине и Тютчеве, не воспринимала ни слова из рубленых, жестких, рваных стихов модного советского поэта, "ледокола" из Страны Советов.

Она вообще не воспринимала ни одного его слова, - даже в реальной жизни. Яростный, неистовый, идущий напролом, живущий на последнем дыхании, он пугал ее своей безудержной страстью. Ее не трогала его собачья преданность, ее не подкупила его слава. Ее сердце осталось равнодушным.

И Маяковский уехал в Москву один.

От этой мгновенно вспыхнувшей и не состоявшейся любви ему осталась тайная печаль, а нам - волшебное стихотворение "Письмо Татьяне Яковлевой"

Ей остались цветы. Или вернее - Цветы.

Весь свой гонорар за парижские выступления Владимир Маяковский положил в банк на счет известной парижской цветочной фирмы с единственным условием, чтобы несколько раз в неделю Татьяне Яковлевой приносили букет самых красивых и необычных цветов - гортензий, пармских фиалок, черных тюльпанов, чайных роз, орхидей, астр или хризантем.

Парижская фирма с солидным именем четко выполняла указания сумасбродного клиента - и с тех пор, невзирая на погоду и время года, из года в год в двери Татьяны Яковлевой стучались
посыльные с букетами фантастической красоты и единственной фразой: "От Маяковского".

Его не стало в тридцатом году - это известие ошеломило ее, как удар неожиданной силы. Она уже привыкла к тому, что oн регулярно вторгается в ее жизнь, она уже привыкла знать, что он где-то есть и шлет ей цветы.

Они не виделись, но факт существования человека, который так ее любит, влиял на все происходящее с ней: так Луна в той или иной степени влияет на все живущее на Земле только потому, что постоянно вращается рядом.

Она уже не понимала, как будет жить дальше - без этой безумной любви, растворенной в цветах.

Но в распоряжении, ocтавленном цветочной фирме влюбленным поэтом, не было ни слова про его смерть. И на следующий день на ее пороге возник рассыльный с неизменным букетом и неизменными словами: "От Маяковского".

Говорят, что великая любовь сильнее смерти, но не всякому удается воплотить это утверждение в реальной жизни. Владимиру Маяковскому удалось.

Цветы приносили в тридцатом, когда он умер, и в сороковом, когда о нем уже забыли.

В годы Второй Мировой, в оккупировавшем немцами Париже она выжила только потому, что продавала на бульваре эти роскошные букеты. Если каждый цветок был словом "люблю", то в течение нескольких лет слова его любви спасали ее от голодной смерти.

Потом союзные войска освободили Париж, потом она вместе со всеми плакала от счастья, когда русские вошли в Берлин - а букеты все несли.

Посыльные взрослели на ее глазах, на смену прежним приходили новые, и эти новые уже знали, что становятся частью великой истории любви. И уже как пароль, который дает им пропуск в вечность, говорили, yлыбаясь улыбкой заговорщиков: "От Маяковского". Цветы от Маяковского стали теперь и парижской историей.

Советский инженер Аркадий Рывлин услышал эту историю в юности, от своей матери и всегда мечтал узнать ее продолжение. В семидесятых годах ему удалось попасть в Париж.

Татьяна Яковлева была еще жива (умерла Т.А.Яковлева в 1991 году - Е.С), и охотно приняла своего соотечественника. Они долго беседовали обо всем на свете за чаем с пирожными.

В этом уютном доме цветы были повсюду - как дань легенде, и ему было неудобно расспрашивать седую царственную даму о романе ее молодости: он полагал это неприличным. Но в какой-то момент все-таки не выдержал, спросил, правду ли говорят, что цветы от Маяковского спасли ее во
время войны?

- Разве это не красивая сказка? Возможно ли, чтобы столько лет подряд...

- Пейте чай, - ответила Татьяна - пейте чай. Вы ведь никуда не торопитесь?

И в этот момент в двери позвонили.

Он никогда в жизни больше не видел такого роскошного букета, за которым почти не было видно посыльного, букета золотых японских хризантем, похожих на сгустки солнца. И из-за охапки этого сверкающего на солнце великолепия голос посыльного произнес: "От Маяковского".

У рассыльных привычный труд, -
Снег ли, дождик ли над киосками, -
А букеты его идут
Со словами: от Маяковского.

Без такого сияния,
Без такого свечения
Как не полно собрание
Всех его сочинений

Стихи Аркадия Рывлина

Немного слов меняют дело

Ясным майским утром один молодой человек увидел у стены парка мужчину, просившего милостыню. Рядом с ним стоял плакат, представлявший собой надпись от руки на обломке доски: «Я слепой». Эта мольба явно не трогала сердца жителей и туристов большого города, торопливо проходивших мимо, потому что миска для сбора подаяния была пуста.

Тронутый этим печальным зрелищем, прохожий подумал о том, чего лишен этот несчастный в такой чудесный день, и подошел к нищему.
– Я не могу дать вам денег, – виновато объяснил он нищему, – потому что сам без работы. Но, если вы не против, я могу помочь вам другим способом. Я бы хотел внести кое-какие изменения в вашу просьбу о помощи.

Удивленный нищий некоторое время колебался, а затем пожал плечами:
– Ладно, делайте, что хотите. Но должен вам сказать, что вряд ли найдутся слова, способные пробудить жалость у жителей этого города к очередному попрошайке.

Молодой мужчина извлек из кармана маркер, перевернул плакат, написал на нем несколько слов и продолжил свой путь.

Через небольшое количество времени миска слепого была полна.

На плакате было написано: «Я знаю, что сейчас на улице весна, но я лишен возможности видеть ее красоту…».

Обижаться на оскорбления – примерять лохмотья

Один человек стал публично оскорблять Омара Хайяма:
– Ты безбожник! Ты пьяница! Чуть ли не вор!
В ответ на это Хайям лишь улыбнулся.

Наблюдавший эту сцену разодетый по последней моде щеголь в шелковых шароварах спросил Хайяма:
– Как же ты можешь терпеть подобные оскорбления? Неужели тебе не обидно?
Омар Хайям опять улыбнулся. И сказал:
– Идем со мной.
Щеголь проследовал за ним в запыленный чулан. Хайям зажег лучину и стал рыться в сундуке, в котором нашел совершенно никчемный дырявый халат. Бросил его щеголю и сказал:
– Примерь, это тебе под стать.
Щеголь поймал халат, осмотрел его и возмутился:
– Зачем мне эти грязные обноски? Я, вроде, прилично одет, а вот ты, наверное, спятил! – и бросил халат обратно.
– Вот видишь, – сказал Хайям, – ты не захотел примерять лохмотья. Точно так же и я не стал примерять те грязные слова, которые мне швырнул тот человек.

Обижаться на оскорбления – примерять лохмотья, которые нам швыряют.

По дороге шла девушка, прекрасная, как фея. Вдруг она заметила, что следом за ней идет мужчина. Она обернулась и спросила:
– Скажи, зачем ты идешь за мной?

Мужчина ответил:
– О, повелительница моего сердца, твои чары столь неотразимы, что повелевают мне следовать за тобой. Про меня говорят, что я прекрасно играю на лютне, что посвящен в тайны искусства поэзии и что умею в сердцах женщин пробуждать муки любви. А тебе я хочу объясниться в любви, потому что ты пленила мое сердце!

Красавица молча смотрела некоторое время на него, потом сказала:
– Как ты мог влюбиться в меня? Моя младшая сестра гораздо красивее и привлекательнее меня. Она идёт за мной, посмотри на неё.

Мужчина остановился, потом обернулся, но увидел только безобразную старуху в заплатанной накидке. Тогда он ускорил шаги, чтобы догнать девушку. Опустив глаза, он спросил голосом, выражающим покорность:
– Скажи мне, как ложь могла сорваться у тебя с языка?

Она улыбнулась и ответила:
– Ты, мой друг, тоже не сказал мне правду, когда клялся в любви. Ты знаешь в совершенстве все правила любви и делаешь вид, что твое сердце пылает от любви ко мне. Как же ты мог обернуться, чтобы посмотреть на другую женщину?

еврейские пословицы

От злобы стареют, от смеха молодеют

Подшучивающий над тобой любит тебя

Родители учат детей разговаривать, дети родителей — молчать

На воре в цилиндре шапка не горит

Заботься о себе, но не забудь оставить что-нибудь потомкам

Только те по-настоящему мертвы, о которых полностью забыли

Где есть любовь — там нет греха, где грех — там не бывает любви

Покупая дом, сначала спроси, кто твои соседи

Жили-были три сестры. Одна была ленивой-преленивой. Вторая – злой-презлой. А третья – и умница, и красавица, и рукодельница, любо-дорого смотреть.

Однажды утром остановилась телега у их ворот. Сестры вышли посмотреть, кто приехал. На телеге сидела незнакомая пожилая женщина.
– Кто ты? – спросили они.
– Я – Судьба. Пришло время выходить вам замуж.
Посадила их Судьба на телегу и повезла выдавать замуж.

Заехали они в первую деревню. Видят, в поле парень пашет и в руках у него любое дело спорится. Если нужно что-нибудь починить или построить – все к нему бегут.
– Вот этот – твой, – говорит Судьба первой из сестер, ленивой.
Высадили сестру и поехали дальше.

Заехали в следующую деревню. Там парень живет такой, что никому в помощи не откажет. Добр ко всем. Нарадоваться на него народ не может, такой молодец.
– Вот этот – твой, – говорит Судьба второй из сестер, злой.
Высадили сестру и поехали дальше.

Заехали в третью деревню. У последнего дома, в грязи, у самой старой развалюхи, лежит пьяный. Остановила Судьба телегу и говорит:
– Этот – твой.
– Да на кой он мне?! – взмолилась третья сестра. – Вон ты сестрам каких молодцов нашла, а мне такого непутевого жениха даешь! Я же вот и добрая, и хорошая, и рукодельница.
– Твои непутевые сестры теперь не пропадут, – ответила Судьба и, вздохнув, добавила: – Но этот пропадет без тебя!

Притча о плохом муже

Однажды к мудрому старцу пришла женщина и сказала:

<<Ты два года назад заключил брак между мной и мужем. А сейчас разведи
нас. Я не хочу с ним больше жить>>.

<<Какова же причина твоего желания развестись?>>-поинтересовался мудрец.

Женщина так объяснила: <<У всех мужья вовремя возвращаются домой, мой
же супруг постоянно задерживается. Из-за этого дома каждый день
скандалы>> .

Старец, удивившись, спрашивает: <<Причина лишь только в этом?>>.

<<Да, я не хочу жить с человеком, обладающим таким недостатком,>>-
ответила женщина.

Развести-то я вас разведу, но при одном условии. Возвращайся сейчас
домой, испеки большой вкусный хлеб и принеси мне. Но когда будешь печь
хлеб, ничего не бери в доме! Соль, воду, яйца и муку попроси у
соседок. И обязательно объясни им причину своей просьбы>>,- сказал
мудрец.

Женщина отправилась домой и принялась за дело.

Зашла к соседке и сказала: "Соседушка, одолжи мне стакан воды". "У
вас, что, вода закончилась? Разве во дворе не вырыт колодец?".

>>Вода есть, но я пошла к мудрому старцу, чтобы пожаловаться на мужа и
попросила развести нас>>,- объяснила женщина. И как только она
закончила, соседка вздохнула: <<Эх, если бы ты знала, какой у меня
муж!>>. И начала жаловаться на своего супруга.

После, женщина отправилась к другой соседке, чтобыпопросить соль. <<У
тебя соль закончилась, просишь всего одну ложку?>>.

<<Соль есть, но я пожаловалась старцу на мужа, попросила развода>>,-
говорит та женщина, и не успела она закончить, как соседка
воскликнула: "Эх, если бы ты знала какой у меня муж!" -и начала
жаловаться на своего супруга.

Так, к кому эта женщина ни заходила, чтобы попросить продукты, ото
всех слышала жалобы на мужей.

Наконец она испекла большой вкусный хлеб, принесла мудрецу и отдала со
словами: <<Спасибо тебе, отведай мой труд вместе со своей семьей.
Только не думай разводить меня с мужем>>.

<<Почему, что случилось, дочка?>> -- спросил мудрец.

<<Мой муж, оказывается, лучше всех!>> -ответила она ему.

Ученик спросил Мудреца:
- Учитель, враждебен ли мир? Или он несет человеку благо?
- Я расскажу тебе притчу о том, как относится мир к человеку, – сказал учитель.

«Давным – давно жил великий шах. Он приказал построить прекрасный дворец. Там было много чудесного.
Среди прочих диковин во дворце была зала, где все стены, потолок, двери и даже пол были зеркальными.
Зеркала были необыкновенно ясные, и посетитель не сразу понимал, что перед ним зеркало, – настолько точно
они отражали предметы. Кроме того, стены этой залы были устроены так, чтобы создавалось эхо. Спросишь: «Кто ты?» –
и услышишь в ответ с разных сторон: «Кто ты? Кто ты? Кто ты?»
Однажды в эту залу забежала собака и в изумлении застыла посередине – целая свора собак окружила ее со всех сторон,
сверху и снизу. Собака на всякий случай оскалила зубы, и все отражения ответили ей тем же.
Перепугавшись не на шутку, она отчаянно залаяла. Эхо повторило ее лай.
Собака лаяла все громче. Эхо не отставало. Собак а металась туда и сюда, кусая воздух, и ее отражение тоже носилось вокруг,
щелкая зубами. Наутро слуги нашли несчастную собаку бездыханной в окружении миллионов отражений издохших собак.
В зале не было никого, кто мог бы причинить ей хоть какой-то вред. Собака погибла, сражаясь со своими собственными отражениями».
- Теперь ты видишь, – заканчивал Мудрец, – другие люди не приносят ни добра, ни зла сами по себе.
Все происходящее вокруг нас – всего лишь отражение наших собственных мыслей, чувств, желаний, поступков.
Мир – это большое зеркало.
Как отражение в воде отражает лица, так сердце другого человека отражает твое сердце.