Горячий ключ. ВОВ 1941-45 гг.. (Российская Федерация). Страница: 18

https://xn--c1adfgdchibyw4a2de...ubrovskaya

Маленький доктор Вера Дубровская
Опубликовано 07.03.2025 08:14
Уже традиционно, в канун женского праздника 8 марта, городской исторический музей публикует материалы, посвященные женщинам-воинам, в годы Великой Отечественной войны вставшим на защиту Родины.

Сегодня мы расскажем о героине Битвы за Кавказ, участнице Туапсинской оборонительной операции, сражавшейся на Горячеключевской земле осенью 1942 года. Это военный врач 26-го стрелкового пограничного полка НКВД Вера Семеновна Карпенко (девичья фамилия Дубровская), 1919 года рождения.
Грозовым летом 1941 года юная Вера Дубровская заканчивала Ростовский медицинский институт. Обучалась она по ускоренной программе, - фронту в большом количестве нужны были медики. Но, как показала вся ее дальнейшая жизнь, сокращенная программа обучения никак не отразилась на ее будущих профессиональных способностях.
Сразу же после окончания ВУЗа, Вера Семеновна попадает на фронт. В полевых госпиталях и медсанчастях ей приходилось работать непосредственно на передовой, под бомбежками и снарядными разрывами; быть одной из первых, кто приходит на помощь своим боевым товарищам.
В ноябре 1941 года был сформирован 26-й пограничный стрелковый полк внутренних войск НКВД (далее - 26-й сп НКВД), в санитарной части которого, с начала 1942 года продолжила свой боевой путь Вера Дубровская. Изначально полк выполнял штатные задачи по охране тылов фронтов: Северо-Кавказского, Закавказского, Крымского; но уже вскоре «в ряде мест оказался впереди переднего края обороны и был втянут в тяжелые оборонительные бои».
В начале мая 1942 года, в самый сложный момент Керченской оборонительной операции, когда прорыв немцев к Керченскому проливу был неизбежен, 26-й сп НКВД до самого последнего момента держал стойкую оборону на краешке суши, прикрывая переправу отступающих войск Красной Армии. Под огнем наступающего противника, не имея никаких плавсредств, подразделения полка последними переправлялись на Таманский полуостров, эвакуируя с собой имущество, вооружение, раненых. Та же участь постигла и санитарную часть полка в которой служила Дубровская.
В нашем распоряжении пока нет однозначных данных о личной роли военврача Веры Дубровской в событиях при форсировании Керченского пролива. Однако нам, да и многим исследователям военной истории известны многие факты той героической переправы, когда под ураганным вражеским огнем и под налетами истребительно-штурмовой авиации противника подразделения 26-го полка НКВД были вынуждены переправляться на таманский берег, с целью избежать окружения и полного уничтожения частей. Поэтому о переправе санитарной части полка мы можем судить лишь по косвенным данным, которыми являются зафиксированные свидетельства очевидцев и участников переправы.
На наскоро сколоченных плотах из разбросанных на берегу бревен, досок и деревянных щитов, связанных между собой обрывками веревок, персонал санитарной части полка переправлял раненых бойцов, которых к тому времени были уже сотни. Некоторым плотам и лодкам удалось в течение часов приплыть к берегу Тамани; другие были отнесены течением в открытое море и по несколько суток дрейфовали; после чего либо прибивались к берегу за десятки километров от предполагаемого места высадки, либо погибали в холодном море. Многие самодельные плавсредства были просто уничтожены немецкими самолетами при переправе.
О чем мы можем судить однозначно, так это о событиях осени 1942 года, когда Дубровская, уже бывалым фронтовым доктором принимала участие в боях Туапсинской оборонительной операции, в том числе, непосредственно под Горячим Ключом. В начале октября 1942 г. в оставленном хозяевами хуторе Поднависла, разместилась санитарная часть 26-го полка НКВД. В это относительно тихое, вдали от линии соприкосновения место, приносили раненых; не только полковых, но и со всех частей, воевавших поблизости. Поэтому на Поклонной поляне Поднавислы мы видим обелиски и пограничникам, и морякам, и пехотинцам, - сотням солдат погибших в боях, или умерших от ран и похороненных в братских могилах.
Штатный военврач полка погиб; поэтому, исполняя его обязанности, всю тяжелую ношу по деятельности санчасти и непосредственно лечебной работе взяла на свои плечи наша юная героиня. Нет однозначных данных о том, была ли Вера Дубровская единственным врачом в санчасти Поднавислы, или у нее были помощники. Могла ли она одна справляться с десятками, и даже сотнями раненых, поступавшим непрерывным потоком в госпитальные палатки? Это маловероятно: одному врачу не справиться с такой нагрузкой, при любом напряжении сил. И снова мы вынуждены обратиться к не документальным свидетельствам, которым, тем не менее, вполне можно доверять. К таким относятся сведения о вспомогательном персонале санчасти: это санитар Саид и подросток Славик – сын полка; об этом писали разные исследователи в разное время.
В нашем распоряжении имеется ряд самодеятельных видеофильмов, снятых в конце 90-х – 2000-х годах ветераном МВД, бывшим преподавателем Краснодарского Юридического Института МВД РФ Кульпиным Виктором Михайловичем о военной истории хутора Поднависла и создании там мемориального комплекса. Среди прочего, есть и интервью с младшей сестрой Аршалуйс – Прасковьей (Пелагеей) Кеворковной Ханжиян. По ее словам, осенью 1942 года, в санчасти хутора Поднависла кроме доктора Веры работали, как минимум, еще два врача, которые проводили хирургические операции; она назвала их Коля и Сережа. О самой Вере Дубровской Прасковья отзывается очень тепло: «Она была очень хорошей женщиной... Грамотная была, умная; заботилась о нас всех и о раненых.»
Кроме того, как вспоминает Прасковья Кеворковна, на помощь врачам и нашему «маленькому доктору» пришла не только легендарная Аршалуйс Ханжиян, но и другие местные жители – женщины из ближних хуторов и Фанагорийского. Всего их было до десяти – пятнадцати человек. Эти добровольные помощницы помогали в лечении раненых и уходе за ними, стирали белье, готовили пищу. В их числе была и сама Прасковья Ханжиян, которая всюду была вместе со старшей сестрой. Безусловно, все это нисколько не умаляет роли самой Аршалуйс, внесшей свой неоценимый вклад не только в спасение жизней бойцов Красной Армии, но и в сохранение памяти о погибших и умерших от ран. Кстати, это она придумала для Веры Семеновны такое ласковое имя – «маленький доктор», ставшее для исследователей нашей военной истории нарицательным и синонимом доктора Дубровской –Карпенко.
В двадцатых числах октября санчасть должна была передислоцироваться к месту новых позиций полка - в Хадыженском направлении, где чекисты-пограничники продолжали сражение на самом острие наступления немцев на Туапсе. Но раненых по бездорожью вывезти не было возможности; да и некуда. И убывая с полком, Вера Семеновна наказала Аршалуйс Ханжиян по возможности ухаживать за ранеными и присматривать за могилами. Так и осталась Аршалуйс на своем хуторе навечно…
О дальнейшем героическом боевом пути Веры Дубровской нам известно из заметок, опубликованных в фронтовых армейских газетах и публикаций послевоенного времени. Некоторые из них приведем выдержками, не искажая смысл и интонацию текстов, написанных «по горячим следам». Одну из таких статей написал старший сержант А. Лавренев, боец 26-го сп НКВД:
«Все ее называют Верой Семеновной. Обращаются к ней ласково и почтительно.
- Замечательный вы человек, Вера Семеновна! – так иногда говорили ей раненые прямо в глаза.
Ей часто расточают похвалы, хотя солдаты, как издавна повелось, очень скупы на них.
И действительно, капитан медицинской службы Дубровская, достойна уважения. Это одна из многих молодых советских медицинских работников, которые вкладывают всю свою душу в любимое дело. Ими руководит одно желание, как можно скорее вернуть в строй бойца или командира.//
//Однажды Вера Семеновна прибыла на передний край в самый разгар боя, когда в молодой зеленой роще все смешалось в один сплошной гул. На мгновение грохот оглушил ее. Огневой вал будто сам собой двигался на нее, готовый каждую минуту раздавить. Но Вера Семеновна оправилась моментально, когда услышала вблизи стон раненого, а потом призыв о помощи. Не помня себя, она быстро подползла к бойцу. Его сильно ранило в ногу. Он из последних сил сдерживал себя, но резкая боль мутила разум и тяжелый стон вырывался из его груди. Она по-женски тепло и ласково успокаивала его. Но он стонал. Вера Семеновна тогда заговорила резко, не свойственным ей голосом.
- Я приказываю вам замолчать!
И стало бойцу как-то приятно от голоса этой женщины и как-то светло от ее приказа:
- Ах ты, хорошая наша! – сказал он, улыбнувшись; и Вера Семеновна улыбнулась в ответ.
Потом она помогла ему выбраться в укрытие, оказала необходимую помощь и сразу же помчалась снова на поляну, не обращая внимания на сердитые и предостерегающие окрики бойцов и командира, оберегавших своего любимого доктора. Ей там нужно быть! Ее там ждут!
Неподалеку упал артиллерийский снаряд. Земля взметнулась и с визгом пронеслись осколки над головой отважного доктора. Она почувствовала боль; непонятную, неиспытанную ранее, страшную боль в голове. Тонкие горячие струйки потекли по щекам. Она машинально перевязала себе рану, стряхнула с плеч и спины комья земли и, превозмогая боль, продолжала переползать из окопа в окоп, будто ничего не случилось.
Много жизней спасла в этот боевой день неутомимая патриотка. Она возвратилась на медпункт и продолжала неутомимо работать, несмотря на серьезность ранения. Отдыхать, медлить было некогда – решалась судьба человека, воина. И, следуя примеру невозмутимого и спокойного врача, медперсонал работал четко и слаженно. Только после категорического приказания начальника санслужбы, Дубровскую эвакуировали в госпиталь.»
А вот вырезка из другой, пожелтевшей от времени газеты «Воин-чекист» от 1943 года, за именем сержанта Е. Сибирного:
«…Однажды, когда тов. Дубровская проходила мимо группы бойцов, один из них сказал:
- Она спасла мне жизнь.
«Спасла жизнь, - пронеслось у меня в голове, - спасла жизнь…» - и передо мной ясно пронеслась картина.
Виадук под железнодорожным мостом недалеко от Туапсе. В этом подземном укрытии Вера Семеновна перевязывала мне рану. Припомнился ее полевой медицинский пункт, около которого рвались немецкие снаряды и авиабомбы. Да, это правда. Она спасла не одну, а десятки жизней. Сотни раненых воинов, благодаря ее помощи, здоровыми вернулись в строй…/
/Бункер находился в тридцати метрах от немцев. Момент был критический, так как в любую минуту в бункер могли угодить авиабомба или снаряд. К вечеру противник потеснил наше подразделение и бункер оказался в десяти метрах от врага. Взяв автомат раненых, доктор Дубровская – одна против целой своры гитлеровцев – держала оборону около пяти часов, пока ей на помощь не пришли разведчики нашего полка.
С нами Вера Семеновна прошла боевой путь с февраля 1942 года. Мы ее видели в Крыму на Керченском полуострове, в боях на перевале близ Туаспе, под Фанагорийской, под станцией Крымской и при прорыве «голубой линии» немцев.
Говорят, что во время боев по прорыву «голубой линии», тов. Дубровская пропустила через свой санпункт более пятисот раненых бойцов…»
Государство высоко оценило ратный труд и подвиги В.С. Дубровской, наградив ее правительственными наградами. В ее послужном списке боевые ордена «Красной Звезды» и «Отечественной войны» II степени, орден «Знак почета»; медали «За боевые заслуги», «За оборону Кавказа», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Боевые заслуги Дубровской отмечены и другими почетными наградами: нагрудный знак «Отличник погранвойск» I степени, почетный знак «50 лет освобождения Кубани от немецко-фашистских захватчиков», знак «Фронтовик 1941-1945», юбилейные медали.
После окончания войны Вера Семеновна ушла с военной службы в звании капитана запаса медицинской службы. Но любимое дело не бросила, - продолжила заниматься врачебной деятельностью, работая врачом в обычной районной поликлинике города Краснодара. Порой и в мирное время ей приходилось спасать жизни пациентов; такой случай описан в одной из газет за 1969-й год, название которой, к сожалению не сохранилось. Статья называется «Подвиг продолжается».
« - На фронте мы, врачи, не щадили своих жизней, боролись за каждого бойца, чтобы ввернуто его в строй. И если на наших глазах погибал солдат, мы знали: он бессмертен. Но когда человек погибает в мирное время, - этому нет объяснения! Значит, кто-то из врачей отступил без боя…» - говорит о своей работе Вера Семеновна Карпенко.
А на вопрос корреспондента газеты, почему она часто появляется у обелиска павшим воинам, неподалеку от поликлиники, она ответила так:
«- Там мои фронтовые друзья. Они не дошли. А мы должны сделать то, что не успели они.»
В мае 1976 года Горячеключевской краевед и исследователь военной истории Константин Дмитриевич Еременко с красными следопытами СШ № 1 организовали первую встречу ветеранов 26-го пограничного стрелкового полка НКВД. К тому времени ему удалось разыскать всего лишь 18 человек. Но и эти немногие ветераны были счастливы вновь увидеть своих боевых товарищей, побывать на местах боев в окрестностях с. Фанагорийского, возложить цветы к могилам погибших однополчан. Вера Семеновна Дубровская, теперь уже Карпенко, бывший военврач полка, жившая тогда в Краснодаре, тоже была на встрече и даже приезжала к Аршалуйс в Поднавислу.

Молодая, хрупкая женщина, начинающий военврач Вера Дубровская внесла свой немаловажный вклад в приближение победы над врагом. Она помогла вернуть к жизни сотни бойцов и командиров Красной Армии. Из представлений к ее боевым наградам, мы можем представить лишь некоторые цифры сохраненных жизней наших защитников.
Так, из представления к медали «За боевые заслуги» известно, что она «Своей энергичной работой, несмотря на исключительно трудные условия, отлично организовала эвакуацию и вынос раненых с поля боя и их дальнейшую обработку на ПМП.//…За период боевых действий с 3 октября по 26 ноября 1942 г., она обработала и обеспечила дальнейшую эвакуацию свыше 400 раненых бойцов и командиров.» В представлении к ордену «Красной Звезды» от 4 июня 1943 года говорится еще о 450-ти спасенных ею бойцов.
А сколько солдат и офицеров были спасены Верой Дубровской во время трагической керченской переправы в мае 1942 года? Сколько их не легло в могилы, а вернулось в строй или к родным, благодаря ее самоотверженности на хуторе Поднависла? Ответы на эти вопросы для нас история не сохранила.
Но мы обязаны сохранить память о Вере Семеновне Дубровской, - нашем «маленьком докторе» из полевого госпиталя в хуторе Поднависла.

В статье использованы материалы, предоставленные ветераном МВД Кульпиным В.М., а также из фондов ГИМ и других открытых источников.
Научный сотрудник ГИМ С.С. Безух

Гладков Павел Никитович
ГВАРДИИ ТЕХНИК-ИНТЕНДАНТ 2 РАНГА (СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ). / ЗАВЕДУЮЩИЙ ДЕЛОПРОИЗВОДСТВОМ ШТАБА 33 ГВАРДЕЙСКОЙ СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ, 62 АРМИИ, СТАЛИНГРАДСКОГО ФРОНТА.
21.09.1914 - 4.09.1944
История солдата
Звание.
Гвардии техник-интендант 2 ранга (старший лейтенант).
Прохождение службы в РККА и Красной Армии:
09.1937. 13 кавалерийский полк, 3 кавалерийской дивизии им. Г. И. Котовского. Красноармеец.
05.1938. 3 отдельная кавалерийская бригада. Экспедитор.
01.1939. 3 отдельная кавалерийская бригада. Штаб, 1 часть. Старший писарь.
09.1939. 28 отдельный конно-артиллерийский дивизион, 3 отдельной кавалерийской бригады. Секретная часть. Старший писарь сверхсрочной службы.
12.1939. 33 кавалерийский полк, 10 кавалерийской дивизии. Строевая часть. Старший писарь.
05.1940. 2-е Орджоникидзевское военное пехотное училище. Учебный отдел. Заведующий делопроизводством.
31.05.1942. 33 гвардейская стрелковая дивизия, 62 Армии, Сталинградского фронта. Заведующий делопроизводством штаба.
10.08.1942. РСФСР, Воронежская область, Калачёвский район, в районе города Калач-на-Дону. Пленён (уточнение Геннадия Чернакова).
4.09.1944. В плену: Stalag 363 Харьков, Холодная Гора (Charkow, Kalter Berg), Stalag VII A Моосбург (Moosburg), Концентрационный лагерь Дахау (Konzentrationslager Dachau). Расстрелян за участие в сопротивлении фашистскому режиму (уточнение Геннадия Чернакова).
Гвардии техник-интендант 2 ранга (старший лейтенант) ГЛАДКОВ ПАВЕЛ НИКИТОВИЧ, 21.09.1914 года рождения, место рождения - РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Область Кубанского Казачьего Войска, Екатеринодарский отдел, станица Черноморская (по административному делению: 1. СССР: РСФСР, Краснодарский край, Горяче-Ключевской район, Черноморский сельский совет, станица Черноморская;
2. РОССИИ: Краснодарский край, муниципальное образование “Город Горячий Ключ”, Черноморский сельский округ, станица Черноморская), русский. Год призыва в РККА: 23.09.1937. Образование: 1. Гражданское (общее): Школа (6 классов; в 1930 г.; станица Саратовская, Горячеключевской район, Краснодарский край, РСФСР); 2. Военное: нет. В Великой Отечественной войне, с 06.1941 года, в должности (последняя): Заведующий делопроизводством штаба 33 гвардейской стрелковой дивизии, 62 Армии, Сталинградского фронта. 10.08.1942 года, пленен: РСФСР, Воронежская область, Калачёвский район, в районе города Калач-на-Дону. В плену: 1. Stalag 363 Харьков, Холодная Гора (Charkow, Kalter Berg), Рейхскомиссариат Украина (Reichskommissariat Ukraine), Третий Рейх (Das Dritte Reich); в н. вр.: г. Харьков (Ха́рків), Холодная гора (Холодна гора) - историческая местность находящаяся на территории административных Холодногорского и Новобаварского районов, Харьковской области (Ха́рківська о́бласть), УКРАИНЫ (Україна); 2. Stalag VII A Моосбург (Moosburg), военный округ VII – Мюнхен (München), Бавария (Bayern), Третий Рейх (Das Dritte Reich); в н. вр.: г. Мосбург-ан-дер-Изар (Moosburg an der Isar), район Фрайзинг (Freising), федеральная земля Бавария (Bayern), ФРГ (Bundesrepublik Deutschland); 3.08.1943 года, совершил побег: неудачно; 3. Концентрационный лагерь Дахау (Konzentrationslager Dachau), военный округ VII – Мюнхен (München), Бавария (Bayern), Третий Рейх (Das Dritte Reich); в н. вр.: г. Дахау (Dachau), район Дахау (Dachau), административный округ Верхняя Бавария (Oberbayern), федеральная земля Бавария (Bayern), ФРГ (Bundesrepublik Deutschland), лагерный №103322. В начале марта 1943 года в Мюнхенском лагере военнопленных, на Шванзеештрассе, под видом празднования дня рождения военнопленного красноармейца ПЕТРУШЕЛЯ РОМАНА ВЛАДИМИРОВИЧА, был образован подпольный комитет "БРАТСКОГО СОЮЗА ВОЕННОПЛЕННЫХ" ("БСВ"). В него вошли советские офицеры: майор ОЗОЛИН КАРЛ КАРЛОВИЧ, лейтенант медицинской службы ФЕЛЬДМАН ИОСИФ СОЛОМОНОВИЧ (выдававший себя за ГРИГОРИЯ ФИСЕНКО), лейтенант ГРОЙСМАН БОРИС ЛЬВОВИЧ (выдававший себя за МОИСЕЕВА ВЛАДИМИРА АНТОНОВИЧА), военный ветеринарный врач II ранга (майор) СТАРОВОЙТОВ ГЕОРГИЙ ЯКОВЛЕВИЧ, гвардии интендант 3 ранга (капитан) ЗИНГЕР МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ. В т. ч. организаторами “БСВ” являлась группа советских офицеров, в лагере советских военнопленных офицеров, в Мюнхен - Перлах (в Мюнхене-Гизинг на Шванзеештрассе), в основном участников обороны г. Севастополя: полковник ТАРАСОВ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ, подполковники: БАРАНОВ НИКОЛАЙ АНДРЕЕВИЧ, СЕРЕБРЯКОВ ПАВЕЛ АЛЕКСЕЕВИЧ, ШЕЛЕСТ ДМИТРИЙ СЕМЁНОВИЧ, ШИХЕРТ МИХАИЛ ПЕТРОВИЧ; майоры: КОНДЕНКО МИХАИЛ ИВАНОВИЧ, КРАСИЦКИЙ МИХАИЛ ЛЬВОВИЧ, МАКАРОВ, ОЗОЛИН КАРЛ КАРЛОВИЧ; батальонный комиссар БУГОРЧИКОВ ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ (выдававший себя за лётчика ПЕТРОВА ИВАНА); интендат 3 ранга ЗИНГЕР МИХАИЛ ИЛЬИЧ; красноармейцы: КОНОНЕНКО ИВАН ЕФИМОВИЧ?, ПЕТРУШЕЛЬ РОМАН ВЛАДИМИРОВИЧ. Одними из руководителей подпольного движения “БСВ” стал полковник ХАЙРУТДИНОВ МУЗАГИТ ХАЙРУТДИНОВИЧ. “БСВ” существовал с марта 1943—1944 гг. и являлся одним из крупнейших подпольных формирований военнопленных во время Великой Отечественной войны. В начале 1944 года, организация БСВ была раскрыта, 22.03.1944 года, передан гестапо, подвергнут жестоким пыткам, доставлен в концентрационный лагерь Дахау. Из показаний бывшего узника концентрационного лагеря Дахау генерал-майора Тонконогова Якова Ивановича (15.05.1897 - 15.05.1985) от 11.02.1950 г., который говорил “о стойкости, проявленной в ходе гестаповского следствия советскими офицерами - участниками подпольной организации…. особо отмечал мужество майора ОЗОЛИНА К. К., который был настолько искалечен эсэсовцами, что на допросы его возили на тачке.”. С Великой Отечественной войны не вернулся: 4.09.1944 года, в группе из 90 советских офицеров, из "БРАТСКОГО СОЮЗА ВОЕННОПЛЕННЫХ", был выведен на плац концентрационного лагеря "ДАХАУ". Площадь оцепили автоматчики. Группу отвели к крематорию, где унтерштурмфюрер Гейт зачитал им смертный приговор Имперского управления СС. Затем приговоренным приказали раздеться и встать на колени, спиной к стрелкам. Казнь была произведена выстрелом в затылок. На следующий день, 5.09.1944 года, были расстреляны, оставшиеся два, в том числе интендант 3 ранга ЗИНГЕР МИХАИЛ ИЛЬИЧ. В списке расстрелянных порядковый №27. Родственники: РСФСР, Краснодарский край, Горяче-Ключевской район, станица Суздальская, отец - Гладков Никита.

Данные из УПК (учётно - послужной карты, портал "ПАМЯТЬ НАРОДА").
Дата рождения 21.09.1914
Место рождения РФ, Краснодарский край; Черноморская; РФ, Красноярский край
Дата призыва 23.09.1937
Воинское звание техник-интендант 2 ранга ; интендант
Воинская часть 33 гвардейская стрелковая дивизия
33 стрелковая дивизия
Место выбытия Калач
Биография попал в плен

Учётно-послужная картотека.
Гладков Павел Никитович (Никитич)
Дата рождения: 21.09.1914
Место рождения: РФ, Красноярский край
Дата поступления на службу: 23.09.1937
Воинское звание: техник-интендант 2 ранга
Воинская часть: 33 гв. сд
Дата окончания службы: 04.09.1944
Причина выбытия: Погиб

Приказ об исключении из списков.
Гладков Павел Никитич
Дата рождения: __.__.1914
Воинское звание: техник-интендант 2 ранга
Последнее место службы: 33 гв. сд
Воинская часть: 33 гв. сд
Дата выбытия: __.08.1942
Причина выбытия: пропал без вести

Записи из БД офицеров ЦА МО РФ.
Гладков Павел Никитич
Дата рождения: 21.09.1914
Место рождения: Краснодарский край Горяче-Ключевский район станица Черноморская
Воинское звание: техник-интендант 2 ранга

Записи из военкоматов.
Гладков Павел Никитович
Дата рождения: __.__.1914
Наименование военкомата: Горячеключевский ГВК
Воинское звание: рядовой
Дата выбытия: 04.09.1944

Документ о военнопленных.
Гладков Павел Никитович
Дата рождения: 21.09.1914
Место рождения: РФ, Краснодарский край
Воинское звание: интендант
Последнее место службы: 33 сд
Воинская часть: 33 сд
Причина выбытия: попал в плен
Место пленения: Калач
Лагерь: шталаг VII A
Лагерный номер: 103322
Дата пленения: 10.08.1942

Гладков Павел Никитович
Дата рождения: 21.09.1914
Место рождения: Черноморская
Воинское звание: интендант
Причина выбытия: попал в плен
Место пленения: Калач
Лагерь: шталаг XIII A, шталаг VII A
Лагерный номер: 103322
Дата пленения: 10.08.1942

Приложение:
1. 33 гвардейская стрелковая Севастопольская Краснознамённая ордена Суворова дивизия ("ВИКИПЕДИЯ": clck.ru/3TF6Lz ); "RKKAWWII.RU", Соединения РККА в годы Великой Отечественной войны: https://rkkawwii.ru/division/33gvsdf1 ); уточнение поисковика Геннадия Чернакова в отношении командно - начальствующего состава: 1. Правильного написания фамилии, имени, отчества; 2. Года: рождения, смерти, пропажи без вести; 3. Военной судьбы:
- 33 гвардейская стрелковая дивизия:
"История. Дивизия была сформирована в пределах штатной численности на базе 3-го воздушно-десантного корпуса находясь на Таманском полуострове в мае 1942г. Входившие в состав корпуса 5-я , 6-я и 212-я воздушнодесантные бригады стали именоваться соответственно 84-м, 88-м и 91-м гвардейскими стрелковыми полками. Кроме того, в состав дивизии вошли: 59-й гвардейский артиллерийский полк, прибывший из Усть- Лабинска; 31-й гвардейский отдельный истребительно-противотанковый дивизион; 35-я гвардейская зенитно-артиллерийская батарея; 21-й гвардейский минометный дивизион и другие части. После поражения Крымского фронта дивизия прикрывала побережье Черного моря (от Анапы до Темрюка) от возможных десантов врага.
Штатная численность дивизии — 12795, по штатам марта 1942 г.-13113, полка — 2400 чел.
Вооружение дивизии: пушки 76-мм — 32, гаубицы 122-мм — 12, противотанковые (57-; 45- и 32-мм) пушки - 30, противотанковые ружья (ПТР) - 279, минометы 82-мм и 120-мм - 170, ручные пу¬леметы - 352, станковые - 114, крупнокалиберные и зенитные пулеметы - 15, винтовки и карабины - 9375, пистолеты-пулеметы ППШ — 655, автомашины — 154, лошади — 1800.
К концу мая 1942 г. оперативная ситуация в занятом немцами Крыму изменилась. Десанта врага на Тамань не последовало. Части дивизии сдали свой участок обороны соседней 32-й гвардейской диви¬зии (впоследствии удостоенной почетного наименования Таманской), приняла присягу у гвардейского знамени и прибыла на ж/д станцию Крымская в ожидании нового боевого приказа. В дивизии числилось тогда 12.500 человек.
В конце июня дивизия была отправлена в район Сталинграда. 4 июля 1942г. последние эшелоны дивизии разгрузились на железнодорожной станции Донская (г.Калач-на-Дону) Сталинградской области. Правда, положенного по штату количества грузовых автомашин (154 ед.) дивизия не получила. 11 июля, переправившись на пароме через р.Дон, 33 гв.сд совершила 60-ти километровый походный марш на северо-запад от Калача и заняла отведенный ей участок обороны на правом фланге 62-й армии.Правее, в сторону Клетской, расположилась 192-я стрелковая дивизия.
После поражения Юго-Западного фронта в Воронежско-Ворошиловградской операции во второй декаде июля 1942г. немецкие войска стремительно двигались по степи в излучине Дона надвигаясь на позиции 62-й армии генерала В. Я. Колпакчи, в которую вошла 33-я гвардейская. Огромные тучи пыли, поднимаемые немецкими моторизованными колоннами затрудняли авиаразведку. советских войск в излучине Дона практически не было. Остатки армий Юго-Западного фронта отходили к переправам через Дон и определить состав, численность и место сосредоточения основных усилий надвигающейся армады 6-й немецкой армии было затруднительно. 62-я армия развернулась на 100-километровом участке фронта от Клетской до Суровикино. Дивизии армии растягивались в нитку по 20 км на дивизию. В условиях степной местности и наличия у противника танковых соединений это не обеспечивало устойчивого фронта. Для вскрытия планов противника по риказу командира армии каждая дивизия создала передовые отряды, которые действуя на расстоянии нескольких десятков километров от позиций дивизии должны были задержать авангарды немецких войск и отойти обратно на позиции предупредив командование о надвигающейся беде и дать нашим войскам подготовить оборонительные позиции.
33-я гв. сд получила приказ о выдвижении такого отряда к станице Чернышевская. Именно им стал 88 полк, усиленный дивизионом 59 артполка и батареей истребительно-противотанкового дивизиона, а также приданным 651-м отдельным танковым батальоном. Командовал отрядом гв. майор П.В. Евдокимов, командир 88-го гвардейского стрелкового полка. Утром 16 июля 1942 года в станице Чернышевская передовой отряд 33-й гвсд вступил в бой. До 20 июля бойцы передового отряда вели бои за станицу, но вернуть ее обратно не удалось. Сказался недостаток сил, особенно артиллерии. 21 июля стало понятно что подошли основные силы противника и теперь противник начинает обходить позиции отряда с флангов. Решив что основную задачу по сдерживанию неприятеля отряд выполнил майор Евдокимов приказал отходить к промежуточной позиции у слободы Петрово. 22 июля части ПО были обойдены и уже фактически прорывались из окружения. ПО лишился практически всего личного состава. Погиб и командир отряда майор Петр Васильевич Евдокимов. Использование передовых отрядов было признано неудачным. Выделив в них до четверти своих сил дивизии сильно ослабили себя перед главными боями. Немцы сковав их с фронта небольшими силами обошли их с флангов. В итоге передовые отряды были поодиночке разгромлены двигающимися на восток немцами. Остатки их хаотично отошли мелкими группами на передний край обороны. Большая часть передового отряда (около 800 чел.) вышла на рубеж 84гвсп, а меньшая в полосу обороны 192сд. В общем ПО в который было выделено 3,5 тыс. бойцов был фактически разгромлен.
Основные силы 33гвсд занимали 22 км полосу обороны от хутора Калмыковский до совхоза Копонья Клетского района (84 гв.сп), и от Копаньи до хутора Киселева Суровикинского района (91 гв.сп). 88гвсп находился в резерве на правом берегу Дона у Калача. Штаб дивизии располагался в хуторе Рожковском. Выйдя к основной полосе обороны 62-й армии генерал Паулюс - командующий 6-й немецкой армии решил немедленно нанести удар по растянутым в тонкую нитку советским войскам. 23 июля XIV ТК Виттерсгейма (16тд, 60мд и 113пд) нанес удар по линии обороны 84гвсп на участке Березовый — совхоз Копанья и вклинился на 14км в оборону дивизии прорвавшись к совхозу 1 мая. В тылу армии находился 13ТК генерала Танасчишина (94 Т-34, 63 Т-70 и 10 бронемашин). Командующий Сталинградским фронтов ген-лейтенант Гордов приказал частям корпуса совместно с курсантами Краснодарского пехотного училища, 650-м танковым батальоном из состава 181сд и частями 33гвсд с утра 24 июля с рубежа Добринка нанести контрудар и восстановить положение. На подготовку удара отводилось 5 часов. Атаковавшие от Добринки 166 и 169тбр смогли остановить продвижение 113пд и стабилизировать фронт 33гвсд, однако частям 16тд удалось прорваться к Верхней Бузиновке на север и Качалинской на юго-восток выйдя глубоко в тыл частям армии. Вечером 24 июля германские «клещи» сомкнулись в районе Верхне-Бузиновки 184, 192-я стрелковые дивизии, 84 и 88 сп 33-й гв. стрелковой дивизии и 40-я танковая бригада были окружены. К исходу дня 3-я и 60-я немецкие мотодивизии прорвались к Дону в районе станиц Голубинской и Каменской. 91гв сп дивизии оказался вне кольца окружения. 26 июля командующий 62А генерал-майор Колпакчи был отсранен от командования армией. Новым командующим 62А был назначен генерал-лейтенант Лопатин.
Из немецкого отчета: По показаниям пленного офицера штаба 192-й стрелковой дивизии, в 62-ю армию включены 33-я гвардейская, 147-я, 181-я, 184-я, 192-я, 196-я стрелковые дивизии. 33-й гвардейской подчинено Краснодарское офицерское училище, 1600 человек. Якобы при транспортировке из Сталинграда в Калач 400 человек из него дезертировало. 33-й гвардейской подчинено Краснодарское офицерское училище, 1600 человек. Якобы при транспортировке из Сталинграда в Калач 400 человек из него дезертировало.
К оставшимся в окружении частям на самолете У-2 вылетел начальник оперативного отдела 62-й армии полковник Журавлев. Была образована т.н. группа полковника Журавлева, к которой несколько дней пытались пробиться танковые корпуса Сталинградского фронта. 28 июля частям 13ТК удалось прорваться к окруженным и привезти с собой 21 машину с горючим и боеприпасами. Но коридор немецкими войсками был тут же закрыт. Попытка прорваться на юго-восток окруженных частей была отбита, однако вечером 30 июля удалось прорваться на северо-восток в расположение частей 4ТА. 22ТК которой также настойчиво пытался прорваться к окруженной группе Журавлева. Прорвавшиеся с группой Журавлева 84 и 88 гв сп дальше действовали в составе 4-й ТА.
Утром 7 августа 6-я немецкая армия возобновила наступление на Калач по сходящимся направлениям с плацдарма на Чире с юга и с севера. К вечеру котел замкнулся. В окружение попали 91гвсп 33-й гвардейской стрелковой дивизии, 181, 147 и 229-я стрелковые дивизии, Краснодарское пехотное училище и некоторые другие части (всего до 30тыс. человек). С 9 августа наши части получили приказ отходить к Дону. Позднее Утвенко описывал эти события так: "К моменту приказа о прорыве на восток у меня было до трех тысяч людей, семнадцать орудий, тринадцать легких танков. Двинулись двумя колоннами напролом через овраги. Пушки – на руках. Прорвались на узком фронте, потеряв около трехсот человек. Немцы за ночь и утро перекинули полк пехоты еще восточнее нас и опять закрыли кольцо". Снабжение окруженных по воздуху отсутствовало, боеприпасы были на исходе, артиллерия – полностью уничтожена. Последний бой 33-й гв. стрелковой дивизии шел с 5.00 до 11.00 10 августа. «Сопротивлялись до конца. Я сам пять раз перезарядил маузер. Секли из автоматов. Несколько командиров застрелилось. Было убито до тысячи человек, но жизнь продали дорого». Остатки дивизии рассеялись по балкам и ручьям и мелкими группами пытались пробиться из окружения. В ЖБД 6-й армии указывалось: «К вечеру 10.8 русские скучены на пространстве примерно 6км в поперечнике. Он оказывает упорнейшее сопротивление, особенно севернее Савинского, и его приходится уничтожать на позициях. Пробиваясь через немецкие заслоны генерал-майор Утвенко вывел к Дону несколько сот человек (перед окружением группа Утвено насчитывала 3.5 тыс человек). После переправы через Дон с 16 по 25 августа остатки дивизии держали оборону под Алексеевкой. А потом со 2 по 6 сентября дрались под Сталинградом. Группа подполковника Барладяна (84 и 88сп) продолжала вести бои в севернее в районе Котлубани, а потом. 23 августа у поселка Рынок совершил прорыв к Волге немецкий 14-й танковый корпус, который не привел к захвату Сталинграда с севера, но группа полковника Утвенко на внешнем оборонительном обводе Сталинграда. После этого осталось от дивизии сто шестьдесят человек. 14 сентября 1942г., остатки дивизии переправились на левый берег Волги. Осенью 1942 года остатки дивизии погрузили в эшелон и направили в район Тамбова.
С 1 октября по 5 декабря 42г. находилась на формировании в районе ст. Тригуляй Тамбовской области. Входила в состав 1ГвСК 2ГвА.5 декабря был получен приказ на погрузку в эшелоны. 2ГвА перебрасывалась в район Сталинграда.
В декабре 1942 дивизия участвовала в отражении контрудара группировки Манштейна из района Котельниково, освобождении Тормосина – Калачевский, Октябрьский, Чернышковский, Котельниковский районы Сталинградской обл..
январь 1943 - участие в освобождении Ростовской области – Цымлянский, Константиновский, Семикаракорский, Багаевский, Аксайский (станица Старочеркасская), Родионово-Несветайский, Мясниковский, Неклиновский, Матвеево-Курганский (Миус-фронт) районы, г.Новочеркасск.
2-й гвардейский мехкорпус в ночь на 17 февраля 1943 г. у Матвеева Кургана форсировал Миус и углубился в оборону противника почти на тридцать километров, овладел его важным опорным пунктом - селом Анастасиевко. Закрепить успех мехкорпуса 2-я гвардейская армия, в чьей полосе наступления произошел прорыв в районе Матвеева Кургана, не смогла. Не сумели подойти к Анастасиевке и тылы корпуса с горючим и боеприпасами, в результате чего он вынужден был перейти к обороне в окружении. Вступившая к этому времени в Матвеев Курган 33-я гвардейская стрелковая дивизия получила приказ на прорыв к Анастасиевке для оказания помощи попавшему в беду корпусу.
Командир дивизии генерал-майор А.И. Утвенко поручил выполнение этой задачи двум своим стрелковым полкам, 88-му и 91-му, имевшим в своих рядах на тот момент соответственно 505 и 411 человек (и это с тыловыми подразделениями). Запас боеприпасов у полков был минимальным. В ночь на 19 февраля 1943 г. стрелковые полки (вернее, их остатки) и два дивизиона 59-го артполка по балке Широкой ушли в тыл врага, продвинувшись в глубь немецкой обороны более чем на десять километров. Однако прорвавшиеся наши части были окружены, без средств связи. Командиры окруженных частей, тщательно взвесив все обстоятельства, решаются на прорыв к линии фронта. Общее командование частями принимает на себя гв. подполковник Д.В.Казак, командир 88-го полка. Прорыв начали в ночь на 20 февраля. Ночная атака удалась, и полки заняли оборону на высоте 105,7, или Волковой горе. 7 марта 1943 г. Южный фронт после двадцатидневных кровопролитных боев перешел к обороне.
33-я гвардейская стрелковая дивизия, части которой вновь, как и в сентябре 1942 г., насчитывали всего лишь сотни бойцов, была снята с передовой и выведена в тыл уже 21 февраля 1943 г. В тылу дивизия приводила себя в порядок и получала пополнение.
5 июля 1943 г. немцы начали свое наступление под Курском, в центре советско-германского фронта. С началом немецкого летнего наступлени советское командование наметило провести ряд наступательных операций на других направлениях, расчитывая прорвать фронт пользуясь отвлечением значительных немецкий сил под Курск.
К середине июля 2-я гвардейская армия, а с нею и 33-я гвардейская стрелковая дивизия, совершив четырехсуточный марш из района Краснодон-Свердловск, заняла позиции восточнее Дмитриевки, во 2-м эшелоне готовящегося к наступлению фронта.
17 июля, в 3 часа 30 минут ночной бомбардировкой и мощным артобстрелом немецких позиций начался второй штурм Миус-фронта на участке Дмитриевка-Куйбышево. Предстояло силами трех армий (2-я гвардейская, 5-я ударная и 28-я) прорвать оборону противника на участке Куйбышево-Дмитриевка и взять Таганрог. Оборона противника была прорвана в первые же часы наступления, соединения 28-й и 5-й ударной армий, форсировав Миус, заняли ряд важных высот и несколько населенных пунктов на западном берегу реки. Этот узкий плацдарм в районе Дмитриевки, Мариновки и Степановки бойцы сразу назвали «маленьким Сталинградом».
Но развить успех и к исходу первого дня наступления выйти подвижными частями на рубеж реки Крынка, вторую полосу обороны «Миус-фронта», как планировало командование Южного фронта, не получилось. Уже во второй половине дня немцы из ближнего тыла подвели к месту прорыва танковые резервы. Начались тяжелые кровопролитные бои.
23 июля в районе Кринички, Калиновки и высоты 196,0 советские войска потеряли 93 танка. Разгар сражения достигал своей кульминации. С южного фаса Курского выступа вермахт вынужден был перебросить свой отборный 2-й танковый корпус СС в составе трех танковых дивизий, в том числе элитных «Дас Райх» и «Мертвая голова».
30 июля противник нанес мощный контрудар по прорвавшимся советским войскам. Невероятные по ожесточению бои разгорелись в районе Степановки и Мариновки. Немцы бросили на «маленький Сталинград» сотни танков и бомбардировщиков. Здесь 2-й танковый корпус СС потерял за два дня 239 танков и самоходных артиллерийских установок, что вдвое превысило его потери в боях под Прохоровкой 12-13 июля. И все же сил, имевшихся в распоряжении Южного фронта, явно недоставало даже для удержания захваченных на западном берегу Миуса плацдармов.
В двадцатых числах июля 33-я гвардейская стрелковая дивизия, форсировав Миус, сражалась у Степановки и Сауровки, в районе легендарной Саур-Могилы (Донецкая область, Украина). Наступление развивалось успешно, но 30 июля дивизия в результате танкового контрудара противника, поддержанного авиацией, вместе с соседней дивизией была окружена в районе Криничка-Калиновка.
В боевом распоряжении по 2-й гвардейской армии от 31.07.43 г. отмечалось: «Части 3-й и 33-й гвардейских дивизий в течение суток отважно и храбро дрались в окружении, сковав своими действиями большие силы противника, чем облегчили действия армии». Немалыми были потери дивизии, много бойцов попало в плен к противнику. Погиб командир дивизии генерал-майор Н.И.Селиверстов. Новым комдивом стал гв.подполковник М.А.Кузенков.
2-я гвардейская армия была усилена артиллерийской дивизией, истребительно-противотанковым и минометным полками, ей в помощь придавался и целый авиационный корпус. 33-я гвардейская дивизия к 10 августа закончила доукомплектацию личным составом и вооружением.
В августе части дивизии участвовали в прорыве обороны противника на Миус-фронте – Куйбышевский район Ростовской области. 33-я гвардейская дивизия (командир дивизии с 14.08.43 по 16.09.43 - гв. полковник Д.В.Макаров) с тяжелыми боями преодолела вторую полосу обороны противника, расположенную на правом берегу реки Крынка. Переправившись через эту степную речку, своими причудливыми изгибами и петлями тянущуюся к Миусу, части дивизии 25 августа 1943 г. вышли к важному тактическому рубежу - железнодорожной линии Харьков-Таганрог, одному из возможных путей отхода немцев из Таганрога.
Всего дивизия потеряла в боях за Донбасс 1501 человек (с 13 августа по 22 сентября 1943 г.).
29 сентября дивизия вышла на р. Молочная. Началось освобождение Запорожской области, а затем Херсонской. До получения новой боевой задачи подразделения дивизии находились в обороне на Днепре (Каховка – Британы) и Причерноморье (Скадовск).
С 31 января 1944 г. 1-й стр. корпус (с 33-й ГСД) передали в оперативное подчинение командованию 51-й армии, нацеленной на Крым, (через озеро Сиваш). 31 марта дивизия перешла Сиваш.
Она освободила Красноперекопский р-н, 13 апреля освободила Симферополь, затем Бахчисарай, 7 мая вышла к Южной бухте Севастополя. 9 мая 1944 г. он был освобожден.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 мая 1944 года дивизия награждена орденом Суворова 2-й степени и почетным наименованием «Севастопольская», (единственная из стрелковых). 15 июня дивизия выехала к месту назначения в Литву.
7 июля 1944 г. 2-я гвардейская армия была включена в состав 1-го Прибалтийского фронта. И дивизия отправилась на Запад. По дорогам Прибалтики. Двигались со скоростью 30-35 км. в день, в сторону Восточной Пруссии.
В связи с развитием успеха наших войск на елгавском направлении и угрозой путям отхода группы армий «Север» в Восточную Пруссию противник 27 июля сосредоточил за левым флангом армии в районе Кроки крупную танковую группировку. В состав танковой группировки противника входили 7-я танковая дивизия и танковый полк дивизии «Великая Германия», пехотная дивизия, 7 моторизованных полков и несколько отдельных батальонов. Эта группировка насчитывала в своем составе до 250 танков. В ходе наступления к утру 28 июля между соединениями 11-го и 13-го гвардейских стрелковых корпусов образовался значительный разрыв. В этот разрыв и устремились основные танковые силы противника.
28 июля левый фланг 2 ГвА был атакован двумя мощными группами танков и мотопехоты (примерно 150 танков), которые устремились в образовавшийся разрыв между 11-м и 13-м гвардейскими стрелковыми корпусами. Выход танков противника в тыл прорвавшейся на Расейняй (55 км западнее Кедайняй) 32-й гвардейской стрелковой дивизии генерала Закуренкова Н. К. заставил последнюю отходить на северо-запад, на Гринкишкис. Положение на левом фланге армии резко ухудшилось.
Встретив упорное сопротивление в районе Гудзюны, ударная группировка противника во второй половине дня 28 июля повернула большую часть своих сил на северо-запад, против частей 33-й гвардейской стрелковой дивизии, вышедших в район Гринкишкис. С утра 29 июля бои в этом районе разгорелись с новой силой. Части 33-й гвардейской стрелковой дивизии, особенно артиллеристы, дрались героически. Для отражения танковых атак почти вся полковая и дивизионная артиллерия была выдвинута на прямую наводку. Враг потерял несколько десятков танков, по прорваться 29 июля на Байсогала ему не удалось. Немецкое командование, видя, что все их танковые атаки на этом направлении успеха не получили, в ночь на 31 июля снова перегруппировали свои главные силы и с утра 31-го попытались прорваться на Сурвилишкис. Но генерал Чанчибадзе быстро предпринял разумный контрманевр, перебросив им навстречу часть своих резервов. Уже на другой день и на этом направлении противник выдохся. Он снова начал перегруппировку своих сил и пополнение их свежими частями. С подходом сюда 1-го танкового корпуса надежды врага на успех свелись к нулю. Убедившись в бесплодности своих атак, противник к вечеру 31 июля начал оттягивать силы в целях рокировки на другое направление.
30 июля 8-я гвардейская механизированная бригада (командир полковник С. Д. Кремер) из состава 3ГвМК, овладела Тукумсом и частью сил вышла к Рижскому заливу тем самым перерезав коммуникации немецкой группы армий "Север". Для восстановить связей со своей прибалтийской группировки противник начал подтягивать крупные силы для нанесения контрудара против войск левого крыла 1-го Прибалтийского фронта. В середине августа к западу от линии Елгава, Шяуляй сосредоточилось до семи танковых и трех пехотных дивизий, организационно объединенных в 39-й и 40-й танковые корпуса, вошедшие в состав 3-й танковой армии группы армий «Центр».
40-й танковый корпус (группа «Таураген») в составе трех танковых и двух пехотных дивизий должен был нанести удар на Шяуляй с запада и частью сил с юго-запада. В последующем корпус развивал наступление в северо-восточном направлении и во взаимодействии с 39-м танковым корпусом овладевал Елгавой. Свыше шести танковых дивизий, насчитывавших около 1000 танков и самоходных орудий, готовились обрушиться на левое крыло 1-го Прибалтийского фронта. Из них четыре дивизии противник сосредоточил перед фронтом 2-й гвардейской армии. В районе Кельмы сосредоточились дивизия «Великая Германия» и 7-я танковая дивизия, а в районе и Куршенай 5-я и 14-я танковые дивизии. В этих условиях 2-я гвардейская армия перешла к обороне и начала готовиться к отражению контрудара крупной танковой группировки.
Днем 16 августа после артиллерийской и авиационной подготовки противник силами до полка пехоты и при поддержке 60 танков контратаковал наши части из района Кельмы вдоль шоссе на Шяуляй. Однако противник натолкнулся на хорошо организованную оборону. Первый танковый удар врага на этом направлении приняли на себя части 33-й гвардейской стрелковой дивизии генерала П. М. Волосатых, которые упорной обороной не дали противнику развить успех вдоль шоссе на Шяуляй. Атаки противника на шоссе Кельмы — Шяуляй прекратились. Ценою больших потерь он продвинулся вдоль шоссе на глубину до 8 километров. Не добившись успеха на левом фланге армии, неприятель в тот же день предпринял наступление на правом фланге. До полка его пехоты при поддержке 80 танков и самоходных орудий атаковали наши войска в районе Куршенай.
С утра 17 августа противник возобновил контратаки, введя в бой до 300 танков и самоходных орудий. Создав значительное численное превосходство, он вклинился в оборону наших войск в районе юго-восточнее Куршенай на глубину до 8—12 километров. 18 августа неприятель при поддержке авиации вышел на подступы к Шяуляю, однако оборонявшиеся здесь части сами перешли в контратаку и отбросили врага. По решению командования фронта оборона Шяуляя усиливалась также соединениями 5-й гвардейской танковой армии и 103СК, которые к этому времени уже вышли в район восточнее города. 19 августа на усиление 2-й гвардейской армии прибыла 43-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада, которая сосредоточилась в районе Шяуляя и составила армейский артиллерийско-противотанковый резерв. Все эти мероприятия, своевременно осуществленные командованием фронта, позволили войскам 2-й гвардейской армии вести успешную борьбу с контратакующими танками противника.
Не добившись успеха в направлении Шяуляя, противник в последующие дни пытался атаковать в южном направлении с целью выхода на канал Виндавский. Одновременно до полка пехоты с 60—80 танками возобновили свои контратаки в районе Кельмы. Части 32-й и 33-й гвардейских стрелковых дивизий, действовавшие на этом направлении, оказали врагу упорное сопротивление и нанесли ему тяжелые потери.
К исходу 20 августа расстояние между частями противника, наступавшими с севера на канал Виндавский, и войсками, продвигавшимися им навстречу с юга, из района Кельмы, сократилось местами до 4 километров. Создалась реальная угроза окружения частей 33-й гвардейской и 126-й стрелковых дивизий. Командир 11ГвСК генерал-майор Рождественский просил командующего 2ГвА Чанчибадзе, на отвод полка из окружения, однако получил отказы и был обвинен в паникерстве. К участку прорыва выехал и командир дивизии генерал-майор Волосатых. Контратака силами подвижного отряда дивизии из роты пехоты при поддержке батареи 76мм пушек успеха не дала. В 22:00 командир дивизии получил от командующего армией приказ на выход из окружения. Разведка проведенная на Крутовяны сообщила что дорога для выхода из окружения перехвачена противником. Командир дивизии, оказавшийся вместе с окруженными частями (91гвсп, батальон 84гвсп, две батареи 59гвап) приказал им занять круговую оборону.
Утром противник предприняв атаку занял Куртовяны. В 11:00 окруженные части начали прорыв из окружения южнее Крутовяны по лесным тропам. Узкие лесные дороги ограничивали маневр колонн артиллерии, в результате чего большая часть артиллерии и минометов оказались в хвосте колонны. Командир дивизии имел возможность исправить данную ситуацию, но соответствующий приказ отдан не был. Обнаружив выход наших колонн из окружения немцы атаковали колонны с севера из Крутояны и юга со стороны Найси. Смяли отходившие колонны и отрезали к 14:00 оставшимся пути отхода. В окружении оказались командир 59гвап, 4 роты, обозы 91гвсп, часть артиллерии 59гвап. Всего до 800чел., 9 автомашин, 177 лошадей, 51 повозка, 36 пулеметов, 17 82мм, 4 120мм миномета, 8 45мм, 8 76мм, 7 122мм орудия. К 15:00 большая часть 91гвсп вышла из окружения, о чем командир дивизии сообщил командиру корпуса. Ввиду продолжавшегося наступления противника выяснить подробности выхода их окружения возможности не было. 91гвсп был придан под командование 32гвсд. Лишь к вечеру стало известно что из окружения вышли далеко не все части. Немцы окружили место сосредоточения обозов и артиллерии окруженного отряда танками и бтрами и рассеяли эти части, захватив всю тяжелую мат. часть. Командир 59гвап майор Поезжаев пропал без вести. До 26 августа продолжался выход мелкими группами по 5-50чел. окруженных. Всего вышло до 200чел. с легким вооружением. Ответственность за неудачных выход из окружения была возложена на командира 91гвсп подполковника Завьялова и командира дивизии генерал-майора Волосатых. 30 августа 1944 г. генерал-майор Волосатых был освобожден от должности и зачислен в резерв фронта.
22 августа немецкие войска продолжали атаковать части 32-й и 33-й гвардейских стрелковых дивизий, пытаясь прорваться к реке Дубисса, но безрезультатно. Не добившись успеха, гитлеровцы после 23 августа прекратили атаки на фронте 2-й гвардейской армии и перебросили часть сил на север, против войск 51-й армии.
В то же время командование 1-го Прибалтийского фронта сумело сосредоточить в районе Шяуляя значительные силы и нанести ответный удар, в результате которого неприятель был отброшен на 10—12 километров к западу от Шяуляя. В этом положении линия фронта стабилизировалась до конца августа 1944 года.
p>В октябре 1944г. 2 гвсд участвовала в Мемельской наступательной операции закончившейся выходом наших войск на побережье Балтийского моря между Лиепаей и устьем Немана и окончательным прерыванием коммуникаций с Восточной Пруссией немецкой группы армий "Север". Осенью после длительных боев, части 33гвсд закрепились на р. Неман.

В конце 1944 г., после освобождения Литвы, 2ГвА передали 3-му Белорусскому фронту, готовящемуся к участию в Восточно-Прусской операции.
В начале марта 1945 г. начались тяжелые бои. Дивизию выводят снова в резерв, передав в 43-ю армию.
Началась подготовка к штурму Кенигсберга. Для тренировки был построен макет города-крепости. Вскоре дивизию выводят на передовые позиции.
6 апреля начался штурм Кенигсберга. 9 апреля 1945 г. Кенигсберг прекратил сопротивление и капитулировал.
К 25 апреля была разгромлена Земландская группа немецких войск. Наши войска овладели военно-морской базой Пиллау. Дивизия вышла к Балтийскому морю и заняла оборону.
Здесь, в Восточной Пруссии, встретили гвардейцы Великую Победу советского народа над фашистской Германией.";
В Действующей Армии: 30.05.1942 — 05.08.1945.
Командование.
Управление.
Командир: УТВЕНКО АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ, гвардии полковник (гвардии генерал-майор). В должности: 16.08.1942 — 17.04.1943.
Состав:
84-й гвардейский стрелковый полк.
88-й гвардейский стрелковый полк.
91-й гвардейский стрелковый полк.
59-й гвардейский артиллерийский полк.
31-й отдельный гвардейский истребительно-противотанковый дивизион.
21-й (17-й) гвардейский миномётный дивизион (до 20.10.1942).
35-я отдельная гвардейская зенитная артиллерийская батарея (до 25.4.1943).
21-я гвардейская разведывательная рота.
40-й гвардейский сапёрный батальон.
45-й отдельный гвардейский батальон связи.
37-й медико-санитарный батальон.
35-я отдельная гвардейская рота химической защиты.
42-я автотранспортная рота.
32-я полевая хлебопекарня.
22-й дивизионный ветеринарный лазарет.
1916-я полевая почтовая станция.
146-я полевая касса Госбанка.

Горячий ключ. ВОВ 1941-45 гг..

Обелиски и памятники, а также участников Великой Отечественной войны 1941-45 гг.. ( Фото, описание, воспоминания.)