О вечных ценностях мира людей. Истории, сказки, притчи : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

http://other.sport.ua/news/177791

В декабре в Наварре проходили важные соревнования по легкой атлетике. На кону был солидный призовой фонд, в забегах участвовали сильнейшие спортсмены мира, в том числе кениец Абель Мутаи, бронзовый призер Олимпийских Игр в Лондоне в беге на 3000 метров с препятствиями. В своей коронной дистанции Мутаи уверенно лидировал и на турнире в Наварре. Но примерно за десять метров до конца дистанции кенийский бегун остановился, ошибочно решив, что он уже пересек финишнюю черту. Мутаи остановился и начал хлопать болельщикам, не понимая на испанском подсказок о том, что конец дистанции только через десять метров.

Бежавший вторым испанец Иван Фернандес Анайя настиг кенийца и мог бы легко закончить забег на первом месте. Но вместо того, чтобы использовать ошибку соперника, Анайя принялся… толкать кенийца в спину и рукой показывать ему, где находится финишная черта. Испанский бегун упустил верную возможность победить, он фактически привел кенийца к финишу и не обогнал его.

Когда после окончания дистанции Ивана Фернандеса Анайю спросили, неужели он не хотел победить, то 24-летний бегун из Витории (чемпион Испании в беге на 5000 метров) ответил следующее: «Нет, я очень хотел выиграть. Но даже если бы на кону было место в составе сборной Испании для поездки на чемпионат Европы, я все равно поступил бы также. Я не заслуживал победы - отрыв был велик, и я не имел шансов догнать соперника, если бы он не ошибся. Мне важнее сохранить достоинство, чем выиграть золотую медаль. Знаете, все мы видим, какие вещи порой происходят в футболе, в обществе, в политике… Люди слишком часто видят неправильные модели поведения. Я рад, что поступил иначе, и сделал этот жест честности».

Про скрипку - просто песня!
Единственное уточнение - сначала написано, что он играл очень сложные произведения, а потом - что мы не слышим лучшее.
ИМХО самое сложное - не обязательно самое лучшее и наоборот.

kbg_dnepr написал:

[q]
ИМХО самое сложное - не обязательно самое лучшее и наоборот.
[/q]

я слушал в Ютьюб,там как раз баланс сложного и хорошего. Эксперимент не чистый. Метро не место где люди могут остановится хотя бы не надолго. Люди спешат. Они в трансе от необходимости куда-то успеть. Если бы он играл в Центральном Парке, тогда бы можно было делать выводы...

В метро не будут слушать ни Перльмана на Софию Муттер.

http://storyofgrubas.livejournal.com/105648.html
ПОСЛЕДНИЙ РОМАНТИК

storyofgrubas
April 23rd, 2012
За три часа неподвижного сидения на скамейке, у меня затекли руки и ноги. И почему я не догадался подложить под себя мягкую подушечку?
Чуть шевельнешься и тут же дедушкин крик, сквозь закрытую дверь дачного домика:
- Нэ рухайся! Сядь, як сыдив!

А самое пикантное, то, что одет я был при этом в бабушкину юбку и кофту. На голове бабушкина панама, в руках резная палка и большой букет цветов…
И весь этот балаган организовал мой дедушка Вася – абсолютный технарь и прагматик, лишенный всяческой романтики и ненужных глупостей.
Только став взрослым, я понял, каким романтичным был мой дед.
До него мне так же далеко, как граблям до органа Берлинского собора.
Вообще он был довольно странным человеком – имел два высших образования (математик и авиастроитель) жил в разных городах, заведовал кафедрой в универе, но при этом до самой смерти, ни разу (!) не бывал за пределами Украины. Даже моря не видел…
Телевизор почти не смотрел, возился с клубникой на даче, а на сон грядущий, как беллетристику, читал толстенные книги по алгебре, слушая при этом старые пластинки Марио Ланца и Карузо на 78-й скорости…

Больше всего на свете, дедушка любил бабушку Шуру и без всякого повода, делал ей милые сюрпризы.
Вот палочку дубовую вырезал с узорами и надписью «Шура», подставку для чтения книг смастерил, стихи писал на самодельных открытках (правда без претензии на рифму, зато регулярно). Да мало ли…

Когда бабушка шла на дачу, ее можно было видеть издалека, пока она минут сорок медленно спускалась с горы.
Дед на крыльце подвесил большую бронзовую ступку и бил в нее, чтобы бабушка, там, на горе знала, что Вася, ее уже увидел и ждет.
А на пути следования, дед на столбах и заборах приделал откидные сидения, чтобы бабушка могла отдохнуть по дороге.

Иногда он слишком увлекался и как Робинзон Крузо строил такие необъятные «лодки», которые невозможно дотащить из глубины острова к океану…
Как-то бабушка помечтала о том, что хорошо бы на огромном тазу для варки варенья, иметь такую же огромную крышку.
И дед тут же взялся за дело.
На свалке нашел стальной лист и каждый день ходил к нему с хиленькой ножовкой, но недели за две, все же выпилил круг нужного диаметра. Отполировал до зеркального блеска, просверлил дырки, намертво приклепал дверную деревянную ручку и торжественно презентовал бабушке Шуре. Бабушка была очень рада, но не смогла принять такого дорогого подарка. Не из кокетства, а просто не смогла оторвать крышку от пола. Этот спартанский щит весил чуть меньше канализационного люка.
Грустный Дедушка предложил смастерить на потолке нехитрую систему блоков для подъема крышки с пола на таз с вареньем, но бабушка почему-то мягко отклонила эту идею…
Но вот приближался ее день рождения и дед как всегда, решил прыгнуть выше головы, создав что-нибудь эдакое.
Запала ему в голову идея – красками написать большую картину метр на полтора и это при том, что художник из него такой же, как из Кисы Воробьянинова.

Дедушка умел рисовать только графики функций, а я только индейцев стреляющих из пулемета…
Но не будем забывать, что у деда два высших и его никогда не пугали сложные пути к поставленным целям.

Напряженная работа над картиной продолжалась целую неделю, по три часа в день, дольше было нельзя, ведь мы зависели от правильного освещения еще больше, чем все великие художники возрождения вместе взятые…
В последний день, перед домом установили четыре табурета, а на них взгромоздили садовую скамейку на которой я и сидел в бабушкиной одежде, свесив ножки.
Сейчас бы соседи вызвали милицию и обвинили моего деда в педофилии, Еще бы – сам закрылся в домике, переодел десятилетнего внука в женскую одежду, усадил на высоченную скамейку и покрикивает на него из-за двери…
Ну точно – извращенец.
Каждый день после изнурительного писания картины, дедушка выходил весь потный, но счастливый. Как вампир щурился на солнечный свет и говорил:
- А ну ходы подывыся. Ну шо, гарно выходыть?
Я с нетерпением врывался в домик где на стене вверх ногами висело огромное полотно и старался сделать стойку на голове, чтобы оценить - что же прибавилось за сегодняшний день.

Картина у нас получилась настолько шикарная, что даже Репин, наверняка замедлил бы шаг проходя мимо нее. Ну хоть чуть-чуть…
А уж бабушка была просто счастлива.
Жаль, что этой картины давно нет, но за многие годы я запомнил ее до последней травинки. Композиция, правда, никакая: забор, кусок огорода и пара сараев торчащих из зелени, а на переднем плане уставшая «бабушка» с палочкой и цветами закрывающими лицо…
Зато как прописан каждый листочек, каждый пиксель. И неудивительно, ведь это была все же скорее не картина, а фотография сделанная при помощи нашего дачного домика, на неделю превращенного в идеально затемненную камеру обскура.
Завешивались окна, законопачивались все щели и сквозь проделанную в двери дырочку, свет уже готовой перевернутой картиной, ложился на холст. Оставалось только обрисовать и раскрасить…

...В 86-м неожиданно умерла бабушка Шура и дедушке Васе, больше некому стало бить в самодельный колокол.
Через месяц он тихо отправился за ней…

lesh1953

отличный рассказ о бабушке

Один из выводов из этого эксперимента может быть следующим: Если мы не можем найти время на то что бы ненадолго остановиться и послушать лучшие из когда-либо написанных музыкальных произведений в исполнении одного из лучших музыкантов планеты; если темп современной жизни настолько всепоглощающь, что мы становимся слепы и глухи к таким вещам — тогда что же еще мы упускаем?

Ответ один: мы теряем саму жизнь!

на мой взгляд-не очень корректно. Ведь те, кто пришел слушать концерт и заплатили по 100 долларов -потеряли заработанные деньги и время

http://www.proza.ru/2007/07/21-197
Заварушка в сердце печальная сказка о чувствах
Ирина Айрин Ковалева

В одной светлой душе жили-были чувства. Они жили все вместе, дружно и даже весело, особенно последнее время. С их хозяйкой – женщиной что-то странное происходило. Всегда такая спокойная, рассудительная и немного инфантильная, она и чувства выбирала соответственно: здравый смысл, неуверенность, жертвенность, печаль, доброту, сомнение, гордость, трудолюбие, обиду, ну иногда сарказм и злость. Остальные же преспокойно спали себе в летаргическом сне, даже не надеясь, что их когда-нибудь разбудят.
Но однажды вечером Здравый Смысл взял ленту отчета мозга, прочитал, и его очки полезли вверх. Он сбросил один тапочек, мягкий и яркий, и почесал ногу об ногу.
- Чудеса! - пробасил он. – Она требует Любовь. Разбудите ее, кто-нибудь.
- Как Любовь? – переспросило Недоверие, всегда с биноклем в руках, который оно даже в постели не снимало с шеи.
-Посмотрите сами, любезное, если мне не доверяете! – Здравый Смысл протянул ему листок, исписанный какими-то каракулями.
Недоверие навело бинокль и долго-долго читало.
-Ха! В самом деле, требуют Любовь.
- А какие аргументы приводят? Интересно же, - заявила Любознательность.
- Так, зрительные раздражители, гормональный всплеск, душевный настрой, мечтательность, сексуальные фантазии… Да Боже ж мой, как всегда, ничего нового…
- А как всегда? – допытывалась Любознательность, - я уже сто лет такого в нашей тихой обители не видела…
- Теперь увидите… - вздохнула Обреченность и села на прикроватную тумбочку, болтая ногами и раскачиваясь, от чего маячил галстук ее старомодного платья.
- Меня вызывают? – появилась в дверях заспанная пожилая Любовь, с нечесаными волосами, в помятом платье и неумытая. – Что, нужно идти в сердце?
- В ванную!!! - почти в один голос вскрикнули Раздражительность и Недовольство.
- На кого вы похожи? – подпряглось Осуждения, смахивающее на бочонок с головой и вечно ею качающее.
- Да, вы правы, но разве я виновата, что проспала почти 25 лет и ни разу меня не позвали в сердце. У меня все в запустении и опыта нет.
- Ничего, деточка, мы все здесь такие, толку, что меня из сердца не выпускают, а иногда такое натворю, что… Вон, Обида и Недовольство не дадут соврать… - нежно обняла ее за плечи Доброта.
- Не бойся, мы тебе поможем, - подошла ближе Нежность в белом легком платье, потирая теплые красивые руки и растягивая в улыбке пухленькие губки. – Идем, я приведу тебя в порядок.
И они скрылись за дверью ванной комнаты.
- Если так и дальше пойдет, - задумчиво проговорил Здравый Смысл, - то скоро нам придется предъявить Сексуальность. А она у нас в зачаточном состоянии. Хозяйка совсем ею не занималась… Придется самим довести ее до приемлемого уровня… Кто идет к этому чудовищу первым?
Все молчали. Это и впрямь было маленькое жестокое чудовище. Его не то, что научить, приручить было невозможно. Дикое, первобытное, сидело всегда отдельно в своей холщовой сорочке, а когда (очень редко) его вызывали, приходилось вылавливать его из-под кровати, и никакие уговоры не помогали.
- Да, поморочиться придется, - вздохнула Любознательность.
- Вот вы и начните, просветите его, что ли! Вы же все знаете. Расскажите ему о сексе, ну что там нужно, вы же – женщина, в конце концов! – предложил Здравый Смысл.
- Хорошо, ловите его! – согласилась Любознательность.
Злость, Желчность, Язвительность бросились искать и ловить Сексуальность. Они ругались, метались, пытаясь схватить дикарку. А она двигалась быстро и ловко уходила от них.
- Бросьте, у вас ничего не выйдет, - вмешалась Доброта.
- У тебя выйдет?! - скорчила гримасу Желчность.
- Может быть, - Доброта наклонилась под кровать, протянула руку и тихонько позвала дикарку. Та посидела, посверкала глазищами, затем схватилась за руку и вылезла.
- Ну вот, и славненько, - Доброта улыбалась своим стареньким ротиком. - Садись-ка, девонька, вот здесь и послушай вот этих умных чувств, они тебе плохого не посоветуют.
Сексуальность села и уставилась на всех.
- Друзья, пойдемте, погуляем по организму. Пусть они побеседуют тет-а-тет.
- Ну, вот еще – запричитала Лень, развалившись на кровати, - была охота таскаться, кто его знает где.
- Идем, идем! – стащило ее на пол Трудолюбие, вечный оппонент Лени.
Она поднялась, отбиваясь от него, и засеменила к выходу, тяжело неся грузное большое тело.
В дверях ванной комнаты появилась Любовь, она сияла добротой и нежностью, и все чувства на миг остановились и залюбовались…
- Хорошая работа, дорогая, - сказал Здравый Смысл Нежности. – Вы далеко не уходите, у вас есть еще один клиент.
И он показал рукой в сторону Сексуальности.
- О, нет! - ужаснулась Нежность, - она же не знает, кто я такая.
- Пока мы погуляем, узнает, - зашипела Лень, все еще недовольная затеей чувств.
Все скрылись за дверью души.
- Девонька, - начала свою просветительскую речь Любознательность, обращаясь к дикарке, да так и осеклась, увидев ее полностью обнаженной.
- Ну, да… - утвердительно покачала она головой, - основную мысль ты усвоила.
Чувства тем временем бродили по всему организму. Любовь вошла в сердце. Здравый смысл остался за грудной клеткой. Нежность разместилась в руках, на кончиках пальцев. Лень добралась до спинного мозга и заставила хозяйку лечь. Недовольство оккупировало желудок, и бедной женщине сразу же расхотелось ужинать. Трудолюбие металось между мозгом и сердцем, возбуждая сладкие мысли и сбивая ритм сердца. Жертвенность засела в левом виске, добавляя в мечты, которые плели Доброта, Гордость, Неуверенность, Недоверие и отчасти Сарказм, немного глупого самоотречения. Печаль сдабривала пастельными и полутемными красками это полотно мечтаний. Женщина грезила возлюбленным, лежа на диване, и глядя в потолок невидящим взглядом. Время от времени она потирала руки, и Нежность согревала ее одинокую душу.
Через какое-то время, когда хозяйка уснула, чувства вернулись домой. Их там ждало обыкновенное чудо: Сексуальность сидела вымытая и причесанная в коротенькой юбочке, облегающей блузе, ножка за ножку, сабики на высокой танкетке. Она подпиливала ногти и красила их лаком. Напротив полулежала уставшая Любознательность.
- О, другое дело, - начал было Здравый Смысл, но Любознательность не дала ему договорить.
- Да, оставили меня с этой несносной дикаркой. У нее то никаких порывов, то как ураган. Чуть не задушила меня в ванной комнате в объятьях.
- Ну, живы? – скривился Сарказм. – Вас попробуй еще задуши. Вы же неистребимы и везде суете свой нос!
- Я? – возмутилась Любознательность.
- Ладно, тише, тише! – вышло наперед пухленькое Миролюбие, распихивая ссорящихся своими беленькими ручками.
Чувства усмирились. Доброта, Жертвенность и Нежность повели Сексуальность для корректировки ее состояния в самый дальний угол души.
Гордость немного припоздала, поэтому ее там осталось мало.
- А я не мог прорваться к Сексуальности, – пожаловался в пространство Сарказм.
- А вы зачем там нужны? – спросило его губастое Неудовольствие.
- Как зачем? Мужчины ведь разные бывают, а винят во всем всегда женщин, так вот пусть трезво смотрит на ситуацию.
- Тогда лучше пусть Здравый Смысл внесет свою лепту в это дело, – вмешалась Язвительность.
- Нет, ребята, - сказал Здравый Смысл, - где правит бал Любовь, мне нет места. Я потом буду разгребать угли сгоревших чувств и мечтаний.
И все закивали, даже Несогласие.
- Так, мне к ней надо! – протискивалась девчонка–Наивность.
- А где тебя раньше черти носили? – подбоченилась Злость. – Вечно где-то носишься!
- А вот и нет, я была в сердце, помогала Любви.
- О, тогда добром все это не кончится! – застонал Здравый Смысл.
- Нужно срочно разбудить Эгоизм, пусть остудит немного порывы нашей хозяйки.
- Какой Эгоизм? – покачало головой Недовольство, - он давно уже на пенсии.
- Так, а Цинизм?
- В вечной ссылке, где-то в болотистой местности души - помнится, хозяйка осерчала за его советы относительно каких-то стихов. Пока его вытащим, поздно будет.
-Тогда одна надежда на Злость, - сказал Здравый смысл, - идите, дорогая, и попробуйте проникнуть в сердце, ну, а дальше вы знаете, что делать. Только не переусердствуйте, нам не нужны жертвы.
Та кивнула и вышла.
Целый месяц чувства лихорадило. Любовь не вылезала из сердца, часто вызывали и Сексуальность, которая возвращалась всегда с загадочной улыбкой Монны Лизы, почему- то востребованной стала вечно зареванная Обида.
Как-то в полдень, когда чувства обычно обедали, в душу ворвалась Доброта. Она, задыхаясь, рассказала, что в сердце непорядки, заварушка.
- Пострадавшие есть? – первым опомнился Здравый Смысл.
- Да, не знаю, жива ли Любовь? Хотя всем досталось.
- Идемте скорее туда! – вскричала Решительность в гимнастерке и брюках-галифе.
Все бросились к выходу, и только Обжорство осталось доедать.
Через несколько минут процессия вернулась назад, впереди несли окровавленную Любовь, дальше вели Обиду, которая еле перебирала ногами от бессилия. Здравый Смысл нес уснувшую навеки Наивность.
- Кладите ее на диван, я ее осмотрю, - командовала Жалость.
Малышку положили, оправили белое платьице, украшенное розовыми лентами. Жалость и Здравый Смысл выслушали ее сердце, измерили пульс.
- Жить будет, - сказал Здравый Смысл.
- Но не скоро, ее хрупкая психика не выдержала потока обвинений, которые выдвинул человек. А жаль! – засокрушалась Жалость.
- А что там с Любовью? - вмешалась Любознательность.
- Она тоже пока жива, но если не поступят извинения в ближайшее время, ей не выжить, – опустило Недоверие свой бинокль, через который рассматривало израненную красавицу, которая за последний месяц преобразилась до неузнаваемости.
- Так, а кто в сердце? – спросил Здравый Смысл.
- Да, кто же? У нас ведь всегда есть сладкая парочка, которая любит разборки – Злость и Склочность.
- Бегом туда, а то они такое натворят, ни о каком прощении не может быть и речи.
Здравый Смысл, Недоверие, Сомнение и Трудолюбие рванули туда. Им удалось вытащить расходившихся Злость и Склочность, и на время в сердце осталась только Жертвенность. Женщина плакала, читая письмо любимого. От его обвинений ей захотелось умереть. Она уже искала способ, как в сердце вбежал запыхавшийся Сарказм, весь в болотной тине и дурно пахнущий. Но его слова вернули на место Самоуважение, Страх и Гордость, и женщина передумала. Теперь только Обида сжимала ее сердце, а Здравый Смысл и Уверенность, срочно разбуженная, плели полотно ее мыслей, вселяя Надежду и врачуя Любовь.
- Так, кто там еще притаился? – гулко прозвучал голос Трудолюбия в очищенном сердце.
- Я, - ужом выползло наружу Отчаянье. Оно и впрямь было похоже на змееныша.
- Убирайся по-добру по-здорову, твое время еще не пришло! - закричали чувства.
- Знаю, знаю, ещще нассстанет… - и оно уползло, как и не бывало.
Надежда и Любовь снова вошли в сердце, Доброта осталась караулить вход. Наступил мир и покой в душе бедной женщины. Она лежала на своей кровати без сна. А за окном зажигался рассвет…
07.07.07. Ирина К.

ДВА ВОЛКА
Когда-то давно старик открыл своему внуку одну жизненную истину:

— В каждом человеке идёт борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь. Другой волк представляет добро: мир, любовь, надежду, истину, доброту и верность.

Внук, тронутый до глубины души словами деда, задумался, а потом спросил:

— А какой волк в конце побеждает?

Старик улыбнулся и ответил:

— Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь.

http://www.syntone.ru/library/parables/all.html
СКАЗКА «МАГАЗИН СЧАСТЬЯ»

Понедельник — день тяжелый, и слава богу, что он когда-нибудь заканчивается. Я тащилась с работы, на душе было примерно так же, как и на небе — хмуро, пасмурно и слякотно. Моросил нудный мелкий дождик, который логично довершал безрадостный день. В довершение всего, когда я свернула на улицу, ведущую к родному дому, оказалось, что пройти невозможно — улица была перекрыта, там вовсю кипели ремонтные работы. Дорожники заботливо натянули цветную ленту и повесили табличку: «Выхода нет». Хотя, собственно, и входа тоже не наблюдалось. Это было жестоко: слева — длиннющий забор школы, справа — забор поликлиники. Оставалось только выбрать — налево или направо. Я мысленно чертыхнулась и поплелась вокруг школы.

Никогда я не ходила такой кривой дорожкой. И поэтому никогда не видела этого магазинчика. Он был расположен в торце обычного жилого дома, а название его сразу поразило мое воображение: он назывался Магазин Счастья.

«Интересно, что может продаваться в таком магазине?»,— зачарованно подумала я. В это время дождик брызнул с удвоенной силой, поэтому я с облегчением нырнула в магазинчик. Дверь мягко закрылась за мной, и мелодичный звон колокольчика вызвал вибрацию где-то во мне, в самой глубине. Словно кто-то там засмеялся. И от этого родилось какое-то радостное волнение, будто вот-вот должно было случиться что-то приятное.

Войдя, я невольно остановилась. Честно говоря, я оказалась в некотором замешательстве. Магазинчик был какой-то странный и больше всего напоминал запущенный склад, полный разного хлама. Между стеллажами и прилавками, трогая и рассматривая разный товар, бродили покупатели. И царило какое-то радостное оживление. К выходу спешила старушка, сияющая, как праздничный фонарик. Поравнявшись, она улыбнулась и подмигнула мне.

— Простите, а что здесь продают? — спросила я.

— Как что? — удивилась старушка.— Что написано, то и продают. Счастье, детка! Счастье!

— А…в каком виде?

— А в каком выберешь, дорогая! Метрами, килограммами и поштучно! — наверное, я выглядела глуповато, потому что старушка засмеялась.— Да ты не сомневайся, девочка, товар качественный! Я здесь постоянный покупатель. Тебе понравится!

И старушка под звон колокольчика выскользнула из магазина. А ко мне уже спешил продавец в синей форменной одежде и с бейджиком на груди. На бейджике было написано: «Михаил, Продавец Счастья».

— Прошу простить за небольшую заминку, столько покупателей, море работы! — извинился продавец счастья Михаил.— Вы у нас, я смотрю, впервые?

— А вы помните всех покупателей в лицо? — удивилась я.

— Разумеется! Ведь решив однажды быть счастливым, человек обычно становится нашим Постоянным Покупателем,— объяснил Михаил.

— А что в ваших товарах такого… особо счастливого? — с некоторым сомнением спросила я.

— Ах, я совсем вас заговорил! — спохватился Михаил.— Разрешите мне провести для вас небольшую экскурсию и показать, так сказать, товар лицом.

Он подхватил меня под локоть и повлек к прилавкам.

— Обратите внимание! Волшебные калейдоскопы! Придают яркость жизни! Постоянная смена впечатлений, феерия красок, множество разнообразных комбинаций!

— Но это же просто игрушка! — запротестовала я.

— А вы, разумеется, полагаете, что жизнь — серьезная штука? — спросил Михаил.

— Еще какая серьезная! — подтвердила я.— Если бы взрослым можно было играть, как детям…

— Так играйте! — предложил Михаил.— Кто же вам, взрослому человеку, может запретить?

— Ну, у меня обязанности…работа. И все такое,— уныло возразила я.

— А вы в это играйте! Для начала — положите в сумочку калейдоскоп. И когда скучно, грустно или совсем заработались — уделите ему минутку времени. И увидите, как жизнь заиграет яркими красками.

— Я подумаю,— дипломатично сказала я.

— Тогда продолжим! — предложил Михаил.— Я продемонстрирую вам в действии устройство для запуска мыльных пузырей. Посмотрите! Посмотрите! Какие они разные! И как они лопаются!

— Ну и что? — не поняла я.

— Да как же «ну и что»? — ликующе вскричал Михаил.— Все ваши проблемы лопаются как мыльные пузыри. Легко! Красиво! Радостно!

— Если бы в жизни они так легко лопались,— вздохнула я.

— Большинство наших проблем сильно раздуты. Прямо как эти пузыри. Научитесь относиться к проблеме, как к мыльному пузырю — посмотрите на нее, полюбуйтесь ее переливами, формой, размером — и позвольте ей лопнуть! Вот так! — и он выпустил еще серию радужных пузырей.

Нет, этот Михаил говорил странные вещи. Но почему-то мне хотелось ему верить! Было в нем что-то такое…убедительное.

— Ну хорошо, возможно, в этом что-то есть,— согласилась я.— Но поверить в то, что калейдоскоп и мыльные пузыри — и есть счастье, я не могу. Вы уж извините.

— Тогда пойдемте в отдел тканей! У нас замечательный отдел тканей,— ничуть не огорчился Продавец Счастья.— Вперед, навстречу счастью!

Я поспешила за ним к следующему прилавку. Там действительно наблюдалось немыслимое разнообразие тканей самых невероятных расцветок. Продавец отдела как раз обслуживал даму средних лет.

— У вас есть какой-нибудь веселенький ситчик? — спрашивала она.

— Разумеется, мадам! Вот, взгляните! — радостно сообщил продавец, раскидывая перед ней нежно-зеленый ситец, на котором были изображены смешные танцующие зайчики. Исключительно веселенький! Давайте вместе посмеемся!

И засмеялся первым, а за ним — дама. Они заливались веселым смехом, явно довольные друг другом и жизнью. Я тоже невольно заулыбалась.

— Я сошью себе веселенький фартучек и кухонные рукавички! И когда буду готовить обед, смешинки будут попадать в пищу. И вся моя семья будет веселиться! — решила дама.

Я невольно залюбовалась ее лицом — оно было словно бы подсвечено изнутри, а в глазах, в уголках губ все еще плясали смешинки.

— Иногда достаточно окружить себя приятными вещами, чтобы жизнь стала такой же приятной,— пояснил Михаил.

— Вот так просто? — не поверила я.— Но это же такие мелочи?

— Ну, собственно, жизнь и состоит из мелочей,— доверительно сказал Михаил.— И счастье строится тоже из мелочей. Мы же говорим: «Мелочь, а приятно!». А представляете, что будет, когда приятных мелочей станет много?

— Ну да, представляю! — заулыбалась я.— Это будет счастье!

— Вы уже поняли суть нашего товара! — восхитился Продавец Счастья Михаил.— Но это еще не все! Идем те же, идемте! Я хочу показать вам нашу новинку! Большая Книга Счастья! Только что поступила!

В книжном отделе было много всего, но Михаил не дал мне хорошенько рассмотреть книги. Он сразу сунул мне в руки симпатичный томик в яркой обложке. Я раскрыла его наугад — и очень удивилась. Там ничего не было! То есть почти ничего: наверху страницы было написано: «Сегодня был самый счастливый день в моей жизни!!!», а внизу страницы — «А завтра будет еще лучше!». А сама страница была чистой — просто разлинована, как тетрадь для первоклассника. Я листала страницу за страницей — вся книга была такой.

— Ну как вам? — горделиво спросил Михаил.

— Но здесь же ничего не написано! — возмутилась я.

— Ну конечно! — подтвердил Михаил.— В этом и суть! Вы будете писать ее сами.

— Как сама? — опешила я.— Но я же не умею!

— Сегодня это так. Завтра все может измениться,— загадочно сказал Михаил.— Вы разрешите прочитать вам небольшую лекцию?

— Да, конечно,— я была совершенно заинтригована.

— Каждый наш день наполнен разными событиями, и одни нам нравятся, а другие — нет. Как ни странно, мы почему-то запоминаем именно «плохие» события, а хорошие нет, потому что они нам кажутся в порядке вещей. В результате наше счастье очень омрачено! Вы со мной согласны?

— Да, правда,— созналась я.— Иногда какая-нибудь мелочь может испортить целый день.

— Большая Книга Счастья предлагает пойти прямо противоположным путем! Записывать в нее только счастливые события. Не менее пяти за день! Больше — можно, меньше — нет.

— Да где же я наберу столько счастливых событий за день? — запротестовала я.

— А вот позвольте не согласиться, на самом деле это легко, вы просто еще не пробовали,— возразил Продавец Счастья.— Конечно, в первые дни придется перестраивать свое мышление на новую волну. Но вы быстро войдете во вкус, это ведь так приятно! Вы попробуйте, попробуйте прямо сейчас! Что сегодня у вас было счастливого?

— Я не знаю,— сникла я.— Какой-то тяжелый был день.

— Вы сегодня получали травмы?

— Нет, что вы,— испугалась я.

— Ну вот, уже счастье! Так и запишем,— обрадовался Михаил.— Вы сегодня что-нибудь теряли?

— Да, потеряла важный документ, но потом нашла среди бумаг,— подтвердила я.

— О, но это же счастье! Ведь правда? — продолжал обучение Михаил.

— Правда,— согласилась я.— Счастье, что он нашелся.

— Ну, теперь сами, у вас уже получается,— подбодрил меня Михаил.

— Ну…сегодня собачку смешную видела. Такая лохматая-лохматая, и в пальтишке! Как в цирке. И хозяйка у нее такая же! Тоже лохматая! Они похожи!

— Ну вот! Замечательно! У вас прекрасно получается! — похвалил Михаил.

— А еще я сегодня наконец-то доделала отчет. Устала — но закончила! — похвасталась я.

— Это — четыре,— сосчитал Михаил.— Остался пятый эпизод. Итак?

— Так, что же было потом? — соображала я.— Потом был дождь. И я шла домой, а там дорогу ремонтируют. И я пошла в обход… Да! Потом я зашла в ваш чудесный магазинчик! — воскликнула я.— Запишите!

— Охотно,— застрочил Продавец Счастья.— Польщен тем, что вы сочли возможным включить это в список счастливых событий. Итак, пять эпизодов записаны! Ваша Большая Книга Счастья уже пишется!

— И так каждый день? — спросила я.— А когда закончатся страницы?

— К тому времени ваш разум уже привыкнет фиксировать счастливые события автоматически, и не по пять событий за день, а гораздо больше,— пообещал Михаил.— И ваша жизнь будет просто-таки наполнена счастьем!

— Большое спасибо,— поблагодарила я.— Пожалуй, я возьму эту Книгу.

— Примите ее в дар от нашего магазина,— изящно наклонил голову Михаил.— Мы всегда дарим что-нибудь новому покупателю.

— Какое счастье! — обрадовалась я.— Спасибо вам!

— Ну, вот уже и шестой пункт в вашем сегодняшнем Счастье,— улыбнулся Михаил.

— Да, разумеется! И еще я приобрету устройство для лопанья проблем и калейдоскоп для увеличения яркости жизни! Это семь и восемь! — выпалила я.

— Я очень рад! Вам упаковать в фирменный пакет?

— Да, пожалуйста,— попросила я, все еще улыбаясь.

Пакет был тоже очень симпатичный — оранжевый, в крупный белый горох. На нем было написано: «Мы обречены быть счастливыми!». Надпись мне понравилась.

Михаил провожал меня до выхода. На двери была большая красивая табличка: «Выход есть!». И табличка мне тоже понравилась.

— У нас такие таблички на всех дверях,— сообщил Михаил.— Чтобы не забывать, что выход есть всегда! Спасибо за покупки. Заходите к нам еще.

— Я обязательно зайду,— пообещала я.— Я хочу покопаться и в других товарах.

— О, мы всегда рады постоянным покупателям! — восхитился Михаил.

— К вам, наверное, ходит весь наш город? — поинтересовалась я.

— К сожалению, нет! — огорченно сказал Продавец Счастья.— Как ни странно, все говорят, что хотят быть счастливыми, но далеко не каждый стремится хоть что-то для этого сделать. Но мы работаем над этим! Совершенствуем ассортимент, упаковку, рекламу. Так что вы всегда найдете для себя что-то новое и интересное. До свидания! И счастья вам!

Мелодично звякнул колокольчик, и я вышла на улицу. Душа моя пела. Я шла домой, и люди задерживали на мне взгляды. Наверное, из-за моего оранжевого пакета. А может быть, потому, что я никак не могла расстаться с улыбкой. А может, я сейчас сияла, как та старушка, что встретилась мне у входа. И это тоже было счастье.

— Девять,— машинально отметила я.— Надо не забыть записать в мою Большую Книгу.

Эту сказку написала Эльфика или Ирина Семина
http://www.elfikarussian.ru/