Боровитины, Миклашевские и другие

Мышецкий Мурза Иванов сын, князь
Отец
Мышецкий Иван Иванов сын, князь
Семейные и родственные связи
У него имелись дети: Семен Мурзин сын Мышецкий и дочь Аграфена. Княгиня Аграфена Мышецкая в 1592 г. была замужем за князем Семеном Афанасьевичем Мещерским (Записная книга крепостным актам XV–XVI вв. // Русская историческая библиотека. Т. 17. СПб., 1898. С. 63).
Служебная биография
Сын боярский дворовый второй статьи из Лопского Егорьевского погоста Водской пятины Новгорода (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 84).
Землевладение
В 1538/1539 г. в Водской пятине в Солецком погосте оброчные деревни (5 обеж) были за князьями Мурзою, Тимофеем, Федором Ивановыми детьми Мышецкими. В Теребужском погосте за ними 5 деревень, 7 обеж (РГАДА. Ф. 137. № 5. Л. 356-357 об.). В Келтушском погосте за ними 3 деревни, 5 обеж. В Лопском погосте в Ореховском присуде великого князя волостка Нила, что была Колмовского манастыря, за князем за Мурзою, да за князем за Тимофеем, да за князем за Федором за княж Ивановыми детми Мышецкого, сельцо Сокалово и 12 деревень, 27,5 обеж. Да придано им в том же погосте 3 деревни, починок (9,5 обеж) (РГАДА. Ф. 137. № 5. Л. 191, 565-566 об., 599-604). В 1550/1551 г. в Келтушском погосте Водской пятины помещиками были Мурза, Тимофей, Федор Ивановы дети Мышецкие, за ними 3 деревни и починок (5 обеж). Их усадище в Ладожском присуде в Лопском погосте. Здесь же помещиками указаны Даниил Федоров сын, Борис Федоров сын (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. № 17150. Л. 230 об.-232). В 1567 г. за князем Мурзой Мышецким в поместье в Егорьевском Лопском погосте Водской пятины сельцо Пехвала и деревни Долгомыслово, Подолец, Верховье, Похомово и совместные с князем Тимофеем Ивановичем Мышецким деревни Сирело, Заговелья и др. За князем Мурзой в Теребужском погосте деревни Коркола, Глядково, Сибела и Саракоска, и в Городенском погосте поместье деревни Середняя Лута и Заречье (ранее была за князем Андреем Гагариным). У князя Мурзы был брат князь Тимофей Иванович, сын князь Федор (владел землями в Егорьевском Лопском и Теребужском погостах) и князь Иван Мурзин, помещик Ярвосольского погоста в 1573 г., и дочь княгиню Аграфену, которая в 1592 г. вышла замуж за князя Семена Афанасьевича Мещерского (Мятлев Н.В. Князья Мышецкие // Известия Русского Генеалогического Общества. Т. 4. СПб., 1911.С. 99-107). 30 марта 1590 г. князь Данила Тимофеев сын Мышецкий променял своему брату князю Андрею Мурзину сыну Мышецкому в Водской пятине село Васильково, деревни Часовеская, Кирьяла, Дворище, Сам (73 четверти) и выменял у него его поместье в Лопском погосте Водской пятины село Петровское с деревнями Кулколо, Гамалы, Мелково, Бардино, Каврало (78 четвертей) (Акты служилых землевладельцев XV–начала XVII в. Т. 4. М., 2008. № 294). В погосте Егорьевском Лопском Водской пятины до января 1573 г. за князьями Мурзой, Тимофеем и Федором Ивановыми детьми Мышецкими поместье 10 деревень (11 обеж). За ними же в Егорьевском Теребужском погосте той же пятины поместье в 2 сохи. В Ярвосольском погосте Водской пятины помещиком был его сын князь Иван Мурзин сын Мышецкий (Самоквасов Д.Я. Архивный материал. Новооткрытые документы поместно-вотчинных учреждений Московского государства XV-XVII столетий. Т. 2. Ч. 2. М., 1908. С. 331, 332, 361). Князь Семен Мурзин сын Мышецкий в 1582/1583 г. владел в Солецком погосте поместьем отца и дядьев Тимофея и Федора Ивановых детей Мышецких деревней Гатика и др. (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 958. Л. 343). За князем Мурзою в 1586 г. упомянуто поместье в Егорьевском Лопском погосте Водской пятины Новгорода (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 3. Д. 16942. Л. 52 об.). За князем Семеном Мурзиным сыном и Андреем Мурзиным сыном Мышецким в 1586 г. упомянуто поместье в Ильинском Келтушском и Егорьевском Лопском погостах Водской пятины Новгорода (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 3. Д. 16942. Л. 34, 51). В 1578/1579 г. в Ильинском Келтушском погосте Ореховского присуда Водской пятины бывшее ранее за князьями Мурзой и Тимофеем Ивановыми детьми Мышецкими, затем за сыном Мурзы князем Семеном и за князем Федором Федоровым сыном Мышецким (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 3. Д. 16932. Л. 124 об.-125 об.).
Другие сведения
По легенде, князья Мышецкие происходили от удельного маркграфа князя Андрея, в крещении Федора, выехавшего из Цесарской земли при великом князе Василии I Дмитриевиче.

Долгово-Сабуров Захарий Иванович (1611/17) помещ.-Новг.-у.

Десятня новиков, поверстанных в 1596 году

Воцкая пятина (написано – Вяцкая).


По 250 четвертей:

Захар Иванов сын Долгово Сабуров,


Асан Григорьев сын Гурьев,

От Кузьмы Мышецкого принц и сопровождавшие его лица с тревогой узнали, что в состав посольства, которое уже было готово
к отправке из Новгорода в Выборг, вошли только новгородцы; москвичей в составе этого посольства нет. 27 июля 1613 г. в Новгороде
был составлен приговор об отправке посольства в Выборг. Возглавлял это посольство арх. Киприан. Кроме москвичей в составе этого
посольства не было также дворян Бежецкой пятины.

В состав данногопосольства вошли «Отенского монастыря игумен Дионисий да дворяне Воин Новокшенов, да Петр Лутохин, да Иван Секерин»

Если об игумене Дионисии сведений в источниках почти несохранилось, то дворяне Воин Афанасьевич Новокщенов, Петр Семенович Лутохин и Иван Борисович Секирин – личности довольно известные

Иван Борисович Секирин, помещик Водской пятины,
вместе со шведами участвовал в освобождении Новгородской земли от тушинцев в 1609 г., тогда же он вел переговоры с мятежным
Ивангородом, призывая жителей признать власть Василия Шуйского. В июле 1613 г. Иван Борисович Секирин вместе с игуменом Дионисием и Петром Лутохиным «приложил руку» под приговором
об отправке посольства арх. Киприана в Выборг
.
Накануне отъезда в Москву дворяне Водской пятины поручились за Воина Афанасьевича Новокщенова и Ивана Борисовича Секирина, что они будут «править посольство по правде», твердо следовать наказу, не отъедут к изменникам: «…противо государя королевича Карла Филипа Карловича ехати Воцкие пятины дворяня Воин Афанасьев сын Новокщонов, Иван Борисов Секирин»

В дальнейшем новгородские власти вплоть до весны 1615 г. не считали участников посольства Дионисия изменниками, их поместья не были конфискованы. По-видимому, их стали считать изменниками лишь после возвращения из Москвы весной 1615 г. посольства Киприана, когда стала известна дальнейшая судьба некоторых участников посольства Дионисия. А. А. Селин приводит сведения о неудачной попытке конфискации имущества изменника «Ивана Борисова сына Секирина», который «оказался на стороне политических противников новгородских властей». Петр Ногин и подьячий Василий Ушаков, отправленные для обыска в Тигодский и Солецкий погосты и в Кривинскую волость (Водская пятина), узнали от дворовых людей и крестьян Ивана Секирина, что лошадей, коров и овец, «и казну серебряную и жемчужную и денги взяли воровские и
невсякую животину и платье взяли воровские и немецкие люди в лесе при Иванове жене при Огафье». Указания об обмолоте ржи Ивана Секирина, находящейся в скирдах, и о выдаче этого хлеба немецким ратным людям, губные старосты получили в апреле–мае 1615 г.

Судьба большинства членов посольства арх. Дионисия хорошо известна. Их всех в 1614 г. отправили в Сибирь, но не в ссылку, а воеводами в отдаленные города: в Тюмень, Тару, Сургут,
Томск, Мангазею. Это было в практике правительства Михаила Романова – отправлять бывших политических противников, сторонников польского королевича Владислава, воеводами в Сибирь. Сведения о пребывании в Сибири И. Секирина, Е. Корсакова, П. Лутохина и В. Новокщенова приведены в Книгах разрядных, Дворцовых
разрядах, а также в труде А. Барсукова. В Книгах разрядных, опубликованных еще в 1853 г., записано под 1615 г.: «В Тюменском городе боярин и воеводы Матвей Михайлович Годунов, князь Федор
Коркодинов, Федор Боборыкин. В Тарском городе воевода Кирило Семенов сын Вельяминов да Петр Лутохин. В Сурготском городе воевода Гаврило Вельяминов да Елизарей Корсаков. В Томском городе Гаврило Хрипунов да Иван Секирин. В Мангазейском городе Иван Биркин да Воин Новокщонов» На следующий год (1616) Ивана Секирина перевели из далекого Томска вторым воеводой в Тюмень, где он оставался помощником первого воеводы князя Федора Коркодинова и в 1617 г., а в Томск из Тюмени на его место отправили Федора Боборыкина

А. А. Селин приводит сведения о дальнейшей судьбе Ивана Секирина и членов его семьи после Смуты. И. Б. Секирин умер после 1630 г., пережив свою жену и нескольких детей. В своей челобитной царю Михаилу Федоровичу он просил похоронить его пятилетнего сына Савву, умершего 21 декабря 1629 г., в Антониевом монастыре, где были погребены отец, жена, дядя и дети И. Секирина

http://rurik.hostenko.com/more/kosickie/