Ссыльные всей огромной страны - Генеалогический форум ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Kunta ингерманландцев
56 минут назад
Kustaa Adolf Simonpoika Rovio, РОВИО Густав Семенович
Родился в 1887 г. в Санкт-Петербурге в многодетной семье финского рабочего завода «Атлас», настоящая фамилия — Равелин. По окончании в 1899 г. 3-классной начальной финской школы начал работать, посещал марксистские кружки. Участвовал в шествии рабочих к Зимнему дворцу в «кровавое воскресенье» 9 января 1905 г., в том же году вступил в РСДРП(б). В 1906 г. уволен с завода «Атлас» за участие в революционном движении, в 1907 г. арестован, отправлен в административную ссылку в Вологду на два года, откуда бежал в Великое княжество Финляндское.

В Финляндии вступил в социал-демократическую партию, активно участвовал в профсоюзном и рабочем движении. В 1910 г. вернулся в Петербург, после ареста был отправлен в административную ссылку в Тверь, откуда совершил новый побег в Финляндию. С целью конспирации сменил фамилию Равелин на Ровио. С 1911 г. являлся разъездным агитатором социал-демократической партии в рамках легального рабочего движения. В 1914 г. в связи с ликвидацией в партии должностей платных освобожденных работников возобновил трудовую деятельность в порту г. Свеаборга. В 1913-1915 гг. – секретарь Центрального комитета Союза социал-демократической молодежи Финляндии. В апреле 1917 г. выдвинут рабочими организациями от социал-демократической партии Финляндии начальником полиции Гельсингфорса. В августе-сентябре на его квартире в Гельсингфорсе скрывался от ареста В.И. Ленин.

С началом революции в Финляндии Г.С. Ровио было поручено наладить работу телеграфного агентства. Несколько раз сопровождал революционное финское правительство в поездках в Петроград в качестве переводчика. Весной 1918 г., после поражения революции в Финляндии, переехал в Петроград, был назначен секретарем комиссии по эвакуации финских красногвардейцев из Финляндии. Летом того же года начал работать в редакции финской газеты «Вапаус». В декабре 1919 г. Г.С. Ровио избран секретарем Центрального бюро финских организаций ЦК РКП(б). В июне 1920 г. назначен комиссаром финских командных курсов РККА, позже преобразованных в Интернациональную военную школу. Участник подавления Кронштадтского мятежа, а также Ухтинского восстания, награжден знаком «Честному воину Карельского фронта». В ноябре 1925 г. демобилизовался с военной службы, работал секретарем финской секции Северо-Западного бюро ЦК ВКП(б).

В 1927 г. назначен ректором ленинградского отделения Коммунистического университета национальных меньшинств Запада им. Мархлевского. В июле 1929 г. получил направление на работу в Петрозаводск в качестве первого секретаря Карельского обкома ВКП(б), избран членом Президиума КарЦИК. Проработал на посту главы партийной организации Карелии до 1935 г.

Делегат XV, XVI Всероссийских и VI, VII Всесоюзных съездов Советов. Член Президиума ЦИК АКССР IX созыва (1931), X созыва (1935). Соратник и единомышленник Э.А. Гюллинга в вопросах осуществления индустриализации, коллективизации и культурной революции в республике, проводник национальной политики коренизации в сфере государственного и культурного строительства. Был отозван ЦК ВКП(б) с должности вместе со вторым секретарем Карельского обкома ВКП(б) А.М. Аполоником, направлен в Москву. В 1936-1937 гг. – член Верховного суда РСФСР.

В июле 1937 г. арестован по делу о «контрреволюционной националистической организации Гюллинга-Ровио». 21 апреля 1938 г. Военной коллегией Верховного Суда СССР приговорен к расстрелу. Реабилитирован посмертно определением Военной коллегии Верховного Суда СССР в 1955 г.

"В своем сердце я храню глубокое чувство благодарности к финнам: Густаву Ровио, Эйно Рахья, машинисту Гуго Ялава, Парвиайненам и многим другим товарищам, относившимся к Ленину с безграничной любовью и преданностью и оберегавших его.

В Финляндии царит глубокое уважение к Ленину за то, что он подписал указ о ее независимости (День независимости 6 декабря 1917 года). И тем ужаснее сознавать, что Г. Ровио в 1938 году был репрессирован и погиб. За что? За то, что летом и осенью 1917 года спасал Ленина от бешеной травли Временного правительства?

Родной Ленин - Глава II Забытые и сокрытые факты
Ульянова О.Д.
Источник: https://leninism.su/private/4131-rodnoj-lenin.html?st..
Ульянова Ольга Дмитриевна

Дочь Дмитрия Ильича Ульянова и Александры Федоровны Карповой Ольга родилась 4 марта 1922 г. в Москве.

В 1940 г. она поступила на химический факультет МГУ. В августе 1941 г. семья была эвакуирована в Ульяновск и поселилась в доме, где 16 августа 1874 г. родился Дмитрий Ильич . Ольга Дмитриевна с 11 ноября 1941 г. по 5 июля 1942 г. работала внештатным экскурсоводом в Доме-музее В.И. Ленина. В июле 1942 г. Дмитрию Ильичу, который нуждался в постоянном врачебном надзоре, предложили переехать в Куйбышев , где в то время находилось санитарное управление Кремля. В Куйбышеве Ольга Дмитриевна училась на химическом факультете Куйбышевского индустриального института. В 1943 году, после возвращения в Москву, - вновь в МГУ, специализируясь на молекулярной спектроскопии. В 1947 г. Ольга Дмитриевна познакомилась со своим будущим мужем Алексеем Николаевичем Мальцевым , участником Великой Отечественной войны, аспирантом кафедры физической химии МГУ. Весной 1949 г. они поженились, а в 1953 г. у них родилась дочь Надежда . После окончания университета Ольгу Дмитриевну оставили в аспирантуре химического факультета. Успешно защитила кандидатскую диссертацию. Почти 50 лет ее жизни связано с химическим факультетом МГУ и работой с молодежью.
https://vk.com/feed?w=wall-182960828_16961

https://diletant.media/articles/36288190/
Неужели нужно «вырастить десятки Шуваловых», чтобы потом сослать их куда-нибудь и бросить на произвол судьбы?» — писал репрессированный Юрий Шувалов, «бывший» человек, юный сын акционера конфетной фабрики и ленинградский стахановец. Как и тысячи «бывших» людей, он был объявлен преступником за его «социальное происхождение».
Сборник: Большой террор
В 1937-1938 годах в Советском Союзе по политическим мотивам были арестованы более 1,3 млн человек.
К середине 1930-х годов контрреволюция была давно побеждена, а люди, именуемые «бывшими», удалены от власти, прощены и работали на благо социалистического строительства. Это бывшая аристократическая знать, дворяне, белые офицеры, служащие царских и временных правительств, сотрудники жандармерии и полиции, священнослужители. Абсолютное большинство из них вписалось в новые условия и не представляло реальной угрозы советской власти. Тем не менее в феврале 1935 г. «бывшие» стали мишенью ленинградского Управления НКВД. С 28 февраля по 27 марта НКВД «изъяло» и Особым Совещанием осудило 11 702 человека — 4833 глав семейств и их родственников.

В 1935 г. почти за месяц из Ленинграда выселили более 11 тыс. человек
Осуждённым предписывалось самостоятельно покинуть Ленинград, за свой счёт отправившись на Урал, в Западную Сибирь или на Север. Дальнейшая судьба репрессированных оставалась как будто в руках самих репрессированных: с удостоверениями административных ссыльных (взамен отобранных паспортов) они едва могли найти самую ненадёжную работу, не соответствующую образованию и навыкам. Так, Юрий Шувалов, техник-электрик с хорошим опытом и знаниями, имея на иждивении мать и бабушку, в Куйбышеве получал 168 рублей, с трудом устроившись слесарем и отдавая за коморку 60 рублей. Он, комсомолец и искренне веривший в советскую власть 23-летний техник завода «Светлана», был воплощением «нового человека», о котором одна из газет писала: «Вырастим десятки Шуваловых». Неожиданно для него и его коллег он был обвинён в возвращении в СССР в 1923 г. с целью получения в собственное пользование фабрики и домов в Ленинграде, сокрытии своего происхождения и проникновении в ВЛКСМ. Каток НКВД давил даже самых лояльных режиму граждан.

Почему же НКВД понадобилось преследование уже безобидных «бывших», которые, составляя 0,04% населения Ленинграда в 1935 г., могли нанести урон разве что критикой советской власти в частных беседах (чем занимались, разумеется, во всех слоях общества)? Убийство первого секретаря Ленинградского обкома С. М. Кирова 1 декабря 1934 г. стало удобным предлогом для ликвидации ленинградской оппозиции Сталину — зиновьевцев и троцкистов. Недавно назначенный лично Сталиным начальник ленинградского УНКВД Леонид Заковский ревностно оправдывал назначение.

Но к февралю вместо планируемых 5 тысяч арестов оппозиционеров (которые тогда, надо сказать, ещё не особенно скрывались) удалось совершить всего около тысячи. Провал этой зиновьевско-троцкистской операции необходимо было компенсировать. На 20 февраля 1935 г. выслали лишь 466 семей оппозиционеров и не раскрыли ни одной террористической организации. Бывшие люди «спасли» выполнение плана. Сталин был недоволен как результатами операции, так и реакцией ленинградцев на убийство Кирова — сотрудники университета, партии и городских учреждений осмеливались высказывать разные причины убийства, неохотно отправлялись на похороны и пр.

Тогда и «вспомнили», что убийца был связан не только с зиновьевцами и троцкистами, но и с «бывшими», контрреволюционерами, которые по своему происхождению будто обязаны были быть политическими партнёрами оппозиции, врагами советской власти, иметь связи с иностранными агентами и эмигрантами, участвовать в заговорах и террористических организациях. Списки «бывших» пополнялись наспех — эти люди, как правило, просто жили и честно работали, никак себя не компрометировали и не состояли на учёте.

Одним из приёмов их обнаружения была работа с адресной книгой Петрограда 1917 года. Оперативники отбирали фамилии, намекающие на дворянское происхождение, экзотические, двойные и иностранные, такие как Таубе, Кноринг-Форемни, Петерс, Мартынов и т. п. После этого проверялись адреса. Нередко «бывшие» жили всё в тех же квартирах, отселённые в одну из комнат своей прежней собственности. Однако удалось обнаружить только 1434 человека, имевших дворянское происхождение.

Большая же часть осуждённых были незначительно связаны с контрреволюционерами. Значительная часть (около 1000 глав семейств) не имели определённых занятий, более 70% были уже старше 50 лет — пожилые и пенсионеры, доживающие свой век, около пятисот — инженеры, техники, учёные. Как и за Ю. Шувалова, за многих из них, трудоголиков, образованных и полезных работников, имена которых оказывались прежде на страницах центральных городских газет, вступались коллективы. Но немногих удалось отбить. Только 127 человек из более 11 тыс. оставили в городе в связи с болезнями, очень преклонным возрастом и пр. Вернуться из ссылки позднее также удалось лишь единицам.

Под каток сталинских репрессий попадали самые лояльные режиму люди
В кратчайшие сроки план по аресту 5 тысяч был перевыполнен более чем вдвое. Даже нарком внутренних дел Генрих Ягода считал это излишним и дающим повод для антисоветских выступлений иностранной прессы. Но подлинной «душой» и инициатором масштабных репрессий был, конечно, не он сам, а Иосиф Виссарионович.

Такой исполнительности НКВД и Смольного способствовало и то, что местные власти стремились за счёт репрессированных частично разрешить ленинградскую жилищную проблему, в то время ставшую необычайно острой. Порой людей приходилось селить буквально на половину койко-места в коммунальных квартирах. Выслав зиновьевцев, Ленинград получил только 459 освобождённых комнат и квартир. Высылка «бывших» дала более впечатляющие результаты — 9950 комнат и квартир. В них расселили нуждающийся актив, военных и сотрудников НКВД. Имущество «бывших» также стало добычей борцов с врагами социализма.

В апреле 1935 г. операция по очистке города была расширена и продолжена в Ленинградской области. Уже к 25 апреля обнаружено и выслано 22 511 человек, воспринимаемых как потенциально антисоветские деятели: кулаки, эсеры, меньшевики, «бывшие». В НКВД быстро учились работать, искать и «раскручивать» нужных людей и в нужном количестве, добиваться правильных показаний. Высылать «бывших» после 1935 г. время от времени принимались до самой смерти Сталина (последний список был составлен в 1953 г.). В 1937 г. 93,6% осуждённых двумя годами ранее глав семейств (4393 человека) расстреляли в лагерях или на местах пребывания. Быстро и жестоко расправляясь с ними, исполнители на всех уровнях старались укрепить доверие к себе со стороны начальства.

Одним из двигателей сталинских репрессий был «квартирный вопрос»
Но и судьба палачей оказалась незавидной. Леонид Заковский, руководивший операцией на месте, был позже сам обвинён в контрреволюционной деятельности и шпионаже и расстрелян 29 августа 1938 г. Его начальник Генрих Ягода, глава НКВД, был обвинён в том же и расстрелян ещё в марте 1938 г. При аресте у него было найдено более 22 тыс. рублей, коллекция вин, порнографических снимков и фильмов, оружия, посуды, антикварных монет и т. д. Его преемник, присвоивший часть этих ценностей, Н.И. Ежов, был расстрелян 4 февраля 1940 г.

🖋
Константин Котельников
📅
04.05.2024

Нашла здесь имя своей прапрапрабабушки - ЖАКЕВИЧ Теофила - Дворянка Виленской губернии.
Как можно было бы выяснить о ней что-то более подробное?

antosia написал:

[q]
Нашла здесь имя своей прапрапрабабушки - ЖАКЕВИЧ Теофила - Дворянка Виленской губернии.
Как можно было бы выяснить о ней что-то более подробное?
[/q]

Списки взяты https://kdkv.narod.ru/1864/index.htm
На сайте указаны источники и место хранения документов.

Генеалогия - Genealogy - Поиск предков - Архивы
два часа назад
Тюрьмы инакомыслящих: Как в Российской империи расправлялись с религиозными отступниками.

За оскорбление чувств правоверных (православных) в Российской империи принято было наказывать. Причем происходило это с энтузиазмом не меньшим, чем в ходе репрессий 1930-х годов. Инакомыслие в России было не только политическим, но и до 1917 года религиозным. А методы преследования в отдельных случаях даже в просвещенном 20 веке не уступали средневековой европейской инквизиции.

Узаконенная борьба с религиозным инакомыслием в Российской империи

Преследование инакомыслящих осуществлялось согласно отдельному документу, аналогу сегодняшнего Уголовному кодексу – «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных». За колдовство или чародейство полагался реальный продолжительный срок, а порой и пожизненная ссылка в Сибирь. Тюремного заключения удостаивались и знахари, любители поворожить и навести сглаз. Порицало государство даже распространителей непопулярных сведений о происхождении и устройстве Вселенной, если они противоречили библейской теории.

В «Уложениях» подобным мерам воздействия был посвящен довольно объемный раздел, ведь до самого 1917-го православная церковь в России официально представляла собой важнейший элемент госустройства. Умышленное или случайное унижение православной церкви или ее служителей именовалось кощунством. Ответственность настигала даже тех, кто словесно посмел оскорбить как религию в целом, так и подверг сомнению ее отдельные догмы. Причем законы эти распространялись исключительно на православие. Что же касается любых других конфессий, их каноны можно было поносить абсолютно безнаказанно.

Судебные дела за непотребные слова и условие для смягчения наказания

В соответствии с «Уложением» на каторгу сроком до 15 лет можно было угодить за хулу на Иисуса Христа в церковных стенах. Наказуемо было и произносить непотребные слова вне храмов, в общественных местах. Только срок был меньшим – 6-8 лет лишения свободы. Попущение касалось только тех, кто богохульничал, так сказать, без злого умысла – в состоянии алкогольного опьянения. Пьяница, покусившимся на святое, грозило заключение от силы несколько месяцев. Из архивов Самарского окружного суда известны некоторые подобные факты периода 19-20 веков.

Одно из расследований касалось молодого украинского крестьянина Тамбовцева. Будучи крепко нетрезвым, он позволил себе матерно выражаться в стенах винной лавки. Присутствующие сделали ему замечание, мол, нельзя себя так вести в помещении, где стены увешаны святыми образами. В ответ на это Тамбовцев только сильнее разъярился, обругав не только недовольных его поведением, но и иконы и всех на них изображенных. За эти вольности он был незамедлительно доставлен в полицейский участок, где, протрезвев, признал, что ничего такого даже не помнит, поэтому пояснить свое поведение не в состоянии. Учитывая «смягчающие» обстоятельства суд отправил его в тюрьму на 6 месяцев, что было достаточно сносным наказанием. Но не всегда суд делал скидку на пьянство. Куда сильнее досталось 44-летнему самарскому крестьянину Ткаченкову, прилюдно обматерившему хозяина трактира, в котором выпивал, а затем и самого господа бога. Несмотря на все заверения судей в том, что «черт попутал и горькая взяла верх», угодил матерщинник в тюрьму на целых полтора года.

Свадьба-похороны и обвинения в кощунстве

Летом 1904 года Николай II подписал манифест, которым в империи смягчались карательные меры в деле богохульников. Результаты не заставили себя ждать. Уже в следующем году угодивший под суд крестьянин Безруков, позволивший в адрес Святой Троицы непотребные замечания, получил всего неделю ареста. Такой же незначительный приговор был вынесен крестьянину Новосельцеву, обругавшего бога и всех его приближенных святых. Еще более коротким стало заключение богохульника Мартьянова, который во всеуслышание подверг сомнению святость Троицы. Ему довелось искупать свою вину всего каких-то три дня.

Известен из архивов случай, когда уголовное дело было возбуждено против целой группы крестьян. Им вменялось кощунство против православной церкви, что со стороны больше походило на анекдот. А дело было так. В январе 1891-го почти все село Аманак справляло местную свадьбу. В первый день все гости собрались в родительском доме жениха, а позже переместились на территорию невесты. Там и произошло то, за что потом всем пришлось отвечать перед законом. Напившегося до бессознательного состояния родственника жениха решили уложить на доски, чтобы транспортировать домой. Отец жениха, подогретый обильными возлияниями спиртного, такое шествие сильно напомнило с виду похоронную процессию. И он предложил остальным разыграть целое театрализованное действо с лаптем вместо кадила и тлеющим угольком вместо ладана. При этом толпа распевала матерные частушки, по сценарию заменявшие заупокойные псалмы. По пути участники шоу приглашали на импровизированные поминки прохожих, а главного героя то и дело роняли с его лежбища на землю.

После нескольких падений он действительно скончался, разбив голову о камень. И свадьба завершилась уже не инсценировкой, а реальными похоронами. По итогам судебного заседания подсудимые были обвинены не в нанесении смертельных увечий, а в издевательстве над похоронными церковными обрядами. Однако в силу массового алкогольного опьянения, судья не признал действия участников процесса умышленными. Смерть, как было установлено, наступила вследствие злоупотребления, а все подсудимые полностью оправданы.

Падение самодержавия и отмена важнейших статей

С учетом соблюдения всех статей «Уложения» окружные суды российских губерний призвали к ответу десятки тысяч жителей империи. Обвиненные по идеологическим статьям нарушители закона просиживали годами в тюрьмах и ссылались в самые дальние районы государства. Так как дореволюционные архивы до наших дней дошли в неполном объеме, точных цифр нет. Да и с падением царского самодержавия вчерашние серьезные статьи закона перестали иметь силу. Указом Временного правительства из ссылок и тюрем вернулись тысячи узников. Вдохнувший свободу полной грудью народ тогда еще не знал, что очень скоро наказание за богохульство лишь трансформируется в ответственность за инакомыслие политическое. А отвечать за проступки придется все по тем же местам заключения.

https://kulturologia.ru

>> Ответ на сообщение пользователя balabolka от 22 апреля 2022 9:28

Осташковский/Кемский купец Федор Михайлович Антонов выдал в 1858 г. дочь Александру за Петра Александровича Григоровича-Барского! Жил Ф.М.Антонов в 40-50-е г. в Москве в приходе церкви Николы Красные звоны в доме священника.

>> Ответ на сообщение пользователя balabolka от 22 апреля 2022 9:28

Автор весьма невнимательно отнесся к родственным связям Антоновых. Из им же цитируемых текстов ясно, что Михаил и Алексей Иванович - не братья, а дядья Федора Ивановича!

Как видим, у Федора Михайловича внуки удались - член Гос.Думы Конст.Петрович Григорович-Барский, баронесса Александра Петровна фон Штакельберг, жена члена Гос.Думы профессора Сергея Михайловича Богданова Мария Петровна, доктор Федор Петрович Григорович-Барский.

Людмила Ивановна Вавулинская
СПЕЦПЕРЕСЕЛЕНЦЫ И ИНОСТРАННЫЕ ВОЕННОПЛЕННЫЕ В КАРЕЛИИ
В СЕРЕДИНЕ 1940?х – СЕРЕДИНЕ 1950?х гг.
Института языка, литературы и истории
Карельского научного центра РАН

Оглавление
Введение ……………………………………………………………………………………………. 3
Раздел 1. Спецпереселенцы в Карело?Финской ССР (конец 1944 – середина
1950?х гг.) ………………………………………………………………………………………….. 31
Глава 1. Динамика численности, категории и география расселения
спецпереселенцев на территории Карелии ………………………………………….. 31
Глава 2. Правовое регулирование системы спецпоселений и деятель
ность органов НКВД (МВД) по обеспечению режима спецпоселения …… 64
Глава 3. Социальный статус спецпереселенцев ……………………………………. 90
Глава 4. Трудовое использование спецпереселенцев …………………………….. 112
Глава 5. Быт спецпереселенцев и адаптация их к условиям жизни
в Карелии …………………………………………………………………………………………. 129
Глава 6. Освобождение от режима спецпоселения и постепенная реаби
литация спецпереселенцев …………………………………………………………………. 149
Раздел 2. Лагеря иностранных военнопленных на территории Карело?
Финской ССР (конец 1944–1949 гг.) …………………………………………………….. 171
Глава 1. Организация и развитие лагерей для военнопленных в крае ………….. 171
Глава 2. Правовое положение военнопленных и режим лагерной жизни 181
Глава 3. Труд военнопленных на предприятиях и стройках Карелии ………….. 196
Глава 4. Политическая работа в лагерях для военнопленных. Организация
переписки и цензура …………………………………………………………………………… 227
Глава 5. Условия содержания военнопленных. Взаимоотношения воен
нопленных с местным населением ……………………………………………………… 254
Глава 6. Медицинское обслуживание военнопленных. Захоронения
иностранных военнопленных на территории края ……………………………….. 281
Глава 7. Репатриация иностранных военнопленных и расформирование
лагерей в республике …………………………………………………………………………. 306
Заключение ……………………………………………………………………………………….. 314
Список использованных источников и литературы ………………………………….. 318
Список сокращений ………

*************************

Список использованных источников и литературы
Архивные источники
Национальный архив Республики Карелия

ПОИСК "НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ"
24 июл 2020
http://kronos.narc.fi/index_rus.html
SuomeksiPå svenskaIn EnglishAuf Deutsch

Добро пожаловать в базу данных исследовательского проекта «Судьбы военнопленных и интернированных в Финляндии 1939-1955 гг.». База данных содержит информацию о военнопленных, погибших во время войны между Финляндией и Советским Союзом в 1941–1944 годах на территории Финляндии, а также о гражданских лицах, погибших в лагерях восточной Карелии в 1941–1944 годах. На сайте находится также список военнопленных, погибших во время Зимней войны в Финляндии в 1939–1940 годах.

На данный момент (без примочек) недоступна

Их было всего одиннадцать человек. Девять - жены. Две - невесты. Почти все оставили детей, детей с собой брать было нельзя. Ещё семь женщин были с ними, матери и сестры прочих бунтовщиков. Крошечный отряд нежных женщин. Конечно, слишком велик контраст, невероятна пропасть между паркетом бального зала и сибирской ледяной пустыней. От муслинового платья до тулупа. От роскоши, в которой росли генеральские дочери, аристократки самой высокой ступени, княгини, баронессы - до ледяной воды из колодца, темной избы, печи, топить которую пришлось каждый день.
Именно это и сбивает с толку. Многие умом не сверкающие люди думают, что вот это - подвиг и есть. Променять торты на чёрный хлеб. Но... нет. Это подвигом не было и никто и никогда добровольную аскезу подвигом не считал. Чтобы понять, почему так сильно почитают этих женщин, из которых только пять вернулись обратно вместе с мужьями, трое вдовами, а трое навсегда остались в Сибирской земле, нужно все-таки повернуться к ним лицом и хотя бы немного понять: а в каком мире они жили на самом деле.
Нет, это был не мир пиров, балов, роскоши, танцев и смеха. Так же, как любой российский подданный они детьми пережили Отечественную войну, хоронили своих отцов, братьев и друзей. Большинство из них имели прекрасное образование, подолгу бывали за границей, и общий дух вольнодумия, которым щеголяли, к примеру, Пушкин и Грибоедов, точно так же был знаком и осознание власти - как тяжелой, беспощадной машины у них были ничуть не меньше, чем у их мужей. И значение слова «преступник» они тоже хорошо знали. А уж «государственный преступник» - тем более. Нам сейчас оценить масштаб ужаса, каким веяло тогда от этого обвинения практически невозможно. Ведь тогда государство - это царь. Один человек - целое государство, без ограничений, препятствий, лишь здравый смысл и чистый разум могли как-то смягчать его решения. Но и это не все! Царь был не человеком. А проводником божьей воли. Посягнуть на царя было равносильно пойти против Бога. И первым подвигом этих женщин было то, что они, пусть не так эффектно как их мужья, без истерики и манифестов - пошли против власти. Не за красивую идею, ни ради почестей и дифирамбов, они поддержали УЖЕ проигравшую оппозицию. И не тихими салонными разговорами, не проникновенными стихами, нет! Они добровольно приняли на себя статус «государственный преступник» и пошли в Сибирь. В ссылку.
К слову, Николая I никогда не любили. Ни при жизни его, ни после смерти. Во всей исторической науке ну может пару добрых слов о нем сказали. Ну что говорить, правление его началось с публичной казни тех, кого считали цветом нации. «Немного царствовал, но много начудесил. Сто двадцать душ в Сибирь сослал, да пятерых повесил». Однако, если взять себе труд подумать, гуманнее, чем повёл себя Николай в этой жуткой ситуации, сложно было уже что-то придумать. Николай не стал карать семьи изменников. Вообще. Вспомним «лучшего из людей» и выкошенные семьи. Неизвестно даже за какие грехи. А вот Николай, случайный такой самодержец, специальным указом разрешил развод с государственными преступниками. Да, светская власть разрешила отменить церковное таинство. Ведь жены не были в ответе. И дети - тоже. Им сохраняли титулы, положение, имущество. Власть не собиралась их наказывать. На самом деле, женатых декабристов было всего двадцать три человека. Несколько женщин, кто под давлением семьи, кто по другим причинам расторгли брак. Ещё несколько остались воспитывать детей. И тут маленькая ремарка - остались по категорическому требованию мужей. И лично я считаю, что с мужьями им повезло куда как больше, чем прочим... Ведь любить, почитать и заботиться... это вот оно... Вели переписку, растили детей. Но больше не увиделись ни разу. Справедливо? Честно? Подвиг? Нет. Это просто семья, просто такая жизнь...
Остальные же - поехали. Нет, это было не просто. Вы думаете, Николай был дураком и не понимал, что это вполне себе марш протеста? Пусть из соображений любви, верности чего угодно. Но это подножка самодержцу, опора его врагов. И рафинированные аристократки совершили фактическое самоубийство. Их лишили всего: дворянства, титула, имущества. И даже детей лишили. А самое страшное - лишили будущего детей, которые родятся в Сибири. Их положение с момента рождения - крестьяне. Вот так. Но они поехали... Научились рубить дрова. Готовить еду. Обустроили быт. Подвиг? Двести лет назад в Сибири - да, подвиг. Особенно, если нет никакой уверенности в том, что это поможет. Особенно, если твоё содержание определяет государство и ты отчитываешься за каждую копейку. Особенно, если вместо блестящего офицера, каким был твой муж - каторжанин в кандалах, и можешь только посмотреть на него. Особенно, когда у тебя нет обратного пути. Либо вернёшься с мужем, либо вернёшься вдовой. Либо вообще не вернёшься...
Почти все декабристы в итоге прожили очень долгую жизнь. Пережили рудники, пережили Читу, много чего пережили. И не только молитвами их жён да горячим супом. Но и ежедневными их хлопотами о смягчении наказания. Да, именно женщины, напрягая все силы и связи добились. Рудники заменили земляные работы, потом литейный завод. Сняли кандалы. В 1831 году разрешили семейные камеры. Потом не каторга, а ссылка, совсем другой коленкор. И все это - заслуга их жён. Мало кто из современных правозащитников может таких результатов добиться.
Но даже этого мало. Ведь всем «политическим» запрещена была переписка. Чтение книг, общение, любая возможность оставаться частью мыслящего мира была закрыта для них. И эту телегу тоже на себя взвалили их жены. Причём переписок пришлось вести две: легальную, которую полностью читала цензура и тайную, только для адресата. Писали не только за своих мужей, но и за тех, кому было от кого получать письма. Между прочим, знаменитое «во глубине сибирских руд» в эти самые «руды» доставила одна из декабристок: Александра Муравьева. Вот так... И ещё послание к Ивану Пущину привезла, лицейскому другу известного поэта. А сама она легла в сибирскую землю.
Но даже это - не все и не самое главное. Главное, что они нашли с себе сил заботится не только о своих мужьях. Они ещё учили и воспитывали местных детей. Своих учили, так отчего соседским то не помочь? Да, в ссылке родилось много детишек. Одна только Прасковья Анненкова рожала восемнадцать раз! Правда выжило только семеро из них. А Трубецким вовсе чудо случилось... в благополучной столице детей у пары не было. А в Сибири, среди всей этой жути и тоски - семеро! Четыре сына и три дочери. Чудо? Да кто ж знает...
Женщин могли отлучить от титулов и положения, но вытравить из них образование, манеры, ум - нет, невозможно это. И они щедро делились этим с соседями. Учили читать, писать. История, география, пение. Даже танцам учили, вот представьте. Да бог с этим! Медициной занимались! Благодаря им этот глухой край уже не был диким. Никакой миссионер никогда не нёс столько конкретного и очень ценного. Вдумайтесь... всего одиннадцать женщин! И перевернули весь уклад тех мест. Эти женщины даже церквей построили чуть ли не больше, чем сама церковь.
А ещё (и это уж выше всякого мужества): завели салоны в Иркутске. Да, это было сильно позже. Когда каторгу заменили ссылкой, когда им разрешили поселиться в Иркутске, когда домами обзавелись... но именно они: княгини Трубецкая и Волковская стали тем самым источником настоящей культуры. Именно столичные аристократки положили начало тому, что потом назовут сибирской интеллигенцией. В их дома приходили погреться душой, оно и светом и теплом были для всего города. В Кургане Нарышкиных называют истинными благодетелями края, рыдая провожают на Кавказ, война - единственный путь домой. О каждой их них можно писать книгу. Но написали только о любви Полины Гёбль и Ивана Анненкова. Сам Дюма-отец написал. А в России сняли фильм о звезде пленительного счастья. И если говорить о подвигах и мужестве... блестящий кавалергард, богатейший наследник, дерзкий и неуемный Иван потерял всякое мужество и надежду ещё в Петропавловской крепости и едва не покончил с собой, чудом спасли. А Полина... по льду Невы она пришла в эту крепость и одному богу известно чего стоило ей вымолить о свидании. Она думала только о жизни и ни разу её не подвела вера в любовь.
Их помнят в Сибири. В Чите, Томске, Тобольске, Иркутске. Они были тем светом, что рассек зимнюю ночь, тем мостом, что протянулся из Европы за Байкал. Их память чтят, ведь то, что эти маленькие женщины сотворили, это даже не подвиг, не подвижничество, а настоящая сила и мощь, дремавшая под тонкой кожей каторжанских фей.
В Иркутске Марии Волконской поставили памятник: молодая женщина со свечами, укреплёнными в подсвечник, приглашает в свой дом. У них не было тут дома. Но один построили его, укрывая свою любовь и свою семью. Они сами как свечи тихо горели во мраке горя и безысходности, но не сгорели, а только сильнее стали, закалили и себя и всех, кто был рядом. В этом и есть их главный подвиг. И прежде, чем плевать ядом в их адрес, просто дайте себе честный ответ: а смог бы я так же?
Ольга Иванова