Из воспоминаний Чешского (Чехословацкого?) корпуса(?) штаб которого располагался в Криве. Воспоминания Рудольфа Медека
...Криве серый. Так русские называли деревню, в которой мы жили этой зимой. За всю свою жизнь я ни разу не прожил и часа в таком грязном месте. Во время осенних дождей это было сплошное грязное месиво, в котором все ходили по колено. Грязь в Криве была больше, чем в Тернополе. Фургону(повозке) было трудно проехать, он только что опрокинулся, и сбросил людей, , довольно спокойно и, возможно, головой вперед в мягкую грязь, которая была липче сиропа. Вот почему мы молились Богу и всем его святым, чтобы были морозы. Грязь затвердела, и по ней можно было пройти сухой ногой. Наступили морозы. Слава Тебе, Господи. Некоторые из мальчиков (солдат) носили кресты, многие из взвода носили георгиевские медали. Доблестные чехи-разведчики! Так нас называли русские…
..Мы тоже были веселее, отправляясь в разведку. Однако у нас была одна душевная боль. Красную бригаду окружили с Лисонского холма и отогнали, пока неизвестно куда. Мы узнали, что ее место заняли имперские немцы...
Еще в Кривом, когда мы все знакомились друг с другом, мы, конечно, избегали мыслей о смерти. Глаза, которые встретились здесь, жаждали наверняка только одного: встретиться дома...На вокзале в Криве работали австрийские саперы. Иногда они приходили на нашу землю в сопровождении русского охранника, который очень удивлялся, что это за соотечественники, эти люди, одетые в форму как российской, так и австрийской армии...
...Нас отправляют в Криве, где сейчас находится 74-й. пехотная дивизия. Мы знаем тамошние условия, они что-то замышляют. А в остальном - счастливого пути и счастливого будущего…Мы подошли к Кривому. Знакомые места. Да, я приезжал сюда верхом, чтобы попрактиковаться в верховой езде. Это то место, куда я обычно приходил
верхом на лошади, чтобы навестить Очаровательных сестер милосердия в полевом лазарете 23 дивизии…..Когда мы вошли в Криве, мы впервые увидели, что войска
74 дивизии сильно отличаются от 23-й дивизии. Как отличался дух делений! Что-то еще висело в воздухе и выглядывало из-за лбов этих других людей. Согласны ли мы с ними? Понимаем ли мы друг друга? И с кем он будет здесь сражаться?.... Кто-то предупредил нас, что дивизионный штаб находится на западной стороне села Криве, на склоне холма, на который мы осенью не обратили никакого внимания, в старой школе...
..Со своей военной службы он рассказывает, например, что в Криве была военная телефонная станция, и какой-то вредитель рвал их провода и не давал им возможности установить необходимое соединение. Он справился с преступником, поймал, это была сестра милосердия с тремя пленными- помощниками-венграми, они разрушали телефонные линии…
...Из Козовы после короткой остановки мы отправились в деревню Криве, нашу конечную станцию. Вот он уже стоял
бронепоезд, как доказательство того, что мы находимся в оперативной зоне...
...Далеко позади нас раздались угрожающие взрывы. Воздух дрожал так, что было трудно дышать. Мы должны были чувствовать, как будто тяжелые слои воздуха давят на нас и снова поднимают нас. Придя в себя, мы побежали на соседний холм и оттуда увидели ужасный театр: город Козова, казалось, был весь в огне. Огромные столбы дыма поднимались к облакам, и огонь распространялся с каждым взрывом, который раздавался. Они снова были короткими и мощными, грохочущими, после чего голубое пламя поднялось высоко в небо.
Жители кривого как безумные бегали между домами.
На следующий день, в то же время, немцы напали на нас. Знакомый свист и взрыв рядом с нами в стороне вокзала. Мы этого не ожидали: мы инстинктивно чувствовали, что целью будет железнодорожная станция. Поэтому спустились в деревню! двадцать один снаряд немцы послали в Криве, попало восемнадцать. Потом снова стало тихо. Несколько гранат нарушили тишину, одна из них задела сложенную муку и убила двух водителей скорой помощи, спрятавшихся за ней...
