Теницкий

Ниже приведенна копия описание крестьянства которое подготовленно пользователем Ludmilla и размещенно на данном форуме, надеюсь, что данная информация позволит снять рад вопросов о крестьянсве.

Крестьянство и холопство объединилось в один податной и зависимый от землевладельцев класс как следствие податной реформы Петра, который вместо поземельной и подворной подати ввел подушную. В 1718-1722 производилась перепись податного населения и ее поверка - "ревизия"; сперва писали крестьян и холопей пахотных, потом стали писать в "сказки" и непахотных зависимых людей; наконец, стали записывать и "гулящих" (не приписанных к сословиям) людей. Эта перепись получила официально название ревизии, а переписанные люди носили название "ревизских душ". Всякая ревизская душа облагалась одинаковой податью, а ответственность в исправном поступлении подати возлагалась на землевладельца.
Все крестьяне были прикреплены к своему месту жительства и своей общине, платили подушную подать и отправляли рекрутскую и другие натуральные повинности, подлежали телесному наказанию.
Итак, при Петре существовали:

владельческие крестьяне, в их число попали как собственно крестьяне, так и холопы, причем положение этих двух категорий в XVIII в. сблизилось настолько, что всякие различия сошли на нет. Среди помещичьих крестьян различались пашенные крестьяне, барщинные и оброчные, и дворовые, но переход из одной группы в другую зависел от воли владельца, закон охранял их жизнь, право телесного наказания принадлежало владельцу, с 1797 действовал закон о трехдневной барщине, в I-й половине XIX в. действовали также нормы, запрещающие продажу крепостных без семьи, покупку крестьян без земли и т.п.;
черные или черносошные крестьяне, жившие на государственных черных землях, всех их объединяла феодальная зависимость непосредственно от государства и обязанность уплаты, наряду с подушной податью, особого (поначалу четырехгривенного) сбора, приравненного по закону к владельческим повинностям, эти крестьяне имели право перехода в мещане и записи в купцы (при наличии увольнительного свидетельства), право переселения на новые земли (с разрешения местного начальства, при малоземелии);
монастырские крестьяне, при Петре изъятые из управления монастырей и переданные в казенное управление, а потом в ведение Синода (впоследствии они получили название экономических, потому что были переданы в коллегию экономии), не отличаясь принципиально ничем от государственных, платя те же повинности и управляясь теми же правительственными чиновниками, они выделялись среди крестьян своей зажиточностью;
дворцовые крестьяне, обязанные различными повинностями ведомству двора государева, они находились в непосредственной зависимости от монарха и членов его фамилии. После 1797 они образовали категорию так называемых удельных крестьян;
крестьяне, приписанные к фабрикам и заводам; этот разряд крестьян создан был указом Петра 1721, которым разрешалось владельцам фабрик (и дворянам, и недворянам) покупать деревни и людей к фабрикам.

После реформ 1860-х гг. была сохранена общинная организация крестьянства с круговой порукой, запрещением покидать место жительства без временного паспорта и запрещением менять место жительства и записываться в другие сословия без увольнения от общины.
Первыми документами учета крестьян были писцовые и переписные книги. В тех книгах крестьяне по большей части были писаны полу-именами и без прозвания. Записи лица в них в качестве крестьянина считалась достаточным юридическим основанием для причисления его в сответствующую группу крестьянского населения (крепостного, казенного и т. п.). С введением переписей эта функция перешла в основном на учетный документ ревизские сказки. Они имели журнальную форму, в которой последовательно производились ревизские записи, включающие указание имени, возраста, кто находится во временной отлучке, а кто "ныне на лицо". В них (кроме I, II и IV ревизий) включались лица мужского и женского пола. Всего было десять ревизий: в 1719, 1743, 1762, 1782, 1795, 1811, 1815, 1833, 1850 и 1858 годах. Найти их можно в федеральных архивах (фонды ландратских книг и ревизских сказок, Коллегии экономии (РГАДА), Сената, Департамента разных податей и сборов министерства финансов (РГИА)) и в региональных архивах: (фонды наместнических правлений, казенных палат, мещанских старост, уездных временных ревизских комиссий Всероссийских народных переписей, личные фонды).

Черносошные крестьяне или черные тяглые люди, государевы крестьяне — класс земледельческого населения России, сидевший на "черной", т. е. невладельческой земле. С развитием государственной власти на Руси общинные земли мало-помалу обратились в черные или государевы и считались за князем, но не как за частным собственником, а как за носителем государственной власти. Ч. крестьяне пользовались землей только как члены общины, получая в надел известные участки или выти. На одном и том же участке крестьянин мог сидеть целую жизнь и передавал его наследникам, но с условием, чтобы они считались членами общины и тянули во все общинные разрубы и разметы. До некоторой степени земля составляла как бы собственность крестьянина; он мог отдавать ее в залог и продавать, но с условием, чтобы покупщик тянул в общинные разрубы и разметы или сразу уплатил все общинные пошлины, "обелил" участок; в противном случае уступка земли считалась недействительной. Условное право отчуждения черных земель особенно было развито в городах: продавалась не земля, а право на нее, так как самого участка даже князья не могли покупать. Изложенного взгляда на Ч. крестьян придерживается большинство русских ученых, исключая Чичерина. У Ч. крестьян самой большой общинной единицей была волость, имевшая своего старосту; в эту высшую общину тянули низшие общины — села и большие деревни, приписанные к волости, также имевшие своих старост; к селам тянули малые деревни, починки и другие мелкие поселки. Общины сами вчиняли иски по земле, могли меняться землей с соседями, покупать или выкупать земли. Они также старались заселять принадлежавшие им пустоши, сзывали к себе людей, давали им участки земли, льготы и пособия, вносили за них деньги владельцам, у которых они прежде жили. Общины на черных землях отвечали перед правительством за порядок в волостях и за исправный сбор податей и отправление повинностей. Выборные начальники, старосты, сотские и добрые люди из Ч. крестьян участвовали в судах наместников и волостелей. Картина полного самоуправления Ч. крестьян явствует из судных списков и грамот XV в. По памятникам XVI в. Ч. крестьяне имели два рода отношений к земле: или они владели известной долей общинной земли, или же община давала крестьянину землю на оброк по оброчной записи. Первого рода поземельные отношения определялись порядной записью, которую крестьянин выдавал общине или волости. С прикреплением крестьян сословие это, до того времени цельное, разделилось на 2 разряда: крестьян дворцовых и черных земель и крестьян владельческих или частных земель. Тогда впервые возникает термин "Ч. крестьяне". Вплоть до второй половины XVIII в. перемен в положении Ч. крестьян не встречается. Уложение 1649 г. признает всех крестьян одним нераздельным классом населения; разграничение Ч. крестьян и владельческих яснее обнаруживается в начале XVIII века, под влиянием мер Петра I. Поворотными гранями в истории русского землевладения послужили межевые инструкции 1754 и 1766 гг. и манифест 1765 г. Правительство впервые заявило здесь категорически, что земля, на которой сидят Ч. крестьяне, есть собственность государства. Старые права крестьян были прямо отвергнуты: "а земли, которые крестьяне черносошных волостей... под видом своих собственных продали и заложили..." В 1766 г. крестьянам запрещено отчуждать земли под каким бы то ни было видом. Результатом провозглашения новых принципов первоначально явилось неопределенное брожение. Крестьяне продолжали отчуждать поземельные участки, несмотря на повторение строгих запрещений, но в то же время старые устои заметно поколебались; при неуверенности в прочности прав нельзя было оградить себя от всякого рода неожиданностей. В 1775 г. Ч. крестьяне были переданы в ведение казенных палат. Последние сразу начали проводить в жизнь принципы межевых инструкций 1754 и 1766 гг. Опыты уравнительного раздела земли между Ч. крестьянами вызвали общий переполох и массу жалоб со стороны населения, права которого на землю подтверждались купчими, духовными завещаниями или иными законными документами. Губернским директорам экономий пришлось отказаться от осуществления нового мероприятия, но под влиянием правительственных проектов у крестьян перепутались все правовые воззрения на земельную собственность. Предпринятое в 1830-1831 гг. "генеральное поравнение" окончательно закрепило Ч. крестьян за государством. Самое название Ч. крестьян постепенно исчезает и заменяется названием "государственные крестьяне".

Удельные крестьяне появились в кругу дворцового ведомства благодаря "учреждению об императорской фамилии" 5 апреля 1797 года. Смысл этого законоположения сводился к следующему:
1 - следовало обеспечить крестьян землей и правильно распределить ее между ними;
2 - поднять крестьянское хозяйство улучшенной техникой, развитием ремесел, устройством фабрик;
3 - организовать сборы и отбывание повинностей на новых началах, имея в виду равномерное распределение труда;
4 - установить и привести в порядок сельское управление.
Когда было предпринято обособление удельных, то выяснилась нехватка земель для многих селений. Поднялся вопрос, можно ли отмежевывать земли от казенных крестьян и снабжать ими удельных, либо земли должны приобретаться, как сразу предполагалось, удельным ведомством. Указом 21 марта 1800 года удельным крестьянам было дано важное право - покупать земли у частных владельцев, с условием, чтобы купчая была совершена на имя департамента уделов. Право же пользования землей предоставлялось "единственно купившему таковую землю" сверх той доли, которая приходилась ему при разверстке земель всего населения.
Известно, что не одно земледелие, но и работа "на стороне" составляли занятия удельных крестьян. Последнее стеснялось паспортной системой и обязательством явки паспорта в удельную экспедицию. Указом 2 марта 1798 г. было установлено выдавать промежуточные паспорта удельным крестьянам, что не только значительно облегчало уход селян на заработки, но и выход их в купечество. В виду того, что в это было усмотрено "согласие общественной пользы с приращением дохода", указом 22 октября 1798 г. велено было увольнять удельных поселян в купечество "по праву" за выплату выкупной суммы, назначенной мирским приговором и утвержденной департаментом.
Те же основные вопросы о земле и самоуправлении, но гораздо шире поставленные, трактовались в многочисленных указах и мероприятиях правительства, касавшихся крестьян казенного ведомства. В течении XVIII века в законодательстве выработалось понятие поземельного надела для государственных поселян разных наименований, который был бы достаточен для прокормления крестьянина с семьей и давал ему возможность платить подати и отбывать государственные повинности. Таким наделом был признан 15-десятинный участок на каждую ревизскую душу.
В целях действительного выполнения указов о наделении крестьян землей, Павел в конце 1799 г., рассылая сенаторов для осмотра губерний, особым пунктом инструкции предписывал: "взять сведения", достаточно ли земли у крестьян, "сделать мероположение" для предоставление о том сенату и выяснить вопрос о переселении поселян с малоземелья на пустопорожние земли. Рапорты сенаторов вскрыли одно печальное обстоятельство: земельного фонда, необходимого для обеспечения крестьян 15-десятинным наделом, у казны не было, даже несмотря на то, что в круговорот раздачи пустили оброчные земли и леса. Выходом из такого положения стало понижение надела до 8 десятин и установление следующих правил:
1 - наделять крестьян землей по 15 десятин там, где ее достаточно;
2 - где земли не достает, установить 8-десятинную норму тем, кто имеет меньше того; 3 - при малоземелье желающим предоставить возможность переселения на другие
территории.
Другой важной стороной Павловских мероприятий относительно казенных крестьян следует признать нормировку сборов. Указом N18 в декабре 1797 г. оброк со "всех поселян казенного звания" был повышен, но не в одинаковой мере. В 1783 г. он был установлен в виде равномерного сбора в размере 3-х руб., в 1797 г. все губернии были распределены на IV класса. В зависимости от этого поселяне должны были платить разный оброк "по свойству земли, изобилия в ней и способам для битателей к работам". В губерниях I кл. - оброк, вместе с прежним, составил 5 руб., во II кл. - 4,5 руб., в III кл. - 4 руб., в IV кл. - 3,5 руб. Подобная градуировка держалась и в последующее время.
Мотивами к повышению сбора, кроме потребностей в новых источниках дохода, были следующие обстоятельства, указанные в законе 18 декабря 1797 г.: "цены вещам несравненно возвысились... поселяне распространили свои прибытки". Формулировка, как видно, довольно туманная, что, вообще, свойственно для многих Павловских указов. И все же главной причиной поднятия налога следует считать плохое финансовое положение государства
Следует отметить так же, указ 21 октября 1797 г., которым было подтверждено право казенных крестьян записываться в купечество и мещанство. Указом 12 декабря 1801 г. недворянские свободные сословия — купцы, мещане, казенные крестьяне — получали право покупать землю.
В 1810 — 1817 гг. в связи с тяжелым финансовым положением империи было продано в частные руки свыше 10 тыс. душ мужского пола крестьян; широко практиковалась сдача казенных крестьян в аренду частным лицам в Белоруссии и на Правобережной Украине (к концу царствования Александра в аренде там числилось 350 тыс. душ). Казенных крестьян закрепощали и другими путями: например, переводили в удельное ведомство (в разряд удельных крестьян, принадлежавших царской фамилии), приписывали к казенным заводам и фабрикам, наконец обращали в создаваемые при Александре I военные поселения

Посессионные крестьяне — крестьяне, принадлежавшие к фабрикам и заводам. От крепостных они отличались тем, что принадлежали не отдельному лицу, а фабрике или заводу и не могли быть отчуждаемы отдельно от них. Название посессионных крестьян встречается впервые в указе императора Павла I 1797 г., окончательно же устанавливается в первой четверти XIX в. В учреждении министерства финансов 1811 г. горные заводы были разделены на два разряда: одни, которыми заводчики владели по праву дворянства, другие, которые получают разные пособия от казны. В 1825 г. такое деление было распространено на все виды фабрик и заводов, и те из них, которые получали пособия от казны, в виде земли, строения, крестьян, а также имели разрешение покупать крестьян, были названы посессиями. В 1803 г. мануфактур-коллегия собрала подробные сведения о количестве рабочих на разного рода фабриках и об условиях их работы. Всех посессионных фабрик и заводов в то время было, не считая горных, 130; сведений нет только о 23 фабриках. Больше всего было полотняных П. фабрик (40), затем суконных (26), бумажных (20), стеклянных (11), шелковых (10); были еще кожевенные, позументные, ситцебумажные и др. Почти четверть всех фабрик находилась в Московской губ. затем их было всего больше в губ. Калужской, Владимирской, Воронежской, Костромской, Ярославской. На всех П. фабриках, кроме горных, числилось около 32000 рабочих. По количеству прикрепленных рабочих первое место занимали суконные фабрики, обязанные поставлять сукна в казну; к ним было прикреплепо более 17000 крестьян, в том числе около 1200 чел. безземельных. При полотняных фабриках было около 8000 крестьян. Из числа прикрепленных к фабрике мастеровых и рабочих везде более половины находилось в работе. Продолжительность рабочего дня большей частью была в 12 часов, на семи фабриках — менее, на шести — более 14 час. На бумажных и полотняных фабриках продолжительность рабочего дня была неодинакова в различных производствах и в различные времена года, колеблясь между 5 и 15 часами. Рабочих дней было, в среднем, ок. 260. На некоторых суконных и полотняных фабриках мастеровых и рабочих отпускали летом на 1 — 2 месяца для полевых работ. Задельная плата в год рабочих не мастеров равнялась, в среднем, 40 рублям на суконных фабриках, на полотняных — 52 р.: на шелковых фабр. ткачи получали от 55 до 120 р., на стеклянных мастер зарабатывал от 70 до 260 руб. В среднем мастер зарабатывал в год на П. фабриках около 95 руб., подмастерье — около 60 руб,, остальные рабочие — около 55 руб. Женский труд был обязателен, в большинстве случаев, на суконных и полотняных фабриках. Работали женщины также на бумажных и шелковых фабриках, причем разматыванием шелка они часто занимались не на фабрике, а дома. При задельной плате средний годовой заработок женщины составлял от 6 до 15 коп. в день; шпульницы на некоторых фабриках зарабатывали с небольшим 2 коп. в день. Детский труд применялся на 4 суконных фабриках в Воронежской губ.; на полотняных, бумажных, шелковых фабриках дети работали часто. На суконных фабр. дети зарабатывали от 15 до 30 р. в год, или от 4 до 12 к. в день; на полотняных, при задельной плате, от 4 до 19 р.; на писчебумажных фабриках — от 10 до 25 руб., а поденно от 3 до 8 коп. (четверть ржи в то время стоила, в среднем, 4 р. 50 коп.). Некоторые фабриканты, имевшие незначительное число крестьян, не платили им за работу, а давали им пищу и одежду и вносили за них подати. Подати иногда вносил за рабочих фабрикант и на тех фабриках, где рабочие получали плату; чаще всего это было на суконных фабриках. Кроме денежного жалованья рабочие на некоторых фабриках имели готовое помещение. Накануне 19 февр. 1861 г., по десятой ревизии, всех П. крестьян считалось около 186000 душ мужского пола; из них при горных заводах было около 163000 душ, а при различных фабриках — ок. 23000 душ. Цифры эти, впрочем, очень неточны. При издании Положения 19 февраля 1861 года были изданы "Дополнительные правила о приписанных к частным горным заводам людях ведомства министерства финансов" и затем "Дополнительные правила о крестьянах, отбывающих работы на помещичьих фабриках". Относительно первых см. Горнозаводские крестьяне; на последних, в отношении прав личных, имущественных и по состоянию, всецело распространено Положение 19 февраля; немедленно или по крайней мере не позже 2-х лет они должны были быть переведены на оброк, после чего их можно было употреблять на фабричные работы не иначе, как по вольному найму. Если фабричные крестьяне имели усадьбу, то вносили за нее оброк помещику; если у них были сенокосы, то последние оставались в их общем постоянном пользовании, а крестьяне должны были отбывать за них известные повинности в пользу владельца. На фабричных рабочих, не имевших ни усадеб, ни полевой и сенокосной земли, было распространено положение о дворовых. 27 мая 1863 г. были изданы "Правила о мерах к обеспечению фабричных людей, приписанных к владельческим фабрикам, и об освобождении владельцев П. фабрик от условий П. владения". По этим правилам всем без изъятия фабричным людям, приписанным к владельческим фабрикам как П., так и состоящим на праве полной собственности, предоставлялось, по увольнении из общества, приписываться к городам, с освобождением на 6 лет от всех казенных податей, городских и земских повинностей. От этих же платежей и повинностей были освобождены на 6 лет и те из фабричных людей, которые по уставным грамотам не получили пахотной земли, но остались на прежних местах; они облагались только 5-копеечным сбором в продовольственный капитал. Владельцы П. заводов, при которых были приписаны от казны крестьяне, были освобождены от условий П. владения. Владельцы, при фабриках и заводах которых была отведенная казной земля П. владения, делались собственниками этой земли, на следующих условиях: 1) они должны были предоставить крестьянам безвозмездно их усадьбы в собственность, а также пользование сенокосной землей там, где крестьяне ею пользовались до 27 мая 1863 года; но если бы безвозмездная уступка покосов была сопряжена со значительными потерями, мировым учреждениям предоставлялось определить, какую часть владелец должен уступить безвозмездно и за какую крестьяне обязаны были платить оброк. 2) Владельцы обязаны были наделить крестьян угодьями, когда представится к тому возможность, по количеству владеемой фабрикой земли. 3) Не имеющим пахотной земли крестьянам они должны были предоставить топливо, в первые три года бесплатно, а в последующие три — за половинную плату против установленной для той местности. На владельческих фабриках, состоящих на праве полной собственности, уступка усадеб и покосов в собственность крестьянам и временная льгота в плате за топливо производились не иначе, как с согласия владельца, а надел крестьян землей в постоянное пользование за повинности предоставлялся добровольному соглашению владельца с фабричными людьми. Если владелец фабрики захотел бы закрыть ее, то он обязан был за два месяца до закрытия уведомить о том мирового посредника и работавших на фабрике людей.

В отношении помещичьих крестьян можно выделить лишь небольшое количество указов, изданных правительством Павла. Среди них: указ 16 октября 1798 г. о непродаже малороссийских крестьян без земли, 16 февраля 1797 г. о непродаже дворовых людей и безземельных крестьян "с молотка или с подобного на сию продажу торга", об "изыскании с помещиков долгов казенных и частных" (указом 28 января 1798 г. постановлено: "оценивать их (крестьян) по работе и по тому доходу, каковой каждый из них чрез искусство, рукоделие и труды доставляется владельцу, брать их в казну, принимая оный процентом с капитала, который и засчитывать в казенный долг"); о передаче крестьян без раздробления семейства от 19 января 1800 г. Вот практически все, что было сделано правительством для помещичьих крестьян.
Отдельного разговора заслуживает манифест 5 апреля 1797 г., ставший первой попыткой законодательства встать между помещиком и крестьянином в отношении упорядочивания труда.
Манифест 5 апреля 1797 г. устанавливал норму барщины в размере трех дней. Указ был об'явлен в день коронации и, можно предположить, являлся простой милостью крестьянам, однако по своему значению его оценивают, как одно из главных преобразований всего Павловского времени. В манифесте две идеи: непринуждение крестьян к работам в воскресные дни и о трехдневной барщине. Что касается первого, то это не стало новым (еще в Уложении Алексея Михайловича воскресные работы запрещались). Интерес представляет часть манифеста о трехдневной барщине. До этого ни разу не было издано закона, который регулировал барщину. Впрочем, как отмечает Валишевский, законодатель не вполне ознакомился с многими различиями в значении и форме этой повинности в отдельных губерниях. В Малороссии помещики обыкновенно требовали лишь два дня в неделю барщины. Понятно, что они не замедлили воспользоваться новым законом, чтобы увеличить свои требования. Наоборот, в Великороссии, где барщина была почти ежедневной, помещики пожелали увидеть в том же самом тексте лишь указание, совет. И, действительно, употребленная форма допускала самые различные толкования. Нет категорического приказа, а высказано как бы пожелание: шесть дней, поровну разделяемые, " при добром распоряжении", "достаточны будут на удовлетворение хозяйственным надобностям". Не вызывает сомнения то, что сам Павел понимал манифест как закон, несмотря на это Сенат придерживался иного мнения. В обществе же, вообще, сложилось многостороннее понимание указа. Как бы ни понимать манифест, важно выяснить использовалось ли на практике правило о трехдневной барщине. Многочисленные свидетельства говорят о том, что указ не соблюдался. В том же 1797 г. крестьяне подавали императору жалобы, в которых сообщали, что они работают на помещика "ежедневно", доведены "до крайнейшего состояния тяжкими разного рода сборами", что помещик их "как загонит на барщину с понедельника, то до воскресенья самого и продержит" и т.д.

Село Речки, Белопольского района, Сумской области