Село Сумки

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Пришло время поразмыслить о причине изменения названия села.
Первоначально село Сумки именовалось благозвучно по-православному Рождественское. Поскольку сел с таким названием в Поволжье, как Рождественское, Покровское, Архангельское, было много и чтобы их не путать в пределах одной губернии или уезда, к их названиям добавляли имена рек, вблизи которых они стояли. Например, "Рождественское, Сумки тож", "Покровское, Юнга тож" и т.д. В дальнейшем у села Покровское речная добавка исчезла, а у села Рождественское-Сумки отпало главное название и осталось лишь дополнение. Почему?

Автор предполагает, что основной причины смены названия села, являлось наличие значительного количества старообрядцев-раскольников в первой половине 18 века. Вероятно, такое положение дел не устроило церковные власти они сочли необходимым оставить за селом название речки Сумки. Также и село Юрино до первой четверти 19 века именовалось Архангельским. Купившему его помещику и наводнившему село старообрядцами, сочетание "Раскольники Архангельского" не понравилось и он, как хозяин, решил дать селу нейтральное имя Юрино.

Без сомнения, раскол, возникший в результате реформ Патриарха Никона, ослаблял русскую православную церковь. Он привел к преследованиям староверов, ненужным жертвам среди них, а в последствии и к бегству в другие страны - Румынию, Канаду, США и даже Турцию. Сам же Патриарх Никон, за высказанные им амбициозные претензии "священство выше царской власти", был лишен сана и сослан в самый отдаленный монастырь.

Важной сферой деятельности сумских священников являлось ведение специальных метрических книг с записями о всех родившихся, венчавшихся и умерших. Эти записи велись систематически, ответственно и являлись официальными документами по учету населения. В конце каждого года подводились итоги по общему числу родившихся; умершие группировались по возрастным группам и по причинам смертности. При заполнении книг по итогам года они направлялись на хранение в Нижегородскую консисторию, а в церкви, начиная с 1788 года оставались копии этих документов. В настоящее время все эти документы с 1858 по 1919 года хранятся в фондах Нижегородского государственного архива и представляют значительный познавательный интерес.

В Сумках были и долгожители. В Летописи М.А. Боголюбова приведен любопытный факт. В 1858 году сумскую церковь посетил епископ Нижегородской епархии Антоний. Благословив молящихся, Антоний вышел из церкви и увидев одного старика, сказал: "Здравствуй дедушка, сколько тебе лет?". "90 лет, Владыко Святый", - отвечал старик. Епископ сказал: "Ну старец, живи еще 10 лет". И действительно, заключил Летописец, "этот старец умер 100 лет от роду". Это был сумский крестьянин Яков Кисунин.

За более чем 185-летнее существование сумской церкви ее пастырями были 15 человек, наиболее яркий след в истории церкви и ее прихожан оставили священники: М.А. Красков, Яков Белицкий, М.С. Востоков, М.А. Боголюбов, А.Я. Арапов, В.Н. Приклонский, И.П. Громов, А.В. Алфеев и И.К. Барсуков.
Старейшим и наиболее уважаемым прихожанами был М.А. Красков. В Сумской церкви он служил 59 лет с 1822 по 1881 годы. Священник Яков Белицкий свободно владел марийским языкоми, часто бывая в марийских деревнях, объяснял коренным жителям "на их родном наречии истины и обязанности христианские". 30 лет с 1840 по 1870 гг. усердно выполнял свой пасторский долг М.С. Востоков.

О стихийных бедствиях в селе Сумки.

Различные стихийные бедствия - эпидемии, пожары, засуха, наводнения, оползни не всегда обходили стороной село Сумки. Такие бедствия случались и иногда оставляли после себя тяжкие последствия.

Не известно, докатывалась ли до села Сумки "черная смерть" - чума, и возникали ли очаги сибирской язвы, но вот холера давала о себе знать. О вспышке холеры в ряде уездов Нижегородской губернии упоминал А.С. Пушкин, когда он, приехав в 1830 году в имение Болдино, оказался "невыездным", солдатские и полицейские кордоны, установленные в уездах, до ликвидации очагов холеры никого не впускали и не выпускали из губернии.

Летом 1892 года эпидемия холера со смертельными исходами захватила соседние села Троицкое, Покровское и ряд деревень Козьмодемьянского уезда Казанской губернии. В Сумках, благодаря быстро принятым мерам, смертельные исходы удалось предотвратить. В церковной Летописи сказано: "Первую медицинскую помощь селяне получали от священника, которому было выдано от "Комитета общественного здравия" разных лекарств для раздачи прихожанам".

От губернского начальства было дано "строгое предписание о поддержании чистоты в домах и как пользоваться продуктами питания и водой". В Сумках жители волжской водой для приготовления пищи и питья вообще не пользовались. Этим целям служила чистая родниковая вода на Ключевой улице и еще 8 колодцев, вырытых в селе.

Пожары.

Настоящей катастрофой для села обернулся пожар в апреле 1884 года. В ту весну стояла редкостная жара. Пожар начался на Теребиловке (между Горной улицей и Минским овражком) и в считанные два-три часа дотла выгорели 110 домов, три четверти села. Многие жители села получили сильные ожоги, лишились имущества. В огне погиб один больной старик Ермолаев.

Помещик В.П. Шереметев помогал пострадавшим от пожара и деньгами, и лесом. Автор книги не располагает данными, какую помощь погорельцам оказало государство.

Пожары в Сумках случались и в 20 веке, большие и одиночные, но такого, как в 1884 году, не было. На ликвидацию последствий пожара ушло не менее 10-15 лет. Сумки постепенно отстраивались и вставали на ноги.

Засуха и голод.

В 1891 году на Сумки свалилась новая беда - засуха и связанные с ней неурожаи и угроза голода. Засуха в Среднем Поволжье, в отличие от Нижнего Поволжья, - явление нечастое. И, тем не менее, 1891 год оказался очень засушливым для Нижегородской, Казанской и других губерний.

Весна в 1891 году наступила рано. После весеннего тепла начались заморозки, которые сменились жаркой погодой. Температура достигала + 30 С в тени. Дождей не было. С зерновых посевов не собрали даже семян, луговые угодья выгорели, сена и соломы не было. Жителям нечем было кормить скот и питаться самим. Цены на хлеб и корма резко подскочили.

Пуд ржаной муки стоил 1 руб. 50 коп., сено продавали по небывалой цене - 50 коп. за пуд. Положение селян, по словам М. Боголюбова, особенно в семьях многодетных и бедных, было безвыходным. Бескормица вынудила продавать весь скот по очень низкой цене, лошадь стоила 6-8 руб., а мелкий скот - 50-70 коп. за штуку.

Массового голода в Сумках удалось избежать благодаря помощи государственных органов, Земской управы, общества Красного Креста и пожертвований состоятельных сумских крестьян. Всем нуждающимся крестьянам из Земской управы была выдана безвозмездная ссуда зерном озимого посева, бедные и семейные крестьяне получали по 30 фунтов муки на едока в месяц, для сирот, престарелых и безродных вдов открыли бесплатную столовую в центральной сторожке - расходовали по 3 коп. в день на человека. В ней кормились по 25-35 человек ежедневно.

С 1 февраля 1892 года для бедных учеников в здании Сумского земского училища (а также и в Емангаши) открылась столовая с расходом 3 коп, в день на ученика. После окончания занятий в том же году на каждого ученика выдавалось пособие печеным хлебом - по фунту в день. Столовой в Сумках заведовала учительница Кириллова, а в Емангашах - М.Боголюбов. В столовых пользовались завтраками по 45-50 учащихся.

В 1892 году урожай зерновых - ржи, ячменя и овса удался хороший (за исключением яровой пшеницы), осенью в садах собрали много яблок, и священник в Летописи заметил: "урожай яблок продавался очень ценно" и содействовал улучшению материального положения крестьян. Но положение в земледелии и скотоводстве выправилось не сразу. Потребовалось несколько лет упорного труда.

Наводнения.

"Перед стихией цари не властны" - изрек император Александр I после сильного наводнения в Санкт-Петербурге.

Опасные весенние разливы Волги, когда село оказывалось в воде, бывали очень редко, раз в столетие. По преданию такое наводнение случилось в Сумках в начале 20 века, второе пришлось на весну 1926 года. В тот год Юрино почти полностью было залито метровым слоем воды, и по улицам плавали на лодках. Сумки в ту весну тоже подтопило, к церковной паперти подплывали на лодках. Вода на Горной улице подошла к дому автора книги со стороны Перцева проулка, и лодки причаливали к заборному столбу. Большая и Болотная улицы целиком были покрыты водой. Большого ущерба этот весенний паводок не причинил. Весь скот заранее перегнали в горную часть поля. На гриве снесло только кузницу.

В Сумках были и менее значительные весенние паводки, когда волжская вода вливалась в болото, заполняла на полметра постройки на гриве и подступала прямо к крыльцу Большой школы со стороны учительской. Такие разливы наблюдались раз в 4-5 лет.

Оползни.

Они для села, расположенного у пологих склонов, особой опасности не представляли. Но оползни рядом с Сумками бывали. Все ровные площадки за кладбищем возникли в результате оползней много лет назад. От бывшей усадьбы Давыдов И.И. и до самой Стрелки и сейчас обнажены крутые обрывы. И на самой Стрелке в Волгу съехал большой склон, на который позднее Скоков Н. посадил сад.
Площадка под Маясиным садом размером примерно 150 на 250 метров образовалась сравнительно недавно, в 1903 году. Когда сползал в Волгу этот участок горы, то в Сумках слышался сильный гул, и ощущалось легкое подрагивание земли. Оползни создали площадки и выше Сумок у Ватаги, Микино, Парни; им обязан и Гусев бугор, названный в честь сумского мужика по фамилии Гусев, который любил с него наблюдать за ледоходом на Волге.

Общественный уклад села до 1917 года.

Наши далекие прадедушки и прабабушки со второй половины 18 века являлись государственными крестьянами и не испытывали больше крепостничества. А это значит, они избавлялись от барщины и многих мерзостей и унижений, связанных с ней, когда на барина, как в Юрино, крепостные гнули спины по 5 или 6 дней в неделю; их не продавали семьями или поштучно на базаре, как скотину; не обменивали на породистых собак и т.д. В барских вотчинах это было в порядке вещей в 18 и 19 веках, что нашло отражение в классической русской литературе и в картинах русских художников.

Несомненно, ликвидация крепостного права развивала у сумчан высокое чувство независимости и трудолюбие. Сумские жители как государственные крестьяне несли все рекрутские повинности и платили в казну денежный налог. Его размер определялся сразу для всего села - общества-общины, а общество на сходе решало, какую сумму каждая семья должна уплатить в зависимости от числа и возраста ее членов, урожайности зерновых, количества скота и т.д. При несостоятельности отдельных семей ответственность ложилась на все село, то есть община должна была скинуться и уплатить за должников. В этом состояла суть круговой поруки общины. Власть такой порядок сбора налогов с крестьян вполне устраивал.

На сходе сообща решались важнейшие вопросы жизни села, особенно распределение земли. Ее делили более или менее справедливо: каждая семья в зависимости от количества "едоков" получала часть хорошей земли, удобной для посева зерновых и часть менее плодородной. Эти участки земли могли находиться в разных местах. Владение и ведение всех работ на земле велось единолично. Чересполосица являлась внешним проявлением единоличного хозяйства. При этом родственники или соседи могли объединяться в небольшие группы по 5 или 7 хозяйств ("пятерики" или "семики"). Единоличное хозяйство сохранялось до 1930 года, когда стал организовываться колхоз.

Текущие дела на селе вел староста, избранный всем миром из наиболее авторитетных (честных и грамотных) мужиков. Староста подчинялся волостному правлению с местопребыванием в Емангашах, а над ним стоял Васильсурский уезд. В село для поддержания порядка уездными властями направлялся урядник.

В уезде с конца 19-го столетия заметно активизировалось земство - органы местного самоуправления. Благодаря его старанию, в Сумках и других селах и деревнях были построены типовые начальные школы с 3-х и 4-х классным обучением. В 90-е годы 19 века в Сумках на средства земства был построен большой сельскохозяйственный склад по продаже орудий труда - железных плугов, сеялок, веялок и др. Эту технику продавали по льготным ценам жителям села и окрестных деревень, а также за небольшую плату ее предоставляли напрокат. Крестьяне "пятериков" и "семиков" изредка покупали новую технику в складчину и затем сообща ее использовали.

Материальное состояние жителей села определялось, в первую очередь. наличием пахотной земли, сенокосных угодий и местоположением Сумок на берегу Волги. Отдавая должное удобному географическому положению Сумок и наличию земли с ее пашнями, пастбищами и лугами, необходимо отметить, что жителям приходилось добывать хлеб свой насущный, затрачивая огромные духовные и физические усилия. Уже с последней четверти 19 века в связи с ростом населения ощущалась нехватка пахотных земель.

Несмотря на то, что каждая семья имела земельный надел на своих "едоков" (к ним относились "мужские души"), на каждого из них приходилась лишь половина гектара пашни. К тому же, в виду использования примитивных орудий труда (борон, мотыг), отсутствия агрономических знаний, урожаи зерновых были низкими - 5-7 процентов с гектара. Своего хлеба большинству семей хватало лишь до Рождества, а затем нужно было покупать привозные зерно и муку.

В селе насчитывалось много бедных и совсем безлошадных семей. Для обработки земли и посевов они нанимали земляков, у которых были лошади, а некоторые семьи отдавали обрабатывать и засеивать землю исполу. В Сумках сеяли традиционные зерновые культуры: озимую рожь, яровую пшеницу, ячмень, просо, овес, лен, коноплю. Разводили крупный рогатый скот, овец, свиней. Коз - "чертову скотину" до 1914 года почти не держали, так как они вредили садам. Жители села занимались огородничеством, садоводством и пчеловодством.

Сумки славились отменными плотниками - строителями домов, речных судов, рулевыми и матросами на судах, кустарями-ремесленниками и т.д. Поскольку земля не могла обеспечивать достаточно средств существования, многие крестьяне вынуждены были заниматься различными кустарными промыслами: вязали корзины, сундучки, стулья и диваны из белотала и краснотала, шили и ремонтировали обувь, изготовляли телеги, сани, дуги; из железа мастерили тазы, ведра, ковши и др. В селе было две кузницы, одна крупорушка. В зимнее время часть мужчин уходила на лесоразработки в левобережье Волги, где они валили лес, распиливали бревна на шпалы, тес дольными пилами и т.д.

Но, главное, дополнительную, а очень многим и основную работу давала Волга. Всю зиму, ранней весной и поздней осенью на сумском берегу кипела работа - строились лодки, баржи, как для собственных нужд, так и на продажу. Известными судостроителями в селе были Максим Ганичев, его сын Василий, Казаков Семен, Казаков Иван и др. В начале 20-го века сумские судовладельцы имели 15 барж - среди них: Носов Михаил Григорьевич, Рогов, Серов Федор, Скочихин Поликарп Григорьевич, Скочихин Михаил Григорьевич, Солодилов Алексей Григорьевич, Казаков Иван, Шибаршин Василий, Филаткин Иван Иванович (имел две баржи) и др. Серов Иван Федорович владел буксирным пароходиком. Все они нанимались перевозить грузы у юринских и козьмодемьянских купцов и промышленников.

Каждую весну под церковью на баржах-причалах выгружались многопудовые якоря, чугунные цепи, двухсот- и трехсоткилограммовые лоты для проводки плотов на перекатах и другой такелаж. Многие якоря, лоты и цепи сохранились и лежали под гривой до середины 30-х гг., а затем были вывезены на такелажные склады в Козьмодемьянск. C 80-х годов 19 века на сумском берегу грузились баржи и барки, направлявшиеся вниз до Казани и вверх до Нижнего Новгорода. Пароходов на Волге было мало, они недавно только появились. Поэтому грузовые барки и баржи шли вниз под парусами и на веслах, а вверх их чаще всего тянули бурлаки.

Быть платогоном на Волге звал сумчанина не только дух романтики (увидать Жигулевские горы, большие и красивые города), но и желание прилично заработать. Начинали с малого. В устье Ветлуги на лодках ловили, пущенные сверху реки плоты-однорядки, и отводили к Мумарихе, в трех километрах от Козьмодемьянска. За отвод плота зарабатывали в зависимости от его величины от 5 до 13 руб. И конечно, хорошие заработки сулил сплав плотов до Самары, Саратова, Царицына и Астрахани. Это требовало большой сноровки и даже бдительности, особенно на перекатах, без якорей и своевременного спуска на дно реки лота было просто не обойтись, иначе плот течением могло занести на мель или выбросить на берег.

Сумские молодые мужчины работали на перекатах бакенщиками. Местный житель И.Ф. Мурунов более 20 лет содержал перевоз: с. Сумки - с. Юрино, Карамышево - Юрино. Часть доходов от волжского перевоза Мурунов вносил в казну села. В 1927 году Юринские власти эту прибыльную статью-дело забрали в свои руки, хотя этот перевоз по-прежнему обслуживали сумские граждане - Яров Константин Алексеевич и его дочь (высокая и сильная) Нина Константиновна Ярова.

Для строительства домов после сильнейшего пожара 1884 года стихийно формировались артели плотников и каменщиков. Уже с конца 90-х годов 19 века в Сумках строились добротные деревянные и кирпичные дома, в основном одноэтажные и двухэтажные. Так, на Горной улице в 1898 году Володин Д.И. построил большой кирпичный дом. Дата была высечена на кирпиче фасада дома. Долгое время этот дом являлся сумским клубом. Рядом с домом Володина Д.И. появился дом Солодилова Алексея Григорьевича, двухэтажный - низ был кирпичный, верх - деревянный, с красивыми резными наличниками на окнах. В этом доме в советское время располагался сельский совет и почта, а внизу - "казенка" по продаже водки. Двухэтажные деревянные дома на Горной улице строили Швецов А.В. с братом, и отец Ивана Дутова, любителя быстрой езды на лошадях. Дом Дутова имел кирпичную кладовую, и это являлось правилом почти всех двухэтажных домов.

В начале 20 века одноэтажные кирпичные дома были построены родителями Кисунина Павла, а также Муруновым. Детей у него не было, и дом по наследству достался родственнику Гаврилову Михаилу Алексеевичу, отцу Алексея Гаврилова. На Большой и Болотной улицах в те годы были построены более десятка двухэтажных полукаменных домов, а также кирпичных одноэтажных. Перечислю их владельцев: на Большой улице полукаменный дом (так говорили в Сумках) принадлежал родителям Перцева Георгия Яковлевича, двухэтажный дом Роговых, который после войны купил Осипов А.Я., дом Маслановой А.И., дом, принадлежащий Симулиным-Яшенкиным и Чиковым, дом Игнатьева Ивана Егоровича, в котором размещалась районная колхозная школа (РКШ), а затем правление колхоза и полукаменный двухэтажный дом в центре Большой улицы Жарёхина Василия Михайловича. Этот дом у колхоза после войны купил Кисунин К.А. На Большой улице стояли и два деревянных двухэтажных здания, их хозяевами были Андрианов А.И. (Малов) и Масланов В.С.

Одноэтажные кирпичные дома и их владельцы: дом братьев Яровых И.А. и П.А., половину этого дома в 30-е годы купил Кисунин Александр Васильевич, отец Кисунина Леонида. В нем его сын с семьей жил до переезда в Козьмодемьянск. Кирпичный дом матери Шорохова Павла, стоявший рядом с домом Роговых, был продан и сломан во время войны, дом Крысиной Веры, где потом располагалась столовая дома инвалидов, дом Волкова М.С., купленный в 1938 году Федотовым И.М., дом Шишкиной Марии и дом Фролова Ивана, спаленный его сыном в 1938 году.

На Болотной улице были построены четыре двухэтажных деревянных дома. Дом Филаткина, позднее купил и перекатал в одноэтажный Андрианов (Туров) Николай. Этот дом приобрел священник Барсуков И.К. Сейчас его снесли и поставили новый; дом Скочихина М.Г. и его жена Евгении с резным и расписным балкончиком, дом Серова Ф., в котором позднее жил Емелин Николай Алексеевич с семьей, двухэтажный дом Петровской А.М. (потом она уехала с семьей в г. Горький), двухэтажный полукаменный дом Ганичева Василия Максимовича. отца Ивана Васильевича, дом Федора Симакова (в нем размещался спальный корпус Дома инвалидов). На Болотной улице родители Востоковой-Скоковой Зои Николаевны, матери учительницы Чеботаевой, построили каменный одноэтажный дом.

В начале улицы Ключевой рядом с магазином, стоял принадлежащий Федотову Сергею Андреевичу двухэтажный полукаменный дом, и чуть дальше дом Носова М.Г, где позднее была начальная школа. На гриве был построен одноэтажный кирпичный дом, принадлежавший двум владельцам - Похвалову Павлу Ивановичу и Похвалову Василию Александровичу. Последними хозяевами этого дома являлись Фролов Александр Степанович и его жена Фролова (Кисунина) Екатерина Ивановна. Сразу за ключом стоял добротный дом с отдельной каменной кладовой, принадлежавший Симулину Семиону Петровичу, а дальше за ним - двухэтажный полукаменный дом Андриановых, в котором прошла юность капитанов-братьев Виктора и Владимира Яровых.

Достопримечательностью Сумок являлись амбары. Печальные уроки пожара 1884 года заставили многих жителей как-то обезопасить себя от таких бедствий впредь. Состоятельные граждане сооружали кирпичные кладовые на первом этаже или возводили их рядом с домом, как это делали Володин Д.И. и Симулин С.П. В этих кладовых в летнее, наиболее пожароопасное время, хранили запасы продовольствия и одежду. А те граждане, которые имели более скромные доходы, строили амбары. Они располагались подальше от жилья, на берегу реки Сумки, рядом с церковью. Амбары рубили, как правило, из толстого осинника.ю крыши покрывалисьь тесом или дранкой, полы выстилались досками.Каждый амбар имел крепкую дверь с массивным висячим замком. Более пяти таких амбаров сохранились в 30-е годы.

Оживлению строительства жилья и появлению в Сумках двухэтажных домов с кирпичными кладовыми и большими сараями содействовала торговая ярмарка, проводимая один раз в неделю по пятницам. Она начиналась в Лыскове, затем проводилась в Воротынце, Васильсурске, Сумках. Из Сумок она следовала в Козьмодемьянск и село Владимирское. На эту ярмарку с осени и до ранней весны в Сумки съезжались до сотни возов с продовольствием и промышленными изделиями. Там было все - от меда, воска, пряников, калачей, рыбы всяких сортов, до деревянных расписных ложек, прялок, шерстяных платков, красивых сарафанов, модных сафьяновых сапог и туфелек до амбарных замков, гвоздей и топоров.

А покупатели стекались в Сумки со всех окрестных сел и деревень. И всех, особенно купцов, надо было разместить на ночлег, приютить лошадей и возы с товарами, людей покормить, напоить чаем и ... водочкой. До введения "сухого" закона в России накануне Первой мировой войны в Сумках были три частные торговые лавочки и "Казенка", где продавали водку от государства. Кроме этих лавок и "казенки" были еще питейные заведения "Трактир" и "Кабак". В трактире продавали на разлив водку, пиво и чай. Трактир сдавался сельским обществом на один год в аренду частному торговцу. а средства от сдачи трактира поступали в общую казну села. Ночасто эти деньги до казны не доходили. Новый съемщик, договорившись на сходе о цене и, получив право на содержание трактира, в счет арендной платы выкатывал 10-ведерную бочку вина и поил мужиков. присутствующих на сходе. Напившись, наругавшись и подравшись между собой, мужики со схода расходились по домам, пропив всю очередную плату за год. Торговлю в трактире ежегодно снимал ушлый виноторговец из города Ядрина Таланцев.

Но поголовного массового пьянства, особенно среди крестьян, в Сумках не было. Сдерживала религия, библия разрешала пить вино умеренно и только в праздники. А главное, весь уклад семьи, зиждившийся на труде, не позволил бы горькому пьянице прокормить своих детей и себя. Надо было зарабатывать на хлеб, одежду, обувь, жилище и т.д. Поэтому алкоголиков в селе до 1917 г. и в первые годы Советской власти. когда еще действовал "сухой закон". не наблюдалось.

В Сумках постоянно действовали бакалейные лавки прямо в домах с кладовыми. Владельцами лавок с бакалейными товарами являлись Сусоколов Иван Ильич, Востоков Николай Васильевич, Кознов Григорий Михайлович, Солодилов Алексей Григорьевич, Волков Михаил Степанович, последний кроме бакалеи торговал еще и мануфактурой. В селе обычно было не мало и мелких торговцев-коробейников.

В дни ярмарки недалеко от церковной площади шумел балаган, девки катались на каруселях, а мальчишки - на самокатах. Базарная площадь с тесовыми лавками находилась в начале Большой улицы, где позднее стоял памятник Ленину. И каждую пятницу, после завершения полевых работ, с раннего утра закипала бойкая торговля. Ярмарка действовала до августа 1914 года, до начала Первой мировой войны.

В 1924 году ярмарка в Сумках возобновилась. На площади были сооружены крытые деревянные ряды, подобные современным юринским. Торговые ряды в Сумках сохранились до 1935 года.

Можно ответственно заявить, что к 1914 году село по-настоящему возродилось. Жизнь наладилась. Все шло обычной чередою: люди трудились, женились, венчались, плодились, растили своих детей. Старики достигнув естественного предела, тихо и незаметно, а порой под редкие удары большого церковного колокола покидали белый свет. Особые чрезвычайные потрясения - природные и социальные - происходили не так часто.

Село располагалось в удобной для жизни местности и было красивым. Это подтверждал всякий, кто хоть раз побывал в Сумках. По украшению своих домов резными наличниками, ставнями и кокошниками-солнцами сумчане не хотели уступать более богатым Васильсурску и Козьмодемьянску.

Планировка села напоминала городскую: ровные улицы шли вдоль берега Волги, родники, бившие под горой, перекрывались мостиками-переходами и мостами, а где была мочажина, прокапывались канавы для стока стоячих вод.

И, конечно, все пути вели к храму.

Школьное образование и просвещение в Сумках до 1917 года

Образование в селе в 19 веке сводилось в основном к обучению грамоте - умению читать и писать. Главную просветительную функцию на первых порах выполняла церковь с ее священнослужителями. Нам неизвестно, обучали ли сумских детей в 18 веке - школы тогда не было. Она появилась лишь в 1843 году. А до этого закону Божьему, чтению, письму и счету крестьянских детей обучал священник А.А. Красков. В 1843 году Министерство государственных имуществ учредило в Сумках первую церковно-приходскую школу с двухгодичным обучением. Эту школу по неизвестной причине вскоре закрыли, а новую открыли только спустя 20 лет.

В 1883 году в Сумках было открыто трехклассное "Земское начальное училище". В нем обучались по данным летописи свыше 50 детей. Для училища на церковной площади построили новое здание. По воспоминаниям старшего поколения здание состояло из двух половин: в одной обучались дети, в другой - жил учитель. Все три класса занимались вместе, уроки вел один учитель. В классе стояли деревянные столы-парты, каждая рассчитана на 10 учащихся, на парадной стороне помещался портрет царя, классная доска, счеты и стол учителя, оценки выставляли по пятибалльной системе.

Учебники детям выдавались учителем для всех на временное пользование (бесплатно). В конце учебного года каждый ученик должен был сдать учебники в хорошем состоянии. На свои деньги приобретали тетради, ручки, чернильницы, карандаши, грифельную доску и грифели.

Вот какую оценку давал сумчанам А.А. Красков: "... что касается до образования и нравственных способностей жителей, то в некоторых замечается. как, например, рассудительность, набожность, гостеприимство. Мужчины и женщины многие обучены грамоте. Дети их обучаются в училище в большом количестве и занимаются с должным прилежанием".

По окончании училища всем ученикам выдавалось свидетельство, а отличникам еще - "похвальный лист" и книга "Евангелие".

С ростом численности населения Сумок старое здание училища не вмещало всех желающих. На сельском сходе решили построить более просторную школу. В 1905 году в западной части села вблизи р. Сумка заложили фундамент школьного здания. Но дальше строительство застопорилось. Надо полагать, помешали бурные события в стране после 9 января 1905 года в Петербурге. И лишь в 1907 году Земство изыскало средства и стройка возобновилась. Ее возглавил деловой сумчанин Василий Михайлович Жарёхин и опытный плотник Фокин. Школа строилась долго и приняла первых сто учеников лишь в 1913-1914 учебном году.

Для своего времени сумская школа была прекрасной. Т-образное деревянное здание покоилось на высоком кирпичном фундаменте и под железной крышей. Два больших класса были обращены на солнечную сторону, а две учительские квартиры - одна на западную, другая - на восточную стороны. В каждом классе стояло по 25 парт. Классы отделялись друг о друга раздвижной стенкой. В случаях торжеств они превращались в импровизированный зал. Школа была просторной. уютной и теплой. Обучение было уже 4-х годичным. Но не всем из первых ста учеников удалось получить начальное образование, помешала Первая мировая война.

Позднее, бывшие ученики сумской школы очень тепло отзывались о первых своих учителях: Александре Ивановиче Орлове (это он учил детей в 1913-1914 гг. грамматике русского языка, чистописанию, арифметике и любви к природе), Ольге Арсентьевне Сушковой, Василии Григорьевиче Сахарове и др.

Отмечая некоторые положительные сдвиги в школьном обучении с конца 19 века, необходимо признать, что до конца 1917 года не менее половины детей и взрослых Сумок оставались неграмотными. Преодоление безграмотности осуществлялось в советское время в 20-е и 30-е годы. Основную духовную пищу, начиная с конца 17 века и до первой четверти 20 века, взрослые и дети получали от церкви и ее священнослужителей. Естественно, она носила религиозный характер. Это касалось, прежде всего, разъяснений нравственных заповедей Иисуса Христа, понятий греховности человека, о грядущем страшном суде, сущности рая и ада, проповеди божественного происхождения вселенной и самого человека.Поскольку государственная власть считалась данной свыше, от Бога, то ее нужно со смирением принимать и выполнять все законы. Все это сдерживало в глубоко верующем человеке проявления греховных замыслов и антиобщественных поступков. В целом же степень набожности менялась в разные эпохи и в зависимости от обстоятельств жизни как отдельного человека, семьи и общества в целом.

До 1917 года в Сумках не было общественной библиотеки, если не брать во внимание небольшое количество книг религиозного содержания, находившихся в церковной сторожке. Книжки светского содержания для детей "Сказки А.С. Пушкина", стихи М.Ю. Лермонтова, Ф.И. Тютчева, А.А. Некрасова взрослые покупали на сумской ярмарке или в городах в летнее время.

Жители села постепенно приобщались к плодам цивилизации: в 1897 году в Сумках был открыт фельдшерский пункт, в 1905 году - почтово-телеграфное отделение со своим начальником почты А. Евстифеевым, телеграфистом М.Волковым и почтальоном В.Д, Барсуковым, а в 1915 году открывается ветеринарный пункт.

Первые годы советской власти и организация колхоза.

Первая мировая война привела к Февральской революции 1917 г., отречению от власти Николая II и установлению буржуазной власти в России. Октябрьская революция 1917 г. свалила Временное буржуазное правительство и установила советскую власть в стране. Большевики победили под лозунгами "мир-народам", "хлеб-голодным", "земля-крестьянам".

Россия в политическом плане оказалась расколотой на волшебные классы и в стране началась трехлетняя Гражданская война между "красными и белыми", окончившая в конце 1920 г. победой советской власти. Чтобы устоять в суровое военное время, Советы проводили политику "военной коммунизма", когда полностью была запрещена частная торговля в стране, устанавливался прямой продуктообмен между городом и деревней, вводилась продразверстка, по которой отбирались "излишки" производства у крестьян с целью не допустить голод в городах. Страна жила по принципу "кто не работает. тот не ест".

Все эти необходимые революционные меры нередко сопровождались ошибками и перегибами, которые дорого обходились людям. Тяготы Первой мировой и Гражданской войн сумчане пережили очень тяжело. Единоличные крестьянские хозяйства пришли в упадок. Выше уже отмечалось, что в Сумках в 1921 г. из 267 крестьянских хозяйств - 205 оказались безлошадными и совсем бедными, солдаты-кормильцы только что вернулись с Гражданской войны. Еще худшим было положение 56 красноармейских семей. Многие семьи влачили полуголодное существование.

В 1918 году в Сумках организовали комитет бедноты. Одним из первых его председателей был избран П.И. Похвалов. Комитет провел новый передел земли в селе, ограничив наделы зажиточных крестьян, а также отобрал у церкви доходы, которые она получала от сдачи в аренду 30 десятин земли. Сумчане испытывали тревогу, связанную с Гражданской войной, поскольку ее пламя уже докатилось до Казани. Отдельные семьи имели винтовки, привезенные еще солдатами в 1918 году, или только доставали оружие для самообороны, которое потом обнаружили в погребах и на чердаках (наганы, гранаты и т.д.). С другой стороны, жители Сумок не избежали действий вооруженных продотрядов, которые разъезжались по уездам и отбирали излишки продовольствия у крестьян.

Но постепенно в условиях НЭПа (1921-1929 гг.) оживало сельское хозяйство и развивалась разрешенная властью частная торговля и торгово-потребительская кооперация. В 1920-1930 гг. в Сумках действовала промартель "Судостроитель", которая строила речные суда и занималась деревообработкой. Под церковью, на берегу Сумки находился большой склад дубовых досок и др.

В эти годы на глазах жителей села проходило национальное государственное переустройство. Нижегородскую губернию преобразовали в край, а Сумки из Васильсурского уезда передали в Юринский кантон (округ; уже тогда наблюдалось слепое увлечение западными терминами). В ноябре 1920 года Сумки и весь Юринский кантон передали в состав только что образованной Марийской автономной области, а в 1936 году МАО преобразовали в республику МАССР за счет включения трех районов Кировской области.

Летом 1930 года в Сумках произошла сенсация. На сумском поле приземлился аэроплан. Пилотом оказалась француженка, которая совершала длительный перелет по маршруту Париж-Москва-Казань. В пути она почувствовала себя плохо и вынуждена была сделать посадку. Жители села отвезли француженку в Юринскую больницу. Получив медицинскую помощь, она продолжила свой маршрут. Но есть и другая версия, что это была не простая француженка, а внучатая племянница юринского помещика Петра Шереметева, которая в числе других родственников графа Шереметева эмигрировала после революции во Францию. Её целью было посмотреть на замок-дворец и поклонится могилам своих родственников в Юрино.

Создание колхоза

Коллективизация, начавшаяся в стране в 1929 году, к 1930 году достигла и Сумок. Процесс этот был сложным, противоречивым и связан с ломкой устоев землепользования, частнособственнической психологией селян и репрессиями против части граждан Сумок. Идейно-политическая база для организации коллективного хозяйства в Сумках была на лицо: действовала ячейка ВКП (б) и её членами являлись бывшим псаломщик сумской церкви Василий Андреевич Казаков, Василий Андреевич Скоков, Александр Васильевич Кисунин (следователь милиции) и его брат Фёдор Васильевич Кисунин и другие.

В качестве контролирующего из г. Иваново-Вознесенска был направлен из числа 25-тысячников рабочих Василий Константинович Барсуков. Это был коренастый средних лет со светло-рыжими волосами, крупным мясистым носом мужчина. Ему на Новой линии построили хороший дом под шатровой железной крышей, в котором он долго и благополучно жил со своей супругой Анной Павловной. В колхозе Барсуков трудился завхозом.

Получив сверху партийную директиву о сочетании коллективизации с раскулачиванием, местная ячейка ВКП (б) приняла ее к исполнению. Организационное собрание по созданию колхоза состоялось в декабре 1929 года. Желание перейти от единоличного ведения хозяйства к коллективному изъявили не только активисты партийной и комсомольской ячеек, но и многие бедняцкие семьи.

"Красный май" - такое название дали новому колхозу. В него сначала вступили около 30 семей. Первым председателем колхоза избрали В.А. Казакова, а бухгалтером - А.В. Кисунина-Перцева. На первом же собрании определили 13 семей к раскулачиванию, в итоге 10 семей лишили всех прав и состояния и выслали на Урал: Д.И. Володина, В.М. Жарёхина, М.Г. Носова, Рогова, Федора Симакова, П.Г. Скочихина, И.Ф. Серова, И.И. Филаткина, В.Шебаршина, А.Г. Солодилова.

На их раскулачивании, по рассказам очевидцев, особенно настаивали женщины-вдовы: М.С. Шишкина, Е.С. Емелина-Чулкова, А.И. Масланова, Н.Е.Пуркина и др. Видимо, тут проявилась и зависть к чужому достатку, а у некоторых присутствовал и прямой материальный интерес: часть конфискованного имущества переходила в собственность активистов. Отдельных бедняков вселили в дома "лишенцев". Так, в дом Рогова на Горной улице вселился Ф.В. Кисунин с семьёй, вдову А.С. Голякову поселили в дом Рогова за ключом, на Болотной улице дом В.Шебаршина заняла семья А.Булыжна.

Многие семьи, высланные из Сумок, никак нельзя было причислить к кулакам-эксплуататорам. Они не имели излишков земли, не нанимали батраков, все члены семей сами обрабатывали поля. Например, Ивана Васильевича Казакова, проживающего в деревянном домике на Горной улице, преследовали только за то, что он с сыновьями-подростками построил деревянную баржу, которую и не успел даже использовать для перевозки грузов. Хотя в период НЭПа это и разрешалось. Его от позорной ссылки спасла тяжёлая болезнь и преждевременная смерть. Во время войны в армию были призваны три его сына и дочь. Два сына погибли. Д.И. Володин почти никогда не снимал свою драную одежду и постоянно ковырялся с семьей в поле на своей полосе.

Исключение составляли лишь А.Г. Солодилов, имевший баржу и тоговую лавку в собственной кладовой, И.Ф. Серов, владевший небольшим буксирным пароходиком, который обслуживался несколькими рабочими, и И.И. Филаткин - собственник двух доходных барж. Лишение крова. имущества и высылка из села явилияь настоящей трагедией для репрессированных и их родственников, оставшихся в Сумках. лишенцев-сумчан отправляли на пароме в сторону Казани весной 1930 года. Провожать их вышло к церкви всё село.

Сравнительно "милостиво" власть обошлась с Иваном Егоровичем Игнатьевым ("золотым") и его женой. Двухэтажный дом на Большой улице у него отобрали в пользу колхоза, но не выслали из Сумок. Помог случай. Кто-то "дохнул" в милицию. что им припрятана пара килограммов золотых монет (по закону он должен был сдать их государству). Игнатьева арестовали. Но на допросах он не признался. Тогда милиция забрала и его жену. После короткого пребывания в КПЗ жена не вынесла условий пребывания в нем, попросила свидания с мужем и стала уговаривать его отдать золото и "не мучить себя и меня". (Она не знала, где муж хранил монеты).Игнатьев "сдался" и всё отдал государству. Пребывание четы Игнатьевых в КПЗ и спасло - партия "лишенцев" из Сумок была уже отправлена.

По Конституции СССР 1936 года, бывшие репрессированные крестьяне получили равные права со всеми гражданами страны (право на труд, отдых, образование и др.). Их дети учились в школах, техникумах, вузах. И когда грянул гром войны они с оружием в руках защищали свою родину. Некоторые из них погибли - К.В. Рогов, А.А. Серов, А.Н. Шебаршин.

Основная масса сумчан в 1931-1932 гг. под воздействием агитации преимущества коллективного труда перед единоличным и особенно высылки части земляков из села вступила в колхоз. На общий двор отвели по одной лошади и корове, сдали весь хозяйственный инвентарь.

Едва не "загремел" Семен Васильевич Казаков по прозванию "Дикий". Такое прозвище он получил за то. что не любил больших строительных артелей и положенную ему порой тяжелую работу отлично выполнял один. Это был высокий, красивый, с сильными длинными руками и седеющей бородой 50-летний мужчина. Славился он тем, что в одиночку для колхоза строил паромы, а это под силу было троим обычным мужикам, и большие деревянные чаны, вмещающие по 7-10 тонн воды на случай пожара. За С.В. Казакова вступился его родственник А.В. Кисунин-Перцев, хотя и сам был исключен из ВКП (б).

Переходу к колхозной реформе, несмотря на сомнения и опасения грядущей жизни, содействовали сложившиеся коллективистские навыки в сельской общине и практика взаимопомощи при строительстве жилых и хозяйственных построек, мостов, колодцев и т.д. Без поддержки родственников, соседей в одиночку выжить на селе было очень трудно.

И надежды сумчан на лучшую жизнь в колхозе накануне войны в целом не обманулись. Трудодень в 30-е годы хорошо оплачивался продовольствием. Трудились в селе с ранней весны и до поздней осени все колхозники трех бригад. Поля удобрялись: весь навоз с ферм, конедворов и их хлевов колхозников регулярно вывозился, лошадей и молодых сильных пахарей было в избытке, кипела на полях ручная жатва зерновых; на колхозном току и крытом сарае на горе снопы складывались в копны и скирды и молотили уже не цепами, а молотилками, сначала на конной тяге, а потом и на тракторной. В 1935 году на сумском поле заработал первый трактор Марьинской МТС.

Налоги на колхозы и колхозников были минимальными. Основная масса зерна оставалась в колхозе и распределялась по трудодням. Таким же образом делился и мед, полученный с большой колхозной пасеки. Она находилась на сумских лугах, примерно в 18 километрах от Сумок. Пасеку, более чем сто семей, обслуживал сумчанин Алексей Васильевич Володин.

Материальный достаток отражался в настроении людей. В селе дружно и весело отмечали по-бригадно, звеньями новые советские праздники, при этом не забывались старые, церковные. Правда, их праздновали скромнее, семьями.

Колхоз "Красный май" за достигнутые успехи не раз награждался Почетными республиканскими грамотами, передовики-колхозники поощрялись поездками на сельхозвыставки в Йошкар-Олу и Москву. Колхозу "Красный май" одному из первых в МАССР был вручен бюст В.И. Ленина.

Но, как говорят, "от великого до смешного" и "от смешного до печального" - всего один шаг. Эти слова подтверждает та нелепость, которая случилась в связи с бюстом Ленина. Его из райцентра в Сумки сопровождали три члена ВКП (б): А.О. Емелин, Ф.В. Кисунин и А.С. Швецов, избранный недавно председателем колхоза. В тот день стоял сильный мороз. Председатель колхоза пошутил: "Не замерзла бы лысая голова Владимира Ильича?". И накрыл бюст своим полушубком. Эта шутка дорого обошлась А.С. Швецову. О ней "капнул" куда следует сосед, власти усмотрели в этой шутке антисоветчину и осудили А.С. Швецова на семь лет. Наказание он отбывал на строительстве Беломорско-Балтийского канала. К семье Александр Степанович вернулся лишь в 1945 году, пройдя через горнило Великой Отечественной войны.

Законы той поры были суровы, и не всегда они были справедливы и оправданы. Отец автора книги в 1933 году был бригадиром первой бригады. Осенью после уборки урожая на колхозном поле подгнило 200 килограммов гороха. Его обвинили в халатном недосмотре и осудили на два года заключения. Но можно также отметить, что за сбор колосьев после жатвы на поле, ни до войны, не после, ни одного человека в Сумках не преследовали и не судили.

Некоторые организаторы колхоза быстро покинули сове детище. Так, В.А. Казаков, первый председатель колхоза, в 1933 году "слинял" в Горький и устроился снабженцем на автозаводе. Вслед за ним разбежались и другие активисты. О ветви родственников В.А. Казакова по Сумкам ходила молва, что они "бездомовцы" и гуляки.

После В.А.Казакова председателем избрали Ф.В Кисунина, его сменил А.С Швецов, после его ареста в 1937 году пост председателя колхоза на один год занял И.П. Толбаев, с лета 1938 года по ноябрь 1941 года председателем работал П.А. Кознов, окончивший до этого годичные курсы председателей колхозов в п. Сернур. В 1939 году П.А. Кознова за успехи, достигнутые колхозом, премировали поездкой в Москву на сельскохозяйственную выставку с вручением почетной грамоты и подарка, как беспартийному, книги И.В. Сталина "Об основах ленинизма". С лета 1943 г. по 1945 год председателем вновь избрали П.А. Кознова, вернувшегося домой по ранению.

После войны на этот пост выбирали, как местных, так и "варягов" по рекомендации районных властей - Москвина. работавшего до этого военруком в Юринском педучилище, Е. Кэбину - инструктором района партии, и односельчан - снова И.П. Толбаева, а также В.А. Скокова, В.А. Кисунина и Н.И. Емелина.

В послевоенное время председателям дали указание не отпускать "на сторону" колхозников, даже на учебу. И когда автор книги обратился к одному из председателей с просьбой выдать справку для получения паспорта, последовал ответ: "Роботат, роботат надо в колхозе".

Самыми благоприятными для работы и жизни колхозников были предвоенные три года. В деятельности колхоза основными направлениями были зерновое и мясомолочное. В селе создали три полеводческих бригады, целью которых было добиться 100-пудового урожая зерна с одного гектара. Бессменными бригадирами 1-й и 3-й бригады, вплоть до ухода на пенсию, трудились Т.И. Крысина и П.И. Похвалов.

МТФ (молочно-товарная ферма) в начале размещалась на горе у Большого взвоза, но поскольку животным требовалось много воды, а скважины тогда не бурили, ферму перевели вниз к подножию холма, где тогда жил Г.В. Петровский, он же был и первым ее завом.

В те годы в горной части поля были построены два зерновых склада и большое картофелехранилище. Два конных двора. которые насчитывали по 50 рабочих лошадей. находились прямо в селе - один на месте бывшей усадьбы священника, другой - возле церкви. Молодняк содержали в большом сарае П.Г. Скочихина.

В Сумках организовали ферму кроликов, насчитывающую несколько сотен животных. Их содержали в клетках. В 1939 году "крольчатник", в виду якобы его нерентабельности, ликвидировали, а для отстрела кроликов, прятавшихся в норах, пригласили юринских охотников.

В Почистях на площади в несколько гектаров выращивали клубнику сорта "Виктория". Через почистный овраг к плантации построили большой деревянный мост. Лакомиться настоящей клубничкой сумские пацаны бегали за 3 км от села.

Для трудоспособных колхозников был определен минимум - выработать в течение года 250 трудодней.

В 1932 году в Сумках был открыт Республиканский дом инвалидов и престарелых, где вначале жили 35-40 человек. Для них использовались два дома - одноэтажный каменный Верухи Крысиной и двухэтажный, отобранный у Симакова. Кроме того, инвалидов размещали и на Микине, что в 5 км от Сумок. Там использовали бывшую дачу лесопромышленника Кузнецова и новый построенный корпус. Численность инвалидов и престарелых возросла до 230 человек. Дом инвалидов обслуживали более 20 сумских жителей.

В 1939 году в Сумках открылась Районная колхозная школа (РКШ) с годичным сроком обучения. В ней готовили полеводов, ветеринаров и счетоводов. Под РКШ отвели двухэтажное здание на Большой улице возле дома С.И. Сусоколова. Учащиеся были взрослые мужчины, а преподавали им специалисты из столицы республики.

Село Сумки, колхоз «Красный май».

1. Алфеев Александр Васильевич (р.1873), священник.
2. Андрианов Александр Иванович (1891-1965), колхозник.
3. Андрианов Николай Васильевич (1902-1969), колхозница.
4. Андрианова Анастасия Федоровна (р.1921), колхозница.
5. Андрианова Анна Александровна (1892-1976), колхозница.
6. Андрианова Вера Ивановна (р.1911), колхозница.
7. Андрианова Наталья Степановна (р.1894), колхозница.
8. Андриянова Анна Максимовна (р.1882), колхозница.
9. Анисимов Николай Никитович (р.1930), колхозник.
10. Анисимова Галина Ивановна (р.1912), колхозница.
11. Афонина Галина Петровна (р.1929), колхозница.
12. Афонина Екатерина Андреевна (р.1905), колхозница.
13. Афонина Елизавета Домнинична (р.1903), колхозница.
14. Багрянская Мария Васильевна (1896-1968), колхозница.
15. Багрянский Вениамин Арсеньевич (р.1905), колхозник.
16. Барсуков Василий Константинович (р.1880), колхозник.
17. Барсукова Александра Павловна (1881-1968), колхозница.
18. Барсукова Екатерина Андреевна (1889-1971), колхозница.
19. Баскаков Андрей Иванович (1889-1963), колхозник.
20. Баскакова Анна (р.1922), колхозница.
21. Баскакова Анна Михайловна (р.1912), колхозница.
22. Баскакова Евдокия Ивановна (р.1917), колхозница.
23. Баскакова Матрена Семеновна (1879-1969), колхозница.
24. Белова Елена Ивановна (1895-1972), колхозница.
25. Белунина Елизавета Даниловна (р.1898), колхозница.
26. Березина Елена Ивановна (р.1891), колхозница.
27. Березина Клавдия Андреевна (1925-1967), колхозница.
28. Булыгина Мария Сергеевна (р.1887), колхозница.
29. Булыгин Александр Дмитриевич (1885-1958), колхозница.
30. Булыгин Вениамин Петрович (р.1928), колхозник.
31. Булыгина Анна Петровна (р.1930), колхозница.
32. Булыгина Ольга Якимовна (р.1902), колхозница.
33. Вагулин Петр Семенович (1886-1958), колхозник.
34. Вагулина Наталья Ивановна (р.1889), колхозница.
35. Вагулина Ольга Петровна (р.1926), колхозница.
36. Ватикова Мария Михайловна (р.1913), колхозница.
37. Ватисова Клавдия Ивановна (р.1927), колхозница.
38. Ватисова Лидия Ивановна (р.1930), колхозница.
39. Ватисова Софья (р.1913), колхозница.
40. Вашурин Алексей Григорьевич (1900-1972), колхозник.
41. Вашурин Анатолий Федорович (р.1924), колхозник.
42. Вашурина Александра Семеновна (р.1903), колхозница.
43. Вашурина Антонина Ивановна (р.1913), колхозница.
44. Вашурина Варвара Яковлевна (1897-1980), колхозница.
45. Вашурина Клавдия Федоровна (р.1923), колхозница.
46. Вашурина Мария Ивановна (р.1931), колхозница.
47. Вашурина Мария Яковлевна (р.1913), колхозница.
48. Вашурина Ольга (р.1917), колхозница.
49. Володин Петр Иванович (р.1912), колхозник.
50. Володина Александра Александровна (1887-1975), колхозница.
51. Володина Анна Григорьевна (р.1898), колхозница.
52. Володина Анна Михайловна (р.1911), колхозница.
53. Володина Зоя Порфирьевна (р.1904), колхозница.
54. Володина Клавдия Ивановна (р.1913), колхозница.
55. Гаврилов Алексей Михайлович (р.1929), колхозник.
56. Гаврилов Михаил Алексеевич (р.1892), колхозник.
57. Гаврилов Николай Алексеевич (1897-1960), колхозница.
58. Гаврилова Анна Васильевна (р.1897), колхозница.
59. Гаврилова Евгения Александровна (р.1931), колхозница.
60. Гаврилова Нина Андреевна (р.1924), учитель.
61. Гаврилова Прасковья Алексеевна (1894-1976), колхозница.
62. Галушков Гаврил Петрович (р.1918), колхозник.
63. Галушкова Нина Яковлевна (р.1919), учительница.
64. Ганичев Константин Васильевич (1906-1977), колхозник.
65. Ганичев Михаил Константинович (р.1931), колхозник.
66. Ганичева Вера Андреевна (р.1903), колхозница.
67. Ганичева Клавдия Ивановна (р.1908), колхозница.
68. Ганичева Нина Ивановна (р.1929), колхозница.
69. Гарнова Мария Ивановна (р.1909), колхозница.
70. Гертнер Анна Сергеевна (р.1912), колхозница.
71. Гертнер Владимир Андреевич (р.1919), колхозник.
72. Голякова Анна Сергеевна (р.1882), колхозница.
73. Голякова Клавдия Алексеевна (р.1912), колхозница.
74. Горнова Мария Ивановна (1903-1976), колхозница.
75. Гурьянова Наталья Максимовна (р.1880), колхозница.
76. Давидов Иван Васильевич (р.1908), колхозник.
77. Давидова Анна Степановна (р.1911), колхозница.
78. Давыдов Виталий Иванович (р.1930), колхозник.
79. Давыдов Иван Иванович (1893-1971), колхозник.
80. Давыдова Александра Матвеевна (р.1894), колхозница.
81. Даутова Елена Яковлевна (1873-1960), колхозница.
82. Даутова Мария Андреевна (р.1907), колхозница.
83. Денисова Анна Васильевна (р.1929), колхозница.
84. Дикусар Евдокия Андреевна (р.1922), колхозница.
85. Долматов Александр Михайлович (р.1913), колхозник.
86. Долматов Алексей Михайлович (р.1892), колхозница.
87. Долматов Анатолий Алексеевич (р.1924), колхозник.
88. Долматова Анастасия Ивановна (р.1928), колхозница.
89. Долматова Анна Максимовна (р.1895), колхозница.
90. Долматова Анна Петровна (р.1912), колхозница.
91. Долматова Евдокия Егорьевна (1884-1972), колхозница.
92. Долматова Елизавета Степановна (р.1914), колхозница.
93. Доронина Валентина Ивановна (р.1927), колхозница.
94. Доронина Екатерина Трофимовна (р.1894), колхозница.
95. Дружинина Нина Ивановна (р.1914), колхозница.
96. Дутов Иван Андреевич (р.1903), колхозник.
97. Дутова Екатерина Дмитриевна (р.1893), колхозница.
98. Егорова Клавдия Степановна (р.1910), колхозница.
99. Емелин Иван Михайлович (р.1928), колхозник.
100. Емелин Николай Алексеевич (р.1914), колхозник.
101. Емелин Николай Иванович (р.1913), колхозник.
102. Емелина Анастасия Васильевна (р.1916), колхозница.
103. Емелина Анастасия Яковлевна (р.1927), колхозница.
104. Емелина Елена Степановна (1892-1959), колхозница.
105. Емелина Капитолина Ивановна (р.1920), колхозница.
106. Емелина Мария Алексеевна (р.1910), колхозница.
107. Жарехина Серафима Михайловна (1886-1964), колхозница.
108. Жукова Вера Ивановна (р.1915), колхозница.
109. Жукова Меланья Федоровна (р.1885), колхозница.
110. Зеленецкая Анна Андреевна (р.1900), колхозница.
111. Зеленецкая Анна Яковлевна (р.1917), колхозница.
112. Игнатьев Борис (р.1928), колхозник.
113. Игнатьева Александра Петровна (р.1910), колхозница.
114. Игнатьева Мария Васильевна (р.1899), колхозница.
115. Казаков Александр Александрович (р.1910), колхозник.
116. Казаков Александр Алексеевич (р.1904), колхозник.
117. Казакова Александра Григорьевна (р.1915), колхозница.
118. Казакова Антонина Ивановна (р.1916), колхозница.
119. Казакова Вера Алексеевна (р.1929), колхозница.
120. Казакова Евгения Андреевна (р.1915), колхозница.
121. Казакова Екатерина Александровна (р.1899), колхозница.
122. Казакова Матрена Васильевна (р.1902), колхозница.
123. Казакова Пелагея Алексеевна (р.1911), колхозница.
124. Казакова Пелагея Михайловна (1879-1960), колхозница.
125. Казакова Татьяна Алексеевна (р.1914), колхозница.
126. Казакова Феоктиста Семеновна (р.1892), колхозница.
127. Калаева Анна Васильевна (р.1928), колхозница.
128. Каманина Екатерина Петровна (р.1922), колхозница.
129. Каманина София Михайловна (р.1917), колхозница.
130. Капустин Василий Михайлович (р.1926), колхозник.
131. Капустина Антонина Ивановна (р.1926), колхозница.
132. Кашина Анна Александровна (1895-1976), колхозница.
133. Кашина Лидия Ивановна (р.1928), колхозница.
134. Кашина Матрена Михайловна (р.1891), колхозница.
135. Кашина Ольга Ивановна (р.1930), колхозница.
136. Кисунин Александр Ионович (р.1926), колхозник.
137. Кисунин Алексей Григорьевич (1886-1959), колхозник.
138. Кисунин Алексей Ионович (р.1928), колхозник.
139. Кисунин Борис Федорович (р.1929), колхозник.
140. Кисунин Василий Алексеевич (1914-1972), колхозник.
141. Кисунин Григорий Иванович (р.1928), колхозник.
142. Кисунин Ион Иванович (р.1892), колхозник.
143. Кисунин Федор Васильевич (1890-1960), колхозник.
144. Кисунина Анна Ионовна (р.1917), колхозница.
145. Кисунина Анна Порфирьевна (1885-1962), колхозница.
146. Кисунина Анна Семеновна (1900-1967), колхозница.
147. Кисунина Вера Ивановна (р.1907), колхозница.
148. Кисунина Зоя Ивановна (1910-1947), колхозница.
149. Кисунина Мария Ивановна (р.1899), колхозница.
150. Кисунина Надежда Лукояновна (р.1929), колхозница.
151. Кисунина Раиса Андреевна (р.1912), колхозник.
152. Кисунина Татьяна Федоровна (р.1920), колхозница.
153. Кознов Александр Павлович (р.1928), колхозник.
154. Кознов Анатолий Павлович (р.1930), колхозник.
155. Кознов Иван Александрович (1889-1964), колхозник.
156. Кознов Павел Александрович (1904-1973), колхозник.
157. Кознова Анна Ивановна (р.1922), колхозница.
158. Кознова Анна Ивановна (1907-1983), колхозница.
159. Кознова Евдокия (р.1898), колхозница.
160. Кознова Ольга Ивановна (р.1927), колхозница.
161. Кознова Пелагея Алексеевна (р.1894), колхозница.
162. Кольцов Егор Константинович (1876-1972), колхозник.
163. Кольцова Мария Максимовна (1901-1976), колхозница.
164. Кондаков Геннадий Иванович (р.1930), колхозник.
165. Кондин Александр Федорович (р.1913), колхозник.
166. Кондина Антонина Александровна (р.1918), колхозница.
167. Кондрашева Екатерина Михайловна (р.1900), колхозница.
168. Кормухина Александра Григорьевна (р.1905), колхозница.
169. Королева Клавдия Александровна (р.1914), колхозница.
170. Королева Ольга Алексеевна (1912-1991), колхозница.
171. Косарев Борис (р.1931), колхозник.
172. Косарева Евдокия Степановна (р.1903), колхозница.
173. Костерина Ольга Ивановна (р.1911), колхозница.
174. Кротова Валентина Ивановна (р.1925), колхозница.
175. Круглова Мария Андреевна (р.1906), колхозница.
176. Крысин Анатолий Иванович (р.1929), колхозник.
177. Крысин Иван Степанович (1883-1964), колхозник.
178. Крысина Александра Степановна (р.1901), колхозница.
179. Крысина Евдокия Алексеевна (1888-1965), колхозница.
180. Крысина Надежда Ивановна (р.1924), колхозница.
181. Крысина Ольга Васильевна (р.1923), колхозница.
182. Крысина Ольга Ивановна (р.1900), колхозница.
183. Крысина Татьяна Ивановна (р.1897), колхозница.
184. Кряквин Александр Иванович (р.1915), колхозник.
185. Кряквина Анна Ивановна (р.1914), колхозница.
186. Кряквина Ольга Алексеевна (р.1922), колхозница.
187. Кудряшова Мария Никитична (1880-1966), колхозница.
188. Кузнецов Михаил Степанович (р.1879), колхозник.
189. Кузнецов Павел Александрович (р.1926), колхозница.
190. Кузнецова Агрипина Петровна (р.1897), колхозница.
191. Кузнецова Александра Михайловна (р.1891), колхозница.
192. Кузнецова Анна Григорьевна (р.1893), колхозница.
193. Кузнецова Нина Михайловна (р.1927), колхозница.
194. Кузнецова Татьяна Федоровна (1872-1960), колхозница.
195. Кузьмина Александра Андреевна (р.1922), колхозница.
196. Лебедева Анна Григорьевна (р.1896), колхозница.
197. Лебедева Татьяна Ивановна (р.1914), колхозница.
198. Ленева Мария Александровна (р.1902), колхозница.
199. Лузина Анна Андреевна (р.1906), колхозница.
200. Манякина Екатерина Максимовна (р.1890), колхозница.
201. Мартюшова Екатерина Матвеевна (р.1905), колхозница.
202. Масланов Иван Александрович (1911-1962), колхозник.
203. Масланова Анастасия Петровна (р.1911), колхозница.
204. Масланова Анна Александровна (р.1912), колхозница.
205. Масланова Анна Степановна (р.1910), колхозница.
206. Маслянова Анна Григорьевна (р.1890), колхозница.
207. Маслянова Ольга Васильевна (р.1920), колхозница.
208. Маясин Алексей Степанович (1887-1969), колхозник.
209. Маясин Григорий Федорович (1907-1968), колхозник.
210. Маясин Иван Семенович (1898-1962), колхозник.
211. Маясин Михаил Степанович (1885-1974), колхозник.
212. Маясина Александра Гавриловна (р.1921), колхозница.
213. Маясина Анна Александровна (р.1909), колхозница.
214. Маясина Анна Ивановна (р.1921), колхозница.
215. Маясина Анна Михайловна (р.1905), колхозник.
216. Маясина Елена Григорьевна (1887-1964), колхозница.
217. Маясина Надежда Никифоровна (1890-1980), колхозница.
218. Маясина Прасковья Степановна (р.1882), колхозница.
219. Микоркин Христофор Гаврилович (р.1923), колхозник.
220. Митенькин Василий Петрович (1883-1958), колхозник.
221. Митенькина Александра Васильевна (р.1886), колхозница.
222. Митенькина Анна Матвеевна (р.1895), колхозница.
223. Митенькина Анна Степановна (р.1895), колхозница.
224. Михоркина Вера Григорьевна (р.1922), колхозница.
225. Мокеева Анна Григорьевна (1884-1959), колхозница.
226. Мосеева Екатерина (р.1916), колхозница.
227. Мосеева Пелагея Михайловна (р.1893), колхозница.
228. Мямикеева Нина Ильинична (1920-1959), колхозница.
229. Мямикеева Фекла Константиновна (р.1892), колхозница.
230. Назарова Мария Ивановна (р.1903), колхозница.
231. Неволина Татьяна Дмитриевна (р.1914), колхозница.
232. Никулин Павел Николаевич (1884-1966), колхозник.
233. Нисков Владимир Михайлович (р.1885), колхозник.
234. Нискова Анастасия Ивановна (1893-1970), колхозница.
235. Новоселов Василий Филиппович (р.1923), колхозник.
236. Новоселова Александра Васильевна (1912-1959), колхозница.
237. Носова Александра Васильевна (1904-1979), колхозница.
238. Носова Раиса Александровна (р.1923), колхозница.
239. Осипов Александр Яковлевич (1899-1972), колхозник.
240. Осипов Анатолий Александрович (р.1929), колхозник.
241. Осипов Иван Гаврилович (р.1928), колхозник.
242. Осипова Александра Андреевна (р.1898), колхозница.
243. Осипова Анастасия Васильевна (1892-1973), колхозница.
244. Осипова Евдокия Тимофеевна (1928-1965), колхозница.
245. Осипова Надежда Ивановна (р.1927), колхозница.
246. Осипова Наталья Григорьевна (р.1904), колхозница.
247. Осипова Ольга Гавриловна (р.1930), колхозница.
248. Осипова Ольга Ивановна (р.1920), колхозница.
249. Перцев Георгий Яковлевич (р.1929), колхозник.
250. Перцева Антонина Андреевна (р.1927), колхозница.
251. Перцева Клавдия Яковлевна (р.1922), колхозница.
252. Перцева Мария Павловна (р.1913), колхозница.
253. Петровская Анна Михайловна (р.1895), колхозница.
254. Петровская Антонина (р.1912), колхозница.
255. Петровская Екатерина Васильевна (1883-1962), колхозница.
256. Петровская Ираида Андреевна (р.1896), колхозница.
257. Петровский Андрей Дмитриевич (1898-1958), колхозник.
258. Петровский Василий Павлович (1879-1974), колхозник.
259. Петровский Павел Степанович (р.1928), колхозник.
260. Пиеков Михаил (р.1892), охранник.
261. Пинаев Александр Матвеевич (р.1918), колхозник.
262. Пинаева Татьяна Григорьевна (р.1913), колхозница.
263. Поляков Алексей Васильевич (р.1921), колхозник.
264. Полякова Анна Сергеевна (1883-1971), колхозница.
265. Полякова Вера Михайловна (р.1925), колхозница.
266. Полякова Екатерина Васильевна (1870-1958), колхозница.
267. Полякова Клавдия Алексеевна (р.1909), колхозница.
268. Полякова Надежда Михайловна (р.1892), колхозница.
269. Полякова Ольга Андреевна (1883-1960), колхозница.
270. Похвалов Александр Григорьевич (1899-1972), работник речного флота.
271. Похвалов Анатолий Павлович (р.1929), колхозник.
272. Похвалов Павел Иванович (1880-1958), колхозник.
273. Похвалова Клавдия Алексеевна (р.1900), колхозница.
274. Похвалова Татьяна Дмитриевна (р.1905), колхозница.
275. Пыркин Василий Кузьмич (1895-1974), колхозник.
276. Рогова Екатерина (р.1916), колхозница.
277. Рукомойников Александр Иванович (р.1929), колхозник.
278. Рукомойникова Анна Александровна (р.1924), колхозница.
279. Рукомойникова Вера Александровна (р.1927), колхозница.
280. Рязанова Мария Григорьевна (р.1930), колхозница.
281. Савельева Ольга Михайловна (1880-1965), колхозница.
282. Санникова Фиона Лаврентьевна (р.1918), колхозница.
283. Сергеева Дария Сергеевна (1890-1970), колхозница.
284. Сидоркин Дмитрий Афанасьевич (1887-1966), колхозник.
285. Сидоркина Александра Степановна (р.1924), колхозница.
286. Симаков Максим Алексеевич, колхозник.
287. Симаков Николай (р.1930), колхозник.
288. Симаков Николай Степанович (р.1879), колхозник.
289. Симакова Елена Яковлевна (р.1899), колхозница.
290. Симакова Мария Алексеевна (р.1908), колхозница.
291. Симакова Татьяна Васильевна (р.1906), колхозница.
292. Симулин Федор Петрович (1886-1973), колхозник.
293. Симулина Александра Яковлевна (р.1892), колхозница.
294. Симулина Анна Ивановна (1910-1947), колхозница.
295. Симулина Антонина Григорьевна (р.1926), колхозница.
296. Симулина Надежда Григорьевна (р.1928), колхозница.
297. Скоков Иван Андреевич (р.1910), колхозник.
298. Скоков Леонид Степанович (р.1930), колхозник.
299. Скоков Степан Егорович (р.1885), колхозник.
300. Скокова (Федотова) Прасковья Григорьевна (р.1897), колхозница.
301. Скокова Александра Николаевна (1930-1963), колхозница.
302. Скокова Анна Федоровна (р.1918), колхозница.
303. Скокова Антонина Васильевна (р.1922), колхозница.
304. Скокова Зоя Андреевна (р.1914), колхозница.
305. Скокова Клавдия Григорьевна (р.1914), колхозница.
306. Скокова Маргарита Васильевна (р.1930), колхозница.
307. Скокова Мария Васильевна (р.1898), колхозница.
308. Скокова Мария Степановна (1895-1979), колхозница.
309. Скокова Надежда Степановна (р.1930), колхозница.
310. Скокова Пелагея Алексеевна (р.1921), колхозница.
311. Скокова Пелагея Петровна (р.1912), колхозница.
312. Скокова Татьяна Андреевна (р.1874), колхозница.
313. Скокова Юлия Никифоровна (р.1921), колхозница.
314. Скочихина Анна Ивановна (1910-1984), колхозница.
315. Скочихина Нина Михайловна (р.1916), колхозница.
316. Спирина Мария Николаевна (1878-1964), колхозница.
317. Спирина Мария Николаевна (1889-1963), колхозница.
318. Сурьянинова Анна Григорьевна (р.1927), колхозница.
319. Сусоколов Сергей Иванович (р.1901), учитель.
320. Сусоколова Варвара Ивановна (р.1901), колхозница.
321. Сусоколова Ольга Арсеньевна (1902-1969), колхозница.
322. Токарева Александра Александровна (р.1930), колхозница.
323. Толбаев Иван Порфирьевич (1893-1970), колхозник.
324. Толбаева Александра Алексеевна (р.1916), колхозница.
325. Толбаева Александра Федоровна (1901-1966), колхозница.
326. Тонушкина Анна Андреевна (р.1910), колхозница.
327. Тонушкина Валентина Ивановна (р.1927), колхозница.
328. Тонушкина Ираида Васильевна (1900-1959), колхозница.
329. Тонушкина Мария Степановна (р.1889), колхозница.
330. Трофимова Мария Григорьевна (1931-1987), колхозница.
331. Федотов Иван Михайлович (р.1901), колхозник.
332. Федотов Михаил Андреевич (1904-1979), колхозник.
333. Федотов Павел Васильевич (р.1917), колхозник.
334. Федотова Александра Александровна (р.1881), колхозница.
335. Федотова Александра Андреевна (р.1918), колхозница.
336. Федотова Анастасия Павловна (р.1898), колхозница.
337. Федотова Валентина Михайловна (р.1927), колхозница.
338. Федотова Ольга Ивановна (1930-1960), колхозница.
339. Фролов Александр Степанович (р.1925), колхозник.
340. Фролов Виктор Иванович (р.1928), колхозник.
341. Фролов Сергей Матвеевич (1901-1958), колхозник.
342. Фролова Александра Ивановна (р.1908), колхозница.
343. Фролова Анна Фадеевна (р.1900), колхозница.
344. Фролова Вера Алексеевна (р.1929), колхозница.
345. Фролова Екатерина Ивановна (р.1922), колхозница.
346. Фролова Татьяна Яковлевна (1891-1980), колхозница.
347. Халин Петр Яковлевич (1882-1965), колхозник.
348. Халина Анна Степановна (р.1896), колхозница.
349. Халина Вера (р.1928), колхозница.
350. Халина Надежда (р.1929), колхозница.
351. Халина Наталья (р.1903), колхозница.
352. Халина Ольга Дмитриевна (р.1882), колхозница.
353. Халина Ольга Сергеевна (р.1922), колхозница.
354. Храмова Зоя Никифоровна (1884-1960), колхозница.
355. Чеботаева Вера Яковлевна (р.1922), колхозница.
356. Чернышев Анатолий Павлович (р.1931), колхозник.
357. Чернышева Нина Александровна (р.1924), колхозник.
358. Чернышова Ольга Семеновна (р.1908), колхозница.
359. Чиков Григорий Михайлович (1901-1981), колхозник.
360. Чикова Александра Ивановна (р.1902), колхозница.
361. Чикова Антонина Михайловна (р.1914), колхозница.
362. Чикова Ольга Михайловна (1904-1976), колхозница.
363. Чикова Пелагея Михайловна (1888-1976), колхозница.
364. Швецов Алексей Васильевич (1890-1979), колхозник.
365. Швецов Николай Александрович (р.1931), колхозник.
366. Швецова Анна Ивановна (р.1906), колхозница.
367. Швецова Антонина Михайловна (р.1917), колхозница.
368. Швецова Зинаида Александровна (р.1927), колхозница.
369. Швецова Мария (р.1905), колхозница.
370. Швецова Ольга Александровна (р.1929), колхозница.
371. Швецова Прасковья Васильевна (р.1888), колхозница.
372. Шибаршин Павел Петрович (р.1907), колхозник.
373. Шибаршина Вера Михайловна (1909-1976), колхозница.
374. Шипулин Павел Васильевич (1913-1966), колхозник.
375. Шипулина Александра Васильевна (р.1911), колхозница.
376. Шипулина Анна (р.1927), колхозница.
377. Шипулина Варвара Васильевна (р.1897), колхозница.
378. Шипулина Зоя Ивановна (р.1904), колхозница.
379. Шипулина Клавдия Васильевна (1910-1983), колхозница.
380. Шишкина Антонина Андреевна (р.1918), колхозница.
381. Яров Константин Алексеевич (1891-1963), колхозник.
382. Ярова Анна Константиновна (р.1918), колхозница.
383. Ярова Ираида Ивановна (р.1908), колхозница.
384. Ярова Клавдия Васильевна (р.1907), колхозница.
385. Ярова Мария Дмитриевна (р.1896), колхозница.
386. Ярова Надежда Константиновна (р.1927), колхозница.
387. Ярова Нина Константиновна (р.1921), колхозница.

План села Сумки.
Автор Толбаева-Капустина Марина Юрьевна

Село компактно тянулось с запада на восток примерно на 2 километра.

Большая улица являлась центральной улицей села. Начиналась она от базарной площади, прихватывала дома Семена Казакова и Федотова М.А. и упиралась в так называемый "минский" овражек. Крайними домами являлись дом Разина-Маясина (потом он переехал в Юрино) и Кисунина Иона Ивановича.

Вид Большой улицы

Горная улица начиналась от Большого взвоза и заканчивалась сначала домом Скокова С.Е., а затем - Давыдова И.В.

Болотная улица шла от церкви вдоль болота до дома Востоковой З.Н. и Симакова Ф.

Поповская улица считалась самой зеленой и тихой (на ней жили священники). Она начиналась у церкви и выходила на Большую улицу. Тербиловка - небольшая улица, которая возникла между Грной улицей и минским овражком. Ключевая улица начиналась от магазина, а точнее с домов Петровского В.П. и Ярова К.А. и заканчивалась у кладбища. А дальше шло Карамышево, где последними были дома Давыдова И.И., Осипова (Захарова) Гавриила и Забегаева В.А. Новая лини появилась на западе села у Большой школы.

Таким образом, к 1914 году в Сумках уже было восемь улиц, на которых стояло не менее 250 домов, из них 18 двухэтажных, 11 кирпичных одноэтажных, и проживало около 1500 человек.

Сумские фамилии.

В Сумках многие семьи имели двойные фамилии-приставки: Андриановы-Маловы, Андриановы-Туровы, Володины-Сидоровы, Гавриловы-Носовы, Давыдовы-Голяковы, Кашины-Гордылевы, Кисунины-Малицковы, Кисунины-Перцевы, Маслановы-Галкины, Маслановы-Терентьевы, Осиповы-Захаровы. Пиёковы-Манякины, Толбаевы-Онахины. Туровы-Машины, Федотовы-Толовы, Фроловы-Кудровы, Тонушкины-Горновы и т.д.

В повседневной жизни, в обиходе часто за семьями закреплялись приставки, например, Малицковы, Толовы, Горновы, а официально, по документам они значились как Кисунины, Федотовы, Тонушкины. Андриановых в селе было много, и, чтобы различать одну ветвь от другой, в обращении были вторые названия Маловы и Туровы.

Фамилии детей нередко назывались по имени матери, если она верховодила в семье или оставалась вдовой, или же по имени отца. Например, дети Марии-Маши Андриановой-Туровой откликались на новую фамилию "мАшины". В многочисленном семействе Иона Ивановича Кисунина дети значились, как "Ионовы". Случалось и так: один из родных братьев оформлял документы на фамилию Кисунин (Александр Васильевич), а другой - Перцев (Иван Васильевич).

Объяснить корни происхождения одних фамилий и их двойников легко, других - сложно. Маясины-Разины возможно имели какое-то отношение к разинской вольнице. Маслановы-Галкины были так прозваны за их жгучие черные глаза, а Маслановы-Терентьевы названы по имени деда Терентия, у Симулиных-Яшенькиных в роду был дед Яков, ласково называемый Яша и Яшенька. В его честь дети и внуки значились Яшенькины. Ганичевы имели болгарское происхождение, их предок в 19 веке прибыл в Россию из Болгарии. А приставка к фамилии Тонушкин-Горнов появилась после того, как одна из прабабушек "согрешила" в молодости и родила первенца во время горнов, т.е. известного предсвадебного обряда.

Но почему Толбаевы к своей фамилии имели неофициальное дополнение Онахины, а Федотовы - Толовы - не известно....

Жители села Сумки на Горной улице у дома Солодилова А.Г.

История села Сумки Нижегородской губернии, там где жили мои предки.....