Личное

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

На прошлой неделе я наконец-то добрался до родины деда: обычно шумная летом, сейчас пустынная деревенька на берегу безмолвной Оки. Ни шума детворы, ни лая собак. Первое сентября, все уехали в город: остались лишь несколько стариков. Встретил соседей, пообщался: меня они, конечно, вспомнили с большим трудом (а может, и не вспомнили вовсе, лишь сделали вид). Ну ещё бы: когда я гостил у деда в последний раз, мне было лет 12-13.

Мне повезло. Я смотрел на дом, каким я его помнил, дом, который помнит прадеда, деда и помнит меня. Дом, наверное, двадцатых годов постройки. Сколько ещё он простоит здесь? Что взять с собой на память из родительского гнезда? Из паломнических поездок на родину наших отцов каждый, наверное, хочет захватить с собой что-то на память, что-то материальное: горсть земли, камушек с дороги.

Я же сфотографировал во всех подробностях элементы домовой резьбы: наличники, причелины, стенные подзоры. Последние, кстати, время не пощадило: они очень ветхие, некоторая часть уже утрачена, но состояние в целом неплохое. Новые хозяева не обшили дом сайдингом, не перекрасили его, и ничего не сломали. Я смотрел на дом так, как смотрел двадцать лет назад.

С фотографий я сделаю чертежи: это та память, что я сохраню о детстве. Если будет свой дом у меня - вырежу такие же наличники для него, выкрашу их в те же цвета. Круг замкнется.

Фотографии:
1) Вид с Чмутовской горы: справа за деревьями деревня Пруды, на заднем плане перед Окой - Погорелка.

2) Улица Пески в Погорелке, вид со стороны Оки.

3) Дом Мизиных Ивана Александровича и Анны Ивановны.

На фотографии дома Мизиных я смотрел недолго, и, как сам себе обещал, сразу принялся за чертежи. Надо сказать, что кадров, пригодных для работы, оказалось немного: прямо перед домом растут три березы, да и кусты в палисаднике закрывают всю красоту. В отсутствие хозяев, я конечно, через забор лезть не стал: пофоткал со стороны. Жаль, что балкончик перед чердачным окном хорошо снять не получилось: на нём красуется лира - символ искусства. Весьма необычный элемент для дома хлебопашца, как она там оказалась? В итоге одних чертежей мне показалось мало: мне стало интересно узнать названия конструкционных элементов деревянного дома. Кроме того, зная о символизме домовой резьбы, я попытался расшифровать вложенный в орнамент смысл, но, кажется, уловил лишь общую картину. Значение большей части символов осталось загадкой. Увы, но не знаю хорошей литературы по теме: может, посоветуете? Кстати, вот и сами чертежи: они станут украшением родовой книги.

Дом хлебопашца Ивана Александровича Мизина. Уличный фасад:

Дом хлебопашца Ивана Александровича Мизина. Элементы домовой резьбы:

Дед бы оценил мои труды. Я уверен.
И напоследок: просто несколько фотографий дома. Уличный фасад:

Окно избы: наличник крупным планом:

Окно пристройки:

Был у меня такой момент, когда я хотел объединить два своих хобби: генеалогию и нумизматику. Помнится, я хотел поместить под именами пращуров на распечатанном древе футлярчики с монетами-ровесницами предков. Сейчас я рад, что этого не сделал.

Увешанное монетами древо может и красиво, но слишком пошло, как по мне. Мне даже немного стыдно за такую затею.

Так и идут два моих хобби порознь: по левую и по правую руку (генеалогия - по правую).

Одиночество

Такая вещь, как генеалогия, по сути своей, должна объединять людей (семью в первую очередь). Однако моё увлечение не находит абсолютного одобрения в семейном кругу: не противятся, и ладно.

Точно знаю одно: если я задержусь вечером в архиве, дома точно начнут ворчать.

Грустно это!

Осень

Осень для меня всегда была располагающим к архивному поиску временем года. Даже несмотря на то, что в это время архив обычно оккупируют бабушки и дедушки, вернувшиеся с дач. Поэтому - туман, слякоть и тяжёлые облака у меня стойко ассоциируются с запахом бумажной пыли и предвкушением находок, приятных и столь желанных.

По части архивов сейчас все иначе, конечно, и неопределенность полнейшая. Но есть такая шутка: если не можешь идти к цели - ляг, и лежи в её направлении. Сейчас я лежу в направлении Саратова.

О лошадях

Совсем не редкость в Нижнем Новгороде - встретить на улице лошадь. Ребята из конных клубов часто и с охотой развлекают праздную публику. Но всякий раз, проходя мимо лошади (пусть даже мимо пони), я посматриваю на неё искоса. Управление этими животными - недоступная мне материя.

В раскрытом настежь каретнике закладывали тройку в коляску. Кучер Сергей Иванович, в безрукавке, в малиновых рукавах, но в простом картузе, шапочку с перьями он надевал, только садясь на козлы, - выправлял на пристяжной шлею и ругал помогавшего ему Артема:

- Куда ты ей под грудь ремень суешь, невежа! Ведь эта упряжь выездная. Оставь супонь, не касайся. Тебе кота запрягать в лукошко.

- Я безлошадный.

- То-то за тебя и девки не идут, что ты - невежа.

Вот так. Прадед мой, Иван Алексеевич Маркин, кстати говоря, был конюхом. Но способность управляться с живыми лошадьми к правнуку не перешла.

Это будет книга
То, что весь объем информации нельзя оставлять в виде разрозненных папок и отдельных файлов, теперь стало для меня очевидным.

Начать оформление книги я решил с военного периода. Но пока это даже не книга в привычном понимании, а скорее, сборник статей.

Вчера отправил отцу один из своих черновиков на рецензию. Получил мощный фидбэк, чему очень рад. С почином!

Да, кстати . Разбирая события военного времени, испытываю странное чувство дискомфорта.
Меня не покидает ощущение, что я ворошу то, что не надо, лезу туда, куда не нужно. Тяжёлое ощущение.
Местами оно проходит, его перебивают радость от новой находки, новой информации, удовольствие от проделанной работы. А потом опять все по новой. Чувствую, что вышел на какой-то другой уровень исследования. Сил трачу очень много. Нужно выдохнуть.

Генеалогия равно любовь

Вновь зачем-то залез в тему, посвященную проблемам общения с дальними родственниками. И вот что подумал.

Налаживание контакта с вновь обретённой родней — куда более тяжёлый труд, чем составление родословной. Потерпев неудачу проще всего обвинить родственника в недалёкости, не заметив при этом, как сам расписался в собственной неспособности заинтересовать человека генеалогией.

Взаимопонимание и взаимоотношения на то и "взаимо", что направлены в обе стороны. Сферы интересов разных людей тоже разные. Это нормально. Похоже на любовь: при отсутствии взаимного увлечения шансов на успех немного, зато много шансов прослыть ненормальным. Ведь само по себе увлечение генеалогией, как и влюбленность, никого над другими не возвышает, лишь создаёт иллюзию. Это очень, очень личная сфера. И если дверь не открыли, ломиться в неё бесполезно.

Наверное, если бы я случайно встретил сегодня свою первую любовь, она бы убежала на другую сторону улицы.

Молодо — зелено!

Мой первый поход в архив.

Свое знакомство с ЦАНО я начал вовсе не с метрических книг и ревизских сказок. Первые документы, с которыми я работал, были из фонда Р-2223, Государственный мельзавод
№1 им.Калинина треста «Главмука» Министерства заготовок СССР. Необычное начало, да? В те годы меня ещё не манила старина.

Среди личных дел сотрудников я пытался найти карточку прадеда. Надеялся разыскать его фотографию. Тогда я представлял архив как бастион абсолютного знания, цитадель, хранящую всё.
Но на тоненького взять не получилось: я даже карточку не нашёл. Может с годом не угадал, а может она затесалась куда-то: с алфавитом там не всё гладко было. Подумываю вернуться к этим делам ещё раз.

Все дороги в конце концов возвращаются в эту весну.

Сегодня получил бан на канале Елены Херменс за комментарий. Если кто не знает, Херменс это генеалог, которая продаёт своей русскоязычной аудитории "модули курсов по семейной истории", рассказывает про бескислотный картон и восхищается опусами новиопа Чхартишвили, в которых он желает России распада.

Комментарий был следующим (автор текста — Комиссар исчезает: https://t.me/komissarischezaet ).

Наша нынешняя либеральная-проукраинская смердяковщина - это уникальное движение в мировой истории.
Никогда раньше - нигде, ни в одной стране и ни в одну эпоху, - не было такого большого сообщества людей (численностью, быть может, в несколько миллионов), которое выступало бы за военную победу не просто враждебных своей стране сил, но - сил, которые официально запрещают везде, куда могут дотянуться, родной для этого сообщества язык.
Можно найти в истории примеры пораженцев, настроенных против собственной армии и государственной власти. Можно найти много споров о том, какая власть легитимная, и можно ли восставать против нее с оружием, и чье оружие не зазорно взять в руки.
Но никаких других примеров людей, массово настроенных на стирание собственной идентичности на огромных территориях, где эта идентичность и этот язык естественно существовали по триста, четыреста и еще больше лет, - найти нельзя.
Этот удивительный феномен нельзя объяснить одной любовью к прогрессу, Западу, либерализму, международному праву, госсекретарю Блинкину etc.
Не будут китайцы или корейцы, финны или венгры, французы или итальянцы - страстно желать успеха тем, кто запрещает их язык и их культуру там, где они столетиями жили. Какими бы они ни были прогрессивными, но не будут.
Есть только одно внятное толкование этого нехорошего волшебства самоотрицания.
Такое случается - и такое случилось в истории один раз, в силу победы коммунистической партии, - когда элиты государства и общества оказались тотально заменены другими, пришедшими извне людьми, и эти новые, другие люди хоть и усвоили язык и культуру прежней страны, но на более глубоком, подсознательном уровне - этот язык и эта культура по-прежнему для них чужие, и они хотели бы избавиться от чужой идентичности, пусть не в себе, так в своих детях и внуках, избавиться и раствориться во внешнем мире.
Этот процесс грандиозного и уродливого расставания русскоязычных людей с навязанной им обстоятельствами двадцатого века русской идентичностью мы и видим.

Дорогая Лена! У вас, как у любого «борца за мир» и «обличителя поднимающего голову русского имперства» цель не межгосударственное согласие (помирите для начала Палестину с Израилем), а создание помех русскому самосознанию (вы вредители, обреченные на вечное поражение).

(к делу относится опосредованно)