ШАПИ́РО Константин Абба(Ашер бен Элияху; 1839, Гродно, – 1900, Петербург), еврейский поэт, фотопортретист. Писал на иврите. Потомок видных раввинов, сын торговца. Шапиро рано увлекся литературой Хаскалы и познакомился с маскилим. Желая вернуть сына в русло ортодоксальной традиции, отец женил его в возрасте 15 лет, однако Шапиро демонстративно шел против воли отца и после очередного конфликта уехал в Белосток, где несколько месяцев жил, давая уроки иврита. Вернувшись в Гродно, учился ремеслу фотографа. Из-за травли, которой его подвергали родственники, перебрался в Вену. В Вене Шапиро оформил развод с женой. Спустя несколько месяцев прибыл в Петербург, не имея права на жительство в столице. Несколько лет жил случайными заработками, чистил снег, убирал улицы, бродяжничал. Шапиро заболел тифом, и русская девушка-швея заботилась о нем; Шапиро женился на ней, для чего крестился.
В середине 1880-х гг. Шапиро устроился на работу в фотоателье в Петербурге, вскоре открыл собственную студию. Впоследствии Шапиро получил должность фотографа Академии художеств; у него делали фотопортреты члены царской семьи, высокопоставленные особы, видные литераторы (в том числе Л. Толстой), богатые евреи. Шапиро разбогател и приобрел известность (см. Фотоискусство).
Неприятие «косности» еврейства сочеталось у Шапиро с глубоким чувством вины за переход в христианство (в быту Шапиро строго придерживался еврейского образа жизни). После погромов 1881–82 гг. Шапиро начал сочувствовать палестинофильству (см. Ховевей Цион) и мечтал уехать в Эрец-Исраэль. В Петербурге Шапиро тесно общался с деятелями еврейской культуры, в том числе с И. Л. Гордоном, публицистом А. Ш. Фридбергом (1838–1902) и другими. Шапиро много жертвовал на организации Ховевей Цион, на бедных еврейских студентов, издания на иврите, в том числе газету «Ха-Иом» И. Л. Кантора. По завещанию Шапиро несколько десятков тысяч рублей отошли Одесскому комитету, а его личная библиотека — И. Хазановичу для последующей пересылки в Иерусалим (ныне хранится в Еврейской национальной и университетской библиотеке).
Первое опубликованное стихотворение Шапиро «Эл мешоререй бат-‘амми» («К поэтам моего народа», 1879) призывает поэтов разбудить спящий народ «железным стихом» и отражает типичные для его творчества раннего периода надежды на просвещение евреев как на единственную возможность избавиться от изоляции и преследований. В стихотворении «Ха-мешорер ха-‘иври» («Ивритский поэт», 1898) Шапиро сетует на равнодушие народа к слову еврейского поэта и воспевает чуткое к поэзии сердце женщины, которая, однако, не может понять иврита. Гимн еврейской женщине характерен для ряда стихов Шапиро, в том числе «Коах лев ишша иврия» («Сила души еврейской женщины», 1899).
Духом национального романтизма проникнуты поэмы «Хезионот бат-‘амми. И» («Видения моего народа», 1884) и «Хезионот бат-‘амми. ИИ» (1896), где впервые в поэзии на иврите сюжеты Аггады сочетаются с лирическими воспоминаниями автора о детстве в черте оседлости (прием, развитый впоследствии С. Фругом в произведениях на русском языке). Шапиро мечтает о возвращении в Эрец-Исраэль. В стихотворении «Биркат нерот» («Благословение субботних свечей», СПб., 1886) поэт воспевает еврейский обряд, а в «Ве-никдаш ба-эш» («Посвящение огнем», 1887) — историческое прошлое евреев. Поэтический цикл «Ширей Иешурун» («Стихи во Израиле», 1887) посвящен бедствиям гонимого народа, сатирическая псевдобиблейская поэма «Сдом» («Содом», 1899) — Дрейфуса делу.
Шапиро, которого болезненно волновали вопросы национальной принадлежности, опубликовал эссе «Тургенев ве-сиппуро “Ха-иехуди”» («Тургенев и его рассказ “Жид”», 1883), защищая русского писателя от обвинений в предвзятом отношении к евреям. Он также принял участие в развернувшейся после погромов дискуссии о том, куда предпочтительнее уезжать еврею из России — в Эрец-Исраэль или в Америку. Серия статей Мордехая бен Хиллела Хакохена в № 39–65 «Ха-Мелиц» за 1885 г., где, в числе прочего, автор упрекал И. Л. Гордона в отсутствии национальных устремлений, побудила Шапиро вступиться за поэта. В памфлете «Лифней ха-паргод» («Перед завесой», «Ха-Мелиц», № 67, 1885; отдельной брошюрой — СПб., 1886) Шапиро обвинил Хакохена в непонимании как поэзии, так и сути еврейского национализма. Памфлет был написан крайне резко и настроил общественное мнение против Шапиро. Следующая статья того же автора спровоцировала второй язвительный памфлет Шапиро «Шевет ле-гав ксилим» («Палка для глупых», СПб., 1885), который «Ха-Мелиц» отказалась печатать. Изданный на средства Шапиро памфлет по его настоянию был разослан подписчикам журнала, и многие из них не возобновили подписку на 1886 г. Шапиро обвинил Ховевей Цион в нечестном распоряжении деньгами. После острой дискуссии в прессе за Шапиро закрепилась репутация неразборчивого в средствах пасквилянта.
Большая часть стихов Шапиро была собрана после смерти поэта Я. Фихманом в книге «Ширим нивхарим» («Избранные стихи», Варшава, 1911).
Краткая библиографическая справка
Шапиро Константин Александрович (1840 - 1900, Санкт – Петербург). Начинал деятельность с В. Шенфельдом в фотографии на Невском пр., дом 62. В 1870 г. открыл ателье, которое в 1878 г. перешло в его личную собственность на Невском пр., в доме Римско-католической церкви. С 1882 г. фотография Шапиро размещалась на Невском пр., д. 32, в 1895 г. на Большой Морской улице, дом 12. Участник Всероссийской Мануфактурной выставки в Петербурге (1870, почетный отзыв), Всероссийской художественно-промышленной выставки в Москве (1882, бронзовая медаль), III выставки V Отдела ИРТО в Петербурге (1891, серебряная медаль). В 1880 г. издал два выпуска "Портретной галереи русских литераторов, ученых и артистов", в 1883 и 1884 гг. издавал "Записки сумасшедшего", в котором запечатлел актера В.Н. Андреева-Бурлака в спектакле по пьесе Н.В. Гоголя. Имел звание "Фотограф Императорской Академии художеств, фотограф Их Императорских Высочеств вел. кн. Владимира Александровича и вел. кн. Марии Павловны, почетный член-корреспондент Парижской академии изобретателей".
Е.В. Бархатова.
Литература:
Бархатова. С. 374.
http://new.runivers.ru/gallery...thor18941/ 