Село Шумовка Симбирского уезда.

Уважаемый автор!
Полезность вашей работы трудно переоценить! Знания дело наживное, а у вас есть системный подход и чутье, и это пожалуй главное. Только не нужно идти по пути упрощения и следования заранее определенной схеме. Кстати применительно к Тушнинским событиям мы не рассматривали версию личной неприязни между Альбинским и Лопатиным. А при кажущейся невозможности (очень разный возраст, сословия, статус) она при определенных условиях вполне вероятна. Дело в том, что в среднем и верхнем Поволжье в 19 веке значительная часть чиновников среднего звена выходцы из духовного сословия. И они, работая как раз за жалованье, были в целом весьма принципиальны. Так что имели возможность серьезно помотать нервы и кошелек помещику Лопатину. Среди них наверняка были как родственники, так и однофамильцы Альбинского. Между прочим упоминаемый в теме инспектор народных училищ А.И.Анастасиев тоже из духовного сословия, да и выпускников семинарий по распределению на три года отправляли работать в школы, где нередко они и оставались.
Интересно, была ли подана Альбинским апелляция. Ведь вопрос Охотина будет ли он ее делать можно расценить двояко, т.е. как предложение подать, так и как дежурную фразу в документообороте. А в случае положительного решения Лопатин серьезно рисковал получить как минимум "церковное покаяние",- что-нибудь типа пятисот земных поклонов в монастыре. Вообще говоря смертельная доза для его возраста и наверняка совсем не спортивного состояния здоровья. Хотя конечно запросто могли и пожалеть, ограничившись крупным "добровольным" пожертвованием в пользу церкви. Как видите отношения между духовным сословием и дворянством были мягко говоря совсем не простыми.
У меня есть еще вопросы, но они не совсем связаны с темой, поэтому можно я их задам по e-mail, если это вам удобно разумеется.

К вопросу об авторе проекта Шумовской церкви.

В просмотренных местных дореволюционных источниках он не называется.

В статье «Родная Семеновка», помещенной в теме «Деревня Семеновка Симбирского уезда», С. Лимасов пишет, что Шумовская церковь была построена по проекту знаменитого архитектора Андрея Никифоровича Воронихина (1759-1814). К сожалению, автор не пишет об источнике этой информации.

Последний из князей Трубецких, владевших Шумовкой, Иван Николаевич, и построивший здесь каменную церковь Сергей Михайлович Голицын были москвичами. Один у другого купил имение. Возможно, их связывали достаточно близкие отношения.
Иван Николаевич строил в своем родовом имении Ахтырке в 1821-25 гг. церковь и колокольню по проекту московского архитектора Александра Сергеевича Кутепова, опубликованному потом в альбоме «Фасады церквей, колокольней и иконостасов, проектированные и изданные архитектором, надворным советником и кавалером Кутеповым» в 1829 году. Архитектор А.С. Кутепов (1781-1855) проектировал церкви преимущественно в классическом стиле.
С.М. Голицын строил Шумовскую в то же время. Церкви похожи друг на друга, выстроены в позднем классическом стиле «ампир», «имперском». Думалось, что князья могли обсуждать эту тему, один другому посоветовать архитектора. Была надежда найти и ее проект в том же альбоме. Но, увы…
В Интернете пишут, что Кутепов выпустил шесть альбомов с проектами зданий самого разнообразного назначения. Про альбом выпуска 1823 года, близкого по времени строительству церкви в Шумовке, только сообщают. В электронных библиотеках и на сайтах его нет.

Во владении семьи Голицыных с 1811 по 1845 год была подмосковная усадьба Гребнево. В 1817 году С.М. Голицын начал ее реконструкцию, сооружение новых объектов. К работе были привлечены архитектор Игнатий Иванович Ольделли(ок. 1795 - ок. 1840) (ИИ), позднее – Николай Иванович Дерюгин (ок. 1784 - после 1831) (ИИ). В усадьбе были возведены два флигеля, парадные въездные ворота и зимний Никольский храм, освященный в 1823 году (из Википедии). По информации Интернет - журнала «Подмосковный краевед» (https://trojza.blogspot.com/2013/12/blog-post_8995.html) «прямых указаний на то, что храм строился именно по проекту И.И. Ольделли, найдено не было. По предположению М.В. Дьяконова, автором проекта мог быть архитектор Андрей Никифорович Воронихин (1759-1814). Историк московского зодчества В.Л. Снегирёв считал, что автором проекта мог быть ученик Д. Жилярди – Александр Сергеевич Кутепов (1781-1855)».
Как видим, имя автора проекта Никольской церкви в Гребнево также неизвестно. Но предполагаемые авторы – те же.

В другой подмосковной усадьбе князей Голицыных, в Кузьминках (Влахернском), бывшем владении баронов Строгановых, после войны 1812 года также производились работы. Сначала усадьбу восстанавливали, а в 20-30-е гг. перестраивали. Для работы С.М. Голицын пригласил семью знаменитого архитектора Доменико (Дементия Ивановича) Жилярди (1785—1845), создавшую здесь к 30-40-м гг. прекрасный архитектурно-парковый ансамбль (http://www.kuzminki-msk.ru/history.html).
С.М. Голицын вполне мог заказать у работавших в его усадьбах архитекторов проект церкви и для своего далекого поволжского имения.

Мне кажется, имя автора проекта скорее всего нашлось бы в переписке С.М. Голицына.

Шумовская церковь имела особую художественную ценность, судя по тому, что в списке церквей и монастырей Ульяновской губернии, состоящих на учете отдела по делам Музеев Главнауки Наркомпросса, по Ульяновскому уезду в 1924 году она была сначала в единственном числе.

МАСЛИНЫ из Шумовки.

Однажды понадобилось разобрать на доски старый сундук, сестры моего дедушки. Оказалось, что внутри он оклеен фантиками. Большинство их оказалось от конфет фабрики Динга и «Кондитерского и Пряничного Заведения И.А. Маслина в Симбирске».
Работая над родословной, увидела в МК ц. Шумовки эту фамилию, вспомнила фантики, а потом в ИВ нашла и его самого. Позже в МК городских церквей увидела подтверждение: крестьянин села Шумовки.
Благодаря сервису «Яндекс. Поиск по архивам», бесценному нашему помощнику - поисковику, нашедшему в описях ГАУО и периодических изданиях дела и статьи с этой фамилией, благодаря еще некоторым архивным делам, где также нашлась информация, стали известны некоторые события из жизни этой крестьянской семьи в Симбирске.
Была ли жизнь здесь проще и легче той, крестьянской, тяжелой, с непредсказуемыми условиями, выставляемыми природой? Глава семьи рискнул коренным образом поменять жизнь.

Абрам Андреевич Маслин (1839-6.09.1901), крестьянин села Шумовки, жил в 1864-66 гг. с женой Екатериной Сергеевной (1845-25.07.1892, от холеры), в семье своего родственника как «племянник» (ИВ №№ 107, 106). Младшие его братья и сестры жили с родителями (ИВ №№ 168, 216).
21.01.1865 г. у них родился сын Иван, в 1866 г. - дочь Наталья, в 1868 г. – сын Ефим, в 1872 г. – Семен. Скорее всего, пока в Шумовке. (Годы рождения последних троих высчитала по возрасту, указанному при венчании).
Позже, до 1882 г., Абрам Андреевич с семьей переехал на жительство в Симбирск. Здесь нейросети (НС) нашли метрические записи о рождении у него дочери Марии 3.04.1882 г (Троицкая ц.) и двух сыновей под именем Петр 17.06.1883 и 18.02.1887 гг. (оба в Воскресенской ц.) (Подчеркну, что иногда НС что-то не видят, и не должны заменять исследователю родословной просмотр МК).
Чем зарабатывал на жизнь в городе Абрам Андреевич, выяснить не удалось. В просмотренных делах Симбирской ремесленной управы его имя не встретила. На какие-то свои умения, он, конечно, рассчитывал, покидая село.

У детей со временем появились семьи, каждый из сыновей занялся предпринимательством.
Первой вышла замуж Наталья, 3.11.1885 г. (ГАУО, 134-25-15, Воскресенская ц.).
Ее судьбу не прослеживала. Просмотр окладных ведомостей на недвижимые имущества г. Симбирска 1908 года принадлежащей Маслиным недвижимости не выявил. А вот Наталья Абрамовна Кузьмина была владелицей флигеля и служб, оцененных в 70 руб., во 2-й части Симбирска, на Новой линии (ГАУО, 137-35-330).

Иван Абрамович Маслин, старший сын, женился в 22 года 1.11.1887 г. (ГАУО, 134-22-28, Воскресенская ц.) на солдатской дочери. После знакомства с документами фонда Симбирской ремесленной управы выяснилось, что Дмитрий Андреевич Овечкин, ее отец, в 1879 г. записан в сапожном цеху (ГАУО, 211-1-246), а в 1897 и 1899 гг. он - Симбирский мещанин, крендельных дел мастер (ГАУО, 211-1-531, 557).
Во всех документах по 1917 г. включительно И.А. Маслин называется крестьянином села Шумовки.

В 1894 г. в ведомости о числе ремесленников по калачному цеху Иван Абрамович числится среди крендельщиков, и мастерская его находится на Всесвятской ул., в доме Титова (ГАУО, 211-1-472).
В 1895 г. у крендельщика Маслина И.А. на Лосевой ул. работник Новиков Артемий Сергеевич и ученик Киселев Михаил (ГАУО, 211-1-488).
В 1896 г. у него 5 человек работников, а мастерская его - в Молочном переулке, в доме Балакирщикова. Также он внесен и в список пряничников (ГАУО, 211-1-511).
В 1897 г. он крендельщик, один, ни работников, ни учеников
(ГАУО, 211-1-581).
Занятие Ивана Абрамовича в 1912 году - «содержатель пряничного и конфектного заведения в г. Симбирске по Дворцовой улице в доме Конурина» (СГВ, № 59, в 1912 г.) За период с 1897 по 1912 год он наладил производство конфет и пряников, торговал бакалеей (ГАРО, фонд «Рост.-Н-Д Конторы Московского купеческого банка», личная карточка, 1913 г., 2-22-3365, из Интернета. Дело не заказывала).
На фантиках его предприятие называется «Кондитерское и Пряничное заведение И.А. Маслина в Симбирске» и «Паровое Кондитерское и Пряничное заведение И.А. Маслина в Симбирске» (т.е. с использованием машин с паровыми двигателями).
НС находят сообщения газеты «Коммерсант» о нем, остановившимся в гостиницах Москвы в 1910-е годы. Видимо, деловые поездки.
В 1915 г. в списке заведений г. Симбирска под №18 находится паровое кондитерское и пряничное заведение И.А. Маслина в количестве 1, у него 13 рабочих и сумма производительности 15000 руб. Сверху соответственно написано: 4, 7 и 18000 (ГАУО, 48-1-287).

Дом Конурина, №2, находился на углу Дворцовой улицы и Ярмарочной площади, он благополучно дожил и до наших дней. Каменный, трехэтажный, крытый железом. «Кроме того под жилым домом имеется подвальное помещение, служащее для склада товаров, имеющее четыре окна, выходящих на Ярмарочную площадь. Окна расположены ниже панели, имеют выемки глубиной около 1½ арш. и прикрываются железной решеткой». Подвальное помещение и квартира Маслина в этом доме не были связаны между собой, но имели общий выход на Ярмарочную площадь (ГАУО, 437-12-66).
В 1917 году, в ночь на 11-е марта, разбив окно подвала, воры похитили у Ивана Абрамовича 1½ пуда липового меда (на ≈ 60 руб.), пшеничной муки около 1½ пуда (на ≈ 15 руб.), жестянки с абрикосовым тестом весом 18 фунтов (на ≈ 10 руб.) Допрошенные дворники рассказали, что накануне приказчик Конурина послал их очищать тротуар от снега и льда. Работали они не более часа. Тут же был и Маслин. По его просьбе они очистили от снега окно. Маслин осмотрел его, оно было цело. После этого дворники вместе с ним пошли в квартиру. Кто разбил окно и совершил кражу, они не знают.
Рассмотрев дело 24.03.1917 г. о краже неизвестно, кем разного товара у Ивана Абрамовича Маслина, крестьянина с. Шумовки, Уездный Член Симбирского Окружного Суда 2-го участка Симбирской губернии «нашел, что полицейским дознанием виновные в совешении означенной кражи не обнаружены, потерпевший подозрения ни какого не заявил и обстоятельства дела не заключают в себе данных к производству дальнейшаго розыска виновных», вследствие чего дело было прекращено (ГАУО, 437-12-66). В тот год кражи стали очень частым явлением по сообщению местной газеты.

Имеющиеся фантики от выпущенной Маслиным продукции представляют нам конфекты и карамели, иногда их серии с одним названием, но разными иллюстрациями. Например, конфеты ПРЕССА. На одном фантике изображен «Киоск», на другом – «Наборная». На фантиках от конфет ТАЙФУН видим сценки из японской жизни. Конфеты носят также названия известных исторических событий, имена героев и литературных персонажей: «1812», «ЮБИЛЕЙ ПОЛТАВСКОЙ БИТВЫ», «БЕЛЫЙ ГЕНЕРАЛ» (прозвище Михаила Дмитриевича Скобелева (1843–1882), выдающегося русского военачальника, героя Туркестанских походов и Русско-турецкой войны 1877–1878 годов), 2 вида, «КНЯЗЬ СЕРЕБРЯНЫЙ», «БЫЛИНЫ» (Баба-Яга в ступе, скорее, сказочный персонаж, чем былинный).
Возможно, мой прадед, у которого была лавка в Шумовке, закупал у него конфекты, как у бывшего односельчанина. Фантиками от которых его дочь и украсила изнутри свой сундук.
В делах о лишении жителей Симбирска избирательных прав за 1928, 1929 и 1932 годы имен Ивана Абрамовича и его жены не обнаружила.
В 1926 г. он и его жена Елизавета Дмитриевна были прихожанами Иверской церкви (Р-633-1-143, 1926, 18.01-26.08).
Это все, что на данный момент нашлось об Иване Абрамовиче.
В заключение, только на основании имеющихся данных, можно сказать, что он был успешен, с годами рос в своей профессии, достигал новых высот, и, будто бы, в этом плане его жизнь не делала крутых виражей.

В газете «Симбирское слово», 1918 г., № 20, на с. 4 есть упоминание Маслина в статье «Переработка сахарной пудры».
«Городская продовольственная управа в целях использования имеющейся у нея сахарной пудры, отдавала ее известному в городе кондитеру Маслину, для переработки в постный сахар. В настоящее время управа получила от Маслина всего около 1000 пудов переработаннаго «постнаго сахара», причем около 650 пудов новаго сахара уже роздано населению».
О каком Маслине идет речь? Был в этой семье еще один кондитер.

Фотографии дома Конурина и мемориальной доски.

Конфеты ТАЙФУН.

Конфеты 1812 г. и ЮБИЛЕЙ ПОЛТАВСКОЙ БИТВЫ.