Тифлис-Тбилиси, ссылки, фото

https://pastvu.com/p/243032?hl...dium=email

Панорама старого Тифлиса с горы Мтацминда
1908г
направление съемки: восток


из текста комментарий к снимку
- Собор Александра Невского, казенный театр и театр Артистического общества уже построены. Не ранее 1900 года
- Новая церковь Св. Георгия (Квашвети) (1904-1910) еще не построена, а старая уже разрушена. Думаю, снимок сделан около 1904 года.
- Старую церковь Кашвети сломали в 1904-м
- Или чуть ранее. 1904-м годом датируют начало строительства новой церкви по проекту Л. Бильфельда.
- На Кирочной вроде бы уже стоит народный дом Зубалова. А он строился с 1907 по 1909 годы. См. http://aidatiflis7.livejournal.com/27049.html?thread=111529. Что-то не сходится.
- Можно предположить, что это 1908-й. Народный дом уже вчерне возвели, а на у церкви еще "нулевой цикл".
- Проблема надежности источников. Вот здесь: "Здание народного театра Зубалова (1902 г., ул.Марджанишвили; ныне — Государственный академический театр им. К. Марджанишвили)" (http://www.neizvestniy-geniy.ru/cat/literature/istor/239859.html). Мне кажется, эта дата в большей степени согласуется с тем, что мы видим на фотографии. Кому верить?
- Вы правы, закончили строить Народный дом в 1907-ом году, а это значит, что его не могли начать строить в 1907 году. А уже в 1908 году Зубаловы передали его городу. Вот этому источнику можно доверять, потому, что автор опирается на архивные материалы - https://tamartavadze.wordpress...зубалова/. Видны леса и первый уровень Кашветской церкви (1904-1910 гг) и нет еще здания Офицерского Экономического Общества напротив Народного дома, а его начали строить в 1911 году. Можно предположить, после всего выше сказанного, что это 1905-1908 гг., потому, как до завершения реконструкции Кашветской церкви еще далеко...

- Отличный снимок! Нашла на снимке и Завкавказский девичий институт #176117 недалеко от Военного Александро-Невского собора #463186 . 2 старые карты Тифлиса (на 1887г и др., (ок.?? 1900-1914гг) см. здесь: https://forum.vgd.ru/1410/48418/0.htm?a=stdforum_view&o=

фото:
Панорама старого Тифлиса с горы Мтацминда, 1908г
(направление съемки: восток)

История грузинского цирка

Истоки грузинского цирка уходят во времена язычества. Одной из разновидностей грузинского театра, в котором присутствовали элементы цирка, было «Кееноба». Оно представляло собой массовое народное зрелище, связанное с земледельческим культом и божеством плодородия. Позже от него отпало религиозное содержание и оно превратилось в театральное зрелище, выражающее борьбу грузинского народа против захватчиков. Еще одно древнее народное зрелище – «Берикаоба», которое было посвящено культу оплодотворения и деторождения, со временем приняло иные формы, превратившись в импровизированный народный театр масок, в котором народ свободно выражал недовольство правлением, какой-нибудь личностью или притеснением, по заранее подготовленному комическому сценарию. Традиционными масками в этом представлении были царь (жених), Кекела (невеста), сводник, священник, кабан, коза, медведь и др. Участники этого представления берики олицетворяли как людей, так и животных. Успех представления зависел от таланта и способности бериков. Грузины издревле славились в джигитовке, в различных конных играх, о чем свидетельствует римский историк Кассий Дион Кокцеан, описывая конные состязания иберов во главе с царем Фарсманом II-м Квели в Риме, за которыми с восхищением наблюдал римский император Антонин Пий. Испокон веков в Грузии развлекали народ и царский двор талантливые мушаити (канатоходцы), джамбази (акробаты-паяцы), масхара (шуты), а также мастера чидаоба (борьбы)…

Первые цирковые труппы появились в Тифлисе во второй половине XIX века. Среди них следует отметить французскую труппу братьев Годфруа, труппу прусского подданного Вильгельма Сура и др. В 90-х годах XIX столетия на Головинском проспекте, около здания бывшей редакции газеты «Заря Востока» (ныне торговый центр) братья Дмитрий, Аким и Петр Никитины построили каменное здание цирка. Цирк братьев Никитиных просуществовал в Тифлисе 18 лет и сыграл большую роль в деле развития циркового искусства в Грузии. В этом цирке оттачивал свое мастерство по классической борьбе наш непобедимый палаван Коста Маисурадзе и многие другие прославленные борцы Грузии. К сожалению, цирк братьев Никитиных сгорел в 1910 году. Вскоре братья Ефимовы (настоящая фамилия Заславские) построили деревянный цирк на берегу Куры. В 1914 году браться Есиковские на Верийском спуске построили каменное здание цирка. В 1917 году артисты этих цирков объединились, организовав товарищество на паях. В середине 20-х годов прошлого столетия цирк Есиковского был национализирован, но часть артистов продолжала работать, среди них был Леонардо Танти — итальянец, который проводил интенсивную работу по театрализации цирковых представлений и созданию новых тематических номеров. В 30-х годах прошлого века было решено построить в Тбилиси стационарный цирк, проект которого был разработан Николаем Непринцевым, Владимиром Урушадзе и Степаном Сатунцем.

Фото: Л.Раскина из альбома Сергея Вернигора.
Цирк расположен на холме высотой 40 метров, образованном в связи с прокладкой новой улицы и является ведущим элементом в застройке площади Героев. По своему техническому оборудованию Тбилисский цирк был одним из лучших в то время. Строительством нового цирка руководил заслуженный деятель искусств Грузии Роман Сергеевич Гамсахурдия, который долгое время (1896-1916) был управляющим цирками братьев Никитиных, а также, в разное время, директором цирков в Казани, Туле, Екатеринбурге и Тбилиси (1930-1939). Гамсахурдия до конца своей жизни руководил строительством цирка, он скончался в ноябре 1939 года, когда строительство цирка было завершено. 29 декабря 1939 года цирк был открыт.
Малхаз ЭБРАЛИДЗЕ
Источник: http://georgianpress.ru/tbilisi-week/43500-istoriya-g..
Грузия — страна древней и самобытной национальной культуры. Истоки грузинского цирка уходят в глубь веков. Мы находим их в народных игрищах, где основным было состязание в силе и ловкости. Историки утверждают, что еще в I веке до нашей эры римлянам было известно, что в Грузии культивировались особые, отличные от античных национальные спортивные игры. Тацит (I век нашей эры) в своей летописи пишет, что у иберийского царя Парас-мана «был сын Радамист — высокого роста, необыкновенной силы, искусный во всех национальных упражнениях и пользовавшийся славою у всех соседних народов». От историка Диона Кассия мы узнаем, что в Риме устраивались состязания и игры иберийских всадников. Увлечение народными играми и разного рода состязаниями в Древней Грузии было исключительно велико и носило всенародный характер. Даже древние грузинские языческие мистерии, как и старинные хоровые трагедии, всегда заканчивались «чидаоба» (борьба). Все представления импровизационного театра старинных масок — «берикаоба» были насыщены цирковыми номерами народных прыгунов, акробатов, силачей, канатоходцев и жонглеров. Горячей любовью народа пользовались военно-патриотические игрища, в которых изображался разгром врага и радость победы. Лучшим из этого цикла является «кеэноба». В исторической литературе сохранилось 47 описаний «кеэноба» и 100 сюжетов «берикаоба». В XVII веке в Тбилиси «кеэноба» представляла собой грандиозное карнавальное массовое игрище, где местом действия служила территория всего Тбилиси, а участниками представления был весь трудовой люд города. Историки отмечают, что особенно насыщенными номерами акробатики, жонг-ляжа и иллюзии был придворный театр «Сахиоба», в котором представители цирковых жанров назывались «мушаити», а их исполнение «мушаитоба». Расцвет «Сахиоба» относится к XII—XIII векам, «мушаитоба» в это время была настолько распространенным и излюбленным искусством, что входила в систему воспитания. Искусству «мушаити» обучались все. В уста царя Придона Шота Руставели вкладывает следующие слова: «С детских лет я упражнялся, подражая акробату, изощрялся я вполне, по упругому канату, завистью ко мне». Все эти прекрасные народные игрища, являясь отражением героического духа грузинского народа, воспитывали из поколения в поколение мужество, силу и отвагу его сынов. Грузинский народ на протяжении веков сохранял традиции народных игрищ. Высокое мастерство прославленных в старину грузинских актеров-комедиантов — «мушаити» и «пампула», наездников и акробатов живо и поныне.
. Советская власть раскрыла перед грузинским народом неисчерпаемые возможности экономического и культурного развития. Это нашло свое отражение и в развитии массового самодеятельного искусства, физкультуры и спорта, в развитии грузинского театра, оперы, балета, ансамблей народной песни и танца. Отстал только цирк. Одна из трудностей при создании грузинского национального циркового коллектива состояла в комплектовании его исполнительского состава. Силовые акробаты Л. Мчедлишвили, Г.Гарсеванишвили, Ш.Дзамашвили, В.Натрошвили Заслуженный артист РСФСР А.Г.Цхомелидзе Ядром будущего коллектива были артисты Союзгосцирка: старейший мастер, соло-клоун с собачками заслуженный артист РСФСР А. Г. Цхомелидзе, гимнасты на турниках под руководством артиста Г, А. Агдгомелошвили, эквилибристы на вольностоящей лестнице под руководством артиста Н. И. Голядзе, двухъярусная проволока артистов Людмилы и Михаила Лалашвили и номер оригинального жанра в исполнении артиста А. А. Дадешкелияни (Да-деш). Все это первоклассные номера. Но как по соотношению жанров, так и по оформлению они не могли составить самостоятельный национальный коллектив. Для формирования коллектива требовались новые кадры, особенно молодежь. Где же искать эти кадры, если не на спортплощадках, стадионах, на фестивалях молодежи и смотрах художественной самодеятельности. Прошлое лето в Грузии было богато всевозможными смотрами и фестивалями. Они являлись подготовкой к VI Всемирному фестивалю молодежи и студентов в Москве.
. Нам посчастливилось познакомиться с тысячами народных дарований. Нас восхищали достижения молодежи Грузии во всех видах искусства. Как назло, все, что было представлено из цирковых жанров, вызывало огорчение. Развитию этих жанров в республике не уделяется должного внимания. На спортплощадках и стадионах мы обнаружили великолепных гимнастов, акробатов, прыгунов, замечательных наездников И вот из массового спортивного потока мы стали черпать кадры для первого грузинского циркового коллектива. Так, в нашем составе оказались: четырехкратный чемпион Союза ССР по акробатике Гурам Гарсеванишвили, известные мастера и чемпионы Грузии Л. Мчедлишвили, Ш. Дзамашвили и В. Натрошвили, танцакробаты Г. Бибилури, Н. Арешидзе, Палиашвили и другие. Было широко оповещено об организации при Тбилисском госцирке грузинского циркового коллектива и приеме желающих в его состав. К нам приходили артисты драматических театров и кино, артисты филармонии, студенты-выпускники театрального института, представители художественной самодеятельности и просто желающие. Некоторые из них делали до шести попыток, чтобы доказать свою возможность работать в цирке. Приходили с клоунскими костюмами, париками, «носами», реквизитом и показывали клоунские репризы с «шапочками», «крысами» и т. п. Несмотря на риск, они неожиданно делали сальто, клоунские каскады и кульбиты. Требовалось определить творческие возможности товарищей, чтобы не сломать жизненный путь поступающего. В этих испытаниях на цирковой арене победила молодость.
. Именно от молодежи в значительной мере идет смелое развитие национальных цирковых традиций и живое дыхание современности. Безусловно, первая программа грузинского цирка не смогла охватить все цирковые жанры, родоначальницей которых является Грузия. На арене не ни «чидаоба»,: ни старинных масок — «берикаоба», ни комиков на ходулях — «абела». Более того, в силу крайней ограниченности во времени (репетиционный период был менее пяти месяцев) не смогли быть подготовлены и представлены прославленные во всем мире грузинские наездники. Создание циркового аттракциона грузинских конноспортивных игр предполагается в ближайшем будущем. Было весьма соблазнительно, использовав богатое культурное наследие прошлого, построить программу грузинского цирка целиком на основе старинных народных игрищ. Тем более что подобные сценарии уже созданы Д. Джанелидзе и А. Ширай. Но это не отразило бы современного состояния культуры социалистической Грузии. Было решено создать программу как современное цирковое представление со строгой композицией, с прологом и эпилогом, с максимальным выявлением национальных черт и колорита номеров, с учетом общего уровня и развития советского цирка. Для организации грузинского циркового коллектива Министерство культуры Грузинской ССР создало художественную коллегию, в состав которой кроме руководства цирка вошли народный художник Л. Гудиашвили, заслуженные деятели искусств Грузинской ССР балетмейстер Дж. Багратиони и известный кинорежиссер Н. Сакишвили. Совместно с художественным руководителем И. Кончели они практически участвовали в создании программы. Как же складывалась первая программа? Известно, что встреча с самобытными национальными произведениями искусств всегда радостна, что национальный колорит, национальное своеобразие того или иного циркового номера значительно усиливает воздействие на зрителя. Но дело не во внешних атрибутах манежного оформления, одежды, игрового реквизита, деталей аппаратуры и т. п,, а в раскрытии особенностей национального характера цирка. На арене установлен турник, тот самый турник, который стоит на всех цирковых манежах и спортплощадках. Но вот в обычном спортивном костюме, слегка расшитом грузинским орнаментом, появляется Гога Агдгомелашвили, и его выступление по характеру и темпераменту превращается в яркую демонстрацию смелости, ловкости, благородства и несравненной грациозности именно грузинского национального героя. До сих пор идут споры о правомерности танца в цирковой программе. Мы решительно включили танцы, исходи из того, что в грузинских народных танцах столько виртуозной ритмичности, стремительности, огня и отваги, что они сами по себе «просятся на арену». Так возникла у нас группа молодых национальных танцакробатов под руководством Гурама Бибилури, которая исполняет стремительный, огненный «горский танец» и изумительный по своей ритмичности «хоруми» Так возник и чисто музыкальный номер «Грузинские ритмы» (дуэт на доли в исполнении артистов 3. Габояна и Н, Арешидзе). Артисты Л. и М. Лалашвили РСФСР Алекси Цхомелидзе, проработав полвека в европейской маске «аугуста» и завоевав заслуженное признание, решительно изменил свой образ и в номере «Картинки старого Тбилиси» воссоздал небывалый на цирковой арене образ старинного грузинского народного скомороха — «масхара». Смело можно сказать, что на семьдесят втором году жизни у замечательного артиста произошло второе рождение на манеже грузинского цирка — настолько органичен ему этот образ и так достоверно исполняется. Работа Цхомелидзе поучительна, творчески интересна, о ней следовало бы подробно рассказать в самостоятельной статье. Особого внимания заслуживает работа неутомимого изобретателя Михаила Лалашвили, который вот уже в третий раз реконструирует свой номер «Свободная проволока». Михаил и Людмила Лалашвили вошли в коллектив с новым, только что полученным с завода небывалым на арене аппаратом двухъярусной свободно вращающейся проволокой. Экспериментальный аппарат этот первое время «капризничал», обнаруживая непредвиденные неприятности. От артистов потребовалось много находчивости и изобретательности, чтобы освоить этот интересный аппарат и создать новый первоклассный номер. Большую работу по реконструкции номера «Эквилибристы на вольностоящих лестницах» провел и представитель старинной грузинской цирковой семьи мастер советского цирка Н. Голядзе. В работу включено младшее поколение семьи, и композиция номера строится на одновременной, синхронной работе «шестерки» на двух вольностоящих лестницах. Два старых цирковых номера не претерпели существенных изменений. Это номер турнистов под руководством Г. Агдомелашвили и номер оригинального жанра в исполнении артиста Сандро Дадешкелиани. Оба номера были обогащены лишь введением в них коверного клоуна-кинто, обновлением оформления и несколькими новыми трюками. Большой труд был вложен молодежью. Здесь следует отметить мастеров спорта и чемпионов Грузии Г. Гарсеванишвили, Л. Мгедлишвили, Ш. Дзамашвили, В. Натрошвили и молодую, пятнадцатилетнюю спортсменку Нану Беридзе. Душа этого коллектива — четырехкратный чемпион СССР по акробатике Гурам Гарсеванишвили. «Акробатический этюд», который он создал с Н. Беридзе, отличается своеобразием композиции. Сильные трюки демонстрируют «силовые акробаты на пьедестале» под руководством Лексо Мчадлишвили. Сложнее было с клоунадой, точнее — с созданием группы национальных комиков. В нашем цирковом коллективе комика не было. Очевидно, кому дано быть хорошим прыгуном или гимнастом, вовсе не обязательно быть и клоуном. Пришлось встать на сложный путь воспитания группы национальных клоунов из молодежи, занятой у нас в акробатических жанрах, и продолжать поиски театрального комика, способного выступать на цирковой арене. Наш выбор пал на творчески интересного, острохарактерного грузинского комедийного актера А. Тедиашвили, который вступил на цирковую арену в маске старого тбилисского кинто, веселого и остроумного завсегдатая всевозможных празднеств и гуляний. Создавала репертуар для клоунады группа авторов. Было написано два сценария с сатирическими образами — тамады, стиляги, директора-бюрократа и его подхалима референта. Однако первые же репетиции показали, что сценарии носят чисто эстрадный характер и совершенно не звучат на арене. Попытки режиссуры решить эти сценки приемами цирковой буффонады обнаружили несоответствие выразительных средств цирка жанровой природе эстрадных миниатюр. Образы же тамады, стиляги, директора и референта, возможные в пределах одной-двух цирковых реприз, оказались абсолютно неорганичными для циркового представления в целом. Преодолев трудности, проделав экспериментальную работу, мы очутились в крайне затруднительном положении. Оно усугублялось тем, что в программу были включены три крупных аппаратурных номера, что означало шесть больших технических пауз. Попытка ввести в программу общециркового коверного ломала национальную природу представления. Времени оставалось мало. И мы вынуждены были на ходу вооружить нашего кинто старыми клоунскими репризами, чтобы заполнять ими технические паузы. Так клоунада оказалась самым слабым звеном нашей программы. Не обошлось и без прямых потерь, срывов, ошибок и досадных оплошностей. В силу недостаточно внимательного подбора исполнителей и спешки у нас ничего не получилось с музыкальной и акробатической эксцентрикой. По тем же причинам неудача постигла и номер «батуд с полетом». Этих жанров и не хватает в представлении, 19 февраля 1958 года в Тбилисском государственном цирке состоялась премьера первого грузинского циркового коллектива. Рождение коллектива было встречено как радостное событие в развитии грузинского советского искусства. Последующие выступления в Московском ордена Ленина госцирке во время Декады искусства и литературы Грузии были испытанием на зрелость. Наступил период дальнейшей шлифовки и кристаллизации программы. Наряду с совершенствованием существующих номеров, обогащением их новыми трюками повышением актерского мастерства и общей культуры представления необходимо пополнить программу, довести ее до полных двух отделений за счет создания новых номеров национальной музыкальной и акробатической эксцентрики и аттракциона грузинских конноспортивных игр. Клоунская группа должна быть доведена до пяти человек, чтобы кроме заполнения пауз показать самостоятельную национальную клоунаду, чтобы чудесный народный юмор получил достойное место в программе. Клоунада должна быть свежей, злободневной. Клоун не может стоять в стороне от острейших проблем, которые волнуют его народ. Наконец, необходимо уже сейчас начать подготовку второй, более насыщенной содержанием программы, которая представляется более близкой к тематическому народному представлению или цирковой пантомиме. Несомненно, грузинский цирковой коллектив справится с поставленными перед ним задачами. Пожелаем ему удачи.
Викт. МИРОНОВ Журнал «Советский цирк» август 1958 г.
http://heads-or-tails.ru/tscir...scirk.html

https://forum.vgd.ru/1409/107598/
Темы ВГД

Тифлиские женские гимназии
Общая информация по женским гимназиям г. Тифлиса Списки учениц, преподавателей, персонала, ссылки на архивные источники и публикации

--------------------------------

Тифлисский ИБД
Закавказский девичий институт благородных девиц
https://forum.vgd.ru/1410/48418/0.htm

(ИбД и 1,2 ж. гимназии отмечены на плане Тифлиса, см. в самом начале темы)

Александр Куприн в Тифлисе
В первые дни октября 1916 года концертный зал Тифлисского музыкального училища был переполнен. Но на этот раз почтенную публику привлекла сюда не музыка, а литература – в столицу Грузии в первый (и, как оказалось, в последний) раз приехал знаменитый писатель.

Для многих его, как сказали бы сейчас, турне по Кавказу и Закавказью оказалось неожиданным – в российских газетах не раз сообщалось, что Куприн собирается поехать на германский фронт военным корреспондентом. Однако в 1916-м его здоровье ухудшилось, и он уехал в Гатчину. Именно там в его доме появился родившийся в грузинском городе Озургети и процветающий в столичном Санкт-Петербурге Федор Долидзе – известный в начале прошлого века театральный антрепренер и организатор литературных вечеров.
Так что, оглядываясь на то, как Куприн оказался в тбилисских стенах, стоит приглядеться к сверхинициативному человеку, сумевшему подвигнуть писателя на эту поездку. Ведь этим самым господин Долидзе не только познакомил Александра Ивановича с экзотическим для россиянина краем, но и открыл еще одну интереснейшую страницу в связях русской и грузинской культур.
Федор Евсеевич (на грузинском его отчество звучит как Иасеевич) пришел в литературную среду из… Тифлисского паровозного депо, где работал на весьма прозаической должности помощника машиниста. Но тяга к просвещению у него была такова, что он не только самообразовывался, но и втягивал в это дело сослуживцев. Со временем его просветительство расширяется, и в 1908-м он организует «Народное музыкальное товарищество», под эгидой которого проводятся всевозможные спектакли и концерты. Проходят еще три года, и Долидзе – уже в Петербурге, где разворачивается вовсю – организует вечера знаменитостей и, естественно, заводит с ними дружбу. Впрочем, послушаем самих поэтов.
Ну, а в 1916 году кипящий замыслами и энергией Долидзе появляется в Гатчине перед своим хорошим знакомым Куприным. И как бы ни был Александр Иванович настроен против публичных выступлений, он не может устоять перед напором Федора Евсеевича. Тот напоминает, что писатель сам не раз говорил ему о желании побывать в Грузии, заманивает посещением пушкинских мест, обещает переполненные залы слушателей. Среди веских причин вполне мог быть и такой аргумент, как знаменитые грузинские вина – поднять стакан-другой с приятными ему людьми Куприн, прямо скажем, любил. Вот и принимается, в конце концов, решение ехать всей семьей.
На следующий день, 27 сентября, Куприны уже в Тифлисе, и Долидзе поселяет их в доме композитора Генсиорского, на дочери которого был женат. О том, что это – правильный выбор, свидетельствует Ксения Куприна: «В семье Генсиорского было несколько дочерей, и дом был полон молодого веселья. Отец много времени проводил там. Девушки наперебой старались угодить ему – готовили любимые грузинские блюда и всячески баловали его».
Но когда появляется известный писатель, жди и появления писателей начинающих, стремящихся подсунуть мэтру свои произведения. Тифлис в этом плане не был исключением, однако Куприн «всегда внимательно к ним относился и помогал кому советами, кому материально, чем мог». Но, при этом, сегодняшние защитники гендерного равенства резко осудят его – «писательниц же он недолюбливал; почему-то совсем не верил, что женщины могут писать, и называл их творчество «женским рукодельем».
ни видятся в первый же вечер по приезде писателя, конечно же, в цирке, куда Куприн отправляется вместе с семьей. Цирк находился в конце Головинского (ныне – Руставели) проспекта, в районе, который тбилисцы по сей день зовут «Земмель». Публику, переполнившую зал в ожидании начала турнира, извещают о присутствии знаменитого литератора и, под аплодисменты, приглашают в почетное жюри. Завершается все очередной победой Заикина и грандиозным банкетом, который на следующий день артисты устраивают в честь Куприна.
Похоже, что с таким настроением Куприн выходит и на сцену музыкального училища 1 октября. Приветствуют его горячо, но он долгое время не начинает. И после значительной паузы заявляет: «Вы пришли слушать серьезную лекцию, но я лекций никогда не читал. Это не моя специальность. Я могу только рассказать попросту... Прошу не взыскать... Как умею... Но никакой лекции не ждите, лекции не будет». В зале смятение: «А «Судьба русской литературы»?.. А на афише написано...» Куприн тяжело вздыхает: «Вас интересует судьба? Но судьба совсем не в лекции. Вот в первом ряду сидит мой друг Вася Каменский; он может читать лекции, а я не могу. Ну, ничего... Я вам все же кое-что расскажу... Свои воспоминания о Льве Толстом, о Чехове, о Горьком».
На следующий день выступление Куприна предусмотрительно анонсируется уже не как лекция, а как беседа. И беседа эта удается, писатель говорит об очень актуальном – о поэтах-футуристах, которых критики разносят в пух и прах. Он выступает против огульного охаивания этого литературного течения и утверждает, что в нем есть настоящие таланты – такие, как Маяковский и Каменский. Под конец выступления – традиционная просьба из зала: рассказать о себе. Выступающий ограничивается нескольким словами:
«На Куприне по многим причинам не могу долго останавливаться. Скажу только, что отсутствие общего образования и систематической работы над собой составляют недостатки этого писателя. Но в своей бурной молодости он видел многое, побывал везде... и потому его произведения представляют справочник российского бродяжничества». В подтверждение этих слов он читает рассказ «Как я был актером». Дочь писателя признает, что «тифлисские газеты оценили выступления Куприна неоднозначно, наряду с доброжелательными отзывами, были и весьма критические». Что ж, это понятно: кое-кто, а тем более литературные критики, ожидали увидеть этакого мэтра, читающего научную лекцию. Но в целом взыскательная тифлисская публика осталась довольна тем, как нестандартно выступил именитый гость.
А еще остались памятными два застолья – отличающиеся друг от друга, но очень характерные для Тифлиса того времени. Одно, так сказать, простонародное – в запомнившемся многим российским литераторам духане «Симпатия» возле Эриванской площади (теперь – площадь Свободы). Желчный Каменский утверждает, что когда там появились Куприн и цирковые борцы во главе с Заикиным, этот духан «извергался вулканическим пиром: все столы соединились в один, все горели в речах, в лезгинке, в «сазандари». Грузины стреляли в потолок. «Судьба русской литературы» пировала бесшабашно».
Второе, изысканное застолье – обед в семье Долидзе, устроенный перед отъездом Куприных. На нем даже звучит… цитра – на столь редком для обедов инструменте играет лично композитор Генсиорский. «Было много приглашенных, произносились тосты, исполнялись грузинские песни… Отец экспромтом написал стихи Софье Евсеевне Долидзе», - вспоминает Кснения. Поскольку Александр Иванович не так уж часто «грешил» стихотворениями, интересно прочесть даже это – шутливое, вдохновленное грузинской красавицей, сестрой знаменитого антрепренера:
Ты недоступна и горда,
Тебе любви моей не надо.
Зачем же говорят мне «Да!»
И яркость губ, и томность взгляда.
Но ты замедлила ответ,
Еще минута колебанья...
И упоительное «Нет!»
Потонет в пламени лобзанья.
http://dobrieludi.com/articles/1415/

«Я самым талантливым из нынешних писателей считаю Куприна. Куприн - настоящий художник, громадный талант. Поднимает вопросы жизни более глубокие, чем у его собратьев». Лев Николаевич Толстой.

Когда  я  однажды  спросил  у А.  И,  Куприна — откуда у  него  это  постоянное,  неостывающее  и   глубокое  увлечение  цир­ком,  он,  не  задумываясь,  ответил:
— Я, видите ли, потомственный укротитель. Мой дядя, мелкий наровчатский помещик, на всю Пензенскую губернию сла­вился своим уменьем «приводить в порядок» полудиких башкирских коней. Татарин по происхождению, он безумно любил скачки, борьбу и всякий сабантуй,— то есть народные увеселения с танцами, с хождением по канату и стрельбой из лука, где награждаются самые сильные, ловкие и сметливые.
Улыбнувшись, Александр Иванович закончил таким призна­нием:
— Увы, в  итоге своих артистических увлечений   мой дядя  умер нищим.  Наверное,  нищим  умру  и   я.  Но это  меня  не  пугает  и  не останавливает. Ведь и голодному мне будет о чем вспомнить. Знае­те  сказочку про  морские  камешки?
— Нет, не помню. Расскажите, — попросил я.
— Сказочка   очень   короткая,   но   убедительная.   Я   ее   слышал   в Тифлисе... Невероятно богатый человек в один суровый день поте­рял все свои сокровища. Он поселился в рыбачьей хижине на берегу моря. Часами сидел на песке около набегающих волн и перебирал в   руках   морские   камашки,   вспоминая   свои   бриллианты   и   жжемчуга.  «Это — тоже  камешки,— спокойно  размышлял   он,— тоже  тво­рение  природы.  Многие  из них  очень  красивы,  а  главное — с  ними спокойна душа моя:   никто их у меня не отнимет и ни у кого они не вызовут зависти!»
Куприн мечтал о русском цирке, о создании отечественных кад­ров цирковых артистов, о создании своего репертуара, свойствен­ного выдумке и мудрости народов, населяющих Россию.

Н. ВЕРЖБИЦКИЙ
Журнал "Советский цирк" январь.1960 г
http://www.ruscircus.ru/kuprincircus611

http://zarubezhje.narod.ru/gi/e_006.htm

Священник Александр Ельчанинов
(Ельчанинов Александр Викторович)
(Alexandre Eltchaninoff) (1881 - 1934)

Родился 1 марта 1881 г. в Николаеве в семье офицера. Окончил исторический факультет Петербургского университета, изучал богословие и литературу. Отказался от академической карьеры и поступил в Московскую духовную академию. Секретарь московского Религиозно-философского общества имени Вл. Соловьева (1905).

Преподавал в гимназии Левандовского в Тифлисе, затем работал директором этой гимназии.
Покинул Россию в 1921 г. Жил в Ницце на юге Франции, где преподавал русский язык. Был одним из руководителей Русского студенческого христианского движения (РСХД). Женился на Т. В. Ельчаниновой (урожд. Левандовской). Священник (1925). С 1934 г. был назначен в Александро-Невский собор на ул. Дарю в Париже, где прослужил всего неделю и тяжело заболел. Скончался в Париже 24 августа 1934 г. Похоронен на новом кладбище в г. Медон под Парижем.