Купцы и Почетные граждане

http://kizhi.karelia.ru/librar.../1086.html

Гущин Б.А. (г.Петрозаводск)
О петербургских купцах и промышленниках, выходцах из Заонежья VkontakteFacebook

От каждого порога к Питеру дорогаЗаонежская поговорка

Заонежские крестьяне XVIII–XIX вв. – это в основном приписные крестьяне. И если Заонежья коснулся общероссийский процесс общественного разделения труда с его миграционными путями из деревни в город, то процесс этот имел свои специфические черты, связанные именно с заводскими приписными повинностями. Эти черты убедительно и подробно раскрыл в своей монографии А.Я.Балагуров [1] .

К середине XVIII в. значительная часть крестьян Олонецкого края, записавшихся в купечество и мещанство, оставались жить в своих селениях или уезжали жить за пределы края.

Во второй трети XVIII в. в городские сословия из приписных деревень были причислены 46 крестьян (душ мужского пола), но из них переселились в Петербург только 14 человек. Остальные же: в Олонец – 4, в Петровскую слободу – 7, в другие города – 8, остались жить в деревне – 19.

Среди перешедших в купечество был и Ермил Козьмин из Кижского погоста.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В отношении некоторых купцов администрация отмечала, что хотя «они и обращаются за купечеством в Петербурге, но при отчине своей имеют дома и наследников».

Феодальные повинности разоряли крестьянские хозяйства, мешали торговле и отходничеству. Поэтому в последней трети XVIII в. достаточно большое количество зажиточных приписных крестьян стремится перейти в купечество и мещанство Петербурга, Петрозаводска и других городов. Вместе с богатыми в эти сословия старались записаться и неимущие, что было характерно не только для Олонецкого края. В сенатских указах 70–х гг. XVIII в. отмечалось, что многие крестьяне записываются в мещанство и купечество, «не имея к тому капитала».

Переход крестьянина в городское сословие был достаточно сложен. Возбуждая ходатайство о переходе, крестьянин должен был представить начальству увольнительное свидетельство от сельского общества и «ручательную» подписку от родственников или земляков о том, что земельный участок этого крестьянина не останется «впусте» и у него не будет недоимки по податям, а также по заводским и рекрутской повинностям. Кроме того, для перехода в купеческое сословие требовалось наличие известного капитала, а для перехода в мещанское сословие – свидетельство о том, что данный крестьянин занимается городским ремеслом или торговлей.

В купечество 3 гильдии имели право записаться лица, обладавшие капиталом не менее 500 рублей. В 1785 г. этот минимальный размер был повышен до 1 тысячи рублей, в 1794 г. – до 2 тысяч, в 1807 г. – до 8 тысяч.

Решение сельского схода богатый крестьянин получал довольно легко: часть земляков находилось у него в кабале, а остальным он ставил несколько ведер водки, давал разные подачки и т. д. Получение поручительной записки от городских купцов также не было проблемой, так как обычно богатые крестьяне имели деловые связи с купцами того города, куда они переходили. Наиболее трудным был лишь завершающий этап в оформлении перехода из крестьянского в городское сословие. Необходимо было получить согласие Берг–коллегии, а затем Сената об увольнении приписного крестьянина из горнозаводского ведомства.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В связи с открытием в Петрозаводске магистрата в конце 70-х гг. XVIII в. резко увеличилось число желающих записаться в купечество и мещанство. Только в 1778 – начале 1779 г. количество пытавшихся записаться в купцы и мещане Петрозаводска достигло 6,5 тысячи человек, а принято было всего 895, в том числе из заонежской Великогубской трети – 236 человек.

В это же время 38 приписных крестьян Кижской, Салменижской, Шуйской и Петропавловской вотчин просили разрешения на оформление перевода их из крестьянства в городские сословия Гатчины, но Берг–коллегия отклонила их просьбу, сославшись на недостаток рук для Олонецких горных заводов.

Но всеми правдами и неправдами заонежане продолжали выписываться в мещан и купцов. Пожалуй, самым первым петербургским предпринимателем и купцом из заонежан был крестьянин из д.Ольхино (Харчевская – Ольхино – Ямка), расположенной на острове Кижи, Елизар Федосеевич Ольхин, родоначальник династии санкт–петербургских купцов и предпринимателей XVIII–XIX вв. Крестьянский род Ольхиных был древним и упоминается с XVI в. [2]

В переписной книге 1720–1726 гг. посадских людей и бобылей Кижской трети в деревне «на острову Глебова» занесен Елизар Федосеев Ольхин со своим восьмилетним сыном Василием. В документе 1723 г. указано, что у Елизара Федосеева есть еще один сын – Лазарь, трех лет [3] .

Е. Ф. Ольхин, судя по документам, был санкт–петербургским купцом и подобно большинству уехавших кижан постоянно жертвовал средства на «благоукрашение» Преображенской церкви Спасо–Кижского Погоста [4] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Наибольшую известность получил Василий Елизарович Ольхин (1712(?) – 1786), важно именовавшийся «бумажной и перловых круп, картонной фабрик и ластовых мореходных судов содержателем» [5] .

У себя дома на о. Кижи Василий Ольхин слыл человеком, которому не писаны законы, и он свободно мог нарушать порядок. Накопив капитал, волевой и предприимчивый кижанин отправился покорять российскую столицу. В 1751 г. он начал с того, что открыл фабрику игральных карт. В 1753 г. на Белоострове он построил бумажную фабрику, и к 1800 г. 55% бумажных мануфактур принадлежало Ольхиным [6] .

С 1759 г. В.Е.Ольхин становится содержателем нескольких петербургских мостов. Один из них – от Адмиралтейской стороны на Васильевский остров – В.Е.Ольхин получил готовым, а два других, соединявших Васильевский остров с Санкт–Петербургской и Выборской сторонами, он должен был построить на свои деньги.

В 1760 г. Василий и Лазарь Ольхины заявили в канцелярии Петровских заводов, что они желают построить железоделательный вододейст–вующий завод на р.Тубе в Пудожском уезде [7] .

В 1763 г. братья построили «молотовую сыродутную фабрику», плотину и приступили к строительству домны, но в 1764 г. «от великого наводнения под оную землю размыло, зачем оная и не достроена».[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

После этого Ольхины решили построить домну на р.Вичке, впадающей в Пергубский залив Онежского озера. Большую часть квалифицированной рабочей силы – доменных и молотовых мастеров и подмастерьев – Ольхины получали на время с казенного Кончезерского завода [8] .

К концу своей жизни В.Е.Ольхин имел значительную недвижимость в Петербурге (дома, лавки, производственные сооружения, мосты).

В.Е.Ольхин великолепно ладил с властью и во время Кижского восстания (1769–1771 гг.) он активно уговаривал своих бунтовавших земляков подчиниться властям [9] .

Незадолго до смерти В.Е.Ольхин решил выстроить еще одну церковь на родном Кижском погосте. В своем духовном завещании он писал: «…на постройку в Петрозаводском уезде в Кижском погосте каменной церкви, под которую капиталом моим фундамент сделан и до окон вы–кладен, и немалое число кирпича было приготовлено, если тамошние крестьяне и обыватели по обещанию ее достраивать будут, тогда от Василия Васильевича (сын В.Е.Ольхина. – Б.Г.) дать на постройку сто рублей или что по усердию можете» [10] .

Память об этой ольхинской стройке была жива у местных жителей д.Боярщина, что напротив острова Кижи. Е.Г.Тестенников (г.р. 1883) рассказывал о Троицком соборе, фундамент которого хорошо просматривается и в настоящее время в южной части кладбища на территории Кижского погоста: «Троицкий собор был до окошек сделан, да благодетель помер».[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1967 г. постройка этого собора нами была ошибочно определена концом XIX – началом ХХ в. [11]

В.Е.Ольхин похоронен в Петербурге в Александро–Невской лавре [12] .

Ольхины в XIX – начале ХХ в. были богатой петербургской династией. До 1861 г. они владели крепостными. В Гостином дворе они имели две лавки. У Ольхиных были два каменных дома, конные выезды на собственных каретах. У них были собственные водяные знаки «БО» и фамильный санкт–петербургский герб [13] .

В своем стремлении перебраться в Петербург в XVIII в. Ольхины были не одиноки.

Во второй трети XVIII в. среди крестьян, перешедших в петербургское купечество, был кижанин Ермил Козьмин [14] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Примерно тогда же, в 1757 г., еще один кижанин, житель д.Конденская Стефан Алексеев был записан в петербургское купечество [15] .

В ревизской сказке Сенногубской волости за 1795 г. отмечено, что Данила и Егор Андреевы (?) «записаны оба в петербургское купечество» [16] .

В том же году крестьяне деревни Грузиловская Кижской волости Василий Тимофеев были записаны в петербургские купцы [17] .

На основании встречающихся нам в ревизских сказках записей о том, что такие–то крестьяне переведены в петербургское гражданство без указания сословия, мы с известной долей условности можем предположительно внести их в число торговых или промышленных жителей столицы. Вырваться из деревни могли только крестьяне с уже накопленным капиталом.

В 1813–1814 гг. в санкт–петербургское гражданство были «перечислены» крестьяне Кижской трети: жители д.Усть–Река Назар Васильев 62 лет и его сыновья: Василий 26 лет и Кондратий 15 лет [18] ; житель д.Мижостров Никулы Григорьева третий сын Алексей [19] ; житель д.Пегрема Егора Матвеева третий сын Петр [20] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1818 г. крестьянин д.Окуловской Петрозаводского уезда Кижской вотчины Корныл Семенов Кругов был приписан в петербургское гражданство [21] .

В 1819 г. в петербургское гражданство был переведен крестьянин Кижской вотчины д.Гивес–Наволок Михей Медведев [22] .

В 1820 г. житель деревни Петровской Сенногубской волости Андрей Васильевич Савостьянов был переведен в петербургское мещанство [23] .

В 1823 г. «деревни Вика Острова, Нефеда Антонова Клинова сын Козма, Козмин сын Василий переписаны в санкт–петербургское мещанство» [24] .

В 1826 г. были переписаны в петербургское мещанство крестьянин Петрозаводского уезда Кижской вотчины Яндомозерского уезда д. Матвеевской Павел Феопектов и его сыновья Василий, Иван и Никита [25] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

«В 1826 г. деревни Гивес наволока Нефеда Антонова Медведева двоюродный брат Михей Сидоров переписан в санкт–петербургское гражданство» [26] .

Далеко не всегда процесс перехода из крестьянства в петербургское купечество проходил гладко. Иногда по каким–то, возможно мелким, причинам мешали деревенские родственники.

Так, в 1827 г. родственники переводящегося в петербургское гражданство крестьянина Кижской вотчины Яндомозерской волости деревни Кошкиной Авраама Иванова нажаловались Начальнику Олонецких заводов, что А.Иванов делает это самовольно, без согласия трех других братьев: А.Иванов работал уже не первый год в Петербурге мастером в Вечном (?) столярном цехе [27] .

Ни начальник Олонецких заводов, ни чиновники Департамента горных соляных дел не сочли жалобу братьев причиной, заслуживающей уважения, и Авраам Иванов был успешно переведен в петербургское гражданство. Братьев, оставшихся в деревне, через Кижское волостное управление даже заставили заплатить долг Авраама в сумме 50 рублей Ивану Антоновичу Ольхину [28] .

В том же году крестьянин Толвуйского погоста Петрозаводского уезда Василий Александров с семьей без особых трудностей перешел в петербургское мещанство [29] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1828 г. в петербургское мещанство был приписан и крестьянин д.Потаневской Кижской вотчины Илья Никулин [30] .

«Степана Павлова Морозова сын Марк переписан в санкт–петербургское гражданство в 1882 г.» [31] (д.Бздюровская (Сергачевская) на Волкострове).

В 1829 г. заонежские крестьяне продолжают переводиться в петербургское мещанство.

К сожалению, нам не удалось проследить дальнейшую судьбу этих людей, но предприимчивость новых петербуржцев не вызывает сомнений, и поэтому можно предположить, что эти люди вставали на ноги в столице, а не прозябали в бедности.

7 февраля 1829 г. в петербургское мещанство был причислен крестьянин Петрозаводского уезда Кижской волости Леонтий Петров с сыновьями Иваном и Сергеем (д.Кузнецовская) [32] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В том же году в петербургское мещанство были причислен крестьянин Толвуйского погоста д. Кривоноговской Тимофей Петров Романов [33] .

На протяжении всей истории перехода заонежских приписных крестьян в петербургское гражданство встречались и отказы в переводе, причины которых сейчас не вполне ясны, можно лишь предположить какие–то личные отношения крестьянина с однодеревенцами или с заводским начальством.

Так, в 1829 г. крестьянин Толвуйского погоста д.Басинской Яков Акимов, уже 15 лет работающий в Петербурге, последние 6 лет – мастером–столяром, уже не в первый раз просит о переводе его в петербургское гражданство. Он пишет, что за ним в деревне нет никаких податей и других обязанностей. Нет у него и рекрутской очереди. На службу поступили двое его братьев Ананий и Матвей, землю, ему принадлежащую, и заводские работы исполняют отец и братья. В гражданстве Я.Акимову было отказано, так как якобы им от крестьянского общества не получено увольнение и нет надлежащего исполнения за него заводских работ [34] .

В 1831–1832 гг. у крестьян Великогубской трети д.Ольховщина (Селецкое) Филиппа Романова с сыном Иваном [35] и Кижской вотчины д.Пегрема Федора Петрова Кузнецова причисление в петербургское мещанство прошло более–менее гладко [36] .

В 1830 г. в санкт–петербургское гражданство переписан Великогубской волости деревни Ольховщина (Селецкое) Роман Савельев Морозов [37] . Чуть позже был переписан в санкт–петербургское гражданство его сын Филипп [38] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Богатые крестьяне часто жили в Петербурге, занимаясь торговлей и ремеслом, без всякого перехода в городские сословия. Очевидно, они исправно платили налоги и подати, и до поры до времени всех это вполне устраивало. Если же они переходили в городские сословия, особенно в купечество, то переход этот был достаточно безболезненным. Так, 12 июля 1834 г. крестьянин д.Потаневской Кижской вотчины Трофим Иванов Никулин пишет начальнику Олонецких заводов Р.А.Армстронгу о том, что он с малолетства работал в Петербурге у своего дяди купца Василия Никулина, а после его смерти он жил у себя на родине в д. Потаневщина, в Петербург же он наезжал временно для торговых дел. По духовному завещанию дяди ему достались в собственность вся недвижимость в столице и торговля. Поэтому он просит перевести его из крестьянского сословия в купечество [39] .

Ровно через месяц из Министерства финансов, Департамента Горных и Соляных дел пришел ответ о приписке Т.И.Никулина в санкт–петербургское купечество [40] .

Через 10 лет в 1844 г. и зять Т.И.Никулина крестьянин д.Потаневской Симион Акинфов с сыновьями Федором и Николаем были переписаны в санкт–петербургское гражданство [41] .

Крестьяне Толвуйской волости также становились петербуржцами. В 1837 г. крестьянин д.Кривоноговской Фома Богданов был перечислен в петербургское гражданство [42] .

Манойловы из д.Киселевской – Степан и его сыновья Осип и Иван – перешли в петербургское гражданство в 1838 г. [43] [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Крестьянин Кижской вотчины д.Кургеницы (Сявнега) Дмитрий Яковлев Дектерев к 1844 г. уже 40 лет жил в Петербурге и занимался столярным делом, но только в этом году решил переписаться в петербургское гражданство вместе со своими сыновьями Василием, Николаем, Александром и Гариилом. Я.А.Балагуров полагает, что Д.Я.Дектерев имел свою столярную мастерскую, так как он внес в петербургское казначейство 1 тыс. рублей в обеспечение своевременной уплаты податей [44] .

Интересные данные по двум кижским жителям обнаружились в ревизских сказках Кижской волости Великогубского мирского общества за 1849–1850 гг. В сведениях по деревне Посад сказано, что «Марья Меркулова Калехова исключена из санкт–петербургского купечества и приписана обратно в крестьянское семейство отца ее Меркула Константинова Калехова, значащегося в общей ревизской сказке под № 116» [45] . Можно лишь предположить: вероятно, 25-летняя купеческая жена Марья Калехова развелась с мужем–купцом и вернулась в родную деревню к отцу–крестьянину.

В той же деревне Посад четырехлетний Аким Тихонович Амелин был переписан в петербургское гражданство [46] . Отец Акима Тихон Андреевич Амелин 35 лет, умер в 1849 г. Дед Акима Андрей Логинов Амелин был жителем деревни Посад [47] . В документе не указывается, но, видимо, покойный Андрей имел санкт–петербургское гражданство. Его сын Аким, возможно, жил в деревенской семье деда и до 1849 г. не был переписан в столичное гражданство.

В том же 1849 г. сенногубы Лукины переписались в Петербург и в Выборг. Александр Иванович Лукин переписался в санкт–петербургское

мещанство, а его двоюродный брат Григорий Иванович Лукин переписался в выборгское гражданство [48] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1856 г. царкосельскими купцами стали крестьяне Кижской волости Кижского мирского общества деревни Гивеснаволок Нестер Максимович Ошевнев и его сын Петр [49] .

На рубеже XIX и ХХ вв. богатых заонежан с петербургской пропиской значительно прибавилось.

Старообрядец поморского согласия Баженов Филипп Захарович, 42 лет, уроженец д.Ершовской Кондопожской волости Петрозаводского уезда торговал в нескольких лавках кожевенным товаром по промысловому свидетельству [50] 1882 г. [51]

На Сытном рынке, по промысловому свидетельству 2 разряда, торговала железом Гурова Пелагея Матвеевна 38 лет, вдова, крестьянка Петрозаводского уезда Толвуйской волости д. Житницы [52] .

Владельцем мебельной фабрики был крестьянин Повенецкого уезда д.Шунгской Иванов Егор Иванович, 57 лет (по свидетельству с 1871 г.) [53] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Крестьянин Петрозаводского уезда Толвуйской волости д. Великой Нивы Котов Андрей Петрович содержал столярную мастерскую (по промысловому свидетельству 5 разряда с 1896 г.) [54] .

Содержателем паркетной мастерской являлся крестьянин Петрозаводского уезда Толвуйской волости Мелехов Василий Григорьевич 35 лет (с 1897 г. имел промысловое свидетельство 5 разряда) [55] . Крестьянин Морозов Андрей Иванович 36 лет, уроженец д. Селецкой Великогубской волости Петрозаводского уезда с 1896 г. (официально) торговал москательным товаром по промысловому свидетельству 2 разряда [56] . Его однофамилец Морозов Филипп Федорович, крестьянин Повенецкого уезда Шуньгской волости д. Одинцово, с 1899 г. (официально) вел сливочную торговлю согласно промысловому свидетельству 2 разряда [57] .

Содержателем обувного магазина (с 1897 г. официально) был Обрядин Николай Герасимович 27 лет, крестьянин Петрозаводского уезда Великогубской волости д.Клементьевской. Имел промысловое свидетельство 2 разряда [58] .

На Тучковской набережной содержал живорыбный садок и торговал живой рыбой Парамонов Григорий Андреевич, крестьянин 38 лет, уроженец д.Харловой (?) Толвуйской волости. Официально торговал с 1899 г. Имел промысловое свидетельство 2 разряда [59] .

Лесоторговцем являлся Василий Яковлевич Петров, крестьянин Петрозаводского уезда Великогубской волости. Официально торговал с 1899 г. Имел промысловое свидетельство 2 разряда [60] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Официально с 1899 г. владельцем столярной мастерской являлся Сотников Назар Филиппович 64 лет, крестьянин Петрозаводского уезда Великогубской волости. Имел промышленное свидетельство 3 разряда [61] .

Крестьянин Повенецкого уезда Шуньгской волости Фомин Иван Васильевич официально с 1899 г. на Сытном рынке в особом помещении торговал обоями и бумагой. Имел промысловое свидетельство 2 разряда [62] .

Крестьянин Повенецкого уезда Шуньгской волости д. Нефедово Белков Алексей Васильевич с 1900 г. официально торговал кожевенными товарами. Имел промысловое свидетельство 2 разряда [63] .

Крестьянка старообрядка Петрозаводского уезда Ведехина Татьяна Захаровна с 1899 г. официально торговала шорным товаром на Андреевском рынке. Имела промышленное свидетельство 2 разряда [64] .

Уроженец д. Медведево Повенецкого уезда Шуньгской волости Кожен–ского общества, крестьянин 44 лет Распутин Иван Васильевич торговал плитным (?) материалом [65] . Имел промысловое свидетельство 2 разряда.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Крестьянская жена Степанова Евдокия Михайловна, уроженка д.Емельяновской Шуньгской волости, с 1900 г. официально содержала магазин мануфактурного товара. Имела промысловое свидетельство 2 разряда [66] .

Содержателем бань по Малой Подьяческой был крестьянин Петрозаводского уезда Пашков Федор Максимович 50 лет (с 1901 г.). Имел промысловое свидетельство 2 разряда [67] .

Уже в 10-е гг. ХХ в. богатым петербургским купцом стал Павел Евстратьевич Качалов, уроженец д.Хашезеро Шунгской волости. В конце XIX в. он был отправлен отцом в мальчики в Петербург. Он стал приказчиком, а потом и торговцем. Накопил приличный капитал, приобрел жилой доходный дом и 4 лавки. Занимался торговлей кондитерскими изделиями и молочными продуктами. Сливки привозил из Финляндии. Он же стал привозить из Заонежья в Петербург для обучения ремеслу мальчиков. После революции П.Е.Качалов передал советской власти доходный дом, лавки и все имущество, что посоветовал ему сделать старший сын, большевик. Сам же уехал к себе на родину в Хашезеро, где у него был построен добротный дом, обставленный питерской мебелью. Он занялся сельским хозяйством и позже вступил в колхоз [68] .

Следует также назвать ряд фамилий петербургских купцов и предпринимателей, выходцев из Заонежья, которые упоминаются в статье Л.В.Трифоновой, посвященной теме отходничества заонежан в Петербург в конце XIX – начале ХХ в. [69] В частности, крестьянин д.Леликово Великогубской волости Андрей Данилов Черепов имел в Петербурге свою парикмахерскую, крестьянин деревни Боярщина той же волости Александр Михайлов Стафеев – свою столярную мастерскую. Сенногубский крестьянин Трепалин владел на выборгской стороне своими домами и мастерскими. Крестьяне деревни Мунозеро Корасозерского прихода

Сергей Лазаревич и Дмитрий Лазаревич Сергины владели в Петербурге магазинами по продаже посуды и кожевенных изделий [70] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Особое внимание следует уделить петербургским купцам–меценатам, выходцам из Заонежья. Я имею в виду Карпа Матвеевича Изотова и Ивана Ивановича Крылова.

Карп Матвеевич Изотов происходил из крестьян д.Микково Великогубской волости Петрозаводского уезда. В 12-летнем возрасте, как и многие его сверстники, был отправлен родителям в Петербург, где поступил в столярную мастерскую для изучения ремесла. После 5 лет ученичества стал мастером и выполнял подряды по отделке домов. Дело его расширялось, и к середине 1890-х гг. он владел крупной столярно–паркетной мастерской и имел звание поставщика Императорского двора. У него работало около 100 рабочих. Состояние его оценивалось в сотни тысяч рублей [71] .

В 1899 г. он был купцом II гильдии и потомственным почетным гражданином [72] . Бывая летом в родной деревне, он помогал бедным соседям, чиня за свой счет мосты и дороги. В течение многих лет он был почетным блюстителем Космозерского земского училища, будучи полностью неграмотным человеком. Он регулярно приобретал для училища книги для внеклассного чтения, выписывал газеты и журналы, купил «волшебный фонарь» и диапозитивы к нему. С помощью своих друзей он разработал проект нового здания Космозерского училища, торжественная закладка которого состоялась 8 июня 1907 г. К.М.Изотов умер в Петербурге 29 сентября 1907 г. Училище было открыто в 1909 г. – двухэтажный корпус с 25 учебными комнатами. Из земского оно было преобразовано в министерское и получило официальное название «Изотовское» [73] .

Семья деревенских меценатов Крыловых родом из д.Деригузово Шуньгской волости Повенецкого уезда. Старший брат Василий Иванович торговал в Петербурге, имел в Стрельне бумажную фабрику, которую завещал среднему брату Ивану Ивановичу Крылову (1859–1915). Тот не получил даже начального образования, но благодаря уму и предприимчивости стал купцом II гильдии. В родной деревне Деригузово он держал лавку, в которой торговал мануфактурой и хлебом. На Шунгских ярмарках он торговал мануфактурой и колониальными товарами [74] .

И.И.Крылов на протяжении всей своей жизни активно занимался благотворительной деятельностью. В 1879 г. он на свои средства построил часовню во имя Святителя кн.Владимира в родной деревне Деригузово. В течение 30 лет он служил старостой церкви Св. Богородицы в Шуньге. В 1900 г. И.И.Крылов восстановил церковь после страшного пожара, уничтожившего большую часть Шуньги. Он регулярно вносил пожертвования на нужды храмов Повенца. В Петербурге И.И.Крылов обращался за духовными наставлениями к Иоанну Кронштадтскому. Совершив паломничество к мощам св.Николая в итальянский город Барии, он прислал землякам икону, освященную на святых мощах.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В 1909 г. И.И.Крылов построил и оборудовал в Шуньге богадельню для престарелых на 10 человек с правом увеличения числа призреваемых, смотря по обстоятельствам, на долгие годы обеспечив ее неприкосновенным капиталом в 24 тыс. рублей. Богадельня носила официальное наименование Шуньгской Никольской богадельни имени супругов И.И. и Т.Я. Крыловых. В 1912 г. купец Крылов основал в Повенце уездный дом призрения для детей–инвалидов, пожертвовав на это 15 тыс. рублей.

Кроме того, И.И.Крылов состоял попечителем Вожмосалмской цер–ковно–приходской школы, земской библиотеки и участковой больницы в Шуньге [75] .

Необходимо вспомнить и крестьянина д.Леликово Кижской волости И.Ф.Клеерова (1857–1904), имевшего в Петербурге доходный дом, торговые лавки, столярную мастерскую и пристань. В 1882 г. он на свои средства построил в д.Леликово Предтеченскую церковь. Постоянно выделял деньги на учебные пособия и учебники для церковно–приходской школы [76] .

Благотворительные цели, прежде всего направленные в адрес земляков, стали основными задачами, сформулированными в уставе Общества олончан в Санкт–Петербурге, открытие которого состоялось 18 апреля 1908 г. На первом общем собрании присутствовало около 300 человек, выходцев из Олонецкой губернии. Прежде всего это были состоятельные люди, среди которых несомненно были и заонежане. Основателями общества стали: приват–доцент Санкт–Петербургской духовной академии Е.М.Прилежаев, обер–контролер Святейшего Синода М.М.Темномеров и чиновник горного департамента И.И.Лозинский. Ими же был разработан Устав Общества из 38 параграфов. После ряда замечанией его подписали 16 человек. Одним из пунктов Устава был следующий: «Лица, занимающиеся личным трудом, считаются действительными членами и освобождаются от ежегодного взноса. Каждый подобный случай обсуждается правлением отдельно» [77] .

Врачи М.Д.Соболев и В.П.Ивенский предложили принимать бедных олончан бесплатно по предъявлении ими удостоверения правления Общества. Предлагалось освободить от платы бедных студентов и давать им рекомендации в качестве репетиторов. К.Н.Плотников пожертвовал ряд книг для создания библиотеки при Обществе [78] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Действительными членами Общества были заонежане: П.А.Белоглазов (1879–1937), крестьянин, купец; уже упоминавшийся нами шунжанин И.И.Крылов и крестьянин–купец Д.В.Белоусов (1863 – после 1920), владелец пароходства, депутат Государственной думы от волостей Олонецкой губернии. Общество располагало средствами до 11 тыс. рублей. Ежегодно процент от капитала составлял около 300 рублей [79] .

Через год 11 января 1909 г. в зале Павловой состоялся первый вечер в пользу нового Общества. Один из его участников вспоминал: «Первый бал имел успех и затмил богатством и изяществом туалетов… все другие вечера подобного рода» [80] . Несмотря на показную роскошь бала нуворишей из крестьян, он все–таки был благотворительным, и вырученные средства пошли, очевидно, на добрые дела.

Общество оказывало помощь нуждающимся землякам. В церкви подворья Александро–Свирского монастыря служились бесплатные панихиды, отдельные студенты учились на деньги Общества (первый карельский художник из заонежских крестьян А.Я.Андрианов (1888–1933)). В 1909 г. оно устроило три музыкально–вокальных вечера [81] . После 1917 г. деятельность Общества прекратилась.

На протяжении всей своей деятельности богатые петербуржцы, выходцы из Заонежья, постоянно помогали церковным приходам на своей родине и делали массу пожертвований в деревенские храмы. Особым уважением пользовался Спасо–Кижский приход.

Одним из первых пожертвователей был уже упоминавшийся Елизар Федосеев Ольхин, пожертвовавший «священные сосуды. с надписями его. (Елизара и Епистинии), а в 1820 г. вызолочены наследниками того Ольхина» [82] .[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Уже упоминавшийся Корныл Семенов Круглов тоже стал жертвователем на храм Преображения. «Перед сею иконою (Преображение) подсвечник большой медный посеребренный, пожертвованный санкт–петербургским мещанином Корнылом Семеновым Кругловым, стоющий 100 рублей, и лампада малая серебряная, также пожертвованная санкт–петербургским купцом Родионом Васильевым Никулиным» [83] . Он же в 1813 г. пожертвовал колокол весом в 1 пуд 4 фунта [84] .

В 1865 г. в церковной книге Кижского прихода записано: «Прислано из Санкт–Петербурга крестьянином Матфеем Яковлевым Вавилиным в церковь 3 подсвечника, один из них выносящий, а два больших из них по фарфоровой свечи большой. Подсвечники медные посеребренные. Весу в них около пуда» [85] .

Запись того же 1865 г.: «Получено из Санкт–Петербурга от крестьян Кижского прихода деревни Телятниково Матвея Яковлева Вавилина и деревни Кижского острова Северного конца Ивана Васильева Морозова, присланные ими в Спасо–Преображенскую церковь иконостас с иконою Успения Божьей Матери, поставленный за левым клиросом, стоющий ценою около 150 рублей серебром» [86] .

Возможно, на рубеже XIX–XX вв. иконы верхних трех ярусов были «поновлены» в Петербурге через Александра Ильина, возможно богатого купца из заонежан, и присланы обратно на о.Кижи (предположение художника–реставратора И.М.Гурвич) [87] .

На основании изученного материала, в основном ревизских сказок, касающихся Заонежья с 1782 по 1858 г., хранящихся в Национальном архиве Республики Карелия, в настоящей статье упомянуты 86 петербуржцев, выходцев из Заонежья. Эти данные далеко не полны, и тем не менее можно сделать вывод о том, что многие заонежские крестьяне чуть ли не с основания Петербурга (Ольхины) вплоть до революции 1917 г. активно переселялись в столицу, становясь там купцами и промышленникам

Петербурговедение :
http://mirpeterburga.ru/questions/
путеводитель по справочным и библиографическим ресурсам
http://nlr.ru/res/inv/guideser...=74173&rid

Справочная книга о лицах С.-Петербургского [Петроградского] купечества и других званий, акционерных и паевых обществах и торговых домах ... [1865–1880, 1882–1913, 1915–1916 гг.]. – СПб., 1865–1880, 1882–1913, 1915–1916. – 50 т. – Изд. не выходило в 1881, 1914 гг. – Загл. разные.
Шифр РНБ: Шифры разные есть ссылки по годам

Обрядин Василий Константинович 1906 Северо-Двинск. губ. Чей родственник?

Олонец купеческий Автор: Понуровский Андрей Викторович
http://biblioteka-olon.karelia.ru/Kraevedenie/n_site30/

ОЛОНЕЦКОЕ КУПЕЧЕСТВО

Город-крепость Олонец появился в 1649 году. В 1670-е годы в городе уже проживали около 60 семей (Гуттоевы, Игумновы, Лергоевы, Распутины, Рухтоевы, Свечниковы и другие). В это же время в городе формируется купеческий люд, прежде всего из посадских жителей. Среди первых купцов можно назвать имена торговца солью Григория Игумнова, торговцев железом и медью – Семена Горбова и Петра Сиверикова, поставщика рыбы и сельхозинвентаря (сохи, лемеха) – Андрея Чусова.

В XVIII веке среди олонецких купцов появляются именитые люди, которые начинают торговать в столице. Одним из таких купцов был посадский человек Яков Кононов. В 1730-е годы он совместно с Василием Ольхиным стал поставлять в «град Петров» продукцию олонецких заводов. Вскоре его компаньоном становится родной брат жены Степаниды – Корнил Мурашев. В 1750-е годы Яков вместе с Корнилом становится владельцем Вохтозерского железоделательного завода. Совладельцы ведут поставки заводской продукции уже не только в Санкт-Петербург, но и за границу. Завод просуществовал до 1780 года.

Наследники Якова Кононова – его сыновья Михаил и Илья продолжили дело отца. В 1763 году Михаил Яковлевич Кононов организовал в столице контору по поставкам товаров за рубеж. У него появились собственные торговые суда. Привозили: атлас, тафты, бомское стекло, мебель, саксонский фарфор, серебро, часы, картины. Вывозили: полосовое железо, олонецкие и кижские топоры, деревянную посуду, камень, холсты и нитки.

В 1764 году Михаил Кононов вместе с Феопеном Поповым вошли в состав Государственной комиссии по коммерции (по Указу Екатерины II в нее вошли 18 крупнейших российских купцов).

Еще один из олонецких купцов – Иван Степанович Бармин был судовладельцем и лесопромышленником. Иван Бармин являлся владельцем двух железоделательных заводов. В 1761 году он возглавил компанию олонецких купцов по учреждению нового Туломозерского железоделательного завода. Также Иван Бармин был одним из учредителей Тивдийского завода. Сталь его заводов конкурировала с ведущими производителями Любика, Штетина и Амстердама. Барминская сталь поставлялась на петербургский монетный двор, а также являлась сырьем для изготовления различного рода инструментов. У Ивана Степановича был сын Емельян, который вскоре продолжил дело отца. Емельян был женат на купеческой дочери Марфе Ананьевне Шараповой. У них было 8 детей. Двух своих дочерей он выдал замуж за олонецких купцов: Авдотью – за Галактионова, а Анну – за Калашникова.

Сыновья же Петр, Дмитрий, Александр и Илья продолжили поставку железа за рубеж. У каждого из них было по собственному торговому судну.

О влиятельности семьи Барминых говорит и тот факт, что их дом располагался в престижном районе Сантк-Петербурга на Невском проспекте, рядом с Александро-Невской Лаврой.

В 1760-е годы в Олонецком уезде были и другие купеческие фамилии. Среди них был и Алексей Дмитриевич Пиккиев. Он являлся почетным гражданином Санкт-Петербурга. Алексей Пиккиеев был владельцем Железоковательного и Колоколивного заводов на реке Обжа. Продукцию своих заводов купец Пиккиев поставлял в столицу. Алексей Дмитриевич построил на свои средства здание Ильинского земского училища в деревне Горки и передал ему 99 десятин земли. После кончины купца его дело продолжила супруга.

В конце XVIII века в г. Олонце на средства петербургского купца Якова Фомина - уроженца города шло активное строительство мостов. В это же время в уезде работали железоделательные заводы на реке Олонка (петербургского купца Кирилла Филиппова) и на реке Тулома (купцов Ивана Бармина и Матвея Чогина). Жители уезда Федор Кухнов и Андрей Рыжкин владели пильной мельницей в деревне Усланка, мельницу эту вскоре выкупил купец Иван Шелапанов. Он перепродал ее в 1771 году англичанину Тимофею Рексу. Так в уезде появился первый иностранный купец.

В XVIII веке в Олонецком уезде активно начинает развиваться лесная отрасль. Только в одной Видлице располагались четыре лесопильных завода. Два из них принадлежали Конону Гуттоеву, а остальные – Аверкиеву и Королькову. В Тулоксе также были два подобных завода купцов Ивана Попова и Рухтоева. Конон Гуттоев был известен еще и тем, что оказывал помощь местному иконописцу Ивану Красильникову.

Среди петербургских купцов – выходцев из г. Олонца упоминается имя Якова Валикова. Дело купца Валикова в столице не удалось, и он вскоре разорился. Тогда же Яков Валиков устроился воспитателем детей князя Ивана Бецкого.

Многие из олонецких купцов в 1760-80-е годы имели собственные торговые лавки в г. Санкт-Петербурге. Вот их имена:

▪ Емельян Бармин

▪ Игнатий Гуттуев

▪ Петр Галактионов (женат на Авдотье Емельяновне Барминой)

▪ Яков Кузнецов

▪ Семен Калашников (женат на Анне Емельяновне Барминой)

▪ Федор Свешников (женат на дочери Якова Кузнецова, имел совместное дело с купцом П. Галактионовым)

▪ Григорий Мекентьев

▪ Петр Лукин

▪ Степан Шапошников

▪ Анциферовы

Кроме того, некоторые из купцов были городскими головами г. Олонца: Свешников, Кухнов, Чусов и др.

В начале XIX века появляются новые купеческие имена. Так, например, купец 2-й гильдии Аким Иванович Серебряков владел в 1815 году двумя лесопильными заводами на реке Мегрега. На свои деньги купец Серебряков построил в первой трети XIX века каналы: озеро Кукас – река Кукас – Река Инема – река Мегрега – река Олонка и озеро Долгое – река Свирь. Первый канал был закончен и открыт в 1830 году. Длина второго канала составляла 2 км, ширина – 2 км и глубина 1,2 м. Эти каналы позволили увеличить объемы поставок продукции олонецких производителей в г. Санкт-Петербург.

Портреты А.М. и А.И. Серебряковых работы художника Григория Ивановича Угрюмова (1764-1823) хранятся в Третьяковской галерее.

Главная / Лайфхаки / Как искать купцов. Что такое купечество?
ЛАЙФХАКИ ГЕНЕАЛОГИЯ
Как искать купцов. Что такое купечество?
Первая часть серии статей о купеческой генеалогии.
familio.media/about-genealogy/kak-iskat-kupczov/

Екатерина Бурлаченко
Выпускающий редактор
Как искать купцов. Что такое купечество?
Три года назад я узнала, что у меня в роду были купцы, и чтобы понять, как искать предков купеческого сословия, я решила разобраться, что же это такое.

В общем понимании купцы – это торговцы; жители городов, наряду с мещанами. Так считала и я, но оказалось, что имеет значение период, о котором мы говорим. Не всегда купец торговал и жил в городе, как и не всегда торговец являлся купцом. В определенный момент торговлей смогли заниматься люди любых сословий. Поэтому торговец не равно купец.

Ваши предки тоже были купцами? Тогда давайте начнем с азов, а в следующих частях я подробно расскажу, где можно найти информацию о купцах и какую именно.

Как сословие купечество законодательно оформилось при императрице Екатерине II. В 1775 году оно было выделено из городского населения и объединено в купеческие гильдии, а лица, не вошедшие в состав купечества, были отнесены к мещанам. Права гильдейского купечества окончательно установлены Жалованной грамотой городам, принятой Екатериной II 21 апреля 1785 года. Полное название документа – «Грамота на права и выгоды городам Российской империи». Этот документ создавал привилегированное положение для городского купечества, которое в конце XVIII века составляло 4% населения.

Так произошло официальное признание всех прав купечества, которые действовали до 1785 года, и была создана система городского самоуправления, где ключевую роль играли обеспеченные люди.

Все городское население было разделено на шесть разрядов:

Купцы: 1-й гильдии (капитал от 10 до 50 тыс. рублей), 2-й гильдии (капитал от 5 до 10 тыс. рублей), 3-й гильдии (капитал от 1 до 5 тыс. рублей).
Именитые горожане. К этой категории относились купцы с капиталом более 50 тыс. рублей, банкиры с капиталом более 100 тыс. рублей, архитекторы, художники, ученые с дипломом университета.
Городские обыватели, у которых была недвижимость или земля в городе.
Посадские люди. Это люди, которые занимались ручной работой, промыслом и так далее.
Ремесленники.
Иностранцы. Сюда относили иностранных граждан, а также жителей России из других городов.
Основные привилегии купечества:

Освобождение от рекрутской повинности (1-й и 2-й гильдии) с уплатой денежного взноса в казну. В более ранние времена, когда повинность еще была, купец мог выкупить крепостного, чтобы тот нес рекрутскую повинность за него.
Освобождение от подушной подати.
Освобождение от телесных наказаний касалось только именитых горожан и купцов 1-й и 2-й гильдий.
Мой предок, купец 3-й гильдии Козма Рыбенцов, будучи старостой, пил и не выполнял приказаний бургомистра, за что тот его «саживал в цепь неоднократно», а со слов Козмы, еще и бил.

Важно для поиска информации о предках-купцах: В силу цензовых ограничений, введенных Жалованной грамотой городам 1785 года, органы городского самоуправления – «собрания Градского общества» – являлись по составу не всесословными, а купеческими учреждениями. Купечество должно было каждые три года избирать из своей среды кандидатов в органы городского самоуправления. Таким образом исполнительная власть городов практически полностью перешла в руки купечества. К местному самоуправлению относились городской голова, городской магистрат (и/или ратуша), Дума. Большую часть должностей занимали именно купцы. О должностных лицах упоминалось в различных справочниках, адрес-календарях и сборниках, также информация о многих из них осела в архивах.

Например, мой пра(5)дед Семен Рыбенцов оказался головой города Александрова, четырежды прадед Никита Рыбенцов – бургомистром Пятигорской ратуши, а Георгий Никитич Рыбинцев, родной брат трижды прадеда – городским головой г. Пятигорска. Их фотографии не сохранились, но есть фото другого купца, хорошо им знакомого, занимавшего пост головы города чуть позже.


Пятигорский купец 2-й гильдии Михаил Фомич Николаенков (1870-1919).
Член Пятигорской городской управы, гласный Пятигорской Думы, Городской голова Пятигорска. Владелец гостиницы «Варшава» в городе Пятигорске. Фото из фондов Пятигорского краеведческого музея.
В правила, конечно, постоянно вносились разные изменения.

В 1786 году записываться в гильдии было запрещено дворянам, а в 1807-м им разрешили выкупать свидетельства 1-й и 2-й (с 1824 года – только 1-й) гильдий, с распространением на них прав и обязанностей купцов этих гильдий (при сохранении дворянских преимуществ).

Крепостные крестьяне и (до 1863 года) государственные служащие не могли выкупать гильдейские свидетельства и вступать в купеческие гильдии, однако крестьяне с 1812 года пользовались правом вести крупную, в том числе внешнюю торговлю путем покупки торговых свидетельств.

Выходцы из духовенства могли вступать в гильдию в случае снятия сана.

Если купец не возобновлял гильдейского свидетельства в срок, был объявлен несостоятельным должником или признан по суду виновным в совершении преступления, он терял права состояния и переходил в мещанское сословие; с 1807 купеческое общество могло, не дожидаясь решения суда, общим приговором исключить купца из гильдии.

С принятием Положения «О пошлинах за право торговли и иных промыслов» в 1863 году представители всех сословий получили возможность заниматься предпринимательством, платя особые сборы и не причисляясь в купечество. В этом Положении подробно описаны торговые и промышленные действия, производимые без платежа пошлин и с оными, перечислены торговые права, предоставляемые по различным патентам и билетам, а также расписаны преимущества купеческих гильдий и прочие детали.

С Положением «О пошлинах за право торговли и других промыслов» от 1863 года и другими материалами «Комиссии высочайше учрежденной для пересмотра системы податей и сборов» можно ознакомиться нажав на название документа:

«О пошлинах за право торговли и других промыслов»

Основное изменение 1863 года: вместо трех купеческих гильдий осталось только две!

Первая гильдия давала право на оптовую и розничную торговлю по всей империи, позволяла содержать фабрики и заводы, принимать подряды, поставки и откупа без ограничения суммы.

Члены второй гильдии получили право на розничную торговлю в своем уезде (где купец получил патент), могли содержать фабрики, заводы, ремесленные заведения, а также принимать подряды, поставки и откупа на сумму не выше 15 тыс. рублей каждый.

Свидетельства разделялись на купеческие (гильдейские), предоставляющие купеческое звание и соединенные с ним личные преимущества, и промысловые, не предоставляющие никаких личных преимуществ, кроме прав торговли. Предприниматели должны были получать свидетельства ежегодно, в противном случае они теряли свой статус и привилегии купеческого сословия.

Лица, не принадлежащие к купеческому сословию, могли брать купеческие свидетельства с сохранением настоящего своего звания или с причислением в купечество.

Помимо свидетельств необходимо было получать билеты на торговые и промышленные заведения. За свидетельства и билеты взимались пошлины. Все это отражалось в различной документации, которая сохранилась в архивах регионов.

Для исследователей рода будет полезна информация о лицах, которые могут числиться в одном купеческом свидетельстве:

В купеческое свидетельство, выдаваемое на имя мужа, вносилась жена, а вот муж не мог быть внесен в свидетельство жены.
К родителям в свидетельство вносились сыновья и незамужние дочери, усыновленные законным порядком приемыши (только до их совершеннолетия) и даже внуки (дети сыновей).
Разрешалось причислять незамужних сестер к свидетельству их брата.
Интересно, что по смерти главы (начальника) семейства на его место могла заступить вдова, взяв на свое имя свидетельство, с внесением в него сыновей, незамужних дочерей и усыновленных приемышей, а также и своих внуков. Также заступить на место начальника семейства мог один из сыновей или одна из незамужних дочерей, в таком случае в выдаваемое на имя нового начальника семейства свидетельство вносились также его братья и родные племянники до достижения ими совершеннолетия, т.е. 21 года, а сестры и родные племянницы – до замужества.
Вдовы и дочери, оставшиеся в своем семействе без лица мужского пола, которое взяло бы купеческое свидетельство со включением их в оное, удерживают звание, в котором состояли их мужья или отцы, но не могут пользоваться торговыми правами, если не возьмут купеческое свидетельство на свое имя.
Торговыми правами пользовался только начальник семейства, но остальные члены семьи, внесенные в свидетельство, могли помогать ему по формальной доверенности или на правах приказчика или поверенного. Все эти родственники пользовались всеми гражданскими правами купеческого сословия. Основные привилегии купечества остались такими же: освобождение от подушного оклада, а также от личной рекрутской повинности и от поставки по наряду работников натурою (в определенных случаях выплачивались дополнительные пошлины), освобождение от телесных наказаний, купеческий статус.

А здесь можно изучить: «Положение о пошлинах за право торговли и других промыслов со всеми позднейшими изменениями и дополнениями» от 1869 года.

Еще несколько преимуществ купеческого сословия:

Указом Александра I от 1801 года купцы получили право приобретать ненаселенные земли, в результате чего сложилось купеческое землевладение.


Село Новомихайловское, Кубань. Местные помещики (преимущественно купцы). Фото предоставлено отцом Виктором, священником местного храма, на фоне которого и сфотографировались землевладельцы.
Например, мои предки купцы Петрик были крупными землевладельцами, овцеводами и конезаводчиками. Они жили «на земле», хоть и были приписаны к городу Екатеринодару, а также сдавали земли в аренду.


Фотография из семейного альбома Надежды Владимировны Петрик. Предположительно на фото имеется один из представителей купеческого рода Петриков – М.С. Петрик.
С 1807 года за особо важные заслуги купцы награждались орденами и медалями и пользовались преимуществами, связанными с этими отличиями, до 1892 года могли получать гражданские чины.

На портрете пятигорского купца и старосты Спасского собора Василия Зипалова можно обратить внимание на количество медалей «За усердие». Их наличие подтверждается и архивными данными (в следующих статьях я расскажу, как можно найти информацию о награждении). Две медали на груди, а три – на шее. Награждали медалями «За усердие» за различные заслуги, в частности за благотворительную деятельность и помощь церкви. Медали получали в порядке возрастания, а высшей была золотая медаль на Андреевской ленте для ношения на шее. Также на картине мы видим и другие награды.


Портрет Зипалова Василия Семеновича. Художник Я. Епанечников (Москва, 1897г.).
Из фондов ПКМ.
На купечество распространялась паспортная льгота, избавлявшая от необходимости приписки и получения увольнительной от своего общества, что было обязательно для крестьян и мещан.

Купцы 1-й гильдии имели особые преимущества: право приезда к императорскому двору (с 1785 года), ношения шпаги или сабли и губернского мундира той губернии, где купец был приписан, право записи в «Бархатную книгу» знатных купеческих родов (с 1807 года), – и даже могли возводиться в личные и потомственные дворяне (с 1804 года). Помимо этого, они имели возможность получать звания именитых граждан (в 1785–1807 гг.), первостатейных купцов (в 1807–1824 гг.), негоциантов или банкиров (с 1824 года), с 1832 года могли быть причислены к почетным гражданам (потомственным и личным). Позже право почетного гражданства получили купцы и 2-й гильдии.

ИНТЕРЕСНО: Купцы с 1807 года имели право представления лично и через купеческие общества соображений по делам торговли и промышленности в Министерство финансов. А, например, в «Сборниках Императорского Русского исторического общества» от 1894 года публиковались архивные «Депутатские наказы от купеческого общества» различных городов конца XVIII века, там можно встретить знакомые фамилии (не только купцов, но и других горожан).

Связь между получением купеческого гильдейского свидетельства и предпринимательством окончательно прекратилась после издания Положения «О государственном промысловом налоге» в 1898 году, согласно которому право на ведение собственного дела стали давать промысловые свидетельства трех торговых и восьми промысловых разрядов в зависимости от доходности, расположения, степени механизации предприятия и числа рабочих. Их ежегодно выкупали предприниматели всех сословий.

Необходимо отметить, что после введения всеобщей воинской повинности и отмены подушной подати сословные права и льготы купечества стали носить преимущественно декоративный характер. Но некоторые купцы продолжали выкупать сословные свидетельства из соображений престижа и сохранения традиций. Особое значение принадлежность к гильдиям имела для еврейского купечества, поскольку это позволяло проживать вне черты оседлости.

Право на вступление в 1-ю гильдию (с выкупом купеческого сословного свидетельства стоимостью 50 руб.) давали торговые свидетельства 1-го разряда и промысловые свидетельства 1–3-го разрядов, право на вступление во 2-ю гильдию (с уплатой 20 руб.) – торговые свидетельства 2-го разряда и промысловые свидетельства 4–5-го разрядов. В то же время купечество получило право, сохраняя свою сословную принадлежность, прекратить торговую деятельность.

Может показаться, что в начале XX столетия купечество перестало играть важную роль, но это не так – купцы продолжали занимать основные административные и управленческие должности, посвящали свое время не только торговле, но и благотворительности, принимали активное участие во всех видах социальной сферы деятельности.


Потомственный почетный гражданин Михаил Савельевич Петрик (1879-1920) с женой Марией Николаевной (1884-1947). Его дед был купцом 2-й гильдии, известным овцеводом на Кубани и благотворителем.
Михаил продолжал дело деда и тоже занимался благотворительностью.
История купечества заканчивается после Октябрьской революции, когда Декретом ВЦИК и СНК «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» от 10(23).11.1917 г. купеческое сословие наряду с другими сословиями было упразднено.

А в следующей статье мы поговорим о том, как с помощью онлайн-поиска найти информацию о ваших предках-купцах.

Продолжение следует…