Поташовы

Аверкиевы 17 век в Подвязье!!!

Следующий ценный источник, в котором даются сведения о жителях и владельцах Подвязья, – писцовая книга 1621–1623 гг. Дмитрия Лодыгина по Березопольскому и Стрелицкому станам Нижегородского уезда.
Согласно писцовым записям, село было разделено на два усада (т.е. на две усадьбы).
...
Вторая часть села была отдана происходившему из болховских дворян сыну курского воеводы стольнику Илье Данилову сыну Милославскому (1595–1668), дочь которого, Мария Ильинична, стала впоследствии первой женой царя Алексея Михайловича (другая дочь, Анна, была выдана замуж за воспитателя царя, боярина Б.И. Морозова). В платежной книге 1627 г. Подвязье в числе владений Милославского уже не числится.

https://m.vk.com/@selo_podvyaz...i-vladelcy

+ ЦАРСКИЙ СЛЕД В ИСТОРИИ ПОДВЯЗЬЯ 👑

Вместе с Александром Сорокиным продолжаем погружение в историю Подвязья, а вместе с этим и в историю России.
И как нельзя, кстати, сегодня звучит крылатая реплика из известного киношедевра: «Черт пoбери! У нас в руках был сам Милoславский!». Почему теперь она вызывает у нас стойкие ассоциации? Рассказываем!

В истории Подвязья есть любопытный эпизод, ранее нам не известный и связанный с кратковременным пребыванием села в собственности рода Милославских, яркой звездой взошедшего на политический небосклон Русского государства в XVII веке (и, впрочем, также быстро закатившегося).
Судьбе было угодно так распорядиться, что дочь одного из Милославских, владевших Подвязьем, стала женой царя Алексея Михайловича и матерью будущих российских правителей.

Но начнем по порядку. По данным писцовой книги 1621–1623 гг. Дмитрия Лодыгина по Березопольскому и Стрелицкому станам Нижегородского уезда, село Подвязье в этот период было разделено на два усада (т.е. на две усадьбы).

Первая часть принадлежала вдове упомянутого нами в предыдущей статье воеводы Владимира Владимировича Оничкова (Аничкова) Домне (с 1620 г., по жалованной грамоте царя Михаила Федоровича).

Вторая же часть села была отдана происходившему из болховских дворян сыну курского воеводы стольнику Илье Данилову сыну Милославскому (1595–1668).
Его отец, воевода Данил Иванович (ум. 1640), к тому времени владел землями в Москве, Рузе, Звенигороде, Лухе, Болхове, а также в Нижегородском уезде (в последнем владения были скромны – 4 крестьянских и 1 бобыльский двор).

Сам же Илья Данилович выдвинулся при первых царях из династии Романовых, Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче. Его карьера в дальнейшем развивалась в основном на дипломатическом поприще: в 1640-х годах он участвовал в посольствах в Османскую империю и Голландию, а уже в 1660-х годах стал возглавлять Иноземный приказ, который ведал вопросами службы иноземцев в России.

Дочь Ильи Даниловича Мария (1 (11) апреля 1625 – 3 (13) марта 1669) в январе 1648 года стала первой женой царя Алексея Михайловича. Она родила ему больше десяти детей, в том числе будущего царя Ивана V и правившую при нем и Петре I в качестве регентши царевну Софью.

👆🏻 Кстати, взявшись сегодня за публикацию мы поняли, что она была рождена 1 апреля, хоть и по старому стилю, так что вновь статья выходит с поводом!

Через несколько дней после царской свадьбы другая дочь, Анна, была выдана замуж за воспитателя царя, боярина Бориса Ивановича Морозова. Эти браки обеспечили возвышение рода Милославских, ставшего уже боярским.
К тому же родственники Ильи Даниловича тоже находились на первых ролях в государственном аппарате, возглавляя Земский и Пушкарский приказы. Другие дочери Милославского также были удачно выданы замуж: Ирина вышла за Дмитрия Алексеевича Долгорукова, а Екатерина – за князя Федора Львовича Волконского.

Вместе с тем царь не особо жаловал своего тестя, виной чему были классические пороки быстро возвысившегося рода – мздоимство и стяжательство. Разразившийся в Москве в год царской свадьбы Соляной бунт острие своего недовольства направил на целый ряд влиятельных бояр, включая Милославских.
Против них же был направлен в 1662 году и еще один крупнейший бунт, Медный, вызванный неудачной заменой серебряной монеты на медную. В многочисленных грамотках, ходивших по Москве и составленных бунтовщиками, Илья Данилович и другие его родственники, назывались изменниками.

Впрочем, сам Милославский к тому периоду большую часть времени проводил на очередной русско-польской войне, длившейся целых 13 лет (1654–1667 гг.). Скончался он в почтенном возрасте 72 лет. Царица Мария пережила отца на год.
Настоящим памятником пребывания Милославских у власти является Потешный дворец, выстроенный для них в качестве жилых палат на территории Московского Кремля в 1651 году.

В истории же Подвязья они оставили краткий след в виде нескольких строчек записи о пожаловании, ибо в платежной книге 1627 г. село в числе владений Милославского уже не числится.
https://vk.com/wall-59276051_7189

1. В благодарность за спасение Москвы от кровавого нашествия митрополит Иона основал в Успенском соборе новый придел — во имя Похвалы Богородицы, в воспоминание татарской «похвальбы» («тоа ради похвалы»), низвергнутой Богоматерью.
Когда в 1470-х годах Аристотель Фиораванти выстроил новый Успенский собор, все приделы были перенесены в алтарь: в северной части освятили Петроверигский придел, в южной — Похвальский и Дмитровский. Каждый придел заимел свое назначение. В Петроверигском приделе молились покоившемуся в нем святителю Петру Московскому и присягали перед его гробом на верность государю. В Дмитровском приделе цари переоблачались во время венчания на престол. А Похвальский придел был отдан духовенству — в нем избирали кандидатов на митрополичий, а потом и патриарший престол. И молились о спасении всякий раз, когда Москве угрожала новая беда.
Летом 1521 года на Москву напал крымский хан Мехмет-Гирей. Ростовский архиепископ Иоанн взял у митрополита благословение на подвиг молитвы за Отечество, и, затворившись в Похвальском приделе, день и ночь молился Богоматери. Много грозных знамений и чудесных видений, свидетельствующих о ее особенном покровительстве Москве, было ниспослано в те дни. У ворот Успенского собора молился и святой Василий Блаженный. Он вдруг увидел, как двери храма отворились, и от Владимирской иконы исшел глас: «За грехи людей, я повелением Сына своего с русскими чудотворцами покину этот город». И Владимирская икона сошла с места, а храм исполнился огнем. В тот момент святому юродивому было дано откровение, что Господь помилует Москву лишь по молитвам Царицы Небесной. В то же самое время слепая инокиня Вознесенского монастыря чудесно увидела, как из Спасских ворот под колокольный звон вышли московские святители Петр, Алексий, Иона и св.Леонтий Ростовский с Владимирским образом Богоматери. Навстречу им шли преподобный Сергий Радонежский с Варлаамом Хутынским, прося не покидать града. Вместе они вознесли молитву перед Владимирской иконой, и шествие вернулось в Успенский собор. В тот самый час враг отступил от Москвы — татарские воины, впав в неописуемый ужас, бежали прочь. И снова явленное чудо напомнило о празднике Похвалы Богородицы.

В Похвальском приделе Успенского собора совершалось главнейшее для Русской Церкви торжество — избрание русских митрополитов. Там же избранника нарекали митрополитом, а на другой день поставляли его в чин митрополита в Успенском соборе. В 1589 году в Похвальском приделе состоялось заседание высшего русского и греческого духовенства для избрания первого русского патриарха Иова. Там же состоялось наречение патриархов Гермогена и Филарета. Во время поставления все они переоблачались в Похвальском приделе, наподобие того, как цари переоблачались в Дмитровском приделе, когда венчались на престол. А во второй половине XVII века в целях устройства ризницы Похвальский придел перенесли на самый верх, в юго-восточную главу Успенского собора, провели к нему узкую винтовую лестницу из алтаря и служили там раз в год на престольный праздник, поскольку помещение придела стало крохотным. Но в середине XVII века в Кремле уже существовала отдельная церковь во имя Похвалы Богородицы.

Многие москвичи удивляются — откуда взялась новенькая пряничная церковь, возвышающаяся за Кремлевской стеной со стороны Моховой? Это восстановлена старинная домовая церковь Потешного дворца — бывшего владения Ильи Даниловича Милославского и единственного уцелевшего в Кремле боярского двора. Царь Алексей Михайлович женился на его дочери в январе 1648 года и через неделю пожаловал вместе с боярским чином владение в Кремле, подле дворца. Тот превратил свой двор в роскошные палаты, наподобие государевых теремов, как и подобало царскому тестю. В 1652 году в них была устроена великолепная домовая церковь о трех главах, освященная во имя Похвалы Богородицы — вероятно, так боярин благодарил Царицу Небесную за ниспосланную ему милость, — с приделами Алексея, человека Божия и Марии Египетской, по именинам царственных супругов. Ради соблюдения канонов алтарь был на особых кронштейнах вынесен на воздух, чтобы он не находился над жилыми покоями, а маленькую колокольню поставили на западной стороне. Ярославские мастера написали для этой церкви храмовый образ Похвалы Богородицы, который ныне экспонируется в соборе Двенадцати апостолов.

Церковь увенчала настоящее чудо: невероятной красоты палаты были символом допетровской Москвы. Их «потаенным» прообразом считают Теремной дворец, который тщеславный боярин принял за образец для подражания. Дом Милославского называют и первым частным «небоскребом» средневековой Москвы, и вторым гражданским после Теремного двора — тот был в пять этажей, а палаты Милославского — в четыре. С дорогим висячим садом, с белокаменными наличниками, украшенными резьбой с изображением фантастических животных. На фронтоне красовались лев и единорог — символы царской власти, что означало принадлежность хозяина дома к царской семье. Даже парадный въезд украшали Львиные ворота. Палаты действительно превосходил лишь царский Теремной дворец.

В 1668 году Илья Данилович Милославский мирно скончался «первейшим боярином», но отпевали его не в домовой церкви Похвалы, а в Богоявленской церкви Троицкого подворья в Кремле, стоявшей на месте хрущевского дворца съездов. На следующий год умерла царица Мария Ильинична, и царь женился на Наталье Нарышкиной. Палаты Милославского перешли казне и стали кремлевским потешным театром, отчего дом именовался Потешным дворцом. Теперь его домовая церковь неуместно соседствовала с «потешной залой», хотя благочестивый Алексей и облагородил представления — вместо скоморошьих «смехотворных хитростей» стали представлять мистерии на ветхозаветные темы. Очень скоро храм избавился от неприятного соседства и вернулся к своему прямому назначению.

В 1676 году Алексей Михайлович умер. Потешный дворец стал просто новым теремом, так как царская семья осталась весьма многочисленной. К тому же враждовавшие Милославские и Нарышкины разделились домами. В Потешном дворце, который соединили каменным переходом с царским теремом, обосновалась девичья половина Кремля — царевны, родные сестры Петра I. Для них и была обновлена домовая церковь Похвалы. Потехи же во дворце остались. Царевна Софья, весьма склонная к театральным драмам, сама сочиняла пьесы и сама играла в них роли — в труппе, собранной наспех из придворных. А младшая Наталья Алексеевна ставила политические спектакли по поводу стрелецкого бунта, где в аллегориях демонстрировалась «неудачность восстаний и всегда несчастный их конец».

После переноса столицы в Петербург Потешный дворец оставался единственным комфортным пристанищем в Кремле, поскольку царевны сохранили в нем дух жизни. На коронации здесь остановилась Анна Иоанновна, а в 1735 году повелела перенести в Потешный дворец трофеи Северной войны, где через два года они погибли в страшном пожаре, погубившем и кремлевский Царь-колокол. Серьезно пострадала тогда и церковь Похвалы, ее пришлось заново обновлять. Во времена Екатерины II дворец утратил свое назначение. В нем жил архитектор В.И.Баженов, когда работал над возведением в Кремле Большого императорского дворца, по счастью, неудавшимся. Домовая церковь уже была ни к чему.

В начале XIX века в Потешном дворце расположилась комендатура Кремля, «переименовавшая» ближайшую Колымажную башню в Комендантскую. Архитектор И.В.Еготов перестроил дворец под новые нужды. В 1806 (или 1809) году домовый храм упразднили и разобрали главы с алтарем. Над бывшей трапезной сохранилась башенка, на которой устроили дозорную вышку. О церкви Похвалы Богородицы забыли на два столетия. Зато в наше время она стала первым храмом в Кремле, восстановленным после революции. Это необыкновенно символично, тем более что участь остальных разрушенных кремлевских сокровищ надежды не вселяет. Вряд ли могут быть восстановлены Чудова обитель и тем более Вознесенский монастырь, застроенный сталинской коробкой, уродливо стилизованной под классицизм. Место же Спаса на Бору осталось нетронутым — во внутреннем дворе Большого Кремлевского дворца, что исключает возможность его восстановления. Благовещенская и Константино-Еленинская церкви находились в Тайницком саду, куда доступ строго-настрого запрещен. Никола Гостунский в Успенской звоннице рядом с Иваном Великим тоже не дождется ни духовенства, ни тем более паствы. Как и Предтеченская церковь (первая церковь Москвы), в XIX веке освященная в Боровицкой башне. Таким образом, церковь Похвалы — и первая, и единственная из утраченных храмов Кремля.

2. За кремлевскими стенами тоже были храмы, посвященные празднику Похвалы Богородицы. Один до конца XVIII века находился в древнем Новинском монастыре на Смоленке, упраздненным при Екатерине II. Другой, «что в Башмачках», стоял на Волхонке (подле храма Христа Спасителя) с незапамятных времен. Деревянный храм во имя Похвалы Пресвятой Богородицы на этом месте упоминается в 1475 году, когда и Алексеевского монастыря здесь еще не было. В самом конце XVII столетия думный дворянин Дементий Башмаков построил новый каменный храм — высокий, пятиглавый, с шестиярусным иконостасом, и оставил ему сугубо московское прозвище «в Башмачках».

Похвала Богоматери.
Фреска Похвальского придела.
Конец XV - начало XVI в.
Возможно, они были выполнены самим Дионисием.
Фрески храма, исследователи датируют по разному - от 1480 до 1515 года , и полагают, что они были созданы артелью мастеров во главе с прославленным Дионисием вскоре после освящения нового храма в 1481 году.
(Сегодня фрески алтарных помещений собора скрыты за иконостасом, и, к сожалению, недоступны для осмотра посетителями.)
Фрески Похвальского придела были освобождены от покрывавшей их штукатурки реставратором Е. И. Брягиным в 1913 году. Сохранность фресок довольно хорошая (имеются утраты из-за механических повреждений и потертостей верхнего красочного слоя).

Поклонение волхвов является верхней частью композиции Собор пресвятой Богородицы, нижняя часть которой утрачена. Этот сюжет получает распространение с XIV века. В целом композиция иллюстрирует церковную песнь, поющуюся в праздник Рождества и прославляющую Богоматерь с младенцем.

Нижегородская область Богородский район