Впервые немцы применили химическое оружие на Русском фронте Первой мировой войны 15 декабря 1914 года у Боржимовицкого леса на боевом участке 6-го армейского корпуса.
...
Это было пристрелкой, а первая массированная газобаллонная атака состоялась через полгода – почти в том же самом секторе .
Болимов и Воля Шидловская, 18 мая 1915 года
Объектом первой газобаллонной атаки на Русском фронте стали части 2-й армии, грудью преградившей немцам осенью 1914 года путь к Варшаве. Тактически так называемый Болимовский сектор, на котором состоялась атака, выводил атакующих на кратчайший шоссейный путь к Варшаве – без форсирования р. Равка. Но русские войска имели достаточно плотную оборону, занимаемую 14-й Сибирской стрелковой и 55-й пехотной дивизиями.
Передовые окопы противников в Болимовском секторе находились на правом берегу Равки. Между сближенными передовыми окопами противников воды не было, местность была сравнительно ровная и открытая. Для газовой атаки Болимовский сектор был удобен еще и тем, что благодаря выпуклой дуге в русскую сторону у противника имелась возможность пользоваться для газопуска северо-западным, западным и юго-западным ветрами.
55-я пехотная дивизия занимала следующие позиции.
Правый боевой участок занимали:
217-й пехотный Ковровский и 218-й пехотный Горбатовский полки и 1 дивизион 55-й артбригады. Задача частей: упорно оборонять участок позиции от высоты 45,8 – фольв. Констанция – фольв. Могелы. Левый боевой участок: 220-й пехотный Скопинский полк с приданными ему 31-й, 32-й и 36-й ополченскими дружинами и 2 дивизиона 55-й артбигады. Задача: упорно оборонять участок от фольв. Могелы до р. Корабка, южнее с. Граббе. В состав дивизии также входили морская батарея 47-мм пушек и 3 крепостные батареи: 1-я и 2-я Варшавские и Новогеоргиевская. В корпусном резерве находился 219-й Котельнический полк.
14-я сибирская стрелковая дивизия занимала следующие позиции.
55-й и 53-й сибирские стрелковые полки – от устья р. Гнида до высоты 45,7 – фольв. Констанция. 56-й сибирский стрелковый полк находился в дивизионном, а 54-й сибирский стрелковый полк – в армейском резервах. Дивизию поддерживали корпусная артиллерия (10 122-мм легких полевых гаубиц), автопулеметный взвод и тяжелая артиллерия – 4 107-мм пушки и 8 152-мм гаубиц.
Со стороны противника действовали 5-я, 49-я и 50-я (частично) резервные дивизии.
На 12-километровом фронте немцы установили 12 000 газовых баллонов (высота баллона 1 м, диаметр 15 см).
Состоявшееся месяцем ранее применение немцами химического оружия у Ипра пока в полной мере учтено не было. Наблюдение за германскими окопами выявить подготовку к атаке не смогло – и для войск 14-й сибирской стрелковой и 55-й пехотных дивизий она стала полной неожиданностью. Насторожить мог лишь следующий факт: 16 мая было замечено, что в ближнем тылу противника (из Скерневицкого леса на Болимов) в 17.30 проехало девять больших закрытых брезентом повозок – каждая повозка имела запряжку в шесть лошадей.
Знавшее об атаке из Ипра русское командование пыталось реагировать на появление нового оружия противника. Командование 55-й пехотной дивизии по собственной инициативе заказало в Москве противогазы и отправило за ними приемщика. Но противогазы по иронии судьбы были доставлены в 55-ю пехотную дивизию лишь вечером в день атаки.
В 3.20 18 мая после короткого обстрела из 105-мм орудий участка 55-й пехотной дивизии германцы пустили хлор. Перед окопами противника на фронте Воля Шидловская–Майдан–Болимовский появился зеленоватый дым (облако), который благодаря ветру, дувшему с запада, начал приближаться к русским позициям. Одновременно был открыт ураганный винтовочно-пулеметный огонь по передовым русским окопам и сильный артиллерийский огонь по участку 14-й Сибирской стрелковой дивизии.
Полная тактическая неожиданность (русские солдаты проявили больше удивления и любопытства, нежели тревоги) обошлась обороняющимся дорого. Приняв газовое облако за маскировку пехотной атаки, русские войска усилили передовые окопы и подтянули поддержку.
Достигнув окопов, удушающие газы стали по ним распространяться, приводя бойцов
217-го Ковровского и 218-го Горбатовского полков в обморочное состояние, вызывая головокружение, кашель и рвоту. Считая подобное состояние временным и готовясь к встрече атаки, войска продолжали оставаться в окопах первой линии. И вскоре лабиринты окопов оказались заполнены трупами и умирающими. К 4.30 хлор достиг Орышева.
Теперь настала очередь натиска германской пехоты, рассчитывавшей, как и у Ипра, на успех своего наступления – ведь газовый удар должен был расшатать оборону русских войск.
Около 4 часов артиллерия противника со стороны Болимова и Скерневицкого леса открыла огонь по участку высоты 45,8 – фольв. Moгелы, причем снаряды при разрыве выделяли удушающие газы.
При поддержке артиллерийского химического огня немцы атаковали частями 5-й резервной дивизии на фронте Закржев, Суха (55-й Сибирский стрелковый полк) и частями 49-й резервной дивизии на Волю Шидловскуюая (217-й пехотный полк).
Несмотря на вывод из строя 75% личного состава 1-й оборонительной полосы, германская атака к 5 часам была отбита – метким и сильным огнем оставшихся в строю бойцов. Артиллерийский огонь (как по атакующим, так и по батареям противника) довершил успех оборонявшихся.
Несмотря на то что удушающие газы, распространившись по окопам первой линии и резерва, достигли артиллерийских позиций и выводили из строя с каждой минутой все больше и больше бойцов, последние, превозмогая мучения и едва держась на ногах, оставались в строю. При поддержке 1-й и 3-й легких батарей 55-й артбригады, 1-й Варшавской крепостной батареи, действовавшей во фланг наступающему в направлении Воли Шидловской противнику, и 2-й Варшавской крепостной батареи, действовавшей по неприятельским батареям, они встретили наступающего противника ураганным огнем и вынудили его с большими потерями отойти в свои окопы.
В 5.30 на поддержку участков 55-го Сибирского стрелкового полка был двинут батальон 56-го Сибирского стрелкового полка.
В шестом часу было замечено накапливание противника у винокуренного завода Воли Шидловской, а затем германцы перешли в наступление на участке
217-го пехотного полка – севернее дороги Болимов–Медневице и на Волю Шидловскую. Атаки, несмотря на тяжелейшие условия, в которых приходилось сражаться русским бойцам, также были отбиты.
Несмотря на то что страдания бойцов и потери достигли апогея, защитники передовой линии совместно с артиллерией с честью встретили противника и вторично отбили атаку – около 6 часов утра.
Около 7 часов под прикрытием ураганного артиллерийского огня германцы перешли в наступление на всем участке 14-й Сибирской стрелковой дивизии. Меткий огонь русских пулеметов и артиллерии остановил наступление, заставив противника залечь.
Началось наступление и на правом фланге 218-го пехотного полка 55-й пехотной дивизии – оно также было отбито, и германцы с большими потерями отошли в исходное положение.
Несмотря на большие потери этого участка от удушающих газов, наступление противника было встречено ураганным винтовочным и пулеметным огнем и отбито. Причем противник не только отходил с большими потерями, он был рассеян.
В 14 часов до батальона германской пехоты при поддержке артиллерии перешли в наступление южнее Воли Шидловской – на участке
217-го пехотного полка. Оставшиеся в строю бойцы, усиленные 4-м батальоном 217-го полка, при поддержке артиллерии дружно отбили атаку, заставив германцев к 14.45 с большими потерями отойти на исходные позиции.
в 14.50 и в 15.45 также были отбиты. Первая велась на участке 217-го пехотного полка севернее Воли Шидловской и была отбита к 15.45.
То есть мы видим, что в этот период серии атак следовали непрерывно, без временных промежутков между ними. Главное было – расшатать и сокрушить оборону ослабленных химическим ударом русских подразделений.
Около 19 часов против д. Гумин, а также на правом фланге 55-го Сибирского стрелкового полка были отбиты новые попытки наступления противника. Причем последний артиллерийским огнем был отброшен на Бзуру.
В 22.30 германцы вновь наступали на участке 217-го пехотного полка южнее Воли Шидловской, через 15 минут оно также было остановлено огнем, и противник отошел к своим окопам.
Наконец, в полночь германцы провели еще одну атаку – на участке 55-го Сибирского стрелкового полка. Она также была отбита артиллерийским и пулеметным огнем.
Таким образом, при поддержке мощного артиллерийского огня (в том числе с использованием химических боеприпасов) немцы провели 9 (! ) пехотных атак, состоявшихся в период с 4 и до 24 часов 18 мая. Несмотря на выбытие из строя трех четвертей личного состава передовых позиций, метким и сильным огнем бойцов, оставшихся в строю, германские атаки были отбиты. Огонь русской артиллерии (эффективно действовавшей как по атакующей пехоте, так и по артиллерии) довершил успех оборонявшихся русских частей.
Несмотря на крайне тяжелую обстановку, в которой пришлось сражаться сибирским стрелкам и пехотинцам, атаки противника были отбиты с большими для него потерями.
Потери русских войск в ходе первой газобаллонной атаки германцев составили примерно 9 тыс. человек (из них 1183 человека умерло).
В том числе 55-я пехотная дивизия потеряла 26 офицеров и 3077 солдат (убито 34 солдата, ранено 1 офицер и 70 солдат, умерло от отравления 2 офицера и 290 солдат, отравлено и эвакуировано 23 офицера и 2683 солдата).
217-й пехотный Ковровский полк потерял 2163 человека, а 218-й пехотный Горбатовский полк – 903 человека.
14-я сибирская стрелковая дивизия потеряла до 6 тыс. человек (3127 – 53-й Сибирский стрелковый и 2625 – 55-й стрелковый полки), в том числе 891 человек умершими.
Проводя огромную работу по организации газобаллонной атаки на широком фронте, германцы, как и у Ипра, не обеспечили прорыва оперативного масштаба. Более того, в случае с русскими войсками им не удалось добиться даже тактического успеха (за исключением нанесения русским войскам больших потерь). Упорство германских атак было сломлено упорным сопротивлением русских войск, успевших закрыть начавший образовываться прорыв.
Большей стойкости и большего морального подъема, чем проявили пехотинцы и сибирские стрелки 18 мая 1915 года, проявить было невозможно. Войска, действуя без противогазов, отбили 9 атак противника, оставаясь в передовых окопах, и, несмотря на огромные потери (как, например, в 217-м полку), продолжали занимать свои участки вплоть до смены, которая произошла 25 мая. Как отдельными бойцами, так и командным составом своевременно были приняты все возможные и доступные меры, и управление, несмотря на неожиданность эффекта газового удара, сохранилось в руках командиров.
Впервые попав под удар нового оружия, не имея средств химзащиты (!), русские войска устояли. И если 22 апреля у Ипра немцам удалось овладеть значительной частью Ипрского выступа, то русские войска не отдали противнику ни клочка земли.
Газовая атака 18 мая отражалась без противогазов. Русские войска не могли противопоставить противнику технические контрсредства, противопоставив свое мужество, огневую мощь и грамотную тактику.
Документы отмечают подвиг и называют имена некоторых героев, отличившихся в тот тяжелый день. В истории 55-го Сибирского стрелкового полка день 18 мая считался выдающимся, когда «немцы перед атакой выпустили ядовито-удушливые газы. Несмотря на то что в полку не было противогазовых масок, почему из строя выбыло в 1 день 2500 нижних чинов, полк отбил несколько атак противника и удержал позицию». А 217-й пехотный Ковровский полк «18 мая 1915 года, когда немцы при помощи удушливых газов повели атаку на полк, то, несмотря на отравление, атака была отбита, и враг не смог завладеть ни одной пядью земли». Особо выделены офицеры, награжденные за него орденами Святого Георгия 4-й степени: командир полка полковник Осипов, штабс-капитан Антонов и подпоручик Криштопов, и нижние чины, награжденные Георгиевскими крестами 4-й и 3-й степени и Георгиевскими медалями: подпрапорщики Александр Братцев, Иван Шандов, Иван Титов, Михаил Ларин, Иван Панфилов, Иван Голунов, Михаил Потапов, Николай Воронов, старшие унтер-офицеры Дмитрий Пономарев, Михаил Зеленков, Алексей Тринкунов, Михаил Веселов, Иван Копысов, Федор Даниленко, Илларион Лопашев, Георгий Перехватов, Дорофей Кривенко, младшие унтер-офицеры Иван Динищук, Игнатий Сорокин, Иван Горшков, ефрейторы Платон Свистунов, Иван Пислинг, Афанасий Максимов, Федор Михайлов и многие другие.
Русское командование за месяц, прошедший с ипрской атаки, пыталось принять какие-то защитные меры (заказ масок и противогазов), а в ходе боя применяло огневые средства и грамотно маневрировало резервами.
Таким образом, 18 мая 1915 года на 12-километровом участке фронта была отражена мощная газобаллонная атака германцев, причем в обстановке технической внезапности. Выстоять без средств химзащиты и не сдать врагу ни пяди земли, наверное, могла одна-единственная армия – русская.
Источник 