Пуцыло Андрей Иванович

Из воспоминаний Потто В.А. о закавказском походе, опубликованных в 1860 г.
Служил, видимо во 2 эскадроне, командовал которым майор Пуцылло. Надо полагать тот самый - Онуфрий Иванович. Сражение, о котором речь ниже - 1854 год. Онуфрий Иванович родился в 1803 году, то есть ему в это время 51 год. В отставку ушел в 1858 году и в этом же году умер...

[q]

Сначала 2-й дивизион шел собранною рысью по следам батареи, которая, напрягая все усилия, уходила галопом и мало но малу начала догонять свою пехоту, стараясь проскакать в ее интервалы. Дивизион горячился; застоявшиеся кони сами рвались вперед; Офицеры то и дело просили позволения пуститься «марш-марш!» Но командир дивизиона, майор Пуцылло, не решаясь без приказания исполнить всеобщее желание, едва-едва мог удерживать порывы офицеров и солдат.
— Не горячись, не горячитесь, ребята, не суети лошадей! кричал он своим эскадронам.
Однакож, по его команде подняли в галоп; но в это самое время первый дивизион, получивший, как мы видели, особое приказание, начал свой заезд левым плечом. Об этом распоряжения ничего но было сообщено майору Пуцылло. Чрез густое облако пыли, 2-й дивизион увидел какую-то перемену фронта в своем полку, но не знал, в чем дело. К тому же, не получая ни от кого приказания, легко можно было предположить то, что команда или сигнал, поданные для всего полка, не были услышанны дивизионом за грохотом ружейной перестрелки; а потому майор Пуцылло скомандовал своему дивизиону "левое плечо!", согласно замеченной им перемене в 1-м дивизионе.
Эта неожиданная переменна направления не только спасла батарею, успевшую ускакать из виду, но — главное — позволила баталионам, ближайшим к центру позиции, отступить в порядке, и, вместо того, чтобы смять всю линию, нам пришлось ограничиться только уничтожением небольшой ее части.
Сделав заезд почти на четверть круга, дивизион очутился на фланге одной отступающей колонны, которая немедленно остановилась и повернулась лицом в нашу сторону. Закипела сильная ружейная перестрелка. Пули летали кругом эскадронов, не нанося, впрочем, чувствительного вреда нам. Люди незаметно прибавляли галоп, горячились, и наконец не было средства удерживать фронта. Тогда, по команде Пуцылло: «марш-марш!» дивизион пустился на неприятеля. Турки дрогнули на первых порах. Одни бросали оружие, другие напрасно думали сомкнуть разорванные ряды свои и теснились ближе [254] друг к другу. Врезавшиеся в середину их драгуны не давали опомниться ни на минуту. В тесноте, нашим людям гораздо удобнее было рубить с лошадей шашками, чем Туркам действовать штыками, и пехота скоро побежала. Тогда началось преследование. Неприятеля рубили, топтали конями. Потерявшиеся Турки почти не защищались, и только малая часть их продолжала на бегу отстреливаться и отбиваться штыками: остальные же, снимая амуницию и бросал ружья, поднимали кверху руки, громко просили о пощаде. Их оставляли в покое, и они спешили пробираться между нашими войсками, громко крича, что «они безоружные, что они пленные».
Результаты этого поражения были самые блестящие. Преследуя разбитый баталион, дивизион ворвался в самую середину пеприятельской линии и произвел такое смятение, что вся пехота, разбитая на голову, бежала, как говорится, без оглядки.
В числе трофеев, отбитых 2-м дивизионом, находилось два значка: один взят, при преследовании, поручиком Богдановым, другой, в самом пылу рукопаншего боя, рядовым 4-го эскадрона Сороколетом.
Потеря дивизиона, сравнительно, была незначительная. В 3-м эскадроне убит один рядовой; ранено нижних чинов трое; лошадей убитых не было, а ранено тоже три, в том числе и лошадь под эскадронным командиром, штабс-капитаном Яковлевым. Контужен один унтер-офицер. Потеря 4-го эскадрона, пред которым неприятель оказал гораздо большее сопротивление, была довольно чувствительная. По донесению эскадронного командира штабс-капитана Чутя, она заключалась в следующем: убито: один унтер-офицер и пять лошадей; ранено: нижних чинов 8; лошадей 8; контужены ядрами: один трубач в голову, вскоре умерший на перевязочном пункте, и две лошади.
Был уже в исходе одиннадцатый час. На левом фланге и в центре заметно умолкала артиллерия, и только изредка слышались ее отдаленные выстрелы. В это время прискакавший ординарец от генерала Багговута доложил князю Бебутову просьбу начальника кавалерии усилить войска правого фланга, так как он сам переходит в решительное наступление.
…
Ударили отбой, и вскоре по всей нашей линии загремели барабаны, передавая приказания главнокомандующего. Трубачи хором подхватывали в разных пунктах боевого поля; но трудно было удержать и собрать людей, в рассыпную преследовавших неприятеля. Несколько ординарцев проскакало мимо нас, спеша остановить бой. Наконец явился начальник кавалерии. «Соберите эскадроны!» громко закричал он нашим офицерам, попавшимся ему навстречу. Нужно было исполнить приказание. С недовольным видом покорялись солдаты печальной необходимости, оставляли преследование и возвращались в строй. Некоторые просились хоть немного еще погарцовать в виду неприятеля, но пехота наша уже давно остановилась и, составив ружья в козлы, отдыхала на поле. Очередь была за кавалериею.
Несмотря на все старания офицеров, собрался только один 2 дивизион. Эскадроны, пришедшие с подполковником Стрелецким, были еще далеко впереди. Послан приказание немедленно возвратиться и им, генерал Багговут подъехал ко 2 дивизиону, обнял майора Пуцылло и благодарил офицеров и солдат за храбрую службу.
— Ваше превосходительство, говорили офицеры, окружая начальника кавалерии: — позвольте преследовать дальше.
Кюрук-даринское сражение было кончено.

[/q]

Попался ценный источник информации - Списки избирателей по Чериковскому уезду, 1907 год.


Есть только один - Иван Григорьевич Пуцилло.

южа написал:

[q]

там есть ещё и Пуцилло Николай Евстафьевич

[/q]

Это городские списки. Мои, точно, по спискам землевладельцев могли проходить и, вероятнее всего, Доброе.

Часть фамильного древа Пуцылло
В красной рамке это то, что я достроила, то есть версия.

В Литовских метриках, в списке войска 1528 г.:

[q]

Подляшское воеводство
Земля Дрогиченская Парафия Бронская.
Село Кирсново возныхъ зе-мянъ.
Миско Есковичъ. Иванъ Дашковичъ. Остапь Есковичъ. || Еско Игнатовичъ об. (такъ) Путило. Васко Игнатовичъ. Олешко Игнатовичъ. Съ тыхъ 2 кони.

[/q]

Пока это самое раннее упоминание Путило. И это сыновья Игната - Еско, Васко и Олешко и сыновья Еско - Мишка и Остап.
В Литовской метрике, кн. 19, 1535-1537 г.г. Путило упоминается всвязи с демаркацией границ между имениями все того же Бельского повета:

[q]

ūroje dalyvavo ir Bielsko pavieto pakamaris Jonas Skvarka, vazniai Putilas ir Povilas, kurie turėjo sudarę atskirą ńių ribų aprańymą

[/q]

Позже упоминаний Путило в Подляшском воеводстве не нашла.
Однако Путило упоминается как родоночальник фамилии Кирсновский (Kiersnowski). Что интересно, в самом выводе фамилии Путило не упоминается. Однако связь этих двух фамилий имеет место и подтверждена документально. То есть до 1528 г. предки Кирсневких носили фамилию Путило, а позже род разделился на две ветви - собственно Путило и Путило-Кирсневских. Так видится.
Вот тут виден разрыв поколений между Еско Игнатовичем Путило и Клементием Путило Кирсневским.

Putyło: Еско Кгнатовичъ Путило 1528 RIB 33, 182; Clemens oll[im] Laurentii Putyło Kierznowski in Kierznowo h[ae]r[e]s 1604 L 812-1-8, k. 1 v.; Nobil[es] Siemion et Klym Putyłowie Kierznowscy 1618 M 1708-1-31, k. 615; N[obi]lis Clemens Putiło Kierzsnowski
[…] olim Benedicti 1630 M 1708-1-206, k. 121 v.; Petri Putyło Kierzsnowski 1630 M 1708-
1-206, k. 121 v.; N[obi]les […] Abrah[am]u[m] Putyło Kiersnowski 1639 M 1708-1-129,
k. 499; N[obi]lem Clementem olim Abrahamis Kierznowski Putyło 1643 M 1708-1-134,
k 150; n[obi]lem Petrum ol[im] Siemioni Putyło Kierznowski 1643 M 1708-1-134, k 232
v.; No[bi]lem Chwiedor ol[im] Stephani Putyło Kiersnowski 1649 M 1708-1-37, k. 1677;
Petri Putyło 1663 M 1708-1-43, k.169; N[obi]li Joannis olim Petri Putyło Kiersnowski
1668 M 1708-1-161, k. 600; olim Demiani Putyło Kierznowski 1674 M 1708-1-170, k. 52;
Slach[etny] Jan Kierznowski Putyło 1674 ASK I 70, 421

Надо сказать, что имена первых мстиславских Пуцыл мне показались не очень привычными для тех мест - Астап, Апанас.
А вот в работе "Исторические личные имена семьи Кирсновских из Подляского в XVI-XVII веках" имя Остап встречается часто.
https://www.researchgate.net/p...I_stuleciu
Не очень поняла, каким образом Керсновские обосновали свою связь с Путилами - Василем Игнатовичом и Олексием Игнатовичами и, главное, а куда, собственно, девались Пуцылы.
Любопытно еще и вот что - вывод Керсневских дается от той ветки, которая не собственно из Керснова, а пришла из-под Бреста.

[q]

Wywód szlachectwa Kiersnowskich, potwierdzający ich pochodzenie ze wsi Skoki
w powiecie brzeskim oraz przynależność do rodu herbowego Cholewów.
AN w Krakowie, ZZG 18 (Zbiór Zygmunta Glogera, sygn. 18), s. 97-99.
[s. 97] 1586 Anno in Bransko Curia Regali, Feria 6ta in wigilia Festi Sa Luciae
Kiersnowo Literae Testimonii
[s. 98] Szlachetni Mikołay Syn Nieboszczyka Wawrzyńca Bieniasz Łukasz Nieboszczyka Stefana Synowie, Iwan przeszłego Pawła z Kierznowa Powiatu tutecznego Bielskiego Dziedzice
zeznali y Protokuł swego Pokolenia y Szlachectwa powiedzieli, iż za Panowania Świętey Pamięci Krola Alexandra Przodkow ich Kiersnowskich, było trzey Braciey Rodzonych Ihnat, Jessyo Bohdan którzy mieli dwoie Imienie Oyczyste nierozdzielne Kiersnowo w Bielskim, a Skoki w Brzeskiem Powiecie leżące, Herbu Cholewicza, które Imiona potym miedzy sobą rozdzielili, to iest Kierznowo w Bielskiem Powiecie Ihnat i Jessiu, a Skoki, w Brzeskim Powiecie WoXaLo Bohdan, którego było przezwano Kłoywoda wzieli i czasy wiecznemi Między sobą Rozdzielili, który Bohdan tam Mieszkaiąc na Skokach w Xsięstwie Litewskim spłodził Syna Siemiona, a potym Siemion spłodził Synow Bohdana Fiedora, Piotra, Łukasza, z których Bohdan umarł, a iż ieden z tych Synow Siemionowych Szlachetny Fiedor Kierznowski, który tam na tym Imieniu Skokach po przodkach Swoich z wszą Bracią Mieszka, Brat tych Kiersnowskich z Dziada Praciada, z Oyca Herbu pomienionego, dla Ostrozności i pilnieyszey Opatrzności [s. 99] Spraw i rzeczy swych teraznieyszych i potem przypadłych i przyszłych, prosił, i używał ich wtem aby Oni z powinności swey Jego Szlachetnego Narodu być przyznali […] Którzy pod przysięgą zeznali, iż pomieniony Fiedor Kiersnowski z Skokow Syn Nieboszczyka Siemiona iest ich z wyżey mianowanych i napisanych Przodkow Brat Herbu pomienionego Cholewicza.

[/q]

Перевод:

[q]

Благородный Миколай сын покойного Вавринца (Лаврентия), Bienias и Łukasz сыновья покойного Стефана, Иван рожденный Павлом из Керснова Бельского повета засвидетельствовали, что во времена короля Александра Ягеллончика (1501-1506 г.г.) было три брата - Игнат, Еско и Богдан герба Холева, у которых от отца было два неразделимых имения: Кирснево в Бельском повете и Скоки в Брестском повете. Повятами герба Холевича. Позже братья разделили имения таким образом: Кирсново Бельского повета отошло Игнату и Еско, а Скоки в Бестском повете - Богдану. Богдан, живя в Скоках в княжестве Литовском спородил сына Симеона, а Симеон спородил сынов Богдана и Федора, Петра и Луку, из которых Богдан умер, а один из сыновей - благородный Федор. Кежновский продал свою часть имения и поменял герб предков Так вот этот Федор просил своих родственников, чтобы они признали его в своем роду. И они под присягой указали, что Федор Керсновский с Скоков это сын покойника Семена и является потомком упомянутых выше братьев, род которых относится к гербу Холева.

[/q]

[q]

Powyższy przekaz potwierdzają późniejsze o ponad dwie dekady dane rejestru pospolitego ruszenia szlachty WKL z 1528 roku, w którym wymienieni są: Jesko, Wasko i Oleszko, synowie Ihnata oraz Misko i Ostasz, synowie Jeska.

[/q]

https://www.researchgate.net/p...I_stuleciu

Так что вполне вероятно, что одна ветка из Керснева переместилась в другое воеводство и она как была Путило, так и сохранила свою фамилию . А ветка, о которой речь в выводе взяла фамилией придомок по месту доставшегося имения.
Вот и помещенного ниже отрывка можно сделать некоторые предположения:

[q]

Не всегда возможно восстановить происхождение и происхождение родов, расположенных в исследуемом районе. Это не так в данном конкретном случае. У нас есть копия документа 1586 года, которая проливает много света на эту проблему. В том же году Миколай, сын Лаврентия (Вавринца), Бенедикт и Лукаш, сыновья Стефана и Ивана, сын покойного Павла из Кирснова, появились в городе Бранске и показали, что они были родственниками Федора, который вместе со своими братьями унаследовал собственность Скоки, расположенную в Великом княжестве Литовском, неподалеку от Бреста. Сохранившаяся рукопись показывает, что предками вышеупомянутых дворян были три брата: Игнат, Есио и Богдан, которые во времена правления короля Александра Ягеллона, т. Е. До 1506 года, владели наследственной деревней Скоки в районе Бреста и деревней Керсново в районе Бельска. Из содержания
Можно также сделать вывод, что потомки Богдана поселились в первом городе, а наследники Игната и Йеша унаследовали последний.
Приведенное выше сообщение подтверждается данными более чем двух десятилетий спустя из регистра массового движения дворянства гдл от 1528 года, в котором перечислены: Йеско, Васко и Олешко, сыновья Игната, и Миско и Осташ, сыновья Есека.

[/q]

1. Керсневские появились в Керснево только в 1586 г., из Бреста, объявив себя потомками Игната и Ески, причем не прямыми, а через Федора потомка третьего брата Богдана из брестского повета.
2. В 1528 г. в Керснево есть два Игнатовича - Еско и Олехно, и они - Путилы, и вместе с еще одним братом за ними имение Керснево и Скоко под Брестом..
3. Получается, что между 1528 г. и 1586 г. сыновья Игната (Еско, Васко и Олешко) и Ески (Мишко и Остап) по какой-то причине покинули Керснево, раз свои права на эти имения заявили потомки третьего брата - из имения СКоки.
Массовое переселение шляхты, как видно из названия документа выше, как раз в эти времена было.
Так что упомянутый в списке переселившейся шляхты Остап Путило сын Еско, а это 1528 год, вполне мог быть тем самым Остапом , который в 1544 г. получил привилей на Доброе, Сохань и Хмелевщину под Мстиславлем.