Бруханские

Церковь Харитона Исповедника в Огородной слободе

Церковь Харитона Исповедника, что в Огородниках стала приходской для семьи Бруханских с момента приобретения дома в Огородной слободе. В этой церкви Петр и Агриппина крестили всех своих детей, кроме старшего, Павла, родившегося еще на съемной квартире. Из семи детей моего прадеда Александра Петровича и прабабушки Варвары Петровны шестерых также крестили в этой церкви. Только одна их дочь, Зинаида, родившаяся в 1885 году, по какой-то причине была крещена в Преображенской церкви в Пушкарях на Сретенке.
Мой дед Алексей Александрович своего первого сына Игоря также крестил в 1914 году в этой церкви, а восприемником при его крещении был известный врач-хирург Владимир Николаевич Розанов, у которого дед ранее работал ассистентом в Солдатенковской больнице. Крещение же второго сына, Владимира, моего отца, состоялось через два года неподалеку в Трехсвятительской церкви у Красных Ворот, где в 1814 году крестили Михаила Лермонтова.

Первое упоминание о деревянной церкви Харитона Исповедника в Огородной слободе относится к 1618 году. Пятиглавая каменная церковь с колокольней на месте прежней была возведена в 1652-62 годах., но затем достраивалась до 1703. Главный престол нового храма освятили в честь Владимирской иконы Божией Матери. Церковь Харитона Исповедника перенесли в один из приделов церкви, но в народе и в метрических книгах церковь по-прежнему продолжали называть Харитоновской. В 1830-х годах церковь реконструировали на средства Василия Сухово-Кобылина, отца писателя Александра Сухово-Кобылина. Новая трапезная была сооружена по проекту архитектора Евграфа Тюрина. В 1881-83 годах в церкви выполнялись масштабные реставрационные работы. В годы Советской власти приход действовал примерно до 1930 года.
В 1934 году здание церкви снесли и через два года на ее месте построили типовую советскую школу, получившую номер 113 (с 1948 года – 613). В 1974 году школу перевели в другое место, а здание передали медицинскому училищу. В начале 1990-х здание училища постигла участь ранее стоявшей церкви. В 1994-2000 годах здесь начали строить православную гимназию Кирилла и Мефодия, однако строительство приостановилось по причине поражения грибком возведенных стен. Недостроенное здание впоследствии снесли. В 2024 году на этом месте (Малый Харитоньевский переулок, дом 11/13) построили новый учебно-административный корпус Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХиГС).

Иконостас Харитоновской церкви сохранился. В 1954 году его передали Московской духовной академии, и сейчас он находится в церкви Покрова Пресвятой Богородицы на территории МДА в Сергиевом Посаде.

Церковь Харитона в Огородниках со стороны Большого Харитоньевкого переулка. 1882 г. Альбом Найденов Т.3

Церковь Харитона в Огородниках. Вход со стороны Большого Харитоньевского переулка. 1880-1883 годы

Иконостас церкви Харитона в Огородной слободе. 1912-1918 годы

Князья Юсуповы – прихожане церкви Харитона Исповедника в Огородной слободе

Продолжая тему о известных людях, бывших прихожанами церкви Харитона Исповедника, нельзя обойти вниманием еще одного персонажа, известному нам из поэмы самого Александра Сергеевича. Это – княжна Алина, старая тетка Татьяны Лариной, чей скромный домик по московскому преданию находился как раз напротив церкви, на противоположной стороне Малого Харитоньевского переулка. Старые москвичи знали его как «дом Татьяны Лариной». Акварельный рисунок этого дома, снесенного в 1941, принадлежит кисти художника и краеведа Бориса Земенкова. Справа – фотография Большого Харитоньевского переулка конца 1920-х годов. На ней «дом Татьяны Лариной» виден ниже главок Харитоновской церкви.

«Дом Татьяны Лариной». Акварель Б. Земенкова

Большой Харитоньевский переулок. Фотография 1927-1929 гг.

В множестве интернет-публикаций вслед за Г.З. Блюминым утверждается, что под княжной Алиной Пушкин имел в виду сестру князя Николая Борисовича Юсупова Александру Борисовну, якобы жившую в 1820-х годах в доме Юсуповых в Большом Харитоньевском переулке. Прямая аналогия здесь несостоятельна хотя бы потому, что Александра Борисовна Измайлова (урожд. княжна Юсупова) родилась в Санкт-Петербурге в 1744 году и умерла там же в 1791 году. Жить в 1820-х годах в Москве в доме своего брата или скромном домике на перекрестке Харитоньевских переулков она никак не могла, но какие-то реминисценции на счет А.Б. Измайловой у Пушкина, возможно, были. Она тоже скончалась от чахотки, как и его героиня («К старой тетке, четвертый год больной в чахотке…»).
Сам же князь Николай Борисович Юсупов действительный тайный советник, дипломат, министр Департамента уделов, член Государственного совета, главноуправляющий Оружейной палаты и Экспедиции кремлёвского строения, директор Императорских театров, владелец усадьбы Архангельское был прихожанином Харитоновской церкви. Его имя неоднократно встречается в исповедных книгах. Привожу скан исповедной росписи 1820 г. и запись о смерти Н.Б. Юсупова в метрической книге церкви Харитона Исповедника 1831 г. (ЦГА Москвы, фонд №2126, опись №1, дело №1084, стр. 362). Священник церкви Константин Никифоров, заполнявший книгу, прибавил князю три года. На момент смерти Н.Б. Юсупову исполнилось 80 лет. Он умер от холеры.

Исповедная роспись церкви Харитона Исповедника в Огородной слободе 1820 г. Метрическая запись о смерти Николая Борисовича Юсупова (15.07.1831)

Князь Николай Борисович Юсупов (1750–1831). Портрет написан в 1794 году И.Б. Лампи

Сын князя Н.Б. Юсупова камергер Борис Николаевич Юсупов постоянно жил в Петербурге и редко бывал в Москве и подмосковном имении Архангельское. Внук князя Николай Борисович младший, коллекционер и благотворитель также жил в Петербурге и заграницей.
Дочь Н.Б. Юсупова младшего княжна Зинаида Николаевна Юсупова в 1882 году вышла замуж за графа Феликса Феликсовича Сумарокова-Эльстона, назначенного впоследствии главным начальником Московского военного округа, а затем главноначальствующим над Москвой. В первой половине 1890-х годов дворец Юсуповых был отреставрирован и реконструирован. С конца XIX века семья Юсуповых: Феликс Феликсович, Зинаида Николаевна и два их сына Николай и Феликс становятся прихожанами Харитоновской церкви. Ниже приведены сканы двух исповедных росписей этой церкви 1897 и 1900 годов. и две семейных фотографии, относящихся примерно к этому времени. Священник, заполнявший исповедку, здесь напутал с возрастом и родителей, и детей. Отцу семейства князю в 1900 г. исполнилось 44 года, княгине – 39 лет, Николаю – 17, а Феликсу – 13 лет.

Исповедная роспись церкви Харитона в Огородной слободе 1897 г. ЦГА Москвы, фонд №2126, опись №1, дело №1108, стр. 113 Исповедная роспись церкви Харитона в Огородной слободе 1900 г. ЦГА Москвы фонд №2126 опись №1 дело №1092 стр. 216

Княгиня З.Н. Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон, князь Юсупов, граф Ф.Ф.Сумароков-Эльстон и их дети Николай и Феликс

Князь Юсупов, граф Ф.Ф.Сумароков-Эльстон, княгиня З.Н. Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон и их дети Николай и Феликс

Алексей Александрович Бруханский (1881—1924)

Моего деда Алексея Александровича, родившегося 18 февраля 1881 года по старому стилю и 2 марта по новому, родители также крестили в церкви Харитония в Огородниках. Он был третьим ребенком в семье Бруханских. Привожу запись метрической книги о его рождении. Восприемниками при крещении были бабушка новорожденного Мария Петровна Алексеева и ее брат Николай Петрович Глушков.

Метрическая запись о рождении Алексея Бруханского (ЦГАМ Фонд 203, оп. 776, д.1179, с.60(53))

Алексей Бруханский в год окончания гимназии

Алексей Бруханский — студент Московского Императорского университета

В 1891 году Алексей поступил в 3-ю Московскую гимназию, которую окончил 1899 г., получив аттестат зрелости. В том же году он поступает в Московский Императорский университет на естественное отделение физико-математического факультета.
1899 год ознаменовался студенческими волнениями — массовыми протестами студентов, направленными на достижение академических свобод. Волнения начались с забастовки в Императорском Санкт-Петербургском университете в феврале 1899 года. К забастовке присоединились студенты многих учебных заведений страны. Выступления студентов часто заканчивались столкновениями с полицией и арестами. Желая подавить волнения в студенческой среде правительство подготовило «Временные Правила об отбывании воинской повинности воспитанниками высших учебных заведений, удаляемыми из сих заведений за учинение скопом беспорядков». «Правила» были утверждены Николаем II 12 августа 1899 года, а уже в следующем году в соответствие с ними 183 студента Киевского университета были «отданы в солдаты». Это вызвало во всех высших учебных заведениях новую волну студенческих протестов. В Москве движение охватило все высшие учебные заведения. Около 500 студентов после сходки в феврале 1901 г. были арестованы и заключены в Бутырскую тюрьму. В 24 февраля Совет Московского университета большинством голосов принял обращение к студентам призывавшим студентов прекратить «беспорядки», вызванные влиянием на них «посторонних элементов» и вернуться к учебным занятиям. Член совета профессор К.А. Тимирязев решительно отказался его подписать и предложил ходатайствовать перед министром народного просвещения П.С. Ванновским об отмене «временных правил». Предложение не было принято, а Тимирязеву по требованию министра был объявлен выговор за «уклонение от влияния на студентов в интересах их успокоения». В ответ К.А. Тимирязев официально подал заявления о своей отставке.
Студенты естественного отделения, слушавшие лекции К.А. Тимирязева, не могли остаться в стороне от этого конфликта. Алексей Бруханский был активным участником группы студентов, поддержавших своего любимого профессора в его противостоянии с руководством университета. В музее-квартире К.А. Тимирязева хранится петиция в адрес ректора университета, написанная рукой студента Бруханского, с просьбой создать условия для возвращения профессора к преподавательской работе. К Тимирязеву явился попечитель Московского учебного округа с целью убедить его отказаться от отставки, но только после визита делегации профессоров, просивших его вернуться в университет, К.А. Тимирязев согласился отозвать прошение об отставке. На его решение повлияло и настроение студентов, особенно естественников, не желавших мириться с уходом своего любимца. На это указывает радостная встреча, которую устроила ему 18 октября переполненная до отказа студенческая аудитория на первой его лекции, открывшей учебный год. Активным сторонникам его поддержки Климент Аркадьевич подарил свою фотографию с памятной надписью. Вот эта фотография из домашнего архива.

Фотография К.А. Тимирязева с дарственной надписью

Cтуденты Московского Императорского университета Алексей Бруханский (справа) с однокурсником

Естественное отделение физико-математического факультета Алексей Бруханский окончил в 1906 году, получив диплом первой степени, но уже в следующем 1907 году он пишет прошение о зачислении на третий курс медицинского факультета Московского Императорского университета. Подобный способ продолжения образования не был чем-то необычным. Ряд известных врачей, выпускников-естественников университета поступали впоследствии на медицинский факультет. Например, такую же образовательную траекторию выбрали С.С. Юдин, академик АМН СССР, главный хирург НИИ скорой помощи им. Склифосовского и П.М. Ивановский, врач-гигиенист и педагог, один из основателей школьной гигиены в СССР.
Привожу фотокопии дипломов А.А. Бруханского об окончании физико-математического и медицинского факультетов Московского Императорского университета, а также его прошение о зачислении на третий курс медицинского факультета. В соответствии с университетским уставом Российской империи (1884 г.) на выпускных экзаменах использовалась словесная трехбалльная система оценок: «Весьма удовлетворительно», «Удовлетворительно», «Неудовлетворительно». Диплом первой степени вручался выпускникам при условии преобладания оценок «Весьма удовлетворительно».

Диплом А.А. Бруханского об окончании естественного отделения физико-математического факультета

Прошение А.А. Бруханского о приеме на 3-й курс медицинского факультета университета

Диплом об окончании медицинского факультета Московского Императорского университета

Диплом медицинского факультета мой дед получил в 1911 году, когда по решению Медицинской Испытательной Комиссии от 2 марта он был "... удостоен степени лекаря, со всеми правами и преимуществами, поименованными ..."
Сразу после получения диплома А.А. Бруханский поступил на работу в терапевтическое отделение Солдатенковской больницы. В 1912 году он перешел в хирургическое отделение, где начал работу ассистентом известного врача-хирурга Владимира Николаевича Розанова, с которым его связали не только рабочие, но и теплые дружеские отношения. Там же в Солдатенковской, ныне Боткинской больнице он познакомился с моей бабушкой - фельдшерицей Надеждой Сергеевной Смирновой, которая в 1913 году стала его женой, а В.Н. Розанов стал восприемником при крещении их первого сына Игоря в 1914 году.

Характеристика А.А. Бруханского

Владимир Николаевич Розанов — организатор и глава хирургического отделения Солдатенковской больницы

В год начала Первой мировой войны была открыта новая больница Московского железнодорожного узла, которая сразу стала крупным военным госпиталем. Алексей Бруханский, проявивший себя способным учеником В.Н. Розанова был приглашен возглавить хирургическое отделение новой больницы. В характеристике, выданной ему руководством Солдатенковской больницы при переходе на новое место работы, говорится: "... А.А. Бруханский выказал себя как товарищ с самой лучшей стороны - добрый отзывчивый, корректный он пользуется общей любовью как товарищей врачей, так и всего остального персонала. Вдумчивый к работе и внимательный к больному он пользуется любовью и доверием больных ...". Характеристику подписал главный врач и один из основателей Солдатенковской больницы Ф.А. Гетье.

Дружеская вечеринка на служебной квартире В.Н. Розанова в Солдатенковской больнице. В центре за столом А.А. Бруханский, рядом с ним жена Розанова Анна Павловна, над ними склонился сам Владимир Николаевич

А.А. Бруханский в Центральной железнодорожной больнице

Медицинский и технический персонал госпиталя на территории железнодорожной больницы. Во втором ряду в центре: А.А. Бруханский - руководитель хирургического отделения, А.А. Андреев - глава терапевтического отделения, П.В. Гранберг - первый терапевт больницы, С.Ф. Кривошеин - главный врач больницы

В годы войны Алексей Александрович Бруханский кроме основного места работы одновременно работал в нескольких московских госпиталях. За усердный труд в феврале 1917 года он был награжден орденом Св. Станислава 3 степени.
После революции 1917 года А.А. Бруханский продолжал работать главным хирургом Центральной железнодорожной больницы, впоследствии получившей имя наркома здравоохранения Н.А. Семашко. К его заслугам нужно отнести создание рентгеновского кабинета больницы.
Алексей Александрович умер 22 апреля 1924 г. в возрасте 43 лет от крупозного воспаления легких. Похоронен на кладбище московского Ново-Алексеевского монастыря, срытого при прокладке участка третьего транспортного кольца.