Бухарины

Служилые татары Нижегородчины XVI–XVII вв.

После падения Казани (1552 г.) власти подтвердили права на прежние владения лояльных им служилых людей. Так во времена Ивана Грозного под Арзамасом появилось немало татар. Анализ источников однозначно указывает, что в Ичаловском и Иржинском станах образованного в 1560 году Арзамасского уезда в 70-е гг. XVI в. наличествовали населенные пункты служилых татар. Все они были вытянуты общей дугообразной линией на северо-восток от современного поселка Сатиса, что на западе от Сарова, в направлии Арзамаса.

Появление в то время служилых татар в юго-западных районах арзамасских мест находилось в прямой связи с задачами охраны украинных земель в соседней Мещере и других местах и представляло собой часть общего процесса обеспечения интересов обороны Российского государства. Несшие дозор конные татары Арзамасского уезда принадлежали к единой структуре погранслужбы. Более десяти сторожевых селений арзамасских служилых татар «работали» на оборону: Изинбулово Усадище, Комкино, Кадышево, Салтаганово, Ичалово, Ивановская, Шахаево, Чембулатово, Ареховец, Томаево, Акчурина, Биговатово, Липовый усад, Разгилдеево и др. Почти все татары 70–80-х гг. XVI в. носили высокое звание мурз (князей).

С 1580-х гг. наметилось продвижение татарских усадов на северо-восток от Арзамаса до Пьяны, окончившееся около современных сел Камкино и Пица в начале XVII в. С 1586 по 1606 гг. к северо-востоку от Арзамаса образовались такие татарские деревни как Новый Усад, «усад Кутлеярова» близ Пилекшеево, Барашев Усад, «Чекеево селище», Лукьяново, «Ботюково», Алтышево, Камкино, Пица, Кочко-Пожарки. Однако в силу разных причин большинство вышеназванных деревень Арзамасского уезда утратили свой тюркский этнокомпонент и обрусели.

Процесс заселения юго-восточной части Нижегородчины лицами тюркского происхождения, находящимися на службе у государства, продолжился и в дальнейшем. При первых Романовых, укреплявших институт дворянства, «служилые люди» татарского происхождения продолжали получать свободные земли в южных районах Нижегородчины.

Группы кадомских и темниковских татар заполняли по решению властей пространство юго-востока Нижегородчины. Возникали одно служило-татарское селение за другим – иногда на необжитых, иногда на слабо заселенных землях, иногда в результате подселения к неслужилым тюркам, создавшим свои селения ранее. (Неслужилые татары на Нижегородчине начала XVII в. – явление, крайне редко упоминаемое источниками; они зафиксированы лишь в некоторых селениях – Рыбушкино, Сафаджай и др.).

Русские власти стремились обеспечить безопасность степей Присурья от продолжающихся набегов кочевников с юга – из Причерноморья и Приазовья. Для этого подходили умевшие воевать и знавшие степь татары.

Баюш Разгильдеев

Одним из выдающихся военачальников начала XVII в., чье имя сохранилось в источниках и людской памяти, являлся татарский мурза Баюш (Баиш) Разгильдеев. Он возглавлял алатырских служилых мурз и татар, и проявил себя во время Смутного времени, отразив в 1612 г. набег ногайцев на арзамасские и алатырские места. В битве при р. Пьяна около дер. Чуколы со своим отрядом он разбил врагов, захватил знамя, при этом освободил 7000 пленных. За этот подвиг в 1613 г. Баюш-мурза был пожалован княжеским достоинством грамотой князя Д. Т. Трубецкого и Д. М. Пожарского; пожалование было подтверждено царем Михаилом Федоровичем – в 1618 г. на имя князя Баюша и Ямаша-мурзы князя Мангушева была дана жалованная грамота. Хотя в грамоте 1613 г. сказано, что «родство де его были изстари деды и прадеды в княжестве», его точное происхождение неизвестно. Краеведом А. М. Орловым высказано предположение о том, что предком Разгильдеева мог быть ордынский военачальник Секиз-бей, т. к. земельные владения Баюша-мурзы находились в районе бывшего княжества Секиз-бея, в юго-восточной части современной Нижегородчины.

Сведения о религиозно-духовной жизни служилых татар Арзамасского, Алатырского, Курмышского уездов XVI–XVII веков крайне скудны и фрагментарны. Отчасти это объясняется тем обстоятельством, что несколько татарских поселений (Пара, Рыбушкино, Сафажай, Петряксы) существовали в Межпьянье еще до создания там структур Алатырского уезда, и потому жизнь их сообществ (в том числе и духовно-религиозная) не находила никакого отражения в соответствующих делопроизводственных бумагах.

Упоминаемые в источниках рубежа XVI–XVII веков служилые татары Арзамасского, Алатырского, а позже и Курмышского уездов были последователями исламской религии. Архивные материалы неоднократно упоминают об их шертных клятвах при свидетельствах о наделении землей новых арзамасских помещиков: «...а татары с мордвою по их вере по шерти», «...а мурзы и тотарин и мордва скозали по своей вере по шерти». Подчеркнем, что зарубежные наблюдатели XVI века отмечали принадлежность к исламскому вероисповеданию мордвы и черемисов (марийцев), живших тогда между Окой и Сурой. К тому же изучение конкретных материалов касательно нижегородской мордвы прямо указывает на массовое наличие мусульманских имен собственных в их среде. В 1609–1610 гг. получавшие земли близ Пицы Арзамасского уезда «служилые татаровя Синяй Ураков и Акман Акбулатов по своей по бусурманской вере» клялись царю Лжедмитрию I. Тексты аналогичных клятв встречаются в материалах начала XVII века в Курмышском уезде: «Татары с мордвою и чувашами и черемисами клялись по их вере – по шерти...».

Установленное наличие мусульманского кладбища близ татарского селения Рыбушкино, зафиксированное документами самого начала XVII в., указывает на следование исламской религии ее жителей (неслужилых татар) в предыдущем столетии. Стало быть, еще до появления русских чиновников и служилых татар в Алатырском уезде общины уже существовавших татарских поселений (Рыбушкино, Пары, Сафажая, Петрякс) были очагами мусульманской духовности. В 2009 г. археологами были найдены погребения в Курмыше, которые предположительно связывают со служилыми татарами – они документально фиксируются в этой местности в XVII–XVIII вв.

Однако следует подчеркнуть, что на протяжении XVIII–XIX веков некоторые татарские деревни (Фоминки, Абаимово, Мамешево и др.) пережили процесс русификации и христианизации, и это положило конец их мусульманским общинам. Случаи полного исчезновения служило-татарских селений (Барашев Усад, Шахаево, Салтаганово и др.) стали причинами перемещения их жителей-мусульман в другие места.

Эпоха абызов

Одна из вех в истории Ислама в Нижегородском крае представлена эпохой абызов — неофициальных религиозных лидеров в период отсутствия общегосударственного статуса Ислама в России и нескольких волн крещений. Именно в эту эпоху начинает создаваться сеть махаллей, мечетей, мектебе и первых медресе.

История мусульманских общин Нижегородчины уходит своими корнями в глубокое прошлое. Становление мусульманских приходов-махаллей шло параллельно с развитием многих татарских сельских общин, сохранившихся до сего дня. Первые известные нам имена абызов относятся к XVII в. Именно эти люди своей неутомимой энергией и верным служением Исламу закрепили мусульманскую традицию Нижегородчины в сознании людей, дали верующим надежду на то, что только с помощью религии они смогут оказаться достойными и в этом, и в ином мирах.

Часть абызов владела русским языком, т. к. их деятельность разворачивалась в пределах Российского государства, и им приходилось вступать в контакт с русской администрацией. Абызы избирались как духовные руководители членами мусульманских общин и являлись интеллектуальной верхушкой этих общин. В большинстве своем из абызов вышли те имамы края, которые получали «указ» и становились подконтрольными Оренбургскому Магометанскому духовному собранию, учрежденному в 1788 г. императрицей Екатериной. По сути, потомки абызов, живших на Нижегородской земле до конца XVIII века, и стали впоследствии указными имамами. Таким образом, абызы явились основателями династий имамов Нижегородчины. Эти люди расписывались в представляемых властям документах вместо неграмотных земляков по их просьбе, участвовали в составлении родословных (араб. «шеджере», тат. «насел хаты», «насел агачы», «шеджере китабы»). Когда проходили переписи населения, абызы являлись активными их участниками, отвечали за правильность данной властям информации, подписывали «ревизские сказки».

Среди абызов известны: Бекбулатов Ишей — абыз с. Сафаджай (Собачий Остров) первой половины XVII в.; Тимаев Мамай — абыз с. Пара середины XVII в.; Янбахтин Резяп — абыз с. Новый Мочалей середины XVII в.; Казенеев Агилдя — абыз с. Чембилей середины и второй половины XVII в.; Сейфетдинов Биккина — абыз с. Овечий Овраг рубежа XVII–XVIII вв.; Ибрадеев Исангелдей (Ибралеев Исянгилда, 1687 г. р.) — абыз с. Рыбушкино первой половины XVIII в.; Теркеев Измаил (1696 г. р.) — абыз с. Рыбушкино первой половины XVIII в.; Абулов Сайман — абыз д. Коншаев Заулок конца XVIII в. (ныне в составе с. Рыбушкино); Байбордин Калекай — абыз с. Рыбушкино второй половины XVIII в.; Абдюков Рахманкул — абыз д. Коншаев Заулок конца XVIII века; Байбулатов (ум. 1726 г.) — абыз с. Ключищи первых 20 лет XVIII в.; Якупов Ишмамет — абыз с. Чембилей начала XVIII в.; Резяпов Аит — абыз (затем указной имам) с. Красный Остров в 90-е гг. XVIII в.; Исламов Салим — абыз с. Татарская Медяна середины и второй половины XVIII в.

Текст шертной клятвы, XIV в.

От искушения Диавола прибегаю к Тебе, Господи, я... обещаюсь и клянусь Всемогущим моим Богом пред изданным Его Священным Алькораном в том, что буду говорить самую правду о слышанном и виденном мною, не обольщаясь интересом, свойством или дружбою, соображая мои чувства

с моими словами, изображенными в Законе Нашем, утверждаю сие тем, что если

не скажу правды – тогда буду лишен:

Милосердия Всевышнего Творца;

Истинной веры; Имени последователя Пророка; Молитвы обо мне потомков моих;

Зрения Господа Бога во время Страшного Суда и Созерцания Его.

В заключение же моей Клятвы целую Слова Священного Алькорана.
Статья из «Нижегородского гида»

Нижегородская область Сосновский район село Селитьба