Вологодчина-духовенство-Ельцовы

Спасибо, Светлана!
Наверняка, не нашего рода.
Если еще будете просматривать списки убитых, раненых в 1914-1917 гг. в ВГВ , вдруг встретится Подстаницкий Геннадий Александрович

Сначала я хотела пересказать все, что вспоминала в течение этого дня Зоя Рейвах о потомках Зябловых Александра Аркадьевича и Марии Автономовны. Но когда Ольга Михайловна Корешкова вскоре передала записи, сделанные ею со слов Зои во время пребывания последней в Погорелово, решила, что запись Корешковой лучше и точнее, поскольку эмоции от встречи захлестнули меня и многое просто не уловила. Кроме того, Зоя отмечала, что восстанавливала в памяти родственников вместе с двоюродной сестрой Баландиной Галиной Васильевной. Поэтому далее привожу выдержки из записей Ольги Михайловны Корешковой о Зябловых со слов Зои и Галины.
И еще Зоя передала Ольге Михайловне несколько старинных фотографий из своего архива, на одной из них – Мария Автономовна, а на второй запечатлены четверо ее детей и четверо внуков.
На фото слева направо Надежда - внучка Ивана Автономовича Ельцова, Зоя - внучка Марии Автономовны Зябловой (Ельцовой), Ольга - внучка Виктора Автномовича Ельцова на даче у Надежды в Молочном.

Потомки Зяблова Александра Аркадьевича и Марии Автономовны, из архива З.М. Рейвах, 1957 год:
Первый ряд слева направо: Василий Яковлевич Оглуздин, Валентина Александровна Оглуздина (Зяблова), Александра Александровна Зяблова, жена Сергея Зяблова – Мария Александровна, Сергей Александрович Зяблов
Второй ряд слева направо: дети Оглуздиных – Сергей, Дина, Александр; дочь Юлии - Зоя Рейвах, Юлия Александровна Зяблова

Зяблова Юлия Александровна (10 мая 1909 – 2 февраля 2001)Все Зябловы были музыкальны. Мама Юля играла на ложках. Её все в Тотьме знали как «ложечницу». Ложки были деревянные, но не все подходили для игры. Я в Череповце искала подходящие (надо, чтобы ложки были глубокими), заказывала даже в Питер.
Мама участвовала в художественной самодеятельности, выступала на курорте перед отдыхающими и в Доме пионеров. Даже когда вышла на пенсию, продолжала ездить с самодеятельными артистами по деревням района.
Когда собирались с родственниками на советские праздники (первомайские, День Победы, октябрьские), шли после демонстрации с городской площади сначала к нам, потом к дяде Серёже в деревню Выдрино, а заканчивали у тёти Вали на Зелене. Любили петь застольные песни, мама играла на ложках, тётя Валя – на балалайке, а дядя Серёжа стелил на колени фартук, чтобы сажей не запачкаться, и играл на заслонке от печки палочками. Всё это вместе называлось «шумовой оркестр». Если, бывало, Зябловы пели, можно было заслушаться. Лучше всех пел дядя Серёжа. Когда мама Юля гостила у меня в Череповце, на ложках играла в своё удовольствие. Соседи приходили слушать. Маму по этим ложкам запомнили многие тотьмичи.
Об известной тотемской «ложечнице» Зябловой Юлии неоднократно писала местная газета «Тотемские вести».
Ю.А. Зяблова, известный в крае лошкарь, фото 1992 г.:

Зяблов Сергей Александрович (5 августа 1893- после 1970 года)
Зябловы дядя Серёжа и тётя Маня жили в деревне Выдрино в небольшом доме, который купили, когда вернулись с Алтая. Дочь их Лена Цыганкова жила в то время в Воронежской области станция Рамонь, местечко называлось Нижняя территория. Я там один раз была в гостях.
Дядя Серёжа был среднего роста, худенький, бороду не носил. Все Зябловы, по-моему, были родом с Нюксеницы. Тётя Маня Зяблова была женщиной очень полной, тяжело ходила. Она страдала от высокого давления.
В гости к нам тётя Маня ходила редко, но очень любила принимать гостей у себя. Умела печь вкусные пироги, и обижалась, когда пироги оставались: нужно было, чтобы всё сразу съели. Все сёстры любили ходить к дяде Серёже. Если встречались дядя Серёжа и дядя Вася Оглуздин, обязательно начинали спорить о политике. А мы, маленькие, за ними наблюдали и старались понять: кто из них умнее. Никогда не слышала, чтобы Зябловы рассказывали о том, что жили в Погорелове, на Алтае, что дядя Серёжа был священником. Может быть, об этом и говорили взрослые, но не при детях.
Всю жизнь дядя Серёжа занимался пчёлами. За домом в деревне Выдрино у него стояло 5-6 ульев. Мёд продавал, но больше раздавал родственникам и знакомым. Мама говорила, что с пчёлами он разговаривал, потому что общения не хватало. Раньше в церкви разговаривал с людьми, а теперь с пчёлами.
Когда на тотемском курорте решено было открыть пасеку, пригласили на работу пасечником Зяблова С.А.. Он, не раздумывая, согласился. Ухаживал за 10 -12 ульями.
Первой умерла тётя Маня, она похоронена на тотемском кладбище (1894-1963 гг.).
После смерти жены дяде Серёже помогала Анна Савватеевна, которая тоже вскоре умерла. Потом у дяди Серёжи начались проблемы здоровьем. Некоторое время он жил у мамы Юли, а затем дядю Серёжу увезла к себе в Воронежскую область дочь Лена.
Лена Цыганкова (Зяблова) училась в педагогическом институте в Вологде. Познакомилась в Вологде с Борисом Цыганковым, вышла замуж и уехала в Воронежскую область. Работала учительницей русского языка и литературы в Воронеже (40 минут езды от дома на автобусе) и читала лекции от общества «Знание». Умерла Лена в 2000 году.
Каждое лето она приезжала к родителям в Тотьму. Дружила с Анной Феодосьевной Корюкиной (учились вместе). Они с ней переписывались и встречались каждое лето. А Корюкина А.Ф. преподавала литературу в лесном техникуме, когда я училась.
Лена оставляла своих троих детей на всё лето у родителей. Дядя Серёжа радовался: «Все Цыганковы приехали». Внуков баловал, но и строжил. С детьми Лены прошло и моё детство.
Судьба детей Лены не была удачной. Муж, дети Володя и Наташа рано умерли, похоронены в Воронеже.
Дочь Татьяна жила с мужем в Санкт-Петербурге в ведомственной квартире, работала в казначействе. У меня была с ней связь, но теперь утеряна.
На фото Сергей и Мария Зябловы, сделано в В.Устюге: