Фок (фон Фок)

Статья из газеты "Советская Башкирия" от 23 сентября 1954 года.

Автор: П.Ищериков. научный сотрудник БФАН СССР.

Декабрист А.А. Фок.
К 100- летию со дня смерти.
Летом и осенью 1854 г. в Оренбурге свирепствовала эпидемия холеры. После Уфы, где находился гражданский губернатор, Оренбург был вторым значительным городом тогдашней Оренбургской губернии. Здесь располагались резиденция военного губернатора и штаб войск. Отсюда на театр военных действий - на Кавказ и в осажденный Севастополь - отправлялись батальоны.
Из Уфы приехал в Оренбург вместе с женой проститься с направляемыми в Севастополь офицерами- братом и сыном - отставной подпоручик Фок. Заболев холерой, Фок и его жена, в последних числах августа умерли и были похоронены на местном кладбище. Так закончил свою жизнь Александр Александрович Фок.
А.А.Фок, сын вятского городничего из отставных офицеров, родился в 1799 году. В 1822 году он проходил военную служ6y на юге, где вступил в члены Южного тайного общества.
В ноябре 1825 года в чине подпоручика Фок был переведен на службу в Петербург, в лейб-гвардии Измайловский полк. Здесь он был принят в члены Северного тайного общества. За "прикосновение к происшествию 14 декабря 1825 года" (так называлось восстание декабристов в тогдашней официальной переписке), А.А.Фок был осужден и разжалован в солдаты. Сосланный на службу в Сибирь, в Усть- Каменогорск, он был отправлен отсюда на Кавказ, где участвовал в походах и сражениях.
Тяжело раненный в боях, Фок был за подвиги представлен к производству в чин прапорщика. Надеясь, видимо, что Фок от ран скоро умрет, царь Николай I решил порисоваться самодержавной "милостью" и утвердил производство Фока в офицеры. Однако надежды мстительного к декабристам царя не сбылись: Фок выжил и оправился от ран.
Но службу на Кавказе, где в войсках было много декабристов, Фоку продолжать не дали. Он был отправлен в Уфу, в расквартированный здесь 10-й Оренбургский линейный батальон. С Кавказа и из Петербурга вслед Фоку были посланы письменные предупреждения "об учинении за ним строгого надзора".
Сохранился в Уфе /Фрунзе, 59 / старый дворянский дом с большим садом, где жил Фок. О его жизни свидетельствуют бумаги из найденного в Чкаловском областном государственном архиве "секретного дела" зa 1835-1839 годы, заведенного канцелярией Оренбургского военного губернатора и командующего войсками.
"Дело" начинается предписанием министра внутренних дел от 6 января 1835 года на имя военного губернатора Перовского, в котором предлагается учредить за А.А.Фоком "бдительный секретный надзор по жительству его в Оренбургской губернии". В конце письма-предписания министр потребовал сообщать ему по временам "о пребывании Фока и образе его жизни".
По приказу военного губернатора начальник штаба корпуса послал копию предписания министра о Фоке в Уфу, гражданскому губернатору, с просьбой донести военному губернатору " о надлежащем исполнении высочайшей воли".
Гражданский губернатор не замедлил ответить, что он "предписал здешним исправнику и полицмейстеру учредить за Фоком "бдительный секретный надзор". Вместе с этим гражданский губернатор запрашивает, " может ли Фок свободно, без разрешения начальства, отлучаться в другие губернии и переменять место жительства". Военный губернатор Перовский ответил, что " с его ведома выезд из Уфы Фока согласно отношения г. министра внутренних дел должен сопровождаться каждый paз извещением начальника тех губерний, куда он поедет, для учинения секретного за ним надзора".
Долго шла витиеватая секретная переписка губернатора, когда в 1835 году Фоку понадобилось съездить в Вятскую, Казанскую и Нижегородскую губернии. Уже немолодой, женившись на дочери местного помещика Топорнина, Фок страдал от надзора полиции, очевидно, выходившего за рамки секретности и приличий. Фок 4 ноября 1838 года письменно обращается к военному губернатору Перовскому и просит его ходатайствовать об освобождении от " секретного присмотра" полиции. "Вот уже прошло с лишком четыре года, как я нахожусь в сем стесненном во всех отношениях для меня положении" - пишет Фок,- "хотя уволен от службы подпоручиком с мундиром и пенсионом полного жалования за тяжелые раны".
Заведомо зная мстительный характер Николая 1 и его ненависть к декабристам, Перовский все же попытался через военнного министра ходатайствовать о Фоке. В своем рапорте Перовский пишет: "Оренбургского линейного батальона №10 прапорщик Фок высочайшим приказом 2-го генваря 1835 года уволен за ранами от службы подпоручиком, с мундиром и пенсионом полного жалования, а впоследствии, по увечью своему, удостоен покровительства комитета, высочайше учрежденного 18 августа 1814 года (так называемой "Александровский комитет о раненых ", дававший дополнительные пенсии тяжело раненым воинам. -П.И.).
Между тем однако же Фоку запрещен въезд в обе столицы и над ним по высочайшему поведению, объявленному мне через г. министра Внутренних дел, учрежден секретный полицейский надзор. В продолжение четырех лет отставки своей, как равно и прежде того, на службе, Фок на разу не подавал повода к какому-либо замечанию: вел себя всегда примерно и, женившись, живет семьянином в деревне жены своей потому, что тяжкие раны заставляют его искать спокойствия. Убеждаясь изложенными обстоятельствами, свидетельствующими перед вашим сиятельством в пользу Фока, я осмеливаюсь просить Вашего, милостивый государь, ходатайства на освобождение Фока от нравственно-отяготительного для него полицейского надзора".
Ответ военного министра Перовскому от 30 января 1839 года за № 76 был витиеват, но предельно краток.- "Государь император, по всеподданнейшему докладу его императорскому величеству отношения вашего превосходительства №161 - не изволил /подчеркнуто в подлиннике - И.П./ изъявить высочайшего соизволения на освобождение уволенного из Оренбургского линейного №10 батальона подпоручика Фока от полицейского надзора. О таковой высочайшей воле имею честь уведомить вас, милостивый государь. Военный министр, граф Чернышов".
Так, до самой смерти в 1854 году декабрист Александр Александрович Фок испытывал " нравственно-отяготительное" мщение Николая I, выражавшееся в " бдительном секретном присмотре " грубых полицейских служак николаевского времени.

Ищу предков