Дубровины

Спасибо.

Жители Кургана и всех деревень и сел, раскинувшихся на берегах Тобола, пили воду только из реки, потому что вода из колодцев казалась солоноватой, и только когда были устроены глубокие общественные колодцы, жители стали пользоваться и ими, но река оставалась главным источником. Вода привозилась в деревянных бочках. Устраивались специальные водочерпные плоты и к ним взвозы, укрепленные бревнами. Зимой на льду ставилась «полоскальная» изба над прорубью, в которой женщины полоскали выстиранное белье. А летом прямо и стирали на реке, где были «платьемойные» места, обязательно ниже по течению водочерпных плотов.

Крестьяне владели определенными участками земли (по преимуществу пахотой и лесом) на протяжении нескольких поколений, что позволяло им считать эту землю «родовой», которую держали «деды и прадеды и родители наши».
Государство не могло лишить земли ни общество , ни его членов, передав ее другому, т.е. государство, декларируя себя в качестве «верховного собственника» между тем было реально ограниченно в своих возможностях распоряжения и пользования ими, а получаемая рента носила характер налога, не связанного напрямую с доходностью земли, налагаемого на крестьянина как на податное сословие. При этом центральная власть, не уставала напоминать, что земля в Сибири «государева и закладывать и продавать оной никому не подлежит», признавало общину в качестве посредника в вопросах землепользования.
«Земли же, пашни, сенокосы и леса продать и заложить запрещается, ибо крестьянин должен свой повыток обработать сам».

«Что ж касается до промыслов, которые должны быть общие у целого селения,— устанавливало начальство,— то, кто пожелает свой повыток продать другому, то также з запискою в книгу позволить, но толко на одно время, а по заборам и задаткам впредь на долгое время никому и ничего... отдавать ни продавать позволение от волостного суда не делать».
Предусматривалось, что в случае смерти кого-либо из крестьян, у которого оставался малолетний наследник, землю («так как оная должна быть общая с протчими») получает наследник. Но, если семейство, потерявшее хозяина, не сможет выплачивать за малолетнего «землевладельца» и умершего его отца подушные деньги, часть земли полагалось отобрать в общество. При этом мир обязывался наблюдать, чтобы оставшаяся в осиротелом семействе часть земельного участка не оставалась «впусте»

В 1832 г. поверенный Падеринской волости Курганского округа Андрей Докучаев просил губернское начальство «как законно владевшую предками доверителей» его землю, «лежащую в Елецком бору», «повелеть утвердить» за этими доверителями.
Урал и Сибирь создали тот тип середняцкого хозяйства, того середняка, кормившего хлебом, салом и маслом, в том числе и заграницу, о котором с опаской писал в годы Гражданской войны вождь мирового пролетариата. В селе Падеринском, как и в любом уважающем себя селении, также отмечался съезжий праздник. «В среднем на каждый дом приходится в этом селе и его окрестностях по 10 рублей, которые пропиваются за такой праздник, а всего в четырнадцати деревнях волости – более полутора тысяч в общем итоге. Только в мае месяце таких праздников в волости два – в деревне Галкиной (9 мая) и селе Падеринском и соседних деревнях (15 мая). Таким образом, в период активных полевых работ, около трех дней будет потеряно на поголовное пьянство».