Котовы

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВ СЫН КОТОВ (? – 1699г):
Василий Алексеев сын Котов служил рейтарскую службу и ушел в мир иной (в официальных документах указано, что его «не стало» (РГАДА, Ф.1209 «Поместный приказ», Отказные книги старых лет по городу Казани, Кн.6488, №.74, ЛЛ.561-564об ) в 1699 (7207) году (причем год был короток в России, с сентября по 31 декабря, потом по реформе Петра I с 1 января начался 1700 год) - возможно умер от болезни, или скорее всего от ран полученных в предыдущих войнах, например в «главном походе» 1696 года Петра I к Азову в котором принимали участие полки сформированные в том числе из синбирских дворян. При жизни ему принадлежала поместная земля: «Пятнадцать четвертей в поле да в дву по тому же» (т.е. 45 четвертей - три раза по 15 четвертей в каждом поле, тогда было трехпольная система севооборота (под паром, под озимыми, под яровыми) - в Синбирском уезде за валом по обе стороны р. Большой Бекшанки «с пашнею и с лесом и с сенными покосами, со всеми угодьями» (в районе сегодняшнего села Русская Бекшанка, Барышский район Ульяновской области). Это поместье досталось ему ранее в результате мены с «самаренином» Львом Даниловым сыном Вахляева, на принадлежавшее ему поместье в Синбирском же уезде на реке Свияга.

АФАНАСИЙ И АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВЫ ДЕТИ КОТОВА:
После кончины Василия Алексеева сына Котова его поместная земля была отписана на царя и великого князя Петра Алексеевича. Почему так произошло – возможно потому, что его сыновья еще были малолетними, а кроме них никого кто мог бы защитить их интересы не было «…а после ево остались они Афанасий да Алексей Васильевы дети, никого не осталось…». Но этим поместьем заинтересовался их сосед – синбиренин Степан Васильев сын Дурасов, собиравший путем мены с разными другими помещиками земли в районе р. Большая Бекшанка, в 1700 году он начал процесс по возврату этой поместной земли – чтобы «отписать и отказать» выморочное поместье Василия Алексеева сын Котова его сыновьям Афанасию и Алексею. Делал он это не бескорыстно, а для того, что бы тут же поменять указанное поместье на принадлежавшую ему поместную землю, что и было сделано, вместо отцовской поместной земли – 45 четвертей «с пашней, лесом, сенными покосами, со всеми угодьями» - они получили «четверть четверика в одном поле без угодий в Синбирском уезде на речки Чилме» (есть две реки с названием Чилим на территории сегодняшней Ульяновской области: одна протекает по территории Барышского района, другая по территории Сурского района). Поместные земли менялись «пусто на пусто», т.е. не было крестьян ни там ни там. Афанасий и Алексей Котовы были неграмотны, их челобитная «по их велению» была подписана Федором Стахеевым сыном Котова (несколько позднее - в 1702 году он значиться как «самаренин», а его поместье было в с. Никольское Загарино тож – сейчас это с. Загарино Барышского р-на Ульяновской обл.). Получается, что в результате этой мены Афанасий и Алексей Котовы остались практически без земли (источник: РГАДА, Ф.1209 «Поместный приказ», Отказные книги старых лет по городу Казани, Кн.6488, №.74, ЛЛ.561-564об.).
В те времена понятие «дворянской чести» еще не имело тех последствий как будет в 19-м веке, когда за глупую шутку или косой взгляд могли вызвать на дуэль… в начале 1700-х годов даже родственники не гнушались обирать своих «слабых и сирых» близких, как например: в 1708 году вдова Поручика (стольника) Семёна Васильевича Титова – Марья Долматовна Титова подала челобитную в Судебный приказ (и наняла поверенного «для хождения в Москве») за себя и «за сына ея Афонасия, которому 5 лет» - против князя Льва Петровича Вяземского (его жена Авдотья Ивановна (по первому мужу княгиня Ухтомская) была двоюродной теткой Семёна Васильевича Титова), в том же 1708 году уже 5-ти летний Афанасий Титов (через поверенного) подал челобитную на того же «князя» Вяземского, так как тот и его люди, пользуясь тем «что отец челобитчика и его сродники на службе, а он Афанасий малолетний, завладели землями его отца и удерживают их у себя с 1704 г.», поместья и вотчины были в Суздальском уезде (про Титовых напишу далее) (источник: «Подробная опись 440 рукописям XVII, XVIII и начала XIX стол. Перваго Собрания «Линевскаго Архива» с двумя приложениями», составлена Председателем Костромской губернской ученой архивной комиссии Н.Н. Селифонтовым, С-Петербург, 1892г.: документы №№ 372, 373, 374).
Старое поместье Василия Котова на реке Свияге, скорее всего было в деревне (в близости к ней) Китовка на р. Свияга (сейчас Цильнинский р-н Ульяновской области, она находилось в 2-км севернее сегодяшнего села Арбузовка (в этом селе есть улица Китовка, а рядом Китовские курганы), вблизи от нее была д. Сухая Бугурна в которой в 1678 году 5 дворов (10 человек крестьян) принадлежало тому самому «соседу» синбиренину Степану Васильеву сыну Дурасову и там же была поместная земля его брата Данилы Васильева сына Дурасова. В РГАДА есть еще одно дело (РГАДА, Ф.1209, Дела молодых лет по г.Казани, Кн.6975, №52 - не выдается на руки из-за ветхости) согласно краткого описания его содержания – Василий Алексеев сын Катов продал свое поместье в д. Катова на р. Свияга (про разные формы написании как фамилий, так и названий населенных пунктов расскажу позднее) помещику Ивану Иванову сыну Проухову. Допускаю, что указанные поместные земли на реке Свияга достались Василию Котову от его отца Алексея, а возможно и от деда – имя которого пока не известно (версии по этому вопросу изложу позднее).
Судьба Афанасия Васильева сына Котова мне не известна, возможно он погиб в войнах начала 1700-х годов которые вел Петр I.

АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВ СЫН КОТОВ (ок.1692 – после 1748):
Как Алексей Котов попал на жительство в село Рождественское Китовка тож Завального стана Синбирского уезда (в настоящее время Китовка – один из районов города Инза Ульяновской области), мне не известно, есть лишь версия, которую я изложу позднее (где они жили с братом Афанасием, при жизни их отца Василия Котова – не известно, может быть уже тогда в Китовке, расстояние от Китовки до поместной земли на р. Большой Бекшанке и до с. Загарино где жили помещики Котовы (Федор Стахеев и Агей Степанов с семьями) – около 90 км). Но дальнейшая судьба нашего рода связана с селом Рождественское Китовка тож.

В 1721 году всем дворянам, как состоявшим на службе, так и уволенным, было приказано явиться на смотр, жившим в городах Петербургской губернии – в Санкт-Петербург, остальным в Москву. Только дворяне, жившие и служившие в отдаленной Сибири и Астрахани, были избавлены от явки на смотр. На смотр должны были явиться все бывшие на прежних смотрах и даже те, кто в провинциях находился у дел. Чтобы дела в отсутствии явившихся не остановились, дворяне были разделены на две смены: одна смена должна была прибыть в Петербург или Москву в декабре 1721 года, другая – в марте 1722 года. Этот смотр позволил герольдмейстеру пополнить и исправить все прежние списки дворян и составить новые. Главной заботой герольдмейстера стала борьба со старым уклонение дворян от службы. В архивном документе - РГАДА, Ф.286, Оп.4, Кн.44 «1722 года об Осмотре Дворян старых и Молодых, Стольников, Жильцов, Недорослей и их детей и Записке их в Службу военную и Штатскую по Способности об Отпуске Старых и Увечных по Домам с Отметками и Резолюциями» находится следующая запись: «Недоросли … Рейтарский сын Алексей Васильев сын Котов, 30 лет, крестьян нет, живет в Синбирском уезде, сын Матвей полугоду» - после Смотра он был направлен в военную службу и служил в одном из драгунских полков (рядом с ним были записаны другие «недоросли» из села Китовка: Рейтарский сын Игнатий Родионов сын Алашеев, 18 лет, крестьян нет, живет в Синбирском уезде, детей нет; Драгунский сын Петр Алексеев сын Китов, 19 лет, крестьян нет, живет в Синбирском уезде, детей нет; Рейтарский сын Евдоким Алексеев сын Китов, 30 лет, живет в Синбирском уезде, детей нет; Драгунский сын Ефим Никитин сын Китов, 20 лет, крестьян нет, живет в Синбирском уезде, детей нет; Драгунский сын Константин Васильев сын Алашеев, 18 лет, крестьян нет, живет в Синбирском уезде, сын Сергей полугоду).

Алексей Васильев сын Котов был женат (имя его жены не известно) на дочери жившего в селе Рождественском Китовка тож – отставного капрала Троицкого драгунского полка (этот полк был первым учрежденным в 1701 году князем Б.А. Голицыном исключительно из дворянских детей «девяти понизовых городов» - среди них Синбирск, первоначально назывался по имени первого командира полковника Семена Ивановича Кропотова «Драгунский Кропотова полк») Григория Артемьева сына Алашеева («Паспорт по отставке» за подписью князя Алексея Даниловича Меншикова). Григорий Артемьев сын Алашеев был сыном Синбиренина Артемия Дмитриева сына Алашеева получившего поместную землю вместе с первыми землевладельцами которые основали д. Китовка (до этого он служил по Атемару и в Атемарской десятне 1669/1670гг. записан как «Атемарец сын боярский неверстанный служащий с отцовского поместья»). Возможно Алексей Васильев сын Котов получил в качестве приданного землю в Китовке, или жил в семье отца своей жены, а потом уже его сыновья получили в наследство от деда по матери это земельное поместье. АЛАШЕЕВЫ – старинный дворянский род, записан дворянским депутатским собранием в VI часть дворянской родословной книги Симбирской губернии (6-я часть ДРК – древние благородные дворянские роды «Древние благородные не иные суть, как те роды, коих доказательства дворянского достоинства за сто лет и выше восходят; благородное же их начало покрыто неизвестностию». Поскольку для действительно древних русских дворянских родов основным доказательством их древности являлось упоминание в так называемых Столбцах – средневековых списках о предоставлении поместий на время службы, - то такие дворяне назывались «столбовыми».). Первое документальное упоминание – 1523 год – Семен Иванов сын Алашеев помещик в окрестностях Каширы, где обычно и наделялись поместьями выходцы из Казанского Ханства, фамилия тюркского происхождения: Алаша – «лошадь». Описание герба дворянского рода Алашеевых: «Щит разделен горизонтально черного цвета, с двумя серебряными звездами полосою на две части: в верхней, в золотом поле, между двух орлиных крыльев, на красной полосе золотой четырехконечный крест, а в нижней в голубом поле, крестообразно шпага и стрела остриями вверх. Щит увенчан дворянским шлемом и короною, с тремя страусовыми перьями. Намет на щите голубой, подложенный серебром». Брат Григория Артемьева сына Алашеева – Федор Артемьев сын Алашеев среди других синбирян получил в 1675 году поместную землю – 40 четвертей «в поле а в дву по тому ж» в Синбирском уезде, за валом, по речке Космынке, по Белому Ключу, да по обе стороны Вязовки речки – там было основано село Выры Успенское тож (в настоящее время в Майнском районе Ульяновской области, на Белом Ключе так же одно время была деревня Алашеевка) - потомки которого – дворяне и офицеры в 1799 году значились среди помещиков села Выры.
Алексей Васильев сын Котов поступил на военную службу в начале 1722 года, при Петре I, затем с 1725 по 1727 годы служил при Екатерине I, с 1727 по 1730 годы при Петре II, с 1730 по 1740 годы при Анне Иоанновне, с 1740 по 1741 при Иване VI, и возможно закончил службу при Елизавете Петровне (российская императрица 1741-1762 гг).

МАТВЕЙ АЛЕКСЕЕВ СЫН КОТОВ (ок.1721-1786) И ТРОФИМ АЛЕКСЕЕВ СЫН КОТОВ (ок.1735-1800):
Старший сын Алексея Васильева сына Котова – Матвей, родился около 1721 года, в с Рождественское Китовка тож лишь в 1723 году прошла 1-я Ревизия (назначенная в 1719 году) - перепись населения подлежащего к уплате податного налога на содержание армии, в эту перепись были включены и «однодворцы» - вчерашние «дети боярские» которые не смогли основать собственные деревни и у которых не было совсем крестьян или они со своими крестьянами жили так называемым «одним двором». Большинство синбирян села Рождественское Китовка тож было зачислено в разряд «однодворцев», в этой 1-й Ревизии (РГАДА, Ф.350, Оп.2, Д.3114, Л.402) записан и Матвей Алексеев сын Котов 2-х лет – в семье своего деда Григория Артемьева сына Алашеева. В Китовке в разряд «однодворцев» (они так и были записаны в 1-й Ревизии: «Синбиренин однодворец») попали представители таких старинных дворянских родов как: Алашеевы, Воронины, Дурасовы, Китовы (Титовы), Крюковы – их родственники смогли избежать причисления в «однодворцы» и в последующем их потомки были внесены в 6-ю часть дворянской родословной книги в разных губерниях Российской империи.

Младший сын Алексея Васильева сына Котова – Трофим, родился около 1735 года, записан во 2-й Ревизии 1748 года (РГАДА, Ф.350, Оп.2, Д.3126, Л.683) как «взятого в службу до прежней переписи Алексея Васильева сын после переписи рожденный Трофим – 13 лет», в указанной 2-й Ревизии он был записан как «однодворец».
Согласно 3-й Ревизии 1762 года (РГАДА, Ф.350, Оп.2, Д.3160, Л.42 «Синбирского уезда Завального стана с. Рождественское Китовка тож») Матвей Алексеев сын Котов – однодворец, его жена: Марья Степанова (Степановна) ок.1722 года рождения - дочь церковного дьячка из Села Знаменского Сюксюм тож Синбирского уезда и их дети: сын Лев (ок. 1752 года рождения) и дочери: Пелагея (ок. 1750 года рождения) и Татьяна (ок. 1755 года рождения).

Согласно 3-й Ревизии 1762 года (РГАДА, Ф.350, Оп.2, Д.3160, Л.42об «Синбирского уезда Завального стана с. Рождественское Китовка тож») Трофим Алекеев сын Котов – однодворец, его жена: Варвара Григорьева (Григорьевна) ок. 1734 года рождения – дочь однодворца из села Качим Пензенского уезда – Григория Васильева сына князь Еделева (ум.1757г.), и их дети: сыновья: Максим (ок. 1755 года рождения) и Мирон (ок. 1760 года рождения). Дедом по отцу у Варвары Григорьевны был: новокрещен Василий Федоров сын князь Еделев – записан в Пензенской десятне 1696г. с поместным окладом – 300 четвертей земли, денег 10 рублей, получивший поместную землю в селе Качим; род мордовских князей (мурз) Еделевых в средние века владел землей и городом в районе сегодняшнего города Ардатов. Кем они были этнически по своим родовым корням – эрзя или из казанских татар – не известно, известно что Казанское Ханство управляло теми землями где были князья Еделевы, а в Казанском Ханстве было принято назначать князьями к мордовским племенам своих соплеменников из знатных родов, в одной из работ нашел: «…представители татарской знати, осевшие среди мордвы, и были первыми мордовскими князьями, известными нам по документам», кроме того слово «Едель, Идель» - тюркского происхождения – «вода, река», так же название реки Волга на татарском Идел (Итил, Этил), в арабском и тюркском языках – Итиль, в языках же «эрзя» и «мокша» такое слово отсутствует (например название реки Волга на языке эрзя – Рав, на языке мокша - Рава). Представитель рода князей Еделевых впервые в документах упомянут 13 октября 1572 года – князь Килдяш Натаров сын Еделевский (Еделев). Род Еделевых внесен в 6-ю часть дворянской родословной книги Симбирской и Казанской губерний.

В той же 3-й Ревизии записано, что Матвей и Трофим Алексеевы дети Котова со своими семьями в 1762 году переселились на жительство в Ставропольский уезд.
В Ставропольском уезде находится упоминание о Матвее Котове в документе (РГАДА, Ф.342, Оп. 1, Д.109, Ч.11, ЛЛ.188-188об.) «Список наказов однодворцев Оренбургской губернии в Уложенную комиссию 1767 года - №4. Пахотные солдаты с. Архангельского, Орленка тож, Ставропольского уезда». В этом документе написанном от имени «пахотных солдат» села Архангельского Орленка тож (скорее всего это современное с. Нижняя Орлянка Сергиевского района Самарской обл., оно располагалось вблизи с редутом Орлянский и оборонительным валом вблизи от впадения речки Орлянка в реку Сок), а также деревни Верхняя Орлянка (сегодняшнее с. Верхняя Орлянка Сергиевского района Самарской области – рядом с селом Карабаевка) и деревни Черновка (сегодняшнее с. Черновка Сергиевского района Самарской обл.) на имя «…державнейшая великая государыня императрица Екатерина Алексеевна самодержица всероссийская государыня всемилостивейшая – Бьют челом Ставропольского уезда села Архангельского Орленки тож пахотных солдат сотники Никифор Петров, Егор Иванов, Матвей Котов, Петр Егоров, деревни Верхней Орлянки и деревни Черновки пахотные солдаты Козьма Иванов, Логин Екимов, Черновки сотник Иван Гаврилов, десятник Степан Иванов и все того села Орленки и деревень пахотные солдаты и о чем наше прошение следуют пункты…». В чем заключаются их просьбы: просьба об уменьшении подушного оклада увеличенного в 1762 году до 1руб.70 коп. – как было ранее на 55 коп., просьба об отмене назначения их в караул соляного магазина в пригородке Сергиевске (куда они были определены с 1765 года Ставропольской канцелярией). В общем они не пользовались никакими сословными правами однодворцев, платят подушную подать и выполняют государственные повинности наравне с государственными крестьянами.
Для пояснения – отвлечение на государственные повинности отрицательно отражалось на возможность поддержания своего собственного хозяйства в добром состоянии, так в работе «Челобитные пахотных солдат Пензы и Петровска» (на сайте: suslony.ru): «Но что значит даже 6 четвертей в поле, а в дву по тому ж? По системе трехполья это более 9 гектаров. Обработать такую площадь трудно даже при постоянном наличии в доме нескольких сильных мужчин. Пахать сохой приходилось вдоль полосы, затем двоить (пахать поперек полосы), третий раз соха применялась во время сева, чтобы завалить разбросанные севом семена. По нашим подсчетам, сильный, трудолюбивый пахарь черноземной зоны, выполнявший все тогдашние агротехнические требования, проходил за сезон, с осень до осени, с сохой в руках, расстояние от 760 до 1000 километров! При скорости пахаря 3 км/ч на это необходимо 253 часа работы, при 12-часовом рабочем дне – 20 суток (источник: М.С. Полубояров. «Драгунские горы». Саратов, 2000, с.106). Чтобы выдержать такую безумную нагрузку, пахарь должен находиться, как минимум, дома, не отвлекаясь на пограничную службу, охрану грузов, чиновников, арестантов и т.д. Отметим, в качестве справки, почему автор данного очерка в своих публикациях всегда пишет выражение «а в дву по тому ж» не так, как это обычно принято в исторической литературе: «потому ж»… Дело в том, что здесь мы имеем дело не с подчинительным союзом, а с предлогом (по) и указательным местоимением (тому), указывающим на количество (по стольку же). Семантически оно тождественно выражению «а в каждом из двух других полей – вровень с первым полем». (Речь идет о системе трехполья: озимь, яровое, пары). Союз «потому» здесь неуместен, так как этот союз выполняет чисто синтаксическую подчинительную функцию по отношению к другой части предложения, а его просто нет. Следовательно употребление «потому» в качестве союза в данном контексте абсурдно».

Получается что переселившись в 1762 году из села Рождественское Китовка тож Синбирского уезда, Матвей Котов с семьей (да и Трофим Котов с семьей) попали на жительство в «приграничное» село Архангельское Орленка тож Ставропольского уезда (Самарская оборонительная линия с ее крепостями и редутами), где проживали вместе с «пахотными солдатами» и несли те же обременения что и они. «Сотни» в данном случае остались от прежней воинской обязанности (хотя возможно при опасности набегов как степняков-кочевников так и башкир они выполняли воинские обязанности) и воспринимались как мелкая административно-территориальная единица, типа крестьянского общества. Община для решения совместных дел собиралась редко, обычно интересы общества представляли выборные – десятники, пятидесятники, сотники. Указанный в числе подписавших «челобитную» Егор Петров (следующий после Матвея Котова) – предполагаю, что это однодворец Егор Петров сын Тимашев, глава рода, переселившийся в последующем со своим семейством, так же как и братья Матвей и Трофим Котовы – в Карабаевку.

Почему произошло их переселение из родного села, с мест где были их родные и друзья? Я думаю – единственная причина которая могла их подтолкнуть к принятию такого не простого решения – это безземелье. Исходя из того, что их отец Алексей Васильев сын Котов уже не мог получить поместной земли за службу, такого рода вознаграждение было отменено в 1714 году, а своей земли вероятно у него не было, лишь то что досталось ему в качестве приданного от отца жены – Григория Артемьева сына Алашеева, то и Матвею с Трофимом не досталось той поместной земли которая могла бы прокормить их семьи.
Незадолго до их переселения в Ставропольский уезд, в село Рождественское Китовка тож перешел на жительство брат Варвары Григорьевны (жены Трофима Котова) – «однодворец Козма Григорьев сын князь Еделев (по минувшей ревизии написан в Пензенском уезде в селе Архангельском Качим тож…перешел по желанию своему в Синбирский уезд в помянутое село Китовку) – по последней 3-й Ревизии ему 22 года», с ним его семья – жена: Марья Григорьева (Григорьевна) 20 лет, взята Пензенского уезда того же села Качима однодворческая дочь, у них дети, рожденные после ревизии: сын – Иван 1 год; дочь Мавра 3 лет. Козма был младшим братом Варвары Григорьевны, а так же один из младших сыновей Григория Васильева сына князь Еделева, допускаю, что после смерти отца, ему в его родном селе Качим достался совсем маленький участок земли (если вообще что-то досталось), он был еще совсем молод, семья его так же была малочисленна – и перейдя в село Китовка на землю, которую ему оставил муж его сестры - Трофим Алексеев сын Котов (возможно и земля Матвея Котова перешла к нему) – он мог начать вести самостоятельное хозяйство, не завися от своих старших братьев.

Переселившись в Заволжье, на земли которые входили в состав Оренбургской губернии, братья Матвей и Трофим Котовы рассчитывали получить значительно больше земли, чем у них было в Синбирском уезде (в 1780 году в результате административной реформы было образовано Симбирское наместничество в которое вошел Ставропольский уезд, земли же на который была образована деревня Чесноковка Карабаевка тож (о которой речь пойдет позже) вошли в составе Сергиевского уезда который был в составе Оренбургского наместничества).
Начиная с более древних времен и в том числе в те времена о которых идет речь – очень большое значение имело наличие или отсутствие плодородной земли, вся экономика страны строилась на сельском хозяйстве, и поэтому правительство привлекая переселенцев на новые неосвоенные земли, каковыми в то время были земли на левом берегу реки Волга, выделяя им довольно-таки большие земельные участки, так происходила колонизация Заволжья. По Межевой инструкции 1766 года, земельный надел для всех категорий государственных крестьян (куда были включены и однодворцы) не мог превышать 15 десятин «пахотной, сенокосной и подлесной земли» на душу мужского пола. Учитывая, что на момент переселения в Ставропольский уезд в семье братьев Матвея и Трофима Котовых было 5 душ мужского пола (учитывая их сыновей), то они могли получить «от казны» 75 десятин земли на всех, что было не мало.

И начался длинный этап жизни в Карабаевке, которая в начале была деревня Чесноковка Карабаевка тож, а уж позднее стала – село Карабаевка (в настоящее время: Сергиевский район Самарской области).

Все изложенное выше основано на документах, в первую очередь архивных, далее попытаюсь предложить свои версии которые может быть помогут в дальнейшем поиске, но которые в настоящее время, к сожалению, доказать документально не представляется возможным, как высказался в своей работе «Двор князя Андрея Старицкого и проблема «Старицкого мятежа» 1537г.» М.М. Бенцианов: «Недостаток источников не позволяет проследить время появления здесь представителей той или иной фамилии. Можно только предположить…», это заключение справедливо и по поводу моего поиска:

Версия первая:

Василий Алексеев сын Котов мог быть внуком – Синбиренина Бажена Котова (БАЖЕН – славянское (древнерусское) имя, обозначает «желанный»). И возможно, что поместная земля на реке Свияга, часть которой была обменена Василием Алексеевым сыном Котовым на поместную землю на реке Большая Бекшанка, а часть была продана Ивану Проухову, досталась ему от Бажена Котова.
Бажен Котов был среди тех первых детей боярских, которые были с окольничим Богданом Матвеевичем Хитрово в качестве «товарищей», при постройке г. Синбирска и получили свои поместные земли около вновь построенного города.
Согласно «Книга строельная города Синбирска 161-162 гг. (1653-1654 г.)», под редакцией П. Мартынов, Симбирск. Губернская Тип., 1897 г.): «…В Синбирском же отмерено в поместье земли Синбиренину Бажену Котову – шестьдесят четвертей в поле, а в дву потому-ж. А межа той земли: у Свияги реки, на берегу, вяз на нем грань; от того вяза на дубовый столб, на нем две грани; а подле столба, в яме, уголья да зола; от того столба на утиный задний столб, на нем три грани; грань по граням, а другая грань позади Баженовых поля налево; направо – земля Шумовской слободы конных казаков, а налево – земля Бажена Котова; а от того столба на дубовый столб, к речке Сухой Бирючевке, на нем грань; подле столба, в яме, береста; а от того столба налево, на дубовый столб, на нем две грани; а подле столба в яме, зола да уголья; а от того столба на дубовый столб, на нем две грани; от того столба на развиловатый дуб, на нем две грани; а от развиловатого дуба в черный лес, на вяз, на нем две грани; а тот вяз стоит у Свияги реки; налево – земля Бажена Котова, а направо, до черного леса, сенные покосы Каменской слободы конных казаков. Да ему-ж дано сенных покосов подле Свияги реки, в тех же гранях, придцать десятин…». Исходя из указанных координат: речка Сухой Бирюч впадает в реку Свияга около рабочего поселка Ишеевка (7 км севернее г.Ульяновск); Шумовская слобода – сейчас село Шумовка Ульяновский р-н (11 км от с. Ишеевка и 24 км от г. Ульяновск); Каменская слобода потом стала селом Каменка, сейчас Подгорная Каменка (входит в Городской округ Ульяновск (Ленинский район), практически на южной окраине с. Ишеевка) – вот в тех границах (вдоль реки Свияга, между селами Шумовка и Ишеевка) была поместная земля Бажена Котова.
«… Судя по записям в строельной книге, размеры земельных окладов синбирян колебались от 350 до 150 четв. К различным земельным окладам полагалось и соответствующее денежное жалованье: 350 четв. соотносилось с 12 руб., 300 четв. с 10 руб., 250 четв. с 8 руб., 200 четв. с 7 и 6 руб. и, наконец, 150 четв. с 6 руб. Те кому полагались оклады в 350 и 300 чет., получали в земельную дачу 60 четв.; соответственно с 250 четв. отмежевывали 50; с 200 и 150 четв. – 40 четв. («а в дву потому ж»)» (источник: работа «Служилые люди Южного Средневолжья в конце XVI-XVII вв.» Э.Л. Дубман, кафедра российской истории Самарского государственного университета).
Получается, что Бажен Котов относился к наиболее привилегированным синбирянам – это либо из-за его выслуги, до Синбирска, либо потому, что относился к роду, который согласно Разрядных книг, стоял выше некоторых других испомещенных по Синбирску.
Бажен Котов продолжал служить по городу Синбирску, как минимум до августа 1667 года (7175 год) (Синбирским воеводой с 1666 по 1670 годы был князь Иван Иванович Дашков), потом или по возрасту ушел в мир иной, или же бунтовщики Степана Разина при осаде Синбирска, разорив его поместье, решили и его судьбу… В книге «Материалы по истории Синбирска и его уезда» А.Н. Зерцалов, в подразделе «На деловой двор», на стр. 229: «Августа в 17 день, по скаске набережного Ивана Ефимова и по ценовой целовальников Ивашки Федорова, да Васки Враского, боярина князь Якова Никитича Одоевского Нижегородского уезду села Кадниц крестьянину ево Петрушке Савостьянову за стружек однодеревой и о веслы 20 алтын «дано» и тот струг отдан набережному Божену Котову, скаска … в росходном столпу. Августа в 25 день куплено на государев обиход боярина князь Григорья Сунчальвича Черкаского у человека ево у Павла Зыкова стружек ододеревой, и за тот стружек ему, Павлу, рубль 16 алтын 4 денги «дано», а тот стружек отдан набережному Божену Котову, росписка в денгах в росходном столпу. Августа в 30 день, по ценовой и по помете на скаске Микиты Есипова, Уржумскому стрельцу Микифорку Кузмину за стружек однодеревой за пятерик с вкслы 60 алтын «дано», а тот стружек отдан набережному Божену Котову с товарыщи, ценовая и скаска и росписка в денгах в росходном столпу.» Что означает «набережному» - не известно, возможно должность ответственного за речной порт, за «струги» которые были в ведомстве Синбирского воеводы. В том документе есть более подробная роспись по другим «набережным»: «… да восемь рогож парусных отдал набережному Синбиренину Ивану Ефимову…», «… отдал набережному Синбиренину Ивану Климову…» (синбиренин Иван Климов (т.е. принадлежавшие ему «крестьянские души») записан в «1678г. Опись Синбирска, Тагая и Синбирского уезда»: «В Синбирском уезде…Деревня Киреевка, на реке Свияге… Синбиренин Иван Осипов сын Климов (1 двор, 5 душ и еще в д. Сорокомыш 2 двора, 5 душ и 3 двора пусты – в этой деревне за его тремя братьями Синбирянами было: Григорий Осипов сын Климов – 1 душа; Дмитрий Осипов сын Климов – 2 души; Дорофей Осипов сын Климов – 1 душа: их отец – Синбиренин Осип Климов – так же как и Бажен Котов получил свою поместную землю согласно «Книга строельная города Синбирска»: «…В Синбирском же отмерено в поместье синбирянам, детям боярским:…Осипу Климову – пятьдесят четвертей в поле, в дву потому ж…Межа поместной земле…до Свияги реки: …а налево – Осипа Климова, да Осипа Спицына с товарищи земля. Да им же дано за Кутузовым озером промеж Свияги реки в их дачах две десятины, да в полях и по вершине Суксы речки в их же гранях пятьдесят восемь десятин сенных покосов…»; а в соседней деревне Богурна, на речке Богурне – уже известный нам Синбиренин Степан Васильев сын Дурасов – 5 дворов, 10 душ; Котовых в этой «Описи 1678г.» - нет, значит у них на тот момент уже не было «крепостных душ»).

В Синбирск первые дети боярские Котовы могли быть переведены из Алатыря, из этого города-крепости (принято считать что Алатырь был основан в 1552 году) были переведены многие «синбиряне». Первые известные мне представители этой фамилии в Алатыре в 1613 году: «Запечатана грамота на Алатырь по челобитной алаторцов Григория Котова з братом: дана им отказная грамота на старое отца их поместье. Пошлина полтина. Взята» (источник: С.Б. Веселовский «Документы Печатного приказа (1613-1614гг.)», М.: Наука, 1994. – 479 с.: в книге стр. 166 «Записная пошлинная книга» (27 февраля – 12 августа 1613 г.)). Значит их отец (Иван Котов) скорее всего служил по Алатырю и был там наделен поместьем, еще до Смуты.
Судьба Григория Котова (в отличии от его брата – который мог быть отцом Бажена Котова, или же сам Бажен – как младший брат Григория) прослеживается далее: в «Списке алаторцом дворяном и детем боярским, которым быти в нынешнем 135-м (т.е. 1627 год) на государевой службе в Переславль Рязанском…» значится: «…деньги с городом … по 150 чети… по 6 рублев… Григорей Иванов сын Котов» (источник: В.Д. Кочетков «Город-крепость на Суре. Очерки истории г. Алатыря и уезда в XVI-XVII вв.», Чебоксары, 2012г.; РГАДА, Ф.210, Московский стол, Оп.15, д.63, л.72), далее в нескольких делах по отводу поместной земли: «Царская грамота к Алатырскому воеводе, князю Степану Васильевичу Долгорукому об отказе стряпчему Ивану Соловцову и алатырцам Прокофию и Михаилу Мертваго примерной земли а Алатырском уезде… В приказе Казанского Дворца, в даче и в отказных книгах отказа алаторца Григория Котова, прошлаго 145 года, марта в 24 день (т.е. 1637 год), написано…»; «А в отдельных книгах отделу алаторца Григория Котова прошлаго 151 года, марта в 7 день (т.е. 1643 год) написано: отделено к церкви Воскресению Христову попу и крылошанам под дворы и на пашню и на сенные покосы в Алаторском уезде…»; «Лета 7154 года, марта в 24 день (т.е. 1646 год), по Государевой, Царевой и Великаго Князя Михаила Федоровича, всея России, грамоте и по наказу воеводы Ивана Никитича Пушкина велено ехать алаторцу Григорию Котову в Алаторский уезд, на дикое поле…»; «…в Кишском стану написано: за Плакидою да за Обидою да за Богданом Баженовыми детьми Кононовыми жеребий в деревне Мурзицах, отца их поместье… по даче и отказным книгам, отказа алаторца Григория Иванова сына Котова, 160 года, июня 18 дня (т.е. 1652 год)…» (источник: «Из Архива Павла Сергеевича Таушева. Выписки с отказных, писцовых, межевых, отдельных и переписных книг». - сайт: archeo73.ru). Кстати сын Григория Котова - Филипп, так же как и отец, проводил «отказы» поместной земли – но уже в Синбирском уезде как «синбиренин»: «…Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича, всея великия и малыя и белыя России Самодержавцев и по наказной памяти стольника и воеводы Матвея Алексеевича Головина , велено синбиренину Филиппу Григорьеву сыну Котову, да Приказной Палаты подъячему Петру Павлову ехать в Синбирский уезд, за Волгу реке на луговую сторону…» (М.А. Головин был воеводой в Синбирские с 1673 по 1675 годы). Последнее упоминание про него, уже «отставного» при отказе на него поместья отца: «7192 году, марта в день по указу Великих Государей, Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича, всея великия и малыя и белыя России Самодержцев и по грамоте из Приказа Казанского Дворца за приписью дьяка Семена Струкова по челобитью синбиренина отставного Филиппа Григорьева сын Котова да столника и полковника Московских стрельцов Анисима Леонтьева сына Мертваго и по наказной памяти стольника и воеводы Степана Лукича Бобрищева-Пушкина велено Алаторской площади подъячему Гришке Завражному ехать в Алаторский уезд, в Кишский стан, в Григорьево поместье Иванова сына Котова, в деревню Кречкову да в деревню Кононову…велено отказать сыну его Григорьеву, Филиппу Григорьеву сыну Котову в поместье, буде после его, Григория, жены и иных детей никого не осталось и спору о том поместье не будет…» (источник: «Из Архива Павла Сергеевича Таушева»). Это поместье было переуступлено указанному Анисиму Мертваго, т.к. Филипп Котов в 7190 году (т.е. 1682 год) получил с него 30 рублей «за ту свою землю, на долговые свои расплаты и на всякия свои нужды…». Кроме этой, доставшейся от отца поместной земли, за Филиппом Григорьевым сыном Котовым было поместье в Синбирском уезде на речке Сухом Бирюче (кстати там же было поместье уже известного нам синбиренина Степана Васильева сына Дурасова).

Как я указал ранее, в 1700 году, при оформлении мены поместной земли между Афанасием и Алексеем Васильевыми детьми Котова (с одной стороны) и Степаном Васильевым сыном Дурасова (с другой стороны), подписи за Афанасия и Алексея сделал – Федор Стахеев сын Котов. Кем он был по отношению к Афанасию и Алексею – неизвестно, возможно даже что их двоюродный дядя (двоюродный брат их отца). Про него известно, что он был грамотен, сохранился документ датированный 1702 года, написанный им собственноручно (источник: «Материалы исторические и юридические района бывшего Приказа Казанского дворца. Т. 3, изд. Симбирской губернской ученой архивной комиссии, 1902г., документ №55. 1701-1702гг. «Росписка, данная Федором Котовым Даниле Захарову и Лаврентию Загарину в отказ поместной земли». Из собрания Л.А. Прушкевича). У него была жена Анна Игнатьевна, которой в 1709 году, после смерти Федора Котова «о даче ей и дочерям ея Марье и Федоре на прожиток из недвижимого имения мужа ея Федора Остафьева сына Котова, Симбирского уезда в селе Загарине и деревне Котове» (источник: РГАДА, Ф. 1209, Дела молодых лет по Казани, Д.6556). Его первая дочь Мария была замужем за Гавриилом Девятовым. Его вторая дочь Федора была замужем за Карпом Петровым сыном Нагаткина, их дочь Катерина в свою очередь, была замужем за Иваном Жадовским. Село Никольское Загарино тож – сейчас с. Загарино в Барышском р-не Ульяновской обл., на речке Сызранке. В этом же селе Загарино, среди помещиков, был Аким Степанов сын Котов. Его отец Степан Котов (отчество не известно) был среди тех «синбирян» кому: «…в 193 году, октября дня (т.е. 1685 год) отказано в Синбирском уезде из порозжей земли, из дикаго поля, по обе стороны речки Большой Бекшанки, в поместье синбирянам: Степану Котову, Никитие Пешкову, Архипу Языкову, Якову Всеволоцкому, Михаилу Толузарову, Прокофию Вронскому, свияженину Семену Языкову – по 60 четвертей в поле в дву потому ж… с сенными покосы и со всеми угодьи…» (источник: Материалы исторические и юридические района бывшего Приказа Казанского дворца. Выписки из подлинных документов, хранившихся во деле Синбирской Гражданской Палаты 1768 года «об отказе села Каранина и деревни Вязовки за господ Окоемовых»), это поместье Аким Степанов сын Котов в последующем в 1701 году обменял (РГАДА, Ф.1209, Дела молодых лет по Казани, Д.6498) тому же «соседу» синбиренину Степану Васильеву сыну Дурасову (как и Афанасий с Алексеем Котовы). Но в отличии от Афанасия с Алексеем Котовых – Аким Котов остался вблизи от старого поместья, в селе Загарино, где он фигурирует в нескольких делах (РГАДА, Ф.1209) совместно с Федором Стахевым сыном Котова. Жена Акима Степанова сына Котова - Домна Ивановна была еще жива до 1745 года, когда решался вопрос по закладной недвижимого имения Симбирского уезда села Никольского Загарино тож (РГАДА, Ф.1209, Дела молодых лет по Казани, Д.6689). Допускаю, что Степан Котов мог быть родным братом Федора Стахеева сына Котова и потому Федор оказывал помощь (опеку) своему племяннику Акиму. Ни у Федора Стахеева сына Котова, ни у Акима Степанова сына Котова, по изученным документам, не было сыновей, поэтому допускаю, что, эта ветвь рода Котовых закончилась на них.

В таком случае, возможно, что у Бажена Котова были сыновья: Астафий (Стахей) и Алексей, чьи сыновья и внуки переместились от реки Свияга, южнее по Синбирскому уезду на земли Дикого поля в район реки Большая Бекшанка.

В Алатырь, в свою очередь, дети боярские Котовы могли быть переведены из Рязанских земель, много Котовых служило и было наделено поместной землей по Переяславлю-Рязанскому (сейчас г. Рязань) и по Ряжску. «Котовы-рязанцы известны с конца XV в. В 1491/92 – 1518/19 гг. Панкрат Михайлович Котов присутствовал на докладе заемных кабал рязанским боярам Ивану Ивановичу Измайлову, Федору Ивановичу Сунбулу и Михаилу Дмитриевичу Кобякову…. Можно уверенно заключить, что рязанские помещики Котовы второй половины XVI в. были если не прямыми потомками, то, во всяком случае, родственниками Панкрата Михайловича. Видимо, Котовы издревле параллельно служили рязанскому владыке и местному великому князю… В писцовых книгах 1594-1597 и 1627/28 – 1628/29 гг. упоминается целый ряд Котовых, чья служба не была связана с владычным двором.» (источник: «Рязанский архиепископский двор середины XVI века», авторы: А.Ю. Савосичев и О.Ю. Кузьмина (cyberleninka.ru)).

Получается в Рязанской земле дети боярские Котовы служили еще при самостоятельном Великом княжестве Рязанском, до его присоединения к Москве. Одна из ветвей «рязанских» дворян КОТОВЫХ была внесена в VI часть родословной книги Рязанской губернии (герб рода не известен).

Кроме того, рискну предположить, что в Алатырь дети боярские Котовы могли быть переведены так же из Новгородской земли, а именно из Бежецкой пятины. По Бежецкой пятине служило много представителей этой фамилии. Согласно «Новгородския Писцовыя Книги, изданные Императорскою Археографическою Комиссиею, Том Шестой. Книги Бежецкой Пятины (Ч.II)» в 1545 году дети боярские Котовы были наделены поместьями в Егорьевском погосте на Чюдине; в Волости Тростна; в Волости Заручек, Волости Любчюн и Волости Пруды Ивановского погоста.

Многих детей боярских Котовых из Бежецкой пятины постигла трагичная участь, выпавшая на долю россиян во время правления царя Ивана Грозного. Академик АН СССР, профессор МГУ, авторитетный историк Степан Борисович Веселовский дает такое описание произошедшего: «Последнее значительное расширение ведомства Опричного двора связано с погромом Новгорода в 1570г. Непосредственно после погрома царь взял в опричнину Торговую сторону посада Новгорода и две пятины – Бежецкую и Обонежскую. Известно, что в Новгороде в это время частных вотчин не было совсем, а все новгородские помещики были ближайшими потомками тех служилых людей из разных московских городов, которые были испомещены в Новгороде в конце 15 века и в начале 16 века на землях, конфискованных у новгородских бояр и «житьих людей», у новгородского владыки и монастырей. Повесть «О приходе царя Иоанна IV Васильевича в Новгород» рассказывает, что после наказания новгородцев во все пятины «около Великого Новгорода верст за двести и за полтретьяста и болши» были разосланы опричники с приказанием дома помещиков «всячески расхищати и скот убивати у всяких людей без пощаденья, чей кто ни буди, без рассуждения». В синодике опальных царя Ивана мы находим большое количество новгородских помещиков, казненных в 1570 г. Больше всего казненных приходится на Бежецкую пятину. Многие казнены целыми гнездами. Очевидно, довольно значительное количество новгородских помещиков было замешано в «изменное дело» новгородского владыки Пимена и по спискам, составленным, вероятно в Александровской слободе, было перебито без всякого суда и следствия, «без пощаденья» и «без рассуждения». Правильность показания новгородской повести подтверждается напечатанными Самоквасовым обыскными книгами о запустении, вызванном опричным погромом. В них мы видим удручающую картину разорения – множество перебитых крестьян, разграбленных и сожженных деревень и т.д.
Непосредственно после погрома все помещики Бежецкой и Обонежской пятин, за исключением принятых в опричнину, подверглись выселению.» (источник: С.Б. Веселовский «Очерки по истории опричнины», М., 1963г.).

Согласно «Синодика опальных людей царя Ивана Грозного» (составленного по велению Грозного и высланного в Николаевский Антониев монастырь и во все другие крупные монастыри в 1582-1583 годах), куда были вписаны для поминовения, среди других казненных опричниками по его повелению – 5 человек с фамилией Котов – как написал профессор Веселовский «…Многие казнены целыми гнездами»: Среди казненных при Иване Грозном из Бежецкой Пятины: в октябре 1569 год по делу Старицких (удельных князей) – Андрей Котов; в январе-феврале 1570 году – Никита и Тимофей Котовы, Петр и Андрей Котовы (источник: «Синодик опальных царя Ивана Грозного (7091 года)», реконструкция Р.Г. Скрынникова).
«После совершения казней по указу царя сотни семей бывших владельцев покидали свои обжитые владения и родовые усадьбы. В вотчину являлся царский гонец с грамотой на выселение. По разбитым дорогам в распутицу, в зной и мороз, на телегах и санях семьи детей боярских и их холопы с домашним скарбом тащились десятки и сотни верст туда, где их никто не ждал. Их выселяли на окраины государства или в иные города…»… (источник: А.Н. Головкин «Помнят стены монастыря».-Тверь: ООО «Издательство «Триада», 2016.-224с.; стр.32-33.)).
В подкрепление этой версии: «… Из московской официальной летописи XVI в. мы знаем, что опальных дворян и детей боярских вместе с их семьями Иван Грозный ссылал на житье в Казань: а «животы их имал на себя»…» (Б.Д. Греков «Исторические записки», Вып.93, Москва, Изд. «Наука», 1974г, стр.332); «…в период опричнины…в Казанском и Свияжском уездах опальных княжат и детей боярских была проведена массовая раздача им дворцовых и крестьянских земель. Лишь в Казанском уезде «новым жильцам» было выделено в поместье свыше 23 тыс. четвертей земли… … в 1556-1572 гг… выселения касались главным образом опальных и их родни и проводилась также из земских уездов… «в результате опричных ссылок в Казань, Свияжск, Лаишев и Чебоксары заложен был фундамент поместного землевладения русских феодалов в Среднем Поволжье…» (сборник статей «Россия на путях централизации» Дмит.Серг.Лихачев, Влад.Терен.Пашуто, Институт истории СССР (Академия наук СССР), Изд. «Наука», 1982г.).

Как опальные родственники казненных, или же как выселенные с земель перешедших в опричнину, дети боярские Котовы могли оказаться на службе в Алатыре, тогдашней «окраине государства». Среди тех же детей боярских – синбирян, встречаются редкие фамилии, носители которых в XVI веке были испомещены по Бежецкой Пятине, в то же время когда и Котовы: например – Ружевские (Рушевские), Алекины (Олекины), Неклюдовы, Чириковы, Нелединские, Дубенские, Плотцовы, Скорятиновы (Скорятины), Кречетниковы (Кречатниковы), Кушниковы, Кологривовы, Утинские (Утенские), Нагаткины, Телешовы, Крашовы (Крашевы), Аксаковы – не говоря уж о таких распространенных фамилиях, как: Микулины, Племянниковы, Лазаревы, Романовы, Воронцовы, Клементьевы, Родионовы (Родивоновы), Зиновьевы, Крюковы, Лукины, Копыловы, Кокоревы, Губины, Комаровы, Климовы, Дурасовы, Богдановы.

Вторая версия:

Эта версия связана с совершенно другим родом – ТИТОВЫХ. Вроде бы какое отношение Котовы могут иметь к Титовым? Буду излагать по порядку.

Согласно документам 1-й, 2-й и 3-й Ревизий – какое-то время, а скорее всего не менее 60 лет, жизнь моих предков была связана с селом Рождественское Китовка тож Синбирского уезда. Что примечательно, в этом селе с фамилией Котовы – были только Алексей Василев сын Котов (ушедший в службу в 1722 году) и его сыновья: Матвей Алексеев и Трофим Алексеев дети Котовы. Каким образом Алексей Котов оказался в том селе – неизвестно. Возможно он там жил еще ребенком (возможно и родился там), со своим отцом Василием Алексеевым сыном Котовым и старшим братом Афанасием, а может быть он там поселился лишь после ухода из жизни отца. Неизвестно…

Но известно, кто и когда основал это село: «…прошлого 190-го года марта в день написано по указу блаженные памяти Великого Государя Царя и Великого князя Федора Алексеевича всея великая и малая и белая России самодержца …из порозжей земли в Синбирском уезде на Сюксюмской поляне по реке Сюксюм по челобитью Синбиряном Евсевию Никифорову сыну Китову семьдесят четей, Спиридону Лукьянову сыну Алашееву, Ивану Селиверстову сыну Крыжину, Василию и Федору Никифоровым детям Китовым, Прокофью Жаденову сыну Воронину, Василию Кочергину по шестидесяти четей, Кирею Поликарпову, Тихону Жаденову сыну Воронину, Осипу Леонтьеву сыну Крюкову по пятьдесят четей, Артемию Алашееву сорок четей в поле а в дву потому ж с сенными покосы и со всеми угодьи…» (РГАДА, Ф.1326, Оп.2, Д.493, ЛЛ.156-158).
Согласно этого документа в 1682 году (7190г.) синбиряне во главе с Евсевием Никифоровым сыном Китовым (размер его поместной земли самый большой) получили поместную землю на «Сюксюмской поляне» и ими была основана деревня Китовка (по фамилии братьев - синбирян детей боярских: Евсевия, Василия и Федора Никифоровых детей Китовых). В 1-й ревизии 1723 года – уже в селе Рождественское Китовка тож, было много представителей фамилии – Китовых: «синбиренин однодворец» Федор Васильев сын Китов (50 лет); «синбиренин однодворец» Алексей Федоров сын Китов (45 лет); «синбиренин однодворец» Степан Алексеев сын Китов; записаны крестьяне (3 муж.п.) «синбирян»: Афанасия, Семиона и Ефима Никитиных детей Китовых (по наследству от их отца: Никиты Евсевьева сына Китова), некоторые из них, или же их сыновья, были на одном с Алексеем Васильевым сыном Котовым «Смотре дворян» в январе 1722 года и ушли в военную службу: Драгунский сын Петр Алексеев сын Китов, 19 лет; Рейтарский сын Евдоким Алексеев сын Китов, 30 лет; Драгунский сын Ефим Никитин сын Китов, 20 лет. Во 2-й ревизии записаны крестьяне (2 муж.п.) – вдовы Анны Мартыновой дочери Китовой; крестьяне (3 муж.п.) – гвардии рейтара Василия Алексеева сына Китова (в 3-й ревизии в 1762 году, записаны его крестьяне, а он значится как «отставной вахмистр»). А Котовых, как я уже сказал, всего – 1 семья.

Итак село Китовка получило свое название от фамилии братьев – синбирян Китовых. Немного про эту семью – [известны четверо братьев Китовых: по старшинству – Евсевий, Василий, Федор и Алексей Никифоровы дети Китовы.

Два средних брата: Василий и Алексей – начинали свою службу по городу Атемар:
В Атемарской десятне 1679/80 года:
Ст. 274:
«Рейтары ж Атемарцы дворяне и дети боярские неверстанные»
Ст. 284, 285:
«Василий да Федор Никифоровы дети Китовы. В сказке их написано: Служитъ Василий полковую службу со 173 году (т.е. 1664/1665г.), а Федор со 179 году (т.е.1670/1671г.); а со 187 году служат рейтарскую службу (т.е. с 1678/1679г.). Ружья Василью дано из казны: пистоль, а Федору пара пистолей; а карабинов и шишаков и лат им не дано. Поместной земли за ними, с братьями, в Саранском уезде, вопче, 150 четей, да у Федора особой земли, в Алатырском уезде, 15 четей; крестьян и бобылей и задворных людей и всяких пожиточных угодий нет. А детей, у Василья: Григорий 6-ти лет, Федор 4-х лет; а у Федора: Алексей 3-х годов да Кирей, полугоду. А иных никаких свойственников нет. На службе будет Василий на меринке, а Федор на коне; бою у Василья: карабин да пистоль да сабля; а у Федора: пара пистолей да карабин да сабля.»
Ст. 416: «Атемарцы дворяне и дети боярские рейтары: 1-я половина… По 250 четей, денег по 8 рублев… Василий да Федор Никифоровы дети Китовы».
(источник: «Десятни Пензенского края (1669-1696)», Изданы Археографическою Комиссиею под редакцией Члена Комисии Александра Барсукова, С.-Петербург, 1897г.: книга на сайте Президентской библиотеки им. Б.Н. Ельцина (prib.ru)).
Указанные в этой десятне – сыновья: Василия – Федор 4-х лет и Федора – Алексей 3-х лет, те самые «синбиряне однодворцы» из Переписи 1723 года - Федор Васильев сын Китов (50 лет) и Алексей Федоров сын Китов (45 лет) – небольшое несоответствие возраста – но в старых документах такое встречается часто.

Где служил старший брат – Евсевий, не известно, возможно по Алатырю (откуда они все были выходцами), а может быть уже по Синбирску. К 1682 году эти трое братьев Китовых уже служили по Синбирску и как «синбиряне» получили поместную землю по речке Сюксюм. Судьба младшего брата – Алексея - загадка, по документам лишь известно, что: «…190 год ноября в 4 день отказано Евсевию, Василию, Федору и Алексею Никифоровым детям Титова (именно «ТИТОВА») отца их поместье в Саранском уезде на речке Нуя…» (источник: РГАДА, Ф.1209, Оп.2 (Отказные книги по Казани), Кн.6488, №48) и далее: «…192 года марта дня отказано Семену Матвееву сыну Растовскому меновое поместье Евсевия да Василья да Федора да Алексея Никифоровых детей Катовых (именно «КАТОВЫХ»), что им дано было отца их поместье в Саранском уезде на речке Нуя меж дач Алексея Алашева да Богдана Воронина…» (источник: РГАДА, Ф.1209, Оп.2 (Отказные книги по Казани), Кн.6505, №56).
Значит в 7190 (т.е. 1682 году – т.к. это ноябрь) Алексей Никифоров сын Титов (Катов, Китов) был еще жив, раз на него в том числе, проводился отказ отцовского поместья.

Если допустить, что Василий Алексеев сын Котов (наш предок) был сыном Алексея Никифорова сына Титова (Катова, Китова), тогда становится ясно почему Алексей Васильев сын Котов и его сыновья: Матвей и Трофим – жили в селе Китовка. Это было село основанное их родственниками, братьями их отца и деда. Но это предположение возможно лишь в том случае, если и Алексей Никифоров сын Титов и Василий Алексеев сын Котов женились в очень раннем возрасте (исходя из имеющихся данных, хотя указанные в документах возрастные данные могли быть приблизительны, практика работы с архивными документами показывает насколько это было неточно в те времена) и их сыновья родились когда им было по 18-19 лет, что вполне допустимо, учитывая что среди тех же «детей боярских» часто браки заключались в раннем возрасте (16 и даже 15 лет – был нормальным возрастом для жениха и невесты), это относилось и к царям: Иван Грозный женился в 16 лет на Анастасии Романовне Захарьиной-Юрьевой, Петр I женился так же в 16 лет на Евдокии Федоровне Лопухиной.
Разное написание фамилии (а так же и названия села) могу лишь предположить – неустоявшиеся правила орфографии в те времена, или же просто небрежность людей писавших.

И если Алексей Никифоров сын Титов (Китов) – по последним своим записям значился как «КАТОВ», то и его сын Василий мог быть записан как «КАТОВ», а Котов и Катов в те времена вообще не различалось, писали и так и так – вот таким образом, за нашей веткой могла быть закреплена фамилия - КОТОВЫ.

Отцом братьев Евсевия, Василия, Федора и Алексея Никифоровых детей Китовых – был сын боярский Никифор Филиппов сын Титов.
В Атемарской десятне 1669/70 года:
Ст. 195:
«Никифор Филипьев сын Титов (Убит). Верстался по Атемару во 150-м году (т.е. 1641/42г.); а поместной ему оклад учинен 200 четей, денег с городом 7 рублев». (источник: «Десятни Пензенского края (1669-1696)», Изданы Археографическою Комиссиею под редакцией Члена Комисии Александра Барсукова, С.-Петербург, 1897г.: книга на сайте Президентской библиотеки им. Б.Н. Ельцина (prib.ru)).

Если в этой книге «Десятни Пензенского края» перейти в Указатель личных имен, и поискать фамилию «КИТОВЫ», то Ст.22 можно увидеть отсылку – «Китовы. См. Титовы.», и соответственно находим Ст.45 – «Титовы (Китовы)» с полным перечнем имен.

Возможно для носителей фамилии КИТОВЫ это будет открытием, но их фамилия судя по всему непосредственно связана с фамилией - ТИТОВЫ. Тут даже дело не в реформе русского языка заменившей одну букву на другую, как например «СиНбирск» на «СиМбирск», «ПаФом» на «ПаХом», «СтеФан» на «СтеПан», а просто «разговорная форма» бытовавшая в разных регионах страны:
« …Замечательно, что рядом с смягчением К и Г в Т и Д мы встречаем в великорусских говорах спорадические случаи замены мягких Т и Д мягкими К и Г, исключительно в заимствованных словах: грамота XV в.: Костянькин (Мейчик, 117); грамота 1654 г.: Iевъ Китовъ сынъ (Ак. Юр. 340); современн. московск. вульгарн. Китъ (= Титъ),апекитъ, кiятръ, оргенъ (Островский), Костянкинъ, кесемка, пашкетъ. Повидимому, мягкое Т заменено через К в великор. скирдъ (в грамоте 1518 г. Ак. Юр. 275): срв. малор. стиртъ, белор. стиртъ, польск. styrt.» (источник: Алексей Соболевский «Труды по истории русского языка. Т.1: Очерки из истории русского языка», стр. 133).
Еще на эту тему: «…в Мотовском заливе, где одна губа даже называется Китова, и в Вайдо-Губе. Далее на запад от Рыбачьего они также… 1) Поморы часто называют кита – тит, вследствии чего Китова губа у них именуется Титова. Поэтому показания Middendorff’а и других, по которым Титова губа означает губу Св. Тита, безусловно ошибочны.» (источник: «Записки: Оставо», Том.56 – Записки Императорской Академии наук, 1887г.).

Так вот и трансформировалось из ТИТОВЫХ в КИТОВЫ…

Общая тема