Пашнины: исторический путь фамилии

Размещаю результаты своего поиска по фамилии Пашнины, фрагменты статьи: Криворотова Ж.А. "Пашнины (опыт генеалогического поиска)".

Фамилия Пашнин, скорее всего, произошла от диалектной формы мужского канонического имени Павел - Пашаня, Пашеня.
В «Ономастиконе» С.Б. Веселовского мы находим информацию о крестьянине Пашени, проживавшем в 1624 г. в Курмыше. Крепость Курмыш на р. Суре относится к числу древних русских городов Поволжья. После покорения Казани он стал уездным городом, управляемым воеводами. Ныне это с. Курмыш в Нижегородской области.
Возникает вопрос, почему в более позднее время в Курмыше не зафиксировано наличие жителей с этой фамилией? В.А. Никонов на топонимическом материале показывает, что частота встречаемости фамилии не указывает на место ее возникновения. Часто там, где явление зародилось, оно находится в стесненных условиях, а вырываясь на новое место, получает простор и становится преобладающим.
Мы не можем знать, был ли крестьянин Пашеня уроженцем городка Курмыша или пришлым элементом. 1624 год: прошел едва лишь десяток лет со времени окончания великой русской Смуты, когда Россия еще залечивала ее раны. Смутное время так всколыхнуло народную массу, что последствием этого стали массовые потоки «гулящих людей», перемещающихся на восток, на большие расстояния от родных мест.

Попробуем спроецировать фамильные гнезда Пашниных рубежа XIX – XX вв. на данные переписей XVII – XVIII вв.

Из Переписной книги 1720 г.:

«Починок Великополья.

Во дворе крестьянин Стефан Осипов Пашнин з детьми и з братом и со внучаты и с племьянники и задворным зятем. У них пашенная земля…, на пожне сена ставится по 200 копен на год»
// А. И. Туркин. Топонимический словарь Коми АССР. Сыктывкар, 1986. // http://dutum.narod.ru/pages/p03.htm

Великополье (Польле) - деревня в сельском поселении Пожег Усть-Куломского р-на Коми, расположена на левом берегу р. Вычегды. Историческое местоположение: Усть-Сысольский уезд, Вологодская губерния. Близлежащие от с. Великополья населенные пункты: с. Пожег - 7 км, с. Скородум - 11 км, с. Помоздино - 18 км.

Нынешние Пашнины – жители этих мест по национальному признаку идентифицируют себя с коми, но первопоселенцы были русскими. Просто русские крестьяне не создавали здесь своих обособленных от туземцев поселений, а расселились посреди массы коми, поэтому довольно быстро растворились в ней, восприняв язык и культуру коми.

В к. XVII — нач. XVIII в. Вычегда и ее притоки активно заселялись. В переписи 1720 г., проведенной по указу Петра I, записаны десятки новых населенных пунктов – починков. Одним из таких починков и был Великополье, основанный братьями Степаном Осиповичем и Никитой Осиповичем Пашниными. По преданию, они были беглыми крестьянами с Поволжья, родом деревни Великополье. На новом месте именем родной деревни и назвали свой починок.

Если с уважением отнестись к данному преданию, несмотря на не подкрепленность его ныне никакими документальными источниками, то стоит внимательно исследовать топоним Великополье.

Так могла называться деревня, окруженная большими полями или географически находящаяся выше по отношению к еще другому полю. Дело в том, что в старом русском языке слова "Верхний" и "Великий" были синонимами, а в географических названиях их противопоставляли слову "Нижний".

Всего известно 11 населенных пунктов с названием Великополье. Одно из них на Украине, два – в Белоруссии, остальные в России (в Псковской, Смоленской, Кировской областях, в Марий Эл и знакомая нам уже в Коми). Из них к «приволжским» можно отнести деревни в Оршанском и Советском районах Марий Эл и в Верхнекамском районе Кировской области.

Изучение историй этих деревень приводит к выводу, что первые две, расположенные в Марий Эл, явно не являются теми населенными пунктами, откуда гипотетически могли быть выходцами «вычегодские» братья Пашнины. Дело в том, что это марийские национальные деревни, с небольшим количеством русского населения. А главное, что свои названия «Великополье» они получили уже в XX в., в связи с переводом на русский язык марийского Кугунур (большое поле).
А вот вятская деревня Великополье (Верхнекамский р-он Кировской области) в аспекте нашего исследования как раз очень интересна. Историческое местоположение: Лоенская волость Кайгородского уезда Казанской губернии. Село Великопольское, ныне не существующее, было расположено в восьми километрах от с. Лойно (Лонья), на высоком склоне в километре по левому берегу от р. Нырмыч, окружено лесами с выходом на Великопольский волок.

Таким образом, наша гипотеза о происхождении Пашниных с поволжских мест (от Пашени из Курмыша и его потомков с Прикамья) подкрепляется определенными косвенными доказательствами. Документальными подтверждениями о том, что в кайском Великополье проживали Пашнины, мы не располагаем.

Однако по источникам известно, что в вятских землях Пашнины точно присутствовали.

Переписная книга дворцовых вотчин Казанского уезда 1710 г.:

«Починок Анкушинский

Во дворе Пашнин» // РГАДА. Ф.350. Оп.1. Д.135., л. 93 об.

К 1780-ым гг. в этом починке проживало 10 человек, он относился к приходу с. Загарье (ныне Юрьянский район Кировской области). В XIX в.

Анкушино называлось селом Крестовоздвиженским (по церкви), позднее Трехключинским (три ключа в селе). Село опустело к 1960-ым гг. и ныне не существует. Анкушино находилось юго-западнее Великополья на расстояние ок. 250 км и северо-восточнее Курмыша на расстояние ок. 570 км, т.е. как бы между ними.

А что же в Чердыни, остались ли там Пашнины?

Обратимся к Переписной книге Чердынского уезда 1678 г.:

«Деревня Лукинская Дуброва а в ней

Вд. Стенка Иванов сын Казанцов у него дети Елизарко да Александрик да Родка да Никонко 8 да Савка 3 у Александрика сын Гришка 4 да у него ж Стенки живет на подворье в другой избе Климка Максимов сын Пашнин». // РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 352, л. 492.

В Переписной книге Чердынского уезда 1707-1708 гг. мы узнаем о судьбе Климентия Максимовича Пашнина спустя 30 лет:

«Деревня Лукинская Дуброва

Двор Степана Иванова сына Казанцова он и с сыном Елизарьем и со внуком Григорьем умре а детиж ево Александр Родион Никон Сава живут в той же деревне в особых дворех а подворник ево Клементей Максимов сын Пашнин сщел тогож стану в деревню Денисову во 196-м году…

Деревня Денисова дуброва а в ней

Во дворе Клементей Максимов сын Пашнин а по скаске ево уроженец он Чердынского уду того ж стану деревни Лукинской дубровы а пришел в ту деревню во 192-м году у него детей Архип 15 лет малоумен земли за ним … сена на Губдорском лугу на 12 копен». // РГАДА. Ф. 214. Оп.1. Д.1468, с. 685 об., 687 об.

Итак, мы видим, что в Чердынском уезде в сер. XVII в. жил Максим Пашнин, если его сын Клим - уроженец чердынской деревни Лукинская Дуброва. Сам Клим прожил в этом уезде всю жизнь. Но его жизненные условия были достаточно бедственны и неустроенны, т.к. долгие годы он

вынужден был жить подворником (т.е. на чужом дворе в работе) и только спустя годы обрел собственный дом в другой деревне Денисова Дуброва. На воспитании у него находился только ребенок – инвалид.

Чердынцы же Пашнины Никита Иванович и Иван Агеевич (родственники Клима?) в силу таких же стесненных обстоятельств, как у подворника Клима, выехали на соликамские земли. Причем, Никита уехал первым (в 1652 г.), на новом, совершенно пустом месте основал починок Яйпальник, выжегши лес под дом и пашню, крепко обосновался там, но не потерял и связи с родней в Чердыни. И спустя 20 лет к нему приехал родственник Иван Пашнин, который через пяток лет уже имел в починке собственный двор с хозяйством, а не жил в качестве бедного родственника.

Наибольшее распространение фамилия Пашниных получила на Южном Урале. Во II пол. XIX – нач. XX в. подавляющее большинство представителей фамилии проживало именно здесь. Это были крестьяне и казаки, потомки Ивана Агеевича Пашнина из Яйпальника.

Читаем в Переписной книге Белоярской Теченской слободы 1719г.:

«Деревня Сугояк

Во дворе Софрон Иванов сын Пашнин пятидесяти пяти лет; у него дети: Дмитрий тридцати лет, Козма двадцати пяти лет, Семён четырёх лет. У Дмитрия дети: Никита четырёх лет, Пётр дву лет. У Козмы сын Григорий году. У Софрона племянник Андрей Григорьев пятнадцати лет». // РГАДА. Ф. 214. Д. 1587, л. 841.

Софрон Иванович Пашнин – это тот самый, что был учтен трехлетним в переписи в Яйпальнике Соликамского уезда. Здесь он уже многодетный отец и даже дед.

Это семейство Пашниных крепко обосновалось на теченских землях, став источником формирования крупнейшего фамильного гнезда, в пределы которого вошли села Сугояк, Бродокалмак, Кошкуль, Осолодка, Заманиха и др.

Известен брат Софрона Пашнина – Григорий Иванович Пашнин (ок. 1670 г.р.). Предположительно их братьями были Самуил Иванович Пашнин (ок. 1680 г.р.), Анисим Иванович Пашнин (1686 г.р.), Агафон <Иванович(?)> Пашнин (ок. 1675 г.р.). Сегодня Пашнины – жители Сугояка – это потомки Анисима Ивановича.

Эта же генеалогическая ветвь Пашниных дала ответвление и в южно-уральские казачьи земли.

В Переписи первопоселенцев Миасской крепости в 1739 - 1740 гг. учтены:

«Дмитрий Сафонов сын Пашнин пятидесяти четырех. У него жена Дарья Степанова дочь сорока пяти; дети: Никита дватцати девяти, Афанасей двенатцати, Афанасий же семи лет, Кирило пяти, дочь девка Марья семнатцати, Ненила шести. У Никиты жена Софья Иванова дочь тритцати лет, сын Григорей году. Родом Исетской правинции, Окуневского дистрикта, Теченской слободы. Дворцовой крестьянин в подушной оклад положен во оной Теченской слободе в дву душах и платил подушные денги по 739 год. В казаки принят майором г-дином Дурасовым». // РГАДА. Ф. 248. Оп. 3. Д. 144. В. Поздеев. Мияская крепость. // ИНФОР. «Ветер времени». № 1 (14), декабрь 2007, с. 71.
...
Сидор Агафонов сын Пашнин сорока лет. У него брат Федор тритцати лет, сын Измаил году. Родом Исетской правинции, Окуневского дистрикта, Теченской слободы дворцовой крестьянин. В подушной оклад
положен во оной Теченской слободе в дву душах и платил подушные денги с 724 года сполна бездоимочно. В Мияскую крепость принят майором г-дином Дурасовым» // там же, с. 73.