Свадебные обряды Челябинского уезда

В должность дружки выбирается обыкновенно какой-нибудь специалист по части свадебных обычаев, умеющий предохранять от глаза и порчи злых людей. Дается полная вероятность здесь рассказам, что в прежние времена случались превращения молодых и всех поезжан в волков-оборотней, если только дружка не знает своего дела. теперь об этом не слышно, но бывает, что молодых иногда портят: пускают по ветру болезнь, или же проделывают разного рода фокусы, обморачивают, например, пожаром или наводнением. В избе поднимается страшный переполох; все бросаются к двери, но двери оказываются запертыми. Гости бьют окна и вылезают в них. Потом, конечно, все убеждаются, что это был напущен морок (обман зрения).
Иногда подшучивают и над самим дружкой. Раз был такой случай: дружка по приезде молодых из церкви в нарядном платье своем взял метлу и давай подметать двор. Сколько его ни упрашивали, а он все метет. Так без него пир и прошел. После такой оказии дружка этот оставил свою профессию.
Дружка, знающий хорошо свое дело, конечно, не допустит таких проделок. Он сейчас же заметит, если что неладно (под словом неладно понимается умысел злого человека – чары). Для этого у него есть своя примета. Он, например, посматривает иногда на кусочек воску, положенный им на божнице (к образам). И если воск растает, то он уже и знает, что ему нужно делать. От урочиванья или по каким другим причинам, дружка, как это и нынче большею частью водится, каждому поезжанину налепляет на крест по кусочку воску, также прилепляет его где-нибудь в воротах.
Как-то одна женщина пришла с недобрым делом на свадьбу (т.е. хотела испортить молодых) и уселась на лавку под матицу (обонированное место колдунов). Дружка заметил ее и говорит: знаю, голубушка, зачем ты пришла; посидеть здесь… Молодых обвенчали, и вся свадебная церемония кончилась, а женщина эта все сидела на лавке, как будто приросла к ней. Наконец дружка сказал ей: где я бываю – туда не ходи, и свел ее с лавки.
Иной раз, и это всего чаще случается, только что поезд двинется за ворота, дуги у лошадей и перелопаются все. Нечего и говорить, что крестьяне совершенно уверены в знахарстве дружек. Но мне кажется, что редкий из них не верит в силу своих наговоров и употребляемых на каждый случай особых приемов, которым поучаются преемственно от мудрых мира сего. Я спрашивал одного крестьянина, который ходит по дружкам и слывет на селе за малого честных правил: нельзя ли обойтись при свадьбе без знахарства; «Нет, говорит, на свадьбу спроста не суйся, а то так подведут, что всю жизнь будешь каяться».
В день свадьбы, прежде чем ехать к невесте, посылается дружка с полудружьем (полудружье – помощник дружки; в эту должность выбирается кто-нибудь из родственников жениха) узнать, как говорится, исправна ли невеста, а во второй раз отвозят к ней мыло и зеркало. Потом за ними следом приезжают девушки и приглашают жениха к невесте. Отец и мать благословляют сына образом и хлебом с солью, после чего он и отправляется к невесте. Впереди едет дружка с полудружьем, за ними жених с тысяцким (тысяцким обыкновенно бывает крестный отец), а дальше все званые на свадьбу родные.
Если невеста живет в другом селении, то весь этот поезд предварительно заезжает к кому-нибудь из ее родственников. Прежде чем попасть к невесте, соблюдаются следующие формальности: завидевши поезд, невестины родственники запирают ворота. Дружка подходит и стучит черенком кнута, приговаривая при этом: Господи Iисусе Христе, Сын Божий помилуй нас! Из-за ворот ему отвечают: аминь святой молитве, и спрашивают зачем приехали. Получивши ответ, что за невестой, родственники ее все-таки ворот не отворяют, а выряжают сначала угощение для себя и пьют вино на улице. Потом поезд въезжает во двор, дружка идет в избу и говорит, обращаясь к свахе: пожалуйте к нашему новобрачному князю молодому (жених до обвенчания еще величается новобрачным); она со стаканом в руке выходит встречать гостей и становится на разосланную (sic) перед крыльцом кошму.
К ней подходит сваха с невестиной стороны также со стаканом; обе кланяются одна другой, просят выпить вина, но несмотря на обоюдные поклоны, ни та, ни другая не принимает вина. Дружка при этом подшучивает над ними, вымеривает между ними расстояние кнутом и комически упрашивает: «свахоньки-голубушки, сходитесь, не ломайтесь, не церемоньтесь, - ну еще манехонько», и наконец сводит их и заставляет выпить.
После такой процедуры невестина сваха приглашает гостей в избу. Тут устраивается церемониал такого рода: вперед всех идет дружка, он подает руку тысяцкому, тысяцкий ведет жениха, за ним сваха, полудружье, и все поезжане также берутся за руки и гужом входят в избу, причем всякий крепко держится за руку соседа, чтобы составленная таким образом цепь не разорвалась, и в полной уверенности, что от несоблюдения этой формальности недобрый человек может жениха изурочить или, как говорят, схизнуть (испортить).
Жених с поезжанами по приходе в избу размещаются за столом, но никто не садится. Стол бывает уставлен разными закусками, как-то: орехами, пряниками, сладкими стручками, и тут же щи и жаркое. Невеста, как и в рукобитье, остается в куте с подругами. Женихова сваха несет к ней стакан вина на подносе и кладет на нем денег, как говорят, на косу (коп. 3), невеста, хотя и берет стакан, но сама вина не пьет, а передает обыкновенно любимой своей подруге, по правую сторону. После этого сваха выплетает у нее из косы ленточки, называемые девичьей красотой, и кладет их перед женихом на тарелку. Девушки идут за ней и выкупают девичью красоту. Они просят жениха отдать ее им и потчуют его вином. Жених, принимая стакан, кладет на поднос ленточки и идет к невесте в кут, там немного отпивает из стакана и кладет денег в него, а потом, поцаловавшись с невестой и со всеми ее подругами, уходит снова на свое место за столом.
Под припев песен девушки обходят всех поезжан с угощением. Причем каждый, выпивая вино, цалуется со всеми девицами и также кладет в стакан денег: кто меди пятак, а другой – потароватее, выложит и серебра гривенник.
Затем следует раздача даров от жениха невестиной родне. Дружка по очереди каждому из родственников подает на подносе дары – пряник, кральку (хлеб в виде витушки) и мыло, в этом порядке именно уложенное одно на другое, сопровождаемый полудружьем, который подносит вино и пиво. Сначала обдаривают отца с матерью, и если выряжены были сапоги, то их вместе с дарами ставят на поднос. Дружка раскланивается сперва, сотворит молитву и потом отпускает каламбуры в таком роде: «ножки с подходом, ручки с подносом, голова с поклоном, язык с приговором – пожалуйте принимать от нашего новобрачного князя молодого подарочки».
Тот, кому подносятся дары, отвечает: аминь святой молитве (кстати заметить здесь, чтобы после не повторять, что ответ этот дается при молитвовании всякий раз) и прежде, чем взять подарки, раскланявшись с женихом, который, стоя за столом, тоже кланяется ему, пьет вино или пиво, причем дружка обыкновенно приговаривает: «пейте пиво-вино, сладким пряничком закусывайте, белым мыльцем умывайтесь белехоньки». Дальше следуют дары от невесты жениху и всем поезжанам с его стороны: каждому по платку, свахе дарится на рукава холст, да дружке на невыразимые, которые разносят сестра невесты или сноха, тоже с молитвой. При этом каждый принимающий подарок кладет на поднос денег.
По окончании даров отец ведет невесту за стол, отдает ее руку жениху и говорит ему: «как я кормил, так и ты корми, держи, как я держал, про себя учи; я учил, не знаю, ладно ли выучил». После такого постановления он потчует всех поезжан до трех раз. И, когда он всех обойдет, как говорят, три рядовки, дружка обращается к отцу и матери: «Благословите, батюшка и матушка, в путь-дорогу, к божьей церкви под златы венцы». Жених с невестой благословляются образом и хлебом с солью. Причем они кланяются по три раза в ноги отцу и матери, и в то время, как их благословляют, они остаются на земном поклоне, т.е. лежать на полу. После благословения все усаживаются по своим местам, а через несколько минут встают и выходят из избы в том же порядке, как вошли, с той только разницей, что жених ведет невесту.
На дворе он усаживает ее в телегу или в сани вместе со свахой, а сам опять едет с тысяцким. В воротах все крестятся, то же повторяется и на каждом перекрестке. Невеста в церковь и потом к мужу в дом едет закутанная, за исключением, конечно, венчания, до тех пор, пока не сведут ее с молодым на потклете (особая комната-кладовая). Во время обряда венчания дружка с полудружьем едут к невестиным родителям звать их к молодым. Кажется, вещь очень простая, но и тут дружка выдерживает такт: наш новобрачный князь молодой выезжал с честным поездом, - с храбростью, что не похитил, не изломал ли, чашечки или ложечки. Если ответят ему, что изломалось что-нибудь, он потчует своим вином (дружка во всех случаях возит вино с собой); потом садятся за стол и тут уже самих их потчуют. При отъезде приглашение делается в такой форме: сватушка и свахонька, милости просим к нашему убожеству на пировочку.
Когда молодые приедут из церкви домой (т.е. к мужу в дом), их встречают девушки с песней, называемой соконы, т.е.:
Соконы, соконы, кого поймали? (называют невесту)
Правое крылышко заломали…
Дружка идет в избу и вызывает отца с матерью: пожалуйте к нашим новобрачным с благословеньицем. Они выходят и на дворе благословляют молодых образом и хлебом с солью. После чего все входят в избу и садятся за стол, на котором ставят, как непременную принадлежность свадебного стола, рыбник, т.е. пирог с рыбой. Перед молодой развешивают какую-нибудь занавеску, сваха заплетает ей две косы и надевает шашмуру (род чепца, какой носят постоянно замужние женщины; между ними считается вообще грехом ходить простоволосыми, т. е. с непокрытой головой, без шашмуры). Потом подают ей зеркало и гребень, и она причесывает мужа, раскрывается немного, оба через плечо смотрятся в зеркало и цалуются.
Дружка с полудружьем угощают всех поезжан – бояр, как их называют; один из них наливает, а другой разносит вино. Сначала потчуют отца с матерью; они желают молодым жить в мире да в согласии, любить друг друга и почитать их, стариков, и затем уже –
всех поезжан, которые поздравляют молодых с законным браком. Обойдя таким образом всех, дружка говорит: батюшка и матушка, благословите наших новобрачных отвести на спокойна кровати дубовыя, на перины перовыя, на подушки пуховыя.
После чего все без исключения идут на потклеть. Молодая раскрывается и снимает с себя верхнее платье – шубу или кафтан. Кстати заметить: никто из присутствовавших не разоблакается, т. е. не снимает шубы, хотя в избе страшная жара от множества народу. Кроме поезжан, толпится всегда много посторонних, приходящих из любопытства, а ребятишки целыми кучами набиваются на полати. Впрочем, если кому уж очень жарко, то выходят прохладиться на двор, но большею частью эти выходы случаются по каким-либо другим причинам, а не ради одного только прохлаждения, например, хорошо ли привязана лошадь, есть ли у нее сенцо и пр.
Дружка передает молодому складницу графин или полуштоф, а молодой – поднос со стаканом, и они уже сами потчуют поезжан вином. Но вино это не простое, а наговоренное уже от урока. Дружка приготовляет его заранее, что-то пошептав над ним и поплевав в горнышко (sic) и по сторонам. Молодая подносит вино сначала свекору и свекрови и говорит: батюшка и матушка богоданные, искушайте; причем оба молодые кланяются в ноги и не встают с пола до тех пор, пока угощаемые не выпьют вино. С такими же земными поклонами потчуются и все бояре-поезжане.
Нередко угощаемый прежде, чем выпить вино, разводит балясы, а молодые все время лежат у ног его. Иногда их заставляют обниматься и цаловаться. После угощения молодая раздевает мужа, т. е. снимает с него верхнее платье, а потом разувает. Процесс разувания сопровождается особенностями такого рода: предварительно сотворив молитву, молодая начинает стягивать с ноги сапог, молодой в это время сгибает ногу; побившись напрасно, она цалует его, и сапог потом легко снимается, причем из него выпадывает кнут. Молодая спрашивает мужа: «Что это (называя по имени-отчеству) у тебя?» Муж отвечает: «Гроза». – «Куда же ее положить?» - «Положи на кровать». И она кладет кнут на кровать. При снимании другого сапога повторяется та же история, но из него высыпаются деньги, и молодая собирает их с полу. После разувания дружка укладывает молодых на кровать, а молодая так же, опять с молитвой, просится у него на квартиру и получает ответ, что сена нету, потом говорит: пусти меня на постельку, на что муж отвечает: милости просим, и она ложится к нему на кровать. При этом все поезжане уходят, и остается один дружка.
В то время, как молодые покоятся в клети, в избе идет пир горой, иногда до утра. Поезжан, кроме вина, угощают чаем, варят для них пермени (sic). Все пляшут, поют, потом разъезжают по деревне с песнями, опять возвращаются и принимаются за то же, пока хмель не свалит с ног.
Утром на другой день дружка идет проведать молодых и спрашивает: здоровы ли спали, на ручке ли почивали? Потом уходит от них и велит полудружью топить баню. И зовет сваху идти в клеть поздороваться. Молодые в это время уже встали с постели. Сваха осведомляется о здоровье и благополучии их. И затем все приходят в избу, где по команде дружки поезжане начинают колотить кринки, кричать и пр.
Когда баня истопится, дружка обращается к отцу и матери молодого: батюшка и матушка, благословите в баньку сходить, обмыться, очередиться и снарядиться. И тут же приглашает в баню мать: пожалуйте с новобрачными тем же путем, а потом ведет в баню молодых. Когда они вымоются и выпарятся, дружка пускает в баню сваху, как говорится, пеленать ребенка. Из грязного белья молодых сваха делает наподобие ребенка куклу и спеленывает ее. Дружка не выпускает из бани сваху, пока она не даст варварки плетки (пояски, которые подвязывает полудружье).
Свекровь, нарядившись в шубу на выворот и подшароварившись (т. е. заправив шубу в штаны) садится на санки, и полудружье с боярами везут ее в баню. Но во время такого путешествия несколько раз вываливают ее, забрасывают снегом. А если это случается летом (тогда путешествие совершается на тележке), то купают в озере. Отделывается она от таких проделок обыкновенно вином, которым поит своих нескромных лошадок, и, наконец, добирается до бани. Здесь сваха подносит ей куклу: на – ко, богоданная матушка, тебе от снохи ребеночка. И потом дарит ей рубашку.
Свекровь надевает рубашку сверх шубы и, взявши куклу, садится на санки и возвращается так же, как приехала. Входя в избу, говорит гостям: Слава Богу, сынка Бог дал! И подбрасывает куклу на руках.
А. Божко
Оренбургские губернские ведомости, 1869 год, №14 (5 апреля)

За удовольствие бесплатно читать старую прессу – огромное спасибо Оренб. универс. науч. б-ке им. Н.К. Крупской.