Пупышевы

Лучше я расскажу всё, что знаю, и будем думать вместе, может какие-то идеи появятся, как мне искать сведения по этой линии.

Дед мой (именно он стал прототипом героя повести моего отца "Слово о лыжном разведбатальоне", выдержавшей уже 4 издания) Пупышев Александр Алексеевич родился в июне 1911 года неизвестно где. Родители его, по словам отца - Алексей Васильевич и Любовь Александровна. Насколько эти сведения верны, судите сами. Дед после войны работал на обувной фабрике каменщиком. Уходил засветло, возвращался затемно (нужно было пешком пройти из одного конца города в другой), о предках не распространялся, да и некогда было. Отец был вечно голодным ребёнком, занятым проблемами текучего момента. К тому же много учился  (школу закончил с одними пятёрками), много занимался спортом (где тоже преуспел, был, например чемпионом города по стрельбе из пистолета, кандидатом в мастера спорта по разным видам, кажется, легкая атлетика, лыжи, биатлон, возможно ещё что-то, а также, правда это уже в ВУЗе, получил 1-й разряд по шахматам), потом 3 года армии (войска связи) и московский ВУЗ, больше он в Сарапул не возвращался, только на пару дней в гости. Поэтому о предках почти ничего не знает. И сам сокрушается по этому поводу.
Но однажды, говорит, приезжал из Москвы на каникулы в Сарапул, шёл по родной улице Пионерской и разговорился с рядом идущей пожилой женщиной. Она его и спроси:
- А ты сам-то чей будешь?
Да вот, говорит, из дома 19а, Пупышев я!
- А! - обрадовалась старушка. - Это Любовь Александровны внук, значит?! Хорошая была какая женщина! Ты заходи ко мне, я вооон в том доме живу, я многое про твоих родных знаю.
Хотел отец к ней в другой раз зайти, да позабыл, а скоро и уезжать надо стало. Но имя "своей бабушки" запомнил. Однако ж - не перепутала ли что-то та женщина? Не обозналась ли? Ничего-то мой отец не проверил, не узнал...
И я сильно сомневаюсь, что кто-то именно на Пионерской улице мог что-то знать о наших предках. Ведь сколько раз переезжали! Хотя... может быть изначально они там и жили? Отец деда, говорят, был печник (он и научил деда печи складывать, чем он после работы и занимался), а одну из дочерей дед назваль Любой. Тоже ведь, получается, Любовь Александровна! Скорее всего в честь бабушки...

Дед был женат много раз (сколько - одному Богу известно). Я знаю только, что бабушка моя была младше его на 12 лет. Где-то у родственников есть его довоенная фотография - красавец-блондин в военной форме сидит на коне, на боку сабля. Балагур, никогда он не сидел на месте, а если и сидел, то рот его не закрывался, и он всё время шутил, рассказывал какие-то интересные вещи, подбивал людей на какие-то весёлые дела, и очень любил возиться с нами - детьми, все деньги, какие были в кармане, сразу тратил на ребят - шарики, конфеты, пирожки... Мне кажется, он редко задумывался о будущем, всегда жил настоящим. Мама говорила, что такого женского любезника больше в жизни никогда не встречала: всегда поцелует руку, ухаживает, развлекает...

На войне он был десантником. Хорошо знал звёздное небо, любил его. Учил немецкий язык. Осваивал приёмы рукопашного боя. Регулярно их, бойцов 1-й маневренной воздушно-десантной бригады 1-й гвардейской дивизии, забрасывали в тыл врага на парашютах, переходили они линию фронта и ночью на лыжах. Немало пережил он в эти дни и славных приключений, и трудных дней и ночей. Рядом гибли люди, с которыми он... вот только что шутил, обменивался какими-то словами, да просто жил плечо к плечу и вдруг... Однажды весь десантный отряд, кроме него, погиб. А он тридня шёл через леса по глубокому снегу на лыжах, обморозил пальцы ног (их пришлось потом отрезать), но вышел к нашим с важным донесением, за что и получил свой орден "Красной звезды". А впереди много ещё у него будет орденов и медалей, и... много ему ещё шагать своими изувеченными ногами по разным странам Европы. Войну он закончил в Гратце. Там, кстати, вышел забавный случай. Его отряд вошёл в маленький австрийский или немецкий город, бойцы быстро заняли все важные объекты, расположились в каким-то административном здании, и докладывают начальству о своих успехах. Начальство говорит "Молодцы!", а потом вдруг спохватывается и кроет их матом: "Какой вы взяли город? Вы чё там? Это же союзники его должны были брать! Немедленно мотайте оттуда! И ещё пара фраз без падежей.."

И к этому добавились ещё поиски брата деда. Отец говорил, что точно не помнит, кто из них был старший. Возможно именно брат был усыновлён и поменял фамилию, а дед изначально был Пупышев!

Какова же судьба его брата? Я помню, дед рассказывал, что его брат был морским пехотинцем и сгинул под Ленинградом кажется в 1943 году. Мне казалось, что он называл его Василием. Так вот послал я запрос на Василия Алексеевича Пупышева (Шадрина), пропавшего без вести, в ижевский архив. Ответили быстро - такого человека никогда не было. Прочитал я ответ отцу, а он и говорит: "Так ведь его Михаилом звали! И меня так же назвали в его честь."

Вот это да! Ну, что ж, делаю ещё один запрос. Ответ приходит совсем уж неожиданный:

Пупышев Михаил Алексеевич, 1913 г.р. (значит, мой дед его старше!) погиб и похоронен в Венгрии в 1944 году. Родился и призван в армию Сарапуле.

Как же так? Может быть это не он? Ведь он же пропал без вести в 1943-м? Родственники не указаны (а должна быть жена - Нина, которую он когда-то отбил у моего деда "по-братски", родственники говорят, что она работала в обществе глухих), не сказано, что он был морским пехотинцем, вообще информации минимум. Что же теперь - ехать в сарапульский военкомат и проверять? Да, неплохо бы найти данные на него... Но в любом случае вопрос о смене фамилии моим дедом там решён не будет. Его брат, похоже, Пупышев, а не Шадрин.

Вчера на рассвете умер отец. Даже не проснувшись. Светлая память.

Удивительный он был человек. Куда я не приходил (на завод, где он работал, в научно-исследовательский институт, в редакции газет) - его везде помнили и уважали. Любили. Стоит только назвать фамилию, тут же ко мне возникает интерес такого рода: а не Михаила ли Александровича сын? Как он? Привет ему огромный от всех! В самых разных местах его помнят...

Да, расказчик он был хороший, любую попутчицу в купе так заговаривал, что она, заслушавшись, чуть не проезжала свою станцию! Любил писать маленькие рассказы, стихи, сочинял даже киносценарии (например "Спартак"). А ещё одной страстью были шахматы. Всегда участвовал в крупных турнирах, написал огромный труд (правда, неизданный). Писал и книги для детей. Ульяновцы же знают его по повести "Слово о лыжном разведбатальоне", победившей на областном конкурсе среди десятков тысяч представленных там произведений. Молодёжь с удовольствием читает эту книгу и хвалит автора, что меня очень удивляет, ведь молодёжь вообще мало читает.

Любил он всевозможные конкурсы, например по составлению кроссвордов (особенно в период работы корректором в популярной газете "Град Симбирск"), любил играть и выигрывать призы и даже участвовал в передаче Леонида Якубовича "Поле чудес", на которую попал по признанию одной из секретарш известного телеведущего именно потому, что написал им очень весёлое письмо про самого себя, так что она, прочитав, хохотала весь день и не могла остановиться!

А главное он был настоящий семьянин. Теперь таких нет просто потому, что люди очень заняты (своей работой, собой, хобби). Он же всего себя отдавал нам, детям. Помню даже на защите диплома в Московском институте управления он больше думал о том, куда бы нам с ним ещё пойти (отец взял меня, семилетнего, с собой в Москву на неделю), что мне показать, куда вместе пойти. Ни тогда (и вообще ни разу в жизни) он не сказал мне, что ему некогда, он всегда откладывал любые дела и играл со мной во что-то, а больше рассказывал: про звёзды, про другие миры и страны, про прошлое и будущее, про всё, что знал. По вечерам мы с ним гуляли, порой очень далеко от дома. А на парадах, когда все такие нарядные, когда праздник, когда цветы и шары, я сидел у него на плечах - выше всех, всё видел и махал всему миру флажком. А на ночь слушал его сказки собственного сочинения. Да, мне почему-то больше всего вспоминается дошкольное детство... Может быть потому, что именно в том возрасте детям как раз и нужно внимание, позже оно начинает раздражать, чрезмерная опека уже лишает тебя самостоятельности...

Потом он уехал на стройку нового авиационного завода в Ульяновск (мы жили тогда на Урале, в Березниках), и не виделись, увы, подолгу. Полтора года он жил в общежитии, зарабатывал здесь коммунальную квартиру, потом ещё три - отдельную. В Березниках он оставил очень важную должность - начальника отдела сбыта (калийных удобрений), здесь же на заводе стал простым рабочим, правда высшего разряда. И только потому, что климат в Березниках был вреден нам, детям, и мы часто болели (а квартира там была, её тоже пришлось оставить).

Подбирал, спасал, кормил бродячих животных, всегда умел выразить сочувствие людям, и всегда старался помочь чем мог. Острое чувство справедливости гнало его по кабенетам начальства, в редакции газет. Большинство статей, им написанных, были посвящены именно простым людям, униженным и оскорблённым.

Очень любил жизнь.

Спасибо большое. Вы сочувствуете незнакомому человеку, это говорит о многом.

Дорогой Андрей!
Примите и мои искренние соболезнования.
Такая утрата - нескоро придешь в себя. Светлая память Вашему
замечательному отцу. Она будет в Ваших делах, находках,
доброте и в потомстве. Всей душой с Вами.
Сочувствую бесконечно.