Партизаны Крыма

Сейтлерский партизанский отряд начал боевые действия в первые дни оккупации Крыма. Одна из его самых смелых операций была проведена в ночь на 19 февраля 1942 г. Диверсионная группа на перегоне между Сейтлером и железнодорожной станцией Ички (ныне ст. Краснофлотская) пустила под откос вражеский эшелон, уничтожив 19 платформ, груженных орудиями. Сведения о передвижении войск и грузов противника партизанам доставляли члены подпольно-патриотической организации, созданной в мае 1942 г. Ее возглавлял бывши й председатель райисполкома, уполномоченный областного подпольного партийного центра И.С. Дьяченко. Рискуя жизнью, патриоты передавали в партизанский лес продукты, медикаменты, распространяли среди жителей Сейтлера сводки Советского Информбюро. С мая 194 3 г. выросшей и окрепшей патриотической организацией руководил Сейтлерский подпольный райком партии. В августе подпольщиков выдал провокатор и организация, понеся большие потери, прекратила свою деятельность. И.С. Дьяченко посмертно награжден орденом Красного Знамени.

http://www.onixtour.com.ua/prj/09051945/000080.htm

цитата:
Симферопольский отряд №3

Зам.Начальника Крымского партизанского движения майору тов. Скребец.

Рапорт.

На основании выданного командировочного удостоверения от 24 декабря 1944г. за №24-14 24 декбря 1944г. мы отправились для выполнения задания.
Представляем при сем материал нашей работы за пять дней.

Лагерь №1 расположенный на территории Крымгосзаповедника в урочище Новый Суат вблизи казармы Д.Д.Кособродова ( отца Кособродовых, умершего в 1922 году , квартира которого в 1920(?) г. являлась явочным пунктом красных партизан.
В 1930 году там образовалась экскурсионная база Крымских гор, оттуда велись научные работы по изучению недр земли и богатств растительности в Крыму.
В 1937 году вблизи казармы Кособродова было построено здание из 12-ти отдельных комнат и было названо Домом Туриста ТУВЦСПС .
С 15 августа 1941 года Дом Туриста стал главной базой 3-го Симферопольского партизанского отряда. В это место свозились продукты питания и боеприпасы для распределения их в горно-лесистой местности. Всего было заготовлено двадцать одна конспиративная базы, предназначенные для партизан. Во время борьбы с немцами все базы уцелели и были полностью использованы для партизан.
22 ноября 1941 года на Яйле Бельбек-утар (?) и со стороны дер. Биюк-Янкой, а также Тавельчука появились горно-стрелковые румынские части и повели наступление на лагерь. Завязался упорный бой, длившийся с утра до вечера. Румынам удалось занять Дом Туриста и зажечь его. На казарме они захватили Якова Кособродова.
В этом бою противник потерял много солдат и офицеровю Одних только раненных на одиннадцати больших машинах из дер. Биюк-Янкой были направлены в Симферополь.
Потери со стороны партизан: был убит командир батальона капитан Мануйлов и тяжело ранен быв. председатель колхоза им. Калинина в дер. Тавель тов. Меньков, который был доставлен на старый лагерь в горно-лесной лазарет, где и умер.
В этом бою комиссар 3-го района партизанского движения в Крыму тов. Никаноров В.И. с группой бойцов попал в окружене и после долгого лавирования по горно пересеченной местности благополучно вышел из него и соединился с т. Северским.
Несколько румын партизаны захватили в плен. После первого боя основная часть партизанского отряда перешла на заранее подготовленный лагерь под наименованием "Старый лагерь", а на Суате были оставлены две группы для защиты подступов к Старому лагерю. 25 ноября румынские части вновь повели наступление на Суат. Они занали крупными соединениями войск всю яйлу, где захватили 1300 шт (? голов ) барашек, принадлежащих партизанам, заняли Суат, сожгли дом Якова Кособродова, одновременно румынские части появились на Тавельчуке, где на казарме захватили Ивана Кособродова, его жену, дочь,(?) внкуа, дочь Северского, сына партизана Снегового и сына Якова Кособродова, его жену и дочь. Казарму сожгли К ак потом выяснилось, в этом бою участвовала горно-стрелковая румынская девизия и татарские отряды. Бой длился целый день. Противник потерял много убитыми и раненными. Потери со стороны партизан - два убитых.
Партизаны после боя перешли на старый лагерь, одновременно стали строить новый лагерь.
До оккупации немцами Крыма, кто посетил Суат, с каким восторгом он любовался очаровательной природой, этим замечательным уголком отдыха, и как выглядит он теперь. С тяжелой грустью на душе смотришь на сгоревшее прекрасное здание, на груду камней, закопченные дымом оставшиеся стены. Вокруг Суата весь лес вырублен. Всюду валяются исковеркнутые предметы домашнего обихода, напоминающие следы тяжелой и славной борьбы партизан с извергами человечества.
Здание Суата можно реставрировать. Три валяющихся около здания котла, пробитые пулями можно использовать. Вблизи здания похоронен комбат капитан Мануйлов.
Лагерь №1 - Старый Суат по карте Крымгосзаповедника находится во втором картале.

Лагерь №2 - "Старый лагерь".

Он получил [такое ] наименование [ потому ] что лазарет и много землянок были построены еще до аккупации немцами Крыма. Расположен он на реке Старый Суат в глубокой балке. По карте Крымгосзаповедника находится в 24-м квартале. Для экскурсионной цели представляет большой интерес, но дороги и тропинки к нему весьма затруднительны.
5 декабря 1941 года противник сосредоточил крупные силы войск на хребте горы "Голый шпиль", на реке Косе и на Суате.На рассвете по ракетным сигналам повел наступление на лагерь. Завязался жаркий бой, длившийся до 7 декабря. Румыны обстреливали лагерь из горной артиллерии, минометов и множества пулеметов и автоматов, но партизаны с большим упорством защищали свое родное убежище. Беспрерывно отбивали наседавших с яростью румын, которым лишь к вечеру удалось ворваться в лагерь, заранее оставленый партизанами.
Противник потерял много убитых и раненых.
Румыны взорвали горно-лесной лазарет и все землянки, уничтожили кухонную посуду и несколько повозок. Со стороны партизан были убиты три и двое ранены.
Отряд отошел на "новый лагерь".
Когда румыны отступили, партизаны прибыли на лагерь и похоронили недалеко от лагеря убитых партизан тт. Довиденко Ф.М., Буковский В.И., Мельников Г.Б.
Раненые Никитченко З.В., Поваров И.П., храбро сражавшиеся с румынами, были направлены в лазарет на Новый лагерь. По выздоровлении Никитченко вернулся в строй, впоследствии умер на почве истощения или недоедания, а Поываров был послан в разведку и захвачен немцами. Перед расстрелом он говорил: "Умираю за Родину за Сталина!"
Настоящее положение лагеря:
Все землянки взорваны, разрушен горно-лесной лазарет, остались одни стены и его можно реставрировать. Вблизи лагеря валяются пустые бочки, колеса, разбитые ящики, котлы, ведра, пробитые пулями битоны. По дорогам и тропинкам к лагерю всюду валяются разные вещи домашнего обихода, испорченные противником.

Лагерь №3 "Новый лагерь"
Получил наименование потому что он строился во время боевых операций. Когда на Суате шел бой, партизаны аммоналом рвали твердый грунт нового лагеря, образовывая (?) в углублениях от взрыва землянки. Новый лагерь [ находится ] вблизи поляны источника Усах-Алан. По карте Крымгосзаповедника в 31 квартале. Очень удобный лагерь для следования экскурсантов. Замечательная горно-лесистая местность. Лагерь представляет большой интерес, его необходимо восстановить.
13 декабря 1941 года румынские части совместно с татарами пытались приблизиться к расположению лагеря, но их попытки были отбиты партизанами. Противник потерял несколько солдат убитыми и ранеными, отступил, но партизаны хорошо знали что это было начало предстоящих упорных боев за новый лагерь.
14 декабря группой моряков под командой лейтенанта Вихмана из деревни Поляры был доставлен на лагерь подстреленый ими в ногу начальник штаба румынских частей расположеных в Тавеле капитан Шевко.
Не успели партизаны допросить его, как с трех сторон затрещали пулеметы. Это противник напоролся на секретные заставы партизан. Завязался сильный бой, длившийся с утра до 8 часов вечера. Румыны неоднократно(?) переходили в атаку, но успеха не имели. Румыны потеряли до 100 убитыми. Партизаны захватили много раненых румын. Наступившая ночь не дала противнику возможности забрать их. Румыны расположились в лесу. Они бросали множество разноцветных ракет, втом числе и световых. Рожки трубили сбор и по донесению партизанской разведки были слышны крики призыва: "капитан Шевко!" , но этот капитан не мог им отвечать, он был расстрелян партизанами.
У румын было взято 600 шт. патронов и один пулемет.
При наступлении на лагерь партизан румыны обстреливали его из горной артиллерии и минометов.
Партизаны потеряли убитыми: т.Руденко П.И., Максимцев М.С. и из отряда Иванова были убиты три партизана. Раненых было пять партизан в том числе и Д.Д. Кособродов. Партизаны на одну ночь отошли от лагеря на Раздольный хребет, а утром вновь вернулись в лагерь, но не успели расположиться [ как ] опять начался бой, продолжавшийся до самого вечера. Противник потерял много убитыми и ранеными. В особенности в этом бою нанес им большой ущерб лейтенант Бобылев. Он был начальником пулеметной команды отряда, стоял в секретной засаде с тремя пулеметами и когда заметил густую колонну румын, идущую по дороге к лагерю, он подпустил их на близкое расстояние, открыл из всех пулеметов огонь. Много их он положил на месте, румыны его заставу окружили. У Бобылева были убиты два пулеметчика, он сам руководил пулеметами и когда и когда расстреляв все патроны вражеская пуля сразила его. От этой заставы осталась жива партизанка Ева Рабинович. На следующий день противник с трех сторон опять повел наступление на лагерь.
Партизаны с боем отступили от лагеря. Румыны ворвавшись взорвали горно-лесной лазарет и несколько землянок, две походные кухни, всю посуду и облили керосином висевшие на деревьях туши мяса. Боясь темноты они поспешно отошли. 19 декабря рано утром партизаны рассматривали нанесенный румынами ущерб лагерю. Штаб намечал переход к следующему лагерю. В это время противник открыл сильный минометный огонь по району где мы находились ночью. Он не предполагал нашего возвращения на лагерь. Мины и снаряды горной артиллерии рвались всюду, не причиняя вреда партизанам. "Недолет перелет" говорили партизаны. В 10 часов утра разведка партизан донесла что противник сосредоточил крупные сили во всех направлениях. Таким образом партизаны попали в окружение. Завязался тяжелый бой. Он продолжался до вечера. Партизаны дружно отбивали ожесточенного врага, который повидимому убедился что ликвидировать партизан нельзя стал делать перегруппировку своих сил, а партизаны воспользовавшись этим моментом, лавируя на сильно пересеченной местности под сильным пулеметным и автоматным огнем противника стали отходить на Абдугу. Перейдя речку Косу они стали подниматься на хребет Абдуги и остановились на середине подъема, т.к. подниматься дальше наверх было весьмя рискованно. Внизу были слышны гортанные крики румын и грохот повозок. "Вовремя проскочили" - говорили партизаны и когда спустились сумерки партизаны продолжали подъем на вершину хребта. Взобравшись они обнаружили свежую натоптанную по всему хребту дорогу. Недавно проходили войска противника. Шел пар от помета лошадей.
-Хорошо что не поднялись, а переждали, была бы нам хорошая баня - рассуждали партизаны.
Таким образом на Новом лагере в течение нескольких дней шли ожесточенные бои. Противнику не удалось ликвидировать партизан. Всеми боевыми операциями руководили тт. Северский и Никаноров В.И.
Как выглядит в настоящее время лагерь.
Уцелела штабная палятка-землянка -она без крыши , ее можно легко восстановить. Валяются побитые взорваные походные 2 кухни, имеется испорченный пулемет Максим и много винтовок. По лагерю много разбросано (---) ведер, посуды, ящиков и другого обихода партизан. Землянки лагеря разрушены. Вышеуказанные погибшие партизаны похоронены вблизи лагеря. Что касается убитых трех партизан из Алуштинского отряда, фамилии их неизвестны, их можно установить путем запроса у быв. командира отряда т. Иванова или комиссара отряда т.Еременко. Может быть знает фамилии их тов.Лузков (?).

Лагерь №4.
Абдуга.
Расположен по хребту горы Абдуга вблизи розового фонтана, около озератого же наименования. По карте крымгосзаповедника лагерь находится в квартале 13а, представляет из себя природную крепость с трудными подъемами на вершину хребта. Непосредственных боев на Абдуге не было, оттуда партизаны уходили на боевые и продовольственные операции.
Начиная с 20 декабря до 3 апреля партизаны попали в весьма тяжелое продовольственное положение. Собирали кости разных павших животных, ели шкуры оленей, кожу постолов, вырывали коренья различных растений и т.д.
На этом лагере умерли от истощения физических сил на почве недоедания париизаны:
1. Дервишев И.И.
2. Почтаренко К.И.
3. Чинов А.П.
4. Коруш П.И. (?)
5. Пшеничный Н.И.
6. Колыванов Я.И.
7. Безвесильный Ф.П.
8. Тюхин С.И.
9. Плыговка С.Ф.
10. Полеха Г.П.
11. Аленин Т.Ф.
12. Морев И.Т.
13. Чернов П.И.
14. Струков Л.С.
15. Зазуля И.Е.
16. Борисов А.С.
17. Шляпников Ю.С.
18. Лужин К.С.
19. Соса Д.М.
20. Скиба П.И.
21. Чабин Г.М.
22. Фрудти Т.О. (?)
23. Голубев М.Т.
24. Булановский И.А.
25. Аскеров С.Г.
26. Пренко М.П.
27. Мулевский И.В.
28. Хорошилов Н.Д.
29. Резниченко А.Я.
30. Викс И.К.
31. Коржев Г.Я.
32. Слива И.Е.
33. Морозов Ф.Д.
34. Труш И.С.
35. Солощук П.Д.
36. Гришин В.К.
37. Говриленко В.А.
38. Мартюхин Х.В.
39. Чеканюк А.Ф.
40. Мотовилов П.Ф.
41. Логвиненко И.К.
42. Чурин К.М.
43. Коробка С.К.\
44. Захаров И.И.
45. Муссури А.
46. Алешин П.И.
47. Болдырев П.К.
48. Сиващенко Ф.П.
49. Коржев Г.Я.
50. Болджи Н.Г.
51. Болдырев П.К.
52. Дебельт И.П.
53. Юрасов Б.И.
и был ранен т.Олейнин Т.Ф., умерший на Абдуге.
Следует отметить, что с лагеря Абдуга в феврале месяце группа партизан отправилась за картофелем в Тавельчук, где столкнулась с противником. Завязался бой. В этом бою были ранены т.Дагадин и т.Зубец, т.Дагадину удалось раненому прибыть на лагерь Абдуга, а тов.Зубец был захвачен противником и направлен в Биюк-Янкой, где татары издевались над ним и в целях убедиться чем питаются партизаны вскрыли ему живот.
На лагере Абдуга находились сапожная мастерская, "кожевенный завод", мастерская по зарядке аккумуляторов, кухня, хлебопекарня, портняжная мастерская.
В настоящее время в лагере уцелела печь для выпечки хлеба. Она была сделана на крутом скате глубокой балки из кирпича сгоревшей казармы горы Голый Шпиль. Землянки разрушены. На лагере имеются ржавые негодные винтовки и патроны. Несколько могил партизан вскрыты. Валяются 6 черепов с выбитыми зубами. Предатели татары вскрывали могилы и в черепах выбивали зубы - золотые и металлические.
В 14 квартале Крымгосзаповедника на расстоянии одного километра от Розового озера стоят шалаши, где находилось население дер.дер.Тавель, Поляры, Экиташ (?) и Константиновка. Население было при 6-м (?) отряде - ком. т. Дементьева. Шалаши сохранились.В то время среди населения умерли 3 человека. Следует отметить дер.Тавель, где похоронены 9 бойцов партиз. отряда и парашютист майор испанец, сброшенный с нашего самолета и попавший к полицейским, он был убит и похоронен в Тавеле. Там же похоронен тов.Миньков.

Лагерь №5
под названием лагеря "Молочная ферма" или лагерь 17 апреля.
Расположен на карте Крымгосзаповедника в 26 квартале. Лагерь получил наименование "молочной фермы" потому что там первоначально у партизан находились коровы до 100 голов, а наименование лагерем "17 апреля" произошло после боя с противником когда немцы сожгли лагерь.
17 апреля на рассвете противник сосредоточил весьма крупные войска немцев, румын и отборные части СС. Сплошными цепями охватил всю яйлу, Биюк-Янкойский хребет, хребет Голого Шпиля, весь Алмалан, Абдугу и всю речку Косу и дорогу от дер.Бешуй до перевала Заповедника и Корбеклынскую дорогу до г.Чатырдаг с целью полной ликвидации партизанского отряда. Даже на Джеляве были вырыты окопы с пулеметными гнездами, чтобы партизаны не могли пройти в другой район.
ГНа рассвете немцы бесшумно подошли к лагерю и открыли сильный пулеметный и автоматный огонь после короткой стрельбы со стороны партизан. Партизаны, ввиду истощения сил, не могли вести бой с такими регулярными войсками, с головы до ног насыщенными техникой, вынуждены были оставить лагерь и перейти в скрытое место на Раздольный Яр. Немцы ворвались в лагерь, захватили беспомощных больных и раненых партизан и живыми сожгли их на месте, при этом связав им руки телефонным проводом.
Три дня немцы во всех направлениях делали прочесы стараясь обнаружить партизанский отряд. Не один раз партизаны слышали как около них проходили цепи противника. Три дня партизаны ничего не ели , скрытно, бесшумно ожидая пока уйдут войска и когда они ушли, партизаны обнаружили на лагере жуткую картину. Все палатки сожжены и в них лежали обгоревшие партизаны:
1. Самсонов
2. Григорьев
3. Ефимов
4. Авдеев
5. Вольский
6. Дегусар
7. Зобин (?)
8. Карсунский (?)
и погибшие около лагеря от голода и убитые:
1. Михайлов
2. Васильченко
3. Дубенко
4. Тодаров.
5. Волыхин
6. Бирюков
7. Богушевский Виктор
8. Бабенко
9. Паненко
10. Линецкий
11. Кузнецов
12. Пальчицкий
13. Трахтенберг
14. Бельбер
15. Суслов
16. Жельможин
17. Игнатов
18. Алпатов
В нвстоящее время на указанном лагере лежат несколько черепов и имеются следы сгоревших палаток и кладовой отряда. Валяются побитые кастрюли и ведра.
Для экскурсионной цели лагерь расположен вблизи дороги. По пути следования на лагерь много замечательных мест. Все указанные лагеря нанесены на карту.

П.В. Макаров
Д.Д. Кособродов

https://www.google.com/url?sa=...7243,d.bGE
или
http://webcache.googleusercont...mp;ct=clnk

Подскажите или пожалуйста помогите найти сведения о Крымском партизане Кочетков Алексей Алексеевич.
Знаю от деда что он женился на крымской татарке из его отряда у них родился сын Геннадий.

metanoiya написал:

[q]

Подскажите или пожалуйста помогите найти сведения о Крымском партизане Кочетков Алексей Алексеевич.
Знаю от деда что он женился на крымской татарке из его отряда у них родился сын Геннадий.

[/q]

у меня есть только приказ о награждении

[ Изображение на стороннем сайте: 06b6cd2aa28b.jpg ]


[ Изображение на стороннем сайте: 8223cdbb4ec6.jpg ]


[ Изображение на стороннем сайте: 9f997148c427.jpg ]


[ Изображение на стороннем сайте: 41300baaa2fa.jpg ]


Кочетков Алексей Алексеевич
1922 Сталинский РВК Армянская ССР г. Ереван Сталинский р-н ; с 1941
Боец-радист партизанский отряд №7
ОБД"Подвиг народа"прик№18 от 24.10.1942 ЦАМО:ф.33 о.682525 ед228
Медаль «За отвагу»

АЛЕКСАНДР ГУЗЕНКО — ЧЕЛОВЕК, СПАСШИЙ ЯЛТУ

В 2014 году мы отмечаем 70-ю годовщину освобождения Ялты от немецко-фашистских и румынских захватчиков.

Вопреки легендам и мифам, без которых не обходится ни одна страница истории, Ялта действительно могла быть разрушена уходящими из неё оккупантами, и её спасением мы обязаны нескольким отчаянным и предельно мужественным людям.

Одним из самых выдающихся из них был Александр Лукич Гузенко. Этот человек был в числе организаторов подпольной работы в оккупированной фашистами Ялте. Он – один из создателей подпольной типографии, выпускавшей газету и листовки, один из организаторов 10-го Ялтинского партизанского отряда. Да, он был одним из нескольких своих друзей и соратников, но в то же время Бог, судьба, провидение – называйте, как хотите –в каждом из успешных дел подпольщиков, возложили на Гузенко особую, часто определяющую роль. Собственно, главных организаторов было трое: двое мужчин, офицеров – майор Андрей Игнатьевич Казанцев и старший лейтенант Александр Лукич Гузенко и одна женщина – жена Александра Гузенко Татьяна Полякова.

Летом 1942 года после падения Севастополя, немцы вышли к Волге и к Северному Кавказу. Оккупанты почувствовали себя хозяевами в Крыму. Они расстреляли десятки тысяч мирных жителей, расправились с оставленными для подпольной работы коммунистами, разгромили первые партизанские отряды. И в это время в Ялте вдруг появились листовки, пересказывавшие сводки Совинформбюро о реальном положении дел на фронте. Фашистская пропаганда внушала местным жителям, что Красная Армия повержена и Москва взята. А тут в листовках рассказывалось об отброшенных от Москвы гитлеровцах, успешной обороне Сталинграда и разгроме группы армий Паулюса. Листовки призывали к саботажу и диверсиям против немцев. Листовки были написаны от руки, их было не много, и враги были уверены, что это дело рук каких-то одиночек.

Но в ночь на крещение, 19 января 1943 года, одновременно в нескольких городах Крыма, в том числе и в Ялте, появились листовки, отпечатанные типографским способом. В них говорилось о прорыве блокады Ленинграда. У оккупантов это вызвало шок. Выходило, что в Крыму действует мощная подпольная организация, обладающая связью с «большой землёй», типографией и сетью распространителей.

Фашисты начали поиск подпольщиков. Поначалу безуспешно. Наоборот, успех развили скрывавшиеся патриоты. Вслед за типографскими листовками стала выходить подпольная газета «Крымская правда».

Фашисты перекрыли все подходы к городам, усилили блокпосты на дорогах, предполагая, что газета издаётся в горах партизанами. Они методично обыскивали крупные города, прежде всего Симферополь, Севастополь и Евпаторию в поисках подпольной типографии. И было им невдомёк, что печатается газета в Ялте, на Поликуровке, прямо рядом с гестапо. И делают это всего несколько человек, в основном трое: Татьяна Полякова, Александр Гузенко и Андрей Казанцев в маленьком ничем не привлекательном домике. В газете появился подзаголовок: «Орган Орггруппы ЮБК» и указан (заведомо завышенный) тираж: 10 тысяч экземпляров. Естественно, что это сводило с ума фашистов.

Подписывал к печати газету «Ответственный редактор Южный» – так значилось в самой газете. Под этим псевдонимом скрывался Андрей Казанцев. Позже, когда руководимая им группа подпольщиков уйдёт в лес и там продолжит выпускать газету, через сеть связных распространяемую по всему Крыму, Казанцев откажется от псевдонима и станет подписывать газету своим настоящим именем. Он организует в лесу 10-й Ялтинский партизанский отряд и станет его первым командиром.

Но выпуск газеты не был бы осуществлён, если бы не мужество, отвага и удача близкого друга и соратника Казанцева Александра Гузенко.

Подпольная группа, именовавшая себя «Орггруппа ЮБК», возникла благодаря знакомству в оккупированной Ялте Андрея Казанцева и Александра Гузенко. Тяжело контуженныйв бою под Харьковомкомандир батальона, майор Красной Армии Андрей Казанцев оказался в плену. Ему удалось выпрыгнуть из вагона с военнопленными. Его подобрали и выходили жители небольшого села. Стал пробираться в Крым к своим. На Перекопе ещё шли бои. Казанцев решил идти в обход – через Арабатскую стрелку. Но не успел, Крым был оккупирован немецкими захватчиками. Он узнал, что ещё не взят Севастополь, и решил пробираться туда. В Байдарской долине попал под миномётный обстрел и был контужен. Четыре месяца провёл в лагере для военнопленных, снова сбежал. Пробрался в Ялту. Здесь он служил до войны и жил с семьёй. Он знал, что его семья была эвакуирована, но надеялся встретить кого-нибудь из знакомых. В Ялту пришёл больным, оборванным, голодным и измождённым. Молодой, 35-летний офицер выглядел глубоким стариком. Помогли местные жители. Получил у оккупантов лицензию и устроился бродячим мастером: «Лужу, паяю, стёкла вставляю!». Ходил по дворам, плотничал, ремонтировал печи, внимательно присматривался к людям, вступал в разговоры, заводил знакомства. В один прекрасный день он познакомился с Александром Гузенко.

Александр Гузенко. В знаменитой повести Станислава Славича «Три Ялтинских зимы» более50 раз встречается это имя.Славич отмечал, что во время сбора материалов для своей книги о ялтинских подпольщиках он ото всех и многократно слышал имя Гузенко. Он говорил, что именно с Гузенко больше всего хотелось бы встретиться ему. Но это было уже невозможно. Александр Гузенко умер от старых ран и подорванного в партизанском лесу здоровья в 1963 году, а Славич начал собирать материалы для книги в конце 1960-х.

Александр Лукич Гузенко в июне 1941 года был призван в формировавшуюся в Крыму Отдельную Приморскую Армию. Участвовал в обороне Севастополя, был артиллеристом. На батарее их осталось трое. Бились до последнего снаряда. А потом выбирались втроём из окружения. Двое его друзей решили пробираться к Джанкою, откуда один из них был родом, а Александр Гузенко по лесам пошёл в родную Ялту.

Ночью 30-го ноября 1941 года он постучал в дверь родного дома в уже оккупированной Ялте. Встреча с семьёй, с любимой женой была очень трогательной. И через 9 месяцев после его возвращения в Ялту 30августа 1942 года родилась дочь Евгения.

Александр к тому времени вышел на работу в немецкий госпиталь, который был организован на базе санатория РККА. Александр был, как говорится, мастером на все руки. Он чинил бытовую электротехнику, приёмники, да и всё остальное. Когда жена Татьяна ждала четвёртого ребёнка, заболел младший сын Вова, которому ещё не было и

2-х лет. Отец обратился к немцу-фельдшеру из госпиталя, которому до этого что-то починил. Тот осмотрел больного мальчика, принёс лекарства. Увидев беременную жену, сам предложил принять у неё роды, когда наступит срок. Обещание он выполнил.

Позже Татьяна Полякова рассказывала дочери Жене, что первые слова, которые та услышала, появившись на свет, были произнесены на немецком языке. «Siehavenein Mädchen (У вас – девочка) », – сказал принявший роды немец.

Не стоит объяснять, что долгие годы этот факт оставался глубокой семейной тайной семьи Гузенко. Любителям эзотерики интересно будет узнать, что этот факт определил всю жизненную судьбу Евгении Александровны Гузенко, ставшей специалистом немецкой филологии. Сегодня Евгения Александровна – пенсионерка. Увлечена художественным переводом немецкой поэзии на русский язык. Пишет собственные неплохие стихи на русском. Она – член Литературного общества им. Чехова.

Евгения Александровна всегда помнит о том, что говорила им мать в последние годы своей жизни: «Да, отец бросил нас, ушёл. Нам было очень трудно. Но вы всё равно должны гордиться им. Потому что ваш отец спас Ялту от разрушения».

Но вернёмся к событиям 70-летней давности. Как говорится, с миру по нитке, и способный электрик и радиолюбитель Александр Гузенко собрал в оккупированной Ялте свой первый радиоприёмник. Стал слушать на чердаке сводки Совинформбюро из Москвы. Офицер, патриот осознавал необходимость поделиться правдой с земляками. Начал от руки записывать сводки. Жена Татьяна помогала переписывать их. Так первые рукописные листовки появились в Ялте.

После знакомства с Казанцевым дело было поставлено на поток. Втроём они писали листовки, отдельные люди распространяли их. Когда однажды ночью Александр услышал и записал сообщение Совинформбюро о разгроме немецких войск под Сталинградом, сразу несколько человек из их подпольной группы стали до утра переписывать листовки об этом событии. К утру было готово более 100 экземпляров. Листовки разошлись по всей Ялте. Их содержание передавалось из уст в уста. И уже через несколько дней вся Большая Ялта знала о великой победе советских войск и начале нового, освободительного, этапа в страшной войне.

Всё резко изменилось в лучшую сторону после того, как однажды в парке бывшего санатория РККА Александр Гузенко наткнулся на несколько валявшихся среди мусора свинцовых типографских литер. Внимательно осмотрев всю территорию вокруг места находки, он нашёл ещё довольно большое количество букв, позволяющее уже набирать тексты. Александр спрятал находку, а позже понемногу перетаскал все литеры домой. Они вместе с Казанцевым соорудили простейший типографский станок, достали немного бумаги.

6 июля 1943 года они набрали и отпечатали на одном листе первый номер газеты, которую назвали привычными для крымчан словами: «Крымская правда».Газета пересказывала сводки Совинформбюро о реальном положении дел на фронте, призывала к саботажу и борьбе с оккупантами. Не хватало некоторых: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь», подзаголовок: «Орган орг. группы ЮБК» и постоянные рубрики вырезали на деревянных дощечках. Очень тяжело было доставать бумагу. Ухитрялись всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Однажды напечатали номер газеты поверх плаката с портретом Гитлера. Развесили по городу. Издали был виден портрет, и лишь вблизи можно было прочитать текст советской подпольной газеты.

Газета регулярно печатала призывы к населению: «Жители Крыма! Близок час освобождения! Не давайте проклятым захватчикам разрушать ваше хозяйство, сжигать постройки. Бейте фашистов!». Газета печатала фельетоны на гитлеровцев. Среди подпольщиков были художники, и в газете периодически появлялись карикатуры на фашистов.

Специальные выпуски газеты посвящались всенародным праздникам: 7 ноября, 1 мая, 8 марта и большим победам советских войск, таким, как разгром немцев на Курской дуге. Особую роль «Крымская правда» сыграла в срыве призыва добровольцев в армию Власова (РОА) и в украинские националистические военные формирования.

Газета через широкую сеть крымского подполья распространялась почти по всем городам Крыма. Газету видели в Севастополе, Евпатории, Саках, Симферополе, Джанкое, Феодосии. Причём, в других городах она появлялась в определённом порядке раньше, чем в Ялте, что сильно сбивало немцев в поисках редакции и типографии.

Значение этой газеты невозможно переоценить. Из-за своего географического положения полуостров был отрезан от большой земли. Немецкая пропаганда старалась вовсю. Немцы выпускали свои оккупантские газеты: «Голос Крыма», «Феодосийский вестник», «Евпаторийские известия» (позже газета называлась «Освобождение»), «Сакские известия», «Земледелец Тавриды», «Крымская немецкая газета» (позже – «Борьба»), «Свободный Крым» (на крымско-татарском языке) и журнал «Современник». Главная фашистская газета «Голос Крыма» (позже она называлась «Голос Таврии») выходила сначала тиражом в 3 тысячи экземпляров. Тираж постоянно увеличивался, и к 1943 году достиг 80 тысяч экземпляров! Эта газета выходила сначала 2 раза в неделю, потом 4 раза в неделю, сначала на четырёх, затем на 8 полосах. Выпускались приложения к этой газете, такие, как «Женский листок» и «Молодость». Газета пестрела пропагандистскими материалами, всячески порочащими советский строй и пропагандирующими нацистскую идеологию. Новости с фронтов, международные новости, новости о жизни в оккупированных городах и сёлах Крыма подавались в крайне искажённом виде.

Нацисты вели ежедневные передачи по радиосети на русском и крымско-татарском языках. В кинотеатрах шли тщательно смонтированные «документальные» киножурналы. По городам и посёлкам разъезжали специально подготовленные лекторы из числа предателей, которые всячески пропагандировали немецкий образ жизни, агитировали за работу на оккупантов, борьбу с партизанами и подпольщиками, призывали молодёжь к отъезду в Германию.

В таких условиях каждое правдивое слово ценилось на вес золота. Каждая советская листовка грела сердца настоящих патриотов, внушала им надежду. Что говорить о подпольной советской газете!

В условиях Крыма, где партизанам тяжело было скрываться от врагов, где они испытывали нехватку воды и продовольствия, основной задачей было их выживание.

В Крыму после его полной оккупации не было стратегических железнодорожных путей и автомобильных дорог, диверсии на которых могли влиять на положение на фронтах боевых действий. Успехом считался каждый взорванный автомобиль, каждый разрушенный склад или промышленный объект, каждый уничтоженный вражеский солдат или офицер. В этих условиях регулярный выпуск подпольной советской газеты был выдающимся достижением!

Кроме главного успеха подпольщиков – выпуска газеты «Крымская правда» – одного из главных источников информации и контрпропаганды в оккупированном Крыму, на счету группы Казанцева – Гузенко была целая серия успешных саботажных мероприятий и диверсий в тылу врага. Они, например, вывели из строя несколько трансформаторных будок, кабелей связи, сожгли лесопилку в Ливадии. Группа А. Мицко несколько раз выводила из строя электростанцию. Подпольщики переправляли людей способных держать в руках оружие в партизанский лес.

Когда Казанцеву, Гузенко, Поляковой стало известно, что немцы, благодаря предателям, вышли на их след, подпольщики вместе с семьями немедленно ушли в лес.

Первый ялтинский партизанский отряд, созданный наспех перед самой оккупацией Крыма, на основе созданных чуть раньше и опять же наспех истребительных отрядов, практически не был подготовлен ни к дислокации в горах, ни, тем более, к боевым действиям. Этот отряд численностью около сотни человек влился в состав четвёртого партизанского района.

В первых же боях с оккупантами в 1941 году погибло практически всё руководство Ялтинского партизанского отряда: командир Д. Г. Мошкарин, комиссар С. Н. Белобродский, начальник штаба Н. Н. Тамарлы, парторг И. А. Подопригора, командир группы В. М. Андреев и множество бойцов рядового состава.

Из немногочисленных оставшихся в живых бойцов был создан новый отряд, которым руководили командир Николай Кривошта и комиссар Александр Кучер. Оба они погибли в 1942 году. Остатки отряда — 32 бойца — объединились с Севастопольским партизанским отрядом.

В сентябре 1943 г. самоорганизованные подпольщики Ялты и ЮБК со своими семьями в количестве около 70 человек ушли в горы и организовали новый 10-й партизанский отряд. Командиром его стал руководитель ялтинского подполья Андрей Казанцев, комиссаром Серандже Менаджиев, начальником штаба герой нашего повествования Александр Гузенко.

Отряд базировался на северных склонах яйлы в верховьях рек Бельбек и Стиля. Оперативная же деятельность отряда проходила, в основном, на Южном берегу. Можно представить себе, что приходилось преодолевать партизанам, чтобы перейти через яйлу, совершить диверсии, вступить в бой, а потом с трофеями и ранеными бойцами вернуться в расположение отряда опять же через яйлу!

Позже, когда Казанцев был переведён начальником штаба 4-ой партизанской бригады, отряд возглавил Иван Крапивный, а комиссаром стал Михаил Сохань. Новое командование, учитывая исключительные способности Александра Гузенко, назначило его на весьма ответственный пост начальника тыла отряда. В его задачи входило снабжение быстро разрастающегося отряда продовольствием, медикаментами, оружием, боеприпасами и всем прочим, необходимым для выживания и успешной борьбы с оккупантами.

Но предельно мужественный, постоянно готовый к риску человек, Александр Гузенко никак не мог удовлетвориться лишь административно-руководящей должностью. При первой же возможности он участвовал в боевых операциях отряда. В одном из сохранившихся отчётов о боевых действиях 10-го Ялтинского отряда говорится, что в ночь с 8 на 9 февраля 1944 года силами двух групп, одной из которых командовал И. Крапивный, а второй А. Гузенко, было уничтожены несколько автомашин румын, ручной пулемёт с расчётом, выведена из строя малокалиберная пушка, порвана телефонная связь на протяжении километра, уничтожено 15 солдат противника. Со стороны партизан в том бою потерь не было.

Следует отдельно сказать о боевой спутнице Александра Гузенко, его жене Татьяне Поляковой. Ещё до возвращения мужа Татьяна предпринимала попытки найти единомышленников для подпольной работы. С мужем Александром ей удалось организовать такую группу, которая позже связалась с ещё несколькими группами, действовавшими в районе Большой Ялты. Их квартира стала конспиративным местом, где прослушивались передачи Московского радио, записывались сводки Совинформбюро, печатались листовки, и выходила в свет подпольная «Крымская правда». Именно её семья, включая малолетних детей, несла все тяготы подпольной работы, включая постоянный смертельный риск.

Татьяне Поляковой было 34 года. Она была красивой, хорошо сложенной, стройной женщиной. У неё было четверо детей, включая родившуюся в оккупации Женю. Сегодня Евгения Александровна Гузенко вспоминает рассказ матери о том, как она пронесла через всю Ялту, мимо здания СД, мимо нескольких блокпостов и мимо множества часовых плакаты с портретом Гитлера, в овале лица которого был напечатан номер подпольной «Крымской правды».

Татьяна Полякова сделала себе красивую причёску, макияж, надела красивое крепдешиновое платье, самую модную шляпку, взяла в руки изящную ридикюльную сумочку. Пачку плакатов она сложила так, что верхний и нижний плакаты были нетронутые, а остальные – с газетным текстом поверх физиономии фашистского фюрера. Затем свернула их в рулон и перевязала ленточкой.

На первом же блокпосту часовой спросил, что она несёт. Татьяна, кокетливо улыбаясь, развернула рулон и показала портрет Гитлера. Часовой улыбнулся в ответ и пропустил её.

Когда на следующий день фрицы обратили внимание на кучки людей в городе, с восторгом рассматривавших портреты фюрера, удивлению их не было придела. Поняв в чём дело, они посрывали все плакаты с изображением Гитлера и начали повальные обыски. Сыск у немцев был поставлен, как следует. Они искали по описаниям молодую красивую женщину. Когда они ворвались в дом к Поляковой, то навстречу им вышла неопрятная непричёсанная женщина в старом халате и с грудным ребёнком на руках. Узнать в ней разыскиваемую красавицу они не смогли.

Другой случай. Александр Гузенко увидел в окно подъехавшую к их дому машину СД. «Бумага!», — крикнул он жене. В доме хранилась пачка бумаги, добытой у немцев и принесенной кем-то из подпольщиков. По бумаге легко можно было вычислить издателей подпольной газеты, сравнив чистую бумагу с уже отпечатанной на ней газетой. Старшая дочь Поляковой 15-летняя Ольга схватила пачку бумаги и, вместо того, чтобы спрятать её в тайник под окномcвнешней стороны дома, с испугу положила в ящик комода. Татьяна успела тихо спросить дочку:

— Спрятала?

— Да, в комод, — так же тихо ответила Ольга.

Татьяна побледнела. В доме начался обыск. Когда немецкий солдат зашёл в комнату, где стоял злополучный комод, Татьяна вынула грудь и стала кормить ею лежавшую у неё на руках маленькую Женю. Она стала так, что заслонила собой комод. Солдат, повинуясь мужскому инстинкту, поспешно отвернулся от кормящей матери. Татьяна подошла к комоду открыла нужный ящик, достала пелёнку, а вместе с ней и пачку бумаги, и быстро спрятала бумагу под пелёнку. Она села на стул и принялась кормить ребёнка. Когда немцы зашли в комнату, она сидела на стуле, держа пелёнку на коленях, качала дочурку и напевала ей колыбельную песню. Переворошив квартиру и не найдя ничего, немцы удалились. У 34-х летней Татьяны появилась в тот день первая седина.

В лесу, в партизанском отряде Татьяна Полякова кроме всего прочего, взяла на себя заботу обо всех детях. А их в отряде было немало. Но этим её вклад не ограничивался. Татьяна тайно ходила в Ялту и в посёлки Южнобережья, выполняла разведывательные задания, занималась сбором одежды и продовольствия для партизан среди местного населения. Она принимала участие в изготовлении знамени отряда и многих других мероприятиях.

В отряде было много маленьких детей, один младше другого. Младшей дочери Татьяны Поляковой Жене было чуть больше года, когда она с родителями попала в отряд. Но позже появился человечек ещё младше её. 27 января 1944 года в семье Дмитрия и Прасковьи Гусевых в партизанском лесу родилась дочь Полина. И стала она полноправным членом отряда. Командир отряда А. Казанцев в свидетельство о рождении Полины вписал слова: «Сего числа — 27 января 1944 года — партизанку Полину Дмитриевну Гусеву зачислить в списки отряда № 10 и взять на все виды довольствия».

Этот документ хранится в Ялтинском литературно-историческом музее. В том же документе отмечалось, что имя Полина выбрано не случайно, и означает оно в расшифровке по первым его буквам: «Партизанские Отряды Леса Истребляют Немецких Агрессоров».

Старшая дочь Ольга помогала матери во всём, прежде всего, в работе со всеми детьми.По-женски талантливая Татьяна Полякова научила рукоделию и Ольгу. Именно Ольга вышила своими руками буквы на знамени отряда: «10-й Ялтинский партизанский отряд».

Весной 1944 года Советские войска начали наступательную операцию по освобождению Крыма. Немецкие оккупанты стали поспешно готовиться к отступлению с полуострова, и, следуя своей тактике, приступили к заминированию оставляемых городов. Прежде всего, это касалось Южнобережья. Фашисты планировали, уходя, взорвать дворцы, исторические здания, набережную, причалы, мосты и Массандровские винные подвалы.

Замысел стал известен командованию Советской Армии и руководству партизанским движением Крыма. Были приняты срочные контрмеры. Решено было действовать несколькими путями.

Во-первых, ускорить наступление Отдельной Приморской Армии.

Во-вторых, послать в Ялту специальную группу партизан-разведчиков из местных жителей с заданием обнаружить систему минирования и предотвратить взрывы.

В-третьих, для поддержки операции одновременно атаковать противника силами партизан по фронту от Гурзуфа до Алупки.

И, в-четвёртых, активизировать атакующие действия партизан по всему Крыму, чтобы отвлечь внимание немцев от Ялты, а заодно и от Севастополя — главного оплота фашистов в Крыму.

Задачу проникнуть в город и предотвратить взрывы командир 10-го Ялтинского партизанского отряда Иван Крапивный возложил на самого опытного разведчика отряда Александра Гузенко.

После войны друзья называли Александра Гузенко: «наш майор Вихрь», имея в виду, что советский разведчик майор Вихрь — герой романа Юлиана Семёнова – спас от взрыва заминированный большой город Краков, а Александр — маленькую Ялту.

Александр с группой партизан в ночь на 14 апреля пробрался в Ялту в районе Массандры. К этой группе за два дня работы в Ялте примкнули около десятка местных жителей. Своими решительными действиями они уничтожили отдельные группы минёров, а других отогнали. Но определённая часть объектов уже была заминирована. Взрыв немцы откладывали на самый последний момент, так как должны были, отступая, пройти по мостам, которые собирались взорвать перед наступавшими советскими войсками. Андриан Чистов, соратник Гузенко по подпольной работе в Ялте, когда к нему ночью явился Александр, рассказал, что видел, как немцы стягивали провода с разных сторон к городской телефонной станции на Гоголевской улице. Чистов предположил, что именно там находится главный пульт подрыва заминированных мостов и других объектов Ялты. На протяжении последних дней он старательно выслеживал и зарисовывал в тетрадку схему направления всех проводов и кабелей, которые с разных сторон к телефонной станции срочно прокладывали немцы. Эту тетрадку он передал Гузенко.

Ночью Александр, будучи опытным электриком, при свете карманных фонарей быстро разобрался с проводами и перерезал их солдатским ножом. Но под мостом через речку Учан-Су в районе Пушкинского бульвара они нашли толстый кабель, который простым ножом перерезать было невозможно. Чистов поспешил домой за ножницами по металлу, но по пути, спрыгнув с опорной стенки, ударил покалеченную ногу. Как пишет в своей повести С.К. Славич, он еле добрался домой, чуть не теряя сознание от боли. Большие ножницы принесла скрывавшемуся в кустах Гузенко малолетняя дочь Чистова Вера. С помощью ножа и ножниц Александр сумел всё-таки перерезать последний кабель.

Зря немцы дёргали главный рубильник — взрывов в Ялте не произошло. И, будто отмечая богоугодную победу мужественных партизан-подпольщиков, утром раздался над спасённой Ялтой колокольный звон. Гузенко вздрогнул от неожиданности. Только в этот момент он вспомнил, что уже 16 число, и что родной город он спас накануне светлого дня Пасхи – Воскресения Христова.

Через несколько часов в Ялту почти одновременно вошли буквально шквалом скатившиеся с гор партизаны и бойцы передового отряда Отдельной Приморской армии, совершившие накануне марш-бросок через Ай-Петри. Потом по Алуштинскому шоссе в город пришли основные силы Советской Армии. А вечером того же дня, 16 апреля 1944 года, Москва салютовала освобождённой Ялте двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырёх орудий!

Все члены партизанских отрядов – дети и женщины вернулись в город 18-19 апреля. Они были грязные, завшивленные и голодные. Пришлось снять с себя всё и сжечь, переодевшись в то, что принесли из своих домов ялтинцы. Женщинам и девочкам пришлось также на время расстаться со своими длинными волосами.

Гузенко повезло. Сразу же после освобождения Ялты он вернулся в действующую армию и сражался в ней до окончательной победы над врагом. Меньше повезло его друзьям. После освобождения Ялты были репрессированы герои-подпольщики Казанцев, Чистов и другие. Был выслан грек Македонский, один из самых ярких и отважных руководителей партизанского движения в Крыму. Потом все они вернутся, ещё позже будут реабилитированные и ещё позже об их подвиге узнает страна. Они долго не проживут, отмеченные ранениями, контузиями и болезнями военного лихолетья. Их именами назовут улицы. Но до сих пор в Ялте так и нет улицы, носящей имя человека, спасшего её от дополнительных разрушений в самый последний момент перед освобождением, отважного подпольщика и партизана Александра Лукича Гузенко.




Сразу после войны Татьяна Полякова захворала. Супруги расстались. В 1946 году Александр встретил другую женщину, создал другую семью, в которой у него родилось ещё двое сыновей, и переехал жить в Щебетовку, к своему боевому другу, легендарному партизанскому командиру Македонскому. Александра Гузенко с Михаилом Македонским связывала крепкая дружба до самой его смерти 15 декабря 1963 года. Михаил пережил боевого друга на 8 лет. Они и похоронены недалеко друг от друга на щебетовском кладбище.

Татьяна Полякова умерла в 1959 году. Сказались стрессы ялтинского подполья, тяжелейшее существование с четырьмя детьми в партизанском лесу. Похоронена она в Ялте. Её старшая дочь Ольга умерла в 1981 году. Родившаяся в 1938 году Нина живёт с семьёй в Кирове. Сын Владимир, 1940-го года рождения и дочь Евгения, родившаяся в 1942 году, живут в Ялте и ухаживают за могилой матери. 19 апреля и 9 мая они приносят сюда живые цветы.
http://vbasyrovdola.ucoz.ru/in...altu/0-416