Игумения Серафима (Варвара Черная), Новодевичий монастырь. : ВГД

http://karta.psmb.ru/karta/art...ommunizma/
статья
Бутовский полигон: лекарство от коммунизма

из текста статьи:
"Возглавляет сонм бутовских новомучеников митрополит Санкт-Петербургский Серафим (Чичагов). Человек из древнего аристократического рода, давшего отечеству нескольких полярных исследователей и адмиралов. Боевой офицер, за храбрость, проявленную на русско-турецкой войне во время штурма Плевны, награжденный золотым оружием с дарственной надписью от Императора. Впоследствии он стал духовным чадом св. прав. Иоанна Кронштадтского, по его благословению принял сан и стал простым приходским священником. Будущий митрополит Серафим также известен тем, что написал Серафимо-Дивеевскую летопись, благодаря которой был прославлен преподобный Серафим Саровский. В благодарность за написание летописи, митрополит Серафим сподобился явления прп. Серафима.
В 37-м году, когда его расстреляли, митрополиту Серафиму было 82 года. Чтобы доставить его в тюрьму, пришлось вызывать скорую помощь и пользоваться носилками — ходить самостоятельно митрополит Серафим уже не мог. Это самый старший по сану и по возрасту из расстрелянных на Бутовском полигоне.

По свидетельским показаниям, захоронения расстрелянных и умерших в московских тюрьмах производились на полигоне вплоть до начала 50-х годов.
......
В конце 80-х было издано несколько актов о восстановлении памяти погибших в годы репрессий, в том числе постановление Верховного Совета. В нем указывалось, что местные советы народных депутатов и органы самодеятельности должны помогать родственникам пострадавших в деле восстановления, охраны и содержания мест захоронений. На основании актов и закона о реабилитации в начале девяностых в разных регионах были проведены мероприятия по восстановлению памяти репрессированных. Мероприятиями предусматривались архивные исследования, поиск мест захоронения, и приведение их в порядок. Но механизм финансирования актами предусмотрен не был, поэтому в разных регионах закон выполнялся (или не выполнялся) по-разному.

В 1992 году в Москве была создана общественная группа по увековечению памяти жертв политических репрессий под руководством Михаила Миндлина. В тюрьмах и лагерях он провел в общей сложности более 15 лет, и только благодаря своему недюжинному здоровью и сильному характеру остался жив. В конце жизни (ему было уже за 80) он решил заняться увековечиванием памяти жертв террора.

Благодаря обращениям Миндлина в архиве КГБ были обнаружены 11 папок с актами о приведении в исполнение приговоров. Сведения достаточно краткие — фамилия, имя, отчество, год и место рождения, дата расстрела. Место расстрела в актах указано не было, однако на листах имелись подписи ответственных исполнителей. По распоряжению начальника управления КГБ по Москве и Московской области Евгения Савостьянова провели расследование с целью обнаружить места захоронения. В тот момент были еще живы несколько пенсионеров НКВД, которые работали в конце 30-х. В том числе комендант хозяйственного управления НКВД по Москве и Московской области. Комендант подтвердил, что основным местом расстрела являлся Бутовский полигон, и там же производились захоронения. По подписям исполнителей он определил, что они работали именно в Бутове. Таким образом, удалось привязать списки к полигону. Территория захоронений (около 5.6 га в центральной части полигона) на тот момент принадлежала ФСК (ФСБ) и находилась под круглосуточной охраной. Участок был огорожен забором с колючей проволокой и охранялся, внутри были разбиты несколько клубничных грядок и яблоневый сад. Вокруг бывшего полигона расположился дачный поселок НКВД. По инициативе Михаила Миндлина с помощью правительства Москвы на территории полигона был установлен каменный памятник.

Скромное почитание

Весной 94-ого информацию о существовании полигона группа передала Церкви.

Сведения сообщили через внучку митрополита Серафима, Варвару Васильевну *.
В советское время доктор технических наук, профессор Варвара Черная (Чичагова) работала над космическими скафандрами. Именно она создала материал для скафандра, в котором летал в космос Юрий Гагарин. Впоследствии Варвара Васильевна приняла постриг с именем Серафима, и стала первой настоятельницей вновь открытого Новодевичьего монастыря.

Прочитав рапорт о Бутове, патриарх Алексий II поставил на нем свою резолюцию о строительстве там храма-часовни.
Восьмого мая 94 года на полигоне был освящен памятный крест и совершена первая соборная панихида по убиенным. Вскоре родственники пострадавших в Бутове обратились к патриарху Алексию II с просьбой благословить их создать общину и начать строительство храма.

В 1995 году место захоронений передали Церкви.

Сейчас здесь два храма — деревянный и каменный. «В 89-м, когда мы узнали, что дед был расстрелян (раньше считалось, что он погиб во время войны в лагере), нам и в голову не приходило, что удастся построить на его могиле храм и в нем молиться, — рассказывает о. Кирилл Каледа. – То, что это место было передано Церкви, является, несомненно, милостью Божией, которая дана нам за подвиг, совершенный новомученниками». С 2000 года на полигоне под открытым небом проходят патриаршие богослужения, на которые съезжается несколько тысяч молящихся. Это происходит в четвертую субботу по Пасхе, в день память Новомучеников, в Бутове пострадавших"....
(* Варвара Васильевна Черная очень много сил и времени отдала поиску сведений о кончине своего деда, метрополита Серафима, см. начало этой темы)
......

Фото (последняя):
Священномученик Серафим (Леонид Михайлович Чичагов)
(9 (21) января 1856, Санкт-Петербург — 11 декабря 1937, расстрел, Бутовский полигон под Москвой)
(Л.М. Чичагов - дед В. В. Черной)

.

Вероятно, эта ссылка была и выше в теме...
Но это самая подробная статья о Варваре Васильевне Черной (рожд. Резон),
матушке Серафиме
http://mariamagdalina.ru/?p=13569

из текста статьи:
...По окончании нефтехимического техникума в 1932 году Варя поступила в Институт тонкой химической технологии, главным образом по той причине, что там было вечернее отделение, что давало возможность совмещать учебу с работой лаборанта в Военно-химической академии. Чудом окончила институт, учась подпольно в течение нескольких лет.
...«В 1939 году я окончила институт и получила место инженера на знаменитом московском заводе «Каучук». Моя специальность была технолог-резинщик. В 1941 году началась война. Завод целиком был демонтирован и эвакуирован в Свердловск. Но я не хотела уезжать из Москвы, и на мое счастье в последних числах декабря пришел приказ восстановить завод, потому что он выпускал изделия для военных нужд, для авиационной, автомобильной промышленности, аэростатные заграждения, спасательные лодки и прочее. Во время эвакуации завода (с октября по декабрь 1941 года) я стояла под открытым небом, даже во время бомбежек, и записывала, что грузят в каждый вагон состава. А в новогоднюю ночь явился министр и сказал, что завод надо восстанавливать, — нужны резиновые детали для танков, машин, авиации. Сначала был шок, так как никакой документации не осталось, надо было рецептуру восстанавливать по памяти. Память у меня была хорошая, хотя сама я была мала и худа, как спичка, весила 40 кг . Никто не мог поверить, что я могу что-то сделать. В сжатые сроки надо было выполнять специальные правительственные задания и заказы фронта. Только что была освобождена Калуга, я поехала в Калугу за резиной…. Нас, инженерно-технических работников оставалось всего пятеро, и нам пришлось впрячься в восстановление производства, осваивать все технологические процессы, то есть заново создавать производство в пустых цехах эвакуированного завода. Мы находились на казарменном положении, жили на заводе в течение 4-х лет, спали по 2-3 часа в сутки. Домой приходила раз в неделю на несколько часов».
Не смыкая глаз, ночами Варвара Васильевна ходила по цехам, наблюдая за рабочими, чтобы вовремя подбежать к работнице, уснувшей за шприц-машиной [3] , и быстро схватить ее за руку, которая вслед за резиной уже начала погружаться в машину, и не испугать ее при этом. Или, взявшись за руки с другими инженерами, преградить дорогу женщинам, бегущим во время ночной бомбежки к своим детям, спящим в запертых квартирах. В последние дни жизни мать Серафима снова вспоминала этот колоссальный порыв женщин, бегущих домой к детям: «Когда на тебя вся эта толпа бежит, а ты должна ее остановить, ты не должна ее выпустить, потому что надо, надо, надо производить детали». Добрым словом вспоминала она о рабочих: «Этот необыкновенно хороший русский рабочий, перед которым я преклоняюсь…, мог простоять 12 часов без отдыха, и, если попросишь: «Ну, вот надо сделать, ну давайте еще на сутки останемся», никто никогда не уходил с работы. Они говорили: «Раз ты остаешься, то и мы останемся».
Завод стал оборонного значения: делали резиновые детали для самолетов и танков, инженерное имущество. Сначала работала в лаборатории, потом стала начальником технического отдела, затем заместителем главного инженера завода. Очень часто заменяла главного инженера, и даже директора завода». Отрезанное от источников натурального каучука, расположенных в основном в Бразилии и в Индии, наше государство должно было решить проблему производства резины, особенно необходимой для военной промышленности…. Усилия ученых сосредоточились на разработке синтетической резины — латекса.
В 1946 году Варвара Васильевна ушла с завода, чтобы целиком отдаться научной деятельности. «В аспирантуру попала не сразу. На одно место мы претендовали вдвоем с другой «резинщицей» — Екатериной Алексеевной Фурцевой [4] . Она уже, кажется, была секретарем райкома, а я даже в пионерах и комсомольцах не состояла. Но с третьего захода все же приняли, правда, на заочное отделение. Потом на базе «Каучука» был организован Научно-исследовательский институт резиновой промышленности. После аспирантуры я возглавила в нем лабораторию, а после защиты докторской диссертации стала профессором, заместителем директора». С 1966 по 1982 год Варвара Васильевна была заместителем директора по научной работе. В течение двух лет она исполняла обязанности отсутствовавшего директора и занималась строительством высотного корпуса института.

«Я разработала технологию получения особо тонкой мягкой резины. Мой технологический процесс лег в основу нескольких новых заводов, например, по производству медицинских изделий, резиновых перчаток для хирургов, клапанов для искусственного сердца, трубок, зондов, катетеров, высотных радиозондовых оболочек. Тогда это было новое слово в химической промышленности. Участвовала в создании материалов для изготовления средств защиты космонавтов и других специалистов, работающих в условиях излучений, опасных для здоровья, разрабатывала элементы скафандра для космонавтов и перчаток для них: все сочленения надо было сделать двигающимися, а части эти резиновые, я же по специальности резинщица», — рассказывала Варвара Васильевна. «Довелось встречаться с авиаконструкторами АЛ Туполевым [5] , А.С. Яковлевым [6] и другими».
«Незаметно накопились публикации, создавшие мне авторитет в научных кругах, и я стала ученым с мировым именем. С семидесятых годов меня стали посылать за границу на разные конференции и симпозиумы, я объехала весь земной шар, делая доклады на английском языке… организовала три больших международных конференции (по шесть тысяч человек) у нас, в Советском Союзе». «Опыт инженера и организатора производства как нельзя лучше пригодился в дальнейшем при реализации в промышленности результатов научных разработок и при руководстве большими коллективами научных работников и инженеров. Результаты работ, выполненных под руководством и при непосредственном участии В. В. Черной, позволили создать отечественную промышленность производства резиновых изделий из латексов. Более 15 сотрудников, работающих по тематике латексной лаборатории, защитили кандидатские диссертации. Работа по созданию изделий для внутреннего протезирования отмечена Государственной премией СССР», — указывается в письме Научно — исследовательского института резиновых и латексных изделий от 25.12.03 года. На счету у Варвары Васильевны более 150 печатных трудов, 36 авторских свидетельств на изобретения.

Игумения Серафима (Варвара Черная), Новодевичий монастырь.

Игумения Серафима (Варвара Васильевна Черная (урожд. Резон). МИТХТ, завод "Каучук", НИИ резины, Новодевичий монастырь, Москва.