Липин

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Статья Липиной Марии Петровны
М. К. Игнатовлӧн «Помни прошлое. Знай настоящее. Делай будущее» небӧгын эм пасйӧд: «ВКП (б) райкомлӧн бюро тӧдмасис Кулӧмдінса шӧр школаын велӧдан да воспитайтан уджӧн. Велӧдчӧм кузя школаын медбурӧн петіс 8«б» класс, сылы шуисны сетны гӧрд знамя. Кулӧмдінсаысь кындзи тані велӧдчисны 7 класс бӧрын Немдінысь, Югыдъягысь, Тимшерысь, Пожӧгысь да Дереваннӧйысь локтӧм челядь. Велӧдчисны окотапырысь, зілисны босьтны бур тӧдӧмлунъяс: классысь джынйыслӧн дневниканыс вӧліны 5 да 4 оценкаяс.

Гӧрд знамя сетісны 1940 вося январ 30‑ӧд лунӧ став школа водзын кыпыд линейка вылын. Сэки жӧ фотографируйтісны классысь медбура велӧдчысьясӧс: Ирма Шенбекӧс, Лидия Комендровскаяӧс, Татьяна Брихуноваӧс, Александра Пенкинаӧс, Алексей Сладкоштиевӧс, Марина Тетеринаӧс, Петр Ложкинӧс, Ванда Берутаӧс да менӧ. Велӧдісны енбиа, ыджыд вежӧра йӧз, ыджыд шыпассянь Велӧдысьяс. Классӧн веськӧдліс география велӧдысь Григорий Аврамович Карманов, математика нуӧдісны Григорий Иванович Попов да Георгий Георгиевич Корчагин, химик‑биологӧн вӧлі Авенир Сергеевич Сахаров, коми литература велӧдіс Галина Дмитриевна Карманова, немеч кыв — Адольф Фридрикович Кек.

Пансис война. 9 класс помалысьяс, 18 арӧса зонъяс, мунісны фронт вылӧ. А. Сладкоштиев, П. Ложкин, А. Кипрушев, А. Мамонтов, А. Нестеров сетісны олӧмсӧ чужан му вӧсна косьясын.

Война ёна сьӧктӧдіс олӧм да уналы ковмис дугӧдчыны велӧдчӧмысь. 9‑ӧд классын кӧ вӧлім 43 морт, 10‑ӧд классӧ чукӧрмим сӧмын 12‑ӧн да ставӧн нин помалім школа 1942 воын. Август тӧлысьын зонъясӧс бара колльӧдӧм фронт вылӧ, а нывъяс мунісны велӧдчыны водзӧ. Пединститут помалісны да лоины велӧдысьясӧн Лидия Комендровская, Татьяна Брихунова (пыр уджалісны Сыктывкарса школаясын), Кулӧмдінса шӧр школаын пенсияӧдзыс велӧдіс Вера Кремская (Максименко), восьмилетньӧй школаын — Мария Липина, Александра Пенкина. А. И. Попова, детдомын быдмылӧм ныв, локтіс сэтчӧ воспитательӧн, а Мария Тетерина велӧдіс ылі Алтайын. Миянкӧд школа помалысьяс Борис Агиев, Дмитрий Чувьюров да Анатолий Рассыхаев пӧгибнитісны война вылын. Дмитрий Гичевлы да Василий Спартаклы усис шуд бергӧдчыны ловйӧн. Найӧ сідзжӧ помалісны пединститут. Д. И. Гичев уджаліс Вочын, а В. Р. Спартак — Кӧрткерӧс районса Богородскын. Гӧрд знамяӧн пасйӧм 8 «б» классысь со та мындаӧн лоины велӧдысьясӧн. Сетісны челядьлы бур тӧдӧмлунъяс, петкӧдісны олӧмлӧн паськыд туй вылӧ. Государство вылӧ донъяліс налысь удж: унджыксӧ пасйисны «РСФСР‑са народнӧй отличник» да «Коми АССР‑са пыдди пуктана велӧдысь» нимӧн.

________________________________________________________________________________________________________________

В книге М. К. Игнатова «Помни прошлое. Знай настоящее. Делай будущее» сказано: бюро райкома ВКП(б) отметило работу по обучению и воспитанию в Усть-Куломской средней школе. По итогам учебного года лучшим в школе был признан 8 «б» класс, которому было вручено Красное знамя. В школу тогда пришли ученики, переехавшие из Усть-Нема, Югыдъяга, Тимшера, Пожега и Деревянска. Учились охотно, стремились получать хорошие знания: в дневниках половины класса стояли оценки «5» и «4».

Красное знамя вручили 30 января 1940 года на торжественной линейке перед всей школой. Тогда же сфотографировали лучших учеников класса: Ирму Шенбек, Лидию Комендровскую, Татьяну Брихунову, Александру Пенкину, Алексея Сладкоштиева, Марину Тетерину, Петра Ложкина, Ванду Берута и других. Обучали их опытные, уважаемые педагоги. Классным руководителем был учитель географии Григорий Аврамович Карманов, математику преподавали Григорий Иванович Попов и Георгий Георгиевич Корчагин, химию и биологию — Авенир Сергеевич Сахаров, коми литературу — Галина Дмитриевна Карманова, немецкий язык — Адольф Фридрикович Кек.

Началась война. Ученики 9 класса, юноши 18 лет, ушли на фронт. А. Сладкоштиев, П. Ложкин, А. Кипрушев, А. Мамонтов, А. Нестеров отдали свои жизни за родную землю.

Война сильно усложнила жизнь и заставила прервать учёбу. В 9 классе тогда было 43 человека, а в 10 класс смогли перейти лишь 12 учеников, и уже в 1942 году школа выпустила их. В августе юношей снова призвали на фронт, а девушки продолжили учиться. Многие поступили в педагогический институт и стали учителями: Лидия Комендровская и Татьяна Брихунова впоследствии работали в школах Сыктывкара, Вера Кремская (Максименко) преподавала в Куломдинской средней школе на пенсии, Мария Липина и Александра Пенкина — в восьмилетней школе. А. И. Попова, выросшая в детском доме, стала там воспитателем, а Мария Тетерина уехала работать на Алтай. Выпускники нашей школы Борис Агиев, Дмитрий Чувьюров и Анатолий Рассыхаев погибли на войне. Дмитрию Гичеву и Василию Спартаку посчастливилось выжить. Они тоже поступили в педагогический институт. Д. И. Гичев работал в Воче, а В. Р. Спартак — в Богородске Корткеросского района. Учителя, получившие Красное знамя с 8 «б» классом, долгие годы продолжали свою работу. Они давали детям хорошие знания, открывали им широкие жизненные пути. Государство высоко оценило их труд: многие были удостоены званий «Народный учитель РСФСР» и «Заслуженный учитель Коми АССР».

https://ustkulombib.ru//wp-content/uploads/2018/02/№3-2.pdf

СЕМЕЙНАЯ ХРОНИКА

ЗОТЕВ РОД
К этим двум словам заголовка следовало бы добавить слово «военная», ибо у Николая Андреевича Ногиева и его жены Надежды Филиппьевны Нагиевой жизненные послефронтовые пути сошлись еще в сорок седьмом и разделить их в пересказе невозможно. Потому как рассказанные ими события военных лет переживали они вместе.

С детства запомнилось Николаю всего лишь несколько событий. Это — раскулачивание так называемых богачей, у которых, как он помнил, были в хозяйстве разве только лошадь, да еще корова. Еще помнит, как приехавшие дяденьки бегали по селу и сгоняли мужиков на собрание. При этом говорили о какой-то артели и будущей райской жизни в этих артелях. Помнит еще, как бегали потом ребятишки на общую конюшню и упрашивали конюхов дать прокатиться верхом на лошадях или сводить их покупать в Вычегде.

Помнит Николай еще первый трактор на улице села, куда сбежался в тот день весь народ. В каком году это было? Уже в школу он ходил тогда. Наверное, именно этот трактор, так глубоко запавший в душу и сохранившийся в памяти, не дал закончить школу.

Забросил Николай учебу, пацаном пошел работать в колхоз, чтобы быть около трактора. Потом учился на тракториста и в шестнадцать повел трактор по борозде. И, наверное, неплохо у него получалось, коль скоро удостоился он занять должность заведующего мастерской по ремонту тракторов.

Слушая воспоминания Ногиева, невольно задумываешься, кем бы он стал, если… Увы, снова это неопределенное слово «если»: если бы не сорок первый, если бы не война…

Началась она для Николая Ногиева со дня призыва его погодков в армию. А это случилось в марте сорок второго. Направили Николая в Вологодскую школу саперов, где около четырех месяцев постигал науку, и как мосты наводить, и как их взрывать, и как минные поля ставить, и как их убирать, и как… Впрочем, саперных наук столько, что историкам предстоит в будущем немало работы по изучению этого сложного военного искусства.

Несмотря на полученную в школе подготовку, Николай попал в пехоту рядовым солдатом‑стрелком на Ленинградский фронт под Пушкин. А 16 октября солдат Нагиев был ранен в руку.

Лечился в ленинградском госпитале. Но рана была безнадежной, и руку хотели отрезать. Николай сумел проявить свой упрямый характер северянина, заявив врачам: «С руками пришел — с руками и домой хочу вернуться». Пожилой доктор, уже в больших годах, заступился за него: «Хватит, напрактиковались… В Киров отправим, там вылечат».

И вылечили. Солдат Ногиев остался с обеими руками…

Однажды в госпиталь пришел фотограф. Николай попросил у кого‑то из больных форму, сфотографировался и послал снимок мамаше в Усть‑Кулом.

После госпиталя Ногиева снова направили на учебу. Теперь уже в школу снайперов. Но ведь снайперы нужны были в обороне, а на фронте к этому времени свершился перелом, началось наступление наших войск чуть ли не по всем фронтам. А в войсках при наступлении больше ценились бывшие профессиональные механизаторы, особенно ремонтники вышедшей в боях из строя военной техники. Он опять, как сам говорит, слесарил и ремонтировал танки аж до самого Берлина. Но до логова фашистов не дошел, всего‑то тринадцать километров осталось.

До слез было обидно. Если бы не строгие фронтовые уставные порядки, сел бы сам в отремонтированный танк, рванул бы за рычаги и ворвался бы в пылающую немецкую столицу вместе с первыми атакующими солдатами.

Демобилизовался Ногиев в сорок седьмом. К этому времени их механизированная часть была переброшена на Кавказ и Николаю Андреевичу пришлось ехать домой на Вычегду аж с самой Грузии.

Теперь вернемся по времени назад и восстановим хронику событий из жизни его жены Надежды Филипьевны, которую звали в селе уменьшительно и ласково Надюшкой. Николая, как уже написано выше, призвали 10 марта. Где же была Надя в это время? И что делала? Ясно, что в Усть‑Куломе. Но в школе ей пришлось учиться еще меньше, всего‑то пять школьных ступенек. Хотя и пятую не полностью отшагала. Отец в то время был колхозным конюхом, а она с малых лет — в поле. Растила лен, сеяла ячмень да рожь, а все лето трудилась на сенокосе на вычегодских лугах. В армию призвали в мае сорок третьего, направили в Московское ПВО, на замену мужчин, которые в этот переломный момент нужнее были на фронте.

По службе им приходилось наполнять газом аэростаты, затем к вечеру поднимать их на тросах в небо, а утром лебедками подтягивать обратно к земле. Можно ли словами передать, как тяжело было девушкам? Ведь им приходилось наматывать каждый день на лебедку километры стальных тросов, делать многие‑многие тысячи оборотов тяжелой ручки лебедки. И так многие недели и месяцы. Образно этот трудный период военной работы можно сравнить разве только с перегрузкой мешков с солью или песком, которую выполняли обычно грузчики‑мужчины. Но ведь в ПВО девушкам приходилось наваливать на плечи эти условные мешки и таскать по нескольку часов на себе. Только женскому терпению и выносливости под силу такой труд.

До сих пор идут на экранах телевизоров военные фильмы тех далеких лет, на которых московское небо густо переплетено тросами и аэростатами. Иногда появляются кадры, на которых по улицам столицы девушки‑солдаты несут громадные аэростаты. Ходила по улицам с аэростатом и Надя Липина. Поэтому она с душевным трепетом смотрит эти кадры, боясь пропустить, не промелькнет ли, где среди девчат она сама. Ведь не раз шла она в подвешенном состоянии по Москве и боялась, что вот дунет ветерок и вознесет аэростатище всех девчат в небо.

Тяжело было солдату Наде Липиной. Но девушке Липиной, судя по ее характеру, было намного легче, чем другим. Вспомните слова из песни Дунаевского: «Нам песня строить и жить помогает»… Такой уж певучий характер был у Наденьки, что никогда не унывала. Наоборот, чем труднее, тем больше пела. Вот какое описание ее характера дала в своей книге «Всегда в строю» автор С. Щедрина, вышедшей в Комикнигоиздательстве в 1987 году: «Ах, как пела Надя Липина! Каким бы беспокойным ни было дежурство, как бы ни уставали девчата, а вечерами соберутся вместе и поют. Поют разные песни в Москве, а в мыслях уже на Вычегде, где вода от заката розовая, а солнце за парму садится… Очень любил слушать эти песни подполковник Мысов. Так уж получилось, что командир девчат оказался их земляком из Помоздино…»

Наверное, песни Надежды, вернувшейся после демобилизации в Усть‑Кулом и очаровали Николая Ногиева. А потом и покорили его сердце.

В семье у Ногиевых хранятся Надины снимки военных лет. На обороте карточки, на которой снята девушка в погонах, написано: «Липина Надя. 4.7.44.» Сама хозяйка карточки так дополняет эту короткую надпись. В Москве у завода ЗИС были так называемые сталинские бани. Их повели строем в эти бани. Там и сфотографировались на память.

Но на второй групповой карточке, которая тоже сделана в Москве и тоже на память перед самой демобилизацией, надо остановиться подробней. Вместе с девушками снялись по их просьбе и командиры. Слева сидит заместитель командира полка подполковник Мысов, о котором упоминалось выше. В середине майор Белакин. Справа командир звена лейтенант Нестеренко. Все девчата на карточке из Республики Коми. Во втором ряду справа ухтинка Терентьева Александра Ивановна (она рядом с Нестеренко). Тоже во втором ряду вторая слева Сурина Анастасия Афанасьевна из Сыктывкара. (К сожалению, Надежда Филипьевна фамилии других девчат не запомнила. Может, читатели увидят знакомых и напомнят или сообщат автору их фамилии, расскажут, что знают о них).

Если раньше каждый из них писал свою хронику отдельно друг от друга, то с декабря сорок седьмого все события в их жизни стали общими, потому как Николай и Надежда поженились. К этому времени Николай работал бригадиром механизаторов в МТС, а Надежда — скотницей. Назвав свою колхозную должность, она ухмыльнулась, дескать, сейчас пытаются дать новое название этой должности что-то вроде оператора. А зачем обманывать людей? Ведь вилы с лопатой и коровий навоз не стали от этого легче. И наверное лучше называть скотницу по-прежнему скотницей, чтобы начальство имело представление, какой непрестижный труд у этой работницы.

Сейчас и Николай и Надежда много лет на пенсии. А война осталась в воспоминаниях, да еще в песнях Надежды, которые она все еще поет время от времени.

НОГИЕВА НАДЕЖДА ФИЛИППЬЕВНА

Родилась в 1924 году в с. Усть‑Кулом. До войны работала в колхозе «Выль ног».

При Усть‑Куломском райвоенкомате прошла курсы Всевобуча, научилась выполнять строевые приёмы, рыть окопы, стрелять из пулемёта, а в 1943 году была мобилизована и попала в войска ПВО (аэростатчицы). Часть находилась в г. Москве. Хотя фронт находился теперь в районе Курска и Орла, ещё возможны были внезапные налёты вражеской авиации на столицу. Вот и поднимали огромные аэростаты, медленно вращая ручки лебёдок, потом по 12 человек стояли на посту, наблюдая за небом.

В июле 1945 года Надежда Филипповна демобилизовалась и возвратилась в родной Усть‑Кулом.

Награды: медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», юбилейные медали, орден Отечественной войны II степени (1985 г.).

__________________________________________

Поступила 16 января 1985 г.

АНКЕТА‑ВОПРОСНИК
Участника Великой Отечественной войны
Населенный пункт: с. Усть‑Кулом, Коми АССР

Ф. И. О.: Ногиева Надежда Филипповна
Место и дата рождения: Усть‑Кулом, 22 августа 1924 г.
Воинское звание / в период войны и в наст. время: рядовой
Где вас застала война, чем вы тогда занимались? Как узнали о войне?
С. Усть‑Кулом. Я узнала в Усть‑Куломе. Колхозница, в колхозе «Выль ног», сельское хозяйство.
Когда и каким военкоматом вы были призваны на войну?
Усть‑Куломским райвоенкоматом.
Подробно и полностью перечислите часть и род войск, в которых вы воевали, служили в период войны? Сообщите фамилию, имя, отчество армии. Каких своих командиров помните (их Ф. И. О.)?
Аэростатный 2‑й полк, Простейшие заграждения, 4‑й отряд. Начальник штаба полка — ст. лейтенант, ст. лейтенант.
На каких фронтах вы принимали участие в боях?
Заград. отряд — гор. Москва.

🚲 Первый велосипед в Усть-Куломе

Моя бабушка, Липина Мария Петровна, часто вспоминала друга детства, Усть-Куломского мальчишку. Она говорила о нём с такой бережной, незатухающей теплотой, с такой тихой, почти светящейся нежностью, что я запомнила это на всю жизнь. Толя — так она его называла — был её школьным другом. Сельский парнишка, с которым они бегали по "сиктам", ловили рыбу в Вычегде, дышали одним ветром с верхневычегодских берегов. Два ребёнка на краю земли, у большой северной реки, и вся жизнь еще впереди.

Бабушка рассказывала: у Толи появился первый велосипед в селе. Представляете — Усть-Кулом, 1940-е годы. Деревянные избы, плетни, огороды, коровы на улицах, петухи на заборах — и вдруг велосипед. Невиданное, невозможное чудо. Вся детвора сбегалась смотреть, как на диковину. Крутили педали по очереди, падали в пыль, набивали коленки, смеялись — снова садились. Толя смеялся громче всех — бабушка говорила, что он был весёлый, открытый, с душой нараспашку, из тех людей, рядом с кем светлеет. Их семья жила скромно, и если не ошибаюсь, он рос без отца. Может, оттого и рано повзрослел, может, оттого и был таким — улыбчивым, но с какой-то незаметной, спрятанной грустью в глазах.

По итогам 1940 учебного года лучшим в Усть-Куломской школе был признан их 8 «б» класс. Красное знамя им вручили 30 января 1940 года на торжественной линейке перед всей школой. В школу тогда пришли ученики, переехавшие из Усть-Нема, Югыдъяга, Тимшера, Пожега и Деревянска — со всей Верхней Вычегды, из далёких лесных посёлков, оторванных от дома ради знаний. Тогда же сфотографировали лучших учеников класса: Ирму Шенбек, Лидию Комендровскую, Татьяну Брихунову, Александру Пенкину, Алексея Сладкоштиева, Марию Тетёрину, Петра Ложкина, Ванду Беруту. Классным руководителем у них был учитель географии Григорий Аврамович Карманов. Математику преподавали Григорий Иванович Попов и Георгий Георгиевич Корчагин, химию и биологию — Авенир Сергеевич Сахаров, коми литературу — Галина Дмитриевна Карманова, немецкий язык — Адольф Фридрикович Кек. Молодые, счастливые, с обычными детскими мечтами. Они ещё не знали, что им уготовано. Что через год всё изменится. Что война перечеркнёт их мечты, как перечёркивает случайную надпись на листе.

Началась война. Ученики 9 класса, юноши 18 лет — совсем мальчишки, ещё пахнущие школьными чернилами — ушли на фронт. А. Сладкоштиев, П. Ложкин, А. Кипрушев, А. Мамонтов, А. Нестеров отдали свои жизни за родную землю. Жизни, которые только-только начинались.

Война тогда сильно усложнила жизнь и заставила многих прервать учёбу. В 9 классе тогда было 43 человека, а в 10 класс смогли перейти лишь 12 — и уже в 1942 году школа выпустила их. В августе юношей снова призвали на фронт, а девушки продолжили учиться. Многие поступили в педагогический институт и стали учителями: Лидия Комендровская и Татьяна Брихунова впоследствии работали в школах Сыктывкара, Вера Кремская (Максименко) преподавала в Усть-Куломской средней школе, Мария Липина и Александра Пенкина — в восьмилетней школе. А. И. Попова, выросшая в детском доме, стала там воспитателем, а Мария Тетёрина уехала работать на Алтай. Выпускники школы Борис Агиев, Дмитрий Чувьюров и Анатолий Рассыхаев погибли на войне. Дмитрию Гичеву и Василию Спартаку посчастливилось выжить. Они тоже поступили в педагогический институт. Д. И. Гичев работал в селе Воч, а В. Р. Спартак — в Богородске Корткеросского района.

Толя отправился на фронт в августе 1942 года. Ему было всего 18 — а может, и 17. Точной даты его рождения не знаю, но с бабушкой они были одногодки. Из-за юного возраста, как рассказывала Мария Петровна, его поначалу не взяли в действующую армию. Но он был упёртый коми парень — из породы тех, кого не ломают ни морозы, ни беда. И как же символично, как же горько-символично — именно 1 сентября 1942 года, ещё только закончивший школу, вместо первого звонка, вместо студенческой парты, вместо букета осенних листьев, он добровольно вступил в партизанский отряд. День, когда его сверстники должны идти с букетами в институты, он пошёл в лес. На войну.

Мария и Анатолий симпатизировали друг другу. Это была та самая светлая, чистая, неразгаданная школьная симпатия, о которой не говорят вслух, но которую чувствует сердце. До сегодняшнего дня об этой любви знали единицы. Накануне его отъезда на фронт между ними произошла ссора — по глупости, из-за деревенских разговоров, из-за пустого, что кажется важным в восемнадцать лет. Он пришёл к моей бабушке, чтобы предупредить её и спросить, пойдёт ли она его провожать. Бабушка, полная гордости, — а может, страха, который прятала за гордостью, — сначала сказала, что не пойдёт. Но в итоге всё же решила проводить. Однако, когда она пришла на пристань, его пароход уже отплыл. Так они и не попрощались. Он не обернулся — или обернулся, но слишком поздно. Она стояла на берегу и смотрела, как пароход уходит, уносит его, уносит всё, что могло бы быть. Два юных сердца, так и не успевшие сказать друг другу самого главного. И это «самое главное» так и осталось навсегда несказанным.

У меня есть любимый сайт — мне кажется, я самый заядлый гость их ресурса — это «Слава Верхней Вычегды». Низкий поклон организаторам за большое дело: удобно, комфортно, всё по полочкам. В нём наша с вами Великая память. И понимаю, что ещё много работы в нём предстоит, но уже огромная основная часть сделана. Убеждена, что каждый житель Усть-Куломского района должен ознакомиться с этим ресурсом и внести свой вклад в него.

Так вот, гуляя по сайту, встретила того самого Анатолия — и стала интересоваться его историей жизни. По крупицам, из документов, воспоминаний, наградных листов. И то, что узнала, — поразило до глубины души. До самого дна.

Тот мальчишка с велосипедом из Усть-Кулома — тот весёлый парнишка, который крутил педали и смеялся громче всех, — Анатолий Дмитриевич Рассыхаев — прошёл по тылам врага 2800 километров. Две тысячи восемьсот километров пешком. По диким, непроходимым карельским лесам. Зимой — по пояс в снегу, при тридцатиградусном морозе. Летом — по болотам, по трясине, с комарьём и по гнусу. Партизан отряда имени Тойво Антикайнена. Карельский фронт. 47 боевых походов и разведок по тылам противника. 15 боёв с противником. Он был разведчиком, подрывником, лыжником-передовым, тем, кого ставили вперёд, на минное поле, потому что он был быстрый и бесстрашный. А ведь ему было всего восемнадцать-девятнадцать лет. Мальчишка. Совсем мальчишка.

Зимой 1943–1944 года под огнём двух пулемётов вытащил из ледяной воды пулемётчика товарища Бадюка. Пули свистели над головой, вода была ледяная, руки коченели — но он вытащил. Спас ему жизнь. Не бросил.

Район станции Лиекса: вместе с подрывником Бандурко установили на железной дороге управляемый фугас. Под откос пошёл воинский эшелон — 12 пассажирских и 5 товарных вагонов, паровоз. Убито до 900, ранено 350 солдат и офицеров противника. Мальчишка с велосипеда — и эшелон под откос.

Район Хуттовара, август 1944: вместе с политруком Перминовым заминировали дорогу и подорвали 5-тонную автомашину с живой силой. Уничтожено 30 солдат и офицеров.

Бой у Лехнаволока, февраль 1944. Отряд обнаружили в тылу противника. Финны блокировали все пути. Командир приказал первому взводу прорвать окружение. Начальник штаба Иван Кирюшкин вспоминал: «Партизаны П. Перминов, А. Рассыхаев, Н. Чурбанов и Н. Туголуков подползли к белофиннам почти вплотную, забросали их гранатами и вырвались из кольца.

Дальше — путь к заливу. Выход заминирован. Решили ставить вперёд самых быстрых лыжников: «А. Рассыхаев, Н. Чурбанов и А. Стрекаловский проскочили заминированный участок, хотя первый и был ранен.» Раненый — и продолжал идти. Кровь на снегу — и он шёл. Вывел отряд. Спас товарищей. Двинулся вперёд, не оглядываясь, как когда-то на велосипеде по пыльной улице Усть-Кулома.

Последний бой.
27 марта 1945 года. Анатолий Дмитриевич служил уже в 72-й отдельной горно-стрелковой бригаде. Бои в Польше. Катовицкое воеводство, повят Водзислав, город Ласлау (ныне Лазиска-Гурне). Южная окраина. Там он и остался... За полтора месяца до Победы... Когда уже, казалось бы, победоносная весна близко, когда уже, казалось бы, осталось совсем немного... Но не для него... Не для этого мальчишки...

Анатолий Дмитриевич написал очерк «В засаде» — о партизанской жизни, о товарищах, о карельских лесах. Он не только воевал — он ещё и писал. Писал, чтобы помнили. Чтобы мы, через десятки лет, открыли его страницы и увидели — не безликого бойца, а живого, думающего, чувствующего человека, который шёл в разведку с тяжёлым сердцем, но лёгкой ногой. Который боялся — и всё равно шёл. Который терял товарищей — и продолжал жить. Для них. За них.

В Национальном музее Республики Карелия в Петрозаводске хранится фотонегатив — фотография Анатолия Дмитриевича как бойца 1-го взвода партизанского отряда им. Тойво Антикайнена. Маленький чёрно-белый снимок с Карельского фронта. Последний портрет мальчишки с велосипедом. Юное, серьёзное, уставшее лицо. Глаза, которые видели то, что не должны видеть глаза ребёнка.

Анатолий Дмитриевич Рассыхаев не дожил до Победы 41 день.

Бабушка, вспоминая о войне, не могла сдерживать слёз. Боль за одноклассников, за родственников — она не затихала, она жила с ней всю жизнь, как ноет старая рана в непогоду. Когда родной сестре папы Ларуковой Надежде Фёдоровне было 10 лет — это 1964-й — они вместе с матерью Липиной Марией Петровной навещали мать Рассыхаева Анатолия Дмитриевича. Больше двух часов просидели женщины, разговаривая и перебирая письма от Анатолия. Бумага уже пожелтела, чернила выцвели, но каждое слово было как выстрел в самое сердце. Маленькая Надежда ёрзала, елозила на стуле, но не смела проситься домой. Сидела тихо и наблюдала за их слезами. Две матери — одна потерявшая сына, другая потерявшая друга — и между ними тонкая, хрупкая ниточка писем из тех далёких, страшных, невозвратимых лет. Ниточка, которую уже невозможно разорвать и невозможно удержать.

Смутно припоминаю, но в Карелии Анатолий Дмитриевич, кажется, успел жениться. Была ли у него семья, дети — не знаю. Но сердце подсказывает, что такой человек не мог не любить и не быть любимым. Интересно узнать о его потомках — есть ли таковые. И познакомиться с родственниками его семьи.

Хочу сказать отдельное, сердечное спасибо Карелии. Той Карелии, которая не забыла. Которая бережёт фотонегатив мальчишки из чужого, далёкого Усть-Кулома в своём Национальном музее в Петрозаводске. Которая включила его в свою Книгу памяти — не как чужого, а как своего. Которая помнит его в рядах партизан отряда имени Тойво Антикайнена — рядом со своими, карельскими, на равных.

Он ушёл из нашего дома — и дом обрёл в Карелии. Там он воевал, там он жил, там, может быть, успел создать семью. И Карелия приняла его как родного. Не отторгла, не забыла, не потеряла в архивах. Чтит. Хранит. Передаёт следующим.

Для нас, Усть-Куломцев, это дорогого стоит. Когда чужая земля так бережно относится к твоему земляку — это не просто память. Это любовь. Настоящая, человеческая, без границ. Спасибо вам, Карелия. За то, что наш Толя — не только наш. Он и ваш тоже.

Светлая память героям Усть-Куломской земли. Один школьный двор. Одна Вычегда. Одна война на всех. И одна на всех Великая память, которую мы обязаны хранить — потому что они отдали за это самое дорогое, что у них было. Жизнь, которая только начиналась.

Анатолий Дмитриевич Рассыхаев
1924–27.03.1945
Уроженец с. Усть-Кулом.
На Великую Отечественную войну призван в августе 1942 г. Служил в 3-м ОСП. В 1944 г. призван Кемским РВК Карело-Финской ССР. Служил в 72 огсбр. Убит 27 марта 1945 г. Захоронен в Польше, Катовицкое воев., пов. Водзислав, г. Ласлау, квадрат 4319-5, южная окраина.

Напоследок — общая песня с нашим другом Виктором Сперкиным из Карелии и мной из Коми Республики, которая как последний аккорд завершит этот пост.

Вера Каваль

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ УЧИТЕЛЯХ УСТЬ‑КУЛОМСКОЙ ШКОЛЫ

М. П. Липина
с. Усть‑Кулом

Я пошла в школу в 1932 году. Первой моей учительницей была Елизавета Ивановна Кремская, уже немолодая, добрая, чуткая, внимательная, просто сердечная, по‑особому строгая и требовательная и очень эрудированная. Окончив Усть‑Сысольскую женскую гимназию, она поработала несколько лет учительницей в с. Керчомъя, а затем переехала в Усть‑Кулом учительницей начальных классов. Продолжительное время она работала также методистом по начальным классам, а затем, до выхода на пенсию, — заведующей методкабинетом роно. За многолетний творческий труд ей присвоено звание «Заслуженный учитель школы Коми АССР», и она награждена орденом В. И. Ленина. Осенью 1932 года она похоронила мужа и осталась одна с тремя детьми.

В первом же классе нас приняли в пионеры. Какие интересные и разнообразные у нас проводились пионерские сборы! Елизавета Ивановна с малых лет прививала нам желание трудиться и радоваться результатам своего труда. На школьном огороде наш класс имел свой участок земли, мы выращивали картофель и разные овощи. Осенью подводился итог. В колхозной ферме мы шефствовали над телятами, кормили их, чистили, иногда нам разрешали даже доить коров. Как помощники, мы ходили к одинокой старушке. Она была очень гостеприимная, аккуратная, умная и трудолюбивая. Скорее, она над нами шефствовала, своими рассказами преподносила уроки доброты, чуткости, милосердия. Елизавета Ивановна нам подобрала эту мудрую старушку. Длинное имя «Елизавета Ивановна» у нас не получалось, мы к ней обращались «Ельзатна». Она нас не поправляла, знала, что когда‑либо получится. Мы ее очень любили, были убеждены, что она лучше всех. Мы полюбили профессию учителя. Многие стали учителями. Ее бывшим ученикам С. А. Удоратиной и Р. В. Поповой присвоили звания «Заслуженный учитель школ Коми АССР», О. Г. Елькина и В. К. Максименко стали отличниками просвещения.

1936 год. В пятом классе классным руководителем у нас стал Григорий Аврамович Карманов. Он преподавал географию. Окончив географический факультет Пермского пединститута, он работал сначала в с. Усть‑Нем, в Помоздинской школе, и оттуда был переведен в Усть‑Куломскую среднюю школу. Григорий Аврамович — это человек высокой культуры и нравственности, огромной работоспособности.

Когда ввели плату за обучение, я не могла за учебу платить и хотела оставить школу. А Григорий Аврамович меня успокоил, сказав, что за мое обучение он уже уплатил.

Галина Дмитриевна Карманова вела у нас коми язык и литературу. Такая добрая, сердечная, внимательная к учащимся, она пользовалась особенным уважением и любовью. Талантливая учительница, она мастерски, умело давала уроки родного языка, и мы его легко усваивали. Мы так ждали уроков коми языка, особенно литературы. Галина Дмитриевна нам раскрыла своеобразный, но такой красивый наш родной коми язык. Она знакомила нас с произведениями коми писателей и поэтов, с их творчеством. Я любила читать сочинения Г. А. Федорова, В. А. Савина. Галина Дмитриевна недавно выступала по телевидению в связи со столетием поэта В. Т. Чисталева; она лично знакома была с семьей поэта. Я ее узнала по милой улыбке. Постарела, изменилась, но еще бодрая и по‑прежнему жизнерадостная. Она — заслуженный учитель Коми ССР.

1937 год запомнился двумя событиями. Школа широко отметила 100‑летие со дня смерти А. С. Пушкина. На общем собрании учителей и учащихся приняли решение: школа будет носить имя А. С. Пушкина.

Тепло поздравили с высокой правительственной наградой учительницу биологии Наталию Семеновну Тимушеву. Ее наградили орденом Ленина. Она была в числе первых учителей, награжденных такой высокой наградой.

В 1961 году наша школа отметила столетний юбилей. На торжестве были Григорий Аврамович и Галина Дмитриевна Кармановы, Наталия Семеновна Тимушева.

Надеюсь, что в числе знатных людей села будут и бывшие учителя Усть‑Куломской средней школы: Е. И. Кремская (1889–1964), Г. А. Карманов (1903–1969), Н. С. Тимушева, Г. Д. Карманова.

https://nebrk.ru/docs/common/RKOMIBIBL0001879611

Зотев род
Аполлинария Ивановна Напалкова (1913—1986 гг.),
в средней школе работала в 1943 —1968 гг.,
заслуженный учитель школ РСФСР (1962 г.).
Учитель истории с. Усть-Кулом.
Замуж не выходила.
Сын Сергей Напалков

Запись о ней в книге "150 лет школе с. Усть-Кулом" (1993) и фотография
https://nebrk.ru/docs/common/RKOMIBIBL0000247318

Липин Филипп Иларионович (Зотев род)
ранен/контужен, Выбыл: 26.11.1916, Место рождения: Вологодская губ., Устьсысольский уезд, Усть-Куломская вол., Место службы: 288-й Кишиневский полк, рядовой, Дата события: 12.12.1916

Звание рядовой
Воинская часть 258-й пехотный Кишиневский полк
Место рождения. Губерния Вологодская губ.
Место рождения. Уезд Устьсысольский уезд
Место рождения. Волость Усть-Куломская вол.
Причина выбытия ранен/контужен
Место выбытия юго-восточнее м. Кирлибаба; перевязочный отряд 65 пехотной дивизии
Дата события 26.11.1916
Тип документа Именные списки потерь
Архив Российский Государственный Военно-исторический архив Фонд №16196,
Особое делопроизводство по сбору и регистрации сведений о выбывших за смертью или за ранами, а также пропавших без вести воинских чинах, действующих против неприятельских армий (1914 - 1918) Опись №1, Именные списки потерь солдат и офицеров 1 мировой войны 1914-1918 гг. (по полкам и бригадам) Дело №440,
Именные списки потерь солдат 258 пехотного Кишиневского полка Документ №1540,
Список нижним чинам 258 пехотного Кишиневского полка убитых,
раненых, контуженных, умерших от ран и пропавших без вести в ноябре месяце 1916 года,
Автор: 258-й пехотный Кишиневский полк, 1917-01-04

https://gwar.mil.ru/heroes/che...26page%3D1

Конюхом был в колхозе. Глафира Кузьминична Липина (Морохина), когда пришла к свекрови жить (замуж вышла), он проживал в этом же доме. Позже переехал в дом, где ныне новый дом построен Василия Гущина. Филипп двоюродный брат Петра Викуловича Липина. Он был с одной ногой, вторая деревянная. Умер где-то примерно в 1958г. Жена Ольга была. До Гущина в доме Филиппа жил его внук - Пиля Коля (шишка у него была на голове).

Липин Иван Вуколович Викулович
Место рождения: Вологодская губ., Устьсысольский уезд, Усть-Куломская вол.,
Место службы: 442-й пехотный Кашинский полк, рядовой,
Дата события: 24.02.1916

Должность/Звание рядовой
Воинская часть 442-й пехотный Кашинский полк
Место рождения Вологодская губ., Устьсысольский уезд, Усть-Куломская вол.
Причина выбытия не уточнено
Дата события 24.02.1916
Тип документа Уведомление о приеме раненого
Архив Российский Государственный Военно-исторический архив
Фонд Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат)
Шкаф без номера Ящик 1974-Л

https://gwar.mil.ru/heroes/che...6page%3D19

________________________________________
Россійскій Земскій Союзъ помощи больнымъ и раненымъ воинамъ.
Уведомление о приёме больного или раненого, поступившего с театра военных действий.
губерния Ярославль
город Казённом
Лечебница Цинком
госпиталь (патранаж) Скиадр
048
Липин Иван Викулович
Женат
Грамотный, образованный
Возраст 36 лет
Народность Русский
Вероисповедание Православный
Воинская часть рядовой 442-й пехотный Кашинский полк
Занятие перед войной: хлебопаш
Прибыл здоровым из Москвы
Врач: Нейштай

Липин Иван Викулович
Липан Иван Вакул.
Болен. Суст.ревмат
— Картотека потерь —
Должность/Звание рядовой
Воинская часть Взвод. погр. див.
Место рождения Вологодская губ., Устьсысольский уезд, Усть-Куломская вол.
Причина выбытия болен
Дата события 23.08.1917
Тип документа Карточка на прибывших (нижние чины)
Архив Российский Государственный Военно-исторический архив
Фонд Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат)
Шкаф без номера Ящик 2049-Л

Ранение и место сражения -Ровель 6 августа
Адрес Лазарета Вологда (Нубет - неразборчиво)

РОВНО 140 ЛЕТ НАЗАД

Эта фотография может многих напугать, но для меня она — важная и дорогая память, к которой отношусь со всей душой и теплом. Считаю необходимым, чтобы каждый достал из старых альбомов родителей подобные снимки, отсканировал и опубликовал их — и обязательно подписал. Это наша общая история, история жизни и быта односельчан. Она постепенно исчезает и может исчезнуть навсегда.

Очень жалею, что не настояла на сканировании бабушкиных фотографий. Она ими очень дорожила, а теперь эти вековые снимки канули в Лету… Бабушка никогда не повышала голос, но если пöч что-то сказала — значит, это надо выполнить беспрекословно. Так и вышло с фотографиями: ещё раз попросить просто больше не посмела. И лишь 10–15 снимков из шести её альбомов удалось сохранить. Её ведь можно понять: слово «скан» могло показаться ей чем-то пугающим — новое незнакомое слово грозило утратой самых дорогих воспоминаний о родителях, сыновьях и близких.

На снимке — траурная церемония прощания в селе Усть-Кулом. В последний путь провожают Липина Петра Викуловича (Зотев род, Викул Петыр), отца моей бабушки. Погода в тот день стояла страшная: сильный, пронизывающий мороз. На кладбище самые близкие вместе с Петром добирались на бортовой машине. Картина была тревожная: уши Петра, замёрзшие, как тёмное стекло, готовы были вот-вот треснуть от холода.

Пётр Викулович скончался от аппендицита 16 января 1964 года. Прощание проходило в доме, где он последние годы жил у сына, Липина Николая Петровича. Дом этот до сих пор стоит в Усть-Куломе (спуск к реке от четвёртого садика, улица Советская, 56 «б»).

И вот удивительное совпадение: сегодня у Петра Викуловича день памяти — ровно 140 лет назад, 18 октября 1886 года, он родился. Судьба ему выпала тяжёлая, крестьянская: семь лет армии, побег из ссыльно-каторжной тюрьмы на острове Мудьюг — домой вернулся еле живым (об этом подробнее расскажу в следующий раз). Двое его детей умерли в младенчестве. До женитьбы на Глафире Кузьминичне Морохиной (Кузьма род) у него еще был внебрачный сын. Тетя не вспомнила его имя.

В газете «Вöр фронт» о Петре есть заметка: «Василий Зосимович, Василий Климович, Василий Матвей и Пётр Викулович, пользуясь предоставленным правом, обязались заготовить для колхоза 60 тонн сена и своевременно вывезти его».

Самое дорогое, что было у Петра, — его Глафира. До последних дней они гладили друг другу руки. Между ними была большая любовь — на пятьдесят лет. Когда построили дом сыну Николаю. Глафиру и Петра разделили. Глаша стала жить с дочерью Марией, а ее муж Викул Петыр с сыном Николаем. Они ходили в старости к друг другу на свидание.

Пётр был грамотным, хорошо владел русским языком и был отличным рассказчиком. Вечерами на русской печке его слушали и дети, и взрослые, а к гаражам, где он подрабатывал сторожем, сбегались подростки — там мой прадед Пётр Викулович развлекал их новыми историями. Они с Глафирой принимали в своём доме ссыльных и квартирантов и жили с ними одной семьёй. Этот большой двухэтажный дом стоял на месте нынешнего дома их сына Николая. Именно они стали свидетелями удивительного пения ссыльных священнослужителей, которое произвело глубокое впечатление на всех жителей Макар сикта.

Вернёмся к фотографии. Отсканировала её в прошлом году из маминого фотоальбома. Мама категорически против публикации таких снимков, а я считаю, что это важно. Когда-нибудь наши потомки будут изучать наши записи, и им будет ценно узнать наши истории — особенно если они подробно описаны. Пару дней назад отправила эту фотографию двум своим тётям, совершенно не догадываясь, кто на ней. Узнала только Николая Петровича Липина, сына Петра. А когда Надежда Ларукова стала рассказывать, кто здесь запечатлён, была просто ошеломлена.

Смотрим слева направо.

Боровская (Попова) Мария Николаевна — бабушка Саши и Маши Боровских. За ней еле виден родной брат моего папы — Липин Владимир Фёдорович. Школьница с бантиками — Галина Леонтьева, дочь Лидии Петровны Липиной (Рассыхаевой). Лидия Петровна работала в местном банке, а на пенсии подрабатывала в Доме культуры: стояла на лестнице у входа на дискотеку, на второй этаж, и проверяла билеты. Дети 70-х и 80-х должны её помнить — свою работу она соблюдала строго. Рядом с Галиной стоит муж Лидии — Николай Петрович Липин. А молодой парнишка возле Николая — мой папа, которого, увы, не узнала: Паршуков Александр Фёдорович. Маленькая девочка с закрытыми глазами — родная сестра Александра, наша Надежда Федоровна Ларукова. Позади детей — их мать, дочь Петра Викуловича Липина Мария Петровна, учитель истории и географии в Усть-Куломе. А рядом с Надеждой — ещё совсем молодая Лидия Петровна Липина. Наклонилась за Лидией Диана Федоровна Смещук, сестра папы. А совсем у головы Петра — его любимая жена Глафира. Мужчина возле Глафиры — ее зять, мой мыёлдинский дед – Паршуков Фёдор Алексеевич, участник ВОВ, работал в «Райсоюзе» села Усть-Кулом. Рядом с ним, совсем у изголовья гроба – Кочанов Иван, известный в те годы «конюк» Иван.

После смерти Петра Викуловича я появилась на свет через 19 лет. Мы никогда с ним не виделись, но моя семья смогла передать мне любовь к нему. И пусть эта любовь идёт дальше — к дочке, к племянникам, к будущим поколениям.

Сегодня день отца. И благо, что отцов у меня много: деды, прадеды, прапрадеды, дяди — и все они отцы мои. И каждый дорог своей судьбой.

С праздником, отцы! Сегодня ваш день.

Участники поста: Надежда Ларукова, Галина Леонтьева, Мария Боровская.

Продолжаю собирать историю своей родословной Вера Каваль. Подтягивайтесь рассказывать о своих семьях. С удовольствием буду публиковать ваши посты на стене Кулӧмдін район - ловъя му !. Абсолютно не писатель, и пишу с ошибками, но пробую, пробую уже больше 10 лет, и довольно удачно стало получаться. А значит, получится и у вас. Даже две строчки о твоей семье, уже огромный вклад для района. Из маленьких комментариев, вы не представляете, как мощно собирается общая картина. У меня буквально так собирается история моей семьи на 800 лиц в родословной. И это не предел, это только начало.

Усть-Куломский уезд, Вологодской губернии