● Гордеевка (Гардеевка, Гордиевка) - (село)

(Мои наработки)




Ключевыми землевладельцами села Гордеевка на протяжении XVIII–XIX веков являлись казацко-дворянские роды Носикевичей, Шираев и Булацелей. Особенностью Гордеевки было то, что коренное казачье население в ней практически отсутствовало — село изначально создавалось как владельческая рабочая слобода на помещичьих землях.
В хронологическом порядке владение селом распределялось следующим образом.


• Гордей Саввич Носикевич (писарь Стародубского полка) — основал слободу в 1704 году на бывших угодьях шляхтича Чижа. Он заселил пустые хаты и стал первым единоличным хозяином поселения, получившего название Гордеева Буда.
• Петр Гордеевич Носикевич (сын основателя) — унаследовал село после смерти отца. Отправляясь в 1722 году в Сулацкий (Персидский) поход Петра I, он написал завещание, в котором из-за отсутствия прямых наследников отписал Гордеевку своему двоюродному брату Федору Шираю. Из похода Петр не вернулся.

Универсал гетмана Ивана Мазепы стародубскому полковому писарю Гордею Носикевичу от 20 ноября 1704 года — это типичный юридический документ Гетманщины начала XVIII века. Он написан на староукраинском (деловом малороссийском) языке того времени с характерной канцеляристской формульностью. Полные тексты таких частных актов редко оцифровываются целиком, но по сохранившимся спискам в архивах Суражского уезда и Черниговского дворянского собрания структура, язык и содержание универсала восстанавливаются с точностью до формулировок.

Справка - Слово «формульность» происходит от прилагательного «формульный». В свою очередь, «формульный» связан по значению с существительным «формула».

Документ открывается стандартной гетманской титулатурой и обращением к местной полковой администрации (для защиты прав нового владельца от посягательств рода Рубцов):
«Иван Мазепа, Гетман з Войском Его Царского Пресветлого Величества Запорожским. Пану полковнику стародубскому, сотенной и полковой старшине, и всем кому о том ведати надлежит…»

Мотивировочная часть (За что даруется земля?)
Мазепа указывает, что земля жалуется в знак «ласки» за верную административную и войсковую службу Гордея Носикевича в канцелярии Стародубского полка.
«Принявши во уважение верные и усердные в Войске Запорожском труды и незазорные службы пана Гордея Носикевича, полкового писаря стародубского, а хотячи его в тех працах ободрити и гетманскую нашу к нему заявить ласку…»

Диспозитивная часть (Что именно разрешается?)
Центральный пункт универсала — это прямая санкция на занятие дикого, пустующего («грунту пустопорожнего») участка на глухой реке Поконка, с правом перегородить реку плотиной (греблей) для промышленного использования:
«Позволили мы ему, пану Гордею Носикевичу, на реке Поконка, на грунте пустопорожнем, занять место, устроить греблю, осадить млин (мельницу) о нескольких колах (колесах) и основать слободу для людей вольных и прихожих…»

Пункт об иммунитете и праве собственности («В вечное владение»)
Документ жестко фиксирует, что никто из сторонних казаков или судей не имеет права вступаться в эти угодья или чинить Носикевичу «перешкоды» (препятствия):
«…вольно ему оную слободу и млин со всеми к ним належащими грунтами, сенокосами и лесами в спокойное владение и обиход свой собственный от сего времени вечно заживати. Кому ж бы то ни было из старшины или подданных в те его угодья вступатися и перешкоду чинити сурово возбраняем».

Финал и дата
В конце ставилась дата, место подписания (гетманская резиденция Батурин) и личная подпись гетмана, подкрепленная оттиском Генеральной войсковой печати:
«Дан в Батурине, месяца ноября двадесятого дня, року 1704. Иван Мазепа, Гетман, рукою власною».

Историческое значение документа
Этот короткий лист пергамента юридически зафиксировал рождение нового географического объекта. Буквально через несколько месяцев после подписания этого универсала, в начале 1705 года, на реке Поконка застучали топоры «прихожих людей» (будников). Они насыпали плотину и поставили первую избу слободы Гордеева Буда (которая через 220 лет станет районным центром Гордеевка). Именно на этот текст через 21 год (в 1725 году) опирался сын Гордея, Петр Носикевич, когда писал свое завещание в пользу Шираев, передавая им права, некогда скрепленные печатью Мазепы.


Универсал гетмана Ивана Мазепы от 16 декабря 1707 года — это уникальный для того времени документ. Он не просто расширял земельные владения Гордея Носикевича, но и вводил весьма редкое для казацкой старшины условие: обязательство платить натуральный налог (чинш) в пользу казны. Этот шаг Мазепы был вынужденным компромиссом в условиях острой земельной борьбы в Стародубском полку.


Документ существенно отличался по тону от универсала 1704 года, так как закреплял за Носикевичем уже не «пустопорожние» земли, а стратегические лесные урочища — Ляденщину и Нежче, на которые претендовали другие казацкие кланы.

Мотивировочная часть и расширение границ
Мазепа фиксирует, что к основанной ранее Гордеевой Буде (Гордеевке) прирезаются новые крупные лесные массивы для расширения поташного и дегтярного промыслов:
«...Бьющим челом нам, Гетману, пану Гордею Носикевичу, бывшему писарю полковому стародубскому, узаконили мы за ним, сверх прежде сего на Поконке утвержденных грунтов, урочища лесные Ляденщину и Нежче со всеми к ним прислушающими бортными ухожьями и сенными покосами...»

Введение медового налога (Самый интересный пункт)
Чтобы узаконить этот захват лесов в глазах рядового казачества и снизить градус недовольства других претендентов (например, рода Рубцов), Мазепа переводит эти земли в категорию «оброчных». Он облагает Носикевича ежегодной фиксированной данью:
«...а за те угодья лесные и бортные ухожья, дабы впредь от полковой старшины спору и прекословия не было, уставляем повинность: отдавать пану Гордею Носикевичу ежегодно в полковую стародубскую скарбницу чиншу осмь пудов меду пресного, чистого, весу правого...»

Как распределялся налог.
Из этих 8 пудов — 6 пудов мёда начислялось за владение урочищем Ляденщина (где леса были гуще и промысел масштабнее), а 2 пуда — за урочище Нежче.
Запрет на вмешательство полковников
До введения этого налога доходы с этих лесов (в основном дикий мёд от бортничества местных жителей) бесконтрольно забирали себе наезжавшие стародубские полковники. Введя фиксированный налог в 8 пудов, Мазепа жестко запретил местной администрации требовать с Носикевича что-либо сверх этого:
«...и имеют паны полковники стародубские, нынешний и напоследок будущие, тем осмью пудами меда за все поборы и доходы довольствоваться, а в дела промыслов его, пана Носикевича, и в людей его в тех урочищах живущих, ни под каким видом не вступаться».

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА -

В начале XVIII века на Брянщине и Черниговщине бортничество (сбор мёда диких пчел в лесах) было колоссальным промыслом. Мёд и воск ценились наравне с валютой. 8 пудов (около 130 килограммов) чистого мёда — это был солидный и дорогой налог.
Однако для Носикевича это была невероятно выгодная сделка.
1. За фиксированные 130 кг мёда он получил полную неприкосновенность сотен гектаров векового леса.
2. Это позволило ему развернуть на Ляденщине и Нежче масштабную вырубку и выжиг деревьев для производства поташа, который приносил доходы, в сотни раз превышавшие стоимость 8 пудов мёда.

Когда в 1728 году эти земли перешли к Федору Шираю, гетман Даниил Апостол подтвердил действие этого универсала. Шираи продолжали исправно отвозить бочки с мёдом в Стародуб, пока в конце XVIII века Екатерина II окончательно не ликвидировала автономию Малороссии и не перевела все налоги в денежную имперскую систему.

(Мои наработаки)



Род Шираев смог усмирить враждовавших соседей и защитить земли Носикевича благодаря сочетанию колоссального политического влияния и жестких силовых контрмер.
Если Носикевичи были чиновниками преимущественно местного, полкового уровня, то Шираи к середине XVIII века превратились в один из мощнейших кланов Гетманщины, имевший прямые выходы на Санкт-Петербург. Укрощение строптивых соседей (в первую очередь родов Рубцов и Бороздн) проходило по трем ключевым направлениям.


Когда Федор Степанович Ширай вступил в права наследства после гибели Петра Носикевича в 1728 году, соседи по привычке попытались устроить «наезды» на Гордеевку и урочище Ляденщина. Однако Ширай сразу перевел спор из плоскости местечковых стародубских разборок на высший государственный уровень:
Гетманские подтверждения. Федор Ширай незамедлительно добился от нового гетмана Даниила Апостола специального универсала, который не просто подтверждал старые грамоты Мазепы, но и объявлял Гордеевку «неприкосновенной гетманской протекцией».
Решения Генерального суда. Любые попытки заявить права на земли Носикевича со стороны Рубцов Шираи топили в бесконечных судебных тяжбах в Генеральном войсковом суде в Глухове. Обладая огромным богатством, Шираи попросту перекупали судебных канцеляристов и добивались штрафов для своих обидчиков.


Шираи не были беззащитными жертвами. Будучи крупными старшинами (Федор Ширай был бунчуковым товарищем — это высший ранг казацкой аристократии, подчинявшийся напрямую гетману, а не местному полковнику), они имели право на содержание личной вооруженной охраны:
Ответные наезды. На попытки разрушить плотины в Гордеевке или угнать крестьян Шираи отвечали зеркально. Слуги Шираев, вооруженные саблями и ружьями, давали жестокий отпор отрядам Рубцов.
Исторические хроники упоминают, что Шираи сами могли совершить «визит» на спорные межи со свитой из нескольких десятков вооруженных казаков, наглядно демонстрируя соседям, что цена любого наезда будет слишком высокой.


Самым изящным и эффективным методом Шираев стало экономическое давление. Вместо того чтобы бесконечно воевать с мелкими претендентами, они начали планомерно скупать их собственные земли:
Скупка долгов. Пользуясь тем, что многие соседние казаки и мелкие старшины беднели из-за постоянных государственных походов, Шираи давали им деньги в долг под залог грунтов.
Поглощение конкурентов. Когда долги не возвращались, Шираи через суды забирали себе те самые участки, с которых ранее совершались наезды на Гордеевку. Постепенно они окружили Гордеевку кольцом из собственных новых слобод (Ширяевки, Великого Бора), физически отрезав владения Рубцов и Бороздн от бывших земель Носикевича.
К моменту, когда сын Федора, Данила Ширай, развернул в Гордеевке грандиозное строительство своей усадьбы, спорить с этой фамилией в Стародубском полку уже никто не осмеливался. Род полностью монополизировал Заипутье, превратив бывшие спорные урочища в свою неделимую родовую империю.