Левковские

Изучение вышеприведённых документов наводит меня на следующие мысли:

1. Солтаны Логойские и Солтаны Велавские могут иметь общие татарские корни.
2. И те и другие издавна враждовали с капитулой и бискупством виленским (есть документы об этом в Т. 20 Исторической библиотеки)
3. Солтаны Велавские (они же Стецкие Шишкины), очевидно в родстве с Булгаками Велавскими (не случайно оказался Пётр Солтан Левковский в Левковичах. который может быть не из Булгаков, а из Солтанов).
4. Булгаки Велавские очевидно в родстве с Булгаками Лисичами (Яцко Гриневич Лисич в Геевичах), которые очень близко стояли к Глинским (родство не доказано, а лишь участие в заговоре Глинских) и владели соседними землями в Киевщине на реке Красной, а также служили в Путивле и Киеве.
5. Можаровские могут быть близки по родству с Булгаками Велавскими, как выходцы из золотоордынского города Маджары (Можары) после поражения Мамая.
6. Солтаны Велавские были очевидно породнены с Можаровичами (Гарило Можарович и Анна Солтан), что и стало причиной многовековой борьбы с Виленским капитулом, поскольку начало этой борьбы - это борьба Солтанов Логойских с канониками виленскими.
7. Солтаны прекрасно владели всеми фактами по Чарторыйским, поскольку служили им и знали документы, что и позволило Можаровским продолжить борьбу с виленским капитулом, причина которой крылась не в Можаровских, а в Солтанах, которые считали несправедливыми захваты капитулой их земель в Логойске, а также в Убортской волости, прилегающей к Велавским землям.
8. Таким образом, ненасытный апетит капитулы приводил к тому, что документ - Выпис из книг замку гродского Киевского от 10 июня 1576 года, фактически подделан как бы с "благородной" целью - не дать капитуле земель Стодолицких и Липлянских, которые Солтаны считали своими отчинами выслужеными, а Можаровские-Невмержицкие пошли на беспрецендентный шаг, добиваясь признания княжеского титула, поскольку не видели другого выхода в борьбе с "сильными мира сего". Не случайно, в этой борьбе их поддержали и Левковские.
9. Тем не менее, Можаровские, естественно никакими князьями Можайскими не были, равно как и Невмержицкие и Левковские. Ясно лишь то, что все они были знатного рода, по всей видимости, близкого к княжескому титулу, прибывшего с Мансур Киятом, и потеряли всё в одночасье после поражения восстания Глинских. Хотя Булгаки, эмигрировавшие раньше в другие земли (Белорусь) остались влиятельными феодалами (смотрите Бонецкого). (Кстати, в советской историографии Невмержицкие назывались средними феодалами при описании раздела 1552 года).
10. Бояре Левковичи из материалов Метрики не принадлежат к нашему роду, а отсюда Гербовник Урусского, возможно, лукавит.

Вообще то ЦГИАК это и есть бывший Центральный архив при университете святого Владимира плюс Центральний архив революциив Харкове и Киевский областной исторический архив., так что всё равно нужно искать в историческом архиве. В начале 20 века архив перевозился в Саратов, что-то могло потеряться плюс война...

Попробуйте так, ЦГИАК Киевский гродский суд, актовая книга записовая 1713 года ф.2 оп.1, дело № (неизвестно), но есть старая сигнатура - Книга Киевская гродская записовая и поточная 1713 года №30, Лист 174. Акцентируйте, Киевский гродский суд, актовая книга записовая 1713 года.

Именно этот архив может дать нам ответы на многие вопросы (я считаю что там много документов нам неизвестных). Только вопрос кто этим должен заниматься? Можно взять любую книгу за любой год (судебную) и что-то интересное будет по нашим родам.

Каменец был один, по-видимому Семён умер раньше Авдотьи и это вносит некую путаницу (её земли доживотные как бы унаследованы, а она ещё жива до 1528 года).

Да, ещё одно, Сурины также явно татарского происхождения (об этом есть в "зродлах"), а также Богдана Суриновна выходит жена Солтана и соответственно тётка Солтановичей. Ну, а Солтан Стецкович и Стась Сурин так везде упоминаются рядом (указано что и жили вместе в Киеве при воеводе Пронском) как братья, думаю двоюродные-троюродные.

Нужно было искать в книге судовой за 1713 год.

Трудно определить чьи это больше традиции (обязательное ношение намитки-платка) : мусульманские или христианские. Возможно и христианские, непонятно лишь почему так РЕВНОСТНО шляхта наша к этому относилась.

Что можно рассказать о христианской традиции? Хорошо известно, что католические монахини покрывают свою голову платком уже на протяжении сотен лет, но это ещё не всё. Христианский апостол Павел в Новом Завете сделал несколько интересных замечаний о ношении платка женщинами:

«Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава – муж, а Христосу глава – Бог. Всякий муж, молящийся или пророчествующий с покрытою головою, постыжает свою голову. И всякая жена, молящаяся или пророчествующая с открытою головою, постыжает свою голову, ибо это то же, как если бы она была обритая. Ибо если жена не хочет покрываться, то пусть и стрижётся; а если жене стыдно быть остриженной или обритой, пусть покрывается. Итак муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия; а жена есть слава мужа. Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа. Посему жена и должна иметь на голове своей знак власти над нею, для ангелов» (1 Коринф. 11:3-10).

Аргументация христианского апостола Павла в доказательство необходимости ношения платка женщинами заключается в том, что платок символизирует знак власти мужчины, который является образом и славой Бога над женщиной, которая была создана из и для мужчины.

Из вышесказанного следует, что ношение головного убора женщиной не является признаком исключительно мусульманского вероисповедания. Однако Ислам вменил это ей в обязанность. Коран предписывает верующим мужчинам и женщинам опускать взоры земле и хранить скромность. Священный Коран вменяет верующим женщинам в обязанность закрывать голову, шею и грудь:

«Скажи верующим, чтобы они потупляли свои взоры; хранили бы себя от чувственных пожеланий: в этом для них наибольшая чистота. Бог ведает их дела. Скажи также и верующим женщинам, чтобы они потупляли свои взоры; хранили бы себя от половых пожеланий; показывали бы только те из своих нарядов, которые наружу, накладывали себе на грудь покрывала …» (Коран 24:30, 31).

Священный Коран разъясняет, что платок – это неотъемлемая часть благопристойности:

«Пророк! Скажи супругам твоим, дочерям твоим, жёнам верующих: плотнее опускали бы они на себя покрывала свои: при таком опускании они не будут узнаваемы, и потому не будут оскорбляемы. Бог – прощающий, милосерд» (Коран 33:59).

Вот как выглядела намитка 19 век по Фундуклею: http://books.google.com.ua/boo...mp;f=false

Выпис из подтверждения Владислава (Ягайла), короля Польши, и наивысшего господаря Краковской, Сандомирской, Серадского, Ленчыцкой, Куявской и Литовской земель, паном и наследник Померании и Руси дара, сделанного великим князем Литвы Витовтом в пользу виленского епископа и его капитула, а также обмен дедичных имуществ между князем и упомянутым епископом и капитул (на епископскую мельницу, расположенную в Вильнюсе, и на уделы Уборть, Гумен, Любар, Милейкава, Блюша, Волошин, Стажыны - епископские поместья и Каменец - удел капитула) от 21 октября 1430 (Kodeks Dyplomatyczny Katedry i Diecezji Wileńskiej. T. 1. Kraków, 1948. S. 136–139. N 110.)



... Поэтому мы, удовлетворяя их справедливые и резонные просьбы, подтверждаем, ратифицируем, воссоздают и одобряем эти пожалования, имущества и дедицтвы, и прежде всего мельницу в городе Вильнюсском, расположенную на реке Вильнюс около русинского монастыря, затем уделов Уборть, Гумен и Каменец с их правами , владениями, собственностью, городами, селами, имуществом, пожалованиями, поборами, сборами и всеми пользами; а также владение деревнями, которое следует из обмена, например в. Любар на Ярыничы, Милейкава с налогами, выплатами и доходами, д.. Блюша также с обмена за Вахотницу, деревни Волошин и Стажыны, которыми некогда вместо Трэбина владел Кучук, а также другие все и отдельные имения, дедицтвы и владения, упомянутые участия и села, которые держать в настоящее время и при благоприятных обстоятельствах будут держать в будущем упомянутый Вильнюсский костел , епископ, капитул и служители, так как они определены и разграничены в своих границах и границах долготы, ушырыню и по периметру, со всеми и раздельными пользами, удобствами, выплатами, доходами, сборами, полями, лугами, выгонами, пастбищами, лесами, борами , дубравами, подлесками, борти, охоты, прудами, озерами, болотами, ручьями, водами и водотоками, Рыбников, рыболовными местами, мельницами и их зданиями, оброчных сборами, налогами, поборами, выплатами, правами, обычаями, владениями, собственность, работами, подвозом, подводами, стациями и любыми другими сборами, которые обычно отдаются, вносятся и выплачиваются на землях Литвы и от которых мы навечно освобождаем господина епископа, капитул, костел и слуг ...

Дано в Тракай, в день одиннадцати тысяч Дев, в год Господень тысяча четыреста тридцатый. В присутствии мужественных и вельможных Георгия, или иначе Гедыговда Виленского и Иоанна, или иначе Явнуша Троцкого воевод, Румбольта маршалка земли Литовской, Гаштавта и Добки с Алешницы Войницкага маршалка и свидетелей от Польши.

Документ на пергаменте в оригинале со знаком шелкового шнура гранатового с кармазиновым цветами от бывшей печате был восстановлен в 1773 г. в Вильнюсе. Источник.: Kurczewski J. Koscioł zamkowy czyli katedra wileńska. Cz. 2. Wilno, 1910.

См. такжеhttps://forum.vgd.ru/1231/1829...iew&o=

Восстание на Каменщине
(по материалам советских историков Мелешко Василий Иванович, Александр Петрович Игнатенко, Лойко Павел Олегович)

см. также Битва под Словечной. Гобелен. https://forum.vgd.ru/1231/1829...iew&o=

По мнению Мелешко, первые сведения о бунте Каменецких крестьян датируются 1538 годом, когда они запротестовали против строительства замка для защиты перед татарами.(Во всяком случае есть документ чуть позднее - 1554 г. Июля 17. Наказъ отъ всъхъ прелатовъ канониковъ главнаго Виленскаго костела Станислава начальнику Каменицкой волости Проню объ укреплении Каненицъ подъ угрозою смертной казни. http://books.google.com.ua/boo...mp;f=false)

Вероятно, такие замки возводилися по приказу правительства Речи Посполитой силами и за счет владельцев, то есть во многом работой жителей волости. Наверное, Виленский капитул всю тяжесть строительства перевел на подданных крестьян, что вызвало их недовольство. Капитульныя администраторы применяли довольно бескомпромиссные методы в отношениях с подданными. На известие о волнениях они наказали виновных заключением на два месяца, платой 30 рублей и покрытием шкоды.

Следующие сведения о крестьянские волнения в Каменецкой, Стрешинской и части Горвальской волостей - владениях Виленского капитула, а также части "Убартской волости" - владении Виленского епископа датируются 1713 г. После продолжительного затишья волнения крестьян на Каменщине возобновившиеся в 1736 и продолжались с перерывами более двух десятилетий. Причиной их, вероятно, был непосильный гнет, который долгое время терпели крестьяне от администрации капитула. Так случилось, что в 1750 г. на Правобережной Украине началось великое гайдамацкое движение под руководством Тесла, Мочулы, Письменного, направленное против угнетения. Беглые крестьяне соединялись с казаками русской части Украины и с "запарожцами" и составляли вольные дружины гайдамаков (удачных, ловких в набегах). Гайдамаки делали разбойницкие набеги то на панские имения, то на еврейские местечки. Сначала эти набеги были случайными и редкими, но потом они участились и приняли характер страшного народного движения. Гайдамаки часто вешали на одном дереве вместе поляка, еврея и убитого пса и делали надпись: "лях, жид и собака - все вера однака". В 1754 г. восстание гайдамаков произошло на Жытомирщине, которая непосредственно граничила с Каменщиной. Гайдамаки неоднократно заходили в сопредельные владения, где нападали на панские дворы. Вероятно, под влиянием гайдамацкого движения и на Каменщине крестьянские волнения переросли в вооруженное выступление.

... Самые ранние сведения о вооруженное выступление на Каменщине относятся к 7 сентября 1754 г. Под этой датой значится приказ гетмана о направлении во владение капитула двух хоругвей под командованием ротмистра Барановского и Швыковского для подавления крестьянского сопротивления. Наверное, выступление крестьян к моменту прибытия армии во владение еще не успела приобрести широких размеров и было подавлено военной силой, так как в декабре того же года последовал новый приказ, предписывающий хоругвям вернуться на предыдущие места дислокации.

Однако в октябре 1755 крестьяне вновь взялись за оружие и тем же двум хоругвям, как и год назад, пришлось оправляться во владение капитула. Двинулись они в поход 18 октября, но, чем закончилась экспедиция, неизвестно. Есть основание полагать, что на этот раз такой силы для втихомириванья подданных не хватило, так Радзивиллу пришлось посылать дополнительные силы - 5 хоругвей (в том числе две прежние) под общим руководством поручика Никодима Понятовского. Расчет, вероятно, делался на основании донесения Виленского капитула о восстании крестьян только одного села Можары.

Собрать предусмотренную приказом численность армии до дня отправки его в Каменецкую волость все же не удалось. В ноябре Панятовский смог выступить в поход только с 4 хоругвями числом 70 всадников. На это время не смогла прибыть к нему пятая хорува речицкого староства. В первой же деревне на Каменщине каратели НЕ застали ни одного человека. Крестьяне при подходе хоругвей, похоронив свое добро, бежали к городку Словечно, где создавали укрепленный лагерь. Объеденившись в ополчение, крестьяне перехватили шляхетский отряд еще перед Словечно и неожиданно для последнего после обстрела всадников перешли в атаку. Небольшой отряд Понятовского не смог выдержать давления и начал отступать. Сначала отход имел организованный характер, хоругви оказывали некоторое сопротивление, но потом бросились на бегство. Им пришлось отойти к Уборти (Лельчицы), местечко, которое располагалось на расстоянии 10 миль от Каменщины.

Панятовский в своем письме Радзивиллу от 8 января 1756 сообщает, что встала вся Каменецкая волость, в которой свыше 700 крестьянских дворов, и бунтовщиков насчитывалось несколько тысяч. Сообщая о сложных, тяжелых условиях, он просил прислать дополнительные военные силы и, в частности, пехоту и артиллерию, без которых, как писал, невозможно будет справитьсяс крестьянским бунтом. В своем плане наступления на Словечно Панятовский советовал Радзивиллу поставить заслон на границе Каменщины с Украиной, в частности, возле села Левковичы. Планировалось также начать наступление со стороны Украины, так как переход к городку со стороны Уборти был тяжелее (только пущей надо было пройти 8 миль).

Однако, пока помощи не было, Панятовский делает попытку незаметно подойти к Словечно и разведать положение и, при возможности, захватить руководителей (герштав) повстанцев. С этой целью он посылает туда конный отряд численностью 80 человек. Отряд успешно ночью сумел ворваться в городок и даже подойти к панскому двору, где находились вооруженные крестьяне. Заметив карателей, стражи из-за забора открыли по ним ружейный огонь из самопал, подстрелили несколько лошадей и поранили в ногу офицера Виляшковского, который на 9-й день скончался. Каратели убили несколько человек из защитников укрепленного лагеря и, захватив местного войта, вернулись в Уборть.

На допросе войт показал, что крестьяне всей волости дали клятву "бороться до последнего, хотя и головы пришлось бы положить". В этой связи и неудачной попыткой сделать большее Панятовский снова просит Радзивилла быстрее прислать подкрепление.

Тем же временем для хоругвей в Уборти возникли трудности в обеспечении их питанием и фуражом. Села в этом краю находились на очень значительном расстоянии от городка. Чтобы добраться до них, нужно было преодолевать болота и бездорожье. К тому же деревни оказывались полупустыми, а по дороге на каждом шагу подстерегают опасности нападения со стороны крестьян.

В феврале 1756 г. на помощь прибыли 20 гусар, 20 человек пятигорской конницы и 15 всадников из двух хоругвей передней стражи, а в марте из Несвижа подошла пехота с орудиями под командованием капитана Циля. К тому к Овручу по приказу Радзивилла была направлена ​​Гетманская милиция во главе с полковником Матавидлом. Между тем Панятовский посылал с Уборти в Словечно попов и отдельных крестьян с целью склонить восставших к добровольной сдаче и послушанию, в случае отказа предупреждал, что их ждет "тяжелый конец".

Панятовский со своими харугвами выступил с Уборти, чтобы соединиться под Овручем с милицией, а потом атаковать лагерь повстанцев. После объединения под командованием Понятовского насчитывалось уже около 400 человек. Это были и гусары, и легкая конница, и пехота с артиллерией. С этой силой он мог рассчитывать на успех в схватке с крестьянским ополчением, поэтому сразу направился к Словечно.

Став лагерем под Словечно, Панятовский направил трубача к повстанцам с требованием капитуляции. Но те единодушно подтвердили свое решение бороться до последнего. После такого ответа был отдан приказ на штурм замка. Военные подожгли гумна, в которых повстанцы сделали засады. Атака была мгновенной и крестьяне не выдержали давления. Замок был захвачен, причем без потерь со стороны нападавших. Повстанцы же потеряли 60 человек. Более того, несколько десятков крестьян утонули в окрестных болотах. Около 60 человек были ранены и взяты в плен, одного из которых каратели сразу посадили на кол. Нескольким главным руководителям, находившихся в засаде, удалось скрыться. За ними была послана погоня, но успеха она не имела.

Это было начало жестокой расправы, которую совершили победители над павстанцами. Потом на место экзекуции они согнали все взрослое население волости и начали исполнять приговоры: одних участников крестьянского движения наказывали смертью, других - били бизунами. Перед уходом из местечка Панятовский приказал 4 руководителей восстания посадить на кол, а 10 человек, привязав к пушкам, отправить в Несвиж на суд Радзивилла. Каратели еще некоторое время находились на Каменщине. Только 25 апреля 1756 Панятовский доносил, что дал распоряжение хоругвям вернуться на свои прежние места и сам тоже возвращается с армией. На Каменщине были оставлены 30 казаков и 30 всадников передней стражи. Кроме того, 20 казаков под руководством ротмистра Адалянского были переданы в распоряжение каменецкого администратора ксендза Вадзинского.

Таким образом, восстание на Каменщине, которое имело локальный характер, потерпела поражение. Вильнюсский капитул был вынужден пойти на ослабление повинностей, отягощавших крестьян.

Словечно на военно-топографической карте 1931 года:
(карты 500-метровки можно скачать здесь: igrek.amzp.pl/maplist.php?cat=USSR050&listtype=standard&listsort=sortoption1 или здесь: freemap.com.ua/karty-ukrainy/karty-rkka-500metrovki

карты 1000-метровки можно скачать здесь: igrek.amzp.pl/maplist.php?cat=USSR100&listtype=standard&listsort=sortoption1 и здесь: freemap.com.ua/karty-ukrainy/karty-genshtaba )