Кратировы

№48 (739) от 29 ноября 2011 г. газета Премьер

До седьмого колена
file.php?fid=148907&key=1632613652

В этом году Гертруда Ювенальевна Бондарева отметила 80-летний юбилей. Она по-прежнему ведет активную общественную жизнь: изучает семейное древо, посещает выставки и концерты, путешествует. | Фото из семейного архива

Вологжанка Гертруда Бондарева изучила родословную своей семьи до XVII века.

В этом нелегком деле ей не помешал даже солидный возраст: 13 апреля этого года Гертруда Ювенальевна отметила 80-летний юбилей.

В ходе изучения своей родословной вологжанка выяснила, что ее семья находится в родстве со знаменитой фамилией Введенских. Выходец из этого рода наш земляк Николай Евгеньевич Введенский — выдающийся ученый-физиолог, живший на рубеже XIX-XX веков. Увлечение Гертруды Ювенальевны поддерживают ее многочисленные родственники. «Сейчас поставили цель: углубиться в самые истоки своего рода. Мы все неравнодушны к истории нашего отечества, а наша семья — часть ее», — говорит вологжанка.

Труженица

Даже выбор имени для Гертруды Ювенальевны определила история. Девочку-первенца назвал отец — Ювеналий Александрович Кратиров. «Когда я родилась, в моде были имена-сокращения, и мое имя значит «Герой труда», — рассказывает женщина. Она появилась на свет в местечке Нижние Слободы Вожегодского района. Позднее Кратировы переехали на станцию Явенга. У супругов родилось еще четверо детей. Детство у Гертруды Ювенальевны было тяжелым, военным. Она отлично помнит, как объявили о вторжении фашистов на территорию СССР. «Воскресный день 22 июня 1941 года выдался солнечным и теплым. С утра явенжане уже стали собираться на «гулянье» — так тогда называли место отдыха на зеленой площадке возле школы. Из «черной тарелки» радио раздался голос Молотова, извещающий о вероломном нападении гитлеровской Германии», — вспоминает Гертруда Ювенальевна. Ее отец, как и положено коммунисту, сразу же написал заявление об отправке на фронт, но мобилизовали его только в 1942. «Папа работал в Явенгском леспромхозе, и, видимо, была необходимость пока задержать некоторые рабочие кадры на месте», — говорит вологжанка. Как и все дети военного времени, она трудилась наравне со взрослыми и дома, и в колхозе: летом — в поле, зимой — на ферме. Изо всех сил старалась учиться, хотя домашние задания приходилось выполнять по ночам.

Окончив школу, Гертруда Бондарева уехала учиться в Ленинград: после окончания вуза поступила в аспирантуру Ленинградского финансово-экономического института, начала работать над диссертацией, но закончить работу не позволили проблемы со здоровьем.

Сказались испытания военного детства. Девушке пришлось вернуться в Явенгу. Там она познакомилась с будущим мужем — секретарем райкома комсомола Михаилом Бондаревым. Гертруда делала карьеру по финансовой линии (работала в Госбанке, затем более 20 лет была завотделом Вожегодского и Харовского райисполкомов), а Михаил — по партийной. В молодой семье появилось двое сыновей — Александр и Евгений. Так, поддерживая друг друга в труде, воспитывая сыновей, занимаясь общественной деятельностью, Бондаревы прожили вместе до 1994 года. В 1994-м Михаил Григорьевич скончался после тяжелой болезни. Семья к этому моменту жила уже в Вологде. Пережить утрату мужа помогли дети, внуки, сестры. В память о любимом супруге Гертруда Ювенальевна написала книгу «Штрихи к портрету». Сейчас взрослые сыновья Бондаревых живут отдельно со своими семьями: Александр — в Санкт-Петербурге, Евгений — в Твери (причем Евгений — издатель, именно он помогает маме опубликовать ее работы). Гертруда Ювенальевна — счастливая бабушка: у нее семь внуков и три правнука.

От одного корня

Изучением своей родословной Гертруда Ювенальевна занялась около пяти лет назад. В этом деле ей помогли черты характера настоящего финансиста — точность, терпение и дисциплина. Работать в архивах, по крупицам собирать информацию — такой труд дается не каждому человеку. За упорство вологжанка была вознаграждена удивительными открытиями. Так, оказывается, многие ее предки служили по церковной линии. Кроме того, выяснилось, что род Кратировых пересекается с родом Введенских.

Мать Николая Евгеньевича Введенского — Аполлинария Арсеньева, в девичестве Кратирова. Она приходилась родной сестрой прадеду Гертруды Ювенальевны — Евлампию Арсеньевичу Кратирову. Рано оставшийся сиротой, Евлампий, скорее всего, воспитывался в доме своей сестры, то есть в семье Введенских. По словам исследовательницы, родословие Введенских объединяет несколько районов нашей области. А произошла фамилия от названия церкви Введения Пресвятой Богородицы, находившейся в Кадниковском уезде. Впервые фамильная подпись «Введенский» была обнаружена в 1815 году у дьячка Николая сына Михайлова. Он был отцом Евгения Николаевича Введенского и дедом знаменитого физиолога, которого и назвали, очевидно, в честь его.

«Все члены этой семьи оставили заметный след на ниве просвещения», — говорит Гертруда Ювенальевна. Среди представителей фамилии — священнослужители, просветители, педагоги, юристы… «Поражает, каким душевно щедрым был сам Николай Евгеньевич, постоянно бравший на себя дополнительные заботы и обязанности», — восхищена Гертруда Ювенальевна. Ученый помогал нуждающимся студентам, внес деньги на строительство школы в родной деревне Иванищево, вместе с братьями создал Евгеньевское (в память об отце) общество «вспомоществования жителям Леонтьевско-Кочковского прихода». Введенские видели свой долг в том, чтобы, как писал сам Николай Евгеньевич, «прийти на помощь деревне, поднять ее экономически и нравственно, позаботиться о ее просвещении, научить рациональному земледелию и огородничеству, ввести и усилить кустарные промыслы».

Гертруда Ювенальевна и ее сестры Светлана и Людмила — внучатые племянницы Введенского. Они бережно хранят память о великом ученом и надеются, что собранной информацией заинтересуется кто-нибудь из вологодских писателей. «Николай Евгеньевич достоин того, чтобы его биография была издана в виде книги», — считает Гертруда Бондарева. И, конечно, старшее поколение Кратировых передает знания о своем родословии младшим родственникам. У этой фамилии богатые семейные традиции и крепкая кровная связь. К примеру, на юбилейные даты все родные съезжаются в Явенгу в родительский дом. «Все мы живем дружной семьей, хоть и в разных концах страны и даже дальнего зарубежья», — говорит Гертруда Ювенальевна.

Наталья Михайлова
с http://premier.region35.ru/archive/2011/11/np739/s41.html

СЛЕД НА ЗЕМЛЕ Ксения Федышина,

ученица 11 класса МОУ «Явенгская средняя общеобразовательная школа» Вожегодского района. Научный руководитель - директор школы, учитель мировой художественной культуры Людмила Ювенальевна Кратирова.

СТРАНИЦЫ РОДОСЛОВНОЙ Ю.А. КРАТИРОВА

(ДУХОВНЫЕ ТРАДИЦИИ РОДА)

Ювеналий Александрович Кратиров. Его жизнь от дня рождения 13 августа (26 - по новому стилю) 1908 года до дня смерти 9 апреля 1973 года полностью укладывается в рамки XX века, причем той его части, которая является самой сложной, непредсказуемой, героической и трагической... В его судьбе отразились все события того времени. Прослеживая его жизнь, я задалась вопросом: а каковы корни того рода, к которому принадлежал этот человек.

А начиналось все именно на Вологодской древней земле. И чтобы иметь об этом достоверные сведения, стоит обратиться к церковным документам того времени.

Такую возможность нам любезно предоставила старшая из дочерей Ювеналия Александровича - Гертруда Ювенальевна Бондарева (Кратирова). Благодаря ей мне удалось познакомиться с выписками из клировых ведомостей, хранящихся в государственном архиве Вологодской области.

Перелистаем пожелтевшие от времени страницы этих старинных книг, вчитаемся в витиеватый слог церковных отчетов, попытаемся представить тот далекий для нас мир. Итак, родился Ювеналий Александрович в Нижнеслободской волости Кадниковского уезда нынешней Вологодской области. Более точно, в приходе Мужевской Спасо-Преображенской церкви. Согласно клировым ведомостям за 1914 год в причт (состав священнослужителей) этой церкви входил «псаломщик Александр Евлампьев Кратиров 31 года от роду, определен на штатную псаломническую должность к сей церкви 1906 года, марта 22 дня. В семействе у него: жена Мария Васильевна 1878 года рождения, марта 25 дня (7 апреля по н. ст.). Дети: Ювеналий 1908 года рождения, Николай 1910 года рождения».

Интересно, что псаломщиком до Александра Кратирова в этой церкви был Василий Павлович Попов (52 года) «природою Никольского уезда Покровской Вохомской церкви заштатного диакона Павла Попова сын».

Читая клировую ведомость по Мужевской церкви за 1883 год, находим, что именно его дочерью и была Мария Васильевна Попова, в замужестве - Кратирова. Значит, мать Ювеналия Александровича была из семьи священников не в одном колене. А отец?

Оказывается, Александр Евлампьевич Кратиров тоже «...сын псаломщика. В 1898 году был уволен из 3-го класса Вологодского Духовного училища. Временно исполнял обязанности псаломщика при Николаевской Золотокрестовской церкви г. Вологды до 1906 года февраля 1 дня. Преосвященным Никоном посвящен в стихарь 1909 года августа 6 дня».

Кстати, ныне эта Золотокрестовская церковь в Вологде, как и многие другие, недействующая, но здание существует и по сей день, правда, в плохом состоянии.

А мы снова обратимся к документам. На сей раз это клировая ведомость Вальгской Преображенской церкви, откуда был родом Александр Евлампьевич Кратиров. В 1883 году в ней было записано, что псаломщиком в ней служит «Евлампий Арсеньев Кратиров, природою Тотемского уезда Леонтьевско-Кочковской церкви умершего священника Арсения Кратирова сын. В семействе у него: жена его Градислава Иосафовна 33 лет, священника сей церкви дочь, читать умеет. Дети их: Анна 13 лет (1870) читать и писать умеет, Николай 10 лет (1873) учится в 1 классе Вологодского Духовного училища, Мария 7 лет (1876) Алексей 4 лет (1879) Александр 8 месяцев (1883)».

Итак, вновь семья священников, причем и по отцовской и по материнской линии. В этой же Вальгской церкви служил священником у Александра Евлампьевича не только дед по матери, но и брат матери, то есть его дядя. Прослеживая далее родословную линию, ищем данные об Арсении Кратирове. Сведения нашлись в церковных документах церкви Тотемского уезда Леонтия Ростовского Чудотворца, что в Кочкове (ныне это Междуреченский район, с. Иванищево Шейбухтовского сельсовета). В клировой ведомости за 1856 год находим сведения о том, что «умершего сей церкви священника Арсения Кратирова сын Евлампий Кратиров 13 лет, обучается в низшем отделении Вологодского Духовного училища на полном казенном содержании». И еще одно подтверждение: в исповедальной ведомости той же Леонтьевско-Кочковской церкви за 1841 год записано, что священником этой церкви является Арсений Васильев(ич) Кратиров 35 лет. Итак, выстроилась цепочка:

- Василий Кратиров, о нем мы пока ничего более не знаем;

- Арсений Васильевич Кратиров (1805-?), священник Леонтьевско-Кочковской церкви;

- Евлампий Арсеньевич Кратиров (1844-1914), псаломщик Вальгской Спасо-Преображенской церкви;

- Александр Евлампьевич Кратиров (1883-1954), псаломщик Мужевской Преображенской церкви;

Из семей священнослужителей и все их жены. Подробнее в этом можно убедиться по росписи родословной.

Вот из какого рода происходил Ювеналий Александрович Кратиров. И все-таки, рассматривая эту родословную, нам удалось не только убедиться в том, что здесь сложилась династия, но и найти еще целый ряд интересных моментов.

Благодаря выпискам из документов, которые сделала Гертруда Ювенальевна, обнаружилось родство семейства Кратировых с таким знаменитым человеком, как Николай Евгеньевич Введенский. Вот что мы узнаем о нем из недавно вышедшего очень интересного издания «Выдающиеся вологжане»: Н.Е. Введенский (1852-1922 годы) - ученый с мировым именем, член-корреспондент Российской Академии наук, профессор Петербургского университета. Он работал в физиологической лаборатории Ивана Михайловича Сеченова, выезжая за границу, экспериментировал в лабораториях Германии, Австрии, Швейцарии. Исследования Введенского посвящены выявлению закономерностей реагирования живых тканей на различные раздражения. Но он был не только выдающимся ученым, но и прекрасным человеком. Как пишет Анна Светлова в статье «Сохранить, помнить и гордиться!»: «Будучи профессором, Николай Евгеньевич оказывал материальную помощь своим землякам-студентам. Часто приезжал он в родные края, лечил крестьян. Благодаря его заботам и материальной поддержке на его родине были открыты две школы для крестьянской молодежи и ремесленное училище».

Так вот, оказалось, что его мать Апполинария Арсеньевна в девичестве Кратирова и Евлампий Арсеньевич Кратиров - родные брат и сестра. Их родители Арсений Васильевич и Евгения Васильевна Кратировы жили в Кочкове, и Арсений с 1841 года был священником Леонтьевско-Кочковской церкви, а после его смерти священником стал Евгений Николаевич Введенский и имел на этом посту «39 лет безпорочной службы», как сказано в клировых ведомостях за 1861 год. И там же: «Жена его Апполинария Арсеньевна (26 лет) умершего сей церкви священника Арсения Кратирова дочь, грамоте умеет. Дети их: Николай 9 лет и Вячеслав 6 лет - обучаются читать, Александр - 3 года и Константин (?)».

Известно также, что, рано потеряв родителей, Е. Кратиров несколько лет жил в семье своей сестры, то есть в доме Введенских. Кстати сказать, дом этот долго сохранялся, он сгорел всего два года назад.

Но в дальнейшем Евлампий идет своим путем: как записано в клировых ведомостях по Вальгской Преображенской церкви, он «при увольнении в 1854 году из среднего отделения Вологодской Духовного училища проживал послушником при Тотемском Спасо-Суморином монастыре, откуда в 1867 году 23 декабря по прошению своему Преосвященным Павлом бывшим Епископом Вологодским определен в дьячки сей церкви, с 1869 года перечислен на пономарскую вакансию. С 1874 года состоит сверхштатным псаломщиком при сей церкви».

Стоит обратить внимание на то, что во всех этих семьях священников детей обязательно учили, причем, часто не только мальчиков, но и девочек, в дальнейшем они обучались в духовном училище, семинарии или епархиальном женском училище и потом многие связали свою судьбу с просвещением, с книгой.

Так, брат Николая Евгеньевича Введенского становится педагогом, в Вологодских епархиальных ведомостях за 1899 год говорится о Благословении Святейшего Синода с грамотой инспектору народных училищ Вячеславу Введенскому: «...во внимание к особливой заботливости о нуждах народного образования, выразившейся в устройстве бесплатной народной библиотеки при Леонтьевско-Кочковской церковно-приходской школе Тотемского уезда».

Второй брат, Александр Евгеньевич, по отчетам о состоянии Вологодского епархиального женского училища, был его преподавателем, а затем переведен на должность инспектора народных училищ Никольского уезда, в дальнейшем он, действительный статский советник, был директором Псковской учительской семинарии.

Константин Евгеньевич - юрист, окончил Ярославский Демидовский юридический лицей, служил по судебному ведомству.

Священники, педагоги и ученые были и в другой ветви рода, в семье Е. Кратирова. И опять же нередки были случаи, когда члены семьи связывали свою судьбу с просвещением. Старшая дочь Е. Кратирова, Анна Евлампьевна, выходит замуж за учителя, который становится потом инспектором народных училищ в Великом Устюге, по семейным преданиям у них было 18 детей, и все они были, в той или иной степени, музыкантами.

Почти все дети другой дочери - Апполинарии Евлампьевны - имели высшее образование, а ее сын Николай защищал диссертацию в МГУ по исследованию творчества А.С. Пушкина (но это уже будет в XX веке).

Сын Алексей Евлампьевич был на военной службе, затем с 1903 состоял певчим хора Высокопреосвященного Антония, митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского, затем с 1910 года по его личной просьбе переведен на освободившуюся должность псаломщика при церкви Благоверных Князей Бориса и Глеба, что на Калашниковской пристани Санкт-Петербурга.

Второй его сын, Николай Евлампьевич (1873 года рождения), будучи сначала псаломщиком при Фрязиновской Спасо-Преображенской церкви г. Вологды, становится затем псаломщиком Шабановской Казанской церкви Вельского уезда. «За труды по первой всеобщей переписи населения 1897 года на основании Высочайшего повеления пожалован (1897, 30 мая) Высочайше утвержденной со свидетельством темно-бронзовой медалью для ношения на груди на ленте из государственных цветов».

Пошел по стопам отца и последний сын Александр. Он служил псаломщиком в Нижних Слободах, а после революции его сын, Ювеналий Александрович, стал избачом, вел культурно-просветительскую работу среди крестьянской молодежи. Думается, неслучайно: это было заложено в нем той ролью, которую играли священники в жизни русского общества. Но он живет уже совсем в другое время, когда большинство церквей после революции было закрыто, когда родители его уже просто крестьянствуют, а сам Ювеналий Александрович становится комсомольцем. В анкетах приходилось писать, что живет отдельно от родителей, но на самом деле до конца жизни отец и сын были очень близки, хоть и пришлось Александру Евлампьевичу перебраться на маленький разъезд Лухтонга по Северной железной дороге в 9 километрах от Явенги и служить там сторожем на местном аэродроме. После его смерти Мария Васильевна, жена его, до конца своих дней (она скончалась в 1965 году) жила в семье сына Ювеналия в Явенге.

Но вернемся в 20-е годы. Вот что пишет много позднее Ювеналий Александрович об этом времени в своем письме учащимся Верхне-Кубенской школы: «Изба-читальня, которая в то время являлась центром всей политико-воспитательной работы в деревне, была доверена нам, комсомольцам. В каждую неделю мы ставили спектакли и привлекали на просмотр массу людей, на спектакли ходили за 5-6 километров».

Учиться работать приходилось прямо на ходу, в процессе работы. Школьное образование было «неполным средним», поэтому приходилось много читать, учиться у самой жизни. Очень радовались, когда мир расширился с помощью радио. Дальше в своих воспоминаниях он пишет: «В настоящее время радио может слушать дома любая семья, а в то время детекторный приемник был один в избе-читальне на всю Верхне-Кубенскую волость. Послушать Москву люди приходили за 15-20 км. Устанавливалась очередь для входа в избу-читальню послушать радио, и дежурные комсомольцы строго соблюдали очередность посещения избы-читальни, независимо от того, что человек прошел 20 километров. Не все верили, что говорит Москва, и многие лазили на чердак установить истину, что там никто не сидит и не говорит в репродуктор. Работать приходилось с 9 часов утра до 12 часов ночи, и все время были люди».

Как пишет Ювеналий Александрович в своей автобиографии, в 1924 году он окончил Марьинскую школу рабочей молодежи и начал работать библиотекарем, а с 1927 года заведовал Верхне-Кубенской избой-читальней. Вот несколько слов из характеристики Ювеналия Александровича в этой должности: «Аккуратно справлялся с возложенными на него обязанностями, умело руководил всей культработой в волости, принимал активное участие в проведении ряда важнейших государственно-хозяйственных кампаний. Держал живую тесную связь с трудовыми массами крестьянства и во всей практической работе он был выдержанным». Эти строки подтверждают, что уже в юности в нашем герое закладываются качества настоящего руководителя.

Сохранилась в семейном архиве Кратировых фотография с тех далеких лет - «Семинар работников сельских библиотек в Вологде». Всматриваешься в лица людей и понимаешь, как нужна была деревне эта молодежь, несшая в крестьянскую среду грамотность, мечтающая перестроить мир. И еще: возможно, отсюда начало огромной домашней библиотеки в семье Кратировых. По воспоминаниям Людмилы Ювенальевны, из любой своей поездки на протяжении всей жизни Ювеналий Александрович всегда привозил книги. Это - первое богатство в домах всех его детей.

Там же, в Нижних Слободах, встречает он и свою будущую жену, медицинского работника сельской больницы - Александру Васильевну Львову, ставшую в замужестве Кратировой. После рождения первой дочери Герточки семья переезжает жить в Явенгу.

Здесь все было другое. После прохождения курсов Ю.А. Кратиров начинает работать бухгалтером в Явенгском механическом лесопункте, как он тогда назывался. Работы было много: быстро разрастался поселок, была построена удивительная подвесная дорога для вывозки леса с дальних делянок, увеличивались объемы заготовок леса и их погрузки в железнодорожные вагоны, и во все вникал молодой работник.

Да и собственная семья увеличивалась. В 1935 году появилась дочка Инночка, через два года - сын Альберт. «Приходилось разворачиваться. Но это были счастливые семейные хлопоты. А было и страшное, когда то из одного дома, то из другого черные машины увозили людей... И жена спрашивала: "Ювенаша, а тебя не арестуют?"... Приходилось успокаивать. А еще всегда было чувство ответственности и дисциплины. Как-то с женой были в гостях в Вожеге и... проспали утренний поезд. Так вместе с Александрой Васильевной бежали бегом всю дорогу от Вожеги до Явенги».

9 июня 1941 года родилась еще одна дочка - Светочка. Радовались, хотя и слышались кругом сетования, что война будет. Но в воскресенье 22 июня вместе со всеми, с крошкой дочкой на руках вышли на гулянье - погода была солнечная, теплая... А тут и страшное сообщение по радио.

Ю.А. Кратиров был призван в армию в 1942 году, служил в политотделе. Дошел до Берлина, служба его не была легкой. Позднее внуку Жене рассказывал: «Часто попадали под обстрелы. Смерть могла настичь и не только во время боя. Однажды убило повара, который готовился раздавать солдатам обед. А было это так: вражеский танк прорвался в тыл батальона. Что он мог натворить, не трудно себе представить. Но нашелся отважный человек, бросился на броню и заклинил пушку. Это и был повар Середа».

На одной из фотографий тех лет, посланных с фронта жене Александре Васильевне в Явенгу, надпись: «Шурочке от Ювеналия. Запомни, сегодня я был на волосок от смерти. Остался жив и в честь этого посылаю тебе фотокарточку, считая, что жив остался потому, что ты ждешь меня. 17 сентября 1944 года».

Из воспоминаний Ювеналия Александровича: «Войну закончили на Эльбе. День Победы я, будучи дежурным политотдела, отмечал на переднем крае, который проходил по берегу реки. На противоположном берегу стояли американские войска. Наступила тишина: ни взрывов снарядов, ни стрекота пулеметных очередей. Победители обменивались приветственными возгласами...».

Несомненно, май 1945 года был долгожданным и счастливым. И еще одна фотография того времени с надписью: «Германия. 27 мая 1945 года. Милая Шура! Таков я остался для тебя после всех испытаний в Великой Отечественной войне. Твой Ювеналий. Снимок сделан 18 мая 1945 года».

По наградам и благодарностям можно проследить его долгий и трудный военный путь, вот перечень наград только за 1945 год: «Прорыв укреплений обороны немцев западнее Ковеля, Овладение г. Варшавой», «Овладение крупными узлами Сохачев, Скерневице, Лович, г. Шнайдемюль», «За боевые действия при прорыве обороны немцев восточнее г. Штаргард с выходом на побережье Балтийского моря в районе г. Кольберг», «Овладение г. Альтамм и ликвидацию сильно укрепленного плацдарма немцев на правом берегу р. Одер восточнее Штеттина», «Овладение городами Шпандау, Потсдам и Бранденбург» и, наконец, «За участие в окружении Берлина».

Скупые строки боевой характеристики инструктора политотдела 185 стрелковой Панкратовско-Пражской ордена Суворова 2 степени дивизии по учету партийно-комсомольских документов капитана Ю.А. Кратирова вновь рисуют нам облик этого человека: «Образованный, культурный и тактичный офицер. Общителен с массами. Пользуется заслуженным авторитетом у бойцов и офицеров. В боях ведет себя смело. За хорошую работу и смелость награжден тремя правительственными наградами». В числе правительственных наград Ю.А. Кратирова значатся: Орден «Красная звезда», Орден «Отечественная война», Медаль «За боевые заслуги», Медаль «За освобождение Варшавы», Медаль «За взятие Берлина», Медаль «За победу над Германией» и в дальнейшем - юбилейные медали.

Ю.А. Кратиров был демобилизован из действующей армии в 1946 году вот с такой выпиской из приказа по частям 185 стрелковой Панкратовско-Пражской ордена Суворова дивизии 25 мая 1946 года: «За годы Великой Отечественной войны капитан Кратиров вместе с дивизией прошел большой боевой путь... На протяжении всей службы в дивизии высоко нес честь офицера-политработника Красной Армии и самоотверженным трудом способствовал успешным боевым действиям частей и подразделений дивизии в боевой и политической подготовке личного состава. За безупречную службу в дивизии и за большую плодотворную работу, проводимую в частях и подразделениях дивизии по воинскому и политическому воспитанию личного состава капитану Кратирову Ю.А. объявляю благодарность. Выражаю твердую уверенность, что капитан Кратиров и на фронте мирного социалистического труда будет честно и безупречно служить нашей Родине, как он служил ей на полях сражений». Эти слова полковника П. Полухина Ювеналий Александрович действительно воплотил в жизнь.

Вернувшись к мирной жизни, он работает на родном предприятии, которое за время его отсутствия из лесопункта переросло в Явенгский леспромхоз. Ю.А. Кратиров становится сначала заместителем директора, а после окончания курсов в г. Ленинграде директором леспромхоза. Многие из старожилов в Явенге вспоминают его на этом посту как человека делового, принципиального, очень работоспособного и в то же самое время очень душевного, заботящегося о людях. К нему шли с любыми вопросами. Он успевал и на лесной делянке побывать, и в детский дом заглянуть, узнать, не нуждаются ли они в чем. Кстати, тогда у предприятия была обширная социальная сфера: свой детский сад, рабочая столовая, клуб, мастерские... Именно тогда появляется в областной газете «Красный Север» большая статья «Директор», рассказывающая об интенсивной деятельности Ю.А. Кратирова, директора Явенгского леспромхоза.

Но новый поворот судьбы происходит в жизни этого человека. По направлению партии он идет работать председателем колхоза «Новая жизнь», что в пяти километрах от Явенги. Необходимо было «поднимать сельское хозяйство», а место коммуниста там, где решаются наиболее важные на данный момент проблемы. В колхозе, сначала «Новая жизнь», а затем в укрупненном - «Красная Явенга», он проработал с 1955 до 1963 года.

Перед нами еще один документ из семейного архива Кратировых - характеристика Ю.А. Кратирова от 1963 года, где отмечается, что «за время работы на посту председателя колхоза он много сделал по поднятию экономики хозяйства. Если на 1 января 1960 года поголовье крупного рогатого скота было 896 голов, то в настоящее время скота имеется 1362 головы. Много сделано по строительству животноводческих помещений. За это время построено три типовых коровника, на двух из них заведено механическое доение коров... На протяжении всей работы Кратиров пользовался заслуженным авторитетом у всех колхозников, чутко относился к запросам и нуждам людей. Как депутат районного, а затем областного Совета Депутатов трудящихся вел большую работу по претворению в жизнь решений партии и советских органов... В процессе работы он всегда требовательно относился к себе и к своим подчиненным, требуя от них честности и правдивости».

Действительно, в том же семейном архиве хранится более десятка удостоверений, говорящих о том, что Ювеналий Александрович неоднократно избирался депутатом Советов самого различного уровня: от сельского до областного. И похвальные грамоты этого времени тоже говорят об экономических достижениях предприятия, которым он руководил. Но еще дороже - народная память, хранящая образ этого человека. В.Ф. Болотов, А.Л. Левина, С.Р. Райков и многие другие вспоминают, как уже с раннего утра его можно было увидеть в поле, на ферме, как просто он разговаривал с людьми, как умел вовремя пошутить, разрядить обстановку.

И еще, он умел готовить смену: ушел из колхоза, когда понял, что рядом молодые могут сделать лучше. Передав колхоз в руки А. Шорохова, он возвращается в лесопункт. Его жизни оставалось 10 лет, и, возможно, уже начинала действовать развивающаяся в организме болезнь... Но до конца он оставался тем человеком, который унаследовал из глубин своего рода «гены» человечности, порядочности, сдержанности, какой-то внутренней интеллигентности, и вместе с тем широту взглядов, умение организовать людей, убедить их в том, в чем уверен сам.

И снова хочется обратиться к тем людям, которые знали этого человека лично. Именно они и рассказали мне о нем, из их рассказов я поняла, что это был прежде всего человек слова. По их рассказам можно убедиться, что Ювеналий Александрович был не только добрым, отзывчивым человеком, но и первоклассным начальником. Мой дедушка работал вместе с ним в Явенгском лесопункте. В Явенгский лесопункт его направил райком партии - начальником. «До этого он работал председателем колхоза «Красная Явенга». В то время Явенгский лесопункт состоял из 4 мастерских участков: Явенгский; Курилово; Сямба; Горский (21 квартал). Тогда на предприятии работало около 2000 человек. Явенгский и Сямбовский Нижние склады вывозили древесину по подвесной дороге машинами, тракторами. Всем этим и руководил Ювеналий Александрович.

Вот как о нем отзывается мой дедушка: «Человек он был грамотный, интеллигентный, отличный руководитель. Очень хорошо разбирался в экономике предприятия. Для Явенгского лесопункта он сделал очень много. Например, он внедрил лебедки, для разгрузки хлыстов с лесовозного транспорта в 5-6 ярусов, тем самым удалось сократить площадь разгрузки. Для раскряжевки и транспортировки древесины он смонтировал на Нижнем складе тросовые транспортеры. Было закуплено 3 паровых крана для погрузки древесины в вагоны. Это привело к увеличению объема продукции, так как до этого грузили вагоны вручную (это была очень тяжелая работа). Одновременно была организованна переработка древесины, стали выпускаться пиломатериалы, тарная дощечка (для ящиков). И на все это тратился огромный труд, умение, совесть, силы. Умение поднять, повысить статус предприятия - это все дело рук начальника. Такие качества, как умение заботиться, понимать, слушать своих рабочих были присущи Ювеналию Александровичу. Это был талантливый, замечательный человек».

А по воспоминаниям Р.Н. Лукиной можно легко догадаться о характере Ювеналия Александровича. Рената Николаевна говорила: «Ведь я не знаю, что он там сделал для предприятия, куда ездил, как работал, но я могу точно сказать, что каждый человек уважал его. Много добра он сделал, с какой проблемой к нему не подойдешь, он обязательно поможет, поддержит».

Она рассказала мне историю о том, что ее муж когда-то сильно пил, и она пошла за помощью к Ювеналию Александровичу, рассказала ему о своей беде и попросила помочь устроить его на работу водителем, так как это остановит его от пагубной привычки. И конечно, Ювеналий Александрович помог. Рената Николаевна открыла секрет, что до сих пор не сказала об этом мужу, он думает, что его взяли, потому что он хороший специалист. Рената Николаевна сказала, что «нет на свете большей души человека. Человечный был человек». В это время к разговору присоединился Евгений Павлович (муж) и сказал, что «не найти лучшего начальника. Весь в работе, очень трудолюбивый, выносливый человек. Если было нужно, он, бывало, мог ехать на мастерские участки даже ночью. Он был отдан своему делу полностью, без остатка».

Если честно, я сначала думала, что таких людей не бывает, но нет, есть такие люди и не где-нибудь, а у нас в Явенге. Невозможно было не поверить в искренность слов так, как каждое слово было сказано с огромным уважением. А когда говорит Рената Николаевна, ее голос передает всю грусть, так как нет больше этого человека.

Я остановилась на страницах биографии Ювеналия Александровича Кратирова, которые явились продолжением его родословной, и постаралась показать, что он достойно продолжил свой род. Я практически не затронула его семью, хотя она не менее интересна, так как в судьбах членов этой семьи тоже отразились влияние рода и времени.

События страны не обходят эту семью стороной. Началось освоение целины и дочь Инна Ювенальевна среди покорителей казахстанских степей, где проработала со своим мужем Генрихом Генриховичем Гинтер более 30 лет. Строится первая атомная электростанция на Урале - и сын Альберт Ювенальевич осваивает там профессию монтажника. Вся Вологодская область строит крупнейший на Северо-западе промышленный центр - г. Череповец с его комбинатом - и дочь Светлана Ювенальевна с мужем Фридрихом Карловичем Кернер 30 с лишним лет отдают этому городу.

На государственной службе, возглавляя отделы райисполкома, проработала 30 лет Гертруда Ювенальевна, идя рука об руку со своим мужем Михаилом Григорьевичем Бондаревым, первым секретарем райкома партии Вожегодского, затем Харовского районов. Вернулась после учебы в Явенгу, работала и работает в школе Людмила Ювенальевна... А за всеми ними стояли, да и по-прежнему, пусть и невидимо, стоят Ювеналий Александрович и Александра Васильевна, помогая, наставляя, поддерживая...

ЛИТЕРАТУРА

1. Ветераны Великой Отечественной войны. Вологодская область. Вожегодский район. - Вологда, 2004.

2. Мамонтов В.Я. Физиолог Н.Е. Введенский. - Вологда, 1960.

3. Светлова А. Сохранить, помнить и гордиться! // Красный Север. - 2007. - 14 апреля.

СПИСОК РЕСПОНДЕНТОВ

1. Василий Федорович Болотов (1937 г.р.), пенсионер, проживающий в п. База сельского поселения Явенгское.

2. Александра Лаврентьевна Левина (1930 г.р.), пенсионерка, проживающая в п. Пролетарский сельского поселения Явенгское.

3. Рената Николаевна Лукина (1928 г.р.), пенсионерка, проживающая в п. База сельского поселения Явенгское.

4. Евгений Павлович Лукин (1932 г.р.), пенсионер, житель п. База сельского поселения Явенгское.
с http://www.booksite.ru/fulltext/izv_17/4.htm

Кратировы

Вологодская губерния