Император Российской империи Александр II манифестом «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей» отменил в России крепостное право.
ВЫСОЧАЙШИЙ МАНИФЕСТ
БОЖИЕЮ МИЛОСТЬЮ
МЫ, АЛЕКСАНДР ВТОРЫЙ
ИМПЕРАТОР И САМОДЕРЖЕЦ ВСЕРОССИЙСКИЙ,
ЦАРЬ ПОЛЬСКИЙ, ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ФИНЛЯНДСКИЙ
И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ.
Объявляем всем Нашим верноподданным.
Божиим провидением и священным законом престолонаследия быв призваны на прародительский всероссийский престол, в соответствие сему призванию Мы положили в сердце Своем обет обнимать Нашею Царскою любовию и попечением всех Наших верноподданных всякого звания и состояния, от благородно владеющего мечом на защиту Отечества до скромно работающего ремесленным орудием, от проходящего высшую службу Государственную до проводящего на поле борозду сохою или плугом.
Вникая в положение званий и состояний в составе Государства, Мы усмотрели, что государственное законодательство, деятельно благоустрояя высшие и средние сословия, определяя их обязанности, права и преимущества, не достигло равномерной деятельности в отношении к людям крепостным, так названным потому, что они частию старыми законами, частию обычаем потомственно укреплены под властию помещиков, на которых с тем вместе лежит обязанность устроять их благосостояние. Права помещиков были доныне обширны и не определены с точностию законом, место которого заступали предание, обычай и добрая воля помещика. В лучших случаях из сего происходили добрые патриархальные отношения искренней правдивой попечительности и благотворительности помещика и добродушного повиновения крестьян. Но при уменьшении простоты нравов, при умножении разнообразия отношений, при уменьшении непосредственных отеческих отношений помещиков к крестьянам, при впадении иногда помещичьих прав в руки людей, ищущих только собственной выгоды, добрые отношения ослабевали и открывался путь к произволу, отяготительному для крестьян и неблагоприятному для их благосостояния, чему в крестьянах отвечала неподвижность к улучшениям в собственном быте.
Усматривали cиe и приснопамятные предшественники Наши и принимали меры к изменению на лучшее положение крестьян; но это были меры, частию нерешительные, предложенные добровольному, свободолюбивому действованию помещиков, частию решительные только для некоторых местностей, по требованию особенных обстоятельств или в виде опыта. Так, император Александр I издал постановление о свободных хлебопашцах, и в бозе почивший родитель Наш Николай I — постановление об обязанных крестьянах. В губерниях западных инвентарными правилами определены наделение крестьян землею и их повинности. Но постановления о свободных хлебопашцах и обязанных крестьянах приведены в действие в весьма малых размерах.
Таким образом, Мы убедились, что дело изменения положения крепостных людей на лучшее есть для Нас завещание предшественников Наших и жребий, чрез течение событий поданный нам рукою провидения.
Мы начали cиe дело актом нашего доверия к российскому дворянству, к изведанной великими опытами преданности его Престолу и готовности его к пожертвованиям на пользу Отечества. Самому дворянству предоставили Мы, по собственному вызову его, составить предположения о новом устройстве быта крестьян, причем дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян и подъять трудности преобразования не без уменьшения своих выгод. И доверие Наше оправдалось. В губернских комитетах, в лице членов их, облеченных доверием всего дворянского общества каждой губернии, дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей. В сих комитетах, по собрании потребных сведений, составлены предположения о новом устройстве быта находящихся в крепостном состоянии людей и о их отношениях к помещикам.
Сии предположения, оказавшиеся, как и можно было ожидать по свойству дела, разнообразными, сличены, соглашены, сведены в правильный состав, исправлены и дополнены в Главном по сему делу комитете; и составленные таким образом новые положения о помещичьих крестьянах и дворовых людях рассмотрены в Государственном совете.
Призвав Бога в помощь, Мы решились дать сему делу исполнительное движение.
В силу означенных новых положений, крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей.
Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за установленные повинности, в постоянное пользование усадебную их оседлость и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их пред правительством, определенное в положениях количество полевой земли и других угодий.
Пользуясь сим поземельным наделом, крестьяне за cиe обязаны исполнять в пользу помещиков определенные в положениях повинности. В сем состоянии, которое есть переходное, крестьяне именуются временнообязанными.
Вместе с тем им дается право выкупать усадебную их оседлость, а с согласия помещиков они могут приобретать в собственность полевые земли и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С таковым приобретением в собственность определенного количества земли крестьяне освободятся от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступят в решительное состояние свободных крестьян-собственников.
Особым положением о дворовых людях определяется для них переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания сего положения они получат полное освобождение и срочные льготы.
На сих главных началах составленными положениями определяется будущее устройство крестьян и дворовых людей, установляется порядок общественного крестьянского управления и указываются подробно даруемые крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к правительству и к помещикам.
Хотя же сии положения, общие, местные и особые дополнительные правила для некоторых особых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работающих на помещичьих фабриках и заводах, по возможности приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям, впрочем, дабы сохранить обычный порядок там, где он представляет обоюдные выгоды, мы предоставляем помещикам делать с крестьянами добровольные соглашения и заключать условия о размере поземельного надела крестьян и о следующих за оный повинностях с соблюдением правил, постановленных для ограждения ненарушимости таковых договоров.
Как новое устройство, по неизбежной многосложности требуемых оным перемен, не может быть произведено вдруг, а потребуется для сего время, примерно не менее двух лет, то в течение сего времени, в отвращение замешательства и для соблюдения общественной и частной пользы, существующий доныне в помещичьих имениях порядок должен быть сохранен дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок.
Для правильного достижения сего Мы признали за благо повелеть:
1. Открыть в каждой губернии губернское по крестьянским делам присутствие, которому вверяется высшее заведование делами крестьянских обществ, водворенных на помещичьих землях.
2. Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении новых положений, назначить в уездах мировых посредников и образовать из них уездные мировые съезды.
3. Затем образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в нынешнем их составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление.
4. Составить, поверить и утвердить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика как за землю, так и за другие от него выгоды.
5. Сии уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течение двух лет со дня издания настоящего манифеста.
6. До истечения сего срока крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности.
7. Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов.
Обращая внимание на неизбежные трудности предприемлемого преобразования, мы первое всего возлагаем упование на всеблагое провидение Божие, покровительствующее России.
Засим полагаемся на доблестную о благе общем ревность благородного дворянского сословия, которому не можем не изъявить от Нас и от всего Отечества заслуженной признательности за бескорыстное действование к осуществлению наших предначертаний. Россия не забудет, что оно добровольно, побуждаясь только уважением к достоинству человека и христианскою любовию к ближним, отказалось от упраздняемого ныне крепостного права и положило основание новой хозяйственной будущности крестьян. Ожидаем несомненно, что оно также благородно употребит дальнейшее тщание к приведению в исполнение новых положений в добром порядке, в духе мира и доброжелательства и что каждый владелец довершит в пределах своего имения великий гражданский подвиг всего сословия, устроив быт водворенных на его земле крестьян и его дворовых людей на выгодных для обеих сторон условиях, и тем даст сельскому населению добрый пример и поощрение к точному и добросовестному исполнению государственных повинностей.
Имеющиеся в виду примеры щедрой попечительности владельцев о благе крестьян и признательности крестьян к благодетельной попечительности владельцев утверждают Нашу надежду, что взаимными добровольными соглашениями разрешится большая часть затруднений, неизбежных в некоторых случаях применения общих правил к разнообразным обстоятельствам отдельных имений, и что сим способом облегчится переход от старого порядка к новому и на будущее время упрочится взаимное доверие, доброе согласие и единодушное стремление к общей пользе.
Для удобнейшего же приведения в действие тех соглашений между владельцами и крестьянами, по которым сии будут приобретать в собственность вместе с усадьбами и полевые угодья, от Правительства будут оказаны пособия, на основании особых правил, выдачею ссуд и переводом лежащих на имениях долгов.
Полагаемся на здравый смысл Нашего народа.
Когда мысль правительства о упразднении крепостного права распространилась между не приготовленными к ней крестьянами, возникали было частные недоразумения. Некоторые думали о свободе и забывали об обязанностях. Но общий здравый смысл не поколебался в том убеждении, что и по естественному рассуждению свободно пользующийся благами общества взаимно должен служить благу общества исполнением некоторых обязанностей, и по закону христианскому всякая душа должна повиноваться властям предержащим (Рим. 13:1), воздавать всем должное, и в особенности кому должно, урок, дань, страх, честь (Рим. 13:7); что законно приобретенные помещиками права не могут быть взяты от них без приличного вознаграждения или добровольной уступки; что было бы противно всякой справедливости пользоваться от помещиков землею и не нести за cиe соответственной повинности.
И теперь с надеждою ожидаем, что крепостные люди при открывающейся для них новой будущности поймут и с благодарностию примут важное пожертвование, сделанное благородным дворянством для улучшения их быта.
Они вразумятся, что, получая для себя более твердое основание собственности и большую свободу располагать своим хозяйством, они становятся обязанными пред обществом и пред самими собою благотворность нового закона дополнить верным, благонамеренным и прилежным употреблением в дело дарованных им прав. Самый благотворный закон не может людей сделать благополучными, если они не потрудятся сами устроить свое благополучие под покровительством закона. Довольство приобретается и увеличивается не иначе как неослабным трудом, благоразумным употреблением сил и средств, строгою бережливостию и вообще честною в страхе Божием жизнию.
Исполнители приготовительных действий к новому устройству крестьянского быта и самого введения в cиe устройство употребят бдительное попечение, чтобы cиe совершалось правильным, спокойным движением, с наблюдением удобности времени, дабы внимание земледельцев не было отвлечено от их необходимых земледельческих занятий. Пусть они тщательно возделывают землю и собирают плоды ее, чтобы потом из хорошо наполненной житницы взять семена для посева на земле постоянного пользования или на земле, приобретенной в собственность.
Осени себя крестным знамением, православный народ, и призови с Нами Божие благословение на твой свободный труд, залог твоего домашнего благополучия и блага общественного.
Дан в Санкт-Петербурге, в девятнадцатый день февраля, в лето от рождества Христова тысяча восемьсот шестьдесят первое, царствования же Нашего в седьмое.
На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано:
«АЛЕКСАНДР».
5 марта (17 марта), в последний день Масленицы, в Прощеное воскресенье, по всем российским церквям во время обедни манифест Александра II об отмене крепостного права был обнародован. Манифест даровал крестьянам личную свободу и юридические права, делая их собственниками наделов с рядом условий: уставные грамоты и выкуп, сохранение сословности, круговой поруки и натуральных повинностей телесных наказаний, для чего был сохранен крестьянский волостной суд. «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» сохраняло право собственности помещика на все земли, но предусматривало обязательное наделение крестьян усадебной и полевой землей (кроме тех, кто не имел ее), сначала за повинности, а потом за выкуп.
Переход на обязательный выкуп был осуществлен по закону 1881 г.
Кроме того, «Общее положение» устанавливало принцип постепенности: за 2 года должны быть составлены уставные грамоты, определяющие конкретные условия освобождения крестьян, затем крестьяне переводились на положение «временнообязанных» до момента перехода на выкуп. Четыре Местных Положения определяли различные размеры наделов: для 29 великорусских, новороссийских и белорусских губерний с общинной формой землевладения; для 3 малороссийских (левобережных) губерний (Черниговская, Полтавская и часть Харьковской) с подворным обложением; для Киевской, Подольской и Волынской губерний; для Западной Белоруссии и Литвы (Виленская, Гродненская, Ковенская, Минская и часть Витебской губернии). В двух последних регионах крестьяне получили все земли, которые были у них до реформы, а после восстания 1863 г. крестьяне этих губерний были переведены сразу на выкуп, и их наделы несколько увеличились. Местные положения делили губернии на 3 полосы: черноземную, нечерноземную и степную, а внутри полос выделяли местности, для которых устанавливались нормы наделов. Для черноземной и нечерноземной полос устанавливались высшая и низшая нормы наделов таким образом, чтобы отрезать часть крестьянских земель. Кроме того, помещик мог прирезать себе земли в количестве до 1/3 своего бывшего имения (в степной полосе — до 1/2), даже если наделы крестьян не превышали высшей нормы. Но он был обязан прирезать до низшей нормы. Для степной полосы устанавливался единый уставной надел в 6-12 десятин на душу мужского пола.
По итогам проведения реформы 10 миллионов душ бывших помещичьих крестьян получили 34 миллиона десятин земли, то есть 3,4 десятины на душу мужского пола. Тогда как для прожиточного минимума надо было иметь в черноземной полосе не менее 5,5 десятин, а в остальных местностях — 6-8 десятин. Если в 8 западных губерниях наделы крестьян выросли на 18-20%, а в 9 губерниях остались такими же или немного увеличились, то в 27 губерниях — сократились (отрезки составили, по официальным данным, 13% бывших дореформенных наделов). Была установлена «надельная» форма землевладения, когда юридическим собственником земли считалась община, хотя она и не имевшая права продажи наделов. Общинные надельные земли составили 3/4 крестьянских земель. Впрочем, при подворном землевладении крестьяне также не могли продавать свои участки, но они получили право арендовать или покупать частные земли. 461 тысяча крестьян Нижневолжского и Северо-черноземного районов получили четвертинные или дарственные наделы (1,1 десятины на душу мужского пола), а 724 тысячи дворовых и 137 тысяч крестьян мелкопоместных дворян, которые освобождались через два года бесплатно, не получили земли вообще.
До перехода на выкуп крестьяне должны были выполнять в пользу помещика временные повинности, которые определялись Местными Положениями, а не помещиками. Отменялись мелкие повинности (ягоды, грибы и прочее), а основной формой повинности становился оброк. Крестьян нельзя было переводить на барщину, если они раньше платили оброк, без их согласия, а через два года они могли перейти на оброк без согласия помещика.
Барщина ограничивалась 40 мужскими и 30 женскими днями с тягла в год, при этом 3/5 барщины отрабатывалось в летнее время.
Крестьяне были обязаны принять надел и держать его в пользовании за установление повинности в течение 9 лет, то есть до 19 февраля 1870 г. Размер оброка был установлен не от доходности земли, а от дохода крестьянина в данной местности.
Ловким «мошенничеством» было и введение принципа градации оброка и барщины, который вступал в силу при получении крестьянами неполного надела: за первую десятину в Нечерноземной полосе взималось 50% оброка, за вторую — 25%, а на остальные поровну раскладывалась оставшаяся часть оброка.
Положением о выкупе последний устанавливался по величине денежного оброка, исходя из капитализации оброка в 6% годовых, то есть сумма оброка умножалась на 16 2/3.
Государство давало крестьянам кредит в размере 75-80% (в зависимости от размера надела) выкупной суммы на 49 лет, с выплатой ежегодно 6% ссуды. Эта сумма выплачивалась помещику сразу же при заключении выкупной сделки, а остальные 20-25% крестьянин выплачивал помещику по договоренности.
В тех случаях, когда переход на выкуп осуществлялся по одностороннему требованию помещика, последний не получал эту часть выкупа.
В основу крестьянского самоуправления были положены элементы системы управления государственной деревней. Крестьяне одного помещика составляли сельское общество, а домохозяева общества составляли сельский сход, избиравший на три года старосту, сборщика податей и представителей на волостной сход, а также сотских и десятских. Волостной сход избирал волостного старшину и волостной суд, ведавший делами до 100 рублей убытка, а после введения земств — представителей на уездный съезд. Кроме того, над крестьянами был поставлен институт мировых посредников, на которых возлагались задачи проведения реформ.
