Варварины

"Переписная книга Воронежского уезда 1646 года''. В.Н.Глазьев. Воронеж; Воронежский государственный университет. 1998.

Микифор Струков (крестьянин [Куземка Микулин сын Варварин, его племянник Панка, Игнатка Иевлев сын Струков, Стенька Харитонов сын Струков; бобыль Сенька Ле...ев сын Шемякин его сын Матюшка) [-- Кузьма Николаев сын Варварин в 1646 году крестьянин атамана Микифора Гаврилова сына Струкова в с. Собакино, как Куземка Микулин сын Ворварин]

Из Ф.И287, Оп.1, Д.12 ГАВО
Росписной список орловских детей боярских за 1675 г.

Яков (Фролов сын) Варварин [ -- в селе Собакино в 1646 году у атамана Александра (Иванова) сына Воронина крестьяне: Кондрашка Хорламов сын Воронин (Косой), Фрол Кондратьев сын Воронин, Янко Фролов сын Воронин -- этот, последний, предположительно, и есть Яков Варварин.
У атамана Ерофея Сафонова сына Худякова крестьянин Микулка Кондратьев -- брат Фрола Кондратьева, на мой взгляд. Во дворе атамана Микифора Гаврилова сына Струкова живет Куземка Микулин сын Варварин, двоюродный брат Якова Варварина.]

Ф.И287, Оп.2, Д.2 ГАВО
1 ноября 1673 г. - 28 февраля 1674 г. Ф. И287, Оп.2, Д.2 ГАВО Переписка орловского воеводы Ивана Семеновича Зыдина и воеводы Белгородского полка Григория Ромадановского о присылке орловцев-ратных людей в Белгородский полк и подготовке их к походу (отписки). Список орловских солдат Белгородского Полка

Ефим (Киприянов сын) Варварин
Его происхождение неизвестно.

ГАВО Ф.И171, Оп.3, Д.56
1704 год.
Дело по челобитью орловцев Ф. Горбунова и М. Варварина о розыске жителей с. Хренового
Воронежского уезда В. Анохина и К. Кузнецова, укравших у них ''пожитки''.

Великому Государю Царю и Великому Князю Петру Алексеевичю всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержцу холоп Твой, Микита Бехтеев, челом бьет.
В нынешнем, Государь, 1704 году, маия в 30 день, вынято поличное, четыре клупка пряжи, в Орлове у орловца, у Ивана Глухова, в дому в клети, и по тому поличному он, Иван, винится, что-де покрал в нынешней прешедший Великий Пост с орловцом с Федором Коволенковым у орловца у Максима Варварина в клети вышеписанные поличные четыре клупка пряжи да зипун серемяжной, шубу боранью новою мужскую, холст посконной, двоя сапоги, одни мужские, а другие женские, рубаху ольненую женскую, телагрею крашенниною, солоду рженого с осмину, и в том солоду сварил он вино с Федором Ковалевым и, своря, розделили и выпили и краденую рухледь меж себя поделили. И что-де той рухледи ему, Ивану, досталось, схоронил он у Федор Ковалева в гумне под летну? в землю. А как товарищ ево, Федор Ковалев, взят по оговору в запою на Воронеже и после-де ево он, Иван, взял ту рухледь из земли и федорову долю, и отнес по двор в луку, и в лесу лежало с неделю, и из лесу перенес в гумно в половен к орловцу к Гавриле Селезневу, а вышепомянутой зипун серемяжной продал-де он на Воронежи в торгу незнамо-де кому, а взял за зипун десять алтын.
И по тем ево виным речам вышепомянутая рухледь вынета с ним, Иваном, в половне у Гаврилы Селезнева и принесена в Орлов в приказную избу.
И по тому поличному по челобитью орловца Василья Ушекова в подранных на пчельнику в трех ульях пчелах он, Иван, роспрашиван с пристрастием, а в роспросе про пчел сказал, что де ничево он не ведает, и сказал он, Иван, за собою Твое Государево слово, прикрепя ево, Ивана, и к Тебе Великому Государю Царю и Великому Князю Петру Алексеевичю всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержцу послан на Воронеж за провожатыми с Орловцы з Зеновьем Смоляниновым с товарищи, маия ж в 31 день, и сю отписку велел им подать, и ево, Ивана, объявить в Приказе адмиралтейских дел адмиралтейцу Федору Матвеевичю Апраксину с товарищи.



Лета 1704 году июня во 2 день по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержца стольнику полковнику Афонасью Никитичу Нелидову: прислать тебе в Приказ адмиралтейских дел полку своего трех человек салдат, а им быть в посылке до Москвы за колодником, которой прислан на Воронеж из Арлова, что сказал за собою Государево слово.

Государь мой Григорей Андреевич, здравствуй на многия лета!
Сего июня в 2 день прислан на Воронеж в Приказ адмиралтейских дел с Орлова колодник, которой сказал за собою Государево слово, орловец Иван Глухов. А по указу Великого Государя, каков прислан в Приказ адмиралтейских дел ис Преображенского приказу в прошлом 1703-м году таких людей, которые посланы будут из городов от воевод и от приказных людей, и учнут за собою сказывать Государево слово или дело в Адмиралтейском приказе, не роспрашивая, велено присылать в Преображенской приказ, и по тому Великого Государя указу, тот колодник послан с Воронежа к Москве сего ж июня 2-го числа Афонасьева полку Нелидова с солдаты с Петром Шапошниковым, с Максимом Володимеровым, с Фомою Уголковым.
Прикажи того колодника у них принять и отослать в Преображенский приказ.
Посланы июня 2 1704.



Лета 1704 году июня во 2 день по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержца послан с Воронежа ис Приказа адмиралтейских дел к Москве в Приказ адмиралтейских дел же колодник орловец Иван Глухов, которой сказал за собою Государево слово Афанасьева полку Нелидова с салдаты с Петром Шапочниковым, с Максимом Володимеровым, с Фомою Уголковым. А ис Приказу адмиралтейских дел велено ево послать в Преображенской приказ, и по сему Великого Государя указу от Воронежа по Тульской дороге до Ельца и до Ефремова и до Тулы и до Серпухова и до Москвы стольникам и воеводам и приказным людям, а в селех и в деревнях закащиком. И всем жителям давать им салдатам Петру Шапочникову, Моксиму Володимерову, Фоме Уголкову и под колодника две подводы с телеги и проводники уездные и без прогонов без задержания.
А вести им, салдатом, ево, Ивана, дорогою с великим поспешением, а едучи над ним с великим опасением чтоб он з дороги у них, салдат, не ушол или над собою сам смертного убойству не учинил. А привещи ево, Ивана, к Москве, объявить в Приказе адмиралтейских дел адмиралтейцу Федору Матвеевичю Апраксину с товарыщи.

Лета 1704 июня в 19 день по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича всеа Великия и малыя и Белыя Росий Самодержца адмиралтеец Федор Матвеевич Опраксин с товарыщи.
Сего июня в 13 день в Преображенской приказ прислан из Приказа адмиралтейских дел орловец Иван Глухов для того, что он сказал за собою Государево слово и в Преображенском приказе перед стольником князем Федором Юрьевичем Рамодановским он, Иван, в роспросе сказал, Государева слова за ним нет, а есть Государево дело такое, что ныне седьмой год выбран он к струговому и бударному делу в нарядчики надсматривать над работники, а работники ему даны драгуны сто человек и тому ныне недель з десять ис тех драгунов бежал Сава Лиховидов, Тит Скворцов, Иван да Игнатей Мызгины, Радион Важакин, и, бежав, жили в ухоронке у орловского подьячего Ивана Насонова. И тот-де подьячей с тех драгунов взял взятки: с Савы Лиховидова лошадь гнедую, с Тита Скворцова сорок алтын да две копны ржи, с Ывана Мызгина рубль да корову, с Ыгнатья Мызгина тритцать алтын да две епанчи, с Родиона Важакина корову да пять копен ржи. И на работу ходить им не велел. И он-де стал ему говорить: для чего он с тех драгунов взял взятки и отпустил, и он-де учел ево бить топтунками и батоги смертным боем и, бив, приговаривал, для чего ты Государевых людей сыскиваешь, тебе до того какое дело. А избы, в которых те драгуны жили неведомо по какому указу свел на Орел к себе в дом, да тот же-де подьячей у себя держал девку и наряжал в мужеское платья и с нею езживал по дорогам а называл ее мужским имянем Ивашком, а женским имянем как ее звать того он не ведает, и тому-де ныне лет з десять отдал ее в приданье, нарядя в мужское платья и назвав мужским же имянем Ивашкою, за сестрою своею в Костенеск за попова сына, а как ево и отца ево зовут не знает.
И тот-де ево зять того Ивашку женил на приданой своей девке, и после-де того, спустя года з два, тот Ивашка живучи у того ево зятя во дворе обрюхател и родил, а с кем того рабенка прижил того он не ведает.
А оприч-де того Государева дела за ним никакова нет и за иными ни за кем не ведает.
И Великий Государь Царь и Великий Князь Петр Алексеевич всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержец указал ево, Ивана Глухова, отослать ис Преображенского приказу для розыску в вышеписанных взятках в Приказ адмиралтейских дел к тебе адмиралтейцу Федору Матвеевичю с товарыщи, и по тому ево Великого Государя указу он, Иван Глухов, ис Преображенского приказу в Приказ Адмиралтейских дел послан Преображенского приказу с подьячим з Григорьем Протопоповым
И по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича всеа Великия и малыя и Белыя Росий Самодержца адмиралтейцу Федору Матвеевичю Опраксину с товарыщи учинить о том по указу Великого Государя.
У подлинной припись дьяка Василья Мануйлова справа подьячева Петра Исакова.
Послать на каргу на пять лет.

РГАДА 210-6д-170 (Белгородский стол) 1697



Ефим Киприянов сын Варварин, у него брат Онтипка в службу поспел.
Андрей Яковлев сын Варварин, у него два брата Ивашка (Иев), Микишка в службу поспели.




Яков Фролов сын Варварин, у него три сына Ивашка, Игнашка, Микишка, в службу поспели
Трофим Киприянов сын Варварин
Максим Григорьев сын Варварин, у него сын Ивашка одиннатцати лет

ГАВО Ф.И171, Оп.3, Д.56
1704 год.
Дело по челобитью орловцев Ф. Горбунова и М. Варварина о розыске жителей с. Хренового
Воронежского уезда В. Анохина и К. Кузнецова, укравших у них ''пожитки''.

1704 году в 5 день.
На Воронеже в Приказе адмиралтейских дел перед адмиралтейцем Федором Матвеевичем Опраксиным с товарыщи орловской подьячей Иван Насонов допрашиван.
А в допросе сказал орловцы Сава Лиховидов, Тит Скворцов, Иван да Игнатей Мызгины, Родион Кривинин, а не Вожакин, збежав от стругового дела у него, Ивана, в ухоронке не живали, и взятков-де с них он, Иван, с Савы Лиховидова лошеди, с Тита сорока алтын да дву копен ржи, с Ывана Мызгина рубля да коровы, с Ыгнатья Мызгина тритцати алтын да дву епончей, с Родиона Кривинина коровы да пяти копен ржи не бирывал и на работу ходить им не заказывал.
И Ивана-де Глухова про взятки и про отпуск их, драгунов, ему, Ивану, не говаривал, и за то он, Иван, ево Ивана Глухова, топтунками и батоги смертным боем не бивал, и таких слов ему, что он сыскивает Государевых людей и какое ему дело не приговаривал, и избы, в которых те драгуны жили к себе в дом не сваживал, и девки он Иван у себя заведомо не держал и в мужеское платье не нарежал и с нею по дорогам не езживал и мужеским именем Ивашкою называть не веливал и в приданые за сестрою своею в Костененск за попова сына в мужеском платьи не отдавал.
И зять-де ево того Ивашку на приданой своей девьки не женивал. И тот Ивашка живучи у зятя ево во дворе не обрюхатевал и не радил.
Тем-де всем ево, Ивана, он, Иван Глухов, поклепал нопрасно, мстя за то в нынешнем 704-м году маия в 30 день по оговору орловца Ивана Долгова во многих тадьбах. Ходил он, Иван Насонов, к нему, Ивану Глухову, с понятыми на двор для поимки ево, Ивана, и выемки краденой рухледи. И он-де, Иван Глухов, от поимки ушол было в клеть и ис клети, зарядя винтовку, хотел ево, Ивана, убить. И караульщики-де, как он вышел из клети, его поймали и вынели у нево по указыванью исцов Максима и Трафима Варвариных свойственника их украденой пряжи ольненой и посконной четыре клупка да зеркало да рубаху женскую. И он-де, Иван Насонов, ево, Ивана, и поличные и пищаль взял в Приказную избу и роспрашивал. И в роспросе он, Иван, в клетной краже орловца, Максима Варварина, повинился и иную краденую рухледь по ево, Ивана Глухова, указыванью у орловца, у Гаврила Селезнева, в гумне в половне вынели с ним орловцы короульные Яков Кривозубов с товарыщи и по тому поличному по повинным ево речам по челобитной орловца Василья Ушекова в подраных на пчельнику ево пчелах роспрашивал ево, Ивана Глухова, с пристратием, бил батоги, что по указу Великого Государя и по приказу воеводы Никиты Бехтеева как он поехал к Москве велено ему Ивану ведать дела. И у того роспросу он, Иван Глухов, сказал за собою Государево слово при воронежцах Савостьяну Олтухову, при Терентье Нижегородцове, при орловцах при Понкрату Сухорукого, при Семену Свиридову и при исцу ево Василье Ушакове. И он-де Иван ево, Ивана Глухова, затем роспрашивать в татьбе не стал. И велел он, подьячей, сыскать подводу и за ним провожатых для посылки ево в том слове на Воронеж, и вто-де число в вечеру приходил-де он, Иван Глухова, к нему, подьячему, дать лутчего мерина молодого и десяти лошедей, чтоб ево в таком слове на Воронеж не посылать и ево бы Ивана и брата ево Якова в воровстве из-за короула освободить. И он, подьячей, с нево лошедей не взял и ево Ивана и об нем отписку на Воронеж послал. И по посылке с Воронежа едучи он к Москве дорогою, грозил на него подьячего за отыск воровства и за посылку ево слова и бранил ево подьячего матерно. А грозил-де такими словами, что будет-де и он подьячей Иван Марков за ним к Москве в Преображенской вскоре, и те де ево слова слышел и ему подьячему, как не взят был на Воронеже, сказывал воронежец села Айдарова сын боярской Ларион Климов.
А девка что был Ивашка в мужеском платье была у брата ево большова у Михайла в дому в Орлове малое время и женил по ея челобитной не заведомо тот брат ево большой Михайла Насонов на девке Федорке и отдал сестре в Костенеск, и в Костенске жил тот Ивашка в мужеском платье с женою полтора года и больше никто не знал, что она девка и в мужестве она не родила и вышла замуж на Воронеже за плотника девственна и о том в Воронеже в Архиерейском в судном приказе дело тому будет лет шесть и больши.
И чтоб Великий Государь пожаловал ево Ивана, велел ево, Ивана Глухова, против сего ево допросу о всем доспросить и велел ево с Усмони на обличение ему взять на Воронеж.

ГАВО Ф.И171, Оп.3, Д.56
1704 год. Дело по челобитью орловцев Ф. Горбунова и М. Варварина о розыске жителей с. Хренового
Воронежского уезда В. Анохина и К. Кузнецова, укравших у них ''пожитки''.

Великому Государю Царю и Великому Князю всеа Великия и Малыя и Белыя Росий Самодержцу холоп твой, Иван Моторин, челом бьет. В нынешнем Государь 1704 году по Твоему Великого Государя указу с Воронежа и Приказу адмиралтейских дел велено мне, холопу твоем,у ведать до Твоево Великого Государя указу Орлов-городок и орловцов всяких чинов людей. А в Орлове Государь явились по делу за короулом колодники орловские жители Иван Долгова, Яков Глухова, Тимофей Плотников. И тех Государь колодников велел я холоп Твой перевесть с Арлова на Усмонь.
А на Усмони били челом Тебе Великому Государю они колодники, а мне холопу Твоему словесно говорили, чтоб их ,колодников, и все подлинное дело послать с Усмони на Воронеж в Приказ адмиралтейских дел, для того, что-де то дело без воеводы делал и записывал подьячей Иван Насонов неправдою, дружа и норовя исцом, и держал их за короулом многое время. И по тому, Государь, их челобитью тех колодников Ивана Долгова, Якова Глухова, Тимофея Плотникова и все подлинное их дело послал я с Усмони на Воронеж с солдатом.

---

И против челобитной Савостьяна Олтухова орловец Иван Долгова сыскан и с пристрастием роспрашиван.
А в роспросе он сказал: в нынешнем 1704-м году маия по 27 число в ночи украл-де он на Никоновском поли у исцовых Савостьяна Олтухова работников на пашни двоих меринов и прихоронил-де их на Орловском поли в Селивановской Дубровки, и в той дуброки привязаны были одну ночь, и ис той дубровки отдал он за краденное приезжему Макрого Бояраку крестьянину Степану, а чей сын и прозвание того он не упомнит.
А тот-де Степан преж сево с ним, Иваном, знался, потому как-де в прошлых годех сослан был с поселения з Бетюка з женою, и жил-де в Орлове у брата ево двоюродного, у Мины Долгова, в доме з году, и от нево сшол по-прежнему в Мокрой Боярак. А за те отданные исцовы лошеди хотел-де тот Степан ему, Ивану, тако ж привесть двоих лошедей на обмену к празнику в Дне Пятьдесятным. Да в нынешнем ж-де 704-м году о Сырной неделе покрал-де он, Иван, с орловцы, с Федором Коволевым, с Тимофеем Плотниковым, с воронежцы села Хренового с Васильем Анохиным, с Порфеном Кузнецовым в том же селе Хреновом у пономоря, а как ево зовут и прозванья того он не знает, в клети сковороду железною, телагрею кумачною красною, да полку желтую, да телагрею крашениною, да холст посконной и меж себя поделили. Та сковорода досталась Федору Коволеву, а телагрея кумачная Василью Анохину, а полка Порфену Кузнецову, а телагрея крашенинная ему, Ивану, а холст посконной Тимофею Плотникову, да он ж-де Иван с Васильем Анохиным, с Порфеном Кузнецовым украл в Орлове у Петра Болотова в сенех котел винной железной, и тот де котел Петра Болотова взял умерший ево брат Мина Долгова и схоронил у орловца у Ивана Скворцова на гумне в поскон, а Макара Седельникова железной котел взял и схоронил тот Федор Коволев.
Да он-де Федор сказывал ему, что-де сево году в прешедшей Великой Пост покрал-де он с орловцом с Ываном Глухова в Орлове у Максима Варварина в клети винной орженой солод и иную рухледь, и в том солоду сварил он вино, и тем-де вином тот Федор ево поил. Да он же-де, Иван, украл в Орлове у Семена Журавлева из житни боченок вина с ведро. Да в нынешней-де прешедший Великой Пост жил-де в доме у Василья Скворцова прищлой из воронежского села Бобякова Дмитрей Киселев, и от нево Василья Скворцова сшол жить к нему, Ивану, и от нево Ивана из дому ходил он в село Бобяково, и ис тово села Бобякова привел-де он Дмитрей к нему, Ивану, двоих лошедей незнамо-де чьих и одну кабылу соврасою, а другова мерина чалова, и тех лошедей отдал тот Дмитрей с ним, Иваном, на Бетюк, и тое-де кабылу променил на дороге, доехав-де их скопинцы дворцовые крестьяне, которые ехали на Бетюк для работы, а кому скопинцу тово-де он не знает. А выменил-де он кабылу рыжею и тое-де кабылу, приехав в Орлов, отдал незнамо-де за что тому Василью Скворцову и Василей-де Скворцов велел тому Ивану Глухова наметить и он-де наметил-де ево Васильеву мету и пустил в стадо. А тое-де бобяковскою лошедь, мерина чалого, променил на Бетюке в Борщевском Юрту жителю Евтифею, а чей сын и прозванья он, Иван, не знает, а выменил-де кабылу чалую, и тае-де кабылу, приехав з Бетюка, отдал ему, Ивану, и брату ево умершему, Мине, даром, и та кобыла у нево, Ивана, в дому умерла, и ныне шкура той кобылы у него, Ивана, в доме.
И жил-де тот Дмтрей у них в дому, и сшол к тому Федору Ковалеву в дом жить, и от нево Федора тот Дмитрей с Ефремом Ковалевым да с пришлым с Оксеном, а откуда и чей сын и прозвания тово-де он не знает, только знает, что живал в Орлове, переходя у орловцов у Ивана Глухова, да у Федора Копытина, да у Семена Журовлева.
И покрали-де они у орловцов, у Федосея Горбунова да у Лариона Пчелкова, в клетях всякую рухледь и тае-де рухледь отвезли в Воронежский уезд в село Хреновое к жителем, к Василью Анохину, да к Порфену Кузнецову.
А как-де у Василья, у Парфена в домех краденная рухледь обыскалась, и с поличным взяты на Воронеж, и тот де Дмитрей и Ефрем Ковалев и пришлой Оксен, послыша то бежали с Орлова на Дон нанявся на Воронеже на бударех незнамо-де у ково.
Да сево ж-де году о Богоевлениеве дни вшол-де бык к нему Ивану на двор орловца Игнатья Мызгина, и того-де быка зарезал брат-де ево Мина и розделил с орлоцом с Яковом Небренчиным и того-де быка оне съели вопче, а шкуру быкову брат ево, Мина, отослал в Хреновой к Ивану Анохину заведомо, да он ж-де Иван тое краденное коровье мясо с Яковом Глухова да с племянником ево, Иваном Ивановым сыном Глухова, да с Куприяном Трифоновым сыном Селезневым. Да того празника Богоевлениева дни за два на винокурни у орловца у Гаврилы Селезнева, как-де он, Яков Глухова и Трифон Селезнев, на той винокурни ворили вино, а сказала-де ему тово Трифона Селезнева жена Марья, что ту-де корову украл у орловца у Ефима Путехова из дому и зарезал тот Яков Глухова. Да покрали ж-де брат ево, Мина, с вышеписанными товарыщи, с Федором, да с Ефремом Ковалевыми, да с Тимофеем Плотниковым у орловца, у Кондратья Коноплина, в клети круг конопли да круг льну и привезли в дом к тому Федору Коволеву да Ивану же-де Глухова. С Степаном Мещеряковым покрали-де в нынешнем в 704 году у орловцов у Ефима и у Трофима Варвариных клети всякую рухледь. А про ту-де кражу сказывал-де ему брат ево, Мина Долгова. А иного-де воровства за ним Иваном нет и ни за кем не ведает.

К сему роспросу Василей Попов вместо Ивана Долгова по ево велению руку приложил.

И по вышероспросным речам послан из Приказной избы корульные Яков Кривозубов, Савелей Гнеушев, Семен Свиридов, Семен Кожухов в Орловские слободы в дом к Ивану Долгова и к оговорным вышеписанным людем для обыску покраденной рухледи.