Бобылевская волость Балашовского уезда / Романовский район

Часть третья. Не Львовым единым.

Далее по наследству бобылевское имение перешло к 15-летнему сыну Львова - Николаю Александровичу (1834—1887), который своё место жительства определил в Москве, доверив распоряжение имением управляющему, имя которого неизвестно.
Какой же след оставил в истории следующий отпрыск династии Львовых?
Это его знаменитые дети от брака с Марией Михайловной Челищевой (1843—1921)  — Николай, Владимир, а также факт о том, что сам Николай Александрович, завещал около 40 картин русских и западных художников Румянцевскому музею.
Матушка природа в этой семье взяла некоторую паузу, как бы накапливая силы перед грядущими переменами в России.

После отмены крепостного права главным управляющим всех имений Львовых с 1863 по 1888 гг был Веселовский Борис Степанович (1829—1911), который принадлежал к древнему дворянскому роду. Известно, что его предки появились на московской службе во времена царя Алексея Михайловича. Родовое имение Веселовских – Петровское – находилось недалеко от Смоленска.
Их военная служба тянется через весь XVIII век, получая достойное завершение в военной биографии деда, Степана Семеновича, георгиевского кавалера и участника Отечественной войны 1812 г. Но уже с середины ХIХ века наблюдается отход Веселовских от военной службы, они переключаются на мирные, прежде всего научные, занятия и добиваются на этом поприще заметных успехов. Так родной брат Бориса Степановича - Константин Степанович, становится известным ученым-статистиком, членом Императорской Академии, около двух десятилетий исполнявший должность непременного секретаря Академии. Троюродные братья, Александр Николаевич и Алексей Николаевич Веселовские стали известными учеными-литературоведами, и также были избраны членами Академии. Еще один из Веселовских, Николай Иванович, стал известным ученым-археологом, внесшим большой вклад в изучение далекого прошлого Туркестана.
Сам же Борис Степанович «окончил курс Гори-Горецкой сельскохозяйственной академии и, будучи хорошим агрономом, посвятил свою жизнь работе на земле в Балашовском уезде Саратовской губернии. Жена Бориса Степановича — Веселовская Леонида Степановна (урожденная Любич-Ярмолович-Лозина-Лозинская) была по национальности полькой. В семье Бориса Степановича родилось13 детей.»

Семейное древо Веселовских можно посмотреть по ссылке http://www.rgfond.ru/rod/200423

После ухода от Львовых в 1888 г. Борис Степанович переехал в свое имение «Лунино» (ок. 1.000 десятин возле дер. Лунино Балашовского у.), купленное за годы службы у Львовых, где продолжал вести хозяйство до самых последних лет своей жизни. Скончался он в 1911 г., пережив и революцию 1905 г., аграрные беспорядки, сожжение и разграбление крестьянами своего имения. Похоронен в с. Бобылёвка. Рядом с селом Лунино, там, где раньше располагалось имение, сад и пруд называются Вселовскими или Веселовыми.
(Примеч. д.Лунино находится чуть севернее д. Малое Щербедино (Шетневка) уже Аркадакского района Саратовской обл.)

Ниже фото управляющего всех имений Львовых (старичок и справа сыновья) в Бобылевке на ступенях дома Львовых. Фото 1909 года

Другой сын, оставивший значительный след в истории Балашовского уезда, это Константин Борисович Веселовский (1871-1919).
В 1890 — окончил реальное училище Мазинга в Москве, в 1891-1893 — учился в юнкерском училище, но не окончил его, вышел по здоровью. Два года жил в имении у отца, помогая ему в хозяйстве. С 1895 — чиновник особых поручений в канцелярии Саратовского губернатора, с 1898 по 1899 — земский начальник в селе Романовка Балашовского уезда и гласный Балашовского земского собрания. В 1900 — избран председателем уездной земской управы. При Константине Борисовиче Веселовском, при деятельном участии и под непосредственном наблюдении в Балашовском уезде начала XX столетия строились школы, открывались врачебные участки, ремонтировались и устраивались больницы, прокладывались и улучшались дороги, мосты, строились и открывались Народные дома и библиотеки, велась без преувеличения огромная культурно-просветительная работа. Работая в Управе Константин Борисович тщательно следил за целенаправленным и экономным расходованием скромных земских средств, вникал во все тонкости расходов и их соответствия сметам и расценкам, старался не допускать излишних трат. Балашовцам был хорошо известен случай, характеризующий личность председателя Земской Управы. Однажды в Управу пришел подрядчик и предложил К. Б. Веселовскому взятку за какое-то нарушение земских интересов в его пользу. «Он смертельно побледнел, вскочил с места, замахнулся стулом на предлагавшего и заорал не своим голосом: «Вон, мерзавец, … с лестницы спущу!» Тот моментально исчез, а история эта … пошла гулять по городу и уезду».
В мае 1905 — женился на Александре Васильевне Веселовской, урожд. Мелентьевой, начальнице женской казенной гимназии в Балашове (венчались в Москве), в семье — дочери Наталья, Татьяна, Ирина и сын Борис. В 1912 — по болезни вышел в отставку, поселился в имении "Лунино", в 1917 — выехал в Москву, а семья осталась в Балашове. Осенью 1918 — выехал в Балашов Саратовской губ., сразу же был арестован и заключен в тюрьму. Вскоре освобожден, скрывался у знакомых, но снова был арестован; через неделю освобожден и выехал в Москву; по дороге питался сырым пшеном, заболел сыпным тифом. 15/28 января 1919 — скончался в Москве от сыпного тифа и голодного истощения.

Часть четвертая. Последние из могикан

Следующим владельцем имения стал Николай Николаевич Львов, который родился 5 (17) мая 1865 года (по другим данным 1867-года) в Москве. Учился сначала в Швейцарии, затем в 1891 году окончил юридический факультет Московского университета. Получив высшее образование переехал в родовое гнездо – усадьбу в Бобылёвке Балашовского уезда, которой владело несколько поколений его предков. Обосновавшись на новом месте, был избран предводителем дворянства Балашовского уезда, почётным мировым судьёй Балашова и гласным Саратовского губернского земского собрания.
Управляющим имениями Львовых в то время был некто Крейцер – отец Елены Юльевны Крейцер (по мужу Жуковской) – ученицы С. В. Рахманинова. Сергей Васильевич бывал в Бобылевке в гостях у своей ученицы и однажды даже хотел принять участие в концерте, организованном Еленой Юльевной летом 1895 года для интеллигенции окрестных сел, правда, по нездоровью не смог этого сделать. Но концерт состоялся, и о нем много говорили.
Вот как описывает это село Елена Юльевна в своих мемуарах, опубликованных в книге «Воспоминания о Рахманинове», том 1, с. 260: «Бобылёвка находилась в Саратовской губернии, которая отличалась огромными просторами степей и полей и отсутствием лесов, но в Бобылёвке, недалеко от усадьбы, был довольно хороший лес, красивая река, впадавшая в Хопер, большой фруктовый сад, спускавшийся к реке, парк, в котором стоял помещичий дом очень красивой архитектуры, и церковь, совершенно не похожая на обыкновенные деревенские церкви.
Большой дом в парке был обитаем только во время редких и кратковременных приездов владельцев имения Львовых. В раннем детстве он казался нам каким-то таинственным и вместе с тем, а может быть именно поэтому, очень нас привлекал. Он был двухэтажный, с колоннами и большими балконами на каждом этаже. Стены в столовой были из желтого мрамора, в гостиной – из белого, а потолки чудесно расписаны гирляндами цветов; это была, вероятно, работа очень хороших мастеров. Перед большой террасой, выходившей в парк, была огромнейшая клумба роз и кусты сирени».

По данным переписи 1910 года в селе проживали 3011 местных и 20 посторонних человек, всего 443 домохозяйства.
Вскоре грянули одни революционные события за другими, февральская и октябрьская революции. Но все основные события разворачивались в столицах, а их последствия по законам инерции докатывались до провинции гораздо позже и не с таким размахом. Чтобы привлечь к революционным событиям как можно больше народных масс, большевиками был выдвинут известный лозунг
" Вся власть советам, заводы рабочим, землю крестьянам". А накануне революции Россия была все ж таки в большей степени аграрной страной и основная масса населения проживала в селе, которое поддержало этот революционный порыв. Вроде бы вот она вековая мечта крестьянина о своей земле начала сбываться. Так после установления советской власти в 1917 - 1918 гг. в уездах губернии в каждом крупном населенном пункте были образованы советы крестьянских депутатов. Сельсоветы стали самой низовой административно-территориальной единицей на территории сельской местности. Но право на новую жизнь предстояло еще отстоять в кровавой братоубийственной гражданской войне.

UPD: Из сборника «Тамбовское восстание 1920-1921 гг.: исследования, документы, воспоминания».
Об антоновщине в северо-западных волостях Балашовского уезда повествуют мемуары И. А. Дмитриева и Ф. Н. Полянского. По словам Дмитриева, в начале 1921 года Бобылевка и другие села волости подвергались неоднократным налетам антоновцев со стороны села Покровка тамбовской Мучкапской волости. В марте того же года повстанцы совершили набег на Бобылевку, убив военкома Пруцкевича, председателя волисполкома Фомина, большевиков Фока, Фролова, Соколова, Филатьева, комсомольца Гитаева и красноармейца Гаврилятова…
В конце мая 1921 года было совершено повторное нападение на Бобылевку, однако информация об этом событии крайне скудная. Известно, что от рук антоновцев погиб Петр Михайлович Филатьев.
При налете на Шатневку (Усть-Щербедино) антоновцами были убиты продагенты Шляпов и Агафонов, тяжело ранен председатель волисполкома. В июне 1921 года полк повстанцев под командованием Выраж(е)вцева прибыл в село Бык. Передовой отряд полка произвел аресты коммунистов и комсомольцев: председателя сельсовета Н. С. Иваева, секретаря совета В. Ф. Фетисова, приехавшего в отпуск политработника Красной армии А. В. Денисова и одного крестьянина из М.Карая. После допроса в штабе полка арестованных повели на кладбище для расстрела, однако был убит только крестьянин из Малого Карая, остальных выпороли и отпустили.
Из Быка антоновцы ушли в село Ольховка, где убили трех человек, далее направились в Дикавку и на Абрамихин хутор (там было убито трое и один тяжело ранен)…
По воспоминаниям Полянского, наиболее неспокойным районом оставались окрестности Бобылевки, где повстанцы продержались до октября 1921 года. Мемуарист приводит достаточно показательный сюжет. Народный судья Саяпин, пребывавший в Мордовской Карае, получил сообщение, что его сын схвачен антоновцами под Бобылевкой. Отправившись на поиски сына, Саяпин сам попал в руки повстанцев (сообщение было ложным, сын находился в соседнем селе). Арестованного перевезли в село Рогань, где был устроен «общественный суд». Местные жители не спешили или не решались выносить приговор, однако бобылевский крестьянин Малюгин потребовал казни, настроив сельчан против Саяпина и вызвавшись самостоятельно привести приговор в исполнение, что и было сделано. Спустя четыре года Малюгин был пойман жителями Бобылевки. На вопрос о мотивах своего поступка, он ответил, что судья заставлял его платить алименты брошенной жене.


Далее в рамках проводимой генеральной линии коммунистической партии по раскулачиванию крепкого собственника, созданию человека новой формации - работника коллективного труда, начали создаваться колхозы. При этом по факту наши крестьяне вновь сделались государственными. Нет не дворцовыми, а практически такими же как их ранние предки - удельные (тягловые) крестьяне, уделом которых было обрабатывать государеву землю. Тягло только стало несколько иным.
Оплатой труда при этом стала палочная система, то бишь подсчет трудодней работы в общественном поле. Сами же результаты труда в виде урожаев были социалистической собственностью, уходившей поначалу большей частью за границу, потому как разрушенной лихолетьем стране требовались деньги. Тут можно вспомнить эшелоны с хлебом, шедшие в Германию вплоть до первых часов войны в обмен на поставки оборудования, технологий для восстановления разрушенного хозяйства, проведения индустриализации и строительства нового типа государства, провозгласившего всеобщее равенство и главенство человека труда.

Так к началу 1930 г. в селе было создано два колхоза, соблюдая при этом ранее введенный в селе еще при Львовых двухобщинный порядок ведения хозяйства. Один назывался «Равенство». Второй — «Борьба за урожай». В 1931 г. они объединились в один под названием «Путь к коммунизму». В 1933 г. колхоз вновь разделился на два — «Путь к коммунизму» и "им. Ярославского". В честь последнего, видимо, названа еще и улица Ярославская.


В качестве отступления. Мне всегда было непонятным, кто ж такой этот Ярославский и каковы его заслуги? Биографическая справка.
Емельян Михайлович Ярославский (урожденный Миней Израилевич Губельман) — российский революционер, советский партийный и государственный деятель, идеолог и руководитель антирелигиозной политики в СССР. Председатель «Союза воинствующих безбожников» и Антирелигиозной комиссии при ЦК РКП(б) — ЦК ВКП(б). Н. С. Хрущёв вспоминал, что в ВКП(б) Ярославского называли «советским попом». Так как в 1920—1930-х годах он являлся главным авторитетом партии по «церковному вопросу», был одним из главных инициаторов и руководителей антирелигиозной политики советского руководства, лауреат Сталинской премии первой степени (1943),член Центрального Комитета ВКП(б).
Другие Ярославские мне неизвестны. Зная дурную советскую "моду" давать имена личные особо отличившихся в деле революции персон различным городам, колхозам и т.п., можно не сомневаться, что дело обстояло именно так.
Парадокс вот ведь в чем. Улица Ярославского протянулась от начала села до его центра с церковью на возвышенности. По правую руку от церкви идет, так называемый на местном наречии, "Попов порядок". Вот как уживаются на одном месте эти антагонизмы? Уж как по мне, то можно было бы увековечить в истории села многолетнего управляющего именьем Веселовского. Но это дело сельской общины, пусть решают сами.


Продолжим. Годы революционной разрухи и гражданской войны не сильно сократили численность местного населения. Так по данным переписи 1926 года в селе уже числилось 606 дворов и 3189 человек народонаселения, т.е. еще наблюдался стабильный прирост по сравнению с 1910 годом.
Ну а сами жители вплоть до начала Великой отечественной войны продолжали борьбу за урожай в рамках первых и далее по списку пятилеток, основной задачей которых было выполнение и перевыполнение плана любой ценой. Никакой речи о росте благосостояния человека труда не стояло. Общественное было превыше личного, но человеческая сущность, выраженная в народной мудрости "своя рубашка ближе к телу", более всего показывала, что на личном подворье и картошечка зачастую крупнее и на семена отбор иной и скотинка более ухожена. Но генеральная линия партии указывала другой путь, путь всеобщего равенства и недалекого в будущем благоденствия.

Годы ВОВ принесли много горя и лишений, значительно сократив численность населения села. Многие пропали без вести буквально в первых же боях, о чем может быть напишу чуть позже. Имеется некоторый материал по 61 резервной армии, формировавшейся в Саратовской области и брошенной в бои в районе Ряжска, Скопина в начале декабря 1941 года в самый критический момент, когда рвавшийся уже с юга к Москве немец пытался взять столицу в кольцо окружения. А ведь буквально за их спиной лежала земля их далеких шацких предков.

Шли годы, десятилетия. Но так и не дождавшись на протяжении жизни нескольких поколений советских людей манны небесной жители села в 90-х годах прошлого века с великим трудом вновь переживали вместе со страной переход обратно от социализма к дикому капитализму и по сей же день продолжают свою борьбу за свою лучшую долю.
По данным переписи за 2010 год население с. Бобылевки составляло.......543 человека. А теперь вспомним, что при ревизии 1763 года в новопоселенном поселке Резанов Брод было 564 души обоего пола. И это уже не тревожный звонок, а набат. Но, как говорится, надежда умирает последней, и в истории села не будет поставлена жирная точка......