На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!
Карелия в начале XIX в. Карелия была одним из редко населенных аграрно-промысловых районов Российской империи. Территория вновь созданной в 1801 г. Олонецкой губернии не совпадала с территорией современной Республики Карелия. Так в ее состав входили города с уездами Лодейное Поле (сегодня – город в Ленинградской области), Каргополь (сегодня – город в Архангельской области), Вытегра (сегодня – город в Вологодской области), а Кемь с уездом, напротив, отошли в состав Архангельской губернии. Северное Приладожье было частью Выборгской губернии, в 1811 г. включенной в состав Великого княжества Финляндского. Таким образом, в начале столетия в Олонецкой губернии было семь городов: Петрозаводск, Олонец, Повенец, Пудож, Каргополь, Вытегра, Лодейное Поле.
§ 1. Карелия в эпоху Наполеоновских войн
Основную часть населения губернии составляли сельские жители. В крае преобладали небольшие сельские поселения (до 20 домов в каждом). Крупные селения числом домов более 100 и количеством жителей более 500 были единичны. Здесь можно было проехать десятки верст и не увидеть человеческого жилья. Уездные центры лишь с значительной долей условности можно было считать городскими поселениями. Даже столица губернии – Петрозаводск с его почти пятитысячным населением – во многом сохраняла деревенские черты. Об этом говорят данные о поголовье скота: в городе имелось 248 лошадей, 396 коров, 39 овец, 68 свиней и 74 козы.
Ведущее место в экономической жизни Карелии занимало сельское хозяйство. Скудные почвы и короткое северное лето требовали от земледельцев приложения невероятных усилий, а урожаи были невысокими. Плодородной пахотной земли не хватало – в Карелии очень много озер, болот, скал. Не случайно появилось заонежское присловье: «ВÓдушки у нас - хоть залейся, камушков – хоть убейся». Даже в благополучные годы крестьянской семье хватало своего хлеба лишь на 3-6 месяцев. Главной сельскохозяйственной культурой оставалась рожь. Для нужд собственной семьи крестьяне часто выращивали репу. Овощи (например, капусту, брюкву, редьку) сажали редко, преимущественно в южной Карелии. Из технических культур были распространены лен, конопля.
Животноводство продолжало играть вспомогательную роль в сельском хозяйстве. Сенокосов не хватало, поэтому количество крупного рогатого скота в Олонецком крае было значительно меньше, чем в центральных регионах России. Кроме коров разводили лошадей и овец, на севере занимались оленеводством, преимущественно используя оленей как тягловую силу.
В хозяйстве карельских крестьян значительной была роль рыболовства: рыба нередко спасала крестьян от смерти в голодные годы. Доходным делом оставалась и охота.
Главным промышленным предприятием края были Олонецкие горные заводы. Участие России в антифранцузских коалициях увеличило спрос на военную продукцию. Поэтому не только Александровский завод переживал период подъема. В это время была проведена реконструкция Кончезерского завода, позволившая ему долгие десятилетия успешно производить чугун.
В культурной жизни края главные изменения касались сети учебных заведений. Именно в это время благодаря реформам Александра I начинается развитие сельских школ в крае. В августе 1804 г. должность директора народных училищ Олонецкой губернии занял местный уроженец Аврам Егорович Крылов. По его инициативе в губернии было организовано 20 сельских школ.
В городах губернии продолжали действовать и учебные заведения, открытые еще во времена Екатерины II, лишь несколько изменился их статус. Так Главное народное училище в Петрозаводске было преобразовано в Олонецкую мужскую гимназию. Для преподавания в ней из Санкт-Петербурга прибыло несколько выпускников Главного педагогического института. На первых порах в гимназии оказалось всего 18 учеников. Полный курс обучения длился 4 года, туда принимали только мальчиков, достигших 10-летнего возраста, умеющих читать и писать, знающих основы православного вероучения и 4 действия арифметики.
Тогда же малое народное училище в Олонце было преобразовано в приходское и уездное училища. Однако и там число учеников было невелико, среди них почти не было купеческих детей, так как купцы предпочитали учить сыновей у частных учителей и только самому необходимому (письму, чтению, счету).
По новому школьному уставу 1804 г. в Петрозаводске открылись уездное училище и городская приходская школа, а в 1809 г. в столице губернии появилось духовное училище, дававшее начальное образование.
Расширение сети учебных заведений, несомненно, было важно для будущего края, хотя число школ все же было невелико (например, из семи городов губернии только в 4-х имелись учебные заведения: Петрозаводске, Вытегре, Олонце, Каргополе), и для большинства жителей даже начальное образование оставалось недоступным.
Участие жителей Карелии в боях с наполеоновской армией. В ночь с 23 на 24 июня1812 г. французская армия приступила к переправе через реку Неман. Началась Отечественная война. Военные действия велись далеко от Олонецкой губернии. Но жители края не остались в стороне от общей беды. В 1812 г. на борьбу с наполеоновской армией в губернии была собрана 21 тыс. рублей добровольных пожертвований. В центральные губернии России для перевозки воинского снаряжения было направлено несколько тысяч подвод.
Прежде всего армия нуждалась в солдатах. Со времен Петра I главным источником комплектования русской армии были рекрутские наборы. В ходе 3 рекрутских наборов 1812 г. в Олонецкой губернии было мобилизовано 3,7 тыс. чел. (4 % взрослого мужского населения губернии). В начале войны в армии Барклая де Толли находился 20-й егерский полк, костяк которого составляли выходцы из Олонецкой губернии. Егерь в переводе с немецкого означает «охотник». Егеря, действительно, были схожи с охотниками. Они действовали в рассыпном строю, должны были в совершенстве владеть навыками прицельной стрельбы, уметь хорошо маскироваться и ходить на лыжах по зимнему бездорожью. У егерей даже форма была неприметной: зеленый мундир с кантом черного цвета. Полк и до 1812 г. участвовал в войнах с наполеоновской армией. В начале Отечественной войны он сражался в боях под Витебском, Смоленском, а во время Бородинского сражения оборонял Багратионовы флеши. За отличие в Бородинской битве офицеры 20-го полка были награждены золотыми и алмазными шпагами, а один – орденом св. Георгия, высшей военной наградой России. Десятки рядовых получили Знаки отличия Военного ордена (солдатские Георгиевские кресты). Затем полк отличился под Тарутино, его бойцы сражались в составе партизанских соединений Сеславина, Давыдова, Фигнера, а закончили войну в Париже. За боевые заслуги в Отечественной войне 1812 г. полк первым в русской армии был отмечен новой коллективной наградой – знаками на киверах с надписью «За отличие» и особым барабанным боем. С 1863 г. полк носил название103-го Петрозаводского.
В сложных условиях войны одних рекрутских наборов было недостаточно для комплектования армии, и правительство приступило к формированию ополчения. В отличие от рекрутов, ополченцы после окончания войны должны были не продолжить службу, а вернуться домой к прежним занятиям. В Олонецкой губернии с 500 государственных крестьян и мещан брали по три ополченца. Всего в Олонецкой губернии было набрано 575 стрелков. При этом предпочтение отдавалось добровольцам и опытным охотникам, метким стрелкам. К месту службы они являлись с теми ружьями, которые использовали в охотничьем промысле. Крестьяне деревень, из которых уходили ополченцы, перед отправкой снабжали их продовольствием и деньгами по 10 рублей каждому. Олонецкие стрелки влились в Петербургское ополчение, которым командовал М.И.Кутузов. Уже во время обучения олонецкие ополченцы проявили себя отличными стрелками. Некоторые из них были прикомандированы к партизанскому отряду Ф.Ф.Винценгероде, другие оказались в корпусе генерала Н.Н.Раевского и в 1814 г. участвовали во взятии Парижа. В сентябре 1814 г. лишь 253 олонецких ополченца вернулись домой. На память о ратных подвигах им были оставлены мундиры и кивера. Тем, кто в конце 1812 г. входил в отряд Ф.Ф.Винценгероде (74 чел.) была вручена медаль в память Отечественной войны 1812 г. 9 ополченцев стали георгиевскими кавалерами.
Роль Олонецких заводов в снабжении русской армии оружием и боеприпасами. В годы Отечественной войны 1812 г. начальником Олонецких заводов был Адам Васильевич Армстронг. Он начинал свою карьеру под руководством Чарльза (Карла Карловича) Гаскойна, радикально перестроившего Александровский завод в конце XVIII в.
Инженеры и мастеровые Александровского завода и приписные крестьяне, обеспечивавшие поставки на завод древесного угля и руды, внесли заметный вклад в победу над наполеоновской армией. Недаром после войны А.В.Армстронг гордился, что в этот тяжелый период неизбежный в литейном производстве брак на Александровском заводе был сведен к минимуму. В 1812 г. Александровский и Кончезерский заводы поставили в армию 219 пушек и 25 мортир, освоили выпуск новой продукции – чугунных пуль. При этом еще накануне войны благодаря замене некоторых видов импортного сырья на местное удалось удешевить производство, что в условиях войны тоже было немаловажно.
Эвакуация столичных учреждений в Олонецкую губернию. В сентябре 1812 г., опасаясь движения неприятельских войск к Петербургу, было решено эвакуировать в Петрозаводск сокровища Эрмитажа, Академию художеств, Академию наук, Медико-хирургическую академию, Публичную библиотеку и Главный педагогический институт. В начале октября несколько судов вышли из Петербурга, но до конечного пункта они не дошли из-за ранних морозов, сковавших льдом реку Свирь. Вынужденные остановиться в 30 верстах от Лодейного Поля преподаватели Главного педагогического института не тратили время даром, устроив лекции прямо в крестьянских избах деревни Усланка. Слушателями невольно оказались и крестьяне, которые лежа на полатях, прислушивались к странным разговорам о географии, иностранным языкам.
В декабре 1812 г. имущество Академии наук и Академии Художеств, Кунсткамеры были возвращены в Санкт-Петербург. А вот 76 студентов, 6 профессоров и 10 служителей Главного педагогического института, в том числе и его директор Егор Антонович Энгельгардт в середине ноября 1812 г., когда установился санный путь, приехали в Петрозаводск. Это была довольно многочисленная компания, если учесть, что в Петрозаводске проживало в то время 5 тыс. человек. Столичных гостей разместили в здании гимназии. Директор заводов А.В.Армстронг показал им достопримечательности края: Марциальные воды, Кончезеро и водопад Кивач, которые произвели на гостей большое впечатление. Столичные жители вызвали живой интерес со стороны петрозаводских чиновников, которые наперебой приглашали профессоров к себе домой.
28 января 1813 г. Главный педагогический институт покинул Петрозаводск. В благодарность за предоставленный приют его преподаватели подарили петрозаводской гимназии ценное оборудование: микроскопы, «электрическую машину», предназначенную для демонстрации превращения механической энергии в электрическую. Ценный дар оказался очень кстати для гимназии, нуждавшейся в учебных пособиях и оборудовании. Этими приборами пользовались до начала XX в.
В 1830 г. один из преподавателей педагогического института, в то время уже известный статистик, Константин Иванович Арсеньев опубликовал свой труд по истории Олонецких горных заводов, начатый во время эвакуации по просьбе А.В.Армстронга. Он прожил долгую жизнь, был профессором Петербургского университета, академиком, воспитателем будущего императора Александра II, но в конце жизни вернулся в Петрозаводск, где его сын служил губернатором. Его могила в Крестовоздвиженском соборе Петрозаводска сохранилась до наших дней.
Новые слова:
Верста - русская мера длины, равная 1,0668 км
Мещане – низший разряд городского населения, в который входили мелкие торговцы и ремесленники, несшие податную и рекрутскую повинности.
Контрольные вопросы:
Выделите особенности социально-экономического развития Олонецкой губернии в начале XIX в.
Историки часто говорят о народном характере войны 1812 г. В чем, по вашему мнению, он проявился? Свою позицию подтвердите фактами из истории Карелии.
Как Отечественная война 1812 г. отразилась на жизни различных категорий населения Карелии?
§ 2-3. Крестьяне Карелии во второй половине XIX в.
Освобождение крестьян Карелии от крепостной зависимости. Как и во всей России, в Олонецкой губернии крестьяне составляли большинство населения. Но на территории современной Карелии из-за неплодородных почв не развилось крупное помещичье землевладение и помещичьи крестьяне здесь были в явном меньшинстве (только в двух южных уездах губернии - Лодейнопольском и Вытегорском, не входящих ныне в состав Карелии, имелось свыше 200 помещичьих имений). Накануне реформы в Карелии имелось всего 9 дворянских имений, находившихся в Петрозаводском и Повенецком уездах. Судьба проживавших в них крестьян сложилась по-разному. Четверо мелкопоместных владельцев, за которыми в общей сложности насчитывалась всего 41 ревизская душа, в течение 1862-1882 гг. воспользовались своим правом на передачу имений за вознаграждение в казну, т.е. государству. Генерал-лейтенант Р. А. Армстронг (сын А. В. Армстронга, сам с 1833 по 1843 г. занимавший пост начальника Олонецких заводов) в 1863 г. по дарственной записи безвозмездно передал своим крестьянам (8 ревизских душ) всю находившуюся в их пользовании землю (по 2,6 десятины на душу) в деревне Восточное Кончезеро.
В четырех наиболее значительных помещичьих имениях проявилось стремление помещиков обеспечить свое будущее за счет крестьян: помещики постарались дать крестьянам минимум земли или землю «худого качества». И хотя крестьяне отказывались от таких условий, но местная администрация оказалась на стороне помещиков. В итоге крестьяне этих дворян не только получили неплодородные и малодоходные земли, но и заплатили за них цену, многократно превышающую рыночную.
Крестьяне, приписанные к Олонецким горным заводам, составляли треть от всего крестьянского населения губернии. В 1861 г. в Карелии их насчитывалось 53 тыс. Более полутора столетий мечтали они освободиться от необходимости выполнять вспомогательные заводские работы (заготовку дров, добычу железной руды, жжение угля, перевозку готовой продукции). Но не просто было обойтись без их труда заводской администрации, поэтому освобождить приписных крестьян от обязательных заводских работ предполагалось не сразу. В течение первого года они должны были выполнять полный объем заводской барщины, в течение второго года – 2/3 этих работ, на следующий год – 1/3. Только 1 апреля 1864 г. крестьяне перестали выполнять обязательные заводские работы.
Большинство крестьянского населения губернии (ок. 98 тыс. человек) составляли государственные крестьяне. Их положение начало меняться только в 1866 г. За ними были закреплены государственные земли. На первый взгляд крестьяне получили значительные наделы (в среднем – 54 десятины на двор), но большинство полученных ими земель было неплодородным, непригодным для сельского хозяйства. Более того, с 1886 г. крестьяне должны были выкупать эту землю у государства по цене почти в три раза превышавшей рыночную.
Развитие сельского хозяйства. Несмотря на то, что реформа далеко не в полной мере соответствовала ожиданиям крестьян, она положительно отразилась на развитии сельского хозяйства края. В пореформенный период площади пахотных земель увеличились. Постепенно подсечная система земледелия вытеснялась более совершенной – трехпольной, при которой пахотные земли каждого хозяина делились на три примерно равные части: под озимые (их сеяли осенью), яровые культуры (высаживали весной) и «пар» (посев не производили, земле давали отдохнуть). Благодаря увеличению поголовья скота, более широко начали применять органические удобрения. Все больше крестьян продавали на рынке молочную продукцию, откармливали скот на продажу.
К сожалению, реформа не помогла решить одну из главных проблем карельских крестьян - малоземелье, особенно остро ощущавшееся в Кемском уезде, входившем в то время в состав Архангельской губернии. Доходность крестьянских хозяйств была невелика и какие-либо новшества проникали в эту среду очень медленно. Наиболее распространенным пахотным орудием оставалась соха. Ее отличие от плуга заключалось в том, что при вспахивании соха не переворачивала пласт земли, а лишь отваливала его в сторону. Для рыхления почвы использовали, как правило, бороны-суковатки. Это древнейший вид бороны в виде связанных половин недлинных еловых брёвен с длинными сучками. Более совершенное сельскохозяйственное орудие – плуг - редко можно было увидеть в каком-либо хозяйстве. Применение усовершенствованной земледельческой техники сдерживалось не только бедностью местного населения, но и тем обстоятельством, что орудия заводского производства плохо подходили для обработки карельских небольших, с замысловатым контуром полей, имевших тонкий почвенный слой и покрытых множеством камней.
Основными хлебными культурами Олонецкой губернии были рожь, овес, ячмень. Среди прочих земледельческих культур лидирующие позиции занимали картофель и репа. На рынок их почти никто не выращивал, но благодаря им крестьянский стол стал более разнообразным. Другие овощи (например, капусту, брюкву, редьку) по-прежнему выращивали главным образом в южной части Карелии.
Среди технических культур в это время важное значение сохранял лен. Его выращивали по всей средней и южной Карелии. Чаще всего крестьяне сажали лен для нужд своей семьи в небольшом количестве. Из льняных тканей домашнего производства изготавливали одежду и различные предметы домашнего обихода. Однако ежегодно 15-20 тысяч пудов льна вывозилось из Олонецкой губернии в Санкт-Петербург, откуда он экспортировался в Англию, Голландию, Францию и Финляндию. Выращиванием льна на продажу занимались преимущественно в Пудожском и Олонецком уездах: недаром и по сей день на гербе Пудожа красуются 3 пучка льна. По всей Европе славился лен «корелка». Лен «корелка» от пудожского купца Ивана Ивановича Малокрошечного был представлен на Всероссийских выставках произведений сельского хозяйства в Санкт-Петербурге и Москве, а также удостоен высоких отзывов на Всемирной промышленной выставке в Лондоне.
Каждая операция обработки льна приходилась на строго определенное время народного календаря и совершалась вручную. Не случайно крестьяне говорили: «Лен ручки любит». Основная часть работ по возделыванию льняной культуры приходилась на женскую долю. Мужчины лишь подготавливали землю и сеяли. В июне начиналась прополка. Женщины расстилали грубые куски холста или старого половика и пололи лен, сидя прямо на земле. В конце августа лен убирали. Растение вырывали из земли с корнем и оставляли для просушки. Затем на поле расстилали большой половик, на него ставили гребень с деревянными зубьями и начинали теребить лен, т.е. прочесывать его через зубья. Коробочки с семенами (в Карелии их называли колоколками) отделялись и падали на половик. Их собирали, сушили, молотили. Иногда из чистых семян делали масло. Стебли льна связывали в снопы и замачивали в озере или речной запруде около 10 дней. Готовый лен отвозили на поле для просушки и отбеливания. Потом лен мяли: горсть льна брали за один конец и ударяли другим концом о стену или столб, затем концы меняли местами. Затем щетками из грубой свиной щетины лен чесали. Волокно от первого очеса шло на изготовление мешков, половиков, веревок, канатов. Второй очес шел на грубые юбки, балахоны, наматрасники. С третьего очеса получалась тонкая нить. Долгими зимними вечерами женщины пряли. Чем искуснее девушка пряла, тем большая слава о ней распространялась на всю округу. В народе говорили: «Какова пряха, такова и рубаха». На Великий Пост приходилось время ткачества. В марте белили холсты, а затем начинались заботы о новом урожае.
Традиционные ремесла. В каждой крестьянской семье занимались ткачеством. Это искусство познавали с 5-7 лет. Глава семьи сам делал ткацкий стан, а ткали женщины. Работа по выработке полотна требовала большого труда, терпения, сложных математических подсчетов.
Полотно изготавливали из нитей разного сорта: льна, конопли, шерсти. Льняное полотно шло на одежду. В любой крестьянской семье Олонецкой губернии женщины придавали большое значение декоративному убранству дома, украшали избы и горницы узорными полотенцами, кровати застилали домоткаными постельниками, одеялами, из-под которых выглядывали красивые узорные подзоры, а яркими полосатыми половиками устилали полы горницы. Предметы домашнего убранства также изготавливали из льняного полотна. Конопляные нити были более грубые, чем льняные, и использовались для производства веревок и суровых тканей. Из веревок изготавливали в основном рыболовные снасти, а конопляные ткани шли для изготовления юбок и матрасов. Из овечьей шерстяной пряжи вязали уютные теплые вещи, а также использовали ее при ткачестве красивых полосатых одеял с использованием льна.
Другим традиционным ремеслом было плетение из лыка. Лыко (или луб) – это подкорковый слой дерева. В Карелии лучшее лыко получали из липы. Ткань в то время очень ценилась и для тряпок не употреблялась – семьи были большие, одежду перешивали, латали, носили и донашивали до последнего. А когда одежда становилась совсем ветхой – рвали на полоски и ткали половики. Так что полы терли лычными тряпками и березовыми голиками (вениками без листьев, «голыми»). Из короткого лыка делали тряпки, которыми вытирали стол, мочалки для мытья посуды, кисти для беления печей. Из длинного лыка изготавливали веревки. На них, например, насаживали рыболовные снасти, так как они отличались особой крепостью.
Крестьянское кустарное производство. Ремесленно-кустарное производство, т.е. ручное производство продукции в небольших объемах, издавна являлось для многих крестьян Карелии традиционной сферой приложения труда и источником денежных поступлений. После крестьянской реформы 1861 г., в условиях активного развития капиталистической рыночной экономики в России, значение этого производства, постепенно возрастало. Но большинство кустарей сочетало ремесленное производство с земледельческим трудом, так как доходы кустаря-ремесленника были невелики. Например, средний заработок кустаря-корзинщика и коробочника составлял около 16 руб. при рабочем периоде всего в 2,5 месяца. Для сравнения: пуд свежего мяса в Петрозаводске стоил 2 руб. 80 коп., пуд сливочного масла – 9 руб., а подсолнечного – 7 руб. 20 коп.
В Олонецкой губернии были представлены самые разные виды кустарного производства. Крестьяне изготавливали на продажу домашнюю посуду, повозки, лодки, сапоги, шубы, смолу, деготь, и т.п. Повсеместно был развит кузнечный промысел. Зажиточные крестьяне нередко занимались кожевенным производством. Изделия карельских вышивальщиц вывозились в Архангельск и за рубеж – в Норвегию, Англию, Швецию. В районе Тивдийских мраморных ломок местные жители изготавливали на продажу мелкие изделия из мрамора: подсвечники, стаканы, пепельницы, вазы, пресс-папье. Неккульская и Рыпушкальская волости Олонецкого уезда во второй половине XIX в. прославились изготовлением изделий из соломы. На берегах Белого моря было развито судостроение.
Ремесленники были предметом гордости губернии. Лучшая в Карелии столярная мастерская находилась в д. Реутовской Толвуйской волости Петрозаводского уезда и принадлежала крестьянину Ивану Никитичу Гайдину (род. в 1833 г.). Сам владелец, получивший первоначальные навыки в обработке дерева еще на родине, прошел сорокалетнюю выучку в столярных заведениях Петербурга. Вместе с ним в мастерской работали два родственника – племянник Алексей Семенович Гайдин (род.в1863 г.), также имевший тринадцатилетний опыт работы в столице, и сын племянника - Иван Алексеевич Гайдин (род. в 1887 г.). Заведение Гайдиных специализировалось на производстве высококачественной дорогой мебели из березы с инкрустацией из красного и черного дерева, ореха, бука, карельской березы по собственным оригинальным эскизам. Алексей Семенович Гайдин с успехом представлял Олонецкую губернию на I Всероссийской кустарно-промышленной выставке в Петербурге в 1902 г., где был удостоен большой серебряной медали за шкаф с инкрустацией из карельской березы и других ценных пород дерева.
В 1870-1880 г.г. большой известностью в крае и даже за его пределами пользовался кузнец из д. Матвеевской Пудожского уезда Егор Михайлович Кершинский, умевший выковывать высококачественные серпы и косы, отличавшиеся особой прочностью и расходившиеся по всей губернии. Образцы его продукции находились в экспозиции Олонецкого губернского естественно-промышленного и историко-этнографического музея, а в 1872 г. демонстрировались на Московской политехнической выставке. В 1871 г. Императорское Вольное Экономическое общество наградило талантливого пудожского мастера бронзовой медалью.
Крестьянские промыслы. Положительное влияние отмены крепостного права особенно ярко проявилось в развитии крестьянских промыслов, остававшихся основным источником денежных средств для большинства сельского населения губернии. В первую очередь - это рыбный промысел. В Онежском озере и впадающих в него реках водились около 40 видов рыб. Ловили в основном сига, палию, лосося, форель, ряпушку, хариуса, щуку, судака, леща, окуня, налима. Рыбу ловили на больших лодках – соймах, используемых совместно членами крестьянской общины. Имелись деревни, например, вепсская деревня Огеришта, все население которых занималось только рыбной ловлей: мужчины ловили лосося, женщины вязали сети. Улов засаливали в бочках и вывозили на продажу в Санкт-Петербург.
Традиционным промыслом оставалась охота. В отличие от рыболовства, в это время она переживала спад. Причиной тому было сокращение дичи в карельских лесах из-за ее неконтролируемой добычи. По схожей причине переживала спад и добыча жемчуга. Жемчуг в Карелии добывали издавна, а изготовление украшений из речного жемчуга – один из традиционных видов женского рукоделия на Русском Севере. Жемчужное и бисерное шитье украшало оклады икон, церковные облаченья, детали крестьянской одежды и особенно разнообразных головных уборов. Жемчужные раковины добывали в прибрежных к белому морю реках Кемского уезда (Варзуга, Сума, Умба и др.), Повенецкого уезда (Мегра, Олонка, Пиндушка, Повенчанка, Челмужи, Шуя и др.), а также в Пудожье – на Муромском озере, реках Пяльма, Туба и других. Из-за бессистемного промысла к концу XIX в. жемчуг начал постепенно исчезать в северных реках. Способствовало этому и развитие лесопиления: постоянный сплав леса по рекам засорял дно. С этого времени натуральный жемчуг в изделиях стали заменять перламутровым бисером и стеклярусом (стеклянными цилиндриками удлиненной формы с продольным отверстием для нити).
Отходничество. Дарование крестьянам личной свободы способствовало дальнейшему стремительному развитию отходничества - временного ухода крестьян на заработки из своих мест жительства. Крестьяне, освобожденные от крепостной зависимости, имели теперь больше возможностей искать удачу за пределами родной деревни. На территории губернии крестьяне чаще всего находили заработок на лесозаготовках. В конце ХIХ в. на лесозаготовки и сплав леса ежегодно нанималось около 25 тыс. крестьян. Немало крестьян в первых числах ноября после окончания уборки урожая по установившемуся зимнему пути отправлялось к Белому морю для перевозки морской рыбы.
Как правило, на заработки уходили мужчины, тогда как женщины с детьми оставались дома. Однако во второй половине XIX в. наряду с мужчинами все больше женщин и подростков Карелии также втягивалось в отхожие промыслы. Труд ребенка 7-8 лет уже мог использоваться не только в своей семье, но и за ее пределами: девочки работали няньками у богатых односельчан или в соседней деревне, мальчики нанимались помощниками пастуха - подпасками. За эту работу дети редко получали деньги: в качестве оплаты их кормили, а иногда давали что-либо из одежды. В 10-летнем возрасте начиналось освоение сложных видов «взрослых» занятий. Например, мальчики в 9-10 лет могли работать на лесозаготовках. Им поручали скручивать хвойные прутья для вязки бревен, сторожить продукты, хранившиеся в специальных избушках на плотах. В 10-12 лет мальчик принимал участие в основных работах: валил деревья, обрубал вершины и сучья, корил бревна.
Тысячи крестьян уходили на заработки в Санкт-Петербург и другие крупные города, где работали плотниками, столярами, каменотесами, стекольщиками, сапожниками, портными и т.п. К этому времени сложилась даже специализация отдельных районов. Так, Великогубская и Толвуйская волости славились своими столярами, плотниками и паркетчиками, Ладвинская – стекольщиками. Еще с XVIII в. хорошо были известны в Санкт-Петербурге шелтозерские каменотесы. Немало крестьянских детей было занято на фабриках и в мастерских Петрозаводска и Петербурга в качестве мастеровых и учеников. Труд этот был очень тяжел, но некоторым улыбалась удача. Так случилось с уроженцем деревни Окуловской (ныне – территория д. Ялгубы) Петрозаводского уезда Михаилом Евлампиевичем Перхиным (1860 г.–1903 г.). Ему было около18 лет, когда он стал учеником ювелира в Санкт-Петербурге. А через 10 лет он с помощью знаменитого ювелира Карла Фаберже открыл собственную мастерскую, в которой еще через 10 лет работали уже более 50 человек. За исполнение личных императорских заказов он получил звание почетного гражданина. Последние годы жизни Михаил Перхин провел в Царском Селе, где имел собственный дом. Но, достигнув материального процветания и уважения, он не забывал родной край: посылал средства на сооружение каменной церкви в родном селе и на поддержание земской школы.
Уроженец д. Кинелахта Олонецкого уезда Василий Богданович Богданов, обосновавшись в Петербурге в первые пореформенные годы, благодаря незаурядным способностям, приобрел репутацию одного из лучших портных российской империи и к концу 1860-х гг. стал владельцем элитной швейной мастерской, обслуживавшей императорский двор. Василий Богданович получил права купца 2-й гильдии, был награжден золотой и серебряной медалями «За усердие». Опыт петербургской жизни наглядно убедил В. Богданова в необходимости широкого распространения грамотности среди карельских детей. В 1870 г. он пожертвовал 3 тыс. рублей на содержание начальной школы с ремесленно-столярным классом у себя на родине, в с. Большие горы Видлицкой волости, и на свои средства построил здание для нее. К тому же В. Богданов обязался ежегодно в течение 5 лет вносить по 100 руб. на покупку хлеба для школы.
Отходничество в Петербург, Петрозаводск, Олонец было широко развито и в граничащих с Олонецкой губернией уездах Финляндии, с 1809 г. являвшейся частью Российской империи. Салминский уезд объединяли с Олонецкой губернией родственная народная культура, карельский язык и православная религия. Экономическая жизнь этого региона, благодаря развитым торговым коммуникациям на Ладоге, в значительной мере ориентировалась на Петербург и Петрозаводск.
Крестьянский быт. Жизненный уклад крестьян второй половины XIXв. во многом повторял уклад их дедов и прадедов. Архитектура крестьянского дома не претерпела существенных изменений в это время. Дома по-прежнему, как правило, представляли собой большие комплексы, объединявшие жилые и хозяйственные помещения под одной крышей. Ближайшими к дому хозяйственными постройками были амбары. Их ставили на виду у хозяев, перед окнами избы, поскольку они служили для хранения хлеба, других пищевых припасов, одежды и прочего крестьянского добра, оберегаемого прежде всего от пожара.
Строительство нового дома становилось одним из самых ярких событий в жизни крестьянина и было связано со множеством обрядов, обычаев, примет. Например, карелы при закладке дома под правый угол избы клали «на счастье» капельку ртути, вложенную в ствол пера глухаря, затыкали отверстие зернышком ячменя («ячмень» по-карельски – “ozra”, а «счастье» - “oza”.Созвучие этих слов приобретало символическое значение). Иногда сюда же клали кусочек холста, чтобы у хозяев дома не переводилась добротная одежда. По поверьям вепсов, нельзя было ставить дом на тропе: хозяину к смерти. Когда закладывали избу вепсы, под ее углы прятали серебряные или медные монеты.
Внутреннее убранство жилища претерпело значительно бÓльшие изменения по сравнению с его внешним видом. В домах зажиточных крестьян нередко можно было увидеть новую мебель. Например, шкаф-буфет, в котором хранилась чайная посуда и другие бытовые предметы. Спокон веков на стол пищу подавали в глиняных или деревянных мисках, ели деревянными самодельными ложками. Но во второй половине XIX в. постепенно стали распространяться покупная фаянсовая и фарфоровая посуда, металлические ложки и вилки. Нередко в крестьянском доме можно было увидеть медный рукомойник или самовар.
Некоторые технические новинки проникали и в традиционные крестьянские занятия. Столетиями жительницы Карелии пряли на ручных прялках. Первую прялку – уменьшенную копию взрослой, отец дарил девочке еще в 4-5 лет. С этого возраста прядение становилось неотъемлемой частью ее жизни, сопровождавшей и на посиделках с подружками и будними вечерами. Узор на прялках существенно отличался, отражая особенности эстетических пристрастий и поверий населения разных районов губернии. Однако во второй половине XIX в. наряду с ручной прялкой стали использовать и механические самопрялки. В отличие от ручных, их покупали. Жители Поморья завозили их из Норвегии, жители районов Западной Карелии - из соседней Финляндии, а жители Южной Карелии –из Петербурга. Правда, самопрялками пользовались крайне ограниченно. На самопрялке пряли более грубую пряжу, а на прялке с веретеном — тонкую и легкую. Льняная пряжа, выпряденная на самопрялке, чаще всего использовалась для изготовления сетей, а на прялке с веретеном — для тканей.
Одежда крестьян в течение XIX столетия претерпела значительные изменения, прежде всего связанные с распространением тканей фабричного производства. Изменилась их цветовая гамма, из декоративного оформления исчезла вышивка, сохранявшаяся лишь на подолах женских рубах. В северной Карелии широкому распространению фабричных изделий – новых типов одежды, тканей, украшений, способствовала активная разносная торговля с Финляндией, регулярные посещения знаменитой Шунгской ярмарки. Но и домотканые изделия не выходили из употребления, так как фабричные ткани были достаточно дороги. Для многих крестьянок ситцевый сарафан был праздничной одеждой. Для пошива мужской летней одежды чаще всего использовались неокрашенные домашние ткани, а «одетый в черное» - означало определенный уровень состоятельности хозяина одежды, имеющего средства на приобретение фабричных тканей.
Новые слова:
Десятина - единица площади в России до 1918 года, равная 1,1 га (11 тыс. кв. м)
Кустарное производство— мелкосерийное производство товаров с применением ручного труда.
Мелкопоместный дворянин – дворянин, имеющий менее 21 ревизской души.
Подзор - оборка, кружевная кайма
Пуд – единица веса, равная примерно 16 кг.
Ревизская душа –единица учета мужского податного населения Российской империи. Во время проведения переписи (ревизии) каждый плательщик подушной подати вносился в списки – ревизские сказки и должен был платить подушную подать и нести другие государственные повинности.
Контрольные вопросы:
Вспомните, в чем заключалась особенность положения приписных крестьян? Почему их освобождение представляло для заводской администрации серьезные трудности?
Каковы были условия освобождения от крепостной зависимости различных категорий крестьянского населения Карелии? Как вы считаете, кто из крепостного населения Карелии получил наибольшие выгоды от отмены крепостного права?
В народе говорили: «Лен с ленью не ходит». Как вы думаете, почему появилась такая поговорка?
Карельские пословицы гласят: «Поле пÓтом польешь - силу хлебом вернешь», «Перед хлебушком попляшешь, прежде чем им стол украсишь». С чем связано появление этих пословиц?
О каком явлении в экономической жизни края говорит пословица: «Бедняку кроме города негде приклонить голову».
Содержание Предисловие 4 Раздел 1. Пленарные доклады 5 Ициксон Е.Е. Ансамбль зданий военного ведомства (1933-1952) в бывшем архиерейском квартале Петрозаводска 5 Сойни Е. Г. «Калевала» в русской поэзии29 Мошина Т. А. Олончане на службе во флоте. XIX -начала XX 41 Раздел 2. Секция «Литература. Фольклор. Язык» 58 Мухина Е.А. Концепт «смерть» в русской народно-речевой культуре (на материале причитаний И.А. Федосовой) 58 Новоселова В. А. Состав и функции частиц междометного происхождения в былине 64 Королёва Д.В. Основные этапы творческого пути Р. Руско. 70 Иванова Г. В. Образ советского человека в творчестве русскоязычных писателей Карелии 1930-х гг. Чикина Н.В. Символы в поэзии М. Пахомова 76 Карпушкина А. М. Многоликий Потиевский 81 Пукки Е. С. Характеристика творчества Яны Жемойтелите 85
Раздел 3. Секция «Культурное наследие: проблемы сохранения и изучения» 88 Степанов А.М., Степанова О. Н. Литературный архив Ортье Степанова - основа выставок в доме - музее писателя в деревне Хайколя 88 Лебедева Л. В. 115 лет Кемской районной библиотеке 96
Раздел 4. Секция «История XX в.» 105 Федосов А. В. Олонецкая милиция накануне ее разделения при образовании Карельской Трудовой Коммуны в 1920 году 105 Леднева Н. С. Радиосеть в карельском пограничье в 1920-1930-х годах 114 Ваничев С. В. Финская секция Карельского республиканского радиокомитета 1930-х годов: особенности работы 119 Карпеченко С. В., Бурцева В. М. Жизнь, отданная службе (об А. А. Пикалеве) 126 Каменецкая Т. Н. Группы содействия как этап становления гражданского общества на примере Карелии 143 Медведев А. П. Комплекс «Готов к труду и обороне» в Карелии в 1930-х годах 149 Садовская Е. И. Участие спецпоселенцев в восстановлении Кондопожского ЦБК 155 Морозова С. П. Съезды учителей Карелии во второй половине 1950-х годов 169 Романова А. А. Периодическая печать Карелии как источник по истории Кеми предвоенного десятилетия 173
Раздел 5. Секция «Краеведение Карелии: имена и судьбы в истор ии региона» 179 Кликачева А. А. Вильгельм Тизенгаузен и его описание Олонецкой губернии 179 Двинская В. Т. Фортунатов в Карелии 183 Кошкина С. В. Краевед из Сумпосада: Иван Матвеевич Дуров 190 Петешин А. Ю. Музейная краеведческая и научная деятельность на территории Медвежьегорского района в 1930-е гг 194 Карелин В. А. Кондопожский краевед Георгий Никифорович Акатов 205
Раздел 6. Секция «История. Этнография» 211 Иванова Л. И. Родильная обрядность в карельской бане 211 Урванцева Н. Г. «Олонецкие епархиальные ведомости» как источник по изучению православия Олонецкой губернии конца XIX–начала XX вв. 217 Ершов В. П. Поморская лоция из Керети, история находки 224
Раздел 7. Секция «Военная история» 230 Терешкин А. А. Из истории партизанского движения на Карельском фронте 230 Копанев В. Н. Бронепоезда на Карельском фронте, 1941-1945 гг. 237 Кондратьев В. Г. Учитель на войне 247 Зеленская Ю. Н. «Железнодорожник - родной брат Красной Армии» (помощь железнодорожников Кировской магистрали фронту в годы Великой Отечественной войны 252 Тётин В. Н. 52 полк НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений в обороне Карелии в 1941 году 255 Гороховик Е. В. Проект «Фронтовой автобус» 261
ГУЛАГ в Карелии. 1930—1941: Сборник документов и материалов / Ин-т языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН; Центр. Гос. архив Республики Карелия; Науч. Ред. В. Г. Макуров; Сост.: А. Ю. Жуков, В. Г. Макуров, И. Г. Петухова. — Петрозаводск, 1992. — 225 с. — 500 экз. — С. 5-88 — Беломорско-Балтийский канал: История строительства. 1930—1933 гг. [65 документов].
Правительство Карелии опубликовало список жертв политических репрессий На официальном сайте Правительства Карелии размещен список реабилитированных жертв политических репрессий. Отметим, ранее эти сведения не были опубликованы. Теперь эта информация доступна широкой общественности, сообщает пресс-центр ведомства.
www.karel.aif.ru/society/epoha_bolshogo_terrora_v_karelii_80_let_samym_massovym_repressiyam «Эпоха большого террора» в Карелии. 80 лет самым массовым репрессиям. В России реализуется концепция государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. Этот документ в частности предполагает создание условий для свободного доступа пользователей к архивным документам, связанным с вопросами политических репрессий, а также обеспечение доступности для населения соответствующих мемориальных объектов. Восстановлением прав реабилитированных граждан в Карелии занимается специальная комиссия, действующая при Правительстве республики. В состав комиссии входят представители органов исполнительной власти, МВД, Национального архива Карелии.
При содействии Информационного центра МВД на Официальном интернет-портале Республики Карелия был размещен список реабилитированных граждан. Сейчас в этом перечне около 500 имен, но установление личности пострадавших от репрессий продолжается.
«Эпоха большого террора» в Карелии. 80 лет самым массовым репрессиям. "Аргументы и факты" 11:23 04/08/2017 http://www.karel.aif.ru/societ...epressiyam В начале августа 1937 года начались самые масштабные репрессии за историю СССР
31 июля 1937-го года был подписан приказ НКВД «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов» и созданию специальных троек для рассмотрения подобного рода дел. В начале августа в рамках этого приказа начались первые аресты, и эта дата официально считается началом «Эпохи большого террора» в СССР. Разумеется, не минула эта горькая чаша и Карелию, которая пользовалась славой «подстоличной Сибири» еще с царских времён. СЛОН в Карелии
Говорить о том, что до 1937-го года в Карелии не знали о репрессиях, не приходится. В Советском Союзе насилие против классовых врагов, начавшееся еще во времена Гражданской войны, так, по сути, никогда и не прекращалось
Уже в 1923-м году появился знаменитый СЛОН (Соловецкий лагерь особого назначения), а в прибрежных районах Карелии появились его отделения. К 1933-му году здесь в заключении находилось почти 20 тысяч человек. В основном это были враги Советской власти, еще того, революционного периода, со всей страны – бывшие белогвардейцы, священники, ксендзы и муллы, руководители различных национальных партий, эсеры, меньшевики. Но встречались среди них и жители Карелии.
«Будем честны, репрессии, по сути, никогда и не прекращались, но сначала они касались определенных социальных слоев. Достаточно вспомнить приграничные зачистки, жесткую политику раскулачивания», - рассказывает историк, доцент ПетрГУ Ирина Такала. Лимиты на расстрелы
Однако качественно характер репрессий изменился именно в 1937-м году. Ранее для того, чтобы попасть в поле зрения чекистов, надо было или совершить некие подозрительные поступки, или хотя бы иметь сомнительное происхождение – да и в этом случае репрессии не следовали автоматически.
Теперь же для каждого региона Советского Союза устанавливались лимиты по «Первой категории» (расстрел), и по «Второй категории» (заключение в лагерь на срок от 8 до 10 лет). Другими словами, в регионы сверху спускались цифры врагов народа, которые должны были быть разоблачены и наказаны. Приговоры выносились специально созданными «тройками» заочно, то есть без вызова обвиняемого, а также без участия защиты и обвинения, обжалованию приговоры не подлежали. В Карелии в состав тройки НКВД входили - нарком внутренних дел Карельской АССР, секретарь обкома ВКП(б) и представителя республиканской прокуратуры. Любопытно, что персональный состав «тройки» несколько раз поменялся – те, кто отправлял людей под нож палача, в свое время, и достаточно скоро, и сами становились жертвами террора.
Первоначально даже местные власти не поняли, что происходит. Еще в начале июля в Карелию поступил запрос из Москвы: сколько «врагов народа» местные власти предполагают арестовать в рамках операции по борьбе с кулаками? Тогдашний первый секретарь Карельского областного комитета РКП(б) латыш Пётр Ирклис сообщил, что всего в республике выявлено 33 кулака, 9 уголовников и 44 «антисоветских элемента», из них 12 человек подлежат расстрелу, а 74 отправке в лагеря. Кроме того, еще 257 человек Ирклис предложил выслать из Карелии в административном порядке. Хотя в его биографии и был период службы в ЧК, бывший секретарь рижского трибунала явно не сообразил, чего от него требует государство: в конце месяца Ирклис был и сам арестован, и 9 сентября 1937-го года расстрелян за "контрреволюционную деятельность». Новое же руководство урок усвоило, и его сменщик, Михаил Никольский, отправил в Москву совсем другие цифры - 358 человек осудить по «первой категории» (т.е. к расстрелу), 400 – по «второй категории» (заключение в лагерь). 31 июля Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило приказ №00447, в котором на Карелию, как и на другие регионы, были спущены несколько иные первоначальные «лимиты»: 300 человек по первой категории, 700 – по второй. Впрочем, самому Никольскому это не помогло. Он вошёл в первый состав республиканской тройки, но уже 17 октября 1937-го года арестован, и 18 мая 1938-го года расстрелян. Национальная линия
Они уезжали от Великой Депрессии, а попали под великие репрессии Трагедия идеалистов. Американцы нашли и потеряли новую Родину в Карелии Спецификой репрессий в Карелии стало активное проведение «национальной линии». Дело в том, что до 1937-го года важную роль в жизни республики играли финны – как «красные» финны, переехавшие в Карелию после того, как революционеры проиграли гражданскую войну в Финляндии, так и «американские» финны, приехавшие в СССР из Америки и Канады для того, чтобы строить новое социалистическое общество. И именно эти люди, которые своим жизненным выбором, казалось, доказали свою приверженность идеям советской власти, стали жертвами репрессий. «Финское руководство края было снято, репрессировано, а вслед за ним пришел и черед обычных граждан. Причем разбирались с «буржуазными националистами» жестко – финны составляли всего 3% населения Карелии, но из числа приговоров на долю финнов в 1937-1938-м годах пришелся 41%. 85% приговоров были расстрельными. В отношении «националов» решения принимала так называемая «двойка» - Комиссия НКВД и прокурора СССР, внесудебный орган, решения которого оформлялись протоколами-списками. . Из регионов отправлялись так называемые «альбомы» - папки со справками на десятки, а то и сотни человек, в которых были лишь имя-фамилия, дата рождения, краткая характеристика и статья. И решение принималось сразу, в отношении всего списка», - рассказывает Ирина Такала.
Впрочем, доставалось и людям других национальностей. Доходило до курьёзов - в рамках «иранской» операции НКВД арестовали и приговорили к расстрелу жителя Петрозаводска, ассирийца по национальности и уроженца Ирана. Видимо, живя в Карелии, он умудрялся шпионить в пользу Персии.
Удар пришёлся и по тем людям, что уже находились в заключении. Их приговоры пересматривались в сторону ужесточения. Из Соловецкого лагеря на материк были отправлены печально знаменитые Соловецкие этапы. Местом расстрела первого из них и стало урочище Сандармох, где в эти августовские дни традиционно проводятся поминальные мероприятия. Уже в 1995 году усилиями директора Санкт-Петербургского научно-исследовательского центра «Мемориал» Вениамина Иофе в архивах управления ФСБ в Архангельске были найдены оригинальные документы, в частности, расстрельные списки. Краевед Юрий Дмитриев нашел и сами расстрельные ямы. Исполнителем приговоров в Сандармохе был капитан госбезопасности Михаил Матвеев, заместитель начальника АХУ УНКВД Ленинградской области. Иногда ему ассистировал помощник коменданта УНКВД Георгий Алафер. Людей убивали выстрелом в затылок.
Сам Матвеев позже также был арестован, и подробности расстрелов стали известные из сохранившихся протоколов допросов – однако палач по пути своих жертв не пошёл: получив 10 лет лагерей, во время войны он был выпущен, вновь поступил на службу и благополучно скончался в 1971-м году в Ленинграде. В Сандармохе же за 2 года было расстреляно и захоронено свыше 9500 человек 58 национальностей.
Смерть этнографа
Среди убитых был и энограф Иван Дуров, герой романа карельского писателя Дмитрия Новикова «Голомяное пламя». Родившийся в семье поморов-староверов, он стал составителем «Словаря живого поморского языка» из более чем 12 тысяч поморских слов и выражений, трудился в Карельском научно-исследовательском институте. За свою научную работу он и пострадал. Дурова обвинили в руководстве контрреволюционной диверсионной группой в Сорокском районе (ныне – Беломорский район). «Формулировка в деле была примерно такой: «уделяет слишком много внимания старине, не обращая взора на реальные достижения советской власти», - вспоминает Дмитрий Новиков, читавший архивное дело Дурова.
Количество жертв Всего, по данным «Мемориала, за время Большого террора, в Карелии по приговорам внесудебных органов были расстреляны как минимум 10779 человек. Еще 1410 были приговорены к лагерным срокам. При этом в республике «кулацкая операция» проводилась с особой жестокостью: по всей стране соотношение числа казненных к числу приговоренных к лагерям составляет приблизительно 1 к 1, в Карелии же – 7 к 1.
Меня давно интересовала история Перевалки, – поделился Алексей Мосунов. – Но все как-то руки не доходили заняться этой темой серьезно. А тут по осени решил поправки в бюджет республики 2008 года писать, а один из сторонников правительства мне говорит: «Иди-ка, погуляй, никаких изменений в бюджет вносить не надо». Ну, я и пошел гулять. Проходя мимо архива, решил зайти….
За три месяца депутат Мосунов перелопатил горы документов, разыскивая сведения о Перевалке. А депутат Афанасьев опрашивал старожилов района. И тот, и другой раскопали немало интересных фактов из жизни микрорайона. Например, первые строения стали здесь появляться в 20-е годы прошлого столетия. Все они были связаны с железной дорогой: склады, сторожки. Только после Гражданской войны эта окраина Петрозаводска стала обрастать жилыми домами.
– Получить разрешение на строительство дома тогда было просто, – рассказал Алексей Мосунов. – Человек шел в горсовет с заявлением: «Прошу…», уходил с резолюцией «Разрешаю» и спокойно строил.
Только в конце 20-х годов Перевалка стала оформляться в городской район. А в начале 30-х начался ее активный рост. В это время властями было принято решение давать беспроцентные ссуды на 15 лет на строительство жилья. Петрозаводчане с удовольствием воспользовались этой возможностью. Правда, никто из них эту ссуду не вернул – война все долги списала.
– Во время войны на территории Перевалки располагался шестой лагерь, – рассказал Алексей Мосунов. – В доме №18 по улице Олонецкая находилась финская комендатура. Этот дом до сих пор стоит. Один из самых ветхих в городе. Никто его сносит.
Не хотели жители Перевалки в прошлом столетии, чтобы их леса вырубали. Даже во время войны боролись с незаконными вырубками в природной зоне. А после 45-го года весь район участвовал в посадке елочек и сосенок.
– Не удивительно, что сейчас во время вырубки лесов в районе строительства нового торгового центра бабушки плакали, – поделился Алексей Мосунов. – С этими деревьями в их жизни многое связано.
Боролись в прошлом столетии на Перевалке и с бродячими собаками, и с «голодными» школьниками.
– Нынче в Карелии гордятся, что школьникам младших классов бесплатно молоко выдают, – говорит Алексей Михайлович. – А в 19-м году решением горсовета всех детей в школах бесплатно кормили горячими завтраками. Депутаты горсовета себе паек урезали, чтобы школьники нормально питались.
Об этом и о многом другом узнают жители Перевалки уже в апреле. В течение этого месяца депутаты намерены развести книги по району. Все расходы и по изданию, и доставке они взяли на себя. И обошлось это народным избранникам в 100 тысяч рублей.
– Деньги для нас с Афанасьевым немалые, – поделился Алексей Мосунов. – Но просто хочется какой-то след оставить в районе. На депутатском поприще у нас сейчас сплошные неудачи: лес вырубили, уплотнительная застройка как шла, так и идет. А благодаря книге, может быть, люди хоть иногда нас добрым словом вспомнят. Глядишь, и время нашего депутатства пройдет не зря.
