Кочетков Алексей Родионович (1931-1991)

"Кочетков А.Р. -- участник обороны Аджимушкая"
Творческая работа по истории ВОВ
Выполнил: Воробьев Андрей Анатольевич
Учащийся 11 класса Троицкой средней общеобразовательной школы
Консультант: Пешехонова Надежда Михайловна
Заместитель директора по воспитательной работе Троицкой средней общеобразовательной школы.

Использованная литература:
Кочетков А.Р. Воспоминания о военных событиях своей жизни.  Альбом «Учителя Троицкой средней школы – участники Великой Отечественной войны».
Симонов К.  «В Керченских каменоломнях». Керчь. – 1942г.
Серман Б. Дневник, найденный в катакомбах. /В катакомбах Аджимушкая/ - Крым. – 1966г. стр. 59.
Смирнов С. Подземная крепость. Крым. Симферополь – 1966г.
Слюсарева З.И. «Таков его стаж», «Коммуна», №25, 1984г.
Сельвицкий И. Аджимушкай. Аджимушкайские каменоломни. 1943г. –2 – 12 ноября.
Серман Б. Их голоса. /В катакомбах Аджимушкая – Крым – 1966г. стр. 128 – 129.

Полный текст работы -- в приложенном файле

Форум с книгой памяти о героях Аджимушкая: https://www.sgvavia.ru/forum/965-10023-1

Фамилия: Кочетков (Центральные каменоломни)
Имя: Алексей
Отчество: Родионович
Дата рождения/Возраст: __.__.1921
Место рождения: Воронежская область, Острогожский район, село Болдыревка
Дата и место призыва:
Крымский фронт: 57 отдельная гидротехническая рота 44 армии
Воинское звание, занимаемая должность: лейтенант, заместитель командира роты
Каменоломни: разведчик
Причина выбытия: попал в плен
Дата выбытия: 24.07.1942
Освобожден: 12.04.1945
ЖИВ по состоянию на 06.04.1985
Умер: __.__.1994
Первичное место захоронения: Воронежская область, Лискинский район, село Троицкое
Приказ об исключении из списков КА:
Семья: Воронежская область, Лискинский район, село Троицкое.

Сожаление о том, что сделал что-то не так, возможно, не такое сильное чувство, как, допустим, укоры совести. И всё же, эти переживания достаточно сильные. А главное: событие ушло и его нельзя вернуть. Расскажу об одном случае, который меня мучает, хотя прошло много лет. Как-то листая старые газеты, я прочитала о фронтовике Алексее Родионовиче Кочеткове. Он жил в селе Троицком Лискинского района Воронежской области, преподавал математику в школе. Во время войны он оказался в Крыму. Гидротехнический отряд, в котором был Алексей Родионович, двигался впереди основных частей: бурил скважины, рыл колодцы. Зачем была нужна вода, рассказывать не надо. А Крым - достаточно засушливое место; во многих его районах всегда есть дефицит пресной воды. Опускаю подробности. Кого интересуют бои с фашистами в Крыму, тот знает, что там были страшные события в первые годы войны. Известно, что, поскольку некуда было отступать, значительное количество советских солдат, офицеров и местных жителей, были вынуждены спрятаться в Аджимушкайских каменоломнях (посёлок Аджимушкай расположен в километре-другом от города Керчи). Оказался там и А. Кочетков. Он вошёл в одну из разведгрупп, которые ночью выходили на поверхность, чтобы узнать, где находится противник, добыть медикаменты, еду. Однажды завязался бой, Алексей Кочетков был ранен, потерял сознание. Когда очнулся, над ним стоял фашист. Увидев, что раненый пришёл в себя, немец ударил его прикладом по голове. Алексей Родионович оказался в плену, пытался бежать, но его ловили. И, в конце концов, был угнан в Германию. Известно, как в СССР принимали своих солдат и офицеров, побывавших в плену. Но ему повезло, в тюрьму не отправили. Алексей Родионович женился, уехал в деревню, где жила жена, начал преподавать в школе; в семье появились дети. Всё было хорошо! Но, как рассказывал Алексей Родионович мне при встрече, он спиной чувствовал холодок, то ли недоверия, то ли от неприязни, что он был в плену. Я собрала достаточно фактов, чтобы подтвердить: он не был виновным, что попал в плен. Написала статью в "большой" газете. Потом он написал мне в письме, что моя статья как бы его реабилитировала, и что в день выхода газеты с утра к его дому потянулись люди с цветами и поздравлениями.
А теперь о моём сожалении. Прошло время. Я договорилась с другой "большой" газетой о публикации интервью с А.Р. Кочетковым. Хотела ещё расспросить его об Аджимушкайских каменоломнях, о том, как фашисты нагнетали туда хлор и как задыхались люди...Он пригласил меня приехать в г. Воронеж. Встретились мы у его друзей (возможно, хозяин дома был его фронтовым товарищем). Мы долго разговаривали, я записала его рассказ на диктофон. Хозяева пригласили нас обедать. Но прежде мы зашли в комнату, где лежал их сын. Трагический случай! Молодой человек - студент (кажется, мединститута) пошёл с товарищами купаться. Они прыгали в воду то ли с обрыва, то ли с пирса. Он прыгнул и сломал позвоночник, перестал ходить. Его лечили всеми доступными средствами, но выводы врачей были неутешительны. Мы немного поговорили и...пошли обедать - стол был накрыт в другой комнате. Почему я не предложила перенести стол в комнату, где лежал их больной сын? Это бы хоть как-то скрасило его положение. Не предложила, потому что, как я выражаюсь, мозгов не хватило. Я искренне сожалею! И ничего нельзя исправить. Событие ушло. Алексей Родионович вышел на пенсию, завёл пасеку. Однажды на пасеке он скоропостижно умер. Достала-таки его война! Он не был старым человеком. Ничего не знаю о судьбе того парня. Если бы можно было повернуть всё назад! Но теперь, если в доме, где я оказываюсь, есть больные, престарелые и дети, я предлагаю быть всем вместе.
(Прошина-Бутенко Лариса, Литературный дневник «Сожаление о поступках»)

Интересно было бы послушать запись.
Я помню, что мой дед (свояк Алексея Родионовича) сетовал, что тот порой слишком правдиво и горячно говорит о перевирании деталей о ВОВ и боях в Крыму, и это может плохо кончиться.
Как-то АР ездил на встречу сослуживцев (может, на открытие мемориала в Керчь), устроил там скандал. Вся семья боялась последствий.