Соболевка

Соболевка
В РОДНЫХ КРАЯХ РОМАШКОЙ ПАХНЕТ ВЕТЕР

Декабрь сорок первого выдался суровым и снежным, сугробы возвышались в иных местах в рост путника, метели были такими частыми и злыми, колючие иглы вьюги не давали пройти без отдыха и нескольких десятков метров дороги. Вот в такое время и сошел с поезда на станции Тяжин широкоплечий паренек, в солдатской шинели , кирзовых сапогах и туго забинтованной рукой. Как и полагалось, первым делом-в военкомат, должить о возврашении с фронта. Позади у солдата остались госпитальные дни в Алма-Ате, короткие, вронтовые пути-дороги. Впереди был тыл, большая жизнь и такая же - работа, уволенного по ранению и вернувшегося в далекую Сибирь.
Петра Урбана военком узнал сразу. Да и как было забыть такого веселого паренька деревни Соболевки, которого сам же напутствовал на военную службу в июне, самом начале войны. Пренька, чья гармошка в часы отъезда пела и рыдала на тяжинском вокзале, расставаясь с родными и ничуть не надеясь вернуться с такой жестокой битвы. И вот он сам на пороге, стоит, улыбается сквозь душевную и настоящую такую ноющую боль в руке.
Военком набрал телефон председателя тяжинского райисполкома Дудищева, тот в свою очередь велел позвать завхоза Гасенко, по отчеству Алексеевича и пригласить в кабинет инструктора Даниила Никифоровича Кокряцкого, прошло примерно час, и тройка лошадей, запряженная в кошеву и одетая в самую нарядную сбрую, с тремя седоками помчалась по заснеженной дороге в сторону Борисо-Глебки, повернула на Каменку и миновав ее, направилась в таежную Соболевку. Солдату было нисколечко не холодно: от охватившей его радости свидания с домом и от теплого стеженого одеяла, которорое Даниил Никифорович успел приобрести спецйально для его, Урбана, чтобы сохранить ноги в такую зимнюю стужу.
Тройка остановилась у добротного дома Ефима Урбана под вечер. На крыльцо, с любовь сделанное его хозяином несколько лет назад да так на него и не ступившего, не успевшего находиться по нему Ефима Урбана, никто не выходил. Петру понятна была обстановка - отец в 1937 как ушел из дома, вернее забрали по линии НКВД, так как сквозь землю канул. "А мама, где же наша мама? - подумалось пареньку. - Почему-то она не слышит такой радости? Неужели приболела"? И родительская скрипучая дверь быстро отворилась Петру.
Династию Урбан уважали в деревне. И хоть Марийке нелегко было без мужа детей поднимать, зато работящими они уродились, без подсказки да указки знали, с чего день начать. Что Бронислав, что Иван с Николаем, что дочка Женя. И дав отдохнуть всего несколько дней, деревня решила - быть Петру Ефимовичу Урбану председателем колхоза имени Стаханова, последователем дела ИосифА Мартыновича Нечаева, Владимира Андреевича, бывших до него председателями. На собрании соболевцы, таких, как старики Бойковы, Купцовы, Никифор Мазаник, Лопутевы, Кривцовы. Петр сидел в почетном президиуме, а сам думу думал, как же колхоз удержать на высоте, как людей накормить да государству положенное справить.
Колхоз, организованный в 1930 году, не зря называли имени Стаханова. По-стахановски трудились и соболевцы. Коров держали более пятидесяти голов. В передовиках - Анастасия Кузьминична Мазаник. В числе лучших колхозников - Пелагея Гришеленок, Мария Жундо. Семья стариков Лопутевых сразу "поредела" на троих - полегли на войне такими молодыми Иван, Василий, Леонид. И под вилы, и под грабли, и под стог становились в колхозе и Мария Мазаник и Анастасия Нечаева, и Елена Кривцова, и Дарья Нарушевич со своим Иваном и Степаном, такие же подростки Анна и Екатерина Бойковы, Петр Дзалбо, Мария Сапега, Таисия Преснова, Леонид Гришеленок, Мария Аксенова, Антонина Суднишникова, Вера Гутник. А сколько же досталось Иосифу Ионишкину, Вере Латушко, Виктории Пастылевой?
При Петре Ефимовиче Урбане, говорят, колхоз Стаханова пошел "в гору". При Урбане соболевцы стали вволю есть хлеба, хотя и были уже послевоенные тяжелые годы. При Ефимовиче колхоз в районе стал в числе лучших. При Урбане соболевцы получали две областные премии за досрочную сдачу хлеба государству. При этом добром председателе ни один колосок не оставался под снег. Помнят жители Соболевки осень, похожую на нашу , нынешнюю. Сентябрь выдался точь в точь, как нынче, - дождливый, холодный, неласковый. А за ним поспешил октябрь, со стнегом и заморозками. Что было делать, коль в колхозе стоял неубранным картофель. Посоветовался Урбан со своими момощниками и решили помощи попросить у селян, пусть даже с половины, лишь бы под снег добро не упустить. Собрали срочно сельский сход, и на другой день на соболевское картофельное поле вышли все - от мала до велика.
Сколько же хлопот доставила колхозу имени Стаханова звероферма Доната Чивчиша, эти серебристо-черные с красными мордашками лисицы. И охранял он их, и ухаживал за ними вместе со своей женой Софьей, к тому же еще и сельской лавочницей, у которой можно было только соль, спички да керосину сельчанам купить, остальное в районе или в Каменке. Привез тогда председатель Петр Ефимович Урбан крохотных щенят лисицы в клетке, в кошевке. Господи, кому же их поручить воспитывать. Соболевцы сказали: "Только Чивчишу". И вырос за деревней лисий городок, и стали стали сдавать государству соболевцы ценную пушнину. Только ни одна девченка, в том числе и жена председателя, сельская учительница Мария Гавриловна Урбан, не поносила такой пушистый воротник из серебристых лисиц, все - только государству.
Доброй помощницей председателя всегда оставалась маленькая деревенская школа, с ее учителями, заведующими школой Зоей Брониславовной Дубковой, Натальей Николаевной Кутявиной, Дорой Кирилловной Лепехиной, Зинаидой Ивановной Корнеевой. Они были не только славными воспитателями и учителями для сельских малчишек и девченок, но и агитаторами на деревне. Замечу - девять школьных парт до последнего дня были, как новенькие: ни одной царапины, ни одной выбоинки на них не сделали соболевские ребятишки. Где же они теперь, эти сельские парты? И еще- школьный пол был в Соболевке всегда, как желток, чистым. Это была забота технички Марии Лопутевой.
Сегодня пишу историю уже тридцатой деревеньки района и представьте, с каким великим удовольствием, потому, как соболевцы были, видать, особенные люди - порядочные, честные, добрые. Взять к примеру, самого почетного жителя, самую уважаемую в деревни семью Прохожаевых. Все ребята и девчата их пряли и ткали, сыновья пели и играли на гармошках. Кто с советом, кто за помощью обращались соболевцы к Прохожаеву - старшему - Петру. Дом стоял на бугре, виден отовсюду на деревне. У первых Прохожаевых была гармонь, баян, бубен. К ним почти вся Соболевка шла на колодец за ключевой водой. И не было ее в деревне вкуснее, водицы Прихожаевой. А как уважительно, ласково назывались братья и сестры семьи Прихожаевых. не Федор, Федя, Маня, Саша, Миша, Леня. Все только ласкательные имена, никак иначе.
Или семья Ивана Никифоровича и Анастасии Кузьминичны Мазаник. Сам глава семьи был одним из лучших ветврачей на всю округу, включая в себя Вятку и Пеньковку, Каменку и Георгиевку. В ночь или днем Иван Никифорович спешил туда, где нужна была его ветеринарная помощь. Чаще всех был рядом с отцом сынишка Василий, белоголовый такой мальчуган. А потом судьба сама позвола и Василий, теперь уже Иванович, Мазаник стал одним из лучших ветврачей в нашем районе, многие годы живет в Преображенке. стоит оговориться, Иван Никифорович лечил не только животных. Надо, к нему шли деревенские люди и находили поддержку, совет и нужное лекарство.
Деревенька Соболевка, простая и неприметная, каких много было на нашей тяжинской земле. Проедешь немного, километра два от Каменки, поднимешься в гору и вот она, вся на виду. Только не встретишь на этой большой полянке ни единого домика, ни единого кустика у окна. Нет деревни. Не слышно гармошек Ивана и Бронислава Урбановых, не слышно песен Фени Гришеленок, частушек деревенских девушек, нет колоды через речку, где колхозные кони утоляли жажду от нелегкой деревенской работы. Умерла деревенька. Только в июле на поляне, где была деревенька расцветает ковер ромашек и кажется, что воздух и поле наполняются запахом ее лекарственного настоя. Эх, вернуть бы то время, эти ромашки как бы пригодились девченкам на венки! А впрочем, может кто-то и вернется в деревню, возобновит ее и даст ей прежнее название - Соболевка. дай же Бог случиться такому. Тогда бы потянулись туда бывшие ее жители, когда-то мальчишки и девченки, теперь уже взрослые люди. И все-таки, вернется ли деревня по имени Соболевка...
Н. ДУДИНА
Редакция благодарит за помощь в подготовке истории деревни Соболевки Марию Брониславовну Тишину, Зою Брониславовну Дубкову, Марию Гавриловну Урбан, Брониславу Иосифовну Ермак, Василия Ивановича Мазаника, Марию Брониславовну Жундо. Низкий Вам поклон от меня за добрую память о своей малой родине, месте, куда тянет и зимой и летом, в жару и стужу. Где, кажется, с любой травинкой хочется дружить, где оставлена частица сердца. А как иначе, жизнь невозможно повернуть назад. И время ни на миг не остановишь.
На снимках: жители Соболевки; передовые колхозницы Пелагея Гришеленок и Мария Жундо.
[Тяжинская районная газета "Призыв" 10 октября 1992г. стр.3]

скан источника в прикрепленном файле:
Файл Sobolevka Tiajin Priziv Urban.PDF, 1534 Кб

Тяжинский район, Кемеровская область