Барышня-крестьянка и теория пяти рукопожатий

Есть в этом браке легкая нестыковка, но она меня не смущает. Или невеста откушала молодильных яблок, испила живой водицы и окунулась в чан с молоком кобылиц – или что там было положено для обретения молодости, но только по метрикам она должна быть на 6 лет старше.

Дочь Екатерина родилась у Прокофия Шпилевого в ноябре 1818 года. То есть в день венчания ей никак не могло быть 17 лет. Есть, конечно, вероятность, что родившаяся в 1818 году Екатерина умерла, и в 1823 на свет появилась вторая, она-то и вышла замуж в 1841 году… Впрочем, папенька невесты к этому времени мог выправить дочери совершенно любую бумагу с любой датой.

Поэтому начнем мы с папеньки…
Крепостной малороссиянин Прокофий Шпилевой с ранней молодости отличался необыкновенной предприимчивостью. К 25 годам он служил писарем вотчинной конторы Воронцова в том самом Широком Уступе. В 1816 году именно Прокофий подавал и подписывал сказки по вотчине. Ревизские сказки всех четырех воронцовских слобод Аткарского уезда 6 и 7 ревизий заполнены его почерком.



К 1823 году Прокофий накопил уже достаточно средств, чтобы купить себе свободу. Он откупился на волю сам с женой и детьми, выкупил младшего брата Петра. А вот средний брат, мой предок Андрей так и умер крепостным...

Обретя свободу, Прокофий объявил капитал, записался в саратовские купцы и активно принялся скупать дома в разных частях Саратова. На чем он создал первоначальный капитал, непонятно, но в Саратове занимался торговлей.
В саратовских документах Прокофий особо не наследил. Но его оборотистость и там взяла верх, и в 1830-е годы он уже свой в среде саратовского купечества и гласный городской думы.

Но это было только начало! К 1838 году он был уже не просто гласным думы, но и исполнял должность саратовского городского головы и выдавал горожанам паспорта.



Неплохая карьера для вчерашнего крепостного! Поэтому брак воронцовского управляющего с дочерью Шпилевого мезальянсом ни с какой стороны не был. В Думе Прокофий руководил, ни много ни мало, Палатой мер и весов, выражаясь современным языком. Отделения для поверки и клеймения мер и весов были созданы при городских думах с 1842 года. Поверка весов и гирек каждой лавки Саратова (читай - легальность всей городской торговли) оказалась в его руках.

Как и когда Прокофий расстался с городской службой, неизвестно. Но в 1845 Саратовское губернское правление наложило запрещение на имение Прокофия. За годы службы гласным на него сделан начет на 2690 рублей серебром. А на секретаря Думы Василия Булатова целых 9 тысяч рублей. В 1848 году с Прокофия собирались взыскать за содержание весов и мер уже 4162 р. Видно, с городской казной Прокофий Евдокимович был накоротке…

Удивительно, но управляющий Никандр Конев оказался личностью не совсем незаметной, и оставил документальный след. Сколько лет он прослужил в Широком Уступе, неизвестно, но в 1849 году он всплывает уже в Инсарском уезде Пензенской губернии и возглавляет Иссинскую вотчинную контору Воронцовых. Было ли это повышением или понижением, сказать сложно.

Опубликованы два рапорта Никандра Конева в Московскую контору – о праздновании в имении по случаю пожаловании Воронцову княжеского титула и о торжествах по поводу бракосочетания Семена Михайловича.



К делу управляющий Иссинской конторой подходил творчески – на торжества собирал у себя в конторе стариков со всех селений вотчины и накрывал им столы. А по случаю венчания молодого князя собирался преподнести ему от имени крестьян икону патронального святого в серебряном окладе.

Его рапортам свойственны литературные украшательства, стало интересно – это личные особенности или следствие полученного образования?

Метрик Широкого Уступа оцифровано совсем немного. Следующий оцифрованный год после 1841 – 1846. Следов управляющего и его жены в этой метрике нет. Следом еще одно разочарование.

В 1848 году умерла жена Прокофия Евдокимовича и мать Екатерины Прасковья Лукьяновна. Но в ее завещании дочь Екатерина Конева не упоминается... Все имущество она оставляет сыну, чтобы тот выплатил по 3 тысячи рублей незамужним сестрам (вот и доказательство, что Никандр Конев действительно стал землевладельцем на деньги жены).

1848 г. Іюля 20-го, засвидѣтельствовано духовное завѣщаніе, учиненное женою Саратовскаго 3-й гильдіи купца Прасковьею Лукьяновою Шпилевою, писанное на простой бумагѣ, по коему предоставила она сыну своему Григорью Прокофьеву Шпилевому имѣніе, заключающееся въ деревянныхъ съ усадебными мѣстами трехъ домахъ съ пивовареннымъ на нихъ при одномъ домѣ заводомъ и разнымъ строеніемъ, состоящихъ въ 1, 1, 2 и 3 частяхъ г. Саратова, стоющихъ по объявленію наслѣдника Шпилеваго 7,000 руб. серебр. съ тѣмъ, чтобы онъ выплатилъ двумъ сестрамъ своимъ Прасковьѣ и Александрѣ Прокофьевымъ Шпилевымъ 6,000 руб. серебр. Принято за листъ, на которомъ по оцѣнкѣ имѣнія на 7,000 руб слѣдовало написать завѣщаніе 15 руб. и за актъ 3 руб. серебр.
https://yandex.ru/archive/cata...32776b1/42

Неужели Екатерина умерла до 1848 года и тогда искать ее потомков бессмысленно?

След Алексея Конева обнаружился в совершенно неожиданном месте - в РГА ВМФ.

Конев Алексей Никандрович 1868 – 1872
РГА ВМФ Фонд 1212, Опись 2, Ед.Хр.405 Штурманское училище Балтийского флота. (1856-1872)

В 1872 году из стен Штурманского училища Балтийского флота вышел 18-летний кондуктор морской артиллерии Алексей Конев.


Но уже в 1873 году его след теряется. Искать унтер-офицеров и младших офицеров флота еще хуже, чем коллежских регистраторов и прапорщиков. А впереди была Русско-турецкая война….

Ответ на мои вопросы лежит в личном деле студента Московского университете Сергея Конева. Но я изначально затеяла этот поиск как онлайн-детектив, и просмотр пока не заказывала.

Есть еще Дело о назначении доктора коллежского советника С.Н. Конева врачом при Доме призрения малолетних бедных Начато 18 января 1900 г. - 1900. РГИА. Ф. 768. Оп. 2. Д. 776, которое доступно в Президентской библиотеке. Будет ли там информация о происхождении, не знаю.

Моя интуиция исследователя говорит, что Сергей Конев - наш! А если вдруг не наш, то историей одного хорошего человека станет больше.

В Московский университет Сергей Никандрович Конев поступил в 1879 году. В тот же год на медицинский факультет университета поступил сын купца из Таганрога Антон Чехов. Студент по фамилии Конев был однокурсником автора рассказ «Лошадиная фамилия». И я не думаю, что это просто совпадение))

Так в нашей теории пяти рукопожатий добавился добавился еще один классик русской литературы.

Курс Сергея Конева и Антона Чехова дал России видных практикующих врачей:
«Докторами медицины из числа бывших сокурсников А. П. Чехова были В. Я. Головацкий , свободно практикующий врач-гематолог М. Ю. Гуревич, земский врач Воронежской губернии, а затем врач воспитательного дома, ученик А. П. Доброславина С. Н. Конев, военный врач К. А. Шамраев, петербургский врач А.Д.Любимов ; врач Витебской губернии П.Ф.Новлянский; тульский, а затем петербургский врач Ф.П. Поляков; известный врач - гематолог А.В. Попов; хирург В.В.Правдолюбов, ученик известного хирурга А. А. Троянова ), Я. Я. Пре- ображенский автор диссертации "Об иннервации сосудов почек". (Сборник «Клиническая медицина, том 64, 1986 год, с. 145)

Следы Сергея Никандровича обнаружились последний раз в начале 1920-х годов. Он служил в Управлении Петроградского Округа путей сообщения.
ЦГА СПб. Фонд Р-2139. Опись 11. Дело 770
Конев Сергей Никандрович
Северо-Западный РУПР / Личные дела 1920-1922

Без особой надежды на успех я попыталась отыскать его семью.

"Коллежский советник Сергей Никандрович Конев с женой Еленой Александровной в 1901-07 жили в доме №12 в Свечном переулке, а потом в доме №22 по Ямской улице." (Тамара Крашенинникова, Аркадий Векслер. Владимирский округ. Большая и Малая Московские улицы и улица Правды. М. 2010)

Вот только по Справочнику "Весь СПб" за 1916 год жену Конева звали не Елена Александровна, а Любовь Александровна. Супруги жили в доме № 27 (а не 22) на улице Достоевского.
(непрошенный совет перфекциониста - верить нельзя никому, даже себе перепроверять данные из любой литературы, особенно краеведческой)

Спустя 25 лет Любовь Александровна все еще проживала в том же доме на Достоевского.

Конева Любовь Александровна, 1870 г. р. Место проживания: ул. Достоевского, д. 27, кв. 9. Дата смерти: январь 1942. Место захоронения: неизвестно. (Блокада, т. 14) https://visz.nlr.ru/blockade/show/1225489

Первую блокадную зиму не пережили еще две старушки из той же квартиры:

Баранова Анна Ивановна, 1945 г. р. Место проживания: ул. Достоевского, д. 27, кв. 9. Дата смерти: ноябрь 1941. Место захоронения: неизвестно. (Блокада, т. 2)
Долгина Симма Яковлевна, 1865 г. р. Место проживания: ул. Достоевского, д. 27, кв. 9. Дата смерти: январь 1942. Место захоронения: неизвестно. (Блокада, т. 8)
Квартира Коневых к этому времени видимо стала коммуналкой.