Поломошновы

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

>> Ответ на сообщение пользователя polomon от 5 марта 2026 10:10

Анатолий Николаевич, я это и имел в виду.
Хотелось бы посмотреть документ полностью. У Богословского указана ссылка на него. В книге "Описание документов московских приказов. Приказные дела старых лет. 1641 г. Древлехранилище. Москва - 2021" указаны реквизиты документа в РГАДА. Т. 1, стр. 379. Если этой книги у Вас нет, можно скачать из интернета. Там же (стр. 160 и 350) говорится и о других документах, рассказывающих о мошеннических действиях Алексея Авдеевича и Кузьмы Алексеевича. При желании можно их тоже заказать. Я бы сделал это, но у меня уже заказаны другие документы, а пока этот заказ не будет исполнен, новый не примут.
Авдей Иванович, действительно, был местным "олигархом", стоит только подсчитать размер его земельных владений. Когда-нибудь займусь этим.

>> Ответ на сообщение пользователя 2Olenia от 5 марта 2026 16:14

По поводу топонимики. Мы, кажется, уже обсуждали эту тему. Есть посёлок Паламыш (Паломыш) на одноимённой речке, притоке Виледи: https://yandex.ru/maps/geo/posyolok_palomysh/53123653/. Если это не банальное совпадение, то Паламошные могли быть выходцами оттуда и перешли в Лальскую волость. В 18 в. деревня значится в Рябовской волости. На карте 1870 г. не указана, а название речки написано с ошибкой: Палалес. Если в той местности проживали Елезовы, то доказательство родства налицо.
А может быть, прозвище означает: взбалмошный, неуравновешенный человек. Кстати, Трофим Иванович в Списке торговых людей, взятых в гостиную сотню, 1601/02 года значится под фамилией Баламошной (баламошка - полоумный, дурачок, старинное ругательное слово).

Gjurgi
Здесь моя " логика " нарушается ,мое предположение ,вытекающее из Вашего суждения таково ,что Паламошные из местных народностей ,а не из колонизаторов .
Таким образом при колонизации Приамурского края 1852- 1858 г.г.оставляли названия местных топонимов и гидронимов на языках аборигенов в русской транскрипции, а большую часть населенных пунктов называли названиями из лексикона русских колонизаторов .
Да и ранее ,в той местности куда прибежал мой прямой предок коми- зырянин Каденев ( Котенев ) в 1752 году (?) названия даже деревень остались от местного языка селенгинских бурят ( Харашибирь,Мухоршибирь и пр.)
И ,следовательно нужен перевод слова Паламыш на язык того народа который проживал по берегам этой реки .
Или Паламошные пришли на берега Паломыша будучи Елизовыми .Тогда нужно изучать историю Елезовых и искать подтверждения в письменных источниках трансформацию прозвища после заселения на Паломыш .

polomon
А Анатолию Николаевичу хочу порекомендовать ( хотя кто я такой ?) изучить тему Пунанова в которой есть описание как крестьяне попадали к Строгановым ,по какой причине .
Хотя я этот процесс видел при изучении фамилии Докшин .Один в детёныши монастырские ,другой в половники (?) к Строгановым ,а третий в Идинский острог( да только по имени отчеству) к 1675 году .
Познакомиться для общего представления о движении людей по Сольвычегодскому уезду и из этого уезда в нужный нам Тобольский уезд .

2Olenia
Безусловно, топонимические названия в большинстве своём остались от коренного населения. Здесь может быть простое совпадение: древнее зырянское слово и русское прозвище (скорее всего, имя-оберег).
Но мне, всё-таки, кажется, что происхождение фамилии - топонимическое. А Трофима Ивановича записали Баламошным по ошибке. Писец, составлявший список, записал, как услышал, про Паламыш он ничего не знал, а на слуху было слово "баламошка", он и решил, что фамилия происходит от него. Паламошные были из Елезовых с Виледи, Иван Яковлевич ушёл в Лальскую волость, и его прозвали так по месту прежнего жительства.

Насчет Трофима Поломошнова можно посмотреть в книге: Соловьева, Татьяна Борисовна. Состав привилегированного купечества России в первой половине 17 века / Т.Б. Соловьева, Д.М. Володихин. - Москва : Мосты, 1996. - 93, [2] с. ; 21 см. Я ее в Публичной исторической библиотеке читал. Все страницы, где упоминались Поломошновы я приложу ниже. Вдруг кому-нибудь пригодится

Обновил исследование по ранним Поломошновым. Старое удалил, чтобы не занимать место. Текст можно скачать здесь: https://disk.yandex.ru/i/zJNAZ6jXWvfJeg

Поломошновы. Истоки

В 1563/64 году (точная дата купчей неизвестна) крестьянин Иван Яковлевич Паламошной – именно в таком виде эта фамилия значится в старинных документах – купил у Дементия и Аксена Федоровых Праудиных половину деревни Лепковской Антропьевой (Онтропьевой) слободы Сольвычегодского (до конца XVI века – Устюгского) уезда. Деревня Ляпково существует в настоящее время в составе Лузского муниципального округа Кировской области, располагается на левом берегу реки Лалы, напротив посёлка городского типа Лальск, в 1 км от бывшего Лальского Никольского погоста, находившегося в районе нынешнего Воскресенского собора.
Надо полагать, что он пришёл сюда с севера, с речки Паламыш (Паломыш), притока реки Виледь; там же была и одноимённая деревня (ныне – посёлок). От названия этой речки, по всей вероятности, и происходит фамилия, поскольку новопоселенцев часто прозывали по их прежнему месту жительства: Вилежанин, Лалетин, Лузянин и т.п. Возможны и другие варианты значения этой фамилии: поламоха – взбалмошный, неуравновешенный, чрезмерно суетящийся человек; паламоха, баламошка – дура, дурачок, балабол; прозвище могло использоваться как имя-оберег, имеющее противоположное значение. Кстати, сын Ивана Яковлевича Трофим Иванович, проживавший в Москве, значился в списке членов гостиной сотни – привилегированной корпорации русского купечества – 1601/02 года под фамилией Боламошной (Баламошной), что, скорее всего, является ошибкой: писец, составлявший список, записал, как услышал, про далёкий северный Паламыш он ничего не знал, а на слуху у него было известное в то время прозвище. Существует также похожая фамилия Паламудов (паламуд – неряха, кто ходит в рваной одежде, с полыми, открытыми мудами), происходящая из этого же уезда, но есть ли между вычегодскими Паламошными и Паламудовыми какая-то связь, сказать трудно. В настоящее время фамилия Поломошнов – не самая распространённая, тем не менее её многочисленные обладатели проживают в различных регионах Российской Федерации и странах бывшего Советского Союза, а если в середине XVI века это прозвище (в том или ином варианте) нигде в других уездах не было зафиксировано, то Ивана Яковлевича можно считать их общим предком.
Есть также основание считать, что Паламошные являются побочной ветвью более древнего рода вилегодских крестьян Елезовых – впоследствии крупных сольвычегодских землевладельцев и торговцев; в одном из документов XVII века сказано: «… А будет Елезовы: Овдюшка Паламошной (Авдей Иванович – сын Ивана Яковлевича) с детьми и со внучаты…». Правда, этот документ датирован 11 июля 1640 года, а фамилия впервые зафиксирована почти за 80 лет до этого.
Трофим Иванович Паламошный (Баламошный), о котором говорилось выше, как торговец, был зачислен в гостиную сотню; гости (крупные купцы) и торговые люди рангом ниже (члены гостиной и суконной сотен) обязаны были жить в столице и исполнять различные поручения царя и правительства; Трофим Иванович тоже переехал в Москву, и, как впоследствии сообщал его племянник Дмитрий Авдеевич, «в московское разоренье … ево не стало, а животы ево в те поры без остатка пропали». То есть, Трофим Иванович во время польской оккупации 1610-1612 годов погиб, а о его потомках сведений нет. Его владения в Лальской волости и Антропьевой слободе перешли в собственность брата Авдея Ивановича.
Третий из известных сыновей Ивана Яковлевича, Семён Иванович Паламошный в одной из купчих значится с определением Меньшой, т.е. младший, а это значит, что был и Семён Большой (старший), но сведений о нём нет – либо рано умер, либо куда-то ушёл: в Сольвычегодск, на Вятку, в Пермь или Сибирь. В ПК 1619/20 и 1624/25 гг. (здесь и далее писцовые и переписные книги XVII - начала XVIII вв. обозначаются аббревиатурой ПК) в Лальском погосте значится келья нищего Семёна Паламошного (в оригинале записано с ошибкой: «Маломошный») без указания отчества – может быть, это он и есть; не позднее переписи 1644/45 года в ней поселился священник Никольской церкви Семён Леонтьев.
В ПК 1619/20 г. владельцами половины деревни Ерёмина гора (Околок) Лальской волости записаны Филипп и Яков Овдокимовы (Евдокимовы); фамилия их не указана и других сведений о них нет: либо после этой переписи умерли, либо куда-то ушли, но в ПК 1644/45 г. про этот жеребей – пустой – сказано: «Двор Овдокимка Поломошново, а он Овдокимко умер во 140м (1631/32) году». Можно предположить, что этот Овдоким (Евдоким) тоже был сыном Ивана Яковлевича. В ПК 1624/25 г. владельцем деревни значится его внук Семён Авдеевич, но купчую писцам не предъявил, заявив, что она «утерялась», и подал челобитную о закреплении за ним этого жеребья; при отсутствии текста челобитной не понятно, по какому праву он этим жеребьем владел: по наследству или купил сам. Впоследствии деревня «от хлебного недороду» запустела, а 10 декабря 1646 года жеребей Поломошновых был отдан на льготу (временное освобождение от налогов) на 8 лет Степану Парфеньевичу Рупосову.
Ещё один вероятный сын Ивана Яковлевича – Василий Иванович Паламошный, который в конце XVI века ушёл в Сибирь и обосновался в Томском остроге, где стал родоначальником одной из сибирских ветвей фамилии Поломошновых; в одном из документов о нём сказано: «лалетин, в Томск пришёл собою» и «родом с Лальского погоста Соли Вычегодской, в Томск пришёл охотою».
В ПК 1624/25 г. в деревне Батюхино Антропьевой слободы записан половничий двор Авдея Ивановича, которым он владеет по старине; термин «по старине» применялся в писцовых книгах в том случае, если дворовладелец владеет своим недвижимым имуществом по наследству от отца или деда, но никаких документов на него нет: либо купчая утрачена (сгорела, потеряна, украдена), либо земельный участок был разработан отцом или дедом с нуля, а документ на право владения ещё не выправлен. В предыдущей ПК 1619/20 г. эта фамилия в деревне не значится, но записан некий Иван Иванов – предположительно, в этом же дворе, – из чего можно сделать вывод, что он тоже мог быть сыном Ивана Яковлевича. Правда, в ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. в этой деревне снова записан Иван Иванов с сыном Ефремом (ок. 1640 г.р.), который владел двором тоже по старине, но по возрасту он едва ли мог подходить Ивану Яковлевичу в сыновья, т.е. это, скорее всего, другой человек (около 1653 года «от скудости» ушёл «в Сибирские городы»).
Есть купчая от 11 мая 1615 года, согласно которой Иван Паламошный, отчество которого не указано, купил у Лукьяна Никитича Чермидова двор в Лальском погосте «за острогом». В ПК 1619/20 г. во дворе «в Запольской улице за острогом» записан Иван Паламошный тоже без указания отчества, а в ПК 1624/25 г. здесь же, «за острогом против Запольскую улицу», значится пустой двор Ивана Яншина, которым владеет Авдей Иванович по купчей 7123 (1614/15) года. Если это та самая купчая от 11 мая 1615 года и тот же самый двор, то, в таком случае, Иван Яншин – это и есть Иван Яковлевич Паламошный, а его прозвище – это его искажённое отчество: Яков - Янша. В 1563/64 году, когда он покупал деревню Ляпково, ему должно было быть не менее 20-22 лет, в 1620 году – не менее 80; возраст – довольно преклонный, но дожить до этого времени он вполне мог. Наверное, на старости лет Иван Яковлевич отдал деревню сыну Авдею, а сам купил себе двор при погосте и поселился там. Не позднее переписи 1624/25 года Иван Яковлевич умер, и этот двор по наследству тоже перешёл Авдею Ивановичу. В ПК 1644/45 г. его владельцем значится усолец (житель Сольвычегодска) Семён Насонов – может быть, Авдей Иванович продал ему это дворовое место, но о купчей сведений нет.
Из сыновей Авдея Ивановича известны: Алексей, Дмитрий, Семён, Григорий, Осип и Фёдор; в ПК 1644/45 г. среди его детей упоминается Иван, но не исключено, что это, на самом деле, его внук.
Авдей Иванович был одним из богатейших людей уезда; как и брат Трофим, «с детьми и со внучаты», тоже был зачислен в гостиную сотню. Кроме своей родовой деревни Ляпково, он и его потомки владели дворами в Лальском погосте/посаде и более чем 50 деревнях Лальской волости, Антропьевой слободы, Учецкой волости и Петровского сельца (на реке Лале) с относящейся к ним пахотной землёй и сенокосными пожнями, а так же мельницами и различными оброчными угодьями, перечислять которые нет смысла; обрабатывали их в некоторых случаях они сами, но большинство – их многочисленные половники.
2 июня 1608 года, во время событий, получивших в истории название «Смута», «смутное время», от царя Василия Шуйского в Сольвычегодск (в то время уездный город) поступила разнарядка по денежным взносам с монастырей и «лучших» людей, предназначенным для выплаты жалования служилым людям – дворянам и детям боярским, – прибывшим в Москву из южных городов, разграбленных войсками самозванца, мятежными казаками и разбойниками. Так, Коряжемский Николаевский монастырь, купцы Иван Норыгин и Семён Быков должны были внести по 50 рублей, Семён Елезов – 100 рублей, Ерофей Верещагин – 150 рублей, Авдей Паламошный – 300 рублей, Строгановы внесли 2000 рублей, не считая других многочисленных случаев финансирования московского правительства. Таким образом, Авдей Иванович по уровню достатка, судя по всему, оценивался в уезде вторым после Строгановых – «именитых» людей, самых богатых местных олигархов. Два года он был Сольвычегодским таможенным и кабацким головой, затем назначен приказчиком Лальского острога («Лальские осады городничий») – ПК 1919/20 и 1624/25 гг. по Лальскому погосту: «… за замком и за печатью у острожных приказщиков у Овдейка Поламошнова с товарыщи государева казна …»; его старший сын Алексей Авдеевич избирался Сольвычегодским уездным земским старостой, Дмитрий Авдеевич – земским «судейкой» Лальской волости. За свои заслуги в сборе таможенных и кабацких пошлин царской грамотой от 9 мая 1624 года Авдею Ивановичу было выдано разрешение «к господским празникам и к родинам и к крестинам и на поминки вино курити и пиво варити и держать про себя беспенно», т.е. изготовлять вино и пиво для своих нужд без пошлины.
Тем не менее, в Москву он и его сыновья не выехали, продолжали жить в своих вотчинах, получать с них доходы и вести торговлю. В таможенных книгах 1633/34-1635/36 годов значатся торговые люди Паламошные: Дмитрий Авдеевич, Василий Семёнович, Пётр Фёдорович - лалетин, Прокопий Федорович - лалетин, Степан Алексеевич – лалетин (отчества в них не указаны, восстановлены по писцовым книгам). В таможенных книгах 1677-1678 годов: Борис Кузьмич - лалич, Афанасий Кузьмич, Иван Афанасьевич - Лальского погоста. 4 января 1637 года из Москвы была направлена депеша устюгскому воеводе С.Л.Хрущеву: «… По нашему указу велено гостем и гостиной сотни торговым людем с женами и с детьми и со всеми животы жить на Москве для наших служеб, чтобы им торговым людем по выбору в наши службы быть готовым тотчас. И ныне … гостиной сотни торговые люди … Авдей Паламошной с детьми и со внучаты … к Москве на житье не едут и жен своих не везут. И вы б … за поруками выслали их к нам к Москве тотчас и с женами и с детьми и со всеми их животы …, а дворы их и лавки и животы велим отписать на нас». Про Алексея Авдеевича в Окладной росписи торговых людей 1632 года сказано, что он «с племянники» «живут на Устюге, а на Москве у нево двора нет», однако в таможенных книгах 1633/34-1635/36 годов он именуется как «москвитин», т.е. в Москву, наверное, всё-таки, переехал.
Будучи членами привилегированных купеческих корпораций, по сути – служилыми людьми, новоявленные феодалы от государственного тягла были освобождены, и при этом они считали, что принадлежащие им деревни и другие земельные угодья являются их полной собственностью – так же, как и вотчины дворян, – а значит, и подати с них платить они не обязаны. Отказывались они и от мирских повинностей, заявляя, что это отвлекает их от исполнения государственных обязанностей. Однако официально эти деревни являлись чёрными, т.е. государственными, поэтому фискальные службы требовали выплаты податей с волостей в полном размере. Так, жители Лальской волости и Антропьевой слободы жаловались царю: «… А которые, государь, крестьяне из Усольского уезду взяты к тебе, государю, к Москве на житьё в гостиную и в суконную сотню … Авдей Паламошной с детьми и со внучаты …, и они, государь, в своих волостях деревнями и пожнями многими, и всякими угодьи владеют и промыслы всякими промышляют и торгуют, а твоих государевых данных и оброчных денег… с мирскими людьми не платят». В июле 1640 года сольвычегодский воевода князь Иван Фёдорович Шаховский известил Устюжскую четверть об отказе крестьян Лальской волости платить подати в связи с запустением и захватом земли Авдеем Паламошным. В ответ на это было направлено распоряжение об аресте ослушников, заточении в тюрьму, наказании битьем батогами, а также о правеже податей на Авдее Паламошном с детьми.
Сохранились и другие документы о тяжбах местных крестьян и посадских людей с семейством Поломошновых. Вот некоторые из них.
ПК 1624/25 г.: «Искал Лальской Никольской острога церковной (староста) Федька Прокофьев (Саватеев) на Овдее Поламошном у Дьяконовском лугу до полуозера и полуистока того ж лугу, и по суду дана им вера, и тот староста то спорное место отшол перекрестьем, положа земли по голову от истока, что подле Дьяконовы пожни прямо в реку в Лалу, да вниз по Лале до истока, что исток течет из озера ис под Липовские деревни, да исток до тое ж Дьяконовы пожни, да и в озере половину, что подле Липовскую деревнею, и тем спорным лугом, что отшол староста, владеть старосте Фетьке Прокофьеву, а Овдею Поламошному до того лугу впредь дела нет. Искал тот же староста Фетька Прокофьев на Овдее Поламошном, пашет и те Поповские полянки подле церковные земли за Фетькиным двором Поламошного, и ту землю Поповскую полянку староста церковной Фетька Прокофьев отшел землею ж у Овдеева сына Поламошного у Фетьки, и впередь тою Поповскою полянкою владеть церковному старосте Фетьке Прокофьеву, а Овдею и сыну его Фетьке впредь до тое полянки дела нет.»
ПК 1624/25 г.: «Под деревнею Ляпковою луг на реке на Лале против Лальского погоста, мерян для спору в десятин(н)ое, и по мере того спорного луга девять десятин без чети опричь спорного места, а спорного места с лальскими погос(тс)кими крестьяны десятина, и ту десятину знать, что ново присадило, и о том привозили Лальского погоста крестьяне Государеву грамоту на перекуп на оброк и по Государеву указу тех девяти десятин на перекуп не дали, что у Овдея (Паламошного) в купчих написан тот луг больше сорок лет, сена на том лугу двести дватцать копен, оброку десять алтын.»
4 августа 1624 года Дмитрий Авдеевич Паламошный подал жалобу на «сильных людей» Григория Прокофьевича Саватеева с братьями, Степана Калистратовича Норицына с детьми и Нефеда Яковлевича Саватеева, сломавших изгородь в его пустоши Княщинской и потравивших его хлеб и сено. А вот выписка из ПК 1624/25 г.: «А та Княщинская поскотина была в споре Лальского погоста у крестьян с Митькою Поламошным Лальского погоста; крестьяне тое спорную землю называли животинным выпуском, а Митька Паламошный называл Княщинскою своею пустошью, и привозили к писцом Государя царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Русии грамоты, а велено писцом про ту спорную землю их судити и сыски всякие сыскати да по суду и по сыску велено им в той земле указ учинити; и о той спорной земле суд был перед писцы перед Парфеньем Мансуровым да перед подьячим Васильем Архиповым, а вершили то судное дело писцов Иван Благово да подьячей Василей Архипов тем спорным местом по судному делу и по обыском и по своему досмотру, что Митька Паламошной называл Княжщинскою пустошью и владел по оброчной грамоте …, велели владеть вперед Лальского погоста крестьяном под поскотинной выпуск …»
ПК 1624/25 г.: «Деревня Животово на реке на Лале … владеет (Семён Авдеевич Паламошный) по купчей 132го (9 нояб. 1623) году, а купчая взята, потому что годы отписываны назад, а дьячек, которой купчую написал, Васька лалетин, збежал безвестно, а Максимко Олександров сказал, что он Семену не продавывал и купчей не давывал, а суда в него в том с Семеном Поломошным перед писцы не бывало, потому как Максимко Государю бил челом о том своем жеребье на Семена, а Семен в те поры был на Москве. … … … Пожня луг Животовской ... И о том лугу был суд у Минейка Бурцова с Семеном Поламошным, и по суду сыскалось против крепости, что положил Семен Поламошной, по чему он тою деревнею и лугом владеет, што Минейкова заемная кабала писана наперед Семеновой купчей Поламошного, а в Семеновой купчей Поламошного отписаны луга назад старые Минейковы кабалы для того, чтоб ему тем лугом без денег завладеть у Минейка, и как учали писцы сыскивать про ту Минейкову кабалу заемную и про пожню и про Семенову купчую Поламошного тутошними крестьяны и дьячка велели добыть и послухов, и Семен Поламошной сам сказал, что не в том году кабала писана во 133м (1624/25) году, а тот де дьячек, кой кабалу писал, лалетин Васька Архипов, отписал сев(о) году, что написал в купчей во 132м (9 нояб. 1623) году, и послух Якушко Матвеев, досмотря своей руки, тож сказал, што и Семен Поламошной, не в том году кабала писана, а то(т) де дьячек Васька Архипов отписал сев(о) году, а я де, как руку прикладывал, не досмотрил в тое пору году, и в Семеново место Поламошного к ево скаски Семеновы племянник ево Васька Поламошной руку приложил в судном деле, а послух Якунька Матвеев, кой в кабале писал, к своим речам руку приложил в судном деле, а дьячок Васька Архипов, услыша, что про кабалу сыскивают, збежал безвестно, и тою пожнею велено владеть Минейку до выкупу …»
ПК 1624/25 г.: «По Государя царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии грамоте по челобитью Лальских посадцких людей обыскивано про мельницу, что поставил Митька Овдеев сын Поламошного ниже Лальского посаду с версту на реке на Лале и проезд судовой запер, а по обыском ту мельницу Митьке велено сломать и реку очистить, а мельницу ему велено поставить на своей же земле выше Лальского посаду.»
27 июня 1626 года жильцы Лальского погоста Дмитрий Якимович Микулин и Сидор Анисимович Башмаков подали жалобу на Авдея Ивановича Паламошного, требующего с них повторно денег по кабале и пытавшегося захватить их землю. В этот же день крестьянин Семён Маркович Вачевский подал жалобу на «сильного» человека Семёна Авдеевича Паламошного, требующего с него деньги по подложным заёмным кабалам или выдачи на себя служилой кабалы.
Несмотря на влиятельность Авдея Ивановича и его сыновей, суд часто выносил решения не в их пользу. То ли из-за ослушания, касающегося выезда в Москву, а также из-за других их неблаговидных действий (в 1641 году Алексей Авдеевич, а в 1642 году его сын Кузьма Алексеевич были оштрафованы каждый на 250 рублей за мошенничество при поставках хлеба в Сибирь), то ли по другим причинам (неурожай), доходы семейства Поломошновых резко сократились. Большинство деревень и других земельных угодий были ими распроданы или заброшены, и даже родовая деревня Ляпково, как сказано в ПК 1644/45 г., «от тяжелого вытного письма Ивана Благово 133го (1624/25) году запустела». Здесь же сказано: «… Авдейко умер во 148м (1639/40) году», но, на самом деле он, судя по всему, завершил свой жизненный путь в Лальском Михайло-Архангельском монастыре, о чём свидетельствует записи из писцовых книг: «Деревня Михалево другая верхнее на Большом Рипу (принадлежала Авдею Ивановичу по купчей от 2 мая 1620 года), а в ней Архангельского монастыря, что на Лальском погосте, … владеет по даной старца Аврамия Поламошного», «Пожня Маковеевской луг на реке на Лузе … владел Овдейко Поламошной, …, а ныне владеют Лальского погоста Архангельского монастыря старцы по вкладной Аврамья старца Поламошного 153го (1644/45) году». В православной традиции существовало правило: при принятии схимы брать имя созвучное с крестильным, что символизировало единство судьбы человека в миру и после смерти. Здесь: Авдей – Аврамий; скорее всего, это он и есть.
Старший сын Алексей Авдеевич, тоже, судя по всему, разорился, потому что его сын Степан Алексеевич, записанный в таможенных книгах, значится в ПК 1646 и 1647 гг. в Лальском погосте как нищий бобыль; из его детей известны сыновья Иван, Михаил, Нифонт (ок. 1639 г.р.), Андрей (ок. 1643 г.р.) и Дмитрий (ок. 1647 г.р.). Нифонт Степанович продал двор в 1659/60 году Трифону Степановичу Куликову – тоже нищему; про Андрея Степановича, проживавшего в деревне Когатово Лальской волости, в ПК 1677-1682 гг. сказано, что он «бродит меж двор в той же Лальской волости», т.е. нищенствует.

Поломошновы. Истоки

Продолжение

Рассмотрим историю сделок по недвижимости Авдея Ивановича, его братьев, сыновей и внуков, а вместе с тем, по возможности, и некоторые родословные.
Деревня Ляпково, купленная 1563/64 году отцом Иваном Яковлевичем, после ухода в монастырь (или смерти) Авдея Ивановича запустела. В ПК 1646 г. она значится пустой, в ПК 1647 г. в ней записан Дмитрий Авдеевич с половником, и здесь же сказано, что он взял её у писца Богдана Приклонского на льготу, хотя, согласно писцовой книге того же Богдана Приклонского (эта перепись датирована 1644/45 годом, но проводилась, вероятно, после переписей, датированных 25 марта 1646 года и 12 сентября 1647 года), ещё 9 января 1647 года была отдана на льготу на 7 лет жителю Лальского погоста Матвею Яковлевичу Ворыпаеву. Может быть, Дмитрий Авдеевич скоропостижно умер и деревню передали Матвею Ворыпаеву. Впоследствии её владельцами стали жители Лальского погоста Григорий Петрович и Андрей Петрович Бобровские, по просьбе которых между переписями 1710 и 1717 годов она была переведена из Антропьевой слободы в Лальскую волость.
4 мая 1589 года Авдей Иванович купил у Ивана Кузьмича Ральникова четверть деревни Тютяково (Княже) Антропьевой слободы, 7 мая 1589 года у Осипа Петровича Гусева – другую четверть этой деревни, а 17 мая 1593 года его брат Трофим Иванович купил у Менщика Мариева Молчанова ещё одну четверть этой деревни. Впоследствии этими тремя четвертями деревни владел Фёдор Авдеевич. В ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. у этого жеребья значатся другие владельцы: Михаил Васильевич Владимиров-Непеин – по купчей 1639/40 года, Емельян и Юрий Ермолины Токмаковы – «владеют по купчим, а крепостей не положили».
21 или 24 февраля 1592 года (есть две купчие с разными датами, но, вероятно, это разные копии одной и той же купчей) Трофим Иванович и Авдей Иванович купили у Аггея Федоровича Изосимина половину деревню Микулино Лальской волости, а 3 апреля 1604 года Авдей Иванович купил у Артемия Алексеевича Мельчакова другую половину деревни. В ПК 1619/20 и 1624/25 гг. вся деревня (4 двора) записана за Авдеем Ивановичем; в ПК1644/45, 1646 и 1647 гг. владельцами деревни значатся житель Лальского погоста Матвей Яковлевич Ворыпаев и крестьянин Антропьевой слободы Фёдор Яковлевич Ворыпаев (купчие неизв.), лишь за Дмитрием Авдеевичем, проживавшем в соседней деревне Ляпково, значится пустой двор и мельница – та самая, которой он «проезд судовой запер», о чём говорилось выше; в ПК 1677-1682 гг. сказано: «и ныне тое мельницы нет и мельничное место сметало рекою Лузою» (правильно: рекой Лалой!).
7 января 1593 года Авдей Иванович купил у Ивана Семеновича Калинина часть деревни Огрофенино (Исток) Лальской волости; в ПК 1624/25 г. упоминается купчая 1594/95 года, но её точная дата, кто был продавец и кто покупатель, неизвестно (может быть, это и есть купчая от 7 января 1593 года); 22 ноября 1603 года Авдей Иванович купил у Никиты Дмитриевича и Михаила Дмитриевича Калининых четверть этой деревни, а 5 мая 1619 года у Федора и Семена Сулешевых Изосиминых ещё одну её четверть. В ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. в деревне записаны внуки Авдея Ивановича: Семён Васильевич, Иван Васильевич, Александр Васильевич, Никита Васильевич, Кузьма Алексеевич, Григорий Алексеевич и невестка вдова Фёдора Авдеевича Соломонида (отчество не указано), владеющая двором «по старине». Семён, Александр и Никита Васильевичи в 1662/63 году продали свой жеребей жителю Лальского погоста Семёну Леонтьевичу Бобровскому. Последним из Поломошновых, проживавших в деревне, был Григорий Алексеевич; он умер около 1687 года, а его сыновья Фёдор Григорьевич и Василий Григорьевич, как сказано в ПК 1717 г., «престарели, скитаютца в мире». Семён Васильевич не позднее переписи 1678 года купил деревню Брюхановскую (Горбуниха) Учецкой волости, состоявшую из одного двора; он умер около 1697 года, сын Иван (ок. 1676 г.р.) умер около 1700 года. Семён, Иван и Александр Васильевичи после переписи 1647 года купили часть деревни Калентьево Лальской волости, которую в 1655/56 году передали как вклад «на помин души» Лальскому Михайло-Архангельскому монастырю.
3 октября 1593 года Трофим Иванович и Авдей Иванович купили у Аггея Фёдоровича и Кузьмы Фёдоровича Изосиминых деревню Ляпковская полянка Антропьевой слободы (судя по названию, вероятно, выставок из деревни Ляпково), состоящую из одного двора. В ПК 1624/25 гг. владельцем деревни значится Фёдор Авдеевич, а в ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. – Фёдор Яковлевич Ворыпаев и его сын Никита Фёдорович (купчая неизв.); между переписями 1710 и 1717 годов новый владелец Григорий Петрович Бобровский перевёл её в Лальскую волость.
24 марта 1599 года Авдей Иванович купил у Никиты Логгинова (Мальцева, Шитого) четверть деревни Климово Лальской волости, 25 марта 1603 года у крестьянина Учецкой волости Семена Фёдоровича Попова он купил половину этой деревни, а 10 апреля 1603 года у Михаила Прокопьевича Жемчугова ещё одну её четверть (всего 4 двора). В ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. владельцем деревни значится Родион (мирское имя Грязнушка, Грязной) Иванович Абросимов – «владеет по купчей, а купчей не положил».
9 марта 1599 года Авдей Иванович продал четверть деревни Ухтенино Лальской волости Поспелу Максимовичу Буркову, 6 января 1604 года он же продал четверть деревни Челяково (Четлино, Целяково) Лальской волости Ивану Яковлевичу Безсонову, а 19 февраля этого же года Семён Иванович младший продал Самуилу Ивановичу Шадрину-Грязному половину деревни Михалёво Лальской волости на реке Лузе, но кто из Поломошновых и у кого их покупал, неизвестно.
12 марта 1605 года Авдей Иванович купил у Абросима Даниловича Фролова деревню Ивашево Лальской волости, состоящую из одного двора. Около 1636 года деревня «от тяжелово письма и от хлебново недороду» тоже запустела, а 12 июля 1646 года была отдана на льготу на 8 лет крестьянину деревни Соловьёво Лальской волости Степану Лукьяновичу Сумкину.
22 марта 1607 года Авдей Иванович купил у Семёна Алексеевича Филофеева часть деревни Афамово (Макаровщина) Лальской волости, 28 апреля 1620 года Дмитрий Авдеевич купил у Ивана Андреевича Шахматова другую её часть, а 23 декабря 1622 года Семён Авдеевич купил у Елизария Леонтьевича Гороховицына (Гороховского) ещё часть деревни. Впоследствии всей деревней владел Фёдор Авдеевич Паламошный, который в 1642/43 году продал её жителю Лальского погоста Леонтию Семёновичу Бобровскому. Это та самая деревня, в которой в 1829 году лальский купец Степан Семёнович Сумкин открыл бумажную фабрику.
18 апреля 1608 года Авдей Иванович купил двор в Лальском погосте у Ильи (Менщика) Никифоровича Филофеева, а 3 июня 1610 года он купил ещё один двор у Сувора Васильевича Зубачного. Однако в ПК 1619/20 года в погосте за ним дворов не значится, а в ПК 1624/25 года – двор Ивана Яншина Паламошного, предположительно, его отца Ивана Яковлевича, о чём говорилось выше.
В 1611/12 году Авдей Иванович получил в собственность по закладной часть деревни Широково (Софронова гора) Лальской волости, а в 1622/23 году крестьянин Пятой Григорьевич Широковский заложил Семёну Авдеевичу ещё её четверть. В ПК 1624/25 г. владельцем двух дворов деревни значится Авдей Иванович, а в 1643/44 году его внук Василий Семёнович продал их Леонтию Семёновичу Бобровскому.
18 марта 1613 года Авдей Иванович купил у Пятого Афанасьевича Норицына четверть деревни Александрово Лальской волости. В ПК 1624/25 гг. упоминается купчая 1591/92 года на часть этой деревни, но кто и у кого её покупал, неизвестно. В ПК 1624/25 г. владельцем трёх дворов деревни значится Осип Авдеевич, сам проживающий здесь же. В ПК 1644/45, 1646, 1647 и 1677-1682 гг. владельцем этого жеребья значится сын Алексея Авдеевича Кузьма Алексеевич, в ПК 1710 и 1717 гг. – его сын Борис Кузьмич (ок. 1647-1648 г.р.). Борис Кузьмич упоминается в таможенных книгах 1677-1682 годов; умер между 1-й (1722 г.) и 2-й (1747 г.) ревизиями. Его жену звали Анна (отчество неизв., ок. 1665 г.р.); детей не было или умерли в детстве.
В 1614/15 году братья Тарас (Одинец) Ларионович и Замятня Ларионович Шумиловы-Рычковы заложили Авдею Ивановичу деревню Якимово Лальской волости; в ПК 1619/20 и 1624/25 гг. у деревни значатся прежние владельцы – вероятно, выкупили.
23 октября 1617 года Авдей Иванович купил у Первого Никифоровича Протасова часть деревни Кочевской Лальской волости. В 30-е годы XVII века деревня запустела, а в 1650/51 году была отдана на льготу на 7 лет Максиму Ивановичу Бузунову.
1 марта 1618 года Авдей Иванович купил у Ивана Прокопьевича Мариева деревню Сакулевскую Антропьевой слободы, состоящую из двух дворов. В 1645/46 году внук Прокопий Фёдорович продал её Ивану Михайловичу Уварову (Уваровскому).
15 февраля 1620 года Авдей Иванович купил у Семёна Неупокоева Александрова треть деревни Пестово Лальской волости; в этот же день Дмитрий Авдеевич купил ещё шестую её часть у вдовы крестьянина Замятни Поздеева Сулешева Аксиньи Сергеевны. Ранее, 10 декабря 1611 года, Авдей Иванович продал половину этой деревни Анисиму Даниловичу Чумаку (он же Башмак, Мильков), но кто из Поломошновых и у кого её покупал, неизвестно. В ПК 1624/25 гг. владельцем трёх дворов деревни значится Авдей Иванович, а одного двора – Анисим Башмак. Впоследствии деревней владели пополам Осип Авдеевич с сыном Данилой и племянник Василий Фёдорович. Данила Осипович в 1637 году заложил отцовский жеребей крестьянину Антропьевой слободы Афанасию Митрофановичу Чебаевскому, сам проживал в Лальском погосте, откуда ушёл в «Сибирские городы», где при неизвестных обстоятельствах был убит; о его потомках сведений нет. Василий Фёдорович тоже ушёл в Сибирь по разным данным в 1636-1643 году. 1 сентября 1645 года жеребей Осипа Авдеевича был отдан на льготу Афанасию Чебаевскому, а сам он нанялся к новому владельцу в половники. Впоследствии Чебаевский продал этот жеребей подьячему сольвычегодской съезжей избы Никите Ивановичу Медведеву, а жеребьем Василия Фёдоровича «по отдаче и по даной памяти воеводы Иваниса Злобина» 1649/50 года владели его сыновья Александр и Никита. В ПК 1677-1682 гг. владельцами деревни значатся Иван Семёнович Лобашков и Александр Васильевич и Никита Васильевич Паламошные. Александр Васильевич умер около 1694 года, его сын Иван – около 1696 года, Никита Васильевич – около 1700 года. В ПК 1710 и 1717 гг. владельцами деревни значатся лальские посадские Тимофей Афанасьевич Юрьев и Пётр Леонтьевич Норицын.
В ПК 1619/20 и 1624/25 гг. Авдей Иванович значится владельцем одного двора деревни Репино Учецкой волости, владельцем деревни Ерёмин борок Лальской волости и дворового места в деревне Волосова гора (Сусолово) Лальской волости («пашня того двора впусте»); кто из Поломошновых, когда и у кого их покупал, неизвестно. Двор в деревне Репино после переписи 1647 года Авдей Иванович продал кому-то из других владельцев этой деревни – Норицыным. Часть жеребья деревни Волосова гора внук Василий Семёнович в 1643/44 году заложил Ивану-Менщику Никитичу Бурдуковскому, а в 1644/45 году сын Осип Авдеевич продал ему же другую его часть. Деревня Ерёмин борок (не путать с деревней Ерёмина гора этой же волости, о которой говорилось выше) находилась на территории нынешнего Лальска, в районе домов №№ 107-111 улицы Ленина, состояла из двух нежилых дворов, землю пахали «наездом»; под ней, на реке Лале, была мельница, принадлежавшая им же – Поломошновым (та, о которой говорилось выше). Последним владельцем деревни был Дмитрий Авдеевич, проживавший в деревне Ляпково. Около 1634 года деревня запустела, а 1 сентября 1647 года была отдана на льготу на 10 лет жителю Лальского погоста Матвею Яковлевичу Ворыпаеву. В 1700 году новые владельцы лальская посадская вдова Наталья Ивановна Кирисинова с сыном Сергеем Яковлевичем пожертвовали эту – снова запустевшую – землю «по родителем своим в поминовение» для постройки нового Михайло-Архангельского монастыря, перенесённого из бывшего городка Ботище, где он часто подтоплялся во время половодий (в некоторых документах старая пустынь называлась Преображенской – по главному её храму в честь Преображения Господня).
2 мая 1620 года Дмитрий Авдеевич купил у Павла Карповича Фатьянова деревню Верхнее Михалёво (Подволочье) Лальской волости на речке Большой Рип (не путать с деревней Михалёво этой же волости на реке Лузе, о которой говорилось выше). В ПК 1644/45 г. сказано, что деревней владеет Лальский Михайло-Архангельский монастырь «по даной старца Аврамия Поламошного» – судя по всему, Авдея Ивановича, ушедшего на старости лет в этот монастырь, о чём говорилось выше. 7 декабря 1623 года Дмитрий Авдеевич купил двор а Лальском погосте у Ивана Владимировича Дрягина; в ПК 1624/25 года он значится как «осадный» («осадный двор», «двор для осаду» – так называли дворы в остроге, где зажиточные крестьяне хранили имущество или укрывались сами при нападении разбойников); в 1634/35 году он продал его Михаилу Емельяновичу Заровнядному. После переписи 1624/25 года Дмитрий Авдеевич основал в Лальской волости починок Чёрное раменье, который около 1640 года запустел.
Есть купчая от 2 декабря 1623 года, согласно которой Григорий Авдеевич купил двор в Лальском погосте у того же Ивана Дрягина – может быть, это та самая купчая Дмитрия Авдеевича, поскольку в ПК 1619/20 г. за Иваном Дрягиным в погосте значится всего один двор, а в ПК 1624/25 года сам Григорий Авдеевич в погосте не значится. Из ПК 1644/45 г. известно, что в 1642/43 году он продал Ивану Ивановичу Шелимову двор в погосте, принадлежавший ранее некоему Григорию Васильеву, записанному в ПК 1624/25 года. После этого сведений о нём нет – то ли умер, то ли куда-то ушёл.
4 апреля 1622 года Семён Авдеевич купил у Третьяка Тимофеевича Чермного треть деревни Коншинской (Коншево) Лальской. Деревня запустела до переписи 1624/25 года, а 1 сентября 1645 года была отдана на льготу на 7 лет крестьянину деревни Новгородово Алексею Анисимовичу Мохову, который впоследствии передал её Лальскому Михайло-Архангельскому монастырю.
7 марта 1623 года Семён Авдеевич купил у Менщика Марковича Мельчакова-Вареева деревню Бык (пустошь Быково) Антропьевой слободы, которую в 1624/25 году продал Павлу Мартемьяновичу Шихирину.
Есть купчая от 9 ноября 1623 года, согласно которой Семён Авдеевич купил у Максима Осиповича Александрова-Калинина часть деревни Животово Лальской волости. В ПК 1624/25 г. сказано: «…владеет по купчей 132го (1623/24) году, а купчая взята, потому что годы отписываны назад, а дьячек, которой купчую написал, Васька лалетин, збежал безвестно, а Максимко Олександров сказал, что он Семену не продавывал и купчей не давывал, а суда в него в том с Семеном Поломошным перед писцы не бывало, потому как Максимко Государю бил челом о том своем жеребье на Семена, а Семен в те поры был на Москве». Вероятно, этот жеребей у Семёна Авдеевича был изъят или он его продал, т.к. в ПК 1644/45, 1646 и 1647 гг. у него другие владельцы – Плюснины, – но «по чему владеют, крепостей не положили».
Между переписями 1619/20 и 1624/25 годов владелец деревни Данилов наволок Лальской волости, состоявшей из двух дворов, Яков Андреевич Шахматов заложил её Семёну Авдеевичу, а сам сбежал. Деревня «за долг» была отдана Семёну Авдеевичу «в жило», т.е. для оплаты тягла; хлеб он по своей закладной вывез, но пашню пахать не стал, чтобы не платить подать, и деревня запустела. Впоследствии ею владел племянник Семёна Авдеевича Пётр Фёдорович, который владел также двумя дворами деревни Романово той же волости. Он умер около 1641 года, детей не осталось, жеребей деревни Данилов наволок в 1662/63 году брат Прокопий Фёдорович продал крестьянам деревни Пуп той же волости Мокию Емельяновичу и Захару Емельяновичу Шихириным, а жеребьем деревни Романово владели Пятой Титович Старостин и Яков Галактионович Абрамов. Пётр Фёдорович Паламошный, гостиной сотни крестьянин Лальской волости, в 1636 году был одним руководителей восстания против сольвычегодского воеводы Фёдора Левашова, прославившегося своей алчностью, вымогательством денег с купцов, посадских людей и крестьян, притеснением мирских властей, нарушением торговых правил и покровительством – за мзду – таможенных и кабацких откупщиков, бравших произвольную пошлину.
В ПК 1644/45 и 1646 гг. Семён Авдеевич значится владельцем половины деревни Ярцево Антропьевой слободы, «а крепости не положил». Впоследствии этот жеребей тоже запустел, а в 1651/52 году был отдан на льготу на 7 лет Пятому Ивановичу Абрамову.
В ПК 1644/45 г. житель Лальского погоста Василий Семёнович Паламошный (вероятно, сын Семёна Авдеевича) значится владельцем деревни Коневец Лальской волости, состоявшей из двух дворов, которую он купил у жителя того же погоста Василия Титовича Пупышева, «а крепости не положил». После него деревней владели дьякон Дмитрий Герасимович Козлов, Иван Иванович Бузунов, Назар Иванович и Фёдор Иванович Протасов, но о купчих сведений тоже нет.
В 1651/52 году Семён Васильевич Паламошный (сын Василия Семёновича?) взял на льготу на 8 лет половину деревни Горка Лальской волости, но, вероятно, умер до окончания срока, потому что впоследствии оброк платили Федот Белобородов и его сын Дмитрий, владевшие частью этой деревни. Семён Васильевич владел также деревней Спенцыно Лальской волости (всей или частью, неизвестно, т.к. о купчей сведений нет), которую в 1674/75 году продал жителю Лальского погоста Якову Парфеньевичу Саватееву. В 1650/51 году пустующая деревня Когатово Лальской волости была отдана на льготу на 7 лет крестьянину Григорию Макаровичу Шубину; по окончании льготного срока частью деревни владел Семён Васильевич Паламошный, который в 1665/66 году продал её Артемию Евдокимовичу и Андрею Евдокимовичу Постниковым; другой частью деревни (1/3) по купчей Григория Шубина владел Александр Васильевич Паламошный, «а купчая у него на тое треть от Гришки Макарова сына Шубина утерялась». В ПК 1710 и 1717 гг. Александр Васильевич в деревне не значится – вероятно, продал свой жеребей. После 1663 года Семён Васильевич и Александр Васильевич приобрели в собственность деревню Лаврово Лальской волости (купчие неизв.); другим владельцем деревни был староста Лальской Богоявленской церкви Андрей Иванович Швецов. Братья Паламошные в 1659/60, а Андрей Швецов в 1669/70 году продали свои жеребьи Григорию Ивановичу, Василию Тимофеевичу и Ивану Тимофеевичу Бурковым.
В 1637/38 году Прокопий Фёдорович Паламошный (сын Фёдора Авдеевича) купил двор в Лальском погосте у Василия Игнатьевича Кирисинова. В 1645/46 году у Ивана Михайловича Уварова он купил двор в деревне Патракеево Антропьевой слободы и перешёл на жительство туда. После переписи 1647 года он купил часть деревни Русиново Антропьевой слободы, которую в 1664/65 году продал Петру Максимовичу Плюснину. Прокопий Фёдорович умер около 1662 года; после его смерти двором в Лальском погосте владел Михаил Иванович Саватеев (наверное, купил, но о купчей сведений нет), двор сгорел около 1666 года, Михаил Иванович ушёл в Сибирь и умер в Кузнецком остроге в монастыре. Из детей Прокопия Фёдоровича известны сыновья Данила (ок. 1637 г.р.), Афанасий (ок. (1641 г.р.) и Фёдор (ок. 1643 г.р.). О Даниле и Фёдоре сведений нет: либо умерли, либо куда-то ушли; в таможенных книгах 1677-1678 годов упоминается Иван Афанасьевич Паламошной из Лальского погоста – возможно, сын Афанасия Прокопьевича, хотя по возрасту подходит плохо. Сам Афанасий Прокопьевич или его сын Дмитрий Афанасьевич (по разным данным, ок. 1663-1670 г.р.) перешёл в деревню Лукинскую Петровского сельца, которая в 1717 году по просьбе её владельцев (другим владельцем деревни был житель Лальского погоста Степан Михайлович Бурдуковский) была переведена в Лальскую волость.
Дмитрий Афанасьевич в 1-й ревизии (1719 г.) был приписан «по купечеству» к Лальскому посаду; его жену звали Анна (отчество и девичья фамилия неизв.; ок. 1670 или 1677 г.р.); из детей известны сыновья Пётр (по разным данным ок. 1697 или 1702-1704 г.р., ум. в 1752 г.) и Иван (ок. 1704-1708 г.р.). Жену лальского купца Петра Дмитриевича Паламошного звали Ирина Васильевна (девичья фамилия неизв., ок. 1701 г.р., «старинная того посаду»); из их детей известны дочь Матрона (ок. 1719 г.р.), выданная замуж за вдового лальского купца Ивана Герасимовича Дьяконова, и сын Никифор (ок. 1735 г.р.). Женой Ивана Дмитриевича была лальская посадская дочь Ульяна Андреевна Бурдуковская (ок. 1715 г.р.); из их детей известен сын Алексей (ок. 1740 г.р.), женой которого была сольвычегодская посадская дочь Наталья Алексеевна Протопопова (ок. 1743 г.р.), о детях сведений нет.
В 1-й ревизии в деревне Лукинской записан «работной» Дмитрия Афанасьевича Яков Иванович Паламошный (ок. 1699 г.р., ум. в 1763 г.) – чей сын, неизвестно. Его женой была дочь крестьянина деревни Улановской (Шадрово) Учецкой волости Феодосия Устиновича Шабалина Евдокия (ок. 1698 г.р.), из детей известна дочь Лукерья (ок. 1727 г.р.). После 2-й ревизии (1745 г.) Яков Иванович был переведен в той же деревне в работники к великоустюжскому купцу Афанасию Михайловичу Попову. Его сын Андрей Яковлевич (ок. 1734 г.р.) во 2-й ревизии записан в деревне Спирина гора (Уварово) Петровского сельца половником Ирины Васильевны и Ульяны Андреевны Поломошновых. Женой Андрея Яковлевича была дочь крестьянина деревни Ефаново (Овсянниково) Антропьевой слободы Ивана Силыча Нелюбина Ксения (ок. 1728-1732 г.р.); из их детей известны дочь Феодора (ок. 1757 г.р.) и сын Иван (ок. 1761 г.р.). В 3-й ревизии (1672 г.) владельцами деревень Лукинская и Спирина гора значатся вдовы Ирина Васильевна и Ульяна Андреевна Поломошновы; они же во 2-й и 3-й ревизиях значатся владельцами деревни Борисово Лальской волости.
В 1649/50 году запустевшая деревня Верхнее Скалепово Лальской волости была отдана на льготу на 7 лет Осипу Авдеевичу Паламошному и Андрею Ивановичу Шубину. После них деревней владели Леонтий Семёнович Бобровский, Василий Карпович-Поспелов Бурков и Семён Васильевич Паламошный, которые в 1665/66 и 1669/70 годах продали свои жеребьи Лальской Богоявленской церкви. После переписи 1647 года Василий Осипович младший купил часть деревни Нижнее Скалепово Лальской волости, которую в 1667/68 году продал Даниле Яковлевичу Помигалову. Так же после переписи 1647 года Василий Осипович младший купил часть деревни Коптяевской Лальской волости, которую в 1670/71 году продал Ивану Осиповичу и Фёдору Осиповичу Поповым. Деревня Зманово (починок Взманов) Лальской волости в 1657/58 году была отдана на льготу на 10 лет Никите Харитоновичу Шихирину, после чего Василий Осипович Паламошный, вероятно, он же – младший, каким-то образом получил её в собственность (о купчей сведений нет), а затем продал Прокопию Семёновичу и Фёдору Семёновичу Одинцовым; дата купчей тоже неизвестна, как сказано в писцовой книге 1677-1682 года, «и та купчая у них згорела во 184м (1675/76) году в той же деревне».
В ПК 1677-1682 гг. сказано, что Андрей Александрович Паламошный в 1650/51 году взял на льготу на 7 лет пустующую деревню Абрамово Лальской волости, принадлежавшую ранее умершим братьям Якову Тимофеевичу и Кириллу-Поспелу Тимофеевичу Ворыпаевым. Правда, здесь же Андрей Александрович значится ещё и под фамилией Павлушков, хотя ни об Андрее, ни об Александре Павлушковых никаких сведений нет; в сыновья Александру Васильевичу Поломошнову (ок. 1640 г.р.) Андрей Александрович не подходит, поэтому, при отсутствии текста самой льготной грамоты установить, кто он был, Поломошнов или Павлушков, возможности нет. Как бы то ни было, но в ПК 1677-1682 гг. владельцами деревни значатся Яков Иванович и Бажен Яковлевич Поповы по купчим 1651/52 и 1678/79 годов.
Между переписями 1710 и 1717 годов в деревню Вяткина гора (Ворончиха) Лальской волости половником крестьянина Андрея Никитича Горячевского перешёл Яков Прокопьевич Паламошный (ок. 1697-1699 г.р., ум. в 1759 г.), туда же не позднее 1-й ревизии перешёл и его старший брат Дмитрий (ок. 1689-1690 г.р., ум. после 3-й ревизии). Их отца Прокопия идентифицировать в переписях не удалось, скорее всего, он умер не позднее 1717 года, т.к. его вдова Ефимиия Никифоровна (ок. 1657 г.р.) записана с сыновьями. Жена Якова Прокопьевича неизвестна; из его детей известны дочь Мелания (ок. 1622 г.р.), выданная замуж за крестьянина деревни Зыкова гора Пречистенского прихода Вилегодской волости Ефима Афанасьевича Зыкова, и сыновья Григорий (ок. 1740 г.р.) Антон (ок. 1747 г.р.). Женой Григория Яковлевича была дочь крестьянина деревни Давыдово Лальской волости Кузьмы Дмитриевича Першина Акилина (ок. 1732 г.р.), из детей известны дочери Агафья (ок. 1757 г.р.) и Феодосия (ок. 1762 г.р.). Женой Антона Яковлевича была дочь крестьянина деревни Ерёмина гора (Околок) Лальской волости Ивана Петровича Федюкова Евдокия (ок. 1742 г.р.).
Дмитрий Прокопьевич не позднее 2-й ревизии был переведён деревню Лисья гора Лальской волости (с введением подушной подати купля-продажа казённых земель была ограничена, а потом и совсем запрещена, поэтому переход черносошных крестьян из деревни в деревню мог произойти лишь по «мирскому приговору» и решению волостного начальства). Его жена неизвестна, умерла до 3-й ревизии, из детей известны сыновья Михаил (ок. 1722 г.р.) и Василий (ок. 1724 г.р.). В 3-й ревизии в деревне записан так же Наум Михайлович Паламошный (ок. 1738 г.р.), который в 1761 году был отпущен «по пашпорту в Сибирские городы» на три года, – вероятно, сын Михаила Дмитриевича. Сам Михаил Дмитриевич в 1739 году был отдан в рекруты, т.е. он женился ещё до призыва, причём, довольно рано (в то время могли женить и в 15 лет), но жена, вероятно, умерла, а сын Наум остался на попечении деда и бабушки.
В 1783 году житель города Архангельска Григорий Михайлович Паламошной подал прошение, в котором сообщал, что, являясь солдатским сыном, 9 марта 1764 года поступил на воинскую службу рядовым в 2-го батальона Архангелогородского гарнизона, 15 июня 1765 года был переведён в Архангелогородскую губернскую роту, где 24 ноября 1770 года ему был присвоен чин капрала, 19 апреля 1780 года – сержанта, а 16 июня 1781 года «за разными болезнями» от воинской службы был «отставлен». 27 июня этого же года он определён бухгалтером в Приказ общественного призрения, а 27 сентября в Архангельский губернский магистрат протоколистом. Григорий Михайлович просил определить его на службу в Архангельскую верхнюю расправу (судебный орган средней инстанции) на свободную «ваканцию» стряпчего уголовных дел. А упоминается здесь о нём потому, что, поскольку в то время Поломошновы проживали, в основном, в Сольвычегодском уезде (не считая тех, что ранее ушли в Сибирь), то можно предположить, что Григорий Михайлович тоже мог быть сыном Михаила Дмитриевича. Солдатам, которые несли гарнизонную службу, разрешалось жениться, только в 1764 году правила были ужесточены, и нижним чинам можно было создавать семьи только с разрешения полкового начальства. Если жена Михаила Дмитриевича умерла, то на службе он мог снова жениться, и там у него родился Григорий – солдатский сын. Впрочем, это – не более чем предположение.
Женой Василия Дмитриевича была дочь крестьянина этой же деревни Григория Ивановича Токмакова Агафья (ок. 1720 г.р.); из их детей известны: Иван (ок. 1737 г.р., ум. в 1749 г.); Наталья (ок. 1652 г.р.); Агриппина (ок. 1755 г.р.); Евдокия (ок. 1759 г.р.); Марфа (ок. 1762 г.р.).
В Лальском погосте/посаде в ПК 1710 и 1717 гг. и 1-й ревизии (1719-1724 гг.) значатся бобыли или нищие Поломошновы, поселившиеся здесь между переписями 1678 и 1710 годов:
Петр Никитич (по разным данным, ок. 1673, 1675 или 1679 г.р., ум. в 1746 году), жена Татьяна (отчество неизв., ок. 1680 г.р.); из детей известны дочь Прасковья (ок. 1708 г.р.) и сын Прохор (ок. 1710 г.р.).
Афанасий Александрович (ок. 1670-1671 г.р.), мать Евдокия (отчество неизв., ок. 1640 г.р.), жена Васса (отчество неизв., ок. 1680 г.р.); из детей известны: Марфа (ок. 1705-1706 г.р.), Григорий (ок. 1707 г.р.), Иван старший (ок. 1714 г.р.), Иван младший (1719 г.р.), брат Алексей Александрович (ок. 1698-1699 г.р.). Женой Ивана Афанасьевича младшего была солдатская дочь из деревни Яишницыно Лальской волости Наталья Григорьевна Воронина (ок. 1720 г.р.); из детей известны: Иван (ок. 1746 г.р.), Григорий (ок. 1754 г.р.), Евдокия (ок. 1766 г.р.).
Василий Григорьевич (ок. 1649-1653 г.р.), жена Феодосия (ок. 1679 г.р.); из детей известны: дочь Прасковья (ок. 1702-1704 г.р.), выданная замуж за крестьянина деревни Курьяново или Леунино Лальской волости Григория Ивановича Чухломина, Семён (ок. 1705-1706 г.р.), Фёдор (ок. 1708-1709 г.р.) и Андрей (ок. 1714-1717 г.р.). Женой Андрея Васильевича была дочь лальского посадского Фаддея Алексеевича Ременникова Марфа (ок. 1725 г.р.); из детей известны: Татьяна (ок. 1748 г.р.), Пётр (ок. 1755 г.р.), Иван (ок. 1757 г.р.), Марфа (ок. 1761 г.р.).
Вдова Василиса Терентьевна (ок. 1660-1662 г.р.), сын Алексей Иванович (ок. 1703 г.р.).
Вдова Марфа Амбросиевна (ок. 1628 г.р., ум. в 1714 г.); сын Дмитрий (отчество не указано) по прозвищу «Барин» (ок. 1770 г.р., ум. в 1712 г.), жена Дмитрия Меланья Григорьевна (ок. 1677 г.р.), из детей известна дочь Анна (ок. 1706 г.р.).
Между переписями 1710 и 1717 годов поселился нищий бобыль Иван Григорьевич Паламошный (ок. 1667-1669 г.р.); жену звали Феврония (отчество и девичья фамилия неизв., ок. 1677 г.р.), из детей известны: Прокопий (ок. 1690-1693 г.р., ум. в 1757 г.), Кузьма (по разным данным, ок. 1695-1705 г.р., ум. в 1755 г.), Андрей (ок. 1700 г.р.), брат Фёдор Григорьевич (ок. 1655 г.р.). Иван Григорьевич до 1-й ревизии ушёл в Сибирь, сыновья Прокопий и Кузьма тоже уходили в Сибирь, во 2-й ревизии значатся вернувшимися с просроченными паспортами. Жену Прокопия Ивановича звали Анна Ивановна (девичья фамилия неизв., ок. 1700 г.р.); о детях сведений нет, но то ли сестра Прокопия Ивановича, имя и отчество которой неизвестно, была выдана замуж за лальского посадского Данилу Прокопьевича Гогаркина (записан в 1-й ревизии как зять). Женой Андрея Ивановича была дочь лальского посадского Петра Фёдоровича Чебаевского Евдокия (ок. 1713 г.р.).
В Генеральном свидетельстве 1722 года (1-я ревизия) по ведомости начальника Переписной канцелярии Сибирской губернии полковника князя Ивана Васильевича Солнцева-Засекина среди «назначенных на прежнее жилище» в Лальскую волость записан бездворный бобыль Василий Андреевич Паламошный.
При отсутствии метрических книг и исповедных ведомостей (церковных посемейных списков), которые начали вестись не ранее 1722 года, к тому же, самые ранние не сохранились, а только по писцовым и переписным книгам XVII - начала XVIII века довольно трудно составить полные родословные. Рассказ о лальских Поломошновых временно заканчивается данными 3-й ревизии (1762 г.), но он будет продолжен после изучения других ревизских сказок, исповедных ведомостей и метрических книг. А пока чуть подробнее рассмотрим одну из родословных – потомков Осипа Авдеевича Поломошнова.

Поломошновы. Истоки

Продолжение

Будучи вместо с отцом зачисленным в гостиную сотню, Осип Авдеевич, тем не менее, большого достатка не нажил. Наверное, торговлей он вообще не занимался, поскольку в числе членов гостиной сотни упоминается только в писцовой книге 1677-1682 годов – уже умерший: «двор гостиные сотни Осипка Авдеева сына Паламошного».
Из детей Осипа Авдеевича известны сыновья Данила и два Василия – Большой и Меньшой. Данила Осипович, как говорилось выше, погиб в Сибири, а Василий Осипович – скорее всего, младший – в 1676/77 году купил у крестьянина Антропьевой слободы Прокопия Перфирьевича Нелюбина, перешедшего в деревню Ефаново, две трети деревни Меньшой Дор и перешёл на жительство туда.
Группа деревень под общим названием «Дора́» (в старинных переписях: «Дор Залесный») находилась в верховьях реки Залесской Лалы, правом притоке реки Лузы (река Залесная, Лала Залесная, не путать с Большой или Полевой Лалой, на которой стоит Лальск), на торговой дороге Сольвычегодск-Лальск. Самые ранние из известных документов на земли здешней округи: оброчная данная 1534/35 года на починок Большой Дор и купчая 1548/49 года на починок Меньшой Дор (точные даты их неизвестны, поскольку сами документы не сохранились либо затерялись в архивах, а эти сведения – из ПК 1644/45 г.). В Списках населённых мест Вологодской губернии 1859 и 1881 годов значится четыре деревни: Большой Дор (Середка) с погостом, Кулемисино, Заистопная (Деревня большая) и Моховская гора; в переписях, метрических книгах и исповедных ведомостях встречаются и другие названия: Меньшой (Малый) Дор, Истопная, Истобная гора, Заистобная гора, Муховская, Ляховская (искажённое от «Моховская»), Середыш и др. Причём, иногда трудно разобраться, какое из названий к какому населённому пункту относится, тем более что располагались они на небольшой территории и фактически составляли одну деревню. Первоначально они относились к Преображенскому приходу Антропьевой слободы; между 1666 и 1677 годами на пустующих двух третях деревни Большой Дор (починок над Серёдкой) была построена деревянная церковь Сретения Господня; впоследствии, не ранее 1792 года, церковь была приписана к приходу Лальской Спасской церкви, а 9 июля 1915 года был открыт самостоятельный Доровской Сретенский приход. В советское время эти деревни входили в состав Залисского сельсовета (в 1930-40-е годы – колхоз «Путь Ленина»), последние жители съехали оттуда на рубеже 1960-1970-х годов и теперь эта местность полностью необитаема; дорога, которая в старину связывала Лальск с Сольвычегодском (в Списке населённых мест Вологодской губернии 1859 года названа просёлочной дорогой на погост Котласский) лишь иногда используется как зимник до бывшего Христофоровского леспромхоза.
Василий Осипович умер около 1701 года; кто была его жена, сведений нет, из детей известны сыновья: Михаил (год рожд. неизв., ум. ок. 1699 г.); Василий (ок. 1664 г.р.), в 1704 году умерший «у городовой сидательской работы» – на строительстве Новодвинской крепости в устье Северной Двины или Санкт-Петербурга, куда указами Петра I в обязательном порядке ссылались крестьяне северных уездов; Осип (ок. 1670 г.р.) и Иван (ок. 1775 г.р.), отданный в рекруты в 1706 году.
Жена Михаила Васильевича тоже неизвестна, из детей известны сыновья:
Леонтий (ок. 1690 г.р., ум. между 1-й и 2-й ревизиями) и Иван (ок. 1695 г.р.).
Леонтий Михайлович перешёл в деревню Истопную (вероятно, это та же деревня Заистопная, только первоначально она состояла из двух частей, располагавшаяся на обоих берегах речки Истопницы; аналогично: Большой Дор и Меньшой Дор тоже, вероятно, первоначально были разными деревнями); в 1715 году у него сгорел дом, он временно проживал в деревне Меньшой Дор в пустующей «избёнке», но потом вернулся в свою деревню, где либо построил новый дом, либо купил у кого-то.
Жену Леонтия Михайловича звали Татьяна (отчество и девичья фамилия неизв., ок. 1691 г.р.); из детей известны дочь Василиса (ок. 1714 г.р.), о которой после 1717 года сведений нет, и сын Евдоким (ок. 1723 г.р., ум. в 1761 г.). Женой Евдокима Леонтьевича была дочь половника Коряжемского Николаевского монастыря из деревни Петряихи (фамилия неизв.) Евдокия Федотовна (ок. 1741 г.р., ум. в 1786 г.); детей, вероятно, не было.
Жену Ивана Михайловича звали Ульяна (отчество и девичья фамилия неизв., ок. 1697 г.р., ум. до 3-й ревизии); из детей известны: Семён (ок. 1711 г.р., ум. между 1-й и 2-й ревизиями, о семье сведений нет), Мария (ок. 1716 г.р., после 1717 года сведений нет), Матрона (ок. 1723 г.р.), выданная замуж за крестьянина деревни Середыш Никифора Семёновича Румянцева, и Иван (ок. 1727 г.р., ум. в 1784 г.).
Не позднее 3-й ревизии Иван Михайлович с сыном Иваном Ивановичем по «мирскому приговору» были переведены в деревню Большой Дор.
Первой женой Ивана Ивановича была дочь крестьянина деревни Ельцова гора Покровского прихода Гаврилы Григорьевича Захарова Капитолина (ок. 1723 г.р., ум. после 3-й ревизии); из детей известны: Андрей (ок. 1746 г.р., ум. в 1798 г.); Ксения (ок. 1748 г.р.), после 3-й ревизии сведений нет; Фёдор (ок. 1749 г.р.), после 3-й ревизии сведений нет; Яков (ок. 1753 г.р.. ум. в 1798 г.р.), Лазарь (ок. 1760 г.р., ум. в 1784 г.), семьи, вероятно, не было; Мария (ок. 1765 г.р.), выдана замуж за вдового крестьянина деревни Моховской Андрея Ивановича Захарова; Алексей (ок. 1766 г.р., ум. в 1808 г.). Вторую жену звали Евдокия (Авдотья) Васильевна (девичья фамилия неизв., ок. 1742 г.р., ум. после 5-й ревизии); из детей известны: Анна (ок. 1768 г.р.), выдана замуж за крестьянина деревни Базуновской Усть-Недумского Богородицкого прихода Кузьму Харитоновича Вараксина; Прокопий (ок. 1771 г.р., ум. в 1808 г.), о семье сведений нет; Фёдор (ок. 1773 г.р., ум. в 1803 г.), о семье сведений нет; Ульяна (ок. 1775 г.р.), Дарья (ок. 1777 г.р.), Ефимия (ок. 1780 г.р.), Дарья (ок. 1785 г.р.).
Женой Андрея Ивановича была дочь крестьянина деревни Трошинской Туринского Воскресенского прихода Ивана Михайловича Будахина Параскева (ок. 1743 г.р.); из детей известны: Карп (ок. 1768 г.р.), бежал в 1788 году; Домника (ок. 1766 г.р.), выдана замуж за крестьянина Ямской слободки Порфирия (отчество неизв.) Ватнева; Устинья (ок. 1779 г.р.); Пётр (1782 г.р.).
Женой Якова Ивановича была дочь крестьянина Ямской слободки Василия (отчество неизв.) Конанова Параскева (ок. 1769 г.р.); из детей известны: Елена (ок. 1788 г.р.); Дмитрий (ок. 1799 г.р.).
Женой Алексея Ивановича была Анна Ивановна Носкова (ок. 1771 г.р.) из деревни Софронова гора (Сусолово) Лальского Воскресенского прихода; из детей известны: Феодора (1795 г.р.); Иван (ок. 1802 г.р.); Захар (ок. 1804 г.р.); Сергей (ок. 1808 г.р.).
Это были потомки Михаила Васильевича Поломошного. Далее – о потомках Осипа Васильевича.
Осип Васильевич в 1705 году тоже перешёл в деревню Большой Дор, где и умер между 1-й и 2-й ревизиями; его жену звали Марина (отчество и девичья фамилия неизв., ок. 1675 г.р.); из детей известны: Агафья (ок. 1702 г.р.) после 1717 года сведений нет; Агриппина (ок. 1706 г.р.) после 1717 года сведений нет; Ларион (ок. 1707 г.р., ум. между 4-й и 5-й ревизиями); Лука (ок. 1717 г.р.) не позднее 2-й ревизии ушёл в Сибирь и в 3-й ревизии записан в городе Селенгинске (Бурятия), его жена – Евдокия Павловна Дружинина, из детей известен сын Пётр (ок. 1758 г.р.).
Женой Лариона Осиповича была Мария Ивановна (ок. 1721 г.р., ум. в 1784 г.), дочь Ивана Матвеевича Трудова, половника владельца деревни Ершово Покровского прихода Ивана Петровича Чебаевского; из детей известны: Панкрат (ок. 1731 г.р., ум. между 4-й и 5-й ревизиями); Василий (ок. 1738 г.р.), отдан в рекруты в 1758 году; Иван (ок. 1742 г.р., ум. в 1784 г.);Марфа (ок. 1748 г.р.) после 3-й ревизии сведений нет; Егор (ок. 1758 г.р.); Феодосия (ок. 1759 г.р.) после 3-й ревизии сведений нет.
Женой Панкрата Ларионовича была дочь крестьянина деревни Пьянковской (Сварусской) Слободского Преображенского прихода Василия Васильевича Корытовского Мария (ок. 1727 г.р.); из детей известны: Семен (ок. 1747 г.р., ум. в 1796 г.); Родион (ок. 1749 г.р., ум. в 1811 г.); Фёдор (ок. 1756 г.р.); Иван (ок. 1761 г.р., вероятно, умер между 3-й и 4-й ревизиями).
Жену Семёна Панкратьевича звали Устинья Семёновна (в исповедной ведомости – Ивановна; девичья фамилия неизв.; ок. 1748 г.р.); из детей известны:
Ирина (ок. 1770 г.р.), выдана замуж за вдового крестьянина деревни Пьянковской Устина Лазаревича Мелентьева; Павел (ок. 1773 г.р., ум. в 1808 г.); Акилина (ок. 1780 г.р.); Никита (ок. 1788 г.р.); Параскева (ок. 1790 г.р.).
Женой Павла Семёновича была дочь крестьянина деревни Ефаново Слободского Преображенского прихода Алексея Даниловича Ноговицына Фекла (ок. 1773 г.р.); из детей известен сын Матвей (ок. 1799 г.р.).
Родион Панкратьевич с семьёй не позднее 5-й ревизии по «мирскому приговору» был переведён в деревню Пьянковскую. Его первую жену звали Настасья (в исповедной ведомости – Наталья) Анисимовна (девичья фамилия неизв., ок. 1756 г.р., ум. в 1792 г.), из детей известна дочь Параскева (ок. 1783 г.р.). Второй женой стала Мария Нефёдовна (ок. 1768 г.р.), дочь Нефёда Никифоровича Заескова, половника владельца деревни Нижнее Клобуково Слободского Преображенского прихода Афанасия Фёдоровича Грехнева; из детей известна дочь Наталья (ок. 1793 г.р.). Одна из дочерей Родиона Панкратьевича, вероятно, Наталья, была выдана замуж за крестьянина деревни Пьянковской Степана Емельяновича Угрюмова, переведённого сюда в 1810 году из деревни Зманово этого же прихода.
Не позднее 5-й ревизии вдова Панкрата Ларионовича Мария Васильевна с сыном Фёдором тоже была переведена в деревню Пьянковскую – на свою родину.
Жену Фёдора Панкратьевича звали Александра Иванова (девичья фамилия неизв., ок. 1761 г.р.); из детей известны: Никита (ок. 1781 г.р., ум. в 1782 г.); Евдокия (Авдотья) (ок. 1787 г.р.); Матрона (ок. 1791 г.р.); Соломия (ок. 1794 г.р.).
Жену Ивана Ларионовича звали Пелагея Ивановна (девичья фамилия неизв., ок. 1746 г.р.); из детей известен сын Иван (ок. 1775 г.р.), который между 4-й и 5-й ревизиями был переведён в деревню Ивашевскую Слободского Преображенского прихода (не путать с деревней Ивашево Лальской волости). Его женой была дочь крестьянина этой деревни Терентия Ивановича Захарова Агриппина (ок. ок. 1781 г.р.); из детей известны сыновья Андрей (ок. 1792 г.р.) и Алексей (ок. 1796 г.р.), о котором в переписи сказано: «незаконнорожденный, но чей – Ивана или Агриппины – не понятно.
Егор Ларионович проживал в деревне Большой Дор; его женой была вдова крестьянина деревни Федотовской Слободского Преображенского прихода Семёна (отчество неизв.) Полеваева Авдотья Афанасьевна (в исповедной ведомости – Тимофеевна; девичья фамилия неизв., ок. 1755 г.р.); из детей известны: Анисья (ок. 1784 г.р., ум. между 1792 годом и 5-й ревизией); Илья (ок. 1789 г.р.); Ефрем (1795 г.р.); Тарас (ок. 1802 г.р.); Степан (ок. 1808 г.р.).
Рассказ о доровской ветви фамилии Поломошновых временно заканчивается данными 6-й ревизии (1811 г.), о представителях женского пола – 5 ревизии (1795 г.). Он будет продолжен после изучения других ревизских сказок, исповедных ведомостей и метрических книг.

Паламошные в Якутском пехотном полку в 1755 году .

РГВИА Ф.490, оп.1, д.524.
Смотровой список Якутского пехотного полку 1755 года.

л.л .8- об - 9
Паламошной Игнатей ,49, в 1730 году ноября 2 дня ,ис крестьянских детей города Иркуцка ,уезда Посольского монастыря ,холост,при полку .

Рота Гренадерная .
Гренадеры .

л.л.15 об.- 16
Алексей Паламошной,21,754 году Генваря 6 дня ис посацких людей города Кузнецка ,холост,755 году Февраль 26 дня определен 3- й роты из мушкатер .

Рота третья .
Мушкатеры.
л.л. 55 об- 56
Алексей Паламошной,21, 754 году Генваря 6 дня ис посацких людей города Кузнецка,холост,755 году Февраль 26 дня определен в Гранадеры .

л.л. 44 об. - 45.
Иван Паламошной,63, в 716- м году Генваря 20 дня ,ис казачьих детей города Томска ,женат , детей у него Алексей 18 лет во оном полку в службе,в Кяхте в команде капитана Венгерскаго 750 году октября с 28 дня.

Алтайский край, Поспелихинский р-н