⮉

Нарисуйте свое древо. Бесплатно. Онлайн. [х]

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

VGD.ru

РЕГИСТРАЦИЯ

Войти

Поиск

Раздел Войны и военные » 2-ая Мировая война 1939-1945 гг. » Центральный архив Министерства обороны РФ

Вниз ⇊

Для поиска в ЦА МО РФ нужно установить № воинской части или команды и дату ее отправки.
Читайте рекомендации по поиску https://forum.vgd.ru/post/109/
Бланки анкет-запросов здесь https://forum.vgd.ru/109/10861/

Для поиска пропавших без вести:
Ознакомьтесь с методиками поиска в Альманахе от экспертов: https://disk.yandex.ru/i/uFwWBqOkUXJPgA
Размещение сообщений в темах раздела: https://forum.vgd.ru/2126/
Перед внесением данных на разыскиваемого, проверьте, пожалуйста, данные по:
- https://www.obd-memorial.ru
- https://pamyat-naroda.ru
- по электронным книгам Памяти
- на сайте web.archive хранятся документы о нахождении в лагерях и концлагерях https://web.archive.org/web/20...fl.shtml#2
(Для этого зайдите https://web.archive.org/web/20..._txt.shtml
далее Запросы и услуги / запросы социально-правового характера https://web.archive.org/web/20...ndex.shtml ). Там находятся фильтрационно-проверочные дела бывших заключённых.
Важно: все архивы требуют документальное подтверждение родства с разыскиваемым. Если данные хранятся в МВД или ФСБ, то нужно указывать скан паспорта с пропиской.

Электронная подача обращений в ЦА МО:
-через личный кабинет гражданина https://lkg.mil.ru
-в ф-л военно-мед. документов (ВМД) по эл. почте - camo_vmd_3@mil.ru

Что за архив ЦАМО и как в нем работать?

условия работы, проезд, расценки, характеристики отделов + ВИДЕОЛЕКЦИИ НА youtube.com ПО РАБОТЕ В ЦАМО.

← Назад Вперед →

Страницы: 1 2 3 4 5 ... ... 73 74 75 76 77 78 Вперед →
Модераторы: Ella, ольга панькова, Gogin10, tatust

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:44

ЧТО, ГДЕ И КАК ИЩЕМ В ЦАМО РФ ?

Это необходимо прочитать всем, кто ведет самостоятельный поиск !

Основным архивом, в котором сконцентрированы документы периода Великой Отечественной войны, является Центральный архив Министерства Обороны РФ (ЦАМО РФ). Документы, хранящиеся в ЦАМО, позволяют получить информацию об изучаемом участке фронта, с приложением карт и схем обороны, огневых участков, направлений главных ударов и мест, где части и подразделения несли наибольшие потери. Большой интерес для исследователей представляют документы о безвозвратных потерях с указанием фамилий, мест гибели и захоронения павших воинов.

Кроме ЦАМО, необходимую информацию можно получить и в других профильных архивах, в том числе, и в местных военных комиссариатах.

1. ПОИСКОВЫЕ АРХИВНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ.

Существует множество архивов, где исследователь может почерпнуть интересующие сведения о Великой Отечественной войне.

Центральный архив Министерства Обороны РФ (ЦАМО) в г.Подольске концентрирует документы сухопутных войск, авиации, политорганов и тыла действующей армии с Г 2 июня 1941 года и по настоящее время. Центральный военно-морской архив МО РФ в г. Гатчина под Санкт-Петербургом хранит документы частей ВМФ, включая береговые, авиацию, политорганы и тыл за тот же период. Архив военно-медицинских документов Военно-медицинского музея МО РФ собрал в своих фондах сведения из всех медицинских учреждений армии; находится в Санкт-Петербурге. Солидную часть документов военного времени, и всю информацию по войскам НКВД в войне, содержит Российский Государственный военный архив (РГВА).

Более подробную информацию как по военным, так и по иным архивам, что могут оказать помощь в работе, читатель почерпнет в Приложении 2 в конце настоящих заметок.

С чего же начинать архивные исследования? Для поездки в архив предварительно нужно знать следующее:
1) период боевых действий на конкретной территории;
2) фронт, номер армии, корпуса, дивизии, воевавших там.

Эти данные легко добываются в любой массовой библиотеке в разделе краеведческой, а также мемуарной литературы или в местном краеведческом музее. Здесь же при удаче можно узнать не только номер дивизии, но даже бригады и полка, фамилии командиров. Нелишним будет посещение местных военкоматов, поскольку их работники после войны весьма часто занимались составлением исторических справок по боевым действиям на своей территории. Конечно, сразу в Ваши руки они вряд ли попадут, но попытка, как говорится, не в убыток, сердца военкомов не из льда и железа сделаны. Иногда для начала работы и последующей поездки в архив оказывается достаточным ознакомиться именно с этими справками.

До 1989 года допуск к работе в ЦАМО производился после длинной цепочки хождения бумаг заявителя. От подачи заявления в военкомат до приезда в архив при пользовании только официальным каналом мог пройти год-полтора.

С 1989 года после неоднократных настоятельных просьб ЦК ВЛКСМ вслед за проведением Вахты Памяти в Мясном Бору Генеральный штаб Министерства Обороны СССР изменил порядок допуска к документам. ЦАМО был наделён правом самостоятельной выдачи разрешения на работу с архивными фондами до армии включительно. В 1989 году первая группа поисковиков смогла впервые прикоснуться к свидетельствам трагедии в Мясном Бору после многих лет поисков в лесах. В числе первых был и Александр Орлов, журналист новгородского радио, брат Николая Орлова.

Для ветеранов войны порядок прохождения инстанций долгое время оставался прежним. Почти не изменился до сего времени и регламент получения допуска для работы над фронтовыми и выше документами . Так, после заявления исследователя в военкомат по месту жительства, последний составляет отношение в Генеральный штаб МО РФ, и если тот не возражает против допуска исследователя к требуемым документам, то в ЦАМО из Генштаба отправляется оригинал разрешения, а в военкомат - извещение об этом. Теперь в пределах периода допуска сроки работы можно согласовать непосредственно с руководством ЦАМО по прибытии на место.

Для работы с фронтовыми документами, на основании извещения из Генштаба и после проверки Вас федеральной службой контрразведки РФ на предмет благонадёжности (да-да, не удивляйтесь, это правило действует до сих пор), в военкомате по месту жительства Вам должны выдать справку-допуск по форме N2 за подписью военкома. При отсутствии справки, даже несмотря на наличие оригинала разрешения Генштаба в архиве, руководством ЦАМО Вы не будете допущены к работе, как бы ни пытались это сделать. Это - непреложное правило.

В случае выдачи справки по форме М2 храните её пуще паспорта : при потере Вы вообще не будете допущены для работы с фронтовыми документами. После окончания срока её действия Вы должны в тот же день сдать справку в военкомат по месту выдачи.

Вам надлежит помнить, что ЦАМО - это обычная войсковая часть со всеми вытекающими отсюда последствиями. Субординация и армейская дисциплина определяют взаимоотношения как военных и гражданских служащих архива, так и исследователей с ними, хотя чисто человеческие нюансы контактов игнорировать не следует.

Читальный зал ЦАМО - это место, где происходит представление исследователя по прибытии, совершение необходимых формальностей, проверка разрешений, справок или выдача допуска и последующая непосредственная работа с хранимыми документами. Вы должны составить заявление на имя начальника архива с указанием цели и темы исследования, фронта или номеров армий, частей и соединений, боевые действия которых Вас интересуют. Рекомендуемая формулировка цели исследования такова: "Увековечение памяти погибших в Великой Отечественной войне".

Формулировка темы может быть сколь угодно разнообразной, но если она связана с поисками на местности, то может звучать так: "Боевые действия и безвозвратные потери N-ской армии (или К-ской части) на территории N-ской области (республики)". При работе с фронтовыми документами тема исследования указана в тексте разрешения Генштаба (на основании поданного Вами ранее при его оформлении заявления в военкомат), и её остаётся только переписать. Рекомендую при составлении заявления в военкомат или напрямую в Генеральный штаб МО РФ тему исследования сформулировать столь обтекаемо, сколь щекотлив исследуемый вопрос. При изменении концепции архивной службы России в сторону рассекречивания документов старше 30-летней давности надобность в обтекаемых формулировках, надеюсь, отпадет.

Справку по форме N2 Вы сдаёте руководству архива на весь период работы. По окончании Вам её выдадут обратно.

После составления заявления, проверки разрешений или оформления допуска на месте. Вам предстоит ознакомиться с приказом N 225 от 1981 года за подписью тогдашнего министра обороны Д.Ф.Устинова. Этот приказ (по состоянию на ноябрь 1994 г.) по-прежнему регламентирует порядок архивной службы армии и работы исследователей. Там, в частности, запрещается выписка в рабочую тетрадь сведений, "...порочащих командный и политический состав армии...", а при совершенной Вами выписке архивистам предписывается по окончании работы их изымать из рабочих тетрадей (вымарывать, вырезать). Как Вы понимаете, при "желании" проверяющего в этот разряд помимо Вашей воли могут попасть любые сведения, характеризующие неблагоприятные для наших войск эпизоды войны, во всем их многообразии, и они могут быть изъяты.

Кроме того, особой оговорки в разрешении на допуск требуют:
а) шифротелеграммы;
б) дела военных трибуналов;
в) дела политорганов, заградотрядов, военной прокуратуры;
г) личные дела офицеров и генералов;
д) дела на особом хранении.

Если такой оговорки нет, то сколько бы Вы ни бились, этих документов Вам не выдадут. Для того, чтобы добиться включения этой оговорки в текст разрешения, нужно убедительно составить заявление в Генштаб при оформлении разрешения, где аргументы в пользу необходимости именно этих документов для Вашей работы не должны вызывать никакого сомнения. Все это до сих пор достаточно сложно для простого исследователя, не работающего по заданию исторического учреждения или не имеющего учёной степени. Тем не менее, пробуйте, кто знает - какие горы Вы сможете сдвинуть!

После росписи в соответствующем журнале Вы попадаете под действие приказа N225 и обязаны его выполнять. Теперь - за дело!

В специальной комнате выдаются описи фондов хранения тех фронтов, армий, частей и соединений, которые Вы указали в своем заявлении и на которые Вам выдали разрешение-допуск. Ознакомьтесь с наличием единиц хранения по описи, внимательно прочитайте названия дел, крайние даты подшитых в них документов, и только вслед за этим заносите в стандартный бланк номера фондов, описей, дел, с указанием названия дела и года. Архивные работники всегда подскажут на месте, как это правильно сделать.

Не беда, если название какого-либо дела никоим образом не созвучно Вашей теме: если Вы чувствуете необходимость его заказа, проанализировав соседние документы, - смело вписывайте в бланк его данные; подчас бывает так, что именно в подобных неявных источниках хранится интересующий материал, поэтому не бойтесь уклониться в сторону.

До 12.00 заполненные Вами бланки заказов дел должны быть сданы архивистам. На вновь прибывших это правило не распространяется. После двукратной проверки заказа бланки переправляются архивистами в соответствующие хранилища, и на следующий день Вы сможете получить дела. Если появилось временное "окно" в работе, рекомендую посетить находящуюся тут же, в читальном зале, обширную научно-справочную библиотеку. Изучение справочных материалов, уверяю Вас, окажется серьёзным подспорьем в основной работе, а некоторые издания станут Вашими настольными книгами. В библиотеке есть такие издания, которые совсем недавно выдавались на руки только тем лицам, кто имел допуск к документам с грифами "Для служебного пользования", "Секретно" и "Совершенно секретно". Многие из них рассекречены лишь в 1993 г. и могут по прочтении Вами произвести эффект разорвавшейся бомбы. Зайдите в библиотеку, не пожалеете!

В случае невыдачи какого-либо заказанного дела Вам нужно обязательно выяснить причину невыдачи. Если это связано с применением архивистом норм приказа N 225, то и в этом случае существует реальная возможность получить дело на руки. Учитывайте человеческий фактор, аргументируйте необходимость дела или апеллируйте к руководству 13-го отдела ЦАМО. Оно может изменить решение архивиста. Главное - уверенность и доказательность.

При ближайшем рассмотрении архивные исследования разбиваются на несколько подразделов:
1.1. Установление характера боевых действий на конкретной территории.
1.2. Определение количества безвозвратных потерь личного состава и вооружения.
1.3. Установление судеб военнослужащих, их отражения в документах.

..................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (5)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:45

ПРОДОЛЖЕНИЕ

1.1. УСТАНОВЛЕНИЕ ХАРАКТЕРА БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ.

Эту стадию целесообразно начинать с изучения журналов боевых действий частей, соединений, армий и фронтов. Затем переходите к боевым донесениям (БД), боевым приказам, приказаниям, распоряжениям, оперативным сводкам (ОС) и, в любом случае, картам. Имея многообразие документов и карт. Вы сможете подступиться к оценке былой обстановки на исследуемой территории вплотную, но - при одном существенном возражении.

Достоверность оценки зависит от перепроверки полученной информации через аналогичные источники соседей выбранной Вами части (соединения, армии), а также вышестоящих органов и подчинённых частей и подразделений. Опыт исследований показывает, что чем далее вверх по инстанции, тем более сильно оценки обстановки рафинировались и приукрашивались, часто выхолащиваясь до вполне безобидных. Точность отображения обстановки командирами зависела от служебной подчинённости и терпимости вышестоящего начальника к неприятным известиям. Исключения лишь подтверждают это негласное правило. Кроме того, весьма часто при анализе донесений соседних частей выясняется, что собственную вину в конкретном деле командиры в своих докладах перекладывают на соседей. Также хорошую сравнительную информацию дают сухие цифры сведений о боевом и численном составе и потерь войсковой единицы в период активных боевых действий. Зная поставленную войскам задачу в боевых приказах, лживость некоторых боевых рапортов наверх при совместном анализе с цифрами сразу становится очевидной.

Важно знать, что для систематизации архивных документов по укрупненным фондам армий и фронтов используется понятие "полевого управления", объединяющее документы всего многообразия родов войск и служб действующей армии. Основными отделами и управлениями воинских формирований, чьи документы отложены в самостоятельные фонды в пределах полевых управлений армий и фронтов, являются следующие (кроме наследия Военных Советов, не входивших в полевые управления):
а) оперативный отдел (управление);
б) управление (отдел) командующего артиллерией;
в) автобронетанковые войска (АБТВ);
г) инженерные войска;
д) ВВС армий и фронтов;
е) химические войска;
ж) отделы военных сообщений (ВОСО);
з) разведотдел (управление);
и) служба тыла, включавшая:
- интендантскую службу;
- санитарную службу;
- службу обеспечения тыла;
к) военная прокуратура;
л) войска связи;
м) особые отделы, части НКВД, позднее органы "СМЕРШ";
н) службы укомплектования;
о) отделы (управления) кадров;
п) отделы боевой подготовки;
р) политотделы.

Описи полковых, бригадных и дивизионных фондов представлены каждая одним томом. В них вместе скомпонованы названия документов всех отделов соответствующих штабов: от оперативного отделения до военной прокуратуры в дивизиях, а также побатальонные дела в полках и бригадах. Дивизионные и бригадные фонды чаще всего состоят из двух описей: в первой упомянуты документы отделов и служб штаба, во второй - дела по учету личного состава дивизии. В армейских фондах хранения каждый отдел штаба, род войск или служба имеют свою опись. То же можно сказать и о фронтовых документах.

Разбиение описи по годам и хронологическое расположение дел внутри каждого года позволяет быстро определить степень нужности документа, хотя случается и так, что интересующие сведения по конкретному периоду вдруг обнаруживаются в деле более позднего времени.

Средоточием сведений о характере и ходе боевых действий являются соответственно: в дивизиях - оперативные отделения, в армиях - оперативные отделы, во фронтах - оперативные управления штабов. За них и принимайтесь в первую очередь.

Документы оперативных отделов и отделений штабов полков, дивизий, корпусов, армий и фронтов, в которых можно почерпнуть нужную информацию о боях, как правило, состоят из следующих видов:
- боевые приказы - приказы на наступление, оборону, передислокацию и т.п.; издавались при радикальном изменении рода деятельности или боевой задачи войскового формирования, когда вышестоящим органом, например, ставилась новая боевая задача, или по независящим обстоятельствам менялась боевая обстановка; боевые приказы подписывались командиром (командующим) войскового формирования;
- частные боевые приказы - документы, развивающие по смыслу предыдущий основной боевой приказ для отдельных структурных единиц войскового формирования и ставящие боевую задачу в его рамках; также подписывались командиром (командующим);
- приказания, распоряжения - руководящие и уточняющие документы по ходу текущей деятельности войскового формирования, не ставящие новую боевую задачу в разрез с боевым приказом; издавались командирами всех ступеней служебной лестницы; подписывались командирами (командующими), а также до осени 1942 г. и комиссарами;
- приказы войскам - документы, объявляющие или объясняющие личному составу войск характер событий или направляющие в определенное русло повседневную жизнь войск (приказы о награждениях, назначениях, праздниках, результатах проверок, инспекций, поощрениях, взысканиях, наказаниях, приговорах судов, высшей мере наказания, с требованиями исправить конкретную ситуацию); подписывались командиром, комиссаром или членом Военного Совета (заместителем по политчасти), начальником штаба;
- приказы, приказания и директивы вышестоящих инстанций;
- боевые донесения - отчеты о боевой деятельности войск, составлямые и подписываемые командиром (командующим) войскового формирования, членом Военного Совета (комиссаром, затем заместителем по политчасти), начальником штаба; периодичность подачи устанавливалась вышестоящей инстанцией, обычно 1-4 раза в сутки, иногда чаще; в боевых донесениях требовалось освещать деятельность всех отдельных частей и соединений, выполняющих самостоятельную задачу (в дивизии - до отдельного батальона, в армии и фронте - до отдельного полка); при сохранении положения войск в сравнении с предыдущим боевым донесением допускалось обобщать его фразами типа "на остальных участках без изменений";
- оперативные сводки - информации в вышестоящую инстанцию о текущей деятельности войск за последний отчетный период; по истечении суток представлялась итоговая оперативная сводка, которая нередко объединялась с боевым донесением; оперативные сводки подписывались начальником штаба и его комиссаром (заместителем по политчасти); частота подачи оперативных сводок диктовалась важностью решаемой задачи, доходя иногда до 8 раз в сутки (один раз в три часа), но обычно до 2 - 4 раз;
- журнал боевых действий - изложение хода боевой деятельности войск с посуточным отражением событий в хронологической последовательности, показом места действия (координат, высотных отметок, населенных пунктов, рек, озер, дорог), боевого и численного состава войск, соотношения сил и средств противников, иногда потерь; описания боевых операций часто выделены в обособленные разделы; ответственным за ведение журнала боевых действий назначался начальник штаба или оперативного отдела (отделения) штаба;
- донесения частей, соединений, армий, фронтов о боевом и численном составе в вышестоящую инстанцию - цифровые данные о наличии на конкретную дату в войсках людского состава и вооружения; военнослужащие распределялись на категории старшего и среднего комсостава, младшего начсостава, рядового состава; в донесениях отражались людская численность по установленному штату и по списку в наличии на отчетный момент; также указывались штатная и списочная численность конского состава; в разделах вооружений, как правило, фиксировались списочные количества табельных видов оружия, снаряжения, средств обеспечения; наличие боеприпасов обычно доносилось отдельным документом; донесения представлялись один раз в 5 дней (полками, дивизиями и отдельными армейскими частями), один раз в 10 дней (армиями и фронтами); подписывались начальником штаба части, соединения, армии, фронта и комиссаром штаба (заместителем по политчасти);
- донесения частей, соединений, армий, фронтов о потерях личного и конского состава (мы подробно коснемся их ниже) в вышестоящую инстанцию; периодичность их подачи та же, что и донесений о боевом и численном составе, с добавлением подачи итогового донесения за месяц; порядок подписи тот же;
- оперативные карты: обстановки, положения войск, развития наступления, оборонительных позиций, сооружений, переправ, войсковых дорог, складов, группировки противника и его оборонительных сооружений, соотношения сил и средств, планов и т.п.
- соответствующие документы нижестоящих инстанций: боевые донесения частей, соединений, армий, фронтов; оперативные сводки; планы наступления, обороны, операций; свод боевых приказов; доклады, рапорты; донесения о боевом и численном составе, о потерях; карты и т.д.

Кроме указанных обязательных видов документов в оперативных фондах могут быть самые разнообразные сведения, так или иначе характеризующие ход боевых действий.

Каждый род войск или служба имели примерно такой же набор обязательных документов, требуемых к составлению и подаче, разве что с поправкой на специфику рода войск (службы). Командующий артиллерией так же, как и общевойсковой командир (командующий), составлял и подписывал боевой приказ по артиллерии, боевые донесения в общевойсковой штаб, а начальник штаба управления (отдела) командующего артиллерией таким же образом подавал оперативные сводки по артиллерии, донесения о боевом и численном составе и потерях частей артиллерии, обеспеченности боеприпасами, имеющихся ресурсах, разведданных артиллерийских разведчиков, артгруппировке противника. Тыловики, например, составляли тыловую сводку, в которой описывалось состояние тыла, обеспеченность продовольствием, фуражом, больничными койками, топливом, обмундированием, наличием раненых в санитарной службе, особенностях их эвакуации, состоянии снабжения, ремонте матчасти и многом другом. Ими в том же порядке составлялись донесения о боевом и численном составе и потерях. Химики подавали сведения о противохимической защите войск, наличии и состоянии противогазов, дегазирующих и дезактивирующих веществ, данные химической разведки, описания химических боеприпасов противника (или похожих на них). Перечислять можно очень долго...

Опыт подсказывает, что только комплексный, не скованный ленью, подход даст результат, адекватный действительно происходившим событиям. И тогда Вы окунетесь в канву событий и станете ориентироваться в них так, словно были их современником. Вы сможете квалифицированно судить о том, что действительно могло быть, а что является придумкой, скажем, недобросовестного мемуариста или военачальника. В процессе работы Вы наверняка столкнётся с документами, которые в силу своей необычности надолго привлекут внимание. Это может увести в сторону от темы исследования, а может дать дополнительную информацию. Понятно, что подобные свидетельства стимулируют интерес к работе, а также обогащают багаж знаний человека. Все, что Вы встретите - Ваше, изучайте и анализируйте.

Если Вы впервые приехали в архив и Вам пока неизвестно ничего, кроме номера армии или дивизии, воевавших на исследуемой территории, возьмите в научно-справочной библиотеке читального зала ЦАМО справочник стрелковых дивизий или общевойсковых армий. В них Вы узнаете структуру указанных формирований, их подчиненность, т.е. вхождение в состав вышестоящих объединений войск в различные сроки. Затем закажите описи дел дивизии или армии. Рекомендую Вам первыми заказать дела именно из армейского фонда.

Поначалу займитесь журналом боевых действий (ЖБД) армии. Если на исследуемой территории воевало сразу несколько армий, последовательно изучите ЖБД всех армий, сравните их сведения, составьте для себя общую картину происходивших событий. Где-то Вы заметите недосказанность, двусмысленность оценок, а кое-где и нестыковку трактовок штабами разных армий одних и тех же фактов. Главное то, что Вы получите собственное представление путем сравнения. Наверняка оно не сразу станет четким и однозначным. Не спешите, всему свое время. Терпение и усидчивость - залог успеха.

Затем закажите дела с приказами и директивами вышестоящих инстанций одновременно с боевыми приказами и приказаниями армии (армий). Изюминка каждого из упомянутых видов документов состоит во взаимосвязи приказов вниз по лестнице подчиненности командования. Вслед за фронтовым приказом издавался боевой приказ по армии, часто попросту дублирующий текст вышестоящего документа. Зная реальный ход боевых действий по ЖБД, Вы почти сразу сможете определить - какой из боевых приказов так и остался невыполненным или не доведенным до конца и почему, а по донесениям о потерях подсчитать жестокую "цену" попыток его выполнения в людских жизнях.

Есть еще одна существенная деталь. При изучении обращайте повышенное внимание на констатирующую часть боевых приказов. В ней почти всегда достаточно полно дается описание положения сторон, географические привязки местности, характеристика сопротивления или наступательных ударов противника, наших предыдущих удачных или, тем более, неудачных действий, о чем иногда совершенно невнятно говорится там, где, казалось бы, должно освещаться полностью, - в боевых донесениях или оперативных сводках. В ЖБД не всегда цитируются тексты боевых приказов и потому, изучив их. Вы для себя получите обзор причинно-следственных связей в боевых действиях: приказ - это первопричина всех действий, успех или неуспех попыток выполнения приказа и их цена - следствие. Зная содержание приказов, цену их выполнения нетрудно определить через изучение других документов. Об этом читайте ниже.

В качестве настольного материала при совместном анализе ЖБД и боевых приказов неплохо иметь оперативную карту за тот период, что подлежит Вашему изучению. Зрительное восприятие театра военных действий на карте позволяет быстро запоминать суть основных моментов боев, короче проходить путь осмысления событий. Подчас условный знак стрелки красным или синим карандашом на карте скажет Вам поначалу больше, чем десяток других документов.

Не забудьте про боевые донесения в вышестоящий штаб. Зная суть боевых приказов войскам. Вы сможете в ежедневных донесениях убедиться в точности их исполнения или, наоборот, степени неисполнения. Кроме того, в делах боевых донесений почти всегда присутствуют доклады о перспективных планах действий войскового формирования, предложения по осуществлению и обеспечению плана вышестоящей инстанции на будущий период, жалобы на нерадивые (вне плана или приказа) действия соседей, объяснения причин невыполнения приказов, срыва намеченных операций и т.п. Из упомянутого любая позиция достойна пристального интереса, поскольку несет в себе конкретную ключевую информацию, но все же - обращайте особое внимание на перспективные планы действий. При одобрении их руководящим штабом или командующим эти планы реализуются штабом войскового формирования в конкретные боевые приказы, частные боевые приказы, приказания, распоряжения. Из усилий по их выполнению и складывается ход боевых действий. Нередок случай, когда начальные планы действий в ходе боев изменяются с точностью до наоборот в результате неожиданных ходов противника или наших просчетов, а то и из-за обычного российского головотяпства, и потому суть этих планов нужно ясно представлять.

Одновременно одобрение плана верхами облекается в форму оперативной директивы или боевого приказа для подчиненных войск (армий, корпусов, дивизий, родов войск). Часто бывает так, что войска уже приступили к выполнению плана своего командующего, а директива сверху поступает в штабы (его и соседей) гораздо позже. Возникают неувязки с соседями или родами войск, особенно если с ними не оговорен план взаимодействия. Таких случаев в боевой практике - хоть пруд пруди, особенно когда один военачальник за какие-то прошлые дела "обижался" на другого. И результатом этих обид становилась потеря лишних человеческих жизней, когда одни, к примеру, наступали, а другие бездействовали, не осуществляя поддержки с фланга или тыла, или огнем.

Не спешите думать, что осмысление упомянутых документов даст Вам полное представление о событиях. А сведения о противнике? Без них невозможно объективно-историческое изучение боев. Их можно почерпнуть в фондах разведки: разведывательного отделения в штабе дивизии, разведотдела - в штабе армии, разведуправления - в штабе фронта.

..............................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (4)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:46

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Типы разведывательной деятельности: войсковая, воздушная, агентурная, стратегическая, радиоразведка.

Войсковая разведка собирала и обрабатывала информацию, добываемую на передовой линии, а также за линией фронта силами общевойсковых командиров и специальных разведгрупп, взводов, рот, батальонов. Сколько издано историй, рассказов, повестей о героических разведчиках, каких только дифирамбов не напето. Действительность же имела другую окраску, вовсе не героическую. Напротив, это опасная и рутинная работа, на переднем крае заключавшаяся в непрерывном ежедневном наблюдении за врагом. Естественно, эффективнее наблюдать из мест, расположенных поблизости от противника. Но ведь и опаснее, враг не дремлет, у него свои "глаза и уши", и тоже работает войсковая разведка. И снайперы. Бинокли и стереотрубы при наблюдении имеют свойство давать на солнце линзовые блики...

Вспомните и такой варварский способ войсковой разведки, как разведка боем. Время от времени при позиционной обороне, когда выявление новых огневых точек противника, которые он тайно построил, было затруднено в силу их бездействия и маскировки, применялись атаки на заранее подготовленные позиции силами от усиленного взвода до батальона или полка. Это происходило для местного улучшения той или иной позиции, но чаще просто для определения местоположения и огневого оборудования новых очагов сопротивления. Неумелость или бездействие органов войсковой разведки покрывались жизнями пехоты - "царицы полей". Одному Богу известно, сколько наших соотечественников полегло именно в ходе таких "разведок" боем, которые назвать иначе, чем запланированным убийством, язык не поворачивается.

В случае с разведгруппами дело обстоит также своеобразно. Во-первых, нужно суметь пройти через линию фронта в тыл врага и, желательно, остаться не замеченным. Затем для заметания следов или для подхода к объекту поиска нужно протопать энное количество километров (обычно, десятков километров) с боеприпасами, вооружением, взрывчаткой, амуницией, продовольствием на плечах, с холодными ночевками под открытым небом, сном в полглаза, едой урывками, на ходу, невозможностью обогреться и просушить одежду и обувь, с переправами через ручьи и реки (а каково в холодное время года?). Группа - у объекта поиска. Информацию можно получить как наблюдением, так и активным действием (хотя и не всегда). В первом случае требуется много времени, во втором удача, т.к. своим действием группа рано или поздно обнаружит себя (взятием "языка", захватом документов, образцов, порчей связи, разрушением объекта и т.д.). Независимо от успеха или неуспеха выполнения главного задания опытная группа получает в пути массу косвенной информации, так же важной для командования. Если группу обнаружили и начато'ее преследование, то вывести группу, донести сведения или доставить языка, становится сложнее вдвойне, т.к. любой выход сопряжен с повышенной сложностью. И опять десятки километров накручиваются под ногами, нечеловеческое напряжение сил, людские потери. Если группа возвращается с невыполненным заданием, то не за горами новое через небольшой срок времени. Вы успели восстановиться после похода? Считается, что разведчики лучше питались и больше отдыхали после заданий. Увы, полагать можно как угодно, но если у группы (роты) старшина не проныра и не пройдоха, то не видать разведчикам улучшенного питания сверх обычного довольствия по нормам НКО. А насчет отдыха - помните часто имевшие место выражения в литературе и кино типа "Отдыхать будем после войны"? В реальности такое положение вещей не было пустой фразой, подобный подход к людям был правилом фронтовой жизни. Много ли останется в строю квалифицированных, опытных войсковых разведчиков после десятка - другого разведпоходов? Факт - немного, и потому текучесть состава в разведподразделениях была очень высокой; присылаемых неопытных бойцов вновь долго нужно было учить премудростям разведки, на что времени всегда не хватало. Качество разведданных оставляло желать лучшего, и тогда пехоту бросали в разведку боем...

Воздушная разведка силами ВВС осуществлялась постоянно независимо от характера летного задания пилоту. Засечение колонн противника на дорогах, железнодорожных эшелонов, скоплений войск, танков, костров, палаток осуществлялось наряду с специальными полетами самолетов-разведчиков. Эта информация обобщалась и анализировалась, затем перепроверялась путем фотографирования или визуального подсчета несколькими пилотами. По результатам воздушной разведки впоследствии часто выдавалось задание войсковой или агентурной разведке.

Агентурная разведка представляет собой сбор информации силами законспирированных агентов, находящихся на легальном или нелегальном положении. Любая литература, будь то отечественная или зарубежная, грешит одной страстью: своих агентов непременно называет гордым словом "разведчик", агента противника нарекает уничижительно - "шпион". Примем на вооружение нейтральный термин - "агент".

На территорию противника агенты забрасывались разными способами, начиная от десантирования на парашюте до цивильного прибытия легальными видами транспорта. В случае открытого, легального, варианта существования агенту разрабатывалась и обеспечивалась "легенда". Степень разработки и обеспечения "легенды" зависела от ценности агента и его задания. Срок действия агента мог быть неограниченно долгим или, напротив, замыкаться несколькими днями. Каждому из них обеспечивались, как правило, несколько способов связи с Центром. Помимо радиосвязи, шифрованных почтовых посланий на скрытую "явку" или нейтральному посреднику, тайников и т.п. использовались связные, роль которых могли выполнять как несведущие о характере передачи люди, так и специально посланные Центром лица. В том случае, когда речь шла о задании в прифронтовой полосе, ими могли быть обычные войсковые разведчики.

Любой разведорган в сфере своей компетенции и зоны работы стремится к созданию разветвленной агентурной сети. Не исключением являются армейские и фронтовые разведки. Все они у нас входили в структуру Разведывательного Управления Генерального Штаба Красной Армии (позднее переименованного в Главное Разведуправление, сокращенно ГРУ, - о нем подробно написал бывший гэрэушник Виктор Суворов в книге "Аквариум"). Агентурная сеть включала легальных и нелегальных агентов, информаторов, радистов, связных, иногда диверсантов. Глава сети - резидент, обычно находился на нелегальном положении. Первейшей задачей агентурной сети любой разведки, включая армейскую или фронтовую, являлся обычный сбор информации, не доступной добыче другими видами разведдеятельности (разновидностью агентурной разведки является стратегическая). Методы работы агентов сети по сбору информации: вербовка лиц противника, подслушивание, кража документов (образцов) или копирование, визуальное наблюдение, внедрение в структуры государственных органов противника и многие прочие...

Радиоразведка - один из немногих в войну, ныне многочисленных, видов технической инструментальной разведки. Состоял в пеленгации специальными приемниками выходов в эфир войсковых и штабных радиостанций противника. Благодаря пеленгации становилось известно о точном месторасположении штабов, наблюдательных или командных пунктах, смене и выводе с фронта частей и соединений, вводе новых, не отмеченных ранее, формирований. Если был известен шифр или кодировка передаваемой информации, то способом радиоразведки противникам становились известными различные ценные детали боевых действий. Особо важные сообщения наша сторона традиционному радиоспособу не доверяла, используя модуляцию сигнала в токи высокой частоты, так называемый ВЧ. Обычному распознаванию без специального дешифратора сигналы ВЧ не поддавались. Они использовались, начиная с звена армия - фронт и выше.

После сопоставления информации, сходящейся из различных источников, разведорганы подавали свои заключения и предположения о возможных действиях противника вышестоящему командованию. Армейская и фронтовая разведки, равно как и РУ Генерального штаба, на основе полученных сведений также постоянно занимались составлением справок о соотношении сил и средств сторон. В нашей действующей армии это обычно делалось перед проведением наступательных действий с нашей стороны, но, вообще говоря, был введен по рядок периодичной подачи таких сведений, который не всегда соблюдался. Ниже мы коснемся таблиц соотношения сил и средств сторон подробнее.

Разведорганы обеих сторон, как могли, пытались обмануть друг друга целенаправленной дезинформацией. Пускались в ход любые методы: от подбрасывания убитым или выдачи ложных документов шедшим в бой бойцам до мер стратегического характера, призванным ввести в заблуждение противника относительно собственных намерений в масштабах армий, фронтов, как с нашей, так и с немецкой стороны. Поэтому не следует удивляться боевым донесениям наверх, в которых командир (командующий) утверждает о наличии перед своим фронтом дивизий противника, на самом деле никогда не появлявшимся там: от дивизии на этом участке могли воевать лишь батальон или даже рота, или вовсе не было никого, а документы с номером ее полка могли быть специально выданы перед атакой военнослужащим другой дивизии или подброшены ранее убитым. Такое встречалось часто. Работники разведотдела, получив из войск подобные документы, сразу поднимали справочник нумерации немецких дивизий и на свое удивление отыскивали новую, ранее на фронте не отмечавшуюся. Доклад командующему (например, армии). Тот в очередном боевом донесении вышестоящему командованию фронта сообщает о появлении частей новой дивизии. Дальше еще интереснее. Командующий фронтом, суммируя такие же сведения от всех своих армий (если они поступили), в Ставку Верховного Главнокомандования докладывает уже о наличии новой дивизии (дивизий). Вместо реальных 6 - 8 имеющихся против фронта дивизий полной номенклатуры и отдельных частей в донесении числятся 13 - 15 полных дивизий. Не беда для командующего, что потом эти сведения не подтвердятся, - чужая сторона как потемки, разведка могла и ошибиться, но этой уловкой можно временно объяснить, например, неудачи или топтание на месте подчиненных войск или собственные ошибки (а там, глядишь, дело поправится). Пример - Волховский фронт, 1942 г., командующий фронтом генерал армии К.Мерецков.

Изучив указанный перечень документов. Вы, надеюсь, составили для себя представление - что, где и когда происходило на исследуемой территории. Теперь настала очередь донесений о боевом и численном составе и о потерях. Рассказу о них посвящен целый раздел настоящих заметок под заглавием "Определение количества безвозвратных потерь личного состава и вооружения", следующий за данным разделом. А пока несколько общих замечаний.

Не полагайтесь на собственную память, при большом объёме изучаемых документов она впоследствии подведёт Вас. Поэтому почтите за лучшее иметь достоверную копию документа или карты. Не ленитесь дословно переписать ЖБД, боевые донесения и оперативные сводки, боевые приказы и приказания. Эти конспекты и копии карт окажут Вам неоценимую услугу при работе на местности, став Вашим поводырём (причём, редко можно сразу отсеять зёрна от плевел, мол, вот это пригодится, а это - никогда.) Опираясь на них, можно предметно разговаривать с местными жителями, которые подчас знают многое из того, чего не сыщешь в архивах, и могут подсказать существенные детали.

Очень часто некоторые периоды боевых действий многих частей, соединений и даже армий полностью не задокументированы. В описях дел часто можно найти такую фразу: "В настоящей описи содержатся документы М-ской части (армии, фронта), которые отложились за такой-то период..." Всё дело в слове "отложились".

Да, документы могли быть потеряны, сожжены при отступлении, выходе из окружения, захвачены противником, утрачены вследствие халатности, аккумулированы в спецхранах бывших НКВД, КГБ, МВД, КПСС, будучи целенаправленно изъятыми из хранилищ военных архивов, кстати, того же ЦАМО. У автора есть немало примеров вышесказанному. Поэтому, уважаемый исследователь, не тратьте время на недоумение, если искомый документ, по Вашему мнению, должен быть в деле, т.к. есть, ссылка на него в других источниках, а Вы его вдруг не обнаружили ни в этом томе, ни в любом другом - документы попросту "не отложились" в доступных фондах хранения. Причин для этого, как мы видим, предостаточно. Остаётся только сожалеть.

....................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (1)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:47

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Среди вышеупомянутых причин отсутствия искомого документа можно выделить причины "естественные" и "искусственные".

К первым относятся те, что связаны с непосредственным ведением боевых действий и ненадлежащим хранением документов в штабных фондах в действующей армии.

Ко вторым следует отнести волевые указания различных инстанций, ведомств и отдельных руководящих лиц по изъятию из уже существующих фондов хранения в штабах или, тем паче, в архивах конкретных документов, так или иначе компрометирующих эти инстанции, ведомства или персоналии.

"Возможно ли такое?" - спросите Вы. Оказывается, не только возможно, а распространено сплошь и рядом. Например, во многих изученных автором документах как Волховского фронта, так и подчинённых ему армий - 4, 52, 59, 2-й ударной за 1942 год. В десятках томов после изъятия ряда документов страницы перенумерованы и подшиты вновь по два-три раза. Первоначальная нумерация в делах зачеркивалась и тем же карандашом рядом наносилась новая. Тем самым нарушалась последовательность подшитых совместно листов.

Куда могли поступать извлечённые с привычных мест документы? Скорее всего, они не уничтожены, в этом государстве существует немало укромных хранилищ, способных принять любое количество нежелательных для исследовательских глаз секретов.

Только отдельные, чем-либо приглянувшиеся разрешительным инстанциям, люди получают ограниченный доступ к ним. Порой им позволяют опубликовать некоторые документы или выдержки из них без указания источника (название архива, фонд, опись, номер дела, лист). И они соглашаются, непосредственным образом нарушая главное правило для автора публикации, - обязательно приводить источник информации, если она цитируется согласно имеющегося документа. Видимо, соображения приоритета первой публикации перевешивают остальные, в первую очередь этические и профессиональные, нормы. Одним из примеров тому могут быть статьи "Судьбы генеральские..." Л.Решина и В.Степанова в "Военно-историческом журнале" за 1992-1993 год, книга А.Колесника "Генерал Власов предатель или герой?"...

Совершенно обособленным являлся поток донесений органов политического руководства. Любая, в том числе и самая малая отдельная войсковая единица, служба, отдел, род войск, штаб имели своего политического руководителя. Поначалу это были комиссары и политруки, имевшие равные с командиром или начальником права по управлению подчинёнными, затем, после упразднения института комиссаров осенью 1942 года, - заместители по политчасти. Ими составлялись донесения, концентрировавшие оценки общего положения на фронте или среди подчинённых, порою весьма критичные и правдивые, чего не найти во многих других документах. В них можно найти сведения о политико-моральном и бытовом состоянии войск, работе отдельных служб и родов войск, решения трибуналов и вердикты Военных Советов. В них же можно обнаружить и полные картины наших провалов с подробным анализом причин и определением виновников, количеством потерь с нашей стороны и противника, без скидок- на ранги, должности и звания. Здесь также находятся изложения хода боевых действий с упоминаниями отдельных отличившихся бойцов и командиров. Не зря очень многие ветераны использовали при написании мемуаров именно политдонесения. В то же время, это обусловило некоторую однобокость трудов, перекос в расставленных акцентах описаний боевой жизни войск в сторону заслуг исключительно политработников и командиров, словно воевали и трудились только они, в отрыве от простых солдат.

Политработники были своего рода политическими надзирателями, исполнявшими круг обязанностей с особым рвением и придирчивостью. Ими жестоко карались провинившиеся. Они же цементировали неустойчивую солдатскую массу. Кроме того, каждый из них должен был олицетворять для подчинённых пример служения Системе. Вот почему инструкции Главного Политуправления РККА содержали категоричный запрет политическим руководителям сдаваться в плен, обязывали их сражаться до конца и заставлять любыми способами делать то же самое солдат, а последнюю пулю оставлять для себя. Широкой публикации подлинных документов политуправлений пока практически не производилось, а они представляют весьма любопытный пласт исторических свидетельств.

Ввиду способности политруков и комиссаров вновь поднять бойцов к сопротивлению в безвыходной ситуации, по опыту кровопролитных боев, в которых немцы несли тяжелые потери от малочисленных групп храбрецов, часто ведомых политруками, при попадании в плен гитлеровцы сразу отделяли комиссаров от красноармейской массы и, как правило, вскоре же расстреливали. С другой стороны, те об этом отлично знали и часто сражались до конца, не уповая на пощаду. Круг замыкается.

Именно благодаря политрукам, их вечным призывам, угрозам и расправам, удавалось держать в руках командования солдат в бытовых условиях, близких к невыносимым, да ещё и бросать их в атаки на дзоты и заставлять гибнуть порой не за понюх табаку (в той же разведке боем).

Есть ещё один любопытный нюанс, связанный с политическими руководителями. Дело в том, что первым в истории Великой Отечественной войны человеком, закрывшим амбразуру пулеметного дзота во время атаки, является политрук роты 125-го танкового полка 28-й танковой дивизии А.К.Панкратов, совершивший свой подвиг 24 августа 1941 г. при атаке Новгородского Кремля. Этот случай получил широкое освещение в войсках в первую военную зиму через систему политотделов, впоследствии всячески пропагандировавших самопожертвование. И если комиссарам это вменяла в обязанность инструкция ГлавПУРа, то остальных они призывали это делать добровольно . . .

Иногда только в документах политотделов, и более ни в каких других, исследователь может почерпнуть информацию по неизвестным событиям. Вот почему доступ к ним до сих пор ограничен, - "порочащие сведения" (хотя, казалось бы, что порочащего в реальных описаниях боев?). Частенько они отложены в общевойсковых фондах, однако, если в названии дела проскочит упоминание о политдонесениях, то получить его будет весьма сложно. Благо, это бывает не всегда, тем более, что желающий ищет возможности, а не причины.

Как поступать, если во взятой описи армии, дивизии или полка нет интересующего дела (например, нет документации за определенный срок) или в заказанном деле нет ничего, что могло бы пролить свет на имевшие место события? Существуют два способа:
1) заказать дела подчиненных частей и подразделений, а в случае их отсутствия, - перейти ко второму способу (так, лишь только батальонные документы частично сохранены; по ротам, взводам, дивизионам и батареям сведений практически нет);
2) последовательно заказывать дела соседей и вышестоящих инстанций - дивизий, корпусов, армий, фронтов (с оформлением допусков) .

При отсутствии информации об окружениях и провалах дивизий и армий ее следует искать в армейских и фронтовых фондах по делам родов войск, службам и отделам штабов и, особенно, в делах политорганов. Недостающие сведения собраны также в фондах оперативного управления Генерального Штаба, Главного Политуправления армии и спецхранов федеральной службы контрразведки и министерства внутренних дел (бывших КГБ и НКВД) в разных архивах. Доступ простых смертных к ним до сего времени практически невозможен, но пробовать получить допуск всетаки нужно.

Случается и такое. При изучении описи М-ской части вдруг выясняется, что в фонде этой части нет ни одной карты боевых действий. Закажите карту из описи соседнего или вышестоящего соединения, армии. Как правило, такое сочетание взаимно дополняет и развивает оба источника, иногда опровергает, что также немаловажно установить. К примеру, в мясноборской эпопее 2-й ударной армии есть прецедент, когда штаб 59-й армии по следам событий составил карту боевых действий не так, как события имели место в действительности, а так, как хотелось их представить командованию 59-й армии, фальсифицируя реальность, благо опровергнуть ложь было некому.

На этом раздел, описывающий особенности установления характера боевых действий, закончен. Резюмируем его особенности в тезисном виде:

1) изучение ЖБД, БД, ОС, боевых приказов, приказаний, распоряжений, разведсведений, других сопутствующих документов;
2) копирование и анализ карт;
3) перепроверка сведений через источники соседних частей;
4) проведение комплексного перекрестного анализа имеющихся документов;
5) память подведёт - дословно копируйте источники;
6) армия, фронт - каждый род войск и отдел имеет свою опись;
7) дивизия, бригада, полк - одна опись на все роды войск;
8) анализ политдонесений;
9) поиск информации в разных архивах.

...............................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:48

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Следующим важнейшим видом исследовательской работы является определение количества безвозвратных потерь личного состава и вооружения.

1.2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОЛИЧЕСТВА БЕЗВОЗВРАТНЫХ ПОТЕРЬ ЛИЧНОГО

СОСТАВА И ВООРУЖЕНИЯ.

Этот вид архивной работы осуществляется путём изучения:
1) донесений частей и соединений о боевом и численном составе (БЧС) и сведений о пополнении;
2) донесений о потерях личного и конского состава.

1.2.1. ДОНЕСЕНИЯ О БОЕВОМ И ЧИСЛЕННОМ СОСТАВЕ.

Прежде всего следует сказать о первоисточниках, на которых основывался весь учет наличия и убыли личного состава. Главными документами, регламентирующими действия должностных лиц армии, являлись Приказы НКО N 450 (декабрь 1940 г.) и N 138 (март 1941г.) соответственно.

В них подробно расписаны формы отчетности, порядок учета, критерии отнесения военнослужащих к тем или иным категориям потерь.

Одной из форм отчетности являются донесения о боевом и численном составе войск (далее - БЧС) по состоянию на конкретную дату. Они состоят из цифровых данных, отражающих штатную и списочную численность по личному составу и вооружению боевых частей, частей боевого обеспечения, тыловых подразделений, частей НКВД, приданных соединений, а также учреждений, численность которых не нормировалась нормами НКО (госбанк, полевая почтовая станция и т.п.).

Донесения о БЧС подавались один раз в 5 дней - полками, дивизиями и отдельными армейскими частями; один раз в 10 дней - армиями и фронтами.

Донесения о БЧС обладают неоценимым свойством. С одной стороны, они отражают качественный и количественный состав наших войск на конкретную дату и, при наличии таких же сведений о немецких силах, дают любопытный сравнительный материал о том, как воевали обе стороны - числом или умением.

С другой стороны, по сведениям о БЧС можно определить потери личного состава и вооружения путём простого математического вычисления по соседним датам (декада, месяц), правда, только тогда, когда есть данные о прибывшем извне в часть, соединение, армию пополнении за тот же период. В противном случае возникает почти непреодолимая путаница, т.к. часто на передовую шло пополнение из тылов войсковых единиц, а также редко где зафиксированные команды, полуроты и взводы. Обратным способом при наличии сведений о потерях по данным БЧС можно довольно точно определить количество пополнения путем несложных арифметических действий. Это делается так.

Вариант первый. Допустим, на 1 января в дивизии числилось 5000 чел., на 10 января - 4500 чел. Уменьшение численного состава произошло на 500 чел. за декаду. Берем донесение о потерях за эту же декаду и в итоговой графе находим общую цифру - 500 чел. Стало быть, уменьшение численного состава по донесениям о БЧС соответствует донесениям о потерях. Вывод - пополнения не было и потери можно перепроверить по данным о БЧС.

Вариант второй. Данные о БЧС те же. Однако в донесении о потерях значится цифра 700 чел. Уменьшение численного состава на 500 чел. за декаду не соответствует сведениям о потерях. Вывод: в дивизию прибыло пополнение в количестве (4500 + 700) - 5000 = 200 чел. или другим способом 700 - (5000 - 4500) = 200 ЧСЛ.

Вариант третий. На 1 января в дивизии числилось 5000 чел., на 10 января 5500 чел. Если Вы не заглянете в донесение о потерях, то неизбежно сделаете вывод о том, что за декаду вроде бы произошло пополнение дивизии на 500 чел. (скажем, за счет прихода двух маршевых рот). И если в донесении о потерях указано, что потерь действительно нет вообще, то Ваш вывод будет верным. Но при наличии потерь, к примеру, тех же 500 чел., что и в первых двух случаях, получается, что пополнение составило 5500 - 5000 + 500 = 1000 чел., т.е. не две, а, как минимум, четыре маршевых роты поступили в дивизию.

Вариант четвертый. На 1 января в дивизии числилось 5000 чел., на 10 января 4100 чел. Уменьшение численности произошло на 900 чел. Смотрим донесение о потерях, а там проставлена цифра в 500 чел. В чем дело? Ошибка? Могла быть и ошибка, но чаще всего причина кроется в передаче личного состава из этой дивизии в другую часть или соединение по приказу свыше, или же в переводе, например, в армейское подчинение отдельной структурной единицы из состава дивизии для выполнения другой боевой задачи. Упоминание об этом следует искать в приказах, приказаниях, распоряжениях командования, переписке по укомплектованию войск.

Вариант пятый. Повторяем ситуацию из четвертого варианта с тем различием, что Вами найдены сведения о передаче в другую часть 400 чел., а численность дивизии на 10 января составила 4800 чел. при потерях в 500 чел. за декаду. Считаем: 5000 - 500 - 400 = 4100 чел. должно быть на 10 января, а в наличии 4800 чел. Это означает, что в дивизию за декаду дополнительно прибыло: 4800 - 4100 = 700 чел. пополнения извне.

Характер и количество вооружений наших войск, зафиксированные в сведениях о БЧС, при наличии аналогичных немецких цифр также дают большую пищу для размышления. Во все периоды войны, включая и самый сложный для нас - первый, реальное количество нашего вооружения в среднем на 1 км фронта было преобладающим над немецким, за исключением направлений главного удара немцев, где им было достаточно довести количество вооружения до равного с нами, и - они чаще всего достигали, увы, успеха. Там, где немцам удавалось создать кратковременный перевес в силах и средствах, для нас наступала катастрофа (начальный период войны, разгром Юго-Западного фронта в сентябре 1941 г., окружения под Смоленском, Вязьмой, Харьковом и др.).

Еще пример. Много писалось об оснащенности немецкой пехоты сплошь автоматическим оружием и ее полном превосходстве в этом смысле над нашими войсками. Мол, немцы поголовно вооружены автоматами, а у нас лишь винтовка Мосина образца 1891-го дробь 1930-го годов. Полноте, братцы! Камня на камне от этих утверждений не оставляют данные о штате немецкого пехотного батальона, другими словами, данные о БЧС с немецкой стороны: людей - 875, карабинов - 592, автоматов - 48, лёгких пулемётов - 36. Где уж тут до сплошной автоматизации!

Другое дело, что автоматчики умело и оперативно использовались немцами при прорывах и охватах наших позиций, в наиболее угрожаемых для себя местах, наводя страх на будущих мемуаристов. И, конечно, с течением времени изменялось штатное расписание частей вермахта с вытеснением неавтоматического оружия. Но ведь и у нас наполнение таким оружием частей с декабря 1941 года шло полным ходом. И данные БЧС с нашей стороны в сравнении с силами противостоящих немцев в таблицах соотношения сил и средств сторон часто говорят о равенстве и еще чаще о нашем превосходстве в автоматике, не говоря о других видах вооружений, особенно артиллерии, минометах, танках. И это в начальный период войны!

Итак, что же было у нас? Как правило, наши войска автоматов имели ничуть не меньше, чем немецкие, особенно в самом начале войны и далее с середины 1942 г. Штат личного состава нашей стрелковой дивизии в среднем был меньше немецкого на 40 %, но количество наших стрелковых дивизий за весь период войны свыше чем в 4 раза превышало количество немецких (прибавьте сюда более 350 наших стрелковых, лыжных, саперных, воздушно-десантных бригад - имея в виду только пехотные части, без учета других). Потому на одну немецкую дивизию в обороне приходилось от 2 до 4 наших стрелковых дивизий, а в наступлении - свыше 3-5 дивизий. Подчеркиваю, одноименных формирований - дивизий, не считая бригад, отдельных полков, батальонов и рот. Сосчитайте количество автоматов и пулеметов при этом соотношении и Вы получите любопытнейшие данные противостояния сторон с весомым креном в нашу пользу. Конечно, если сравнивать только цифры штатного состава нашей и немецкой дивизии, то в начале войны, с июля 1941 г., они кажутся не в нашу пользу. Но Вы не сравнивайте штатные составы, когда дивизии один на один, а сопоставьте указанное выше соотношение. Потому-то платные историки соревнуются в анализе именно штатных составов дивизий в первый период войны, период наших неудач, поскольку этот простой прием затмевает суть событий для неспециалистов, будоражит их эмоции и выплескивает на заказанный путь, мол, конечно, имея такое неблагоприятное соотношение в силах и средствах по штатным составу и вооруженности, мы никак не могли сдержать немцев в первый и второй годы войны.

Только с июля по декабрь 1941 г. в наших войсках по штату действительно количество автоматики было существенно меньшим, поскольку в этот период формировалось более 200 новых дивизий и 100 стрелковых бригад, а потом оно стало неуклонно возрастать и к июлю 1942 г. практически сравнялось с немецким, с июля 1943 г. превзошло в 1,3 раза, а с декабря 1944 г. - в 3 раза. Если привести цифры по личному составу и вооруженности к одному знаменателю - по количеству одноименных формирований в пересчете на расчетную пехотную дивизию, например, по немецкому штату 1942 г. то мы получим постоянное превосходство в среднем за войну не менее, чем в 2,5-3 раза, по автоматике над немцами. Все эти вычисления скрупулезным образом уже давно проделаны в Институте военной истории, военных академиях, в Генеральном штабе, опубликованы ограниченным тиражом в связи с расхождением реальных цифр с пропагандой и находятся пока под одним из грифов ограниченного доступа в хранилищах военных библиотек в том же ЦАМО, РГВА, в академиях и там, где, как говорили раньше, - им "положено" быть.

Предлагаю Вашему вниманию некоторые справочные сведения о штатах и их изменениях, которые приведены в Приложении N 3. В них Вы почерпнете данные об изменениях штатной численности личного состава и вооружения нашей стрелковой дивизии за период 1941 - 1945 гг. и сравнительные характеристики по численности, вооружению, оснащению и возможностям сторон. Там же приведен штатный состав немецкой пехотной дивизии 1942 г. Думаю, каждый из Вас найдет в этих цифрах нечто любопытное, меняющее многие Ваши представления...

Кроме того, при анализе БЧС обеих сторон (сведения о БЧС немцев добывались органами войсковой, воздушной и агентурной разведки) вскрывается не описанный в опубликованной литературе прецедент, имевший повсеместное распространение в военное время. Так, в наших разведсводках и боевых донесениях часто можно встретить горделивое упоминание о том, что нашим наступающим частям противостоят остатки таких-то дивизий немцев, только что разбитых нашими войсками. Страсть к приукрашиванию ситуации владела умами многих военачальников. После некоторого периода нашего наступления из документов становится ясно, что оно не удалось, войска не сумели преодолеть оборону противника, понесли большие потери и сами перешли к обороне. О неудачном исходе действий сведения выискиваются уже по крупицам, чаще всего в боевых донесениях об этом говорится невнятно, если говорится вообще. Поначалу берёт недоумение: как же это остатки разбитых немецких дивизий сдерживали и обескровливали боевые порядки наших пополненных перед наступлением частей? Главным свидетельством и объяснением причин неудачи, помимо донесений о потерях, являются донесения о БЧС.

Так, немцы при потерях пехотной дивизией 50 % личного состава переименовывали её в "группу" и давали ей имя пехотного генерала - командира дивизии. При наличии только 1/3 части штатного состава дивизию именовали "остатками".

Поскольку штатный состав немецкой пехотной дивизии в среднем насчитывает 16,8 - 17,4 тысячи человек, соответственно, "группа" имеет в своём составе более 8 тысяч человек, а "остатки" - почти 6 тысяч.

Сравним с показателями нашей стрелковой дивизии (смотри Приложение N 3). В ходе боевых Действий при неизбежных потерях дивизия теряла большинство боевого состава; соотношение его с обслуживающим менялось, но дивизия считалась вполне боеспособной для обороны, если имела по списку от 3 до 4 тысяч бойцов всех категорий, причем боевого состава могло быть всего лишь до 30 %; для наступления такую дивизию пополняли и доводили её численность примерно до 5-5,5 тысяч человек, реже до 7-8 тысяч, в-основном, пополняя боевой состав маршевыми наскоро обученными ротами .

Из указанного количества людей в таких дивизиях обслуживающий состав насчитывал около половины и более. Боевой состав до штатной численности пополняли редко, обычно имея всего половину штата и меньше. Выучка солдат как боевого, так и обслуживающего состава оставляла желать лучшего. Обслуживающий состав, как правило, в непосредственных боях на передовой линии не участвовал, за исключением кризисных моментов. Эффективность его боевого использования тем более была весьма невысокой.

Вот и получается, что нашим пополненным и считавшимся вполне боеспособными дивизиям с их боевым составом в полштата (т.е. около 3,5-4 тысяч человек) часто противостояли "остатки", численно равные, а то и превосходящие по отдельности каждую нашу часть не только по боевому составу, но и по общей численности. Поскольку для успешного наступления, чтобы сломить устойчивую оборону, нападающей стороне нужно создать как минимум двух-трёхкратный перевес в живой силе и технике, да и этого в описываемом случае подчас не хватало, то очень часто один немецкий "остаток" успешно сдерживал атаки 3-4 "боеспособных" наших дивизий, - уж что-что, а обороняться немцы умели прекрасно. Нередки случаи, когда немецкие "остатки" ничуть не хуже противостояли нашим свежим полнокровным частям, полностью уступая и по личному составу, и по вооружению. Соотношения сил и средств достигали размеров 4:1 и более в нашу пользу, но результат оставался, увы, скромным при наших больших потерях.

Командование наших войск вполне представляло себе суть немецких понятий "группа" и "остаток"; их упорное сопротивление превосходящим советским дивизиям ничего, кроме раздражения и чувства бессилия, не вызывало. "Силен, вражина!" - часто говорили тогда. При встрече в захваченных немецких документах слова "остатки" наши переводчики транслировали его буквально. И коль переведенное слово "остатки" по-русски звучит не вполне солидно, то политруки использовали это обстоятельство при идеологической "накачке" бойцов. Правда, гибли после этого они сотнями, встречаясь с немецкой обороной там, где её вроде бы быть уже не должно, - враг разбит, какие-то "остатки"...

Стоит упомянуть ещё об одной особенности нашей статистики по части анализа БЧС. Это касается как военного, так и послевоенного времени. Кто из нас не помнит таблиц соотношения сил противоборствующих войск в преддверии важнейших сражений войны, что приводятся во всех учебниках истории? Такие же таблицы составлялись оперативными отделами штабов дивизий, корпусов, армий и фронтов с подачи собственных разведорганов. В них подробно расписаны количество людского состава, артиллерия, танки, минометы, самолеты, ручные и станковые пулемёты, даже винтовки.

И вот, анализируя БЧС наших частей и возможности противника на дату составления таблицы, приходишь к ошеломляющему выводу. Оказывается, во всех изученных таблицах по нашей стороне приводились данные о численности только боевых частей (пехота, артиллерия, танки, отдельные минометные части, ВВС) абсолютно без учёта частей боевого обеспечения (связь, саперы, химики, ПВО и т.п.) и без тылов армий и фронтов. В немецкой же графе учитывались все военнослужащие вермахта, до единого человека боевых, обеспечивающих и тыловых частей, сколько их смогла подсчитать наша войсковая и агентурная разведка в сводных цифрах своих донесений. Ведь на глазок определить, кто в немецкой части принадлежит боевому составу, а кто к тыловикам, невозможно, тем более, что немецкие командиры не утруждали себя составлением отчетности для наших штабов, и потому приходилось разведке считать всех, кого удавалось заметить.

Затем в архиве удалось найти и прямые указания о включении в таблицы соотношения сил только численности боевого состава наших частей, соединений, объединений, армий, фронтов.

В результате приведение к одному знаменателю цифр по обеим сторонам дает приращение общей численности наших войск подчас на 30 - 50 %, укрытого от анализа. А ведь именно из частей боевого обеспечения и тылов прежде всего черпалось пополнение в поредевшие боевые порядки на передовую, и уж потом только извне за счет маршевых рот. Потому так легко оказалось сфальсифицировать после войны итоги и ход любой проигранной нами операции или сражения - пойди догадайся, все ли наше войско учтено в таблицах или нет? Привел таблицу - и будь спокоен, никто не разберется в сути, неудача, мол, вполне объяснима, никакой военный гений не смог бы выиграть операцию, поскольку соотношение сил недалеко от равенства. Такими "достоверными" таблицами полны и академические издания, описывающие боевые действия фронтов в войне, и воспоминания военачальников.

Кроме того, не всегда в таблицах соотношения сил учитывались части Резерва Главного Командования или части, временно приданные фронту (армии). Номинально в состав войскового объединения они могли не входить, а реально же полным ходом воевали в тесном взаимодействии с ним. Вот еще один существенный довесок к данным таблиц, о котором молчат учебники и мемуары.

Оперативные отделы войсковых штабов учитывали с нашей стороны только боевой состав в соответствии с действовавшими в войну инструкциями Генерального Штаба. Формально это верно – боевой состав должен непосредственно воевать, обеспечивающий - обеспечивать бесперебойную работу связи, дорог, ПВО, химзащиту, постройку оборонительных рубежей, мостов, жилищ. Тыловики обязаны кормить, одевать, лечить, снабжать боевой состав всем необходимым. Такой подход обязателен в условиях боевых действий, когда нужно трезво оценить - чем мы располагаем, по силам ли нам враг?

Но война закончилась. И что же, историки стали считать соотношения сил и средств сторон по одной мерке? Увы. Разделение общей численности войск в отчетности штабов на три обособленные категории оказалось весьма удобным фактом. При составлении исторических справок и описаний из таблиц достаточно было изъять две последних категории, что и было сделано с ведома Генерального Штаба. И пошли во всю ивановскую гулять по страницам учебников и мемуаров фальсифицированные данные. Вслед за высоким начальством и их трудами, где опубликованы многие заниженные цифры по нашим войскам, за дело взялись ветераны рангом попроще. Им теперь было достаточно сослаться на своих бывших начальников, чем многие и занимались, не утруждая себя тщательной проверкой, и – очередной труд выходил в свет.

Вслед за прославленными победителями настала очередь составителей учебников истории. С враньем генералов и маршалов те решили познакомить школьников и студентов. Результат превзошел ожидания. Труднее всего из реалий войны что-либо доказать именно им, в историческом смысле воспитанным на суррогатах истины.

Если бы приводились истинные данные, то любой школьник сразу сделал бы однозначный вывод о степени талантливости и организованности наших военачальников, погубивших столько людей. Но тим военачальникам ставились и ставятся монументы...

Такая бывает статистика - что-то вроде дышла из известной пословицы.

Резюмируем особенности данного раздела (на примере армии):
а) донесения о БЧС - это сведения о штатной и списочной численности частей в людях и составе вооружения по состоянию на конкретную дату;
б) структура - сведения о боевых частях, частях боевого обеспечения, тыловых, запасных частях и подразделениях вне норм НКО по людям и вооружению, а также суммарные цифры;
в) боевые части: стрелковые, артиллерийские, танковые, отдельные минометные, ВВС, кавалерийские;
г) части боевого обеспечения: связь, инженерные (саперы, понтонеры, дорожники), химики, автотранспортные части, гужтранспортные части, полевое управление армии ( с частями обслуживания, в т.ч. Особый отдел);
д) тыловые части и учреждения: санитарные, ветеринарные, продовольственные, обозно-вещевые, трофейные, политучреждения (газеты, музкоманды, оркестры, клубы), артснабжение, артмастерские, учреждения связи, батальоны выздоравливающих, рабочие части, пекарни, склады разного профиля;
е) подразделения вне норм НКО: полевые кассы Госбанка, полевые почтовые станции, запасные части, курсы сержантов и младших лейтенантов, резерв комначсостава, военторг.

...............................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:49

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

1.2.2. ДОНЕСЕНИЯ О ПОТЕРЯХ.

Что касается донесений о потерях дивизий, корпусов, армий и фронтов, то неглубокое рассмотрение их, конечно, даст некоторое ориентировочное представление о безвозвратных потерях личного состава. Вся беда нашего учёта состоит в том, что это будет именно ориентировочное представление, а не точное знание размеров потерь, и почему это так происходит - мы узнаем несколько ниже.

Приказом НКО N 138 от 15 марта 1941 г. было введено в действие "Положение о персональном учете потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время". Результаты учета потерь сводились в так называемые формы N 2, 2а, 3 списков персональных потерь всего личного состава и умерших от ран в лечебном учреждении и на пути эвакуации, которые штабами полков и отдельных частей один раз в три дня должны были подаваться в штабы дивизий и корпусов, а последними после сверки всех списков в сводном виде донесений о потерях - в Управление по укомплектованию войск Генштаба Красной Армии. Эти донесения по приходу в Москву получали отдельный входящий номер, который позже, при составлении картотеки потерь, проставлялся в именную карточку военнослужащего. Данный порядок был справедлив и для послевоенных военкоматовских донесений.

Цифровые донесения о потерях имели состояли из разделов:
- убито и умерло на этапах санитарной эвакуации;
- ранено, контужено, обожжено и прочие с эвакуацией в госпиталь ;
- заболело с эвакуацией в госпиталь;
- обморожено с эвакуацией в госпиталь;
- пропало без вести;
- попало в плен;
- по другим причинам;
- итого потерь;
- всего.

Все разделы, кроме последнего, включают графы по старшему и среднему комсоставу (от младшего лейтенанта и выше), младшему начсоставу (от ефрейтора до старшины) и рядовым.

Если с первыми четырьмя разделами всё более-менее ясно и они вряд ли требуют специального разъяснения, то следующих трех необходимо коснуться более тщательно.

В соответствии с "Положением..." по приказу НКО N 138 пропавшим без вести считался всякий военнослужащий, о ком через 15 суток после неявки на очередную поверку личного состава его командир не имел вразумительного ответа о судьбе или местонахождении. В течение этих 15 суток военнослужащий считался временно выбывшим, а по истечении их заносился в список безвозвратных потерь по форме N 2 и исключался из списков части с донесением по команде и объявлением о факте выбытия в приказе. Чаще всего это были убитые при наступлении или отступлении, разведке боем или окружении. Засвидетельствовать их смерть в силу разных причин было сложно. Более того, учитывая неразбериху и запущенность учета в войсках, особенно в первый период войны, невнимательность командиров всех рангов в отношении личного состава войск, - это сделать было невозможно.

Списанные в эту графу наши соотечественники до сих пор тысячами устилают поля былой брани, не преданные по-христиански земле. Бывало и так, что часто на них даже не составлялись списки, не отсылались извещения родственникам, их долгое время чис лили на довольствии, получая на них продукты и обмундирование и распределяя их между живыми (или воруя).

Сюда же причисляли захороненных, но неопознанных ввиду отсутствия медальонов или красноармейских книжек бойцов. Та же история происходила с тени, кого похоронщики не могли опознать ввиду гибели бойцов зимой: мороз делал своё дело крепко, карманы в поисках медальона проверить было трудно. Еще более вопиющая ситуация возникала в моменты, когда производились поспешные санитарные захоронения. Главным считалось быстрее захоронить трупы в первой попавшейся яме или углублении, а об опознании подчас и речи не велось (например, в жаркие летние месяцы или при отработке населением разнарядки по сбору и захоронению погибших после ухода войск и т.п.).

Конечно, "Положением..." определялся соответствующий порядок погребения: если похоронная команда обнаруживала в кармане убитого медальон, то он должен был выниматься и отправляться в штаб той части, распоряжением которой производилась очистка поля боя (нелепая, жестокая формулировка). О смерти военнослужащего родственникам должен был сообщать именно этот штаб, независимо от того - принадлежал ли боец данной части или нет (в нем же должны были храниться и бланки медальонов). В результате оказывался нередким'случай, когда часть, к которой в действительности принадлежал боец, посылала родственникам извещение о пропаже без вести (по форме N 4), а часть, что нашла и захоронила его, либо о гибели смертью храбрых, либо вообще не посылала никакого извещения, либо из медальона данные прочитывались неверно, т.к. проверить было негде. Шансы быть нормально учтенным сокращались до одного из четырех. Какое из сведений осело потом в архивохранилищах, пойди разберись? Даже сплошная фильтрация документов учета не всегда приводила к искомому результату. Сколько подобных случаев накопилось за всю войну - одному Богу известно.

В пропавшие без вести записывали брошенных на поле боя и не возвратившихся раненых - они могли умереть или попасть в плен. Их, возможно смертельно раненых, кто-то еще видел живыми, но никто не видел мертвыми, и потому их вносили в список временно выбывших, а через 15 суток - и в списки безвозвратных потерь как пропавших без вести. Вот конкретный пример.

Только одна солдатская судьба, рядовая и вроде бы ничем не приметная. Иван Васильевич Чумакин из Новосибирской области погиб в атаке штурмовой группы 186-й стрелковой дивизии на минном поле перед немецкой обороной у озера Вара-Ярви в Карелии. Смертельно раненный в живот разрывной пулей, он еще пытался выползти из нашпигованной минами заболоченной полосы, да не хватило сил солдату. В момент ранения и попыток выползти его увидел односельчанин, служивший с ним в одном батальоне (не буду называть его имени), увидел еще живым и уполз, отходя после неудачной атаки к нашему переднему краю и бросив Ивана Васильевича одного (чем не повтор сюжета из книги "Два капитана"?). Это было 30 апреля 1942 г. Видимо, на вечерней поверке в ответ на выкрик ротного фамилии "Чумакин" он и ответил, что убитым его не видел, и никто из батальона его убитым не видел. Полк на следующий день отвели с позиции и бросили в атаку в другом месте; засвидетельствовать факт смерти тех, кого так же, как и Чумакина, никто не видел убитыми, на этой позиции было некому, сменивший полк на минное поле за убитыми не полез, погребением не занимался. В своей части через 15 дней бойцы не объявились, и согласно действовавшему "Положению...", их отнесли к пропавшим без вести. Таких набралось 25 человек из 105, погибших в тот день из 186-й сд на минном поле. Через месяц полк выслал в адреса семей и военкоматов извещения: кому о гибели смертью храбрых их близкого, а кому - о пропаже без вести в том же бою, с указанием другой даты - 1 мая 1942 г. Вот ведь судьба угораздила как повернуться: тем, чей родственник считался погибшим, государство без проволочек стало платить пенсию, давая хоть какую-то поддержку; для семей пропавших без вести поначалу долго такая поддержка не полагалась. Сколько лишений перенесла многодетная семья Ивана Васильевича, не получая пенсии, - одному Богу известно. Не отставали и злые языки, мол, живет Иван где-нибудь в Канаде или Австралии ( до чего расхожее мнение было). А Иван Васильевич целых полвека, как и остальные его сослуживцы, все время после войны пролежал на том самом минном поле и лишь благодаря хорошо заполненному медальону был узнан поисковиками. Дети его, живущие в той же самой деревне, что была упомянута в медальоне, ныне пенсионеры, узнав об обнаружении отца, сорвались в дальний путь через всю Россию и все-таки успели на похороны своего отца в Карелию. Замкнулся еще один жизненный круг, еще одной неупокоенной душой стало меньше в этом мире.

В категорию "пропавших без вести" причисляли и подавляющее большинство бойцов и командиров, попадавших в плен. Действительность такова, что в войсках не было принято досконально точно исполнять инструкции по составлению донесений о потерях, хотя бы уже в силу наличия приказа N 270 от 16 августа 1941 года, квалифицировавшего пленных как преступников, поражавшего в правах или репрессировавшего их семьи. Ведь чем больше командир покажет в донесении попавших в плен своих подчинённых, тем трагичнее для него самого может сложиться его собственная судьба уже со стороны политорганов или особого отдела. Составление же списков пленённых завершалось их сдачей в особый отдел, что влекло за собой упомянутые выше репрессии и поражение в правах ни в чём не повинных родственников, вплоть до ссылки на поселение. И потому чаще нарушалась инструкция, чем появлялись достоверные цифры в донесениях. Это один из немногих примеров, когда искажение документации являлось благим делом.

В раздел пропавших без вести зачисляли также командированных, не прибывших к месту назначения, разведчиков, не вернувшихся с задания, личный состав целых частей и подразделений в том случае, когда они оказывались разбиты и не оставалось тех командиров, кто мог достоверно донести наверх по инстанции о конкретных видах потерь.

В разделе "попавшие в плен" чаще всего учитывали тех бойцов и командиров, кто попал или перешёл в плен при свидетелях и факт чего невозможно было скрыть. Любопытно сравнивать эти цифры с данными других источников, если они имеются, согласно сравнению с которыми можно утверждать о вопиющей разноголосице данных. Подчас невязка в сведениях составляет несколько порядков в сторону занижения нами истинных цифр донесений в разделе попавших в плен. Такими источниками могут служить как наши документы, так и трофейные. Как сказано выше, по ряду соображений реально попавших в плен бойцов и командиров удобнее и безопаснее было списать в разряд пропавших без вести.

Раздел "по другим причинам" включал небоевые потери, не связанные с непосредственным ведением боевых действий: погибших в результате чрезвычайных происшествий; подорвавшихся на собственных минных полях в своём тылу; осуждённых военным трибуналом к высшей мере наказания; самоубийц; лиц/ умерших по болезни в госпиталях; дезертиров и других.

При анализе боевой обстановки для получения общей оценки возможных безвозвратных потерь на исследуемой территории целесообразно суммировать данные из разделов убитых, пропавших без вести и по другим причинам. Тем самым определяется документально зафиксированный предельный уровень возможных безвозвратных потерь войск на данной территории.

Он может быть сильно завышен за счёт пленных, числящихся как "пропавшие без вести". Вот почему речь идёт только об оценке, об ориентировочном представлении для себя ситуации, с которой, возможно, придётся столкнуться при проведении поисковых работ. Увы, наша система учёта личного состава и повседневная практика её применения во время войны выверенного числа безвозвратных потерь дать не могут.

Ещё одна потрясающая подробность войны. Представим себе дивизию, ведущую бои на каком-то участке. В первую декаду отчётного месяца она представляет донесение о потерях в штаб армии, в которую входит составной частью. Фронтовое руководство во второй декаде передаёт эту дивизию в другую армию, на другое направление. В течение второй декады дивизия так же, на том же участке несёт потери и лишь к концу её передислоцируется на новое место. Донесение о потерях за третью декаду представляется в штаб новой армии. Донесение же о потерях за вторую декаду представлять некому: из первой армии дивизия уже ушла, во вторую ещё не пришла. Данные повисают в воздухе и чаще всего нигде не учитываются - ежедневная смена обстановки мешает этому. В качестве примера можно привести Волховский фронт: 46 сд в феврале, а 376 сд в январе 1942 года во время проведения Любанской операции. Общее количество неучтённых потерь составило 3472 человека.

Подведём небольшой итог. Сбор предварительной информации с помощью краеведов и детальное выяснение характера боевых действий войск на исследуемой территории в архивах являются альфой и омегой планируемых поисковых работ. Без этого большинство усилий и материальных затрат могут оказаться напрасными.

Третьим краеугольным камнем должен становиться опрос местных жителей. Их сведения дают порою больше информации, чем данные архивов, особенно по недостающим документам, дополняя архивные данные личными впечатлениями ещё живущих очевидцев. Сколько безвестных брошенных могил и скоплений солдатских останков обнаружили поисковики именно благодаря сердобольным бабушкам да улыбающимся в усы старикам. Хотя, чего греха таить, есть и отрицательные примеры. Жизнь многообразна.

...................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (1)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:50

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

1.3. УСТАНОВЛЕНИЕ СУДЕБ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ, ИХ ОТРАЖЕНИЕ В ДОКУМЕНТАХ.

1.3.1. УСТАНОВЛЕНИЕ ИМЕНИ ПОГИБШЕГО СОЛДАТА.

Военнослужащим обеих воевавших сторон выдавались медальоны ("смертники") или жетоны, по которым похоронные команды и штабы должны были определять биографические данные военнослужащего и его принадлежность к определённой войсковой единице.

С нашей стороны выдавались металлические, деревянные, эбонитовые капсулы.

Металлические "смертники" представляли собой либо складывающиеся плоские коробочки разного типа с ушком для ношения на шее, либо кустарным способом изготовленный (бывало, просто из патронной гильзы) цилиндр с резьбой или без неё и крышкой, для ношения в брючном кармашке на поясе под ремнём. В подавляющем большинстве случаев металлические медальоны не обеспечивали герметичной упаковки вкладыша записки, и потому сохраняемость её является почти нулевой.

Правда, к счастью, есть прецеденты удачного прочтения записок, казалось бы, в безнадёжных случаях, когда туго свёрнутая бумага с текстом играла роль пробки в автоматной гильзе, будучи незащищенной от атмосферного и почвенного воздействия. Благодаря этому Архангельским областным фондом "Поиск" была найдена, к примеру, жена погибшего на склоне сопки под Мурманском солдата. И таких же примеров в каждом поисковом объединении немало. Если хотя бы половина бойцов на всякий случай использовала такой простой способ, то среди поднятых солдат, безусловно, имен было бы определено больше.

Деревянные капсулы вытачивались из разных пород дерева без пропитки в виде пенальчика с отверстием для вкладыша и крышки. Они, увы, хорошо пропускали влагу через корпус и целости вкладыша также не обеспечивали.

Более надежным в этом весьма ненадёжном наборе является эбонитовый медальон - шестигранная капсула с завинчивающейся пробкой. Хотя полной герметичности во влажной почве не обнаруживает и этот тип медальона, но по степени сохранности вкладышей он имеет приоритет.

Вся беда советского солдата заключалась в том, что помимо выдачи упомянутых некачественных медальонов при формировании частей сам факт их выдачи был нечастым делом. Великое множество солдат шло в бой и гибло без "смертника" в кармане, не оставляя себе и своим родственникам надежды быть опознанными впоследствии.

Более того, даже те, кому медальоны всё-таки бывали вручены, чаще всего попросту не заполняли узкую полоску вкладыша подробными данными о себе, суеверно считая: "Заполню - убьют!" Одни в капсуле хранили иголки, другие - спички, третьи за отсутствием бумаги пускали вкладыш на самокрутку. Смерть косила людей без разбора, всех подряд, - правых и виноватых, заполнивших и не заполнивших вкладыши, не взирая на должности, звания и суеверия. По практике поисковых работ, один читаемый медальон в-среднем приходится на 35-50 перезахороненных солдат.

И уж совсем непостижимым кажется решение ГКО СССР от 27 ноября 1942 г. об отмене выдачи смертных медальонов. После этого опознание человека при погребении зависело только от случайных факторов.

Не каждый вкладыш из редких медальонов наших солдат удаётся успешно прочесть. Размытость букв, слипание бумаги, оборванность краёв подтачивают тонкую нить, связывающую погибшего солдата с живыми соотечественниками. Вкладыш чаще всего заполнялся химическим карандашом, и потому во влажном состоянии текст может быть не виден. Достаточно бумаге просохнуть в расправленном виде, - и часто проступают буквы. Попадаются записки, заполненные чернилами или обычным карандашом. Иногда они столь плохо различимы, что требуется целый консилиум опытных поисковиков, чтобы правильно прочесть данные. Конечно, тут используется лупа, но целесообразно также иметь под рукой портативный микроскоп из школьного набора. Кроме того, может потребоваться инфракрасный или ультрафиолетовый источник освещения, но в походных условиях это большая редкость. Эффективен разноцветный фонарь, которым под разными углами необходимо освещать бланк медальона. Можно использовать светофильтры для фотосъемки с той же целью и применением, если нет разноцветного фонаря.

Настоятельно рекомендую и просто прошу:
малоопытным поисковикам не рисковать и не бравировать своей "опытностью" при находке медальона. НЕ ВСКРЫВАЙТЕ ЕГО!

Следует тщательно упаковать капсулу в образец грунта, из которого она была извлечена, той же влажности, обернуть в полиэтилен и запаять в полиэтиленовый водонепроницаемый пакетик для вскрытия специалистом. Поверьте, лучше несколько раз внимательно посмотреть как это делается и только затем обязательно под контролем специалиста попытаться самому, чем брать на себя грех порчи вкладыша. Потом сами себе долго не сможете простить своей оплошности. Ведь тем самым Вы, именно Вы, и никто другой, убьете солдата во второй раз и теперь окончательно. Так считается среди поисковиков. Не рвите последнюю ниточку, не берите грех на душу!

Если же медальон удачно вскрыт, развёрнута и прочитана записка в нём, то последнюю необходимо вложить между двумя чистыми листами бумаги и поместить в книгу, играющую роль пресса. Сделать это нужно как можно быстрее, пока бумага вкладыша полностью не высохла, иначе сохранятся все норщины и неровности, образовавшиеся при развороте. После высыхания в книге записку целесообразно поместить между двух прозрачных пластин целлулоида для дальнейшего хранения. При отклике родственников записка будет для них бесценным посланием из небытия от близкого человека.

В медальон вносились:
а) фамилия, имя, отчество;
б) год рождения;
в) звание;
г) уроженство - республика, область, город, район, сельсовет, деревня;
д) райвоенкомат призыва;
е) данные о семье: адрес с теми же графами, Ф.И.О. жены, ближайшего родственника;
ж) группа крови по Янскому.

Бланки записок должны были выдаваться в двух экземплярах: один был предназначен для похоронной команды, которая изымала его для доставки в штаб части и последующего учета и сообщения близким о гибели солдата, другой оставался при нем и погребался, если, конечно, медальон имелся. В реальности бойцы получали чаще одинарные экземпляры бланков, нежели двойные.

В войсках выдавались вкладыши разного образца. Типографии не успевали печатать бланки в соответствии с "Положением..." и потому часто можно встретить бланки старого образца, те, что были предназначены для закладки в металлический медальон из двух пластинок с ушком для ношения на шее. Клочки бумаги у них чрезвычайно малы и потому в такой вкладыш можно было записать только самое важное: фамилию, сокращенно - имя, отчество, год рождения, военкомат призыва, область (республику), город (район), село (деревню), воинское звание. И все, к сожалению. Если на бланках, введенных "Положением...", при наличии размытости или порчи данных в первой из половин вкладыша все же остается надежда прочесть их во второй, то старый образец бланка такой возможности не дает.

Иногда штабы частей практиковали выдачу заменителей стандартных бланков: писарь части аккуратным почерком исписывал стопку грубой бумаги, где на каждый листок вносил те самые графы, что было положено иметь на стандартном бланке. Боец далее записывал своей рукой сведения о себе. Поэтому почерки могут не совпадать. Частым делом являлось и составление писарями своей рукой, со слов солдата или данных поступивших списков, всего текста медальона.

Немецкие медальоны представляли собой овальные жетоны из желтого или оранжевого металла, с отверстиями для носки на шее и ломки жетона на две равные доли. В случае гибели солдата похоронная команда разламывала жетон, оставляя одну половину на шее убитого или в кармане и хороня с ним, другую забирая для учета.

На обеих половинках прессом глубоко и отчётливо были выдавлены аббревиатура точного названия части, её номер согласно принятой номенклатуре и личный номер солдата в списках части, присвоенный ему при мобилизации или постановке на довольствие. Правильное прочтение и определение по аббревиатурам названия части является прерогативой немногих специалистов в России. Их можно пересчитать по пальцам.

Ни имени, ни фамилии, никаких других данных на жетоне не было: немцы сразу позаботились об обезличении медальона, дабы не совершалось надругательств над именем в любом виде. Списки же частей хранились в архивах Германии; там всегда можно было установить биографические данные солдата и произвести учет; там же хранились собранные с похороненных солдат половинки жетонов. При находке на останках целого, неразломленного жетона можно с уверенностью сказать, что этот солдат пропал без вести, причем сказать сразу, в момент находки.

По опыту работы, следует отметить, что сохраняемость такого медальона практически в любых условиях великолепная. Несколько худшую сохранность имеют медальоны той же формы из некачественного алюминиевого сплава, если попали в переувлажненную почву. Кроме медальонов военнослужащие обеих сторон очень часто подписывали своими именами, фамилиями или просто инициалами личные предметы: котелки, ложки, ножи, бритвы, оружие и т.п. Иногда только фамилия или инициалы позволяют по оставшимся архивным сведениям установить полные данные бойца. После установления характера боевых действий и перечня частей, имевших безвозвратные потери на территории, где найден личный подписанный предмет, рекомендую обратиться к алфавитным спискам личного состава или безвозвратных потерь этих частей (если они есть). При отсутствии алфавитных списков попробуйте проверить любые другие списки, коль они есть в фонде этой части. И, возможно. Вам удастся отыскать ниточку к полным данным по солдату через одиночную фамилию на предмете или даже инициалы.

Так, всего лишь по одной довольно распространенной фамилии на ручке ножа, карте боевых действий 372 сд в июне 1942 г. и списку безвозвратных потерь этой дивизии за июнь была разыскана семья П.П.Новикова, погибшего под Мясным Бором в 1942 г. – трое детей, племянники, внуки. Он оказался единственным Новиковым, числившемся в полку. Жена, увы, умерла за 2 года до получения известия о находке. Все 49 лет П.П.Новиков считался пропавшим без вести.

Более подробно о столь нетривиальном способе поисков и установлении имен солдат мы с Вами узнаем в следующем разделе.

.....................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:51

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

1.3.2. АРХИВНЫЕ ПОИСКИ ПОСЛЕ НАХОДКИ И ПРОЧТЕНИЯ МЕДАЛЬОНА.
ИМЕННОЙ ВЕЩИ И ПРИ ПОЛНОМ ОТСУТСТВИИ ИМЕННЫХ ВЕЩЕЙ.

1.3.2.1. ПОИСК ПО ДАННЫМ МЕДАЛЬОНА И ИМЕННОЙ ВЕШИ.

В структуру ЦАМО входят несколько отделов по учёту личного состава: 9-й отдел имеет картотеку потерь сержантского и рядового состава, картотеку находившихся в плену и освобожденных нашими войсками военнослужащих. 6-й отдел хранит документы на политический состав РККА, включая картотеку персонального учета и потерь. 2-й отдел ЦАМО концентрирует наградные документы на весь личный состав Вооруженных Сил СССР и РФ.

11-й отдел ЦАМО имеет четыре картотеки:
- персонального учёта офицерского и генеральского состава;
- потерь указанных категорий лиц;
- трофейных документов по учёту военнопленных офицеров и генералов, погибших в плену;
- общую наградную картотеку на личный состав Красной Армии.

Опыт работы подсказывает целесообразность запроса сразу во все офицерские картотеки при поиске данных о человеке, т.к. иногда они отсутствуют в картотеке персонального учёта. Разве может такое быть? Казалось бы, уж кого-кого, но офицеров должны были учесть всех до единого.

Оказывается, "пропустили" не только офицеров, но даже генералов: так, ни в одной картотеке нет данных о пропавшем без вести заместителе командующего 2-й ударной армии генерал-майоре П.Ф.Алферьеве, что само по себе уже факт из ряда вон выходящий. Что можно говорить об учёте лейтенантов, если даже генералы в списках не значатся? Единственное, что осталось в архиве от П.Ф.Алферьева, - это личное дело (досье) генерала.

До передачи из отдела трофейных документов в 11-й отдел сведений о погибших в плену офицерах существовала так называемая картотека "предателей". Это условное название картотеки, собранной стараниями офицеров НКВД-МГБ-КГБ. В бытность этих карательных учреждений их работниками был проделан огромный по объёму поиск лиц, преступивших, по мнению исполнителей, черту коммунистической идеологии и морали и так или иначе сотрудничавших с гитлеровцами. В картотеке персонального учёта офицеров была проведена тотальная сверка с данными КГБ, на каждой карточке проставлена виза "Просмотрено" и подпись проверившего офицера. Если данные совпадали, то карточку из персональной картотеки изымали и помещали её в особое хранилище. Вот это и была картотека "предателей".

Затем вносились соответствующие сведения в личные дела офицеров и генералов, резолюции трибуналов. Кроме того, по данным персонального учёта разыскивались семьи офицеров для дальнейших репрессий. Ничего не скажешь - любопытные дела творились в нашем государстве...

Должен сразу сказать об одной любопытной подробности. Сколько бы Вы ни искали в архивах (ЦАМО, РГВА, архив ВМФ) сведения о призванных в ряды Вооруженных Сил лицах рядового и сержантского состава, то ничего у Вас не получится. В ответ на Ваш недоуменный вопрос архивистам о картотеке персонального учета призванных военнослужащих Вы услышите, что ее попросту нет. Офицеры - есть, солдат - нет. Ее до сих пор не удосужились составить и, насколько мне известно, делать это не собираются ни в ЦАМО, ни в РГВА. Поэтому очень сложно вести речь об учете погибших военнослужащих, если они не числятся в картотеке потерь. Для учета их по потерям Вам нужно списаться с военкоматом призыва бойца и получить от него официальное подтверждение о призыве. Затем по установленной процедуре добиться включения данных бойца в картотеку потерь 9-го отдела ЦАМО.

Если военкомат неизвестен, то в любом случае, поскольку Вы будете искать родственников, узнать эти сведения Вы сможете только от них. При отсутствии в медальоне адреса семьи можно написать по адресу рождения и наоборот. Мы еще поговорим об всем этом более подробно.

Если найденный медальон принадлежал красноармейцу, то обращение в 9-й отдел, как правило, приводит к обнаружению персональной карточки на погибшего или пропавшего без вести с теми же данными, что и в медальоне, если вдруг не обнаружится однофамилец. В карточке имеются демографические сведения о солдате, военкомат призыва, адрес семьи, ссылка на номер входящего донесения о потерях из части, где служил боец, или из военкомата призыва по результатам послевоенного подворного опроса. По этому номеру в хранилище запрашивается искомое донесение, где в числе прочих может значиться найденный солдат.

"Положением о порядке персонального учета потерь..." от 15 марта 1941 г. была введена так называемая форма N 2 списков персональных потерь всего личного состава, которые штабами полков и отдельных частей один раз в три дня должны были подаваться в штабы дивизий и корпусов, а последними после сверки всех списков в сводном виде донесений о потерях - в Управление по укомплектованию войск Генштаба Красной Армии. 31 января 1942 г. было образовано Центральное Бюро потерь Красной Армии, ставшее собирателем всех данных о потерях войск. Донесения по приходу в Москву получали отдельный входящий номер, который позже, при составлении картотеки потерь, проставлялся в именную карточку военнослужащего. Данный порядок был справедлив и для послевоенных военкоматовских донесений.

Иногда в медальоне удаётся прочитать ничтожно мало - обрывки имени, отчества, фамилии, размыт год рождения, не заполнено место призыва, Ф.И.О. жены и т.п. Нужно отдать должное работникам 9-го отдела, перелопачивающим десятки пыльных карточек в поисках соответствующих данных. К отрывочным сведениям добавляются недостающие, хотя бывает это далеко не всегда. Если же солдат числится пропавшим без вести, то появляется надежда найти родственников по адресу в донесении, и сообщить им об истинной судьбе близкого человека, о месте гибели и захоронения.

В донесении о потерях указывались: Ф.И.О., военное звание, должность (специальность), место и год рождения, каким РВК (и область) призван, когда и по какой причине выбыл, где похоронен, Ф.И.О., адрес жены или родителей; иногда указывалась партийность или членство в ВЛКСМ.

Случается так, что во фронтовом донесении нет адреса родственников. Однако оно может дать название района или области призыва, и иногда номер части или номер ее полевой почты, где служил боец. Установив наименование части, можно запросить в ее фонде алфавитные списки или списки безвозвратных потерь, если они сохранились; адрес родственников можно попытаться установить из них.

................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (1)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:52

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

О послевоенных донесениях о потерях рассказано ниже в разделе 1.3.3. "Обработка запросов граждан".

Выше мы уже говорили о том, что нередка ситуация, когда в картотеке 9-го отдела нет никаких данных о солдате. Таких примеров очень много, иногда даже абсурдных. Автору настоящих заметок встретился подобный прецедент: при запросе в 9-й отдел на двух бойцов, найденных рядом друг с другом в поисковой экспедиции в Карелии, один из них - В.Н.Никитин, отыскался и был учтен по фронтовому донесению из части, другой же - А.А.Кравец, в картотеке не значился. Каково же было наше удивление, когда в том же самом фронтовом донесении через лист от В.Н.Никитина оказался и А.А.Кравец! Архивисты, составляя картотеку, при отработке дела либо пропустили его и не нанесли данные на карточку, либо потеряли ее впоследствии.

Что тут скажешь? До сих пор имеющая место в архиве неразобранность некоторых документов и необработанность многих списков безвозвратных потерь частей, позволяющих при отсутствии входящих донесений о потерях хоть как-то восполнить пробелы картотеки, препятствуют определению данных, которые должны следовать за находкой медальона, например, номера части и фронтового донесения о потерях или списка потерь части.

Или вот еще ситуация: военкомат призыва бойца в свое время выдал извещение его семье о гибели или пропаже без вести на основании соответствующего документа прямо из воинской части; родственники после войны запросили архив на предмет более точных сведений, а тот ответил, мол, не значится боец ни в списках погибших, ни умерших, ни пропавших без вести, нет его в картотеке потерь. Но ведь и военкомат не с потолка взял данные для извещения. Стало быть, где-то в архивном фонде хранения какой-либо части в документах есть ссылка (если документы сохранились) или даже точное указание судьбы военнослужащего, которое не перенесено в картотеку потерь, даже не заведена карточка с демографическими данными. Здесь выход один: нужно попытаться в военкомате установить - из какой части пришел документ, на основании которого родственникам выписали извещение. Получив номер или название части, следом нужно изучить документы ее фонда хранения, и, возможно, найти искомое.

Еще одна причина отсутствия данных о человеке в картотеке потерь могла быть такой: прибывшее из тылов на передовую пополнение без переписи и учёта непосредственно в части из-за кризисной обстановки сразу же бросалось в атаку, гибло, а поскольку списков этого пополнения могло не быть, или они в суматохе боя были утрачены, то вверх по инстанции подавалось только количество потерь с отпиской о невозможности представить именные списки и указанием упомянутых причин. Автор этих строк имеет в своём распоряжении документы с подобными отписками, а также, к сожалению, истории четырнадцати таких солдатских судеб. Имена солдат установлены по медальонам, но подняты они из неучтенных захоронений, в каждом из которых находилось по 20, 30, 40 чел., не имевших ничего, что помогло бы сразу установить имена. Никакой гарантии в том, что все эти безымянные солдаты где-либо учтены по потерям, нет, поскольку это были маршевики из пополнения и лыжных батальонов. Списки в фондах частей отсутствуют, сожжены в окружении. И потому число неучтенных по потерям солдат только в приведенном случае, по маленькому участку большого фронта войны, увеличивается до 800. А сколько таких маленьких участков, кто считал?

Вот еще один пример. Бойцы погибли под Мясным Бором в июне 1942 г. При них были медальоны, в которых значилось - В.А.Воронцов и Е.А.Марков. Их перезахоронили на войсковом кладбище в Мясном Бору. Запрос в 9-й отдел ЦАМО остался без результата - солдаты в картотеке потерь не числятся. Райвоенкоматы же дали положительные ответы на запросы. То и удивительно - почему же их нет хотя бы по военкоматовским донесениям?

Попросту вызывает недоумение факт отсутствия в картотеке данных о человеке, если учесть, что сразу после войны местными военкоматами была проведена огромная работа по выявлению судеб военнослужащих, призванных этими военкоматами. Ее еще называют подворным опросом (о нем подробно в разделе 1.3.3. "Обработка запросов граждан"). Весной 194-6 г. вышла специальная директива Генерального штаба Советской Армии, предписывающая всем военкоматам и иным учреждениям провести полный учет призванных ими и не вернувшихся назад военнослужащих. В Москву потоком пошли огромные "простыни" донесений о потерях из военкоматов, составленные по специальной форме. Они дополняли фронтовые донесения о потерях из частей и на их основе дополнялась картотека потерь. Данные военкоматов были сверены в архивах с фронтовыми сведениями и при повторе в картотеку не включались. Если же во фронтовых сведениях человек не значился, то на него заводилась карточка на" основании послевоенного донесения.

И тем не менее, великое множество солдат не значатся по картотеке потерь. Сложности фронтовой обстановки понятны, документы, как мы. убедились выше, могли "не отложиться" в архивных фондах по огромному ряду причин. Но что могло происходить в тыловых областях: пожары, взрывы, хищения, обвалы? Многим поисковикам попадаются останки и медальоны именно не значащихся в архиве бойцов. Большинство из них проживали перед войной на территории, не занимавшейся врагом, и были призваны там, в условиях глубокого тыла. Стало быть, не немцы виноваты в отсутствии данных о бойцах в нашей картотеке потерь и не фронтовые передряги. Не могу не задать тот же вопрос: еоли частота обнаружения поисковиками на поле боя отсутствующих в картотеках бойцов столь велика (при наличии у них медальона), то сколько же сотен и тысяч их, у кого при себе медальона не было, разделили ту же участь неучтенных?

Отнесем на долю изменчивой фронтовой судьбы отсутствие документов военного времени о потерях. Но, господа хорошие, кто же мешал (и мешал ли) уже в мирное время победителям досконально разобраться - кого и сколько мы потеряли? Как же невнимательно, спустя рукава, в военкоматах нужно было проводить эту работу, чтобы так и не довести ее за пять десятилетий до конца? Прямо скажу, - за державу обидно и за людей наших.

Безусловно, если поисковик узнает, что найденный им боец с медальоном не значится в архивной картотеке, то он должен путём установленной процедуры внести поправки в ее сведения. Как уже затронуто выше, алгоритм этой процедуры такой: нужно написать в военкомат призыва солдата, указанный в медальоне, с просьбой официально подтвердить факт его призыва; если произошла какая-то ошибка и работники военкомата ответили об отсутствии сведений на человека (словно он там не призывался), то целесообразно написать в городской (если район входил в город) или областной военкоматы с просьбой подтвердить факт призыва бойца и описанием вновь возникших обстоятельств по районному военкомату (не бойтесь "накапать" начальству на работников райвоенкомата, частенько именно из-за их безответственности не сдвигается с мертвой точки очевидная ситуация); после получения официального подтверждения военкомата с ним .нужно обратиться в ЦАМО и просить внести дополнения в картотеку соответствующего отдела, если данные солдата отсутствуют в ней (ксерокопию официального ответа оставьте у себя). Подчеркиваю, коллеги - не имея официального подтверждения военкомата. Вы не сможете дополнить картотеку данными найденного Вами бойца и потому необходимо тщательно отработать весь путь.

Почти так же нужно действовать в случае, когда Вы при работе в архиве в фонде какой-нибудь части, которой Вы интересуетесь, случайно встретите списки любого вида с данными на выбывших (погибших, умерших, пропавших без вести) лиц. Для начала Вам нужно выяснить в 6, 9, 11 отделах (в зависимости от принадлежности человека к тому или иному составу) - как он учтен и учтен ли вообще? Это займет немного времени. Обычно против каждой фамилии в таких списках стоит "жирная" галочка цветным карандашом, что означает обработку архивистами на предмет включения в картотеки потерь. Но попадаются списки, где галочек нет.

В результате проверки, если найденный Вами документ имеет сведения о гибели, а картотека - о пропаже без вести или не имеет сведений о военнослужащем совсем, то для архивистов окажется достаточным представление того архивного дела, где Вы нашли список, и они все остальное сделают сами. Вам только останется договориться с ними о посылке извещений в военкоматы - кто это сделает, для того, чтобы дополнить сведения на местах. Обычно это делает архив, но его обязательно нужно продублировать, получив официальную справку ЦАМО на установленных людей и послав ее копию самостоятельно по адресу военкомата. На всякий случай. Доверяй, но...

Однако поиском родственников по обнаруженным в списках солдатам ни архив, ни военкомат, - никто, кроме Вас, заниматься не будет. У них всегда есть дела "поважнее". Об этом следует помнить, принимаясь за столь ответственное дело. Здесь, как и в случае с развертыванием медальона, цена Вашей ошибки или недоработки слишком высока: ведь если за 50 лет к подобному списку не добралась опытная рука архивиста и данные на бойцов или офицеров остались невостребованными картотекой (на основании ее сведений как раз и пишутся стандартные ответы на запросы родственников - пропал без вести или в списках погибших, умерших, пропавших без вести не значится), то где вероятность того, что после Вас кому-то еще попадется на глаза этот же список и дело будет доведено до логического финала?! Если Вы не побеспокоитесь о солдатах, то они так и останутся никому не нужными, как это было после войны.

.....................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (2)

Ella

Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20905
На сайте с 2005 г.
Рейтинг: 3739

Наверх ## 7 февраля 2008 13:53

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

1.3.2.2. ПОИСК ПРИ ОТСУТСТВИИ ИМЕННЫХ ВЕЩЕЙ И МЕДАЛЬОНОВ.

Прямо скажем, этот вид исследований наиболее труден. Право, ну как можно определить данные по найденным безымянным останкам солдата или солдат? Чушь, ерунда?

А это уже как посмотреть. Для досужего обывателя - да, для поисковика - способ, конкретная методика. Мы с Вами при проведении работ получаем цифры, неизвестные никакой другой инстанции. Отработав район поисков, мы знаем количество поднятых воинов на данном участке местности, характер бывшего залегания останков, число ранее захороненных в воронках, окопах, блиндажах, санитарных могилах и просто брошенных на поверхности. Мы с Вами составляем крупномасштабную карту района с нанесением всех наших находок (здесь можно с успехом применять и электронную карту из занесенной в память компьютера планшетным сканером обычной карты), расположением передовой, штабов, медсанбатов, тылов и т.п. В архиве мы переписываем дословно и вслед перепечатываем на компьютер все входящие донесения о потерях и списки безвозвратных потерь из фондов частей, воевавших в этом районе. И у нас есть редкие медальоны, подписанные кружки, ложки, котелки. Мы в состоянии сделать многое, если соответствующим образом подготовимся. Так что же мы можем?

По компьютерной версии входящего донесения о потерях несложно практически сразу, на месте, отработать данные медальона или именной вещи, т.е. проверить наличие их данных в архивных документах. При отсутствии каких-либо сведений в медальоне или в случае отрывочных записей на подписанной вещи это позволит восстановить недостающее, даже фамилию, имя, отчество, год рождения и прочее. Ведь компьютер при помощи простейших программ (Norton Commander, Lexicon ) ищет по Вашему запросу первое сочетание символов, совпадающее с заданным Вами выражением поиска. Последующие нажатия клавиш дадут Вам следующие сочетания и т.д. Если повезет и данные действительно есть в документах, то Вы быстро найдете искомое.

Допустим, в донесении будут указаны номер части, дата гибели воина, координаты места захоронения. Вам нетрудно будет заметить, что в документе рядом с ним другие воины, возможно, имеют тот же номер части, дату гибели и те же координаты места захоронения. Теперь все зависит от того, при каких условиях Вы подняли бойца с медальоном или именной вещью, т.е. был ли он наверху (верховое залегание останков) или погребен в грунте (воронка, захоронение, окоп и пр.) и сколько вместе с ним находилось останков других бойцов.

При одиночном залегании останков воина и отсутствии поблизости останков других бойцов (здесь вряд ли можно дать какие-либо критерии расстояния), думается, ничего более, чем Вы установили из документа, получить не удастся.

другое дело, если после проведения Вами поисковых работ полностью установлен характер расположения останков солдат на каком-либо компактном участке. Конечно же, находка медальона или именной вещи облегчает установление данных по остальным безымянным воинам, но и отсутствие находок - не препятствие.

В первую очередь, рекомендую Вам при наличии компьютерных версий донесений и списков безвозвратных потерь (равно как и при обычном рукописном варианте наличия) сделать групповые выборки по следующим признакам: в донесении или списке потерь каждой части сгруппировать персоналии, имеющие одну дату гибели (или соседние даты) и одинаковые привязки мест захоронения по Вашему району работ за период ведения в нем боевых действий. Чаще всего такие персоналии выстроены в исходных архивных списках друг за другом (хотя могут быть и через небольшой разброс).

Затем по каждой получившейся группе нужно просчитать количество персоналии в ней и подытожить для наглядности указанием даты (дат) гибели, привязки, количества захороненных воинов.

И третье, главное. Сопоставьте полученные группы персоналии с привязками и количеством останков в обнаруженных Вами местах захоронений в грунте или скопления останков (в т.ч. и верховых).

Обещаю - результат будет для Вас поразительным. Во многих случаях групповые цифры из архивных документов и те, что Вы получили после проведения полного комплекса поисковых работ на местности, совпадут с удивительной точностью.

Безусловно, Вы должны досконально знать динамику боев на данном участке работ, сменяемость частей, соединений, наличие официальных данных о безвозвратных потерях и собственные перепроверенные данные (см.раздел 1.2). Если Вы все это знаете, то идентифицировать безымянные захоронения, возможно, не представит для Вас труда.

Обоснование метода следующее. Похоронная команда в частях или выделенные для этого военнослужащие при захоронениях были обязаны составлять Акты захоронений в соответствии с "Положением...", в которых указывались дата гибели (боя), привязка захоронения, количество захороненных воинов. К Акту прилагались: список погребенных воинов согласно медальонов или красноармейских книжек с указанием расположения тел в могиле, схема захоронения на местности, выполненная на карте или выкопировке карты. Кроме того, составлялись Книги погребения, где повторялись списки, прикладывались Акты и схемы. На основании набора этих документов позже штабами оформлялись донесения о потерях, списки безвозвратных потерь, извещения родственникам и в военкоматы.

Представьте ситуацию: писарь штаба из рук офицера по укомплектованию получает для составления донесения о потерях Книгу погребения, в которой подшиты Акты погребения с привязкой и датой гибели (боя), список захороненных, подлежащих переписке в донесение о потерях, и схема захоронения на местности. Что он делает? Правильно, он в 90 % случаев дословно переписывает указанные начальником похоронной команды в Актах и списках демографические данные бойцов и единую для каждого захороненного привязку места погребения (остальные 10% оставим на другие возможные варианты). Причем писарь делает все это в том порядке, в каком представлены данные в Актах и списках в отношении всего количества солдат. В этом случае расположение данных о людях в донесении о потерях соответствует расположению данных в списке погребенных. Дату гибели штабист уточняет по персональным спискам потерь из подразделений и, чаще всего, для погибших в один день и захороненных вместе солдат она указывается одинаковой. Само собой, что в этом случае вид донесения о потерях по групповым выборкам повторяет вид списков погребенных в отдельных захоронениях или погибших (пропавших без вести) в одном бою, на поле боя же и оставленных.

Есть ещё один способ работы по установлению данных человека или даже нескольких лиц. В каждом районе и области, на территории которых велись боевые действия, в структуре Книги Памяти помимо картотек уроженцев и призывников есть специальные картотеки погибших на этих территориях, карты захоронений и списки лиц, погребённых в них. Если поисковиками не найдены в захоронении медальоны, или сведения из них отрывочны, то по координатам привязки можно попробовать определить в Книге Памяти им соответствующее захоронение, а затем и список лиц, если данное захоронение значится в Книге Памяти. Отрывочные данные из медальона только подтвердят полученные сведения. Надписи на личных предметах (ножах, ложках, котелках, бритвах, ремнях и т.п.) могут сыграть ту же положительную роль.

Однако, в подавляющем большинстве случаев картотека погибших на территории того или иного района создана на основе обработки сведений из тех же входящих донесений о потерях частей, о которых мы сказали выше (несравнимо реже - на основе Актов передачи захоронений войсками в ведение гражданских властей после ухода действующей армии). Для этого в 1991-94 гг. при создании и рассылке по областям массивов сведений о погибших уроженцах и призывниках этих областей была дополнительно проведена обработка для создания областных картотек погибших на их территориях.

Но, чаще всего, ничего более, чем данные из донесений о потерях, в Книгах Памяти районов боевых действий не найти (за редким исключением Актов передачи захоронений). Стало быть, если по халатности штабистов или при отсутствии списков потерь донесения о них наверх по инстанции не представлялись (а это случалось весьма часто), то погибшие бойцы и командиры ни в одной Книге Памяти любого из районов боевых действий в соответствующей картотеке значиться не будут, их захоронения также не отмечены на картах Книги Памяти и местных военкоматов. Если попытаться учесть подобные случаи, то приращение сведений о персональном составе погибших на территории региона может составить до 20-25% (согласно проведённой опытной проверке списков безвозвратных потерь армий Волховского фронта за 1942г.).

Это могли быть бойцы маршевых рот пополнения, без переписи бросавшиеся в бой, спешно направленные на передовую тыловики, командированные, лица со спецзаданиями, бойцы множества лыжных батальонов и рот, многие десантники и т.п. Само собой, что установить их данные оказывается труднее всего.

Представим идеальный случаи. Если Вами подняты и перенесены все имевшиеся захоронения в районе работ, обследованы все закоулки местности, проработаны все архивные материалы и описания боев, то Вы в состоянии трезво оценить - может ли поднятое Вами захоронение (скопление останков) соответствовать тем или иным группам персоналий, определенных Вами по архивным документам. Полагаю, что указанное выше соотношение вероятностей 90 х 10 % в достаточной мере описывает реальность при совпадении фактов.

Если работы впереди у Вас на участке непочатый край, то и тогда подобная информация станет источником для размышления, поскольку вполне возможно наличие захоронения (воронок, скоплений останков) по указанной привязке с определенным Вами количеством воинов. Чем не ориентир для опоискования местности? И поверьте, он дает весьма неплохие результаты. Попробуйте!

.....................................

---
Все вопросы после окончания СВО !

Лайк (1)

← Назад Вперед →

Страницы: 1 2 3 4 5 ... ... 73 74 75 76 77 78 Вперед →
Модераторы: Ella, ольга панькова, Gogin10, tatust

Генеалогический форум » Войны и военные » 2-ая Мировая война 1939-1945 гг. » Центральный архив Министерства обороны РФ » Что за архив ЦАМО и как в нем работать? [тема №40395]

Сайт использует cookie и данные об IP-адресе пользователей, если Вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт
Пользуясь сайтом вы принимаете условия Пользовательского соглашения, Политики персональных данных, даете Согласие на распространение персональных данных и соглашаетесь с Правилами форума
Содержимое страницы доступно через RSS
© 1998-2026, Всероссийское генеалогическое древо
16+ Правообладателям