Останины

Интересная семейная легенда существует у удмуртских Останиных. Один из вариантов этой легенды записан местным краеведом Иваном Рябовым. По этой легенде предок рода был в 16-м веке холопом Шереметьевых, после церковных реформ Никона оказался на Соловецких островах. Со временем потомки перебрались в башкирские леса, где занимались бортничеством и охотой. Во время Пугачевского бунта принимали в нем активное участие, вследствие чего им пришлось скрываться на севере Казанской губернии у удмуртов. В начале 19-го века из деревни Выползово Глазовского уезда три брата Останиных Яков, Григорий и Иван переселились на территорию современного Сюмсинского района. Яков поселился в Безменшуре, а Григорий и Иван в Бухарцах. От этих трех братьев и пошли все удмуртские Останины. В другом варианте легенды говорилось, что ранее предки жили в районе Киева.
Эта легенда заинтересовала меня поскольку мои предки из Унинского района, где и находится деревня Выползово, а практически все Останины из Унинского района и восточной части Богородского родственники. Кроме того, в легенде показан несколько другой путь попадания Останиных на Вятку, не с севера со стороны дороги в Сибирь, которая проходила по северу губернии, а с юга со стороны Арской дороги, которая стала частью Сибирского тракта в более поздние времена. Южная вятская, по сути казанская ветвь Останиных появилась в самом начале 18-го века. Не смотря на то, что в Казанской губернии зачастую не писали фамилии, эту ветвь удалось проследить, в основном стараниями Павла Зелюкова , до трех братьев основателей - Лукиных (Лукояновых), которые не позднее 1710 года, поселились в починке Останином над речкой Лобанью ( по другим данным над Яндыком). Довольно скоро, старший брат Михаил Лукин с многочисленным семейством переселился в Малый Полом ( деревня Кутели), средний брат Федор Лукин в починок Над ключом (Тумановский), а потомство младшего брата Ивана Лукина оказалось самое многочисленное и расселилось из починка над Черной Лобанью в починки Малые Коряки, Токарев и Матвея Кирилова. Мои предки Останины из деревни Кулябинской пошли от правнука Федора Лукина- Дементия Ерофеева, который женился на дочери Семена Кулябина в 1801 году и переехал из починка Свиной мыс (Мокинский) в деревню Кулябинскую к тестю, поскольку у последнего не было сыновей.
Интересно отметить частичное совпадение легенды с реальной генеалогией Останиных-Лукиных, если заменить имена двух братьев. Действительно, Останины в Казанской губернии проживали только под Уфой. Вероятнее всего, именно из под Уфы и появились Останины-Лукины. Не совпадает только время. Но и в 1702-1708 годах башкиры также бунтовали протестуя против наложенной Петром на них данью лошадьми. Также возможно верна легенда и предки удмуртских Останиных укрывались у родственников, поселившихся на севере Казанской губернии в более раннее время. По крайней мере, никаких братьев Останиных в деревне Выползово Глазовского уезда в начале 19-го века никакими переписями не было зафиксировано. Но это слабый довод, поскольку раскольники страшно не любили переписи. Так сведения о моих предках остались только в исповедных росписях, и ни одной записи в метрических книгах.
В любом случае, окончательное решение вопроса возможно только на основе генетических исследований. Если ориентироваться на мой гаплотип BigY 700, то у Останиных- Лукиных была следующая цепочка SNP-маркеров R1a Z92>Y4459>...>YP575>Y5570>...>YP1261>Y134075>FTB46582. По генетической истории маркер Z92 принадлежал к так называемым днепровским балтам, которых Геродот называл то нервами, то борисфенитами. Иногда их называют балто-славянами, в том смысле, что они равноудалены как от балтов, так и от славян, хотя и выделились из общего народа предка Z180, которого Иордан назвал венетами, ранее обоих. Около 575 года до н.э. по Геродоту часть нервов под давлением неких змей перешла Днепр и поселилась среди Будинов. Этому времени соответствует разделение ветви Y575 на две большие ветви, отмеченными снипами Y5570 и Y11288. В дальнейшем днепровские балты полностью ассимилированы славянами. Их доля. (Z92) составляет среди восточных славян около 10%. Два последних SNP-маркера в моем гаплотипе имеют возраст менее полторы тысячи лет, а поскольку шесть известных мне людей, обладающих этими маркерами, никак не связаны с югом (Санкт-Петербург, Московская область, Сибирь), можно заключить, что представители этих ветвей мигрировали на север в составе славянского племени кривичей. До появления фамилий в гаплотипе не хватает маркеров еще примерно на тысячу лет, но для определения родства различных родов Останиных гаплотип вполне годится.
Генетическая история предполагает еще одно следствие. Поскольку кривичи ассимилировали днепровских балтов достаточно поздно (в I-V веках н.э.), они кроме славянских сохранили достаточно много дославянских имен. К этим именам по всей видимости относится имя Остан, которое имело распространение именно среди кривичей. Предложенное происхождение имени от Остафия через имя Остап ( Унбегаун) легко критикуется, но и славянским это имя возможно назвать с большой натяжкой. В то же время имя Остан имело хождение среди ираноязычных народов с древнейших времен, а невры, особенно те, что проживали среди Будинов и в Гелоне были ираноязычными.

Общая тема