«...было слово.» Княжесельская сошка или попытка заглянуть в раннюю историю Виляди.
Глубже конца 16 века по большинству линий персонально заглянуть невозможно, зато можно углубиться в их групповую историю изучив через краеведение. Попытаться понять долю и место происхождения пришельцев. Немало «моих» сконцентрированы на Виледи и Лале. (Впрочем в данном случае попутно таки нашел запись по одному из предков в 1557г., и персональную генеалогию на поколение углубил, а без оказии вряд ли пришло в голову устюжские купчие читать)
Прямых источников и упоминаний между миссией Стефана Пермского и концом 15 в. по этим местам нет. Понятно только что тут скорее всего не было военных событий и потому повода упомянуть в летописях. Однако есть в территориальном делении Вилегодской волости аномалия «Княжесельская сошка», которая оставила по себе казалось бы только имя – но это явный реликт из неописанного белого пятна начальной истории. Попробую покрутить в голове аналогии, упоминания и умолчания, что-нибудь извлечь.
Для начала упоминания:
1540 19 дек. «...Роман Уваров сын староста
княжеселской...» (Леонтьевское сельцо)
1546, марта 26 «Се яз князь великий Иван Васильевичь пожаловал есми, изъ Усюжского уезда, с Лузы, из Онтропьевы слободки Матфейка Захарова сына и во всех крестьянъ место Онтропьевы слободки и
присельчанъ ... и язъ князь велики того Матвейка Захарьева и всехъ крестьянъ тое слободки и
присельчанъ пожаловалъ, далъ есми имъ станъ в Утманове по старине...»
1574 «...половины Павловские и Борзуновские Ильинского приходу,
Пачеозерского присуду...» « ...а межа той земле деревне с черными деревнями и со владышнов землев...»
1589 4 мая «...а
княжеселским жилцам до Бурдуковского наволока дела нет...» (в д. Княжей-Тютяково на верхней Лале,
Петровское сельцо) аж в переписи 1710 г. упомянут к этой местности термин «
княжеселская земля», вероятно именно некое «княжее» общее прошлое с Вилегодской «сошкой», часть деревень этой местности входили в «петровское сельцо».
К слову сохранилась «посильная грамота» 1509/10(+1554 и 68) на Лальскую д. «
великого князя холуйскую», что предполагает что «холуи»-холопы/слуги? там жили ранее, так что «Тютякова» вероятно не была в вакууме, хотя никаких «сошек» к 17 веку там и не видно, а «
присельчане» в 1546 все же были..)
1620 «В Вылигодской волости во всех приходах
деревни пачеозерские что бывали приписаны к Пачеозеру»
из владений Строгановых «Деревня Инаевская
Княжесельских деревень на реке Виляди»
1625 «В Вылигодской волости во всех приходех
деревни Пачеозерские что бывали приписаны к Пачеозеру»
«Пачезерского ж стану на Виледи
Княжсельские полусошки сенные покосы»
«деревня Инаевская
Княжсельских деревень на реке на Виледе»
1646 «...
княжеселской сошки, что было в Пачеозерской волости»
«В Вилегоцкой волости и в розных приходех деревни черные
Княжселские сошки что приписаны бывали к Печеозеру (разбиты по 4 приходам)»
«Пожни
Княжселские волостки что была приписана к Пачеозеру» (пожня д. Сосновские в
Княжселском лугу...800+400 копен)
1678 «д. Инаевская а
Княжий двор на реке на Виледи»
1682 «чем владел Данила Строганов д. Инаевская
Княжских деревень на реке на Виляди...»
Есть упоминания и по другим частям уезда, при описании межей упоминается в купчих 16 века в Пачеозерском и Окологородном станах (любопытно что последний назывался тогда «Усольскими деревнями», вероятно став «окологородными» после образования уезда):
«...да пожня от
Княжие земли от орамые ...возле лог Бобров ...ко
Княжему логу... (1524 г., апр. 15)»
«...Льняная веретая межа борисоглебской деревне да от
Великаго князя земли от Ворожцовские по водопролеву...(1548)»
«...в межах с
великого князя землею с Половчиновского(половничей?) (1546)»
«...в межах с
великого князя деревнею с Шеиным по огороду (1528)»
Рядом с Устюгом:
« на Устюге, у посаду, въ Леонтьевскомъ конце, полплуга, безъ полу четверти, Воронинского Царицы и
Великия княгини земли.../...
Царя и великого князя земли на посилье въ Леонтьевскомъ конце Воронинского плужища.../...въ Леонтьевскомъ конце, Воронинского, з
емлю Государя великого князя Ивана Васильевича всея Poccи../...на Устюге, на посаде, въ Леонтьевскомъ конце, четверть плуга, безъ шестнадцатаго жеребья земли Воронинскиe
Царицы и великие княгини землю на посилье пашенную землю и непашенную.../(1575,1577,1578,1594)»
« „Списокъ съ плужные грамоты. Се язъ Марко, да язъ Матвей Михеевы дети, что подъ нами
великого князя плугь въ Леонтьевскомъ конце Захаровской... /...на посилье
Царицы великия княгини полплуга земли въ Леонтьевскомъ конце Захаровской...(1514,1571)» «...пол плуга земли
Царя и великого князя въ Леонтьевскомъ конце.../...отдалъ есми полплуга
земли Царя великого князя въ Леонтьевскомъ конце...(1550,1556)»
«отдали есмя на посилье
Царевы и великого князя земли въ Леонтьевскомъ конце и съ дворищи половину земли плужища Жилкина, а дворъ половничей Волковской ... А въ пожняхъ во всехъ, что во
Княинене острову и съ репищи съ Глинскими половила жъ. Да съ поженкою въ Петровскомъ остову съ Луковечнискою отъ веретеи и съ кусты, отъ залома до залома половина жъ. Да къ тое же земли островецъ Васильевской нa реке на Югу, что придалъ къ той земле и
великого князя Tиyнъ Василей Гавриловъ/...на посилье
Царицы и великия княгини, въ Леонтьевскомъ конце половину земли плужища Жилкина... А въ пожняхъ, что во
Княинине острову, и съ репищемъ съ Неглинскими половина... Да къ той же земле островецъ Васильевской на pеке на Югу, что придаль къ той земле
великого князя Тиун Василей Гавриловъ по той грамоте, что Гаврило придалъ, ино тое земли половина жь.(1563,1574)»
«...дворище въ Леонтьевскомъ конце за Леонтьемъ святымъ, и съ огородцемъ. А прикупилъ есми то дворище и съ огородцемъ къ
великово же князя къ плужной земле къ своему жеребью.../ ...прикупилъ есми то дворище и съ огородцемъ къ
великово жъ князя къ плужной земли, къ своему жеребью.../... а позаде дворищъ
великого князя земля. А прикупилъ есми те три дворища и съ огороды къ
плужной земли къ великого князя и къ своему жеребью(1539,1539,1542)»
«... а съ другую сторону
Государевъ дикой лесъ....(1577)»
«... а земля божия да
Государя Царя и великого князя...(1528)»
«...A Репино полдеревни межа съ Тюртинсною же деревнею, да со
Княининскою деревнею...(1549)»
«...купили есмя у Федора у Кондратьева сына у Чечюлина деревню
Княгинино на Котовале.../ ...ихъ куплю землю деревню
Княгинино .../...отца ихъ куплю землю деревню
Княгинино на Котовале.../...далъ есми свою деревню на Котовале
Княинино,... (до 1514,1514,1530,1541)»
«...А отъ
Княгинина межа но огороду... /... А отъ
Княгинина межа но огороду....(1540,1555)»
Также река Княжая в Учецкой волости, есть такая и в Вилегодской пермце пожни
Княжино Голицы въ закуренной (Комарицкий стан)
«1595 г., янв. 27. Купчая Василия Лутина /!Лугина/ на треть дер.
Княжья Гора в Телменеве сл.»
«1623 г., март. Закладная Логана Киприянова Низовцова Ивану Лукьянову Протопопову на пожню
Княжей Луг в Гостином поле.»
«1622 г. дек. 13. Наказная (отводная) память, данная сольвычегодским воеводой Иваном Ивановичем Чичериным кр-ке Олексинской отписной сошки Сольвычегодского у., жене Якова Поникарова Ульяне Григорьевой Васильевой на отвод ей дер.
Княгининой с условием поить, кормить, выдать замуж и дать приданное ее сестре Федоре и племяницам Авдотье, Ульяне и Акулине»
Не все «княжеские» топонимы пока тут собрал.
[ Из названия следует что она должна иметь отношения к Великим князьям (т.е. до 1547г.) или, как вариант, «княжатам» – наместникам. А может и вовсе ко времени Ростовских князей. Логично при таком названии быть дворцовой волостью, но в 17 в. там жили обычные черносошные крестьяне.
Когда был смысл создавать такую а)раскиданную, б)небольшую, в)подчиненную удаленному стану, г)архаичную по сути и названию административную единицу?
...на первом этапе (после 1378-84 годов, до середины 15 века (в Вычегодских Коми-волостях князья с выделением княжеских угодий, появились в 1451 следовательно в «Устюжском присуде» наместническое прямое присутствие должно было произойти тогда же или ранее), когда на Виледи сельское хозяйство было очаговое и она еще была «большими Селянами», населенная охотниками-скотоводами Коми, таким образом выделялось обложение земледельцев отдельно от «пермских даней», собиравшихся еще со времен до основания Устюга ростовскими князьями... Такие вышли гадания. Оставил для истории
]
По мере углубления в вопрос понял что узко-локально рассмативать смысла нет и нужно подняться на «уездный/земельный» и даже отчасти «княжеский» уровень. Деревень и рек с таким корнем (и близкими) много. В частности деревня «Княинина» с выставками в явно архаичной огласовке, в том же Пачеозерье. Одноименная западнее Устюга и где-то севернее. Была и фамилия Князев.
И вот цитата, которой у меня не было когда задумал и делал первую редакцию заметки, проясняет вопрос в несколько неожиданном ключе:
1511, 9 сентября/т.е. 1510?/ из «Несудимой грамоты Архангельского (архистратига Михаила) Устюжского монастыря»
«...и наши наместники и моей
Великия Княгини тиуны устюжские... А что их монастырские деревни в Устюжском уезде в станех и в волостех и в моей
Великие Княгини селех у Вычегодские Соли ...и Наши наместники Устюжские и Наши волостели и моей
Великия Княгини тиуны устюжские и
посельские Вычегодские Соли, наместничьи и волостелины тиуны... А збирает наместничь и волостелини и моей
Великия Княгини тиуны устюжскаго и
посельскаго Вычегодские Соли ...корм ...да отдают Устюжским бегоулем или старостам и бегоулы или старосты платят корм наместникам и волостелям и моей
Великия Княгини тиуну устюжскому
и посельскому Вычегодские Соли и наместичьим и волостелиным Тиуном. /еще пара аналогичных формулировок/ ...и
моей Великия Княгини тиуны и посельские и Вычегодские Соли люди...
«Беда не ходит одна» и нашелся еще более ранний документ, пусть и список 16 века из архива Строгановых в ГИМ:
1482/83 из даной, отводной и купчей на перевесы и роспаш д. Михайлихи
«По великого князя слову Ивана Васильевича всеа Русии, се яз
поселской и великие княгини Софьи Терентей Семичев ...А пожаловал есми его дал ему те лесы и плохи и веретею в
присельские к селу Пачеозеру...»
В более поздних купчих 1555 на ту же землю нашел интересный оборот «...и с рожю опрочи семян, а семян полчетверта четверика сияно опришено приполону половниковых, а половнику 2 меры а Государю меру...» Возможно это все же признак не обычной черносошной деревни т. к. стандартные подати оговорены отдельно. А может именно в усольском уезде давно преобладали денежные подати, а это обычный «посопный» хлеб.
«Бог любит троицу» точной даты нет, до 1503 во всяком случае, из розыска границ деревни Антоновской уже к югу от Вычегды под Котласом. «И къ допроснымъ своимъ речамъ подали списокъ съ грамоты блаженныя памяти царя и великого князя Феодора Ивановича всеа Pocии 106 году, какова была дана Усольского уезду, Окологородной волости, крестьянину Степке Мулицыну, по челобитью ево, съ прежней грамоты
великии княгини Софии» :
«
великии кпягини Софии Посельской Козма Микифоровъ далъ на льготу Юрке Аврамову лесъ дикой подъ пашню на три года, а въ те ему 3 года ни въ какие подати платить не велено. А межа тому лесу по Долгому озеру вверхъ до речки до Черныя, да сверхъ речки Черной до сухово бору, да возле сухой боръ по подкряжыо внизъ да подле новину по болотцамъ, а съ болотцовъ до речки до Путичныя, да по той речке въ Нимянду, да отъ Нимянды прямо въ истокъ, да отъ истока за Долгимъ озеромъ веретея лесъ дикой.»
А в грамоте 34 - 1525/26 г.(и 1518 рядом) на землю к этой деревне распорядитель уже «слободчик» Григорий Михайлов сын Тверитин. Или может земли княгини были рядом со «слободой» к этому времени, д. «Слобода тож» там оставались и позже, собственно ее второе имя и было Котлас. Впрочем, центр города на месте другой одноименной деревни и погоста, тоже Котлас/Кодлас.
Одно из значений слова «
Село» для удельного периода как раз поселение с усадьбой Князя/Боярина с «домом на приезд» управляющего, то есть поместье/экономия. Даже в пк 1678 в Окологородном стане оставалась «келья монастырская на приезд поселским старцом и служебником» Введенского монастыря. В 1710 упомянуто больше дюжины посельников/посельщиков монастырей и даже производная фамилия... Столь же распространены были «ключники-клюшники» и так же была и фамилия Клюшин, включая раз и «клюшника Клюшина». Так помимо древних документов монастыри сохраняли и такую архаику в управлении или в терминах управления из удельной эпохи. В несудимой грамоте 1510 г. речь идет о (скандально) знаменитой Великой Княгине Соломонии Юрьевне Сабуровой «Софье Суздальской», первой жене Василия III. Не широко известно, но несомненно высокое положение и обширные владения русских Великих княгинь в удельный период, вплоть до предшественницы Соломонии Софьи Фоминичны Палеолог и преемниц (во всяком случае на 1549 и 1558 год «...и
Царицы и Великой княгини тиун...» в Устюге все еще значился согласно «Грамоте царя Ивана Васильевича земским судьям различных станов Устюжского уезда...» и соответственно и управляемые посельским владения, включая, скорее всего и наши неописанные волостки/сошки/села. В разновременных купчих при описании меж «земли князя» продолжают упоминаться(см ниже) . А вот в подробном многословном завещании Ивана IV 4-й же жене Анне устюжские владения не помянуты, следовательно до 1572 они окончательно выведены из удела великих княгинь. Вероятно на жизнь матери Ивана III приходится пик этого института, отец пытался сделать его элементом объединения, в условиях разделов между княжичами у Василия II прописана передача по половине уделов сыновей своей жене до её смерти. На переходный период она становилась крупнейшим феодалом и пожалуй эту функцию выполнила, сглаживая углы между великим князем и братьями/родственниками. Иван и Василий III-е нашли другой выход для укрепления государства, пестуя один «росток» в ущерб прочим, создали так государство из «частной лавочки» и приговорили свой род и династию. Можно гадать что принадлежало ведению «посельскому вычегодские Соли», а что «тиуну Устюжскому», то ли один другому подчинен, то ли они на одной ступени иерархии, вроде как посельские были из числа самих «сельчан», но и тиуны как будто из «простого» народа, не дружинники же себя «самопродавали». Есть мнение что посельский – управлял на посаде Соли, однако пусть по поздним известиям 1535 года и до земской реформы 1555 в Усолье сидел волостель (Совин Тимофей Иванович и др.), в 1529 и 39 приказчик (подчиненный Устюжского наместника?). И вообще по контексту княгиня владела не волостью, а отдельными поселениями, следовательно посельский это более локальный управляющий «селы и приселья». Аналогично «Княгини тиуну устюжскому», который параллелен «Великого Князя наместнику устюжскуму» со своим тиуном.
Вообще владения московских князей под Устюгом не тайна, но вроде бы пока для исследователей это переферийная тема, на одной из карт вилегодскую сошку даже поместили прямо рядом с Пачеозером
Приведу предысторию.
Духовная Василия I Дмитриевича 1407 (без конкретики, зато описывают удел княгинь как давнюю традицию)
«А што села княгининские пошлые, то ее и есть, а ведает те села пошлые княгининские дотоле княгини моя, доколе, даст Бог, женится сын мой, а потом ина даст те села сына моего княгине, своей сносе, которые были издавна за княгинями.»«а што мои примыслъ а то даю княгине же своеи: Оухтюшку, куплю свою, да Фоминские села диаконовы да Федоровские села Свибловские на Оустюзе...»
Духовная Василия I Дмитриевича 1417
«Да на Устюзе даю ей Федоровские деревни Свибловы, да Ивановские Головина, да /Ивановские/ Тутолминские, штo прикупил мой поселский Григорей Горбищев, што мой примысл.»
(деревня Горбищево – Городище(!) тож была на р. Юг (Варженская волость), возможно это была резиденция того самого Григория или даже «замок»?)
Духовная Василия I Дмитриевича 1423
« Да на Устюзе Федоровские же деревни Свибловы да Головинские деревни, мой примысл.»
Видно что изначально боярское землевладение в этих краях все-таки было, это все имена московских бояр (или часть устюжских на службе московского князя?) в названиях устюжских деревень/сел. Да и не было бы смысла называть отдельные деревни княжескими, если бы они не располагались чересполосно с «крестьянскими» и владельческими.
В завещании 1461 г. Василия II Темного (жене Марии Ярославне) читаем:
«А княгине своей даю Ростов и со всем, что к нему потягло, и с селы своими, до ее живота.»
«Потяг исстари» к нему также Устюг, но слава богу, он прописан отдельно
«А на Устюзе даю своей княгине к ее купле к Левонтьевскому, да к Пятницскому, да к Вондокурье свои
села, село Мошемское и с деревнями и с присельи, да Дымкову сторону и с деревнями
и с присельиА где есмь ни подавал своей княгине волости и села в уделех детей своих, во чьем ни буди, и те волости и села данью и судом потянут к моей княгине, а дети мои в то не вступаются. А волостелей своих, и поселских, и тиунов, и ключников, и доводшиков судит моя княгини.»
В докончании 1473 Ивана III брату Андрею известно что часть устюжских земель она передавала последнему:
«...так же что пожаловала тобя подавала тобе мати наша
великия княгини свои купли ...да на Оустюзе
село Левонтьевское, да Пятницкое да в Вондокурье Въскресенское, да Словеньское да Мануиловьское и з деревнями...»
В 1493, понятно, он их лишился...
Жена Ивана III умерла ранее мужа, соответственно в завещании отсутствует и вообще Иван максимально наделял наследника (завершая время уделов), отдал, вероятно, ему и женские уделы, Устюг упомянут лаконично «...город Устьюг и с волостьми, и с путми, и с селы, и со всеми пошлинами...» Однако из даной 1482/83 видно что владения княгинь продолжается, видимо Василий III (завещание не сохранилось) самостоятельно наделил жену или жен, но про Елену Глинскую в этом разрезе ничего не известно. Можно предполагать также поступил и его сын Иван IV.
К 1625 г. владения поменяли прежнее подчинение однако отчасти все еще записаны вместе
«В Усольском же уезде в Пятницком конце и на Назимовском конце и на Дымкове, в Пятницком и в Леонтьевском конце Сельцо Левонтьевское что было с Пятницким сельцом» /там же «
Княинин остров» на Малой Северной Двине/
/1622/ «лета 7130-го году июня в 12 де[нь].» в деловой на пачеозерскую деревню Липицу записано:
«А на делу были Соли Вычегодские судной целовальник Бажен Федоров сын Сабелников, да пристав Семой Мартемьянов Сергиевых, да Пачеозерские волости
приселской целовальник Иван Терентьев сын Бакшиевых, да...»
1554, 12 июня купчая Федота Дементьева сына Боровского на остров Семеновский против реки Ровдуги князю Юрию Иванову сыну Токмакову:
«...волостные розметы потянуть мне князю Юрью с тово острова с Ылина дни лета 7066 старина и новина что на том острову целовалники Пачеозерского стану
приселские дани положат...»
1550 г., дек. 17. Купчая (“кабала”)
присельского целовальника Ивана Леонтьева с товарищами присельчанами торговому человеку Якову Аникееву Строганову/!Аникию Федорову/ на половину дер. Котомихи Сольвычегодского у.
«Се яз Иван Леонтьев целовалник
приселской, да яз Федор Михайлов сын Захеева, да яз Офонасей Петров сын, да яз Игнатей Карпов сын, да Василей Григорев сын Плешкина, да яз Козма Василев сын Наратцовсково, да яз Захаря Якимов сын, да яз Василей Иванов сын Согорского, да яз Перфирей Григорев сын Овечкина, да яз Михайло Григорев сын Плешкина приселчане заняли есмя у Аникея Федорова сына десят рублев..»
Можно заметить знакомый корень или даже термин, такого прилагательного применительно к целовальникам более не встречал, можно тут предположить отголосок старой юридической формулы. Любопытно что и монастырских управляющих этих мест называли «посельскими» до петровского времени. При этом ядро пачеозерских крестьян вроде бы свободные, просто соседи «княининой» земли и как их целовальник соотносится с управляющим княгини не понятно. Прямого указание на Виледь нигде нет, однако упомянутые в 15 в. «села», кроме Вондокурских, в 17 веке оставались все же приписаны к Сольвычегодскому уезду, хотя территориально это фактически пригороды Устюга. Соответственно не было смысла их «цеплять» к «посельскому Усольскому», если бы тут (Пачеозерье, Усолье, Виледь, Лала?) не было гораздо больших владений княгини.
(Отдельный вопрос не было ли Пачеозерье некогда восточной частью Вондокурья, в знаменитой грамоте Василия III братьям Аники Строганова 1517 г. в поврежденной части упомянута «Эжва», если это Вычегда, значит вондокурский волостель распоряжался и там, на противоположном берегу Двины? Вроде бы считается что грамота касается только будущего Пускинского завода, но что если «...в Вондокурской волости лесом диким старым липовым раменьем (?п)о Ежве* да солою кочаловскою и о(?зеро)......(ру)чя Солоного, да по Туровици.» относится и к собственно Соли вычегодской. Во всяком случае к 17 веку фамилия «Кочалов» в городе существовала, в Вымской летописи называют именно эту дату как начало масштабной деятельности Аники и других подобных грамот как будто нет, кроме купчих на доли, следующие касались уже земель на Каме. Маловероятно что купчие на мелкие деревни уцелели, а на «жемчужину» нет. Если это и не так, в списке купчих Устюжского М-Арх. монастыря купчая на землю в пачеозерской волости значится как купленная именно в Вондокурской волости «На деревню Гостиное поле, а Тулубьево тожъ, и на Островъ подлинная крепость 7066 году.» Т.е. если и не до Соли, то до Пачеозерья этот стан все же простирался, хотя возможно ее приписали к Устюгу так же как «княжие» села Устюга к Усольскому, для удобства и это ничего не значит. Сам Пачеозерский стан упомянут впервые в 1546, раньше купчей на Тулубьево)
Поскольку и вилегоцкие деревни были приписаны не к «Усольским деревням» вообще, а именно к Пачеозерскому стану, логично искать село-резиденцию именно здесь. Вернемся к мельком помянутой деревне «
Княинино», позднее её название «
Княгинино поместье-Окнеино + д.
Выставка Княгининская на оз. Окнеинском + д. Берег на оз. Окнеинском, тое ж д. выставок Алексин, это грубо говоря участок земли по обе стороны старой Вычегды (т.е. Пыраса?) и Тулубьевой-Ергусом с озерами, Тулубьев и Соколов остров. Тут же и деревня Тулубьево/Гостиное поле, на карте 1794 названа «Холуйская», если это не описка (которых на этой карте хватает) можно даже увидеть параллель с лальской парой «княжих» деревень. А на противоположном берегу у истока Северной Двины еще одна деревня «Княжево». Вполне может быть прежде единый хозяйственный комплекс (с холуями-слугами, впрочем есть у этого слова другое местное значение – нанесенный рекой плавник-древесина), может даже и с пристанями (для гостей-купцов?) и/или переправой из ранних владений под Устюгом и в Вондокурье к поздним «Усольским».
Итого. Ранний (14-нач 15 вв.) «княжий/наместничий удел» не подтвердился, во всяком случае для Виледи, опора только на аналогию в Коми-вычегодских волостях (в середине 15 в., с появлением там зависимых «княжат» выделены им особые угодия на прокорм) не сработала. Для Устюга подтверждается существованием великокняжеского посельского Горбищева до пожалований Марии Ярославне в начале 15 в., а к 1510 в перечне должностей Устюжской земли его нет, только великокняжеский наместник. Особо интересующие «поздние» владения великих княгинь, сложно сказать когда они распространились на восточные части уезда, но к 1510 уже явно состоялись и даже их управленческий центр, возможно, туда сместился (в Пачеозерье куда была «приписана» Княжесельская сошка до 1482,(или даже до 1461, пачеозерье могло быть не названо особо если входило тогда в Вондокурский стан, или скрыто за названием других «сел»). Также земля неких «холуев» в Петровском на Лале в том же 1510 году передана новым земледельцам (значит какое-то время была пуста, а перед этим её какое-то время обрабатывали не вполне свободные земледельцы?). Счастье что Михайло-архангельский монастырь имел такую обширную вотчину и чересполосно владел деревнями почти во всех реликтовых волостях (станах /концах /сельцах) с подозрением на принадлежность семье великого князя (Окологородный /Пачеозерский/ Баскачий/ Петровское/ Пятницкий/ Леонтьевский) иначе в грамоте ограничились бы только упоминанием подчиненных наместника. Осторожно можно предположить время этого освоения как 2-ю половину 15 века (после 1461, до 1483). Все это время, вероятно, эти владения постепенно прирастали, консолидируя семейные приобретения под Устюгом в женских руках. Не факт что всё перечисленное одномоментно было в руках княгинь (и не обязательно непрерывно в руках княжеской семьи), могло дариться, завещаться, продаваться, могло по временам переходить в непосредственное управление великого князя. К отдельным топонимам, как видим из примера могут иметь отношения вовсе случайные «княжата» или даже название растений. Думаю появление княжеских деревень все дальше от Устюга запаздывающий маркер земледельческого освоения, ведь купить и конфисковать можно лишь уже существующее.
Возможно на этап «многоженства» Ивана IV пришлась окончательная ликвидация этих удаленных от Москвы дворцовых владений (предположение, купчие крестьян в Княинино, Берег и др. 7079-1570/71 г. и позднее, в сошке на Виледи самая ранняя меновая 1574/75 г. с отсылками в тексте на чуть более ранние купчие, по Тулубьево-Гостиное поле с 1557/58 (и были более ранние купчие), а в Леонтьевском до 1514 уже были «посильные» крестьян на землю под Устюгом, параллельно посильной 1510 на лальскую Холуевскую) Непонятно при каких условиях и когда Княжий двор - Инаевская перешла к Строгановым. Но к началу 17 века однозначно остались только рудименты.
Возможно «великокняжеское Устюжско-Южское хозяйство Горбищева» и часть владений княгинь было ликвидировано раньше Усольских, или прекратило существовать как села-экономии, перейдя на оброк к 16 веку (Вслед за «боярщиной» на севере (после покорения Новгорода?) ликвидирована и «княжчина»?). «Княгинино» под Устюгом передается крестьянами по купчим, а не посильным уже в начале 16 века.
В устюжском летописном своде отмечено, что вел. кн. Иван III «татар рассажал по
посельским», возможно отсюда название например «Княже Тютяково» на Лале.
Любопытно что все архаичные названия управляющих оставили след в местных фамилиях: Князев, Тиунцов, Посельский, Клюшников, Старостин и даже экзотичный Бегоулев. Следовательно либо они имели местные корни или «ветки»
