Книги из домашней библиотеки

История Карелии XVI–XVII вв. в документах. Петрозаводск ; Йоэнсуу, 1987/1991/1993 Т. I - III.

Документальная история Карелии XVI–XVII вв. охватывает период интенсивного хозяйственного освоения, борьбы между Русским государством и Швецией, а также демографических изменений, зафиксированных в писцовых книгах. Основными источниками являются материалы Заонежских погостов (1616–1619 гг.), описывающие церковное, экономическое положение и структуру расселения.
Основные черты периода по документам:
Хозяйственный учет: Писцовые книги (напр., 1616–1619 гг.) дают детальную картину землевладения, промыслов, налогообложения крестьян, особенно в Заонежье.
Военно-политическое противостояние: Документы отражают последствия Русско-шведских войн, борьбу за влияние на карельские земли, переход части территорий под контроль Швеции в начале XVII века.
Культурное влияние: Источники фиксируют сосуществование и влияние православной культуры и западноевропейских политических структур.
Издания, такие как «История Карелии XVI–XVII вв. в документах» (Ун-т Йоэнсуу), являются ключевыми для понимания социально-экономической структуры региона.

из предислович:
Каждый документ, включенный в серию, имеет самостоятельное значение и каждый опубликованный том - является законченным научным изданием. ...документы из архивов России, Финляндии и Швеции.

пару слов о 4-м томе
Чернякова И. А. (Ирина Александровна), Суслова Е. Д. (Евгения Дмитриевна)
История Карелии XVI - XVII вв. в документах
Обозначение тома 4: Писцовые книги Заонежских погостов 1616-1619 гг. Часть 1: церковное и поместное землевладение

...

Нынешний заонежский рассказчик-рассказчик
177
48), к тому-же среди взрослых я не могу определить этих темповых под-
груп, повопределявший За-для детского рассказа. Видимо, эта группа доро-
слых рассказчиков вообще повествует в заурядном, умеренном темпе, себ-то
да, как и обычно говорят. Отдельно отмечу два случая разговорной
языка, что ее я предпочитаю назвать бравурной, разговорной. Лучшее ре-
презентовал ее Ф. А. Масляков 22 г. (№48) - веселый живорадесный
парень, который раз-в-раз готов пошутить с кем-то. Этот оптимизм вы-
явился и в особой манере рассказывать, резкой, прометной, именно бравурной.
Кузнецов К. С. Из Вигова - 67 лет (№ 15) так же пытался дать
сказку в том-же тоне, да видимо из-за старости Этот тон у него не везде
получался хорошо.
Б) потом взрослые тоже дают сколько случаев артистического
выполнение. И уровень совершенства и единичные особенности артистической
рассказы очень неодинаковы. Я отметил следующие отмены:
a) артистический певучий рассказ, его представляет Пономарева
Наст. Петр. из Фоймогубы, 60 лет. Хоть и старая она уже, а голос
у нее приятный с богатым интонационным аппаратом; пользуется с него
она иногда очень метко. Особенно музыкально, чуть не распела она
сказку,, Афонька малой". Рассказывая, одной ногой качала она ко-
лиску, а руками в то время плела что-то. Рассказывать ей самой было
весьма приятно.
б) артистический декламационный рассказ. Сюда залечу Козневу
из Остречева, 65 лет, и Рябова из с. Рябово, 43 лет. Как декламацию
в рассказе я понимаю специальное желание,, исполнить " сказку, себ-то не
просто рассказать, а рассказать как-лучше всего внешне. Из этого, например,
восстает рассказ в лицах. Кознева дала намеки на такое исполнение,
а Рябов искусно шел именно по декламационной тропе. Немного игриво,
замечательным музыкальным голосом он как раз декламировал свои сказки. Предостерегаю,
что на Заонежье я не видел сказочников, которые-бы театрализовали сказку. Жест
с мимикой отиграют в сказке очень небольшую роль. Из - за этого и Рябов
поведал без внешней театральности, но своеобразно декламационно ве-
дучи свой голос 1).
b) артистический ритмический рассказ отзначил я в двух человек. Один
из их - Калин А. П. 52 лет (№60), рассказавший, к сожалению, только одну
сказку. Старый сапожник-он всю сказку рассказал на ровном языке, что в ней
наиболее места приходилось формуле того, как дурак обменивал золотую
тетерку на всякие вещи. Он проказывает эту формулу, где-дальше все длиннее,
ритмичным речитативом чуть ли не по одному духу. Когда я нарочно раз
его преградил, старик сбился и начал формулу сначала. Так что распо-
ведь А. П. Калина можно назвать ритмично-речитативной.
Инакший тип ритмического повествования дает Н. I. Громова 19 лет с Ян-
домозера (№19). Я-бы приравнял ее к Шуре Красильниковой из детской
1) но во время своих путешествий р. 1927 на р. Пинегу и Р. 1928 на р. Мезень таких
театрализаторов сказки я встречал не раз, так что и приходится и их иметь на глазу,-
в этом типе повествования.
178
O. I. Никифоров
группы. Это бесспорная артистка, хорошо разбирающаяся в сказке. Взрослая,
она говорит уже не увлекаясь, как девочка Красильникова,но-же
с большим художественным вкусом и приятнее. Иногда она декламирует, реч-
ляет в лицах, порой дает богатые тонационные колебания, внедряя по-
кое-где что такое словно музыкальную ритмичность. Вообще ее рассказ над-
конечно сложная и технически богатая. Не глупо - же она признает, что играла
на деревенской сцене. Характеризовать ритм Громовой еще труднее, чем
Красильниковой. У той был словно-бы один узор движения тона в речевой
фразе, что из нее и состояла единица ритма, а именно - повышение
тону до середины фразы и убыванию его в конце ее. У Громовой,
сдается мне, случался и такой ритмичный узор, да несравнимо
рельефниш вырисовывается в нее другой узор тона, а именно - речевая
фраза заканчивается повышением музыкального тона вверх и внезапно на
этому отрывается. Частенько к этому отрывку добавляет Громова ше
и движение рукой. Показав такой ритмичный узор два-три раза, пере-
ходила Громова еще на другой или-же на простой разговорный тип распо-
виды (себ-то отрекаясь от особого ритма), а порой внедряла
и новые ритмические узоры, возвращаясь не раз к тому отмеченному,
словно-бы любимого.
Как слушатель влияет на взрослого рассказчика? Скажу, что состав слу-
хачей такого сказочника, тогда как я записывал, бывал неодинаковый, большой
процент составляли женщины и дети. Формы реагирования те же, что и у ди-
тячей группе. Различие ограничивается двумя моментами: взрослые слушатели
чаще вмешиваются в сказку и не так аффективными репликами, как кри-
- а во-вторых-сказочник сливе не полемизирует со слушателями. Добавлю,
что слушают сказок завсегдатаев с большим любопытством и внимательно. Это добавляет
сказочнику охоты, но не отражается на самой манере рассказывать, --
говорю это о рассматриваемой группе случаев, себ-то когда сказочник
на присутствие сборщика сказки.
Перехожу к последней группе случаев, когда сказочника не вяжет
собирательное присутствие и он говорит сказку в условиях чуть ли не естественного
ее исполнение. Как я сказал, Таких случаев во время своего путешествия на
Заонежье я могу отметить только три-четыре. Позволю себе описать
их немного подробней.
Первый случай в с. Ссинской на Яндомозере. Зеленые праздники, особ-
- я не знаю, - сказал он. Село гуляет, во всем особая торжественность,
никто не работает. К. К. Романов, начальник экспедиции I. I. М., измеряет
окна избы. Рядом с ним невысокий рыжий крестьянин с козлиной бородкой.
В тот день и я хотел был отпочить, а потому, приблизившись к нему,
более в шутку, спросил у того: не рассказали-бы, дядя, сказки, я-бы
записал? Я думал, что он отговорит, а тут неожиданно услышал веселое:
- Почему не рассказать, расскажу.
Обрадовавшись, я схватил карандаша и бумагу. Дядя пригласит меня в дом.
Это тамошний сапожник Федор Иванович Стафеев. Идем в дом. Обычная
в таких случаях процедура. Самовар, разбитая зеленая сахарница, ,,крен-