Ягодины, старообрядцы Пилипов-Хребтиевских

Начинаю с Касаткина.
КУРСКАЯ ГУБЕРНИЯ.

ИССЛЕДОВАНИЕ ГОВОРОВ РУССКИХ СТАРООБРЯДЦЕВ В ИНСТИТУТЕ РУССКОГО ЯЗЫКА ИМ. В. В. ВИНОГРАДОВА РАН

"С 1950-х гг. в Институте русского языка им. В. В. Виноградова РАН ведётся работа по изучению говоров русских старообрядцев, проживающих в России и за её пределами.
В 2005 г. Л. Л. Касаткин, Т. Б. Юмсунова и И. И. Исаев записали 26 часов звучания речи жителей села Пилипы-Хребтиевские Новоушицкого района Хмельницкой области Украины — старообрядцев.

АКАНЬЕ И ЯКАНЬЕ В ОДНОМ СТАРООБРЯДЧЕСКОМ ГОВОРЕ И ВОПРОСЫ ИСТОРИИ ЭТИХ СИСТЕМ ВОКАЛИЗМА

"Говор села Пилипы-Хребтиевские Ново-Ушицкого района Хмельницкой области Украины был обследован мною вместе с ещё двумя сотрудниками отдела диалектологии Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН в 2005 г.
На магнитофоны было записано от десяти пожилых местных жителей 18 часов 30 минут звучащей диалектной речи".

- Такой вокализм характерен для Юго-Западной диалектной зоны России и для Северо-Восточной диалектной зоны Белоруссии.
Однако в говоре Пилипов-Хребтиевских отсутствуют типичные черты, характерные для белорусских говоров Северо-Восточной зоны,
и есть много таких черт, которые типичны для русских говоров Юго-Западной зоны, что свидетельствует о происхождении предков современных жителей Пилипов-Хребтиевских именно из этих мест.

- После мягких согласных в 1-м предударном слоге на месте фонемневерхнего подъёма в говоре Пилипов-Хребтиевских наблюдается мосальский (витебский) тип диссимилятивного яканья.
В Пилипах-Хребтиевских мосальский тип, как и в других русских говорах, тоже не «чистый».
По-видимому, у предков жителей Пилипов-Хребтиевских мосальскийтип яканья формировался вторым, нефонетическим путём.
Это значит, что предки жителей Пилипов-Хребтиевских бежали на Украину с территории современного распространения говоров с суджанским типом яканья.

- Такое произношение, широко распространённое на территории Южного наречия и части среднерусских говоров

- Формирование мосальского типа яканья в говоре предков жителей Пилипов-Хребтиевских, следовательно, происходило в эпоху, когда /ѣ/ в середине слова уже совпала с /е/,
а в конечном открытом слоге ещё могла реализоваться особым звуком. Разница в произношении предударных звуков перед конечным и неконечным в слове ударным [е] из /ѣ/ — свидетельство этого этапа в истории /ѣ/.
Об отражении такого этапа истории /ѣ/ в памятниках письменности XVII в. писал С. И. Котков о жалобе путивльцев 1626 г.
В первой половине XVII в. в курском диалекте и в XVII в. в брянском диалекте и новосильских говорах «фонема 〈ě〉 полностью совпала с 〈е〉». К востоку от этих территорий в XVII в. /ѣ/ ещё сохранялась.

НЕОПРЕДЕЛЁННЫЕ МЕСТОИМЕНИЯ И НАРЕЧИЯ С ПОСТФИКСОМ / СУФФИКСОМ -СЯ/-СЬ В ГОВОРАХ РУССКИХ СТАРООБРЯДЦЕВ: II. Описания диалектов и отдельных диалектных черт

- Значение неопределённости у местоимений и наречий передаётся в русском литературном языке и во многих русских говорах при помощи частицы -то: кто-то, что-то, какой-то, чей-то, сколько-то, где-то, куда-то, откуда-то, как-то и т. п.
Частица -то с её вариантами по говорам может употребляться и как усилительно-выделительная: дом-то (или дом-от), село-то, река-то (или река-та), кони-то (или кони-те, кони-ти) и т. п.
При этом для юго-западных говоров эта частица не характерна (отсутствует она и в украинском и белорусском языках);
Очевидно, не характерна она была для этих говоров и при местоимениях и наречиях со значением неопределённости.
Об этом может свидетельствовать образование этих слов с аффиксом -ся (-са)/-сь в обследованном мною в 2005 г. старообрядческом говоре села Пилипы Хребтиевские Новоушицкого р-на Хмельницкой обл. Украины,
основанного, по словам его жителей, выходцами из Курской губернии и не имеющего сколько-нибудь тесных связей с липованскими селами.

Какие выводы из работ Касаткина:

1) Вокализм говора типичен для Юго-Западной диалектной зоны России.

2) Наличие следов суджанского типа яканья указывает на конкретную территорию внутри этой зоны — Суджанского района Курской губернии и соседних территорий (на границе с нынешней Орловской и Белгородской областями), район современной Курской области (города Суджа, Путивль, Обоянь, Рыльск).

3) Касаткин предполагает время исхода (консервации языка) по тому, как в говоре сохранились следы исчезнувшей буквы «ять» (/ѣ/). Т.е. ушли в языковую изоляцию в середине — второй половине XVII века. Если бы они остались в Курске до XVIII века, язык успел бы измениться, и остатки старого произношения «ятя» на концах слов исчезли бы окончательно.

4) Из-за мосальского типа яканья очевидно, что после того как покинули прародину, язык изменился искусственно (по аналогии).
Это прямой вывод, что они не сразу пришли в Подолье, а пожили в огромном «плавильном котле» с другими старообрядцами (на той же Ветке или в Стародубье), где их изначальный курский говор подстроился под речь единоверцев.

5) Касаткин прямо говорит, что жители считают, что пришли из Курской губернии. т.е. лингвистический анализ подходит под предполагаемую географию.


Предки жителей Пилипов — это выходцы с курского пограничья (ареал суджанского яканья), которые покинули свои исконные земли в середине — второй половине XVII века.
В процессе миграции и жизни в крупных старообрядческих центрах их язык слегка видоизменился, после чего они принесли этот уникальный язык в Подолье, где он и законсервировался благодаря религиозной изоляции общины.