Никаноровы - Комаровы - Соловьевы купцы СПБ

3.6 СОЛОВЬЕВА НИНА ПЕТРОВНА (1901-1958 или 1961)

Родилась с пороком сердца. Несмотря на болезнь стала актрисой. Бездетная.

Муж: ЛЕВ ЛЕЙБОШИЦ - актер

3.7. ПИРОГОВА (СОЛОВЬЕВА) АННА ПЕТРОВНА (05.05.1905-1991)

В 1925 году окончила Государственный хореографический техникум.

На сцене начала выступать под фамилией Соловьева — танцевала в труппе Молодого балета (1921–1923) и в Опере Народного дома (1922–1924).
Из-за травмы вынуждена была оставить балетную сцену.

Вновь вернулась на сцену в 1934 году — служила артисткой Леноблмузкомедии (1934–1935) и артисткой пантомимы в Госцирке (1935–1937). Брала частные уроки актёрского мастерства у артиста и театрального педагога В.В. Максимова.

В 1937 — 1947 годах актриса вспомогательного состава труппы Ленинградского театра имени А.С. Пушкина.

В годы Второй мировой войны Анна Петровна с сестрой Ниной эвакуировались с театром в Новосибирск, где актеры продолжали играть спектакли. В 1944 году вместе с труппой они вернулись в Ленинград.
После войны АННА ПЕТРОВНА продолжала работать в театре в качестве администратора, пока не нашла лучшую работу, перейдя на должность старшего администратора Дома Офицеров, где трудилась вплоть до выхода на пенсию.

Муж: ПИРОГОВ ПЕТР МИХАЙЛОВИЧ – офицер-инженер. Во время войны погиб в ополчении под Лугой в звании полковника.
Сын: ПИРОГОВ ПЕТР ПЕТРОВИЧ

ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКИЙ МУЖ: РАХМАНОВ СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ - актер

https://www.kino-teatr.ru/teatr/acter/w/sov/894354/bio/

СЕМЕНЮК (СОЛОВЬЕВА) Мария Петровна (документы из французского архива OFPRA)

СЕМЕНЮК Игорь Павлович - сын Семенюка Павла Павловича

Vania Paul Semenuck - сын Семенюка Игоря Павловича

2.1.1. ВАДИМ БОРИСОВИЧ БЬЕРКЕЛУНД - Vadim Björkelund (1928-1993)

Вадим родился 19 июня 1928 года в Хельсинки. Семья жила несколько неортодоксально, но в воспитании соблюдались традиции. Отец Борис Бьеркелунд и мать Мария (Бьеркелунд-Соловьева) воспитывали своего сына как члена русской общины и в частной греко-католической церкви в Хельсинки. В начале 1920-х годов Борис работал "дипломатическим курьером в Министерстве иностранных дел Финляндии”. По официальной версии, он перевозил дипломатическую почту из Финляндии в Санкт-Петербург и обратно, но на самом деле он выполнял основную работу в качестве шпиона разведки финского генерального штаба (YE) и от имени контрреволюции присягал русским эмигрантским активистам. Борис был принят на работу в качестве офицера YE, профессионального разведчика. Борис считался одним из главных помощников финского генерального штаба по делам эмигрантов, чьи связи широко и глубоко охватывали сообщество беженцев в Финляндии и остальной Европе. На протяжении 1930-х годов отношения Бориса с военной разведкой начали отдаляться друг от друга, но так и не прервались ни на каком этапе.
Сотрудники разведки советского посольства могли назвать его "опасным антибольшевиком” и "белоэмигрантом" с жесткой позицией.
В начале 1930-х годов Вадим переехал со своей матерью из Келломяки в Терийоки. Отец работал в Хельсинки и лишь время от времени наведывался на границу. В 1933 году родители расстались, после чего отец Борис женился во второй раз на Ирине фон Раубах и переехал с новой женой в Otalammille . Мать Мария также нашла нового партнера, Алексея Крюкова, который зарабатывал на жизнь плотничеством Родным языком в Келломяки оставался русский, поскольку и Мария, и Алексей плохо говорили по-фински. Их единственный ребенок пошел в школу в Келломяки, но в 1937 году они решили вернуться в Хельсинки. В столице Вадим продолжил обучение в финноязычной школе, которой руководили голландские монахини. В 1939 году возникла необходимость сменить школу, где он получал средние баллы. Вадим присоединился не только к российскому бойскаутскому отряду "Хельсинкские следопыты". а также к молодежному отделению пулеметной роты Хельсинкской гвардии. С начала 1941 года до осени 1943 года он работал курьером на судовой станции в Хельсинки. Вадим учился в частном финском лицее, куда был принят, но вскоре ему пришлось убегать от бомбежек. Вадим вернулся обратно в Хельсинки, на военно-морскую базу. Отец хотел, чтобы он продолжил учебу в лицее, но Вадим не послушался и переехал к своей матери, ко торая в это время жила в Хельсинки
В ноябре 1944 года 16-летний юноша подал заявление и был принят в Министерство иностранных дел в качестве временного переводчика. Такие обязанности, как работа переводчиком для российских чиновников Союзной контрольной комиссии, были захватывающими, но, к горькому разочарованию Вадима, они закончились неудачей. Молодого человека уволили за то, что он якобы слишком громко разговаривал с советскими представителями.
После службы в армии он был уволен в отставку в звании младшего лейтенанта. На рынке труда у него был один козырь: знание русского языка.

В 1958 году финская полиция безопасности раскрыла крупное дело о шпионаже, связанное с русским эмигрантом Вадимом Бьеркелундом. Выяснилось, что Бьеркелунд, гражданин Финляндии, работал агентом КГБ с начала 1945 года. Однако ему так и не было предъявлено обвинение в шпионаже. В дальнейшем оказалось, что Вадим был тройным агентом и «работал» на КГБ, ЦРУ и службe безопасности Финляндии. Он был завербован в возрасте 16 лет, когда его отец Борис Бьеркелунд был арестован органами КГБ в Хельсинки (заключенные Лейно) и переправлен в СССР, где был осужден на 25 лет лагерей.

После войны осенью 1944 года большинство активистов-эмигрантов, все еще действующих в Финляндии, бежали в Швецию.Хотя реальной угрозы больше не было, советская контрразведка стремилась победить своего заклятого врага и использовала значительные ресурсы для проникновения в финскую эмигрантскую среду.Советский Союз смог создать свои шпионские сети в 1944-47 годах в ситуации, когда собственный аппарат безопасности Финляндии с каждым днем все больше и больше оказывался на коленях. Статья основана на материалах, которые случайно сохранились в архивах финской полиции охраны. Документы раскрывают личность агента финской полиции охраны, известного как Вадим, что необычно. Обычно предпринимаются усилия по сокрытию, затемнению или уничтожению информации об агенте из архивов разведывательных служб и служб безопасности . Архивы полиции охраны и ее предшественников в этом отношении не являются исключением. Что касается Вадима , то информация в основном не подвергается цензуре, поскольку дело было полно неожиданных поворотов. Шаг за шагом становилось все более очевидным, что все было не так, как казалось на первый взгляд. По мере того, как роли и интерпретации менялись, в документах по делу стали появляться имена, а также наиболее важные источники.
По словам автора, Вадим не был осуден поскольку через него можно было получать информацию о советской торговле и финских политиках. Было известно, что эту информацию получала и КГБ.
Но после 1959 года документов не сохранилось и можно только догадываться о том, что происходило.
Вадим Бьеркелунд умер 30 мая 1999 года и похоронен на Православном кладбище в Хельсинки.

Перевод с финского языка.
https://arenan.yle.fi/1-63625496
Алекси Майнио "Большая игра"
Aleksi Mainio, Helsingin yliopisto,


Фотография Вадим Бьеркелунд