Разная интересная информация

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Великія описи
Российский государственный архив древних актов (РГАДА)
https://inv.velikie.org/archive/rgada/
Все названия там кликабельны.

© 2009-2014. «Рязанское ополчение в Великой войне 1914-1918 годов», 2-е издание. Автор: историк Григоров А.И.
Журнал «Рязанский этнографический вестник» № 54, 2014 год. PDF-версия книги: Рогге В.О., www.GenRogge.ru
«РЯЗАНСКИЙ ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК»
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР В. КОРОСТЫЛЁВ
(54)
А.И. Григоров
РЯЗАНСКОЕ ОПОЛЧЕНИЕ
В ВЕЛИКОЙ ВОЙНЕ
1914-1918 ГОДОВ

https://genrogge.ru/ryzanskoe_...(2014).pdf

Оглавление
Предисловие 1
Предисловие ко 2-му изданию 2
Введение 3
Законодательные основы формирования ополчения 3
Штатный состав ополченских частей 3
Призывной контингент Рязанских ополченских частей
Офицеры Государственного ополчения Рязанской губернии 3
Военные чиновники Государственного ополчения Рязанской губернии 8
Нижние чины Рязанского ополчения 8
Объявление частичной мобилизации. Начало Великой войны 10
Объявление всеобщей мобилизации.
Начало формирования Рязанского ополчения 1914 года 10
Первоначальный состав дружин ополчения
Офицеры и классные чиновники 10
Нижние чины 13
Примечания 16
Раздел 1.
Рязанские дружины Государственного ополчения, сформированные в Рязани 39
103-я пешая Рязанская дружина Государственного ополчения 40
104-я пешая Рязанская дружина Государственного ополчения 43
108-я пешая Рязанская дружина Государственного ополчения 46
512-я пешая Рязанская дружина Государственного ополчения 54
Бригады Гос. ополчения, в состав которых входили сформированные в Рязани дружины 62
66-я бригада Государственного ополчения 62
102-я бригада Государственного ополчения 63
Переформирование в полки 64
Дружинные комитеты 65
Расформирование 65
Примечания 65

РГИА ф.1284 оп.222 (1890-1905 г.)

https://inv.velikie.org/archive/rgia/1284/222/
Выписки:
1890 год д.54 По прошению раскольников деревни Гордеевки, Рыльского уезда, Курской губернии Бабкиных и Крикунова о разрешении им обратить в моленную жилой дом Бабкина. (3 отделение, 1 стол) 08.05.1890 - 23.12.1890 9

1890 год д.55 По прошению раскольников деревни Внезапной, Кульбакинской волости, Рыльского уезда, Курской губернии крестьян Безбабнова, Бондарева и других о разрешении обратить в моленную дом Безбабнова. (3 отделение, 1 стол) 05.05.1890 - 30.12.1890 10

1890 год д.100 По представлению самарского губернатора об оскопившемся арестанте крестьянине Мироне Коровяковском. (3 отделение, 1 стол) 24.10.1890 - 06.03.1892 9

1891 год д.5 По отношению хозяйственного департамента о ходатайстве проживающих в городе Бузулуке Самарской, губернии крестьян хлыстов Шелистова, Короткина и Махотина о разрешении им открыть странноприимный дом. (3 отделение, 1 стол) 26.01.1891 - 04.02.1891 7

https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=46156825
Шарлемань Осип (Иосиф) Адольфович
Открытка. Народная женская одежда. Великороссы Курской и Орловской губерний.
Период создания:
1916 г.

https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=44254591
карта географическая. Орловская губерн.
Период создания:
[1855 - 1859 г.г.]

https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=41646582
Европейская Россия. Великороссы. Выезд на пашню в селе Кокоревке Трубчевского уезда, Орловской губернии.

Период создания:
1919 г.

https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=39781093
Чертков В., фот.
Л. Н. Толстой на ярмарке проездом через Орловскую губернию. Кочеты, июнь 1909 г. "Вся история человечества с тех пор, как мы знаем ее, есть движение человечества все к большему и большему единению. /.../". Л. Н. Толстой.

Период создания:
1909 - 1914 гг.

Около 1628 г. — Крестоцеловальная запись (присяга) новиков при поступлении в службу.

/л. 220/ Список з записи привести ко кресту новиков розных городов детей боярских.
https://vostlit.info/Texts/Dok...8/text.htm

Владимир Неделин. Ливенский самозванец. Орловский вестник. № 16 (816), 16/04/2008. – С. 21.

13 октября 1627 года воеводы города Ливны Ф. В. Бутурлин и Л. И. Писарев получили донос: сын боярский Замятня Коширенинов сообщил, что некий Ануфрий, крестьянин ливенского помещика А. Самойлова, называет себя сыном окольничего Ивана Фёдоровича Басманова.

Но прежде чем продолжить повествование, скажем несколько слов непосредственно о Басмановых. Не вдаваясь в генеалогию этого знаменитого и кровавого рода – на это есть разного рода справочники и энциклопедии, остановимся непосредственно на личности И. Ф. Басманова. Он был сыном Фёдора Алексеевича Басманова, известного опричника, любимца Ивана Грозного, про которого говорили, что он «.прекрасный лицом, гнусный душою.». Ф. А. Басманов кончил так же плохо, как и созданная мнительным царём опричнина. По приказу Ивана Грозного он убил своего отца, видного деятеля опричнины, тем самым отсрочив собственную казнь на год.

Иван Фёдорович был младшим из двоих сыновей Ф. А. Басманова, состоял дворянином московским при дворе, затем стал окольничим и воеводой и погиб в сентябре 1603 года в бою против повстанцев Хлопка.

На следующий же день упомянутый Ануфрий был разыскан, арестован, доставлен в съезжую избу (воеводскую канцелярию) и допрошен. Дознание по подобному делу, согласно судебным нормам того времени, сопровождалось пыткой. По окончании допроса самозванца бросили в тюрьму, «до государева указа», а его расспросные речи отослали в Москву. Царь Михаил Фёдорович, ознакомившись с делом, счёл его настолько серьёзным, что потребовал немедленно доставить арестанта в Москву. Оттенок государственной важности этому делу придавало то, что Фетинья, дочь И. Ф. Басманова, состояла замужем за кравчим В. Я. Сулешевым, родственником царя. В декабре того же года Ануфрия, «сковав крепко, чтоб он с дороги не ушёл и дурна над собою какова не учинил», доставили в столицу.

Снова допрошенный самозванец повторил свои прежние показания, рассказав нижеследующую историю. Его мать, вдову И. Ф. Басманова, звали Агафья Ивановна Салтыкова (в реальности вдову окольничего звали Ирина Васильевна Салтыкова, и она была ещё жива в начале 1620-х годов, но это, безусловно, мелочи). После убийства в Москве Лжедмитрия I и «дяди» Ануфрия – П. Ф. Басманова (в ночь с 16 на 17 мая 1606 года) и прихода под столицу «литовских людей» – войск Лжедмитрия II (июнь 1608 года) жизнь в Москве стала тяжёлой и бесхлебной. Пока кольцо вокруг столицы окончательно не сомкнулось, Ануфрий с матерью покинули осаждённый город и ушли на Рязанщину, где устроились жить в маленьком городке Печерники. Здесь Агафья вышла замуж за Евсея Афанасьевича по прозвищу Татарка. Печерники признали власть Лжедмитрия II, и отчим занимал какую-то должность в городском управлении. Вскоре к городку подошли отряды рязанского воеводы Прокопия Ляпунова, возглавившего впоследствии Первое ополчение, которое пыталось выбить поляков и литовцев из Москвы. Печерники были взяты, отчима Ануфрия, как пособника самозванца, схватили и увезли в Рязань, где, вероятно, казнили. Мать Ануфрия забрали с собой темниковские татары, служившие у Ляпунова, и с той поры о ней не было ни слуху ни духу. Жестоко досталось и Ануфрию, он получил от Прокопия Ляпунова удар чеканом (боевым молотом) по голове и был брошен на съедение медведю. Мальчишку спас какой-то скоморох, который отнял его у зверя. Рваный шрам на икре левой ноги, которую «выел» медведь, и вмятина на голове от удара воеводского чекана подтверждали правдивость этой части его показаний. Ануфрия забрали с собой михайловские казаки и увезли в соседний город Михайлов. Там, у попа Исая церкви Николы Красногорского, он прожил около четырёх лет. Но его злоключения на этом не закончились – во время набега ногайских татар на Михайлов Ануфрий попал в плен. Когда же ногайцы возвращались с захваченной добычей и русскими полоняниками, то на них в Ливенском уезде напали местные служилые люди и его, Ануфрия, «отгромили». «И взял его с погрому к себе ливенец сын боярской Григорей Токмаков». Ануфрий прожил у Токмакова четыре года, затем ушёл от него, женился на Татьянке – крестьянке сына боярского Агея Самойлова – и «жил за ним, за Агейком, во крестьянех лет з десять».

Время шло, у Ануфрия уже было трое детей, страшное и муторное прошлое подёрнулось туманной дымкой и, казалось, навсегда осталось позади. Но в один далеко не прекрасный день или вечер Ануфрий то ли спьяну, то ли в порыве дурной откровенности сказал собеседникам, что он вовсе не крестьянин, а сын самого Ивана Фёдоровича Басманова. Сказанное им весьма походило на государственную измену, в результате Ануфрий очень быстро оказался там, где разбирались дела подобного рода, – в приказном застенке. Но судей интересовали не столько злоключения Ануфрия – в годы Смуты судьбы людей складывались порой гораздо более причудливо и страшно, и история Ануфрия на этом фоне выглядела вполне заурядной. Главное же, что интересовало следователей: «почему он сказывает себя Ивановым сыном Басманова? И хто ево Ивановым сыном Басманова назватца научил, и для какова воровства (преступления), и хто именем?». На что Ануфрий простодушно отвечал, что знает об этом со слов своей матери – Агафьи Ивановны. И тут следствие зашло в тупик – мать Ануфрия давно сгинула в круговерти Смутного времени, и даже если она была ещё жива, разыскать её не представлялось никакой возможности. И только она могла ответить на вопрос, зачем она вбила в голову сыну, что он сын окольничего И. Ф. Басманова.

Впрочем, судьи уже убедились, что злого умысла это дело не несло, стало быть, жестоко наказывать простака не стоило. И если мужик и был в чём-то виноват, то только в скудоумии и в не в меру длинном языке – нашёл о чём, с кем и когда говорить.

Приговор оказался необычайно мягким – ссылка с семьёй в Сибирь в пашенные крестьяне. Имущество Ануфрия было распродано, а его жену Татьянку и детей – Порфирку, Сеньку и Парашку отправили в Москву, закупив на вырученные деньги «платьишка, в чём до Москвы довесть», а также всё необходимое в дороге. Из Москвы всё семейство отправили в Сибирь, где следы Лжебасманова теряются.

Безусловно, ответ на загадку происхождения Ануфрия знала только его мать. Но что самое интересное, Ануфрий вполне мог оказаться сыном И. Ф. Басманова. Можно предположить, что пути Агафьи Ивановны и Ивана Фёдоровича Басманова некогда пересеклись. Отсюда и родилась, в прямом смысле, история о том, что Ануфрий – сын И. Ф. Басманова. Возможно, рассказав сыну о его высоком происхождении, мать надеялась, что это каким-то образом облегчит его судьбу, но в конечном итоге «родство» едва не стоило ему головы.

Источник: Владимир Неделин. Ливенский самозванец. Орловский вестник. № 16 (816), 16/04/2008. – С. 21.

ПРОЕКТ ЗАВОЕВАНИЯ АМЕРИКИ, ПОДАННЫЙ ПЕТРУ ВЕЛИКОМУ
https://www.vostlit.info/Texts...i/text.htm

_________________________________________________________________________

https://www.vostlit.info/Texts...8_1730.htm

Живая женщина, врытая в землю

в 1730 г.

В Брянске, в канцелярию воеводского правления доношение.

Сего 1730 года, августа 21-го дня, в Брянске, на площади, вкопана была в землю крестьянская жонка Ефросинья за убийство до смерти мужа ее. И сего, сентября, 22-го дня, оная жонка, вкопанная в землю, умре.

О сем доносит Брянской канцелярии воеводского правления караульной капрал Игнатий Колосьев. К сему доношению подьячий Степан Лаврентьев, вместо караульного капрала Игнатия Колосьева, по его прошению, руку приложил.

Помета: Отдать к повытью и сообщить к делу, а показанную умершую жонку, выняв из окопу, похоронить, и в колодничьем списку под именем ее отметить, и в Севск в провинциальную канцелярию о том репортовать.

Подполковник Василий Камышин. Приписал Андрей Богданов.

Помета: № 804. Подано сентября 22-го дня 1730 году, записав в реэстр.

Г. Брянск.

Сообщ. А. И. Скиндер.

Текст воспроизведен по изданию: Живая женщина, врытая в землю в 1730 г. // Русская старина, № 6. 1879

© текст - Скиндер А. И. 1879
© сетевая версия - Тhietmar. 2018
© OCR - Андреев-Попович И. 2018
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Русская старина. 1879

https://www.vostlit.info/Texts...y/text.htm

№ 1
1761 г. — Опись имущества, крепостных крестьян и дворовых людей однодворца деревни Экстали Тамбовского уезда Петра Романова сына Белевитинова

№ 2

1761 г. апреля — Опись имущества однодворца деревни Ольшанки Тамбовского уезда Василия Серебрякова

https://samlib.ru/k/kartashow_...o269151990
Карташов Александр Сергеевич
История древнейшей русской фамилии - Карташовы

Фрагмент.
"С Елецкими детьми боярскими Карташевыми, между прочим, связан один занятный исторический эпизод, характеризующий насколько центральная власть в России не только сегодня, но и в прежние времена была оторвана от реальных процессов, происходящих в подвластном обществе (О.Ю. Куц "О связях населения южнорусских городов с донскими казаками"). В конце сентября 1627 г. к югу от г. Валуек (на речке Ураевой) производилась "посольская размена" (обмен послами) с крымскими татарами. В это время из степи со стороны Дона неожиданно появилась значительная группа русских людей. Москва в дипломатической переписке с Крымом постоянно утверждала, что на Дону живут только "воры" - беглые преступники, и за их самовольные набеги на татар Русское государство не может нести ответственности. Поэтому татары, приняв людей за донских казаков, перегоняющих на Валуйки захваченных во время набегов на Крым лошадей, немедленно вступили с ними в бой.

Столкновение было приостановлено посланным от русской дипломатической миссии казачьим головой Ю. Чуфаровским, который привел этих "прохожих" людей на русский стан. На поверку, оказалось, что донских казаков среди них было всего 9 человек во главе с атаманом Андреем Степановым (прозвище Полупанов), которые ехали с Дона в Москву с войсковой отпиской и 34 лошадьми, тогда как 47 человек были вовсе не донскими казаками, а жителями различных южнорусских городов, которые возвращались после поездки на Дон с товарами и вели с собою, в том числе, и целый табун из 122 лошадей. Факт контрабандной переправки казачьей военной добычи в пределы Российского государства был налицо. Татар, конечно, заверили, что эти люди - вовсе не донские казаки, однако отрицать сам факт поездок на Дон "торговых людей" из русских городов было невозможно. В итоге часть перегоняемых лошадей отдали татарам, а виновных в "воровстве" обещали жестоко наказать.

Для проведения сыска о торговых связях южнорусских городов с донскими казаками в Елец и Воронеж был послан дворянин Иван Тургенев, в Курск и Белгород - Никита Беклемишев; в прочих городах (Ряжске, Калуге, Серебряных Прудах, Скопине и Белеве) сыск был поручен городовым воеводам. Планировался повальный розыск людей, ездивших в разные годы на Дон. При этом Москву интересовали все подробности поездок к казакам: 1) время поездки; 2) по чьему разрешению была предпринята поездка - по грамоте из какого-либо приказа, с разрешения местного воеводы, или вовсе без разрешения; 3) причину поездки и характер товаров; при этом в Москве особенно интересовались, не посылали ли на Дон своих товаров воеводы из городов; 4) как распорядились на Дону привезенными товарами и долго ли оставались там; 5) участвовали ли в казачьих походах на море, на крымские улусы, в нападениях на турецкие суда под Азовом, а также в грабежах русских торговых караванов на Волге; 6) какую добычу получили; 7) куда дели награбленное имущество и лошадей (Сыскное дело о нападении донских казаков и разных городов всяких чинов людей на разменного мурзу князя Мустафу Сулешева с товарищами и о воровских походах их на море и на крымские улусы от 1628 г.// Описание документов и бумаг, хранящихся в Московском архиве Министерства юстиции. Кн. 15. М., 1908. С. 48).

Из допросов выяснилось, что ежегодно по весне в Воронеже и Белгороде формировались караваны судов ("будар"), которые затем отправлялись вниз по Дону и Северскому Донцу в область казачьих городков. Воронеж и Белгород являлись в то время последними крупными поселениями на упомянутых реках, и сюда заранее съезжались люди из других южнорусских городов. Выяснилось также, что многие ездили по "отпуску" (то есть разрешению) воевод и других местных властей (в частности, стрелецких голов). Обычно людей отпускали до Воронежа и Белгорода, а уже в этих городах они получали разрешение непосредственно для поездки на Дон. При этом давались специальные документы для предъявления на степных сторожах и заставах - "подписные челобитные" (в Воронеже) и "проезжие памяти" (в Белгороде). Жители Курска показали, что перед поездкой к казакам в Белгороде платили таможенные пошлины ("явки"). Немало людей ездило на Дон и без разрешения ("самовольством"), особенно те, которые отправлялись не со своим товаром, а в гребцах.

По показаниям жителей Ельца, подобные поездки стали возможны лишь после "Московского разоренья" Смутного времени, а в предыдущее время на них существовала "крепкая заповедь". Так, привлеченные к сыску жители г. Зарайска оправдывали свою поездку тем, что "тогды хаживали с украинных городов многие люди на Дон, а заповеди государевы о том не слухали". Жители Белгорода также показывали, что "в торговле с козаки государевых заказных грамот с Москвы в Белегород не бывала". Впрочем, и разрешения на поездки к казакам тоже не было, что и давало властям формальное право на проведение сыска.

Большинство едущих на Дон людей везли с собой "продажный запас" (как правило, пшеничную или ржаную муку, различные крупы, сухари), кроме того - вино и мед, а также ряд других товаров; некоторые просто нанимались в гребцы за плату. Немало людей ездило к казакам одновременно и для заработков - чаще всего упоминаются портные и сапожные мастера, встречаются также мастера серебряных дел, кузнецы, можно было печь для продажи калачи или, наконец, косить у казаков сено из найма. Попы и дьяконы получали плату за службы по часовням. На вырученные деньги покупали лошадей (чаще всего для последующей перепродажи), на которых и выезжали через степь станицами (то есть отрядами), нередко насчитывавшими 50-100 человек, обратно в города. Возвращались также и судами. Подобные поездки на Дон были делом далеко не безопасным. Караваны судов, отправлявшиеся на Дон, были организованы по-военному - во главе с выборными атаманами и есаулами. Известны случаи разгрома таких караванов татарами и запорожскими казаками, - вдоль путей по Дону и Северскому Донцу отряды запорожцев часто рыскали с целью грабежа "торговых людей", а при случае не щадили и донских казаков.

Из участников инцидента под Валуйками жителей Ельца было больше всего - 21 человек; из них было найдено только 15. Как удалось выяснить Тургеневу, под Валуйки на самом деле пришло не 47, а около 90 человек, часть из которых сумела затем как-то "ухорониться" при переписи. Среди прочих "воров", было обнаружено семь ельчан, живших ранее "на Низу" в верховых казачьих городках (в основном по два-три года) и неоднократно ходивших оттуда для грабежей на Волгу. Это - "дети боярские Ефрем Карташев, Михаил Логинов, Лука Селеменев, Василий Лыков, сын сына боярского Лазаря Комонина - Севастьян Комонин, зять некоего Тита Руднева Дмитрий Мущинка, крестьянин сына боярского Сергея Щербатого - Дмитрий Кляжник (РГАДА. Ф. 210. Приказной стол. Стб. 31. Л. 192, 195, 27). Из них четверо - дети боярские, двое - родственники елецких служилых людей, один - помещичий крестьянин. Зная, кто был испомещен в Ельце в 1593-1594 годах, нетрудно догадаться, что промышлявший грабежами в 1627 году Ефрем был одним из многочисленных к этому времени елецких потомков Еремея и Севастьяна Карташевых - детей боярских псковского происхождения, которых с полным правом можно отнести к первым носителям этой древнейшей русской фамилии. "

Информация из различных источников, которая встретилась мне в процессе поисков своей родословной, но не вписалась в мои темы).