Полетаев

Брусяна (Козьмодемьянское)
Старинное русское село возникло в первой половине XVII века в результате вольной крестьянской колонизации по инициативе самарских землевладельцев «служилых людей по отечеству». Исторические названия: Брусяна, Козьмодемьянское, Брусьяна.

https://forum.vgd.ru/1696/71692/0.htm?a=stdforum_view&o=

https://aldebaran.ru/author/ch...4932738764

ГЛАВА 3
РАСКОПАННЫЕ ИСТОКИ
В начале моего исследования я вынужденно повторил путь, пройденный специалистами иркутского архива для составления в 2012 году справки о Черепановых.

В поиске семей, в которых были Василий и Георгий Матвеевичи Черепановы, в разделе «Деревни Куртухайской крестьяне и их семейства» исповедной росписи Верхоленского Воскресенского собора Иркутской епархии за 1916 год15, обнаружились упоминания о четырех Георгиях Черепановых. Один из них носил отчество Илларионов и был возрастом четырех лет; второй – Даниилов – пяти, третий – Петров – пятидесяти семи лет. Четвертый же – Георгий, шестнадцати лет (около 1900 года рождения, как и мой дед), был приведен без отчества, но с пометкой, что он – брат главы дома Василия Матвеева Черепанова, двадцати четырех лет. Здесь же вписана шестилетняя Капитолина, и это имя мне известно по рассказам моей тети Риммы Георгиевны Михеевой как имя сестры моего деда. Других Капитолин в деревне не было. То, что именно этот Георгий – мой дед, никаких сомнений не возникло.

В разделе «Крестьяне Кортухайского селения» более раннего документа – исповедной росписи Верхоленской Воскресенской церкви за 1872 год16 – надо было искать уже Матвея – моего прадеда. Там приведены только два Матвея Черепанова. Первый из них с отчеством Илларионов в возрасте тридцати одного года, и он вряд ли мог к 1900 году, к тому времени в свои почти шестьдесят лет, стать отцом моего деда и, тем более, к 1910 году, примерно в семьдесят, – отцом его сестры Капитолины. Второй – Матвей, трех лет, указан как сын Данилы Васильева Черепанова, имеющего возраст тридцати пяти лет (около 1837 года рождения), и Евдокии Васильевой, тридцати четырех. Значит, наиболее вероятно, что они и есть мои дважды прадед и прабабушка, а имя моего трижды прадеда – Василий. И, действительно, в последующем метрическими записями подтвердится, что Георгий и Капитолина рождены от Матвея с отчеством Даниилов.

В разделе о крестьянах Кутурхайской деревни самой древней из сохранившихся исповедных росписей Верхоленской Воскресенской церкви – за 1843 год17 – говорится только о двух Василиях Черепановых. Один – с отчеством Яковлев, восемнадцати лет, – в силу своего возраста не мог иметь сына, рожденного в 1830-х годах, да и такой сын в росписи его семьи должен бы тогда значиться, но не значился. В списке же семьи другого Василия с вполне подходящим для такого рождения возрастом двадцати девяти лет и его жены Анисии перечислен сын Даниил, семи лет. Других Даниилов или Данилов в деревне нет. Понятно, что именно эти Василий и Анисия – мои трижды прадед и прабабушка.

По росписи, вся семья Василия жила в доме во главе с Николаем Черепановым, пятидесяти четырех лет (около 1789 года рождения). Здесь же перечислены вторая жена главы дома Анастасия и четыре ребенка Николая от первого брака – Николай, Анна, Марфа и Елена[48]. Из позднее же изученных метрических записей о рождении детей от кутурхайского крестьянина Василия Черепанова видно, что его отчество – Николаев. Да и, как я уже отмечал, мое пришедшее с наработанным опытом понимание порядка составления исповедных книг позволило увериться, что проживание в одном доме двух и более семей без уточнения, кем являлись главе этого дома младшие по возрасту члены другой или других семей, предполагало их родство как отцов и сыновей. Неопределенности не осталось: Николай был моим четырежды прадедом.

Такой путь к познанию имен моих предков по мужской линии вплоть до четырежды прадеда, или по шестое поколение передо мной, при счастливом наличии исповедных росписей, занял у меня от силы пару часов. Но вот исследование на большую глубину оказалось принципиально более затрудненным сразу по нескольким объективным причинам.

Во-первых, в Государственном архиве Иркутской области не удалось найти исповедные росписи Верхоленской Воскресенской церкви ранее 1843 года. Не обнаружено ни одной ее метрической книги до 1773 года, а также ряда книг за период с 1773 по 1843 год: их нет за 1779, 1782, 1796, 1799, 1802 и 1808 годы.

.