Мир творчества каспийцев

Мир литературного творчества

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Суханов Игорь Павлович. Капитан 1 ранга. Кандидат военно-морских наук. Доцент. Заслуженный работник культуры Российской Федерации. Окончил Каспийское ВВМУ им. С.М. Кирова в 1949 г.


СУХАНОВ ИГОРЬ ПАВЛОВИЧ
Центральный Военно-морской музей
Старший научный сотрудник - заведующий сектором отдела фондов Центрального военно-морского музея.
Родился 28 июня 1927 г. в г. Армавир Краснодарского края.
Капитана I ранга, кандидат военно-морских наук, доцент. Заслуженный работник культуры РФ (2004 г.). Закончил Военно-морскую спецшколу №7, Военно-морское подготовительное училище, Высшее военно-морское училище им. С.М.Кирова, Высшие специальные офицерские классы.
С 1945 г. служил на противоминных кораблях. Участник боевого траления мин на Балтийском море. Командир базового тральщика, затем старший офицер штаба дивизии кораблей, заместитель командира - начальник штаба отдельного дивизиона тральщиков. С 1965 по 1986 гг. - на преподавательской работе в Высшем военно-морском училище им. М.В.Фрунзе, с 1980 г. - начальник кафедры минно-трального вооружения.
Специалист в области оружия. Имеет два авторских свидетельства Государственного комитета СССР по делам изобретений и открытий. Награжден 18 правительственными наградами.
В Центральном военно-морском музее - с октября 1986 г., старший научный сотрудник-заведующий сектором хранения оружия. В фондохранилище ЦВММ создал внутреннюю оружейную экспозицию, неизменно вызывающую восхищение у гостей музея.

Подготовил 196 научных публикаций, в том числе ряд статей в "Трудах Центрального военно-морского музея", журналах "Ружье", "Калашников", "Морской вестник", "Военно-историческом журнале", сборниках "Цитадель", "Кортик", "Новый Часовой"; книги и каталоги "Наградное холодное оружие России из фондов ЦВММ", "Художественное оружие (Шедевры морского музея России)", "Оружейные реликвии Российского флота", "Шедевры и раритеты клинкового оружия", "Символ Славы, Доблести и Чести: Авторское художественное коллекционное оружие" и др. Принимал участие в научных конференциях, организованных Государственным Эрмитажем, ГМЗ "Царское Село", Библиотекой РАН, Оружейной палатой Московского Кремля и другими учреждениями культуры. Участник создания более 40 выставок, проводившихся в ЦВММ, в других отечественных и зарубежных музеях.
http://www.avit.spb.ru/exb/06/hr/pictsuh.htm

Публикации

Автор многих документальных книг, посвященных оружию:
«Наградное холодное оружие России», «Художественное оружие из фондов ЦВММ», «Оружейные реликвии Российского флота», «Шедевры и раритеты клинкового оружия» и др.
Кроме этого, он является автором более 200-т докладов на научных конференциях и опубликованных статей по оружейной тематике.

Суханов, И.П. Оружейные реликвии Российского флота. Из коллекции Центрального военно-морского музея. – [б.м.?]: Издательство «Фортекс», 2002. - 208 с.

Суханов, И.П. Оружейные реликвии российского флота (на английском языке) // Издательство «Атлант» Санкт-Петербург: Книги по оружейной и военно-исторической тематике. – Режим доступа: http://www.atlant-tpg.ru/ru/moreinfo/369/ . – Дата доступа: 7.04.2011.

Шедевры и раритеты клинкового оружия из фондов музеев Санкт-Петербурга, художественных мастерских и частных коллекций. Каталог / Составитель Игорь Суханов. – [б.м ?] : Издательство «Атлант», 2004. – 320 с.

Cуханов, Игорь. Из истории оружейного фонда ЦВММ: [Статья] // Труды Центрального военно-морского музея: Сборник научных статей: Часть 1. – [б.м.?]: Издательство «Галея Принт», 1999. – 128 с.

Суханов, И.П. Скорострельная винтовка лейтенанта Баранова на вооружении российского флота : [Статья] / Суханов, И.П., Журавлев Н.И. // Цитадель: Альманах. - 1998. - №3 (8). – С. 78 - 82.

Суханов, И.П. Кортик с бриллиантами адмирала Е.И. Алексеева: Символы чести и достоинства : [Статья] / Суханов И.П., Лютов A.M. // Кортик : (Флот. История. Люди.). - Выпуск 2. - СПб.: Издательство «Гангут», 2004.

Суханов, И.П. История российского морского кортика (2007, 344 с.)
Монография заслуженного работника культуры, кандидата военно-морских наук, доцента, капитана 1 ранга в отставке И.П.Суханова посвящена истории морских и наградных кортиков (Золотого, Аннинского и Георгиевского с надписью "За храбрость") и их снаряжения. Описан боевой и жизненный путь ряда адмиралов и офицеров отечественного флота, кортики которых переданы на вечное хранение в фонды музея. Автор рассказывает о современных моделях авторских кортиков, изготовленных в мастерских Санкт-Петербурга ("Межов", "Коваль", "Эхо") и Златоуста ("Практика"). В книге использованы архивные источники, официальные документы и исторические материалы."
Для офицеров отечественного флота, музейных сотрудников, преподавателей-историков, любителей и коллекционеров оружия, таможенных органов, художников-маринистов, создателей и реставраторов холодного оружия.

Свинец и пламя : [Статья] / М.В. Хабурзания, И.П. Суханов // Ружьё : Российский оружейный журнал. – 1998. - № 1. – Режим доступа: http://www.gun-magazine.ru/art.php?page=19816 . – Дата доступа: 7.04.2011.

С историческими материалами нас знакомят сотрудники Центрального Военно-Морского музея - капитан 1 ранга в отставке, кандидат военных наук, доцент, зав. сектором оружия Игорь Павлович Суханов и старший хранитель сектора оружия научный сотрудник Марина Варламовна Хабурзания.

Суханов, И.П. Абордажное оружие: к истории абордажных партий Российского флота. - М.: Издательство «Бранко», 2012. – 424 с.
Прекрасно оформленное подарочное издание.
Это уникальное издание - энциклопедия корабельного оружия ближнего боя – итог многолетнего труда И.П. Суханова, основанный на изучении материалов Российского государственного архива военно-морского флота, Центрального государственного исторического архива в Санкт-Петербурге, музейных архивов Центрального военно-морского музея и Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск
связи. Особую ценность представляет иллюстративный материал – в книге более 600 изображений, в том числе – уникальные музейные экспонаты и предметы из частных коллекций, некоторые из которых впервые станут доступны широкой публике. Вся информация на официальном сайте: http://kniga-abordazh.ru

Мир литературного творчества

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Гритченко Юрий Александрович (1951 - 2009). Капитан 2 ранга. Поэт. Окончил Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова в 1976 г.






Публикации

Автор нескольких сборников стихов : «Жил-был я», «Как все начиналось», «А на войне как на войне», «Стихи, пародии, басни, сказки», «Вечная история».
***
А на войне, как на войне…
Одна коротенькая фраза,
Всего шесть слов…
Но сколько в ней
Людей и судеб видно сразу…
***
Не проходите мимо радости, постойте,
Она так одержимо-мимолетна.
От злого глаза вы ее укройте,
Чтоб радость крылья обрела достойно.

Не проходите мимо грусти, знайте
Она сама не рада встрече с вами.
Вы горемыке руку хоть подайте,
Утешьте ее добрыми словами.

Не проходите мимо боли! Бейтесь!
Плечом к плечу, рука к руке, стеною!
Кричите ей в лицо и просто смейтесь,
Пока не станет боль живой водою...
http://www.woman.ru/writing/co...235/?fi...


Подробнее об авторе

https://forum.vgd.ru/585/55474...iew&o=

Мир литературного творчества

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Дерюшкин Евгений Петрович. Полковник. Старший научный сотрудник. Поэт. Окончил Каспийское КВВМКУ им. С.М. Кирова в 1958 г.


Автор фото-коллажа Глуховский Р.В. (выпускник Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова, 1958 г.)

Публикации

Дерюшкин, Евгений Петрович.Его величество Случай [Текст] : рассказы / Евгений Дерюшкин. - Ростов-на-Дону : Альтаир, 2012. - 78, [1] с.; 21 см.; ISBN 978-5-91951-098-7

Дерюшкин, Евгений Петрович. Оставил сердце я в станице… : стихи / Евгений Дерюшкин. - Ростов-на-Дону : Странник, 2006 (Ростов н/Д : Альтаир). - 29, [2] с. : ил.; 20 см.; ISBN 5-902477-06-9

Дерюшкин, Евгений Петрович.Сквозь бескрайнюю степь… [Текст] : избранные стихи / Евгений Дерюшкин. - Ростов-на-Дону : Альтаир, 2012. - 123, [4] с. : ил.; 20 см.; ISBN 978-5-91951-089-5

Дерюшкин, Евгений Петрович. Зов веков [Текст] : краткая "повесть о жизни" в стихах / Евгений Дерюшкин. - Ростов-на-Дону : Альтаир, 2018. - 55 с.; 21 см.; ISBN 978-5-91951-455-8 : 300 экз.

Дерюшкин, Евгений Петрович. Память жизни : стихотворения / Евгений Дерюшкин. - Ростов-на-Дону : Странник, 2008. - 63 с.; 20 см.


Автор стихотворения Дерюшкин Евгений Петрович



20 мая 1937 года родился Дерюшкин Евгений Петрович - военный инженер, кандидат технических наук, обладатель медали «За боевые заслуги» и поэт, выпустивший не один сборник своих стихотворений, ныне проживающий в родном селе Генеральское.

Подробнее об авторе :
https://forum.vgd.ru/585/55474/490.htm?a=stdforum_view&o

Мир литературного творчества

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Генин Вадим Григорьевич. Окончил Каспийское ВВМУ им. С.М. Кирова в 1958 г.



Публикации

Рассказы печатались в периодике.

Ганин, Вадим. Маленький Мук: Альманах "Балтийская лира", рассказы : Часть II. Писатели-маринисты Балтики // www.Flot. Com [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://flot.com/welfare/lito/glushkinbl/baltpm/part1.htm . - Дата доступа: 4.01.2011.

Маленький Мук

Особой любовью у нас, на тральщиках, пользовался корабельный врач, он же док, капитан медицинской службы Парамонов Николай Иванович, которому я приклеил кличку Маленький Мук. Надо сказать, что кличка эта была совсем не обидная и, кроме как маленьким ростом, наш док на героя восточной сказки ничем не походил. Николай Иванович был квадратным мужчиной с лысиной, мощными бицепсами и вечной доброжелательной улыбкой.
Поскольку народ на корабле главным образом здоровый, докторам делать было нечего, и лечили они по известному анекдоту: "Приходят к доктору два матроса. Один говорит, что болит голова, другой жалуется на боли в животе. Доктор достает из стола большую таблетку и, разломив ее пополам, дает по половине каждому матросу со словами: "От головы, от живота". Если же Маленького Мука сильно одолевал какой-нибудь матросик жалобами на здоровье, что случалось крайне редко, он делал безобидный, но очень болючий укол и лишался после этого последнего пациента, который в дальнейшем стойко переносил все тяготы и лишения корабельной службы. Сентенции, которые любил произносить наш док, особой оригинальностью не отличались: "Несмотря на усилия врачей, больной все-таки выздоровел", "Выписываю вам лекарство, но пользы не гарантирую, а вред возможен" и т.д. Когда к нему приходил матрос с жалобой на сильные головные боли, доктор резонно заявлял: "В голове ведь что? Ум. Он и болит. А у тебя что болеть может? Иди гуляй".
Поскольку, как я уже говорил, доктора на всех тральцах были не весьма заняты, то все нагрузки, которые никто добровольно не хотел на себя брать, валили на них, и они, для порядка поупиравшись, соглашались, вызывая слезы благодарности и умиления у остальных офицеров и мичманов корабля. Участь сия, естественно, не обошла и нашего дока.
В те далекие времена главнокомандующий Военно-Морским Флотом подписал приказ, по которому каждый матрос или старшина срочной службы обязан считать корабельную крысу своим личным врагом. А врага, как известно, нужно уничтожать. Уничтоживший 30 крыс поощряется десятью сутками отпуска с выездом на родину. Последнее касалось, разумеется, только военнослужащих срочной службы, поскольку офицеры и мичманы подразумевались врагами крыс в соответствии со своими функциональными обязанностями, а добросовестное исполнение последних, как известно, само собой разумеется.
Развернулась антикрысиная кампания и на нашем корабле. Док завел специальную книгу , в которую записывал, кто сколько крыс извел. Матросик или старшина приходили в амбулаторию, таща за хвост безвременно погибшее животное. Маленький Мук делал беглый осмотр, констатировал летальный исход, записывал очередного соискателя отпуска в книгу и приказывал выбросить тело в иллюминатор. Однако вскоре заметил неладное. Случилось это тогда, когда ему в амбулаторию принесли крысу, в которой он узнал недавно выброшенную в иллюминатор. То ли ее не успели толком подсушить, то ли док узнал ее "в лицо", но гнев его был страшен. Вообще-то Николай Иванович Парамонов был человеком доброжелательным, говорившим вкрадчиво и избегавшим конфликтов. Но в этом случае он усмотрел личное оскорбление врача и председателя всех внутрипроверочных комиссий. Посему док запретил впредь тревожить его доставкой в амбулаторию крысиных трупов, велел ампутировать у крыс хвосты и доставлять ему их, а он, зарегистрировав в книгу "кончину" хозяйки хвоста, последний будет уничтожать сам.
Так и стали делать. Притащат Маленькому Муку крысиный хвост или сразу два, док сделает что положено, и куда-то хвост девает. Куда - секрет. Книга регистрации актов крысиного состояния понемногу заполнялась, пока не случилось событие, чуть не вогнавшее Николая Ивановича в "кондратий". Сижу я в каюте как-то после ужина, вдруг врывается в каюту док: глаза - на ниточках, волосы на лысине - дыбом, орет громче караульной сирены и чем-то размахивает. "Ты только посмотри, что за мерзавцы, негодяи, отличники хреновы, до чего додумались!"
Когда мне не без труда удалось утихомирить разбушевавшегося не на шутку дока, он поведал мне следующее. Приходит к нему тральный электрик, старший матрос Андрюхин, толковый, дисциплинированный парень, и, попросив разрешения, докладывает, что изловил и изничтожил четырех крыс, о чем свидетельствуют четыре же крысиных хвоста: "Вот они". Николай Иванович достает свой "гроссбух" и записывает. "Так, - говорит, - ты, Андрюхин, молодец, с этими крысами у тебя уже 11 получается". И, как мне далее поведал док, обремененный опытом, он уносил хвосты завернутыми в газету с корабля и бросал в первую попавшуюся урну в городе (залог того, что никто из команды повторно хвосты не сдаст). Отпустив Андрюхина, док начал заворачивать эти хвосты в газету, но вдруг его что-то насторожило. Начал он крысиные окончания внимательно рассматривать и... О, Боже! Они оказались хвостами не крысиными, а свекольными.
Хохотал я как полоумный, и не мог успокоиться даже тогда, когда Маленький Мук, обозвав меня по-всякому и сделав заключение, что я с ними со всеми заодно (Андрюхин был моим подчиненным), как ошпаренный выскочил из каюты вместе со своими псевдокрысиными хвостами.
Весь корабль ржал над этим происшествием долго, прием хвостов продолжался с пристрастием, все записи, касающиеся Андрюхина, хоть он и клялся, что предыдущие хвосты были натуральными, аннулированы. Но я что-то не помню, чтобы кто-то с корабля поехал в отпуск с ореолом "грозы крыс". И все же не только для подсчета хвостов нужен док!
Тралили мы однажды подходы к Поти. Вместо лежавшего в госпитале с какой-то неясной болезнью (хотел демобилизоваться) штурмана Володи Батарина штурманил у нас Ростислав Колесников с соседнего тральца, стоявшего в ремонте. Тралили всего в милях 20 от входа в порт, отстаивались после выборки тралов до рассвета на внешнем рейде (в порт нас, естественно, не пускали). Стояла осень, было холодно и тоскливо. В один прекрасный день идем мы с тралом в строю, всего три тральщика. Кэп на мостике дремлет в кресле, я - вахтенный офицер, штурман, естественно, в штурманской рубке. Надо сказать, что работа штурмана на боевом тралении резко отличается от обычной деятельности по ведению навигационной прокладки. Работа кропотливая, требующая не только специальных знаний, но и определенной натренированности.
Вдруг штурман высовывает из штурманской рубки физиономию и подзывает меня. Спускаюсь в рубку и вижу, что штурман бледный, как оборотная сторона его карт, и все время норовит согнуться пополам. "Ой, - только и выдавил он, - живот". Доложил я кэпу, вызвали на мостик доктора. Штурмана разложили на диване, док оголил ему тулово и брюхо и начал мять, стучать, урчать, гладить, слушать и выделывать всякие другие специальные штучки. "Издевался" он над Ростиком минут 10, а потом тоном, не терпящим возражений, говорит кэпу: "Товарищ командир, у старшего лейтенанта Колесникова прободная язва желудка, необходима срочная операция". Кэп хмуро посмотрел на Маленького Мука и говорит, мол, дайте ему, Николай Иванович, каких-нибудь таблеток, продырявьте зад, ежели надо, а как на рейд придем, вызовем катер и отправим в госпиталь.
- Товарищ командир, - говорит док, - разрешите доложить, что у старшего лейтенанта Колесникова прободная язва желудка, необходима срочная операция.
Это он сказал громко, а потом отвел кэпа в сторону и шепчет, что, если будем медлить, можем до стола операционного не довезти. Кэп попробовал сказать, что вы, доктор, мол, сгущаете краски, штурману уже лучше и т.д. Тогда капитан м/службы Парамонов, вытянувшись во весь свой 160-сантиметровый рост по стойке "Смирно" перед почти двухметровым кэпом, громогласно произнес:
- Товарищ командир, у старшего лейтенанта Колесникова (и т.д.). Разрешите сделать запись в вахтенном журнале корабля.
Ну делать нечего, доложил кэп на флагманский корабль, получили мы "добро".
Бросил я трал на буи, и дали мы самый полный ход в Поти. На подходе к порту нас встретил санитарный катер, перегрузили мы Николая Ивановича с Ростиком на него и стали на якорь на внешнем рейде.
Штурману, как мы потом узнали, срочно сделали операцию и хирург, который его резал, сказал, что еще бы через час Ростика спасать было бы тяжеловато.
Наш док вернулся на корабль через двое суток, когда штурман был с уже разрезанным и зашитым брюхом, но в порядке. Лицо у Николая Ивановича было желтое с кругами под глазами, и видно было, что он не очень хорошо отдохнул во время пребывания в Потийской ВМБ. По своим докторским каналам госпитальные доложили начмеду флота о высоких профессиональных и решительных действиях капитана медицинской службы Парамонова при выполнении кораблем боевой задачи. Док получил благодарность в приказе командующего флотом, и действия его были поставлены в пример.
Вот вам и Маленький Мук!

Мир литературного творчества

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Грозный Вячеслав Михайлович (23.03.1926 – 13.06.2008). Капитан 2 ранга. Окончил Каспийское ВВМУ им. С.М. Кирова в 1949 г.




Публикации

Грозный Вячеслав Михайлович (Каспиец49): КВВМКУ. Выпуск 1949 года: Некоторые характерные особенности // КВВМКУ им. С.М. Кирова [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.kvvmku.ru/index.php?go=Page&id=37 . – Дата доступа: 12.10.2010.

1. Наш выпуск был выпуском первого послевоенного набора 1945 года.
2.Основную массу курсантов нашего курса составляли выпускники Военно-Морских Подготовительных Училищ - Ленинградского, Горьковского, Бакинского. Подготовительные училища в 1944году были преобразованы из Военно-морских спецшкол и переданы из ведения Наркомпроса в подчинение Министерства Военно-Морского Флота. Это переподчинение дало самый положительный результат. Установлена жесткая воинская дисциплина, выдана новая по полному аттестату военно-морская форма и военный курсантский продпаёк, что после голодных и полуоборванных спецшкольных лет 1942 и 1943 гг. имело громадное значение.
Учились мы с полной отдачей и в конце 1944/1945 учебного года" получили только что введенный общесоюзный "Аттестат зрелости". Воспитанники Подготовительных Училищ принимались в Высшие Военно-Морские Училища без экзаменов, а по училищам распределялись по степени успеваемости и специально рассчитанному "Выпускному Баллу"с учётом пожелания, т.е.чем выше балл, тем больше вероятность попасть в то училище, о котором ты мечтаешь. Таким образом, мы пришли в училище уже вполне подготовленными в смысле дисциплины, строевой подготовки, внешнего вида, умения носить форму, с определёнными военно-морскими знаниями, что выгодно отличало нас от "штатских новобранцев".
Поскольку мы не сдавали экзамены, а в училище прибыли в конце июня 1945г, то основная масса "подготовиловцев" была направлена на учебные корабли Каспийской флотилии "Правда" и "Шаумян", на которых получили первую "морскую закалку"
3.На нашем курсе было и много фронтовиков, пришедших в училище после окончания войны и вполне обоснованно ставшими лидерами в классах и ротах и во многом нашими наставниками и учителями.
Существовали и "Параллельные классы", где учились офицеры-участники Великой Отечественной Войны, в том числе дважды Герои Советского Союза Шабалин Александр Осипович и Леонов Виктор Ник., Герои Советского Союза Гуманенко Владимир Поликарпович, Решетов Сергей Никитович.
Были параллельный класс югославов и класс албанцев.
ДИСЦИПЛИНА И УЧЕБНЫЙ ПРОЦЕСС
1.Учёба продолжалась 4 года (1945-1949 г.г.) как указано в дипломе по военно-морской специальности. Разделения по факультетам не было. В графе "присвоена квалификация" записано "офицер корабельной службы".
В обучении основной упор делался на подготовку вахтенных офицеров - штурманская, артиллерийская, минно-торпедная подготовки и в определённой степени радиосвязь и радиолокация. Очень большое внимание уделялось Правилам предупреждения столкновения судов (ППСС), Правилам совместного плавания (ПСП) и визуальной связи (семафор, морзянка, флажная сигнализация).
Лекции были по 8 часов в день, а вечером 3 часа самоподготовки.
Дисциплина была жёсткой, но как-то особых моральных и нравственных нагрузок не доставляла. Основывалась она не на принуждении и подавлении личности, а в большей степени на сознании и понимании того, что вся твоя будущая жизнь будет посвящена военной службе, которая немыслима без твёрдой воинской дисциплины. Скорее всего, дисциплина стала нашим внутренним содержанием, образом жизни.
Конечно, это не означает, что мы были образцово-показательными. Всякое бывало - и дурачества, типа хождения вокруг плаца строевым в трусах и при палаше, или стрижка наголо с оставленным "казачьим оселедцем" и появлением в таком виде в столовой во время обеда и прочие глупости. Бывали и самоволки и многое другое. Но всё это было исключением из правил и жёстко пресекалось.
2. Практика
Практику проходили на кораблях Черноморского флота.
После 1-го курса на у/к "ВОЛГА" (бывший испанский лайнер"Хуан Себастьян Элькана).
После 2-го курса на крейсерах "КРАСНЫЙ КРЫМ" и "КРАСНЫЙ КАВКАЗ".
После 3-го курса опять "ВОЛГА" уже штурманская практика.
После 4-го курса в звании мичманов стажировка 3 месяца "корабельными курсантами"
на дублировании офицерских должностей.
Кстати, стажировка во многом определила и будущее назначение при распределении
после выпуска.
3. Взаимоотношения.
В классе - все друзья, в роте - все хорошие товарищи. Случаев взаимных оскорблений, вражды, а тем более драк вообще не было. А о каком-либо разделении по национальному признаку (были у нас русские, украинцы, евреи, грузины, армяне, туркмены, азербайджанцы, чеченцы, дагестанцы) не было даже мысли.
Участники обороны КАВКАЗА курсанты 4-го курса выпуска 1946 г. были для нас образцом во всём. На старшие курсы выпусков 1947 и 1948гг. мы также смотрели с уважением. Многие из них у нас на курсе были младшими командирами.
Впоследствии часто по службе приходилось "касаться и пересекаться" с выпускниками старших курсов и даже тогда, не будучи иХ подчинёнными, мы не допускали панибратства и обращались только на "ВЫ".
4. Внутриучилищные порядки.
Название учебного класса состояло из трёх цифр. Первая указывала номер курса, вторая номер роты. Третья - номер класса в роте. При переходе на следующий курс в названии менялась только первая цифра.
Классы формировались следующим образом. Рота строилась в одну шеренгу строго
по ранжиру. Каждые 25 человек, начиная с высоких по росту, образовывали взвод (учебный класс), состав которого практически не изменялся до последнего курса.
Все передвижения по территории училища и даже при переходе из аудитории в аудиторию проходили строем. Утром после сигнала горниста "Подъём" роты на плацу занимали строго определённое для физзарядки места. Дежурный по училищу офицер оповещал дневальных и дежурных рот о форме одежды на физзарядке, в соответствии с текущими погодными условиями. Например - форма одежды трусы, брюки, в тельняшках или без и т.д. Иногда дежурный по училищу ошибался и по указанию обязательно присутствующего на плацу врача останавливал физзарядку и роты с радостью строем покидали плац.
Плац - священное место. Передвижение по нему только по осевым линиям. В обеденный перерыв дежурный по училищу и горнист находились в центре плаца. Звучал соответствующий сигнал. Роты строились перед учебным корпусом вдоль кромки плаца. По сигналу "Исполнительный" начиналось движение. Рота за ротой, дойдя до центра плаца, поворачивала и, придерживаясь центра, входила в столовую. Столы были длинные (на роту), вместо стульев - длинные скамейки. Рота заходила с 2-х сторон стола и поворачивалась к нему лицом. Садились и вставали только по сигналу горниста «Исполнительный». Первыми в столовую входили младшие курсы, последними - 4-й курс.
При выходе первым выходил 4-й курс, за ним - младшие. На столах уже стояли бачки с первым и вторым блюдом (примерно один бачок на 8 чел.) и чайники с компотом. Ближайший к бачку курсант становился "бачковым" и раскладывал еду по тарелкам.
Существовала "ужасная процедура - после физзарядки обязательное "закаливание", т.е., холодный душ. Эта процедура стала привычной и даже необходимой. Курсанты редко посещали санчасть, которая практически всегда пустовала.
В клуб мы тоже ходили строем.
"А теперь в разгар субботы
Топот поднимают роты
И, не разжимая губ,
Строем посещают клуб".
Настоящего клуба в училище не было, а под клуб был приспособлен какой-то одноэтажный барак, находившийся на Зыхе примерно в 1-1,5км от училища. Танцы с приглашенными и просто приезжающими девушками проводились тоже в этом клубе.
5. Увольнение на "берег".
Это было трудное дело. До ближайшего трамвая нужно было идти пешком около 5км через перевал "Курсантские слёзы". Городские автобусы до училища не ходили, а своих, у него даже не было. Основной способ передвижения в город "ДАШ-БАШ", т.е. на попутных грузовиках. Толпа уволенных в город, поднималась на верхнее КПП и останавливала, конечно, за плату, попутные грузовики. А если народа собиралось много, а грузовики не останавливались, тогда просто становились "стенкой" поперёк шоссе, принуждая водителя к остановке. Иногда в машину народу набивалось столько, что ехали стоя, держась за ремни друг друга. Умудрялись забираться в грузовик ловко и быстро, даже при этом ещё и придерживая палаш. Но большинство водителей останавливались безропотно, т.к. знали, что "сопротивление бесполезно", а деньги мы собирали и платили честно. Увольнение в город было в субботу и воскресенье, а 4-й курс мог увольняться ещё и в среду.
Конечно, данный способ передвижения был опасный. За время нашей учёбы на различных курсах погибло несколько человек, в том числе и на нашем курсе курсант 425 класса Олег Одегов. Трагически погиб на "Курсантских слёзках" в день сдачи последнего государственного экзамена при возвращении из города. Хоронили его уже в офицерской форме.
6. Вооружение.
На нашем курсе палаши были личным холодным оружием каждого курсанта. Ношение палаша было обязательным при увольнении в город и при несении дежурной службы. Палаши были разной длины, что позволяло подогнать их по росту. Номер палаша и винтовки заносился в курсантскую книжку и был персональным.
В ротных помещениях стояли специальные не запираемые пирамиды для хранения оружия и палашей. Оружием являлись винтовки образца 1891/1930года. На парадах ходили с винтовками "наперевес" с примкнутыми штыками. "Наперевес" во время марша винтовки брались по команде "на ру-ку" при выходе на последнюю прямую, а потом поднимались по комаде "на пле-чо". Со штыками "наперевес" это упражнение было небезопасным. Бывало и бескозырки сбивались, но многодневные предпарадные тренировки делали своё дело.

Грозный Вячеслав Михайлович. Фотоархив: Система. Служба. Современные. // КВВМКУ им. С.М. Кирова [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.kvvmku.ru/galereja/index.php?cat=176 . – Дата доступа: 12.10.2010.

Вячеслав Михайлович Грозный (YL2CS, Silent Key). Страницы биографии // Режим доступа: http://www.yl3bu.lv/book/export/html/210 . - Дата доступа: 12.10.2010.
Информация получена 08.08.2003 от YL2CS.

Подробнее об авторе

https://forum.vgd.ru/585/55474/570.htm?a=stdforum_view&o