Саратовское военное училище НКВД

Юридически деятельность Четвертой школы начинается 18 августа 1932 года. В этот день, еще до прибытия в Саратов начальника - военкома школы комкора Абрамовича Сергея Ивановича, его заместитель Апанасевич С. К. из¬дал приказ № 1. В приказе говорилось: «...с сего числа приступить к организа¬ционному оформлению штаба школы по проекту штата. На организационное сколачивание аппарата Управления Штаба обратить прибывающий начальст¬вующий состав из ОК ОГПУ, с частичным использованием личного состава ремонтно-строительной конторы школы. Техническому руководителю тов. Дёмину требуемое количество сотрудников из личного состава Ремстройкон- торы передать для временного замещения должностей в аппарат части матери¬ального обеспечения Школы.
Общее руководство организацией и укомплектованием Штаба Школы и служб возлагаю на Помощника Начальника Штаба Школы тов. Стриженова. Организационное оформление Штаба закончить не позднее 20 августа сего го¬да» .
Для формирования школы в городе Саратове выделялось несколько от¬дельно расположенных зданий. Однако эти здания были не приспособлены для расквартирования военно-учебного заведения. В связи с этим руководство ОГ- ПУ и Наркомпрос РСФСР заключили договор об обмене выделенных площа¬дей на строящиеся корпуса химического факультета Саратовского государст¬венного университета. Строительная площадка была перепроектирована. По архитектурному замыслу новое строение должно иметь контуры «Ч Ш» симво¬лизирующие название четвертой школы погранохраны и войск ОГПУ
Ведение строительных работ первоначально поручалось специально сформированной военизированной ремонтно-строительной конторе. Однако, уже 19 августа 1932 года приказом по школе № 2 был объявлен временный список аппарата Управления Штаба школы. В него вошли сотрудники, при¬бывшие по направлению отдела кадров ОГПУ и отдельные специалисты ре¬монтной строительной конторы.
Структурно аппарат управления включал в себя: штаб, строевое отделе¬ние, учебную часть, часть материального обеспечения и комендатуру .
С этого времени начальник-военком школы Абрамович С. И. берет на себя всё руководство строительством и вводит жесткий порядок внутренней жизни школы. Учет личного состава, приём и увольнение сотрудников и рабо¬чей силы Ремстройконторы стал производиться через строевую часть штаба.
Все финансовые операции, как по линии школы, так и по линии строи¬тельства начали осуществляться только через финансовую часть. Рабочая сто¬ловая и буфет, а также вещевой и продовольственные склады переведены в подчинение начальника тыла.
Для стимулирования труда и поощрения ударников стройки из продо¬вольственных запасов создавался премиальный фонд. Персональная ответст¬венность за техническое руководство строительством школы была возложена на технического руководителя С. А. Демина. Ему предписывалось «в кратчай¬ший срок, не позднее 21 августа установить точный учет рабочей силы на строительстве и ежедневно представлять в часть материального обеспечения сведения о числе довольствующих рабочих во избежание перебоев в довольст¬вии» .
Под личный контроль начальника школы был взят учет поступавших ма¬териалов и их расход. Надзор за качеством производимых строительных работ осуществлялся технической комиссией. Одновременно был произведен учет объектов охраны строительства и складских помещений, установлено количе¬ство ночных, дневных и суточных постов охраны, проверено противопожарное состояние и наличие пожарного инвентаря. Ответственность и постоянный контроль на этом участке возлагались на исполнявшего обязанности Комен¬данта и Начальника пожарной охраны, начальника штаба курсового дивизиона Берегового А. В. В то же время отделом кадров ОГПУ в школу направляются кадровые офицеры для замещения вакантных должностей. Среди первых при¬бывших были: старший руководитель тактики конницы Первой школы погран¬охраны и войск ОГПУ А. Н. Стриженов, назначенный на должность помощни¬ка начальника штаба школы; А. Н. Поморов, назначенный на должность на¬чальника военно-хозяйственного довольствия. Должность инструктора автоде¬ла занял А. Л. Шнейдер. Заведующий финансовым довольствием стал Е. М. Чижевский. На должность начальника штаба курсового батальона был назначен А. В. Береговой, а должность начальника части материального обес¬печения принял И. Н. Октябрьский
На преподавательскую работу после окончания курсов усовершенство¬вания при Высшей Московской Пограничной школе ОГПУ в числе первых прибыли А. Н. Апполонов, П. В. Бурмак, К. Г. Войтелев, В. С. Долгов, И. А. Калинин, А. А. Ковальчук, Ф. Е. Маковецкий, Г. Н. Смирнов и др.
Прибытие офицеров с семьями создавало проблему их расквартирования. Постановлением Саратовского Городского Совета № 45 от 7 августа 1932 года школе было передано здание бывшей гостиницы «Россия» и пятый корпус на площади 1905 года . Такая забота органов местной власти в условиях жесткого жилищного кризиса в городе вызывала чувство благодарности и свидетельст¬вовала о понимании значения открытия в Саратове школы ОПТУ. Прибывав¬шие офицеры активно включались в строительство и создание учебно- материальной базы. Каждый из них закреплялся за конкретным участком или объектом.
Напряженный труд командиров, политработников, преподавателей, ра¬бочих и служащих по достоинству был оценен руководством ОГПУ. Ко дню пятнадцатой годовщины ВЧК высокие награды получили 67 сотрудников шко¬лы. Начальник школы С. И. Абрамович был награжден знаком «Почетный че¬кист». Начальник штаба Д. Ф. Макаров, помощник начальника школы по по¬литчасти A. JI. Сидоренко, начальник учебной части И. И. Апанасевич, комен¬дант школы С. М. Дайшутов и начальник штаба дивизиона были награждены именным оружием системы «Наган». Именные пистолеты «Коровина» были вручены командирам дивизионов В. С. Долгову, А. С. Новикову, И. С. Шумскому, начальнику строевого отделения И. Г. Семкину, начальнику химической службы Н. П. Сосновскому и другим сотрудникам .
К середине марта 1933 года строительство зданий первой очереди было закончено. Завершился первый этап становления школы. Временная военизи¬рованная организация обретает статус военно-учебного заведения.
Приказом начальника школы № 63 от 15 марта 1933 года объявлялся первый постоянный штат Четвертой школы погранохраны и войск ОГПУ. Данный приказ и последовавшие за ним организационные меры нужно считать вторым этапом формирования Саратовской школы. Первый состав основных подразделений, отделов и служб, сохранившихся как структурные единицы до сегодняшнего дня приводится в Приложении к диссертации № 1.
Назначение на постоянные штатные должности сопровождалось повы¬шением требовательности к сотрудникам, как военным людям. В приказе по школе от 15 марта 1933 года начальник школы, комкор С. И. Абрамович писал: «...отмечаются факты несоблюдения начальствующим составом ношения формы одежды и вооружения. В целях изжития этого недостатка, а также вве¬дения единообразия, под личную (персональную) ответственность всего лич¬ного состава - приказываю:
1. Начальствующему составу, имеющему кавалерийское снаряжение, обязательное его ношение поверх одежды.
2. Прекратить носку на поясном ремне, в служебное время, не положен¬ное по табелю оружие. Установить обязательное ношение револьвера системы «Наган».
3. Установить обязательное ношение шпор» .
В приказе обращалось внимание на соблюдение внешнего вида, аккурат¬ную заправку обмундирования, стрижку, бритьё, строевую выправку и т. п. С лиц, не соблюдавших установленные требования, предписывалось строго взы¬скать в дисциплинарном порядке.
Третьим этапом становления школы, как учебного заведения, стало её комплектование переменным составом, т.е. курсантами.
Прибытие абитуриентов ожидалось в середине марта 1933 года. Для их приёма и предварительного ознакомления до приёмных испытаний назнача¬лась комиссия в составе пяти человек. Председатель - помощник начальника штаба А. Н. Стриженов, члены комиссии: от хозяйственной части - И. Д.Ильин, медицинский врач С. М. Рубинчик, от политчасти — помощник ко¬мандира дивизиона В. И. Целенко и комендант школы С. М. Дайшутов .
В своей работе комиссия руководствовалась специально разработанной
о
штабом «Инструкцией по приему и обработке прибывающих курсантов» . Ею предусматривалось, что все абитуриенты, поступавшие в батальон формирова¬ния, разбиваются на группы по десять человек. Группы сводятся во взводы по семь групп в каждом, во главе которых становятся курсовые командиры. В ди¬визионе формирования курсанты остаются на все время прохождения прием¬ных испытаний .
Встреча прибывавших абитуриентов начиналась на железнодорожной станции. Ко всем поездам, приходившим на станцию Саратов, высылался представитель школы, как правило, один из курсовых командиров. Он встречал прибывавших абитуриентов и сопровождал их в школу. Если количество при¬бывших было меньше десяти человек, то к вокзалу высылалась подвода под личные вещи. При количестве более десяти высылалась грузовая машина. В случае прибытия партии свыше 30 человек, встречу осуществлял представи¬тель политчасти. Личные вещи грузились в машину, а личный состав следовал пешим порядком в сопровождении оркестра.
В школе прибывших принимал дежурный. Он сопровождал их в специ¬ально отведённое помещение (карантин), где передавал дежурному по диви¬зиону формирования. Дежурный по дивизиону направлял абитуриентов в «стол учета и оформления прибывающих». В состав «стола» входили делопроизво¬дители строевого отделения и хозяйственной части, а также представитель по¬литчасти и партбюро.
Затем поступавшие направлялись в баню, где производился медосмотр, стрижка, мытьё, смена белья и дезинфекция обмундирования. Только после этого они размещались в помещении дивизиона формирования, где разбива¬лись на учебные группы .
11 марта 1933 года для поступления в школу прибыл первый абитуриент. Это был командир отделения Кингисеппского погранотряда Владимир Гринь. Вторым, прибывшим 14 марта, был военнослужащий 80-го Дагестанского пол¬ка войск ОПТУ Миссюряев Андрей Иванович . С 18 марта начался массовый заезд.
Для кандидатов в курсанты был составлен временный распорядок дня. Он предусматривал утреннюю физическую зарядку, утренний осмотр, время приёма пищи, шесть часов занятий по расписанию, послеобеденный отдых, массовую работу и читку газет, вечернюю поверку и др. мероприятия. Подъём объявлялся в 7 часов, а отбой - в 23 часа .
В учебные часы абитуриенты проходили приёмные испытания. В то же время командиры дивизиона формирования организовывали работу по подго¬товке кандидатов в курсанты по общеобразовательным дисциплинам и строе¬вой подготовке для участия в Параде 1 мая. Часть абитуриентов направлялась на хозяйственные работы. Они приводили в порядок помещения школы, дво¬ровой площади и корпусов.
Для проведения приёмных испытаний было создано шесть комиссий: общеобразовательная; политической, специальной, военной и физической под¬готовки, а также медицинская комиссия. Архивные документы сохранили пер¬сональный состав первой приёмной комиссии. В неё вошли: Польнер О. В., Ба- лакин Р. С., Петрыкин В. К., Егер В. Ю., Кирьянов П. В., Князев Л. А., Пархо¬менко С. М., Зайцев М. К., Ермаков П. И., Ламанов П. П., Удачин А. С., Вее¬ров И. Н., Поморов Г. Н, Стриженов А. Н. .
Приёмные испытания проводились по русскому языку, математике, по¬литической подготовке, чекистской подготовке, уставам, материальной части оружия, тактике, топографии и физической подготовке.
К 15 апреля 1933 года первый набор курсантов был завершен. Сформи¬ровано два дивизиона пехотного отделения. Каждый дивизион состоял из шес¬ти взводов. Взвод делился на две учебные группы. Кроме пехотного, был на¬бран и специальный дивизион, включивший химическое отделение и саперно- маскировочное отделение. Оба отделения имели по два взвода и две учебные группы в каждом взводе .
Из более пятисот человек зачисленных в курсанты свыше половины име¬ли образование 4-6 классов. Восемь курсантов были самоучками и только 232 человека имели семилетнее образование. Преимущественное право поступле¬ния предоставлялось коммунистам и комсомольцам. В числе принятых их бы¬ло 93 процента .
Не представляется необходимым перечислять первый набор поименно. Однако назвать курсантов первого отделения, первой учебной группы, первого взвода первого пехотного дивизиона автор считает целесообразным . Возраст первого набора курсантов был от 22 до 30 лет. 29 апреля в театре имени Н. Г. Чернышевского состоялся торжественный вечер, посвященный началу учебы. А 1 мая представитель Саратовского город¬ского Совета А. В. Сердюков, огласив приказ коллегии ОГПУ № 72 от 27 апре¬ля 1933 года, вручил Четвертой школе Боевое знамя .
В первый караул под Боевое знамя встали: знаменосец - командир- руководитель И. И. Барсов, ассистенты - начальник штаба 1 дивизиона
B. А. Данилов и исполнявший должность начальника штаба 2 дивизиона
C. В. Косарев
3 мая 1933 года начались плановые занятия по подготовке офицеров- организаторов охраны границ, а также специалистов саперов и химиков.
Учебный процесс шел под пристальным вниманием Инспекции боевой подготовки Главного управления пограничной охраны и войск ОГПУ. Несмот¬ря на трудности, связанные с продолжавшимся строительством второй очереди школы и несовершенством материальной базы, спрос за качество обучения был очень высоким. Уже в сентябре 1933 года Начальником школьного отделения Инспекции В. Н. Степановым был проведён тактико-строевой смотр школы.
Результаты смотра выявили серьёзные недостатки и были обобщены в приказе Председателя ОГПУ . В нём отмечалось, что «... поднятая по учебно- боевой тревоге школа для выполнения длительного марша с боевой задачей, выступила только через 2 часа 27 минут, в то время как строевые подразделе¬ния были готовы к выступлению через 6-7 минут
Недопустимая продолжительность сборов для выполнения поставленной задачи объясняется исключительно неприспособленностью тылов и нечеткой работой штабов.
При совершении перехода отсутствовала требуемая маршевая дисципли¬на: отдаваемые по колонне приказы, доходят несвоевременно, передаются не¬четко и путано. При построении имеют место разговоры, меры по сигналу га¬зовой тревоги принимаются несвоевременно.
Обмундирование и снаряжение курсантов и красногвардейцев не подог¬нано. Скатки на походе развертывались, частично тренчики у курсантов заме¬нены тряпками. Сапоги не подогнаны, портянки закатывать не умеют.
Часть начальствующего состава выступила в поход не в полном снаря¬жении. 8 человек преподавателей совершали поход без шинелей и противога¬зов. Хозяйственный аппарат школы не обеспечил своевременную доставку продуктов и организацию питания личного состава на марше. После 2-х днев¬ного 72 километрового перехода, до 13 % курсантского состава вышло из строя из-за потертостей ног, усталости и отставания.
При переходе из походного порядка в боевой, начальствующий состав показал слабые навыки по управлению боевым порядком и по оценке обста¬новки. Неожиданные «нападения мелких групп противника» приводили к не¬четкому развертыванию колонны в боевой порядок, имели место случаи скап¬ливания под «огнем противника». Унитарные отделения во время стрелкового смотра, показав требуемый темп марша (10 км в 2 часа) - на линию огня при¬ходили усталыми, с пониженной боеспособностью и не смогли выполнить по¬ставленных огневых задач. Из 16-ти отделений - только 3 выполнили упраж¬нения на оценку удовлетворительно» .
Серьёзные упущения были обнаружены в работе партполитаппарата. В частности то, что «...политчасть школы от непосредственного руководства низшим звеном - взводной ячейкой — организационно оторвана. Партбюро не обеспечивает систематического живого и конкретного руководства низовыми партийными ячейками. Преподавание предметов социально-экономического цикла оторвано от практики и партполитработы в школе. Система в работе по повышению идейно-теоретического и методического уровня преподавателей отсутствует» .
Отмеченные и другие недочеты в работе школы стали основанием для отстранения от руководства начальника-военкома школы, комкора С. И. Абрамовича
27 ноября 1933 года приказом ОГПУ во всех пограничных школах, в том числе и Саратовской школе, вводятся политические отделы. В состав политот¬дела входило восемь человек
Первым начальником политотдела Четвертой школы назначается А. Л. Сидоренко. Реорганизация партполитаппарата была вызвана необходи¬мостью перестройки системы руководства и обеспечения резкого повышения качества партийно-политической работы и преподавания социально- экономических дисциплин. В директиве политического отдела Главного управления пограничной охраны и войск ГПУ отмечалось, что «...введение политотделов и партийных комиссий - это не просто «пересмотр штатов», а серьёзная перестройка руководства в соответствии с возросшими требования¬ми, предъявляемыми современной обстановкой и задачами, стоящими перед школами в деле подготовки кадров чекистов-командиров» .
На политотдел школы возлагались следующие основные задачи: - на деле реализовать указания о живом, конкретном и дифференциро¬ванном руководстве учебно-воспитательной и партполитработой в школе,
обеспечить укрепление низового звена - взводную ячейку и перенесения в неё центра тяжести партийной и политической работы;
- превратить преподавание социально-экономических дисциплин в дей-ствительное орудие партийно-политическое воспитания курсантов;
- решительно улучшить работу по военной подготовке политического и преподавательского состава школы,
- поднять всю партполитработу на более высокий уровень. Обеспечить высоко-качественное выполнение решений ЦК ВКП(б) о начальной и средней школе.
Политотдел Главного управления самым резким образом предупреждал все политотделы школ о том, что в основу их работы должно лечь живое кон¬кретное руководство и практическая помощь в работе низовым парторганиза¬циям, предметным комиссиям и командно-преподавательскому составу. По¬литотделам школ категорически запрещалось издание, каких бы то ни было письменных директив .
Одной из первых проблем, возникших перед созданным политотделом, явилось улучшение медико-санитарного состояния и борьба с сыпным и воз¬вратным тифом. Дело в том, что в ноябре-декабре 1933 года в Саратовском гарнизоне возникла сложная обстановка с тифозными заболеваниями, вызван¬ными массовой вшивостью. По состоянию на 28 ноября в гарнизоне было заре¬гистрировано 18 случаев сыпного тифа. Эпидемическая вспышка тифа возник¬ла и среди населения города. В приказе по Саратовскому гарнизону за отсутст¬вие должного внимания к профилактике заболевания были наказаны шесть офицеров различных частей, из них двое арестованы на трое суток с исполне¬нием служебных обязанностей .
В связи с этим в Четвёртой школе были введены строгие карантинные меры: запрещены всякие отпуска курсантов в город, ограничены контакты во¬еннослужащих с вольнонаёмным, обслуживающим персоналом, установлены разные часы обслуживания в кооперативных ларьках офицеров и курсантов с прочими категориями покупателей. В командировки направлялись лишь воен¬нослужащие, переболевшие сыпным тифом. Во всех казармах и общежитиях командного состава были назначены санитарные коменданты. Всякие выходы на культурно-массовые мероприятия приостанавливались. Офицерам, сверх¬срочнослужащим и вольнонаёмным, проживавшим на частных квартирах, бы¬ла запрещена езда в трамваях и в другом общественном транспорте. Каждый случай обнаружения вшивости или заболевания рассматривался как чрезвы-чайное происшествие, детально изучались причины и принимались конкретные меры .
В июне 1934 года, Постановлением ЦИК СССР был образован общесо¬юзный Народный комиссариат внутренних дел (НКВД). На него возлагались новые, более широкие задачи: обеспечение революционного порядка и госу¬дарственной безопасности, охрана социалистической собственности, охрана государственных границ, запись актов гражданского состояния, управление исправительно-трудовыми учреждениями, внутренней и конвойной охраной, шоссейными дорогами, государственной съемкой и картографией, переселен¬ческим делом и выполнение других задач .
Данные изменения напрямую касались Четвертой школа погранохраны и войск ОГПУ. Во-первых, она была переименована и стала называться «Четвер¬тая пограничная школа НКВД СССР» . Во-вторых, изменялась структура учебного процесса, вводились новые учебные дисциплины: стрелковая меха¬ника, география, химия и железнодорожное дело. Учебная часть и часть мате¬риального обеспечения были реорганизованы в соответствующие отделы. Уве¬личился набор курсантов, а продолжительность учебы несколько сократилась.
Первый досрочный выпуск пехотного отделения состоялся через полтора года, с начала учебы. Выпускные экзамены проводились по восьми дисципли¬нам: тактике, топографии, огневой подготовке, строевой и физической подго¬товке, истории ВКП(б), службе пограничной охраны, русскому языку и мате¬матике. Отдельной позицией оценивалась дисциплинированность курсанта на протяжении всей учебы.
Лучшие выпускники, «ударники учебы», А. А. Валькевич и И. В. Попов, приказом начальника-военкома школы были занесены на Доску почета. Моло¬дые командиры Н. А. Крупенко, Д. Т. Красножен, И. Т. Рыбалко, Л. Ф. Шоричев, М. С. Гусев, С. Н. Пономорев, В. В. Чернышев, А, Н. Молчагин, Ф. Я. Локотин и В. М. Соколов были награждены ценными подарками . По случаю выпуска, 6 октября 1934 года было назначено общее построение школы. Выступая перед личным составом, начальник-военком школы И. В. Панин сказал: «... Первый выпуск молодых командиров совпадает с тем моментом, когда СССР окончательно укрепился на социалистическом пути. Небывало усилилась индустриальная мощь страны. СССР стал государ¬ством самого крупного в мире сельского хозяйства. Неизмеримо возросла обо¬роноспособность страны Советов. Однако классовый враг внутри страны еще окончательно не добит. Обострение противоречий между СССР и капитали¬стическими странами, угроза войны на Дальнем Востоке активизируют остатки контрреволюционных элементов внутри нашей страны.
Отсюда задача молодого командира-чекиста - всегда быть начеку, быст¬ро и умело распознавать классового врага и предупреждать его замыслы про¬тив Советской власти» .
С этим напутствием, выражавшим в концентрированной форме основные политико-идеологические установки власти в то время, первые «командиры РККА», выпускники Саратовской школы убыли в войска. Свыше 70 % из них поступали в распоряжение Управления пограничных округов, а остальные на¬правлялись во внутренние войска. Два выпускника Шоричев Л. Ф. и Волков Д.
М. были оставлены в школе. Первый - в качестве преподавателя социально- экономического цикла, а второй — лаборантом учебной части .
о
Автор счёл возможным назвать весь состав первого выпуска . Возможно, найдутся родственники или знакомые, знающие дальнейшую судьбу первенцев Саратовской школы. Может быть, кто-либо из нынешнего поколения курсан¬тов возьмется исследовать служебный и боевой путь тех, кто стоял в первом строю выпускников.
7 ноября 1935 г. был проведен второй (досрочный) выпуск. По времени он совпал с учреждением в пограничных и внутренних войсках воинских зва¬ний и соответствовавших званию знаков различия командного, начальствую¬щего и рядового состава. Выпускники 1935 года стали первыми лейтенантами. В приветствии Саратовского краевого комитета ВКП(б) и крайисполкома 6 но¬ября 1935 года говорилось: «...Шлем привет первому выпуску лейтенантов- чекистов Саратовской пограничной школы... Выражаем уверенность, что большевики-лейтенанты, получив в школе необходимые знания, будут самоот¬верженными борцами в защите наших неприкосновенных границ» .
Досрочные выпуски, бесспорно, позволяли руководству НКВД решать какие-то сиюминутные кадровые трудности. Однако от этого страдала главная задача школы - качество подготовки выпускников. Невольно складывалась система поверхностного обучения, привитие лишь основ образования.
Об этом свидетельствует Акт выпускной комиссии и Докладная записка председателя — полкового комиссара Ф. П. Войкова на имя заместителя народ¬ного комиссара внутренних дел СССР комкора Ю. Н. Фриновского по резуль¬татам выпуска в ноябре 1936 года. В ней отмечалось: «...большинство курсан¬тов имеют достаточные знания и первичные навыки управления подразделени¬ем и решении служебно-боевых задач. Однако выпускные испытания обнару¬жили ряд недостатков по всем проверяемым дисциплинам» .
Так основным недочетом по тактической подготовке, по мнению экзаме¬новавших, являлась недостаточная четкость и лаконичность постановки бое¬вых задач. Отмечалось, что командный язык, тактическая оценка местности по карте, уяснение задачи, формулировка выводов по обстановке отработаны не в полной мере. По топографии - выпускники нечетко представляли рельеф на карте, не проявили должных навыков в работе с курвиметром, циркулем и ли¬нейкой.
Строевая подготовка отделений и взводов оценивалась «хорошо». Вме¬сте с тем, ружейные приемы и повороты у отдельных курсантов не отшлифо¬ваны, движения скованы, чувствуется натянутость и излишняя мускульная на¬пряженность. Показ исполнения приёмов и умение подмечать ошибки отрабо¬таны недостаточно.
В вопросах службы пограничной и внутренней охраны слабо оказалась усвоена тактика наземной обороны объектов промышленности и железнодо¬рожного транспорта.
Комиссией был отмечен низкий уровень общеобразовательной подготов¬ки, особенно по математике и русскому языку .
К итоговым испытаниям в 1936 году допускалось 340 человек. Из них успешно сдали выпускные экзамены 325 человек. 15 курсантов, получивших хотя бы по одному предмету оценку «неудовлетворительно» были откоманди¬рованы в распоряжения командного отдела НКВД. Примечательно то, что из пятнадцати, не окончивших школу, 12 человек не аттестованы по математике и русскому языку . Низкий уровень военной квалификации и общеобразователь¬ной подготовки являлся проблемой не только выпускников Четвёртой погра¬ничной школы. Он был характерен для большинства офицеров среднего звена войск НКВД. Это осознавали и руководители Главного управления войск и ру¬ководство Народного комиссариата и высшее руководство страны.
В декабре 1935 года Постановлением ЦИК и СНК было утверждено «Положение о прохождении службы командным и начальствующим составом пограничной и внутренней охраны НКВД СССР». Наряду с другими мерами, Положение напрямую связывало уровень служебного положения и воинского звания с уровнем общего и специального образования офицеров.
На основании данного Положения, Народный комиссар внутренних дел издал приказ №502. Приказ обязывал командный и начальствующий состав от капитана и выше сдать, не позднее 1 октября 1940 года, экзамены за среднюю школу. Остальным офицерам в этот же срок, завершить семилетнее образова¬ние .
Задачи военных школ в связи с вышеназванными требованиями были сформулированы в Директиве отдела боевой подготовки Главного управления пограничных войск НКВД и прилагаемому к ней расчету учебного времени на 1936-1939 годы. В ней, помимо других мер, предлагалось изменить принцип комплектования учебных групп. По замыслу отдела, учебные группы должны формироваться, исходя из общего образования поступивших курсантов: семи¬летнего, неполного среднего и среднего. Лиц, не имевших семилетнего образо¬вания, в школу принимать не рекомендовалось. Для групп, состоявших из кур¬сантов без полного среднего образования, из программы обучения исключа¬лись отдельные разделы по математике, химии, физике и русскому языку. Со¬гласно директиве учебный год должен начинаться с 1 ноября и делиться на два периода. Зимний период - с 1 ноября по 31 мая, летний - с 1 июня по 30 сен¬тября. Отпуск для курсантов первого и второго курсов - с 1 по 30 октября. Вы¬пуск молодых офицеров - 7 ноября. Таким образом, бюджет учебного времени на 3-х курсах составлял 700 дней или 4200 часов .
Однако эти идеи были реализованы лишь частично. Руководство НКВД, ориентируясь на реформирование военно-учебных заведений Красной Армии, упразднило военные школы и преобразовало их в средние военные училища.
Первая пограничная школа им. Ворошилова переименовывалась в Ново-Петергофское военное училище пограничной и внутренней охраны НКВД СССР имени Ворошилова. Вторая объединенная пограничная школа им. Дзер¬жинского - в Харьковское военное училище пограничной и внутренней охраны НКВД СССР им. Дзержинского. Третья пограничная школа связи имени Мен¬жинского - в Московское военное училище пограничной внутренней охраны НКВД СССР имени Менжинского. Приказ НКВД СССР №168 от 20.04.1937 года гласил: «...4-ю пограничную школу переименовать в Саратовское воен¬ное училище НКВД» .
Статус военного училища вносил определенные коррективы во весь об-разовательный процесс. Увеличился набор курсантов, выросло количество подразделений, сокращалось число циклов за счет их укрупнения. В учебном процессе ведущим стал военный цикл. Он объединил шестнадцать учебных дисциплин: тактическую подготовку, военную топографию, огневую подготов¬ку, методическую подготовку, военно-химическое дело, артиллерию, автобро- недело, авиацию. К этому циклу относились также строевая и физическая под¬готовки, уставы, санитарная, конная подготовка и военно-хозяйственное дело. Время, отводимое на программу военного цикла, составляло более 65 процен¬тов.
Вторым по количеству часов и продолжительности прохождения дисци¬плин был социально-экономический цикл, включавший в себя Историю СССР, Историю ВКП(б), партполитработу и спецкурс «О методах борьбы со шпиона¬жем, вредительством, диверсионной и террористической деятельностью разве¬док капиталистических стран и их троцкистско-бухаринской агентуры».
Все военные дисциплины были ориентированы на поэтапное обучение: 51 час — одиночная подготовка, 148 - подготовка в составе отделения, 225 ча¬сов на подготовку командира взвода, 25 часов - ознакомление с ротой, 80 - ме¬тодика, и, наконец, 56 - тактические учения .
В первом наборе училища было создано уникальное подразделение - «взвод орденоносцев». Это были красноармейцы и младшие командиры, на¬гражденные орденами Советского Союза. Среди них 11 кавалеров ордена Бое¬вого Красного Знамени, 16 — ордена Красной Звезды, 6 - ордена Знак Почета.
Училище гордилось таким пополнением, а сами орденоносцы были передови¬л
ками учебы и пользовались уважением личного состава .
1 сентября 1939 г. началась Вторая мировая война. В связи с особенно¬стями внешней политики СССР в этот период, в частности - с обширными приращениями территории СССР на Западе, руководство страны взяло курс не только на общее усиление военного потенциала страны, но и на увеличение численности войск НКВД. Эти процессы напрямую коснулись Саратовского училища. Уже в 1938 году на первый курс было зачислено 600 человек. Ни один из семи предыдущих наборов не был столь многочисленным. Комплекто¬вание курсантами велось за счет военнослужащих из пограничных, внутрен¬них, железнодорожных, конвойных и промышленных частей, а также военно- строительных подразделений и Красной Армии. С 1939 года впервые стала приниматься гражданская молодежь. Новые наборы курсантов характеризова¬лись значительно более высокой общеобразовательной подготовкой. Среди принятых в 1938 году были кавалеры орденов и боевых медалей. Курсант В. К. Багров имел орден Ленина, курсанты Н. Т. Волков Н. Т. Коробкин, В. А. Стариков, В. А. Халяпин - орден Красного знамени, курсанты Ф. И. Нечитайло и Ф. В. Фадеев - орден Красной Звезды, а курсанты Н. П. Золотов и Н. К. Арышев - медали «За отвагу» и «За боевые заслуги» .
2 августа 1939 года училище возглавил выпускник Военной академии имени М. В. Фрунзе полковник Воробейков Андрей Васильевич.
С его приходом существенно изменилась методика обучения. Сократилось число лекций, увеличивалось время на самостоятельную работу курсантов, введена система плановых консультаций. Возросло число полевых практических занятий. Преподавание всех предметов подчинялось принципу «Учить тому, что необходимо на войне». На новый, более высокий уровень была под¬нята массово-культурная и спортивная работа. При училище был создан совет спортивного общества «Динамо» .
В феврале-марте 1940 года были проведены соревнования по зимним ви¬дам спорта на первенство спортколлективов, посвященные двадцать второй го¬довщине РККА. Соревнованием было охвачен 581 человек. В программу состязаний были включены: лыжный переход на 20 км со стрельбой, слалом по условиям наставления по физической подготовке, преодоление 60 м полосы препятствий на лыжах, лыжные пробеги на 10 и 20 км, а также хоккейный розыгрыш по круговой системе.
К началу лагерного периода учёбы проводились соревнования по летним видам спорта. Им предшествовали массово-гимнастические выступления: вольные движения (по нормативам ГТО второй ступени) - 500 человек, воль¬ные движения с винтовкой - 120 человек, показательный рукопашный бой на чучельно-мишенной обстановке — 180 человек, показательные выступления гимнастов по норме третьего разряда и другие.
В программе командных соревнований были проведены: переход на 15 км со стрельбой в полной походной форме, марш-бросок на 3 км с участием 770 человек, бег на 1500м-17 человек, соревнования по футболу, баскетболу и волейболу .
21 июля 1940 года в центре Саратова, на площади Революции, проводи¬лись мероприятия, посвященные второму Всесоюзному дню физкультурника. В них активное участие приняли курсанты училища. Было показано сцениче¬ское выступление на тему «Бой за безопасность города», в котором на фоне тактической игры демонстрировались приёмы боя на боевых штыках, с малой и большой саперной лопатой, с коротким оружием, на фехтовальных винтов¬ках и др. Имитировались боевые схватки друг против друга, один против дво¬их, троих и четверых. За массовость участников — 1000 человек, училище по¬лучило специальный приз .
В предвоенные годы командование училища заботилось не только о фи¬зической, но и о духовной стороне развития курсантов. В донесении военкома училища начальнику политуправления пограничных войск НКВД СССР сооб¬щалось, что над Саратовским военным училищем шефствует Областной театр оперы и балета им Н. Г. Чернышевского. За 1939 год театром было дано в клубе училища десять шефских концертов. Наряду с концертной программой бы¬ли показаны отдельные сцены из опер: «Борис Годунов», «Свадьба Фигаро», «Евгений Онегин». Проведены отчетно-творческие вечера заслуженного арти¬ста Серебровского и артиста Щурова.
Регулярно 1-2 раза в месяц театр принимал по 20-30 курсантов в порядке шефства на вечерние и утренние спектакли. В ноябре 100 человек курсантов присутствовали на общественном просмотре оперы Т. Хренникова «В бурю».
Для руководства художественной самодеятельностью училища театр вы¬делил специалистов по работе с хоровым и танцевальным коллективами .
Кроме этого, действенную помощь самодеятельности училища оказывал Саратовский театр драмы имени Карла Маркса. Коллективом чтецов- декламаторов руководил заслуженный артист РСФСР Карганов, а драмкруж-
о
ком - артист Захаров .
9 марта 1940 года на общем собрании красноармейцев, курсантов, ко¬мандиров, политработников и преподавателей было принято обращение к Пре¬зидиуму Верховного Совета СССР с ходатайством о присвоении училищу имени Молотова. В резолюции собрания было записано: «...Мы обязуемся с честью носить великое имя Вячеслава Михайловича Молотова и упорной большевистской работой умножать успехи боевой и политической подготовки, готовя высококвалифицированные, преданные Родине кадры командиров- чекистов» .
Ходатайство за подписью начальника училища полковника
A. В. Воробейкова и военкома, полкового комиссара Л. И. Григорьева было направлено в адрес начальника политуправления пограничных войск НКВД. Дальнейшую судьбу данного документа проследить не удалось. Имя
B. М. Молотова училищу присвоено не было.
1939-1940 годы стали первым военным испытанием для выпускников училища. Война с Финляндией, какую бы характеристику не давали ей сегодня политики и историки, требовала от бойцов и офицеров проявления стойкости, мужества и самоотверженности. Эти качества выпускниками училища были проявлены в полной мере . За участие в финской кампании были награждены орденами и медалями СССР:
- лейтенант В. Г. Трифонов- орденом Ленина;
- лейтенанты Е. В. Бронский, В. А. Буран, К. Н. Родин, С. В. Филютин - орденом Красного Знамени;
- лейтенанты И. С. Грибакин, Ф. М. Ищенко, Л. С. Сакун, Д. А. Сдобнов, В. М. Школьников - орденом Красной Звезды»;
- лейтенант Г. М. Яворский - медалью «За Отвагу»;
- лейтенанты А. Д. Новиков, Н. А. Якименко - медалью «За боевые заслуги» .
В представлении к награде лейтенанта Трифонова Василия Герасимовича говорилось: «...активно участвовал в боях с белофиннами 17 и 19 января. Был ранен, но остался в строю и до конца боя руководил своим взводом. Он 57 суток удерживал свой район обороны в блокированном Уомском гарнизоне. Проявил себя стойким бойцом-командиром» .
Опыт боевых операций воюющих государств в Европе, а также боевые действия у озера Хасан, на реке Халхин-Гол и Советско-финляндской войне диктовали необходимость дальнейшего улучшения качества подготовки офи¬церских кадров для войны в новых условиях.
Одним из мероприятий этого процесса явилась аттестация всего началь¬ствующего состава училища, независимо от того, сколько тот или иной руко¬водитель прослужил в учебном заведении.
В приказе от 15 марта 1940 года начальник училища требовал: «Аттеста¬ция должна быть совершенно объективной и всесторонней, глубоко продуман¬ной в части оценки всех качеств аттестуемого человека» .
В основу аттестации должна была лечь оценка командира и преподавате¬ля, с точки зрения соответствия всем требованиям, предъявлявшимся в тех ус¬ловиях к командиру-воспитателю военно-чекистских кадров начсостава, и со¬стояния вверенного ему участка работы.
И хотя аттестация составлялась в произвольной форме, в ней обязательно должны были быть отражены: должность, воинское звание, фамилия, имя, оте¬чество, год рождения. Требовалось указать национальность, партийность, со¬циальное происхождение, общее и военное образование, знание иностранных языков, с какого времени в НКВД, награды и др. Текст аттестации должен был отразить следующие основные вопросы:
1. Преданность партии Ленина-Сталина и социалистической Родине. По-литическую и моральную устойчивость. Бдительность и умение хранить воен¬ную тайну.
2. Общее и политическое развитие, марксистско-ленинская подготовка.
3. Связь с массами, с партийными и комсомольскими организациями, активность в партийно-политической и общественной работе, деловой и политический авторитет.
4. Волевые качества, энергия, решительность, инициатива, требовательность к себе и подчиненным. Умение организованно обеспечить своё решение и провести его в жизнь. Личная дисциплинированность. Пример и показ.
5. Личная тактическая, огневая, специальная служебная подготовка, уме¬ние передать свои знания и навыки подчиненным.
6. Состояние здоровья.
7. Состояние дел на порученном участке работы и другие показатели» .
Текст аттестации должен был заканчиваться выводами:
1. Заслуживает ли военнослужащий выдвижения на вышестоящую должность, в очередном или внеочередном порядке;
2. Достоин ли зачисления в кандидаты для поступления в академию или на курсы усовершенствования;
3. Присвоения какого воинского звания достоин в очередном или вне¬очередном порядке;
4. Соответствует ли занимаемой должности или должен быть предупре¬жден о неполном служебном соответствии;
5. Если не соответствует занимаемой должности, то на какую низшую должность целесообразно назначить или уволить в запас РККА;
6. Как наиболее целесообразно использовать в военное время .
Аттестационные материалы рассматривала специально назначенная ко¬миссия под председательством помощника начальника по учебно-строевой части. В её состав входили начальник политотдела, начальник учебного отдела и представитель оперативного отдела Саратовского гарнизона.
Результаты аттестации в определённой мере послужили основанием для новой штатной расстановки кадров постоянного состава.
За месяц до начала войны все структурные подразделения училища были укомплектованы по новому штату. При этом более 30 человек, не прошедших аттестацию, остались за штатом и числились прикомандированными. Учитывая, что в таком составе училище встретило самый напряженный и самый сложный период своей истории, автор считает целесообразным назвать весь постоянный состав поименно .
Среди доживших до наших дней из того состава училища, к сожалению, остались лишь единицы офицеров. Их ратный труд описан в воспоминаниях, мемуарах или автобиографических рассказах. Но ведь все остальные не в меньшей степени заслуживают добрых слов, и это должно стать предметом отдельного исследования.
Анализ приведенного списка свидетельствует, что, во-первых, менее чем за десять лет существования училища численность постоянного состава увели¬чилась почти на 25 процентов. Это особенно характерно для штата общевойскового цикла и цикла службы. Во-вторых, более чем на 80 процентов изменился персональный состав управления, циклов и подразделений.
Такие изменения имели свои причины. Во-первых, школа, а затем и учи¬лище имели устойчивую тенденцию к росту численности обучавшихся, расширению структуры курсантских подразделений, а с ними и увеличению числа командно-педагогического состава.
Во-вторых, значительное количество преподавателей и офицеров управления получили продвижение по службе за пределы учебного заведения. Дру¬гие-были уволены в связи с выслугой лет или по возрасту. Третьи - не прошли чистку или были репрессированы.

Саратовское военное училище пограничной и внутренней охраны НКВД СССР (Саратовское военное училище НКВД СССР, 4-я школа погранохраны НКВД)